Чёрное сердце, голубые глаза

      Антона выдернул из сна грохот железной двери, что вела в темный и сырой подвал. Странно, что парень ещё ни одной мыши или крысы не заметил — тут для них прекрасные условия были.       — Так, так, так… — Топот размеренных шагов слышался из темного коридора лестницы, которая вела наверх. — Надеюсь, вы поспали и немного восстановили силы для своего жалкого существования.       Мужчина как-то совсем не по-доброму улыбнулся, бросив взгляд на своих жертв. Парень буквально сжался на стуле, как сушеный фрукт. Он старался абстрагироваться первые минуты, но после понял, что тут лучше держать ухо востро. Ира дрожала, словно осиновый лист, и пыталась не издавать никаких звуков. Она сдерживала всхлипы, прикрыв себе рот рукой, хотя для Арсения было понятно сразу, что она спряталась в этой грязной старой будке из прогнивших досок. Ира сжалась еще больше и стала вжиматься в стенку будки. Она уже видела мыски черных кед, обладатель которых стоял уже совсем рядом. Девушка зажмурилась, а из глаз тут же покатились слезы. Антон поджал губы и внимательно наблюдал за происходящим. Сердцебиение участилось. Шастун пару раз оглянулся по сторонам, взглянул на дверь и тихо выругался себе под нос, так как та была закрыта.       План «бей-беги» отменяется…       — Девочка моя, знаешь ведь, что, когда хозяин зовёт свою псину, она должна покорно прибегать на голос. — Мужчина пнул со всей силы ногой по будке, а девушка внутри заплакала уже в голос. — Выходи. Ты же не хочешь, чтобы я вытаскивал тебя сам? — Он немного отошел от будки и присел на корточки, заглянув в окошечко будки.       Девушка аккуратно выползла на четвереньках из укрытия. Она села рядом с будкой, обняла руками свои колени и тихо плакала, закусив губу до крови. Убийца схватил ту за волосы и потащил на середину комнаты. Ира брыкалась, старалась вырваться и уже не сдерживала рев и крики. Она кричала настолько громко, насколько могла. Звала на помощь, одаривала маньяка всевозможными оскорблениями, тут же извинялась и умоляла отпустить ее. Антон отвернулся, не желав на это смотреть. У него уже у самого скоро нервы сдадут.       — А чего ты отвернулся, малой? — Антон вздрогнул и нехотя посмотрел на Арсения. — У меня есть для вас небольшая игра. Да завались ты уже!       Он бросил девушку на пол, а сам подошел к Шастуну, развязав его руки. Парень только обрадовался, потому что наконец его запястья свободны и ничем не скованные. Но только Антон хотел было размять затекшие руки, как его схватили за плечи и толкнули в центр.       — Ну-с, приступим.       К чему приступим, и Антону, и Ире думать не хотелось. Да они и не в том положении сейчас находились, чтобы думать. Шастуну так вообще в стрессовых ситуациях тяжело давались даже обычные предложения. Ира принимала попытки прикрыться, а парень краем глаз следил за движениями маньяка.       — Игра очень простая. Я уверен, вы даже в детстве в нее играли.       Мужчина взял стул Антона за спинку и поставил его рядом с собой. Оседлав его буквально, он раздвинул ноги и оперся на эту спинку локтем. Арсений вынул карты из заднего кармана, а обе жертвы тут же перевели на него взгляд.       — Это Дурак. — Антон нервно усмехнулся. Когда-то он с парнями во дворе играл на пинки под зад, а сейчас был вынужден играть на собственную жизнь. — Просто так играть неинтересно, поэтому мы заключим сделку. — Ира притихла, начав внимательно слушать своего похитителя, и старалась как-то прикрыться. Она время от времени всхлипывала, и Антону уже порой хотелось подойти к ней, обнять и успокоить. — Тот, кто из вас выиграет, может попросить меня о чем-то. Другими словами, я исполню любое желание в пределах моих взглядов. Проигравший же закончит свою бренную жизнь в этом подвале.       Он обвел взглядом помещение и чуть улыбнулся, взглянув на две пары выпученных и испуганных глаз.       — Играем до трех. Начали.       Мужчина кинул карты на пол, и Антон быстро схватил их, начав раздавать. Это был его единственный шанс выбраться. С Ириной мнения у них совпадали, только кандидатуры на победителя, казалось, различались. Антон не из тех, кто пойдет на жертву. Он будет спасать свою шкуру до последнего, игнорируя всех и вся вокруг. По-скотски, но в мире никто неидеален. Да и глупо было по мнению Антона осуждать тех, кто просто хочет спастись.       Когда карты были уже у двух «страдальцев», (именно так обоих называл Арсений), атмосфера стала куда более напряжённой. Маньяк наблюдал за этим со стула и улыбался. Он иногда поглаживал их по головам и наблюдал за игрой. В те моменты, когда кончики пальцев касались антоновской макушки, парень вздрагивал, а по телу тут же пробегали мурашки. Он будто получал небольшие разряды током. Довольно смешанные ощущения были. С одной стороны, очень страшно и жутко было ощущать на себе прикосновения убийцы, а с другой касания были такими мягкими и аккуратными, что Антон готов был чуть ли не растаять. Игра как-то затянулась, что Арсению нравилось мало. Он отошел в мало освещенную часть подвала со словами:       — Сделаем наше времяпрепровождение чуточку интереснее.       Антона отчего-то затрясло изнутри. Он пересекся с девушкой испуганным взглядом, а после стал вглядываться в темноту. И вот мужчина уже возвращался назад, а Антон старался понять, что тот нес в правой руке. Как только брюнет показался на свету, парень сглотнул слюну и вылупил испуганные глаза.       Кувалда. Жесть … Нужно валить отсюда, как можно скорее и как можно дальше…       Арсений подошел к девушке и протянул предмет девушке.       — З-зачем?..       Вопрос был вполне себе логичный, так как она прекрасно понимала, что поднять эту тяжеленную штуковину не сможет. Тем более в таком подбитом состоянии.       — Садись.       — Ч-что?!..       — Я сказал садись, сука.       Это было ужасно, отвратительно и неимоверно больно. Однако, жизнь всё ещё имела цену… Только без рамок морали уже. Она зажмурилась и поерзала, постаравшись не опускаться до конца. Было больно. Адски больно. Из глаз вновь потекли слезы. Антон тоже зажмурился и прикрыл уши ладонями, чтобы не слышать криков девушки.       — А теперь ты.       Убийца взял верёвку и, приказав парню лечь на живот, связал его. Грубая веревка перетягивала горло и сковывала ноги. Парень не мог расслабить ноги, потому что тогда бы он просто задушил бы сам себя. Антон хрипел и очень часто сглатывал слюну. Он зажмурился и старался находиться в одной позе, чтобы его не душило, но вот ноги сводило ужасно.       В первом раунде выиграла Ира, но похвалы от Арсения так и не дождешься. (Да ей от него-то и не нужна была похвала. Ире бы удрать отсюда живой.) Он лишь безразлично пожал плечами и кивнул якобы в знак поздравления. Второй раунд был за Антоном. Вот тут Попову стало очень весело, ведь решалась судьба за третьей игрой. Мужчина сидел и с нетерпением ждал конца игры. Последнего козыря выкидывает Антон и бьёт карту Ирины. Игра окончена. Антон выиграл.       — Неплохо.       Арсений вынул из кармана нож и освободил парня от веревок с размаху. От того, что натянутая веревка достаточно резко оборвалась, Антон ударился ногами и лбом о бетонный пол и промычал. Девушка начала бормотать себе под нос что-то, а затем истерично кричать и звать на помощь, когда сильные руки оттаскивали за ее волосы. Она хваталась за все предметы подряд, за что получала пинки в спину.       — Нет, нет, пожалуйста, остановись!       Арсению нравится, Арсений заведён. Мужчина бросил ее на пол и вернулся за кувалдой.       — Готовься, солнышко. У тебя будет долгая и мучительная смерть. — Чуть ли не промурлыкал маньяк, А Антон отполз в другой угол подвала и обнял свои колени руками. Он покачивался назад-вперед и смотрел широко раскрытыми глазами в одну точку на бетонном полу. Весь подвал заполнили крики и взвизги. От одного, особенно звонкого, Антон вздрогнул и посмотрел в сторону источника звука.       Убийца в этот момент как раз замахнулся и ударил по ноге девушки в район бедра. Ира чуть ли не надорвала голос, а парень зажал уши и свернулся в клубочек. Ему было страшно, очень страшно. Антон не хотел этого видеть, но в сознании то и дело вспыхивали картинки, одна другой краше. Через несколько секунд он открыл глаза, взглянул на девушку. От увиденного его тут же настиг рвотный позыв. Он вывалил все добро на пол и отполз в сторону. Голова закружилась еще больше, а картинка перед глазами немного поплыла. Раздался второй удар, крики, а после просто будто хлюпанье. Арсений попал не по второй ноге, а в область поясницы. Промазал. Лицо несчастной было похоже на месиво. Там и лица-то толком и не было уже. Его как будто миксером помешали. Он поднял глаза на Антона и опустил орудие убийства на бетонный пол.       — Я обещал желание. Что ты хочешь?       Антона трясло, будто стиральную машинку на отжиме. Он уже ничего не хотел. После увиденного было желание только еще раз хорошенько проблеваться. Арсений подошел к нему и опустился на корточки, проведя рукой по светлой макушке.       — Хочу в-выйти отсюда… Наверх. в д-дом…       Тоша поднял на него глаза полные слез. Руки затряслись, как и все тело, а сам парень постарался вовсе не шевелиться.       — Ну, в дом, так в дом.       Арсений взял его под локоть и с силой начал тащить наверх. Парень еле поспевал за маньяком, но вскоре в лицо ударил свежий ночной воздух, который хоть чуть-чуть, но смог отвлечь Антона от всего кошмара, что произошёл сегодня на его глазах.