Тайны Дальневосточного Двора

Утро в Константиновском не задалось. Вчера полночи Шуваловы пытались найти Снежану, из-за чего спать легли только на рассвете. И то не все. Поэтому на завтраке в личной гостиной все были злыми и раздражёнными. — Нет Снежаны Валерьяновны в Константиновском, Ваша Светлость, — мрачно доложила Варвара Андреевна. — Мы с Леонидом Викентьевичем ночью всё проверили. — Значит, её вывезли до того, как мы кинулись, — подытожил Михаил. — Потому что все машины, которые выезжали после, уже досматривали. — Надо было с самого начала досматривать, — сказал Алексей и сам скривился от этого предложения. Он прекрасно понял, что гости не противились охране, потому что уже было объявлено о пропаже Снежаны. Но устрой они подобное без объяснений причины, скандалище бы вышел знатный. Не того полёта птица боярская контрактная девка, чтобы ради её безопасности князей обыскивать. — Вот уж действительно, у семи нянек дитя без глазу! — процедил Алексей. — Понадеялись на княжескую да государеву защиту! — Защита на воротах считывает количество человек в каждой машине. Сколько в ней прибыло и сколько впоследствии убыло, — пояснила Варя. — Но из тех, кто отбыл до объявления о пропаже Снежаны Валерьяновны, таких нет. Жеваховы уехали из-за того, что дед ногу подвернул, Зубовы сорвались, потому что у их выстраданного малолетнего наследника температура поднялась. Ивеличи и Каменские набрались так, что танцевать уже не могли и отправились продолжать гулянку в ресторацию. Одним словом, у всех двадцати трёх убывших были причины, но вот лишних пассажиров не было. — Не по воздуху же она улетела! — фыркнул Алексей. — Кроме нашей да государевой, другие авиетки в Константиновском не садятся. А Воздушников купол бы не выпустил. — Значит, прикрыли, — резюмировала Варя. — От государевой защиты? Как такое возможно? — Боярской можно… — Не было среди гостей бояр! — огрызнулся Михаил. — Я список сам лично одобрял. — А если не среди наших гостей? — предположил Алексей. — Если боярские к кому-то из ведомственных прибыли? — Ежели так, и кто-то пошел на поводу по корысти или незнанию, то после поднятой шумихи добровольно не признается. А допрашивать всех без конкретных подозрений Государь разрешения не даст. Я могу постепенно опросить всех в частном порядке, но это займёт больше недели. — Сейчас не так важно кто это сделал, как то, где Снежана? — вздохнул Алексей. — Мы ей по обряду защиту обещали. Не найдём, не вытащим — нам за неисполнение обязательств и влететь может свыше. К Морозовым ехать надо. Наверняка их рук дело. — Так они тебе её и отдали! — скривился Михаил. — Но попинать дверь всё же надо. Чтобы впоследствии они не говорили, что мы к ним не приезжали и по-хорошему договариваться не захотели. — Согласен, едем, — поднялся из-за стола Михаил. Особняк Морозовых на Спиридоновке Алексею уже доводилось видеть. Большое белоснежное здание напоминало средневековый замок — с заостренными кверху башнями, стрельчатыми окнами и декоративной отделкой, которая напоминала бойницы крепостной стены. Смотрелась вся композиция утончённо и дорого. Только они сюда не архитектурой любоваться прибыли. Калитка, ведущая на территорию дома, оказалась заперта, и Михаил, не желая тратить время, просто ударил княжеской защитой по боярской. Направляясь сюда, Шуваловы не надеялись, что их пропустят, но буквально через пару минут на пороге дома появился солидный господин в костюме-тройке. Он подошел к узорному кованому забору, но открывать не спешил. — Как грубо, князь. Неужто запамятовали, что перед визитом в гости принято отсылать письмо и ждать приглашения. — Это ежели в гости, а мы по делу! — прищурился Михаил. — Какому же? — Отдайте Снежану Валерьяновну по-хорошему. — Мне помнится, она у вас, князь. Или Снежинка от вас тоже сбежала? — Если бы сама ушла, то не стали бы держать. Да только выкрали её вчера. Не вы ли? — Не мы! — однозначно заявил мужчина. — Хотите сказать, не в вашем доме её держат? — Ежели кто и держат, то не Морозовы! Нет её у нас. Ни здесь, ни в другом месте. — То есть до этой минуты вы не знали о её похищении? — наиграно удивился Михаил. — Слышал. Общество со вчера судачит, что вы гостей своих во всех тяжких заподозрили и едва ли не карманы выворачивали. — И где Снежану держат вы тоже не знаете? — Нет! И если вы пришли только за этим, то я настоятельно попрошу вас удалиться! — резко ответил мужчина, развернулся и направился к дому. — Врёт, — тихо произнёс Михаил, когда за хозяином закрылась входная дверь. — Но не во всём. Похитили Снежану не они. И то, что у Морозовых боярышни нет — тоже правда. А вот про то, откуда он узнал о её пропаже — соврал. Как и о том, что не знает, где она. — Хочешь сказать, Миш, что Морозовы чужими руками сработали? Но Снежану не забрали, а оставили у исполнителей? — В мещанском доме одарённую не спрячешь, — принялся размышлять Михаил. — Если Снежана Валерьяновна догадалась вызвать пургу, чтобы скрыться от преследователей, то догадается сделать это вновь, чтобы показать, где её держат. Я ведь неспроста распорядился, чтобы Викентич над городом покружил. Вот только нет такого места в Петрограде, где вопреки погоде валил бы снег. Значит, её блокировали. Только сделать это не так просто. В тюрьмах да на каторгах по периметру стоят специальные вышки с вехами. Создаваемые ими искажения прекрасно видны любому одарённому. Не думаю, что это сделали дворяне. За такое пособничество Государь не то что титула — жизни лишить может. Так что остаются только боярские. — Ты так уверен, что Снежану не увезли ночью из Петрограда? — Да, Лёш. У бояр нет авиеток. Потому что летать имеют право только гербовые. На железнодорожных вокзалах государева защита стоит. И на выездах из города тоже. После смуты её доработали и сейчас она фиксирует передвижение всех одарённых. Просто фиксирует, но если бы Снежана попала бы в её поле, то Варвара Андреевна выяснила бы это ещё вчера. — Тогда, может, она у Апраксиных? — предположил Алексей, когда они вернулись в авиетку. — Вспомни, Миш, когда мы только подобрали Снежану, она говорила, что дядька хотел её в их доме оставить. А раз дядька собирался её показательно искать, то и к блокировке дара Апраксины были готовы… — Если спросить с Морозовых у нас есть причина, то те с нами даже разговаривать не станут, — вздохнул Михаил. — К ним мы можем ломиться только в том случае, если будем стопроцентно уверены, что именно они держат Снежану. А сейчас это только наше предположение. — Прослушку надо им поставить. Варвара Андревна, можете организовать эфиром? — Нет, Ваша Светлость. Были бы дворяне, можно было бы у Государя попросить допуск. Но боярскую защиту я не обойду. — Совсем никак? — расстроился Алексей. — Вы же сами видели, Ваша Светлость. Нас даже в дом не пустят, чтобы «ежа» закинуть можно было. — Что такое «ёж»? — поинтересовался Алексей. — Многоканальная открытая разновидность эфирника. Делается обычно из какой-то простой привычной вещи. Ложки, вазы, на стул даже можно плетения навешать. Чаще всего «ежи» трёх- или четырёхканальные. Позволяют слушать разговоры в пределах своей чувствительности. А также с помощью «ежа» можно идентифицировать людей по голосам. Внутри боярской защиты он тоже работать будет, но его туда сначала пронести надо и спрятать. — Закинуть через забор на территорию? — предложил Алексей. — Бесполезно, — вместо Вари ответил Михаил. — Мы тогда лишь улицу слышать будем. В дом проносить надо, а нас на порог не пускают. — Слугам подкинуть? Вместе с покупками, например. — «Ежа», Ваша Светлость, можно сделать только из твёрдого предмета. Бумага, ткань не подходят. Продукты питания тоже. Если «ежа» повредить физически, то плетения слетят. И он должен быть не мельче детского кулачка, иначе не хватит поверхности для нанесения канальных иголок. Как такое подкинешь незаметно, да так, чтобы слуги не выкинули посторонний предмет или не отнесли его господам? Тем более, в то время, когда род фактически готовится к осадному положению. Да и к тому же, если у них есть хоть один Эфирник, дотягивающийся до материального, то они вообще могут месяцами из дома не выходить, а покупки, при необходимости, через Эфир делать. — Значит, надо как-то проникнуть в дом. — Боярская защита даже за ворота не пустит. — Да что она, сильнее государевой, что ли?! — вспылил Алексей. — Но ведь бегут же преступники из тюрем, а тоже защи… Алексей осёкся, поймав одну мысль. — Варвара Андреевна, — вновь начал он сменив тон на елейный. — А свяжитесь-ка с Цимбелем! Спросите, нет ли у него специалиста, который может под боярскую защиту зайти. Скажите, мне лично надо. Должен буду! — Лёш, ты серьёзно? — удивился Михаил. — А чего? Если наши доблестные офицеры не могут, то мы пойдём от обратного. Да и за спрос денег не берут. — Ваша Светлость, Цимбель говорит, что есть! — оторвалась от разговора Варя. — В Петроград его, срочно! Если сейчас «Альбатроса» вышлем, то через семь часов он будет в Амурске. И ещё столько же на обратную дорогу. Получается, специалист только завтра прибудет… — Голицына попросить можно, — предложил Михаил. — У Димки два «Альбатроса». На одном они прилетели, но другой в Благовещенске. Там полчаса лёту до Амурска. И тогда нужный человек уже сегодня вечером будет! — Варвара Андреевна, говорите Цимбелю, чтобы человек через час у нас в поместье был. Авиетка его заберёт. Если не Голицыны, то Огонь-Догановских попрошу или Старков. Да хоть с Восточного дворца затребую! — Тогда, возвращаемся в Константиновский, Ваша Светлость? Я как раз за изготовление «ежа» сяду. Это тоже дело не двух минут. — Два делайте, Варвара Андреевна. Для Апраксиных и для Морозовых. Никого Алексей ещё не ждал с таким нетерпением, как обещанного Цимбелем человека. Ему не сиделось, не ходилось, и не работалось. Михаил только час вытерпел раздраженного супруга, после чего приложил его Благоденствием. Отчего ждать меньше Алексей не стал, зато прекратил третировать домочадцев. Только когда от ворот Константиновского поступил запрос на пропуск машины Голицыных, Алексей понял, что их авиетке пришлось сесть за пределами дворцовой зоны. — Привёз я вашего человека, господа! — громогласно объявил Дмитрий Александрович, едва только появившись на пороге кабинета. — И за это желаю знать всё! — Мы тут придумали, как Снежану найти, — ответил Алексей и взглянул на второго гостя. — Фёдор Евсеевич, где же ваш специалист? — Так я это, Ваша Светлость, — скромно объявил Цимбель. — Али вы думали, что мне моё место за просто так досталось? — Значит, вы через боярскую защиту пройти можете? — Могу, Ваша Светлость. Только крупное вынести не смогу. Весом не больше пяти фунтов, размером меньше табуретки. — Надо не вынести, а занести. «Ежа». — Двухканальник? — А что, есть разница? — поинтересовалась Варвара Андреевна. — Если двухканальный, то ставить надобно в кабинете или спальне. Там господа разговаривают чаще всего. А ежели трёх — то и в гостиной можно. Это уже попроще. — Пяти! — с гордостью заявила Варвара Андреевна. — Только сходить в два дома придётся. К Апраксиным и к Морозовым. — Смогём! — Не слишком самонадеянно? Как вы защиту обойти собираетесь? Её именно обойти надо, а не вынести, чтобы владельцы дома ничего не заподозрили, — поинтересовался Михаил, явно припомнив дар Паладина. — Ваша Светлость, — вздохнул Цимбель. — Я на дело подписался, а не на чистосердечное… — Ладно тебе, Миш, — миролюбиво попросил Алексей. — Прав Фёдор Евсеевич. Зато если у нас «Лесную Сказку» обнесут, то будем знать, с кого спрашивать. — Давайте ваших «ежей». Оба сразу. Только вырубите, чтобы не фонили. Как поставлю — сообщу, тогда и включите. Но не раньше, иначе запалите меня по хилому. И топтунов своих за мной не посылайте. Вычислю — работать не буду. — Вам для дела что-то нужно, Фёдор Евсеевич? — Адреса домов и планы, если есть. Ну и покушать после. В кабаке желательно. — План есть, а уж покушаете сами, — усмехнулся Алексей и положил перед Цимбелем две сторублёвые ассигнации. — А на одежонку, Ваша Светлость? Кто ж меня в хороший кабак в моём рванье пустит? Оглядев прилично пошитый костюм, Алексей хмыкнул и добавил ещё три сотни. — Только не уезжайте сразу из Петрограда, Фёдор Евсеевич. Возможно, ваши услуги ещё понадобятся. — Подзадержусь, Ваша Светлость. Чего не подзадержаться с деньгами-то? — Вот! — Варя положила на стол два предмета. — Чайную чашку к Апраксиным. У них точно такой же набор в серванте гостиной стоит. Я у Олега Николаевича узнала, он бывал у них. А крышечку от графина к Морозовым. Если даже прислуга обнаружит её, то решит, что просто на место не убрали. И хозяевам не скажет, ведь за такое им самим влетит. Ждать Шуваловым пришлось до самого ужина. И только когда подали чай, Варя встрепенулась. — Отзвонился Цимбель! Включаю! *** — Послушайте, уважаемый, я вам десять рублей заплатил! И вы мне обещали мансарду, а не чердак! — За что заплатили, сударь, то и получили! Не нравится, другое жильё ищите! — недовольно заявил тучный господин и захлопнул дверь перед носом незадачливого мужичка. — Ну что за город! Каждый, каждый облапошить пытается! Одно жульё кругом! — горестно вздохнул мещанин Фёдор Евсеевич, спустился с крыльца и достал из кармана золотые часы, которые ещё минуту назад висели на поясе тучного господина. — Одно жульё… Ну и как порядочному человеку тут жить?