Нет сердца

      — Нэко-чан, зачем тебе все эти оригами? — на секунду Мисудзу теряется, не понимая, что имеет в виду Дазай, и, только проследив за его взглядом, догадывается, что конкретно его заинтересовало.       Бумажные журавлики, в изобилии были подвешенные на тонких нитях прямо под потолком комнаты девушки. Одни больше, другие меньше. Из белой и цветной бумаги, однотонные и с тонкими, едва заметными взгляду, узорами… Кажется, абсолютно каждая фигурка была уникальной. Канэко тепло улыбается.       — А вы не знаете, Дазай-сан? — интересуется она у своего гостя, что сейчас довольно по-хозяйски расположился на небольшом диванчике. — Есть предание, согласно которому, если суметь сделать тысячу журавликов, твоё заветное желание непременно исполнится! — в глазах девушки чуть ли не звёзды загораются, стоит ей заговорить об этой красивой легенде. Осаму лишь хмыкает многозначительно.       Он сам был слишком скептичен для веры в чудеса, однако же брать и открыто заявлять об этом Мисудзу, так искренне верящей — или, как минимум, желающей верить — ему не хотелось. Ведь та наверняка стушуется и почувствует себя глупой. Осаму этого не желал. Да и эта во многом детская наивность Канэко даже подходила.       — И чего же ты так сильно хочешь, Нэко-чан? — задаёт мужчина новый вопрос, после чего на щеках девушки мгновенно вспыхивает яркий румянец.       — О… О своих желаниях нельзя рассказывать! Иначе они не сбудутся! — тараторит Канэко, пытаясь спрятать пылающее лицо. Дазай лишь тихо смеётся.       — Ах, прости, прости, я совсем не знал.       «Я хочу, чтобы Дазай-сан всегда был рядом со мной,» — мысленно отвечает она, садясь рядом с Осаму. Тот слегка приобнимает девушку, и та счастливо улыбается. Больше ей и в самом деле было не о чём мечтать.