Ценная находка

      Возвращаться в гостиницу смысла не было. Да и подсознательно Гарри подозревал, что им с Хагридом лучше не светиться в слишком людных местах. Этот проходимец явно может нарваться на следующие неприятности и их за собой потянет.       — Мы думали, ты уже давно в Англии вместе со своим бегемотом, — напомнила Гермиона, перепрыгивая через небольшой ручей.       — Дык, дон Эстебан оказался очень великодушен и обещал мне второго бегемота, но там нужно подождать, когда самка потомство принесёт. Он мне детёныша одного и отдаст. Сразу всех на место и доставим. Трудно по одному-то их отсюдова вывозить… Ироды жизнь осложняют. Понатыкали своей защиты на каждом шагу, — бурчал Хагрид себе под нос.       — Куда мы идём, кстати? — вдруг поинтересовался Гарри. Раз с Хагридом всё разрешилось, пора было заниматься своими делами.       — Не боись, — лесник оправился довольно быстро, и выглядел уже вполне жизнерадостным. От цепкого взгляда Гарри не укрылось, как тот что-то прячет в руках, одетых в перчатки. — У меня тут хижина неподалёку. Отдохнём с дороги, чаю отведаем с кексами. А там я и провожу вас куда надобно.       — Вижу твоё настроение улучшилось, — отметила Гермиона,       — Да чего там… Скажу вам так: в Азкабане похуже было, чем у этих индейцев, — отмахнулся полувеликан.       — Что это у тебя в руках? — не выдержал Гарри.       — А тебе всё расскажи. А ты ж меня потом посадишь, господин аврор, — усмехнулся Хагрид. — Ладушки, пойдем ко мне в лачугу, там всё и узнаете.       Буквально через полчаса они добрались до места. Хижина лесника была явно увеличена изнутри магией и походила на склад или зоопарк. В крепких зачарованных клетках сидели различные звери: одни сильно выделялись и имели явное магическое происхождение, другие — внешне не отличались от обычных, но таили скрытые магические силы внутри. Но были и представители местной фауны, не упрятанные в клетки и свободно гуляющие по комнате. На огромное плечо Хагрида сразу село несколько ярких попугаев, а в ногу уткнулась капибара с маленькими обезьянками верхом. На самого Гарри прыгнул его старый приятель — пёс Клык.       — Ты и Клыка с собой притащил? — глаза Гермионы в шоке распахнулись. Она никогда не видела столько зверья в одном месте.       — Да, Грохх вместо меня за лесом следит, но он проводит почти всё время в лесу. Практически там живёт. А Клык к дому привык, а одному ему там одиноко будет. А ежели Грохх его покормить забудет… Со мной всё же лучше.       Хагрид, наконец, показал в руках красивых котят.       — Волшебные оцелоты. Я уже договорился с Арабеллой, она жныров и простых кошек разводит, я ей этих оцелотов отдам, и она новые модные породы выведет, а уж в Хогвартсе у меня будет большой рынок сбыта среди девочек. И без конкуренции… — хитро улыбнулся начинающий коммерсант.       Глядя на симпатичную мордочку оцелота, Гарри не мог не согласиться, что котята будут пользоваться спросом, а новая элитная порода будет стоить дорого.       — Откуда здесь столько магических видов? — удивился Гарри.       — Сколько вы знаете способов получения магических зверей? — Хагрид хитро прищурился, будто принимал экзамен.       — Исходные особи, вроде драконов и фениксов, о которых неизвестно, когда и как они появились. Проклятые люди, как, например, пятиноги, когда целую семью превратили в чудовищ, а они расплодились и заполонили остров. Случайные мутации, если популяция живёт рядом с мощным источником магии. Целенаправленные ритуалы на один вид, чтобы у особи детёныши обладали магией, или магическая селекция со смешением видов, например василиск или соплохвост, — деловито сообщила Гермиона.       — Ага, пять баллов Гриффиндору, — усмехнулся лесник, ставя на плиту чайник и отгоняя Клыка от Гарри в угол хижины. — Тока ж, помимо ентих целенаправленных ритуалов, есть ещё ненаправленные, когда племя поклоняется тотему какого-нить зверя, молится ему, жертвы приносит, а из этого и случайно появляются магические звери. А тут племён хватает, и у всех какие-то свои тотемы, священные животные. Это во-первых… Во-вторых, у нас в Англии за селекцией строго следят, Министерство работает, а в таких странах законы работают кое-как или вообще не работают, и кто-нибудь что-нибудь да склепает у себя на кухне ради интереса или чтоб дом сторожило и воров пугало. В-третьих, и до Министерства тут древних развитых цивилизаций хватало, они после себя оставили кучу жертв своих опытов, да в их храмах енти самые мутации от магического фона происходят до сих пор. А ещё у нас же охотники много чего перебили, а тут в джунглях любая тварь спрячется и расплодится, — увлечённо рассказывал Хагрид, а затем вдруг замолчал и весело усмехнулся. — Есть ещё кое-что, о чем школьникам рассказывать не полагается, рано вам такое знать…       — Да давай уже, рассказывай, я давно не школьник, — не выдержав, рассержено потребовал Гарри.       — Для меня вы всегда останетесь детьми, — умилился Хагрид, потрепав Гарри по щеке.       — Тебя арестовать за контрабанду? Тут местный Эскадрон, между прочим, лютует.       — Ладно-ладно. У нас анимаги считают себя просто волшебниками, которые научились превращаться в зверей и птиц, цивилизованный анимаг всегда уверен в том, что он человек и только человек. А у примитивных народов анимаги считают зверя частью себя, свою звериную жизнь равноценной человеческой, а то и более важной. Анимаг-индеец считает себя и зверем, и человеком в равной степени или даже больше зверем. Понимаешь? И ежели случится спариться с кем-то в звериной форме, то для них это норма, все ж звери так делают, отсюда и магические зверюшки родятся. Бывает и семья анимагов-оборотней, будут дети у них не пойми кто: анимаги, оборотни или уже зверушки. А у них же тут тотемизм, они зверям поклоняются, и всё это в одну кучу складывается: анимаги, оборотни, жертвы ритуалов, все друг с другом спариваются.       — Да уж… — Гарри передернул плечом. — Мог бы и сам догадаться.       Гермиона же просто покраснела до кончиков ушей и вцепилась пальцами в чашку с чаем, которые Хагрид расставил на столе.       — Всякое в жизни бывает, — как ни в чём не бывало продолжил школьный лесничий. — Я, кстати, в свое время у Сириуса расспрашивал, не оставил ли он после себя щенят где-нить, пока бомжевал… Отнекивался, отшучивался, всё отрицал. А когда ты «Сам-Знаешь-Кого» одолел, я после этого к аврорам напросился, чтоб вместе с ними обыск у Малфоев провести. Говорят же, что «Сам-Знаешь-Кто» умел в змею обращаться и енту, как её — Нагайну при себе держал, которая ещё Артура покусала. Я всё поместье обыскал, не оставили ли они где кладку яиц. Жаль, ничего не нашёл, — пожаловался Хагрид.       Услышав такие подробности, Гарри выпучил глаза от удивления. Гермиона же готова была уже скатиться под стол от смущения.       — Да ты ж не думай, что я не понимал… Я и сам не верил, что найду кладку, а тока попробовать должен был, а то мало ли чего тока не случается. И от Сириуса — хулигана эдакого всякого ожидать можно, а то поди умом тронулся в Азкабане, а пока бомжевал в собачьей шкуре, так и совсем одичать мог. Он же меня чуть не проклял, когда я ему это сказал, тоже ржал, но всё грозился проклясть, — вспоминал полувеликан.       — Ладно, вернёмся в Англию, я обязательно тебя навещу, хочу увидеть, во что ты наш лес с этим зверинцем превратишь, — пообещал Гарри, желая сменить тему разговора.       — Погодь, Гарри, дело одно есть… Тут неподалеку в Перу кое-что водится. Там всего-то границу перемахнуть по-быстрому и одну зверюгу забрать. Я уверен, тамошние даже и не заметят, что она пропала, — вдруг стал предлагать очередную тёмную схему Хагрид. — Я бы и один справился, да с напарником поди ж надежнее.       — Хагрид! Не наглей! Я аврор, а не подельник в твоих делишках. Радуйся, что я не арестовал тебя и из того дурацкого племени вытащил, — Гарри погрозил старому другу пальцем. — Вообще-то у меня самого тут дел хватает. Нам нужно отыскать в этом лесу дом одного покойного артефактора.       — Ох, — Хагрид вдруг смахнул выступившую слезу, — хороший был человек этот Джарамилло. Зверушек любил.       — Ты его знал? — Гермиона, наконец, обрела дар речи и крайне обрадовалась тому, что лекции про размножение всяких фантастических тварей закончились.       — Обижаешь. Да мы не раз по рюмочке пропускали, когда я сюда наведывался… Гостил я у него… Но лучше не отправляться на ночь, в джунглях небезопасно. Давайте переночуем у меня, а завтра с утречка я вас и провожу до места.       Друзья переглянулись и согласно кивнули. В конце концов, выбора у них сильно не было, а по ночному лесу бродить не хотелось даже в компании Хагрида.       Вечером полувеликан накормил их безвкусным крапивным супом и, завалившись на огромную кровать, захрапел в обнимку с Клыком. Гарри с Гермионой пришлось чуть расширить магией лавку в углу, трансфигурировать себе подушки и одеяло и лечь вместе прямо в одежде. Тут было не до отдельных удобств. В хижине было прохладно, и ночью Гермиона замёрзла и принялась жаться к Гарри. Он с радостью обнял её, согревая своим телом, и подумал, что даже на неудобной лежанке в хижине Хагрида рядом с подругой спать приятнее, чем одному в комфортабельном гостиничном номере.

***

      На следующее утро сразу после завтрака друзья двинулись в путь. Хагрид шёл уверенно и по пути ещё много чего поведал про местную фауну. У Гарри от такого обилия информации аж голова разболелась, поэтому он был невероятно счастлив, когда они, наконец, добрались до места. Там они распрощались с лесником. Гермиона слёзно просила его больше никуда не впутываться и побыстрее вернуться в Британию, от греха подальше. Всё-таки она очень переволновалась, увидев вчера Хагрида привязанного к ритуальному столбу в деревне туземцев. Полувеликан сжал их в своих медвежьих объятиях и махнул рукой на прощание.       — За меня не волнуйтесь. Больше я на их уловки не поддамся… умнее буду, — пробасил он напоследок и скрылся в гуще деревьев.       Друзья решили осмотреть место преступления. Надеяться, что спустя такое количество времени там можно было обнаружить новые улики, конечно не приходилось. Но всё-таки чутье подсказывало Гарри, что пошерстить в данной хижине определённо стоит. Раз Малфой отправился на этот чёртов остров, то явно что-то ищет. Ведь хорёк явно прибыл сюда не для того, чтобы покрыть бронзовым загаром своё бледное тощее тело.       Гарри отметил, что защита на доме артефактора была впечатляющей и лишь многолетний опыт аврора позволил ему обойти её достаточно быстро. Мистер Джарамилло явно не был гостеприимным хозяином.       Отворив заклинанием дверь, он протиснулся внутрь, махнув рукой Гермионе, которая шла следом. Изнутри помещение оказалось гораздо просторнее, чем снаружи, что было обычным явлением среди домов волшебников.       Небольшой коридор вёл в кухню-гостиную, где толстый слой пыли покрывал пол и все горизонтальные поверхности. Молодые люди заглянули ещё в одну комнату — спальню, где тоже не нашлось ничего интересного. Глядя на кровать, застланную стёганным коричневым одеялом, Гермиона подумала, что именно здесь коротал вечера старый артефактор. Вероятно, перед сном он любил читать, так как на прикроватной тумбочке с одной из сторон лежали очки и возвышался подсвечник.       Кабинет заинтересовал Гермиону обилием книжных стеллажей. Она медленно обошла их все, читая надписи на корешках. Гарри тем временем обшарил ящики стола, но не нашёл ничего интересного. Он толком не знал, что ищет и зачем явился сюда. Если преступники и искали какую-либо информацию в доме мистера Джарамилло, то они сделали это ещё в день убийства. Да и представители местного Эскадрона наверняка уже забрали отсюда всё, что хотя бы мало-мальски походило на улики. Всё вокруг говорило о том, что гостей тут давненько не было.       — Смотри, — Гермиона приманила себе с полки книгу и постучала палочкой по названию. — Тайны индийских богов. Редкий экземпляр.       — Думаешь, там есть что-нибудь про побрякушки этого бога, которые мы нашли? — Гарри подошёл к шкафу с какими-то склянками и принялся изучать содержимое.       — Гарри, у тебя нет никакого уважения к наследию древности, — проворчала Гермиона, запихивая книгу в сумку. Она была уверена, что мистер Джарамилло не был бы против одолжить ей эту книгу.       — Я просто не понимаю, на кой чёрт создавать то, что ставит под угрозу целый мир. Будь моя воля, я бы вообще спалил эти серьги адским пламенем.       — С одной стороны ты прав. Но с другой — что маггловская наука, что магическая — это часто хождение по краю. И без изучения не будет эволюции, движения вперёд. Вопрос в том, в чьих руках эти знания.       — Что-то они очень часто попадают не в те руки, — Гарри прочёл надписи на пузырьках, открутил крышечки, понюхал и поставил назад.       — Так для этого мы и работаем. Мир не идеален, люди не идеальны, и маги в том числе. Нам ли этого не знать? — Гермиона взглянула на друга с особой нежностью.       О несправедливости и неидеальности этого мира Гарри точно знал побольше среднего обывателя. Это его родителей убил съехавший с катушек тёмный маг, это он провёл первые одиннадцать лет в доме родственников, которые его ненавидели. Это он каждый год в школе сталкивался со смертью. Он постоянно терял дорогих людей. Но сейчас было некогда жалеть себя. Необходимо было вывести на чистую воду Малфоя и поймать Ласи, ведь этот подонок вряд ли работал только на одного заказчика. Он наверняка мог поведать много чего интересного.       Закончив с пузырьками, в которых были какие-то настойки, не представляющие для Гарри интереса, он принялся расхаживать по периметру кабинета, в надежде найти хоть что-то. Гермиона же продолжала восхищенно таращится на стеллажи с книгами. Библиотека покойного артефактора была впечатляющей.       На стене около окна Гарри заметил какую-то картину в рамке под стеклом, напоминающую обычную маггловскую карту местности — такие обычно рисуют в детских учебниках, где для наглядности изображают деревья, зверушек и некоторые здания — будь то церкви, магазины, вокзалы или аптеки. Гарри и сам не знал, чем она так его заинтересовала, пока не понял, что в центре обозначено нахождение самой хижины мистера Джарамилло.       — Гермиона, — позвал он, — что ты думаешь об этом?       Подруга оторвалась от вожделенных книг и подошла ближе.       — Может, просто предмет интерьера, — пожала плечами она. — Вполне подходит по стилю этому месту.       — Да, мы сейчас вот тут, — Гарри ткнул кончиком палочки в центр карты. — Хижина имеет столько ступеней защиты, но обозначена на простой маггловской карте? А ещё, похоже, в правом углу та самая деревенька, откуда мы вчера вытащили Хагрида.       Гермиона прикусила губу, на секунду напомнив Гарри о совместной горячей ночи, и более внимательно начала изучать детали. Эмблемы растительности, птиц, зверей, небольшая речушка и озеро. Её заинтересовало изображение храма на окраине леса, недалеко от морского берега, вверх от деревни аборигенов.       — Раньше здесь промышляли пираты. Они любили прятать награбленное в храмах или церквях. Не знаю, случайно ли мистер Джарамилло поселился на этом острове. Он был скрытен и, думаю, унёс с собой в могилу кучу тайн. Нам нужно отправиться туда! Если это пиратский тайник, то именно его может искать Малфой. Ведь вчера вождь сказал, что встречали воров где-то на севере… Странное совпадение.       Гарри задумался. Времена, когда он совсем бездумно бросался в любую заварушку, давно прошли. Ему по-прежнему была свойственна горячность, но теперь он предпочитал не рисковать жизнями близких людей. Если Малфой искал древний храм, то там может быть ловушка.       — Гермиона, я бы хотел отправиться туда один. Давай ты вернёшься в гостиницу…       — Что?! — подруга гордо вскинула подбородок и пронзила его негодующим взглядом. — Я думала, мы уже обсудили данный вопрос. Это точно не опаснее охоты за крестражами, Гарри. И если уж я тогда была с тобой, то и сейчас буду!       — Сейчас в этом нет необходимости. И я не хочу рисковать тобой! — не удержался он.       — В смысле? Я что, по-твоему, стала глупее или бесполезнее за эти годы?       — Нет, конечно же! Гермиона, тогда я был молод и глуп и тащил вас за собой в самое пекло, хоть и не имел на это никакого права.       — Ты никуда нас не тащил! Я сама пошла за тобой!       — А я не отказался! А сейчас я говорю: нет! Ты девушка и не должна участвовать во всей этой грязи. Бери свою шкатулку и возвращайся в Австралию. Я обещаю, что убийца мистера Джарамилло будет наказан. Я доведу это дело до конца.       Гермиона захлебнулась в возмущении. Они что, серьёзно ругались из-за подобной ерунды?       — Гарри! Я и тогда была девушкой, если ты не помнишь. Что изменилось?       — Всё! — он повысил голос, понимая следующее: Гермиона не отступится, это было не в её характере. Но, вместе с тем, с каждой секундой в груди Гарри росла решимость не подвергать её жизнь риску. Чёрт! Эти две ночи изменили многое. Теперь он воспринимал её абсолютно по-другому! Не просто как друга, соратницу и замечательного человека. Интимная близость раскрыла глаза на Гермиону-женщину, и сейчас на первое место выходил первобытный инстинкт самца защитить её. Уберечь. Не подвергать очередной опасности, таща за собой в возможную ловушку.       Гермиона, кажется, читала его мысли и даже не попыталась отвести взгляда.       — Чёрта с два! — зашипела она, тыча пальцем ему в грудь. — Если ты решил, что после секса можешь решать за меня, что я должна делать, то ты явно ошибся с выводами. Я тебе не Лаванда какая-нибудь! И если бы я знала, что ты начнёшь мне указывать, то и спать бы с тобой не стала!       — Мерлин! Упрямая ведьма! — Гарри запустил руку в волосы. — Я не указываю тебе, я взываю к здравому смыслу!       — Конечно, очень здраво переться непонятно куда одному! В Аврорате последние мозги из головы выбивают, что ли? Ты, конечно, везучий, Гарри, но всё-таки не бессмертный!       — Гермиона! — он просто пригвоздил её взглядом к полу. Обычно это действовало на всех: на преступников на допросе, на коллег, начальников и даже на членов Визенгамота во время судебных заседаний. Мало кто мог выдержать подобный взгляд Гарри Поттера.       Но Гермионе было всё нипочём. Она только фыркнула в ответ и даже глаз не отвела. Он сделал шаг вперёд, придвинувшись почти вплотную, и она почувствовала тепло, исходившее от его тела, рассмотрела мимические морщинки вокруг глаз, складку между бровей, уловила приятный запах средства после бритья.       Сердце пропустило удар, а ноги стали ватными. От противостояния взглядов, казалось, заискрился воздух вокруг. Взрыв был неминуем, и это понимали оба. Гермиона видела огонь в его изумрудных глазах. Они так сияли в исключительные моменты: когда Гарри был на грани. Она уже приготовилась к тому, что он снова повысит голос, но внезапно он обхватил ладонями её лицо и вонзился в рот грубым поцелуем.       Гермиона подавилась стоном и вцепилась в его рубашку. Это был поцелуй-битва, поцелуй-противостояние, поцелуй-подчинение. Она ощущала всю его ярость, всю сокрытую пылкость и жаркую страсть. Он прорвал оборону сомкнутых губ, мазанул языком по дёснам, от чего она задрожала, ощущая волну неконтролируемого возбуждения, разливающуюся по телу.       Внутри лона, казалось, что-то запульсировало, и Гермиона вздрогнула, не ожидая, что простой поцелуй может вызвать в ней подобный ураган чувств. Каждая её клетка хотела его. Она забыла, где они находятся, и что они полностью одеты. Она включилась в эту игру, сминая его губы не менее горячо и властно.       И тут, будто специально выжидая подходящий момент, жуткий раскат грома грянул вдали, заставив задрожать оконные рамы. Гарри выпустил Гермиону из рук так же внезапно, что она даже не успела сообразить, а лишь судорожно глотала воздух, пытаясь заставить мозг работать.       Он выругался и снова схватился за голову, не зная, как дальше вести с ней спор и не в силах себя контролировать. Тем временем по крыше застучали первые капли дождя. Погода в Колумбии порой менялась стремительно и была абсолютно непредсказуемой.       — Если это был твой последний аргумент, Гарри, то он не сработал. Мы идём туда вместе. К тому же, в подобных тайниках могут быть запрятаны артефакты, представляющие интерес для Отдела тайн, — гордо выдала она, глядя сквозь стекло, как струи воды стекают по огромным пальмовым листьям.       — Хорошо, — процедил Гарри, признавая поражение, — но предлагаю немного переждать дождь.       На этот раз подруга согласно кивнула и снова направилась изучать книжные стеллажи мистера Джарамилло.       Спустя час ветер разогнал тучи, и сквозь густую растительность снова стали пробираться лучи летнего солнца. Новых подсказок друзья не обнаружили. Поэтому, прихватив с собой карту со стены, двинулись к намеченной цели, решив использовать ковёр-самолёт. Всё-таки на нём Гермиона чувствовала себя комфортнее, чем на метле.