Against Our Demons.

С точки зрения Рюсэя, этот разговор имел невероятный успех. Он всегда был за то, чтобы играть в долгую игру и ждать Саэ, но планы меняются. Как жизнь, так и природа. На самом деле это Саэ начал с того, что поспорил с ним из-за всей этой истории с Ганновером в раздевалке. Он мог бы оставить все как есть и никогда не поднимать эту тему, но он поднял, потому что слова Саэ-чана «Мне не нужна твоя защита» были своего рода благодарностью, а его «Мне не нужно, чтобы ты защищал меня» было действительно продолжай в том же духе, я нахожу это действительно сексуальным. Это было написано на его хорошеньком личике. Была еще одна вещь, которая беспокоила Рюсэя, когда дело касалось красивого личика Саэ. Он бы не поцеловал его, если бы не застал его врасплох и не напугал заранее. Учитывая, что тот все еще по горло в море отрицания, так и должно было быть. Рюсэю нужно было удивить Саэ, чтобы оценить его реакцию. И его реакция? Это было недолго, и Шидо сомневался, что тот вообще заметил, как окаменел, но все же он ответил на поцелуй. Это было все, что нужно Рюсэю, чтобы подтвердить то, что он уже знал. Он проехал всю дорогу обратно в свой отель, где упал на кровать и погрузился в воспоминания о дне. Это было приятное изменение темпа от его собственных сфабрикованных мыслей. Он делал успехи. Саэ, с другой стороны, перестал кричать. Это было из-за отсутствия способности это делать, а не воли, но, тем не менее, в раздевалке стало тихо. Вместо того, чтобы быть тем, кем он был раньше, не в ужасе, сказал он себе, Шидо ничего не знает, он был в ярости. Злился на себя, на свое тело и полное отсутствие контроля над ним. Он продолжал прижимать пальцы к запястью, чувствуя, как его пульс бьется за то, чтобы вырваться из вен. Почему я не могу успокоиться? — раздраженно спросил он себя. Он тоже вернулся в отель, но как только он прошел через вестибюль, его частота сердечных сокращений и частота дыхания, которые еще не совсем вернулись к норме, снова резко подскочили. Он не мог быть там. Мысль о том, чтобы сидеть в своей комнате, вызывала у него желание срочно покинуть отель. От мысли о массаже ему захотелось кого-нибудь ударить. Ему нужно было отвлечься. Ему нужен был друг. И, к счастью для Саэ, у него был только один человек, которого он считал другом, и они оказались в одном городе. Джуниору нравился Саэ, потому что ему нравились все, а Саэ нравился Джуниор, потому что он был талантлив и любил тренироваться дополнительно. Это на самом деле то, что Джуниор сказал ему во время того комментария, который впервые заставил Шидо так ревновать. «Эй, если ты все такой же сверхуспевающий, каким был раньше, я определенно проиграл. Я живу в 817 номере вашего отеля, если ты захочешь меня найти.» Саэ также полагал, что Джуниор знал его достаточно хорошо, чтобы знать, что он не слишком разговорчив, так что не похоже, что он стал бы совать нос в чужие дела. Это было идеальное отвлечение. После того, как он оставил свои вещи, сумку и телефон, Саэ отправился туда. Джуниор был очень рад видеть Итоши, как всегда. Он без колебаний сказал ему об этом. Он не спрашивал, что ему нужно или что-то еще. Он просто сказал «Привет, Саэ!», как будто он всегда был готов бросить все во имя того, чтобы быть приятным человеком. — Я иду на пробежку, — сказал Саэ. — Не хочешь со мной? Улыбка Джуниора стала шире. — Ты все еще не знаешь, когда остановиться, да? Саэ старался не съеживаться. — По-видимому нет. — Мне всегда нравилось это в тебе, — сказал ему Джуниор, отступая в сторону. — Заходи. Я переоденусь, и мы пойдем. Это было в характере Джуниора, но принять приглашение было не в характере Саэ. Обычно он посмотрел бы на него и сказал, что ему не нужно заходить для этого, и парню нужно просто поторопиться, пока он ждет снаружи, но ему действительно не хотелось оставаться наедине со своим ненормальным пульсом или своими мыслями. Вскоре они ушли вдвоем. Саэ не стал упоминать, что он еще не очень хорошо знает город, а Джуниор не собирался это комментировать. Он просто молча вел их. Саэ было все равно, куда они пошли. Он просто полагал, что после достаточного количества кардио тренировок он в конечном итоге устанет до такой степени, что его сердце перестанет биться. — Я действительно взволнован тем, что ты здесь, чувак, — сказал Джуниор в какой-то момент. — Любой бы удивился, — ответил Итоши. — Я серьезно, — сказал Джуниор, и Саэ понял, что он действительно имел это в виду. — У нас был дерьмовый прошлый год. Команда стала слишком уступчивой. — Похоже, все обленились. — Ты не ошибся, — сказал Джуниор. — Донован и Рю не были правильными лидерами. — Ты целуешь мне задницу. — Возможно, — сказал Джуниор, хотя это было не так. — Но это правда. Я хочу снова начать побеждать. Ты нужен команде. — А кто не хочет? — спросил Саэ. — Вот так, — продолжил Джуниор. — Никогда не меняйся. Для протокола, это самый близкий разговор, когда Саэ захотел назвать Джуниора засранцем. Но это было очень важно, поэтому он не стал отвечать. — И Шидо тоже, — добавил он. — Я имею в виду, вау. Он силен. — Угу, — согласился Саэ с минимальным признанием. — Вы, должно быть, хорошие друзья, да? — спросил Джуниор. — Нет, — отрезал Саэ. Он не хотел этого, но его сердце снова колотилось, и теперь он боролся и со своей грудью, и с разговором. — Мы сыграли одну игру вместе. Мы едва знаем друг друга. — Не похоже. — В каком смысле? — спросил Саэ. Это был риторический вопрос, но лицо Джуниора все равно ответило на него. Затем он это сделал, сказав: «Потому что ты разговариваешь с ним». — Я знаю, как разговаривать с людьми, — отрезал Саэ. — Я знаю, что ты знаешь, как это делать, — со смехом ответил тот. — Просто ты этого не делаешь. Но Саэ все еще был обижен и защищался. — Я разговариваю с людьми, хорошо? Почему все это имело значение? Что, черт возьми, с ним происходит? — А потом ты согласился на совместный контракт, — продолжил Джуниор. — Дитрих знал, что мы знакомы, и спросил, что я думаю. Я сказал, что он был бы сумасшедшим, если бы доверил это тебе, и он собирался внести нашу команду в черный список за отправку предложений тебе. — Это было хорошее предложение, — оправдывался Саэ. — Я хотел, чтобы ты был в команде, — сказал Джуниор. Сае больше не хотелось говорить. Он еще меньше заботился об этом. Он бросил на Джуниора взгляд, который был одновременно и вызовом, чтобы не отставать, и командой заткнуться, и пустился в спринт. Он не знал, как далеко они зашли, когда Джуниор в конце концов умолял его остановиться. Сначала ему было противно, потому что ему казалось, что он мог бы продолжать бежать часами, но потом он увидел солнце и понял, как много времени прошло с тех пор, как они покинули отель. Джуниор рухнул на траву у тропинки, прижавшись к ней щекой. — Ты будто не человек, — пошутил Джуниор, когда отдышался. Саэ принял это близко к сердцу. Выносливость Джуниора была хорошей. Достаточно хорошей, чтобы Саэ признал это как таковое. Даже он сам должен быть измотан, но он все еще чувствовал себя взвинченным. Он слушал, как колотится его сердце. Какого хрена я не могу успокоиться? — Чем они вас там кормили? — спросил Джуниор. — Слезами жалости, — ответил Саэ, даже не взглянув на него. — И ты следующий. Джуниор сделав последний усталый вздох и оттолкнулся от травы. — Давай вернемся. — Если ты готов, — сказал Джуниор, заканчивая последнюю растяжку икр. Итоши сорвался с места, не предупредив и не дождавшись его, и был раздражен, но не удивлен, когда Джуниор догнал его и довольно быстро ускорился. Он вдруг пожалел об этой идее. Он решил, что его единственный друг официально понижен в должности до случайного знакомого. Вернувшись в гостиничный номер, он все еще чувствовал себя нервным, или на взводе, или что бы он ни чувствовал, но это определенно не был ужас, поэтому он подумал, что, может быть, ему стоит пойти на массаж после того, как его попытка вести себя мило с друзьями так эффектно провалилась. Он нашел свой телефон на ночном столике, где он его оставил, и поднял его, чтобы разблокировать. Но прежде чем он это сделал, он кое-что заметил. Его экран блокировки. Он почти никогда не видел его. Во всяком случае, не в эти дни. Его всегда ждали новые сообщения, Неизвестный насмехался над ним, пока на его экране отображались превью сообщений. Не в этот раз. Нечего было показывать. Это было странно. Он открыл интернет и свою электронную почту. Оба исправно работали. Но он был подключен к Wi-Fi отеля, так что это вряд ли имело значение. Ему было все равно, на самом деле было все равно, но если у него не было новых сообщений, значит, его телефон сломался, и в этом была проблема. С этим нужно было разобраться. Ведь он был очень важен. Людям нужно было иметь возможность связаться с ним. Его сердце снова ускорилось. Он пытался дышать медленнее. Лучшим способом проверить это, по мнению Саэ, было позвонить его менеджеру и узнать, пропускает ли звонки его сотовый. Может быть, это было что-то международное. Или проблема с его биллингом. Его менеджер взял трубку, как всегда, после первого гудка. — Привет, суперзвезда. Что я могу сделать для вас? — Я думал, что мой телефон не работает, — признался Саэ. — Просто хотел проверить. — Мне кажется, все в порядке, — услышал он на другом конце провода. — Эй, твоя первая тренировка была сегодня, верно? Как дела? — Пока, — сказал Саэ и повесил трубку. Он понял, что происходит, и почувствовал себя глупо. Он тоже был в ярости. Злой на Шидо, но не за то, что он залез ему в голову, а за дерзость попытки вывести его, и злился на себя, за то, что почти позволил ему. — Я знаю, что ты делаешь, — прошипел он в телефон. Но на самом деле он злился не на свой телефон. Не совсем. — Ты думаешь, что меня втайне так волнует, что ты постоянно пишешь мне сообщения, что ты заставишь меня писать тебе, если вдруг перестанешь, — усмехнулся Саэ, глядя на свой телефон в руке. — Ну, шутка над тобой, потому что мне насрать. Не то чтобы он знал это, но он лгал. — Ты меня не знаешь, и ты меня не сломишь, — сказал он дальше, его хватка на телефоне становилась крепче, а голос становился резче. — Иди на хуй. А потом бросил телефон на кровать. Или это то, что он собирался сделать. В итоге он швырнул свой телефон с такой силой, что тот перелетел через кровать, через всю комнату и через дверной проем, ведущий в ванную комнату, где он задел край стойки и срикошетил в мраморный пол, где он разлетелся на миллион осколков.