Against Our Demons.

Саэ ничуть не беспокоился ни о пари, ни об игре. Он знал эту команду и знал эту игру. Он знал с достаточной степенью уверенности почти каждое событие, которое должно было произойти в течение девяноста минут игры. Он собирался победить. Джуниор помогал убедиться в этом. Саэ знал, будучи полузащитником, что наличие хорошего нападающего имеет значение. Назвать Джуниора хорошим было преуменьшением. Он был лучшим из тех, кто были в команде. Он был одним из лучших, кого Саэ когда-либо встречал. И Джуниор принадлежал ему, а не Шидо. — Солнечный луч, — назвал его Саэ старым прозвищем. Когда они раньше играли вместе, их связывало мастерство, а также то, что они были двумя вундеркиндами из азиатских стран (не обязательно известных хорошими футболистами). Не то чтобы они плакали из-за этого вместе или что-то в этом роде, это было больше похоже на тихое понимание, что-то, чем можно поделиться. Единственным способом, которым они действительно признали это, было обучение друг друга некоторым ключевым фразам на языках друг друга. Все они были футбольными фразами, поэтому они могли эффективно менять ситуацию на поле по своему усмотрению, не предупреждая ни команду соперника, ни свою собственную. Это была какая-то ностальгия. Теперь та японская часть Саэ, которую все еще помнят, станет ценным оружием. Он поднял мизинец к уголку глаза. — Одолжи мне свои глаза. Джуниор сразу понял. Он улыбнулся, поднес свой мизинец к уголку глаза и подмигнул другому. — Это всё твое, гений. Джуниор не владел таким тайным языком, как Саэ в этих разговорах, но тот факт, что Шидо тоже понял бы это, Саэ устраивал. Может быть, это когда-нибудь напугает его и покажет, что Итоши настроен серьезно. Шидо не выглядел испуганным, хотя он определенно это слышал. Саэ даже оглянулся и увидел, что тот улыбается. Вспоминая эту глупую улыбку, что не сходила с лица Рюсэя всю дорогу до корта, Саэ задумался, не идиот ли он. Нужно быть полностью слепым, чтобы не видеть какой из Итоши и Джуниора ужасающий дуэт. Почему он не испугался? Рюсэй совсем не волновался. Накануне вечером он просмотрел список команд, готовясь к пари. Он в значительной степени был уверен, что Саэ позволит ему победить или, по крайней мере, слишком увлечется собой, чтобы играть на полную катушку. А если тому удастся сохранить хладнокровие и сыграть наилучшим образом, что ж, Рюсэй будет готов к этому. Он никогда не выходил на поле, чтобы проиграть, но это был проигрыш, который он полностью отвергал. Прямо перед тем, как они отошли друг от друга, чтобы встать в строй, Шидо схватил Саэ за плечо и сжал его. — Готов, нападающий? Саэ просто посмотрел на него в ответ, полностью презирая свою реакцию, которую вызвала эта фраза и последовавший за ней смешок. Он оттолкнул его. Очевидно, Шидо просто пытался залезть ему в голову. Это не сработает. Это работало. Рюсэй ясно видел это в глазах Итоши. Как только игра действительно началась, Саэ почувствовал себя лучше. Это то, что футбол всегда делал для него. Это был дом, в который можно было вернуться, любовь, которую нужно было восстановить, и место где тебя приветствовали. Ничто другое не имело значения, когда он играл, кроме самой игры. Ну, и победы. И в первые несколько минут казалось, что все действительно идет хорошо. Из лучших побуждений: просто. Другая команда была отбросами, посчитал Саэ. Беспокоиться не о чем. Но его настоящий противник, похоже, не доставлял ему особых хлопот. Саэ занимал позицию на поле примерно между Шидо и Джуниором, что давало ему полную свободу и возможность вмешиваться между ними двумя. Или, скорее, создавать возможности для их сплетения вокруг него. Что они и делали. С подозрительно малой борьбой между собой. Затем мяч оказался у Саэ, и последовал точный удар прямо перед ним. Он чувствовал, как каждый его мускул подергивается и активизируется, чтобы цель, которая медленно проигрывалась в его голове, осуществилась. Но он отдернул ногу и вспомнил отчетливое ощущение, что это никак не могло быть так просто. Прямо перед тем, как его лицо коснулось земли. Он даже не был уверен, что произошло. Или как. Это было стремительно и резко, словно его сбили машиной. У него даже не было времени подставить под себя руки, и в итоге на щеке образовался ожог от травы, а рот был набит дерном. Ну, это и раскаленная ярость. Подняв глаза, он все еще видел, как мяч врезается в сетку позади какого-то раздраженного вратаря, несмотря на то, что он знал, что не ударил по мячу ногой. Два и два сошлись, когда он увидел Шидо в паре метров от него, ухмыляющегося и смотрящего сверху вниз. Он протянул руку, чтобы помочь встать. Саэ проигнорировал этот жест. — Ты, блять, издеваешься надо мной? — Саэ зашипел шепотом, вставая. Он бы не вышел из себя. Он сдерживался, но чувствовал опасную близость. — О, не делай такое грустное лицо, — сказал ему Шидо, дотрагиваясь до щеки, которую только что оцарапала искусственная трава. Но он сказал это не так, как обычно, когда он валял дурака. Его голос был таким же холодным, как и его глаза. — Я лучше поцелую его позже. Саэ с гримасой отдернул лицо подальше от него. На этом их разговор закончился, потому что все остальные бросились к ним, как все обычно делали после любого гола. Но не все выглядели особенно довольными этим. В частности, Ганновер. Он подбежал прямо к Шидо и ткнул его обеими руками в грудь. Шидо немного отступил, но явно не так сильно, как хотел Ганновер. — Какого хрена ты делаешь, дегенерат? — спросил Ганновер. — Я забил, болонка, — сказал ему Шидо. — На случай, если ты не заметил. — Ты не можешь нападать на своих гребаных товарищей по команде! Саэ не потрудился выразить благодарность или даже посмотреть кому-нибудь из них в лицо. Вряд ли это было о нем. Речь шла о беспокойстве Ганновера, что все они были добычей, и Шидо начнет преследовать остальных. — Я родом из «Блю Лок», — сказал Шидо. — Они научили нас, что каждый сам за себя и что все, что имеет значение — это голы. Ты хочешь победить или нет? Ганновер просто пялился на него, как на идиота. Казалось, он был готов связать два слова вместе, чтобы начать мысль, но Шидо лишь пожал плечами и указал на цель. — Я мог бы заниматься этим весь день, — сказал Шидо. — Дай мне мяч, и я снова забью. — Если ты хоть на гребаную секунду подумаешь, что мы собираемся... — начал Ганновер. — Эли, — сказал Хант. — послушай его. — Послушай его? — закричал Ганновер. — Майло, ты в адеквате? Хант лишь улыбнулся, внимательно посмотрел на Саэ, а потом снова на свою комнатную собачку. — Я хочу победить. Именно тогда Саэ понял масштаб плана Шидо и то, как сильно он его недооценил. Это были не Джуниор и Саэ против Шидо. Это был Шидо, использующий неприязнь Ханта и Ганновера к Саэ в своих интересах. Саэ взбесился и вряд ли мог отрицать, что это его немного беспокоило. Проигрыш был разрушительным. Не для команды. В общем, они выиграли. Было много рукопожатий и радостных возгласов, и Хант заставил большинство из них петь командные кричалки. Дитрих тоже был в восторге от них, особенно от Саэ и Шидо, еще раз повторив, как он знал, что этот год будет отличным. Но все это время Саэ чувствовал, что задыхается от поражения. Лучше не стало, когда Шидо наконец поймал взгляд Саэ, чего он добивался с тех пор, как была закреплена его личная победа, посмотрел на него, высунув язык изо рта, как гребаный гремлин, и подмигнул ему. Саэ сохранял нейтральное выражение лица всю дорогу до раздевалки. Он пришел первым, то есть первым закончил празднование. Даже когда к нему начали подтягиваться другие, никто толком с ним не разговаривал. Он был занят, играя свою роль отчужденного придурка, и единственный человек, который мог попытаться, Джуниор, знал, что тот злится на него. — Что это, блять, было? — спросил он у него в момент детской ярости, после того как он сделал пас, закрепивший конечную цель Шидо. Джуниор только моргнул в ответ, ошеломленный: «Он был открыт, Саэ. Что в этом такого?» — Ты не представляешь, что ты сейчас сделал... — Саэ хотелось наорать на него. Но возобладали более здравые мысли. Вокруг него были какие-то разговоры об игре, какие-то перефразировки, но в основном это было предвкушение: Что еще можно было бы сделать в будущих играх; Как бы выглядел их сезон; Что они будут делать сегодня на командном праздновании. Саэ не потрудился подслушать. — Шидо, ты пойдешь с нами сегодня вечером? — с надеждой спросил Джуниор. — Нет, извини, — ответил Шидо так, что было ясно, что он ничуть не сожалеет. — У меня есть планы на вечер. Итоши протолкнулся из раздевалки, не желая больше ничего слышать. По странному стечению обстоятельств Шидо нашел Саэ в квартале, где он решил прогуляться, прежде чем вызвать такси обратно в отель. Он больше не хотел праздновать. Он больше не хотел разговаривать. Он даже не хотел никого видеть. Он хотел немного погрязнуть в собственной утрате и позже неохотно впустить Шидо в свою комнату примерно за пять минут до того, как ему пора будет ложиться спать, жестом указать на диван и сказать ему хорошенько выспаться, и фактически игнорировать его до той секунды, пока он не проснется, когда его тут же выселят. Саэ увидел приближающегося Шидо. Он свирепо глянул на него и отвернулся, скрестив руки, планируя полностью игнорировать его, пока не подъедет такси. Затем он мог бы забраться в машину, захлопнуть дверь у него перед носом, прежде чем она отъедет для пущей убедительности. Но Рюсэй не стал с ним разговаривать, когда подошел. Вместо этого он шлепнул Саэ по заднице с такой силой, что звук был слышен на всю улицу. — Ради всего святого! — прошипел Саэ, его голос был таким же непроизвольным, как и его прыжок. — Что? — спросил Шидо. — Ты хочешь, чтобы я оставил это на потом? — Что, черт возьми, с тобой не так? Шидо только усмехнулся. — Прямо сейчас? Абсолютно ничего. Саэ поморщился. Блондин рассмеялся, как будто это было самое комичное зрелище в мире. — Кстати, о сегодняшнем вечере, — сказал он. — В какое время ты хочешь, чтобы я пришел? Семь, может быть? Или нет, у меня есть идея получше. Хочешь встретиться в шесть и сперва пойти поужинать и попариться на массаже? — В девять. — сказал Саэ, пересекая его. — Я сам поужинаю. — Что? Не-ет, — заскулил Шидо. — Как насчет восьми? Встретимся в половину? Я принесу десерт. Как тебе клубника в шоколаде? — Как насчет одиннадцати, и я убью тебя, как только ты появишься? — отрезал Саэ. Он действительно хотел убить его именно тогда. Он подумал об этом. Ярко. Красочно. — Я согласен в девять, — сказал Шидо, подняв руки в знак капитуляции. — Я взволнован... — Меня тошнит. — Ты уверен, что это не бабочки? — спросил Шидо. Саэ не ответил. Такси подъехало. К большому удивлению, Шидо не пытался уговорить его поехать вместе. Он просто сказал, «увидимся сегодня вечером» и отошел от тротуара. Саэ захлопнул дверь, усевшись на заднее сиденье. И он собирался оставить все как есть, но когда Шидо послал ему воздушный поцелуй с обочины, Итоши действительно был сбит с толку. — Ссоришься со своим парнем, малыш? — спросил его водитель, слегка посмеиваясь. — Я помню дни... Розововолосый не ответил. Он просто смотрел в окно, подперев рот рукой, что было единственным, что удерживало его от опорожнения легких прямо на заднее сиденье ничего не подозревающей машины таксиста.