Against Our Demons.

Они договорились о встрече в девять, и Саэ наивно полагал, что Шидо выполнит это условие. Но ровно в семь вечера раздался стук. Звук исходил из-за дверей, соединяющих их комнаты, так что Итоши точно знал, кто это был и чего он хотел. Сначала он просто закатил глаза и включил телевизор в комнате погромче, но это не прекращалось. Шидо просто продолжал стучать, делая лишь короткие паузы без всякого ритма или причины. Это сводило Саэ с ума. Это была более изматывающая версия пытки водой. Было семь тридцать семь, когда Саэ счел это невыносимым и протопал к двери, распахнув ее. — Что? — рявкнул он. — Не мог дождаться, — вот и все объяснение, которое предложил Шидо, когда оттолкнул Итоши и вошел в его комнату. Обе смежные двери со щелчком закрылись за ними. — Мы договорились о девяти — сказал Саэ. — Я сказал, что я могу прийти к девяти, — сказал Шидо, подняв палец, а затем пригрозив им перед лицом Саэ. — Не то чтобы я бы появился именно тогда. — Уходи, — сказал Саэ, указывая на дверь. Шидо не двинулся к ней. — Заставь меня. Он пробыл здесь не больше двух минут, а Саэ уже боролся с желанием закричать. Но он этого не сделал. Он не мог. Он сохранит хладнокровие и так или иначе выдержит это дерьмовое пари, а утром избавится от Шидо. Тогда он выиграет в следующем. — Так, — Шидо сделал длинный преувеличенный шаг в сторону Саэ. —Должен ли я внести в спальню свадебный стиль? — Ты конченный? — Саэ отступил назад, указывая на белый диван в конце комнаты. — Вот твоя кровать. — Я так не думаю, — сказал Рюсэй, даже не глядя на него. — Уговор заключался в том, что ты можешь спать в моей комнате, — отрезал Саэ. — Не на моей кровати. — Верно, — согласился Шидо, пожав плечами. — Но мы оба знаем, что я просто подожду, пока ты заснешь, а потом все равно заползу к тебе в постель, так зачем откладывать неизбежное? — Я ненавижу тебя, — сказал ему Саэ. — Угу, — сказал Шидо. — Продолжай убеждать себя в этом. Саэ не приглашал Шидо ни в свою комнату, ни в свою постель. Он хотел, чтобы это было совершенно ясно, даже если ему не перед кем было оправдываться, кроме самого себя. Но ему было важно, чтобы это было правдой, и так оно и было. Все, что он сделал, это испустил долгий вздох, вскинул руки и пошел в спальню. Он ничего не сделал с тем, кто шел по его следам, но и не пригласил его идти за собой. Так что они сидели на противоположных углах огромной гостиничной кровати Саэ, не глядя друг на друга. Ну, Саэ не смотрел на Шидо. Он полусидел на краю кровати, как можно ближе к двери, крепко упершись ногами в пол и мрачно глядя в стену. Рюсэй, с другой стороны, чувствовал себя как дома на одной из подушек Саэ, положив руки за голову, лежа на боку и глядя на старшего Итоши. — Что ж, — сказал Шидо. — Это забавно. Саэ не мог понять, сарказм это или нет, да ему было все равно. — Развлекать тебя — не моя работа. — Ты умрешь, если попробуешь? — Да. Снова воцарилась тишина. Саэ чувствовал, как внутри него растет тупая ярость. Это были остатки унижения, поражения и раздражения, которые превратились во что-то неукротимое и демоническое. Он попытался загнать это обратно, но это было легче сказать, чем сделать. — Хочешь сыграть в правду или действие? — попытался Шидо. — Что? — спросил Саэ, искренне пытаясь понять, серьезно ли он. — Я буду первым, — сказал Шидо, протягивая руку ему на грудь. — Я выбираю действие. — Я предлагаю тебе уйти, — сказал Саэ. Шидо тяжело вздохнул. — Не ожидал, что ты так быстро увлечешься игрой. — Боже мой. — Твоя очередь, — сказал Шидо. «Правда», — почти сказал Саэ, потому что он всегда так делал, и даже сейчас это был более безопасный выбор, но он спохватился и напомнил себе, что это не стоит того, чтобы развлекаться. Кроме того, не нужно было быть гением, чтобы понять, что эта игра развивалась в духе «Я тебе нравлюсь?» или «поцелуй меня». — Оставайся здесь, сколько хочешь, — сказал Саэ, вставая и смахивая ключ от комнаты с комода. — Я ухожу. — Нет, подожди, — сказал Шидо. — Не уходи. Итоши ненавидел это. Он слышал позади этот редкий, намеренный тон, заставляющий его вздрогнуть. Его позвоночник все еще был озарен холодным дискомфортом, когда Шидо перестал ухмыляться, убрал руки из-за головы и сел. — Нам не нужно ни во что играть, — сказал Шидо. Его голос был все тем же. — Нам даже не нужно разговаривать. Только не уходи. Саэ положил свою ключ-карту обратно, хотя бы по той причине, что он боялся, что может уронить ее из-за дрожи в руках. Он прислонился к ближайшей стене, надеясь выглядеть равнодушным, хотя на самом деле ему просто нужно было успокоиться. — Так что, мы действительно собираемся просто стоять здесь и не разговаривать всю ночь? — спросил Саэ. — Я не стою, — сказал Шидо. — И ты мог бы сесть. Саэ скрестил руки на груди и воспользовался этим жалким предлогом, чтобы присесть на угол кровати. — Сидеть и молчать тогда? — Не то чтобы я не пытался... — Ты вломился в мою комнату, а теперь пытаешься играть в детскую игру, — обвинил его Саэ. Это вышло более оборонительно, чем он ожидал. И почему-то это его очень беспокоило. Но Шидо не выглядел обиженным. Он даже не колебался. — Значит ли это, что ты уже играл раньше, Саэ-чан? — он спросил. Саэ не ответил. Он просто смотрел на него. —Да! О, держу пари, ты трусишка, который всегда выбирает правду. — Ты не заставишь меня играть, высмеивая меня, — равнодушно ответил тот. — Знаю, — сказал Шидо. — Но попробовать стоило. — Может быть, вместо того, чтобы говорить, — сказал Саэ. — Я отплачу тебе за ту вялую игру, которую ты устроил сегодня и просто надеру тебе задницу. — Я бы очень хотел посмотреть, как ты попробуешь, — сказал Шидо. А затем он вытянул руки и без усилий щелкнул костяшками пальцев на каждой руке. Звуки заполнили комнату и Саэ пришлось заставить себя не съежиться. — Я буду подавлен, если ты будешь снизу, красавчик. — С тобой что-то не так, — сказал Саэ. — Я не буду этого отрицать, — сказал Шидо. — Итак, мы собираемся сделать это? Саэ усмехнулся. Как это бесцеремонное замечание втянуло его во что-то опасное, в чем он не мог списать страх перед насилием? — Ой, не пугайся сейчас. — Я не боюсь, — сказал Саэ. Он не был уверен, правда это или нет. — Ты выглядишь напуганным, — сказал Шидо, широко улыбаясь. — Боишься того, что ты можешь узнать о себе, если я прижму тебя к матрасу. Саэ встал. Это был резкий, глупый поступок, и он знал это. Но он был просто сосредоточен на том, чтобы восстановить дыхание. Он не знал, как потерял равновесие и потерялся в этих разговорах. Эти глупые, бессмысленные разговоры. — Я собираюсь принять душ, — сказал Саэ, направляясь в ванную, не дожидаясь возражений. — Холодный?.. Итоши чувствовал себя очень неуверенно. Он подошел к душевой кабине и включил воду, чтобы заглушить звук своего дыхания. Ему казалось, что он запыхался. Ему хотелось кричать, но об этом не могло быть и речи. Поэтому он прислонился к стеклу кабинки, прислушался к воде и попытался отдышаться. Что касается Рюсэя, то это была победа, или, по крайней мере, обещание победы, когда Саэ спрыгнул с кровати и практически побежал в ванную при малейшем намеке Рюсэя на нем сверху, но это было недолгим. Конечно, это было забавно, но он отчасти надеялся, что к настоящему времени добился большего прогресса. Может быть, ему действительно следовало принести клубнику. Он откинулся на спинку кровати и прислушался к звуку льющейся воды, как это бывало, когда кто-то был совершенно явно не под ней, и позволил своим мыслям блуждать. Вечер только наступил. У него полно времени. Ему потребовалось больше времени, чем следовало, учитывая все обстоятельства, чтобы понять, что он действительно один в комнате Саэ, и вероятно, так будет еще некоторое время. И это натолкнуло его на идею. Идея, которая определенно либо принесет огромный выигрыш, либо приведет к его гибели. Это была такая глупая, детская идея. Но он просто ничего не мог с собой поделать. Раз подумав об этом, он не мог выбросить это из головы. Саэ был прав. С ним было что-то немного не так, но это было в веселом, сексуальном смысле. В любом случае, он так думал. Рюсэй вскочил с кровати и подошел к комоду. Он начал выдвигать ящики, обнаружив, что Саэ не только распаковал вещи, но и потратил столько времени, чтобы аккуратно все сложить и рассортировать по четко организованным стопкам. У него даже была маленькая шкатулка для драгоценностей, полная маленьких браслетов и ожерелий, а также отдельные отсеки для носков и нижнего белья. Саэ-чан такой неудачник, с любовью подумал про себя Рюсэй. Но он мой неудачник. Потом он начал собирать вещи. Охапка за охапкой, пока он не вычистил все ящики комода и весь шкаф. Затем, вооружившись карточкой-ключом Саэ, он отнес все это в свою комнату и бросил там. Потребовалось три подхода. Когда он закончил, он запер соседние двери и вернулся в комнату Саэ со своей одеждой. Он переоделся в более вызывающую приступ паники одежду для сна и сложил остальное, аккуратно положив на угол кровати, который занимал Саэ. Он положил свою карточку-ключ на прежнее место, вернулся на кровать и стал ждать. Вода звучала по-другому. Нерегулярно. Как будто кто-то стоял под ней и смывал с себя свою панику в попытке сбросить напряжение. Осталось совсем немного. И он, конечно же, не собирался снова надевать ту пропитанную страхом одежду, в которой входил в ванную. Рюсэю очень понравилась идея о том, что Саэ будет спать в его одежде. Даже о том, что он вообще будет ее носить. Необходимость обманом переодевать его в нее не имела никакого значения. К тому же, не то чтобы у него не было выбора. Ему вообще не нужно было одеваться. Не то чтобы Рю был бы против. Через некоторое время отключили воду. Рюсэй был опьянен предвкушением. До сих пор он шел на авантюру за авантюрой с Итоши Саэ, и ему еще предстояло пойти на ту, которая не окупилась. Это было немного рискованно, да, но он был почти уверен, что все пройдет примерно так же. Совершив какой-то жестокий поступок против самоконтроля Рюсэя, Саэ вышел в полотенце, обернутом на его бедрах. Но он стратегически удерживал полотенце на месте одной рукой. Это было прекрасное зрелище, Рюсэй должен был признать первым, но что было почти столь же хорошо, так это то, что он мог видеть, что позади него, на полу ванной комнаты, лежала совершенно непригодная для носки одежда Саэ перед душем. Время для шоу. Сам Саэ секунду стоял в дверях, оглядывая комнату, а потом его бирюзовые глаза остановились прямо на нем. Они смотрели на него. — Как дела? — спросил его Рюсэй. — Хороший душ? В другом контексте можно было бы сказать гораздо больше об обнаженной коже, ее количестве, о том, как случайные капельки воды все еще заставляли ее блестеть, но, учитывая то, что маячило прямо на горизонте этого взаимодействия, Рюсэю просто не хотелось испытывать судьбу. Как и следовало ожидать, Саэ ничего не сказал. На самом деле, он выглядел немного смущенным. Шидо, слишком глубоко погруженному в свои мысли, потребовалась секунда, чтобы понять, что Саэ был сбит с толку небрежностью его реакции. Потому что, конечно, это была тактика. Возможно, случайная, но, тем не менее, тактика. Вернуть его, выровнять положение, добиться победы тем ужасно глупым способом, который он пытался использовать, когда искренне думал, что его истинные чувства остаются скрытыми. Саэ просто остался в дверях, отмечая отсутствие реакции Рюсэя, его лицо снова стало пустым. — Что ты делал, когда я был там? — спросил Саэ. — Вернулся в свою комнату, — ответил тот. Он указал на свою одежду у изножья кровати. — Прихватил тебе пижамку. — Ха-ха, — монотонно произнес Саэ, наконец подойдя к комоду. Вот оно. Момент истины. Когда Саэ выдвинул верхний ящик, вся комната замерла и затихла. Рюсэй действительно чувствовал, что взрывается, хотя еще не знал, как именно. Он был уверен, что слышит, как закипает кровь Саэ. Как его сердце колотилось о стены. Он чувствовал, как враждебность быстро наполняет комнату. — Ха-ха, правда, — сказал Рюсэй. Когда Саэ оглянулся через плечо, Рюсэй подумал, что момент был полон иронии о том, что Итоши называл его демоном. — Где мои вещи? — спросил Саэ. — В безопасности. — Я не об этом спрашивал, — сказал Саэ. — Где они? — Ты получишь их обратно, — сказал Рюсэй. Он снова указал на угол кровати. — А пока... Он был зол. Было действительно трудно не засмеяться. Единственное, что уберегло блондина от этого, так это то, как горячо выглядел Саэ, когда злился. Безумный и растерянный. Саэ стоял там, злясь, но совершенно не зная, что делать дальше. Потому что каков был его план? Он стоял у изножья кровати, в полотенце, и у него было очень мало вариантов, что делать. Рюсэй наблюдал, как поток его мыслей движется за его глазами, становясь все злее и злее, пока, наконец, не остановился. Ярость рассеялась. Комната очистилась. Нейтральное лицо Саэ вернулось. Что он в конце концов решил сделать, так это закрыть ящик, на удивление спокойно, и подойти к углу кровати. Затем он просто сбросил полотенце и без боя надел одежду Шидо. Это тоже было прекрасное зрелище, но в нем была какая-то холодность. Эта холодность была намного хуже и, по иронии судьбы, намного горячее. Это было то, к чему нужно подготовиться. — Это было так сложно? — спросил Рюсэй, пытаясь оценить ситуацию. — Сейчас я надеру тебе задницу. Интересной и, возможно, комичной особенностью Саэ было то, что, хотя он никогда раньше не дрался, что также может быть удивительно, учитывая его поведение, он всегда думал, что преуспеет в этом. Он не был самым сильным парнем в мире, и он знал, что объективно не сильнее Шидо, но он думал, что, как и в футболе, недостаток силы он мог восполнить техникой. Это и ярость. Он полагал, что всей злости, которую он носил до сих пор, будет достаточно, чтобы преодолеть любой существующий разрыв. Именно об этом он думал, когда озвучивал эту угрозу и нападал на Шидо. Подумал, я разберусь с этим по ходу дела, обыграю его техникой и выиграю, даже если для этого мне придется его убить. Это прошло не очень хорошо. Не то чтобы Саэ не сопротивлялся. Он вовсе не был слабым. Он был технически умен и обладал достаточным пониманием тела, чтобы нанести один хороший удар и еще два случайных удара локтем, но после этого он полностью потерял позицию и возможность доминирования. На самом деле это была не его вина, если не учитывать его наивность по отношению к тому факту, что Шидо, очевидно, участвовал во многих, многих боях и изучал Саэ, его тело и то, как оно действует, почти религиозно с тех пор, как они встретились. — Ладно, ладно, я знаю, я говорил, что люблю, когда ты грубишь, но ты навредишь себе, — сказал Шидо, сидя на нем сверху. — Ты довольно неплохо попал. Теперь ты успокоишься? Саэ повернул голову в сторону и уставился в окно. По общему признанию, это единственное движение, на которое он был способен. Его костяшки пальцев коснулись скулы Шидо над виском, и, возможно, он ничего не сломал, но было явно больно. Саэ заметил, что тот быстро покраснел. Он хотел радоваться этому, но на самом деле это напомнило ему об ожоге от травы на его собственной щеке и о том, как они теперь сочетаются. — Не то чтобы я действительно ненавидел этот вид, — сказал Шидо. Его ноги были полностью под властью демона, но Шидо позаботился о том, чтобы его запястья тоже оказались в этом нерушимом захвате. То, что Саэ был прижат к матрасу под ним, не заставило его осознать что-либо о себе, кроме того, что в драке он был довольно дерьмовым. И хотя единственный человек, который когда-либо знал об этом, был слишком одержим им, чтобы что-то сделать с этой информацией, это было ужасно унизительно в любом случае. — Послушай, между нами явно есть какое-то напряжение, с которым нужно разобраться, — сказал Шидо. Он попытался отвести запястья Итоши назад. Это не сработало. — Итак, ты хочешь, чтобы я поцеловал тебя сейчас или позже? Саэ был слишком смущен, чтобы злиться. Он был слишком измотан, чтобы злиться. Но он подумал, что, может быть, еще есть какая-то техника, которую можно использовать, и он не обязательно был против грязной драки. Итак, он посмотрел Шидо прямо в его дурацкие розовые глаза и сказал: «Сейчас». И был этот момент, такой короткий и такой мимолетный, когда глаза Шидо расширились, а хватка ослабла, и Саэ смог использовать паузу удивления в своих интересах. Он вернул одну руку, всего одну, но этого было достаточно, чтобы оттолкнуть Шидо и снова и перевернуть всю ситуацию. Тогда это был просто адреналин. Унижение исчезло и сменилось болезненным ощущением победы так же быстро, как и пришло. Саэ и не думал сдерживать Шидо, делая вид, что может, но он также не замечал, что Шидо не сопротивляется. Он был слишком доволен собой, потому что думал, что наконец-то победил. — Ха! — сказал он громко, по-детски, наклоняясь для этого к лицу Шидо. — Над чем ты смеешься? — на лице Рюсэя не было выражения поражения. — Ты думаешь, я злюсь из-за этого? — Ты должен, — сказал Саэ. — Я выиграл. — Ты прав, — произнес Рюсэй, не переставая улыбаться. — Что ж, победитель, ты можешь поцеловать меня сейчас или позже. Со мной все просто. Саэ понял в тот момент, что это — то, чего он хотел. Он просто хотел победить, и он это сделал. Вот и все, к чему это привело. Он хотел перестать чувствовать, что проигрывает. Проигрыш в каждой игре, в каждом взаимодействии, в каждом деликатном соревновании. Он хотел, чтобы эти отношения, какими бы они ни были, перестали заставлять его чувствовать себя неудачником. Он хотел перестать проигрывать. В настоящее время. В будущем. Может быть, ему следовало бы испугаться того, что он может осознать о себе. Потому что он не хотел ничего терять. Больше всего он не хотел терять это. И в его разум пришла мысль, в этой версии, подпитываемой адреналином, что способ не допустить, чтобы эти отношения постоянно брали над ним верх, состоял в том, чтобы просто выбрать их. Ты можешь поцеловать меня сейчас или позже. Теперь пришло время, решил Саэ. И Саэ поцеловал Шидо. По-настоящему.  Как будто он это имел в виду. Так делают в фильмах и шоу, когда играет музыка и вот-вот начнутся титры. Это было совершенно ужасно, но не так, как он думал, что это будет; не так, как это было, когда его застали врасплох. Он не чувствовал себя сломленным или как будто он мог сломаться. На самом деле, как раз наоборот. Ужасно, сколько напряжения это сняло. Он чувствовал это всем своим существом, все разматывалось и распутывалось. На самом деле, это заставило его почувствовать себя немного безумным, когда в его голове пронеслись воспоминания об их времени вместе и обо всех этих маленьких порезах, которые он нанес себе, заковывая себя в стеклянные цепи. В этот момент ничего этого не было. Впервые за долгое время Саэ почувствовал, что может свободно двигаться. Впервые за долгое время он почувствовал, что действительно может дышать. Это было похоже на победу.