"Обречённые души" том 1

      — А-Лин, хватит дуть губы, — раздраженно бросил Цзян Чен, подавая чашку чая племяннику, — Нечего тебе там было делать, твоего дядю мы тоже не брали…       — Он мне не дядя, грязный обрезанный рукав, тьфу, — презрительно сплюнул юноша и тут же получил оплеуху от дяди.       — Извинись, — потребовал Жудин тоном не терпящим возражения. Цзинь Лин обиженно со злостью посмотрел на заклинателя.       — Не надо, шифу, я привык… — начал было заступаться Мо Сюаньюй.       — Ты домогался своего брата? — спросил Жудин, повернувшись к ученику и глядя прямо ему в глаза, Цзян Чен, подавившись рисом, начал кашлять, сплевывая рис на стол и на себя. Юноша испуганными глазами воззрился на учителя.       — Нет! Никогда! — воскликнул он с обидой.       — Вот видишь, значит Цзинь Лину следует извиниться, ведь он не видел своими глазами то, в чём обвиняет своего дядю? — строго подытожил Жудин переведя взгляд на юношу, ожидая извинений.       — Прости, — буркнул сквозь зубы Цзинь Лин. Юй кивнул в знак принятия извинений и принялся за рис.       — А ты как всегда прямолинеен, — пробубнил Цзян Чен в тарелку, но тот кому предназначались слова их услышал и усмехнулся одними уголками губ, что собственно не осталось без внимания говорившего.       — Цзинь Лин, — обратился к обиженному юноше Жудин, — Я не собирался тебя обижать или унижать твоё достоинство. Но согласись, если ты сам не видел то в чём кого-то обвиняют, не следует повторять обвинения и оскорбления. Думаю тебе бы не понравилось, если бы все начали обвинять тебя, что ты бьешь свою собаку и всячески над ней издеваешься, только потому что кто-то это сказал тебе в отместку.       — Я никогда не издевался над Феей, — возмущенно вскинулся Лин.       — Вот видишь, неприятно. А теперь подумай, какого господину Мо выслушивать оскорбления и ложные обвинения в извращённых желаниях по отношению к своему брату.       — Но дядя…       — Цзинь Гуанъяо сам лично тебе говорил, что подобное имело место быть? — спросил Жудин, собравшегося возразить юношу.       — Нет, но никогда и не опровергал этого, — задумчиво произнес Лин.       — Прежде чем что-то утверждать или кого-то обвинять, выясни все обстоятельства и только потом открывай рот. И вообще, полная бутылка молчит, наполовину полная — булькает.

***

      Лин Жудин сидел на циновке, подвернув одну ногу под себя, на другую согнутую в колене упер руку, на которой лежала голова. Он думал… Его волновал вопрос: почему Вэнь Нин пребывал в состоянии транса. И как его вывести из него. Он уже прочитал несколько раз записи оставленные ему Вэй Ином, но ничего по этому вопросу не обнаружил. Неужели Призрачный Генерал находился под действием Инь ХуФу? Но тогда бы он не откликнулся на призыв в поместье Чан. В таком состоянии его нашёл Мо Сюаньюй, пришедший проверить всё ли хорошо с учителем, потому что он не пришёл на прогулку о которой они договаривались.       — Шифу, у вас всё хорошо? — поинтересовался юноша, войдя в комнату, не дождавшись ответа на свой стук. Мужчина, погруженный в свои мысли, не заметил его, — Шифу, я могу вам чем-то помочь? — громче спросил юноша.       — А? — мужчина вышел из оцепенения, — Юй?       — Я спрашивал, не могу ли я вам чем-то помочь… — повторил юноша.       — Помог, если бы сказал, как без Инь ХуФу можно подчинить разум человека…       — Гвозди?..       — Какие гвозди? — оживился мужчина.       — Я слышал как брат разговаривал о них со своим другом. Мол если на тонкие гвозди нанести заклинание, то можно контролировать разум человека, вбив их в голову, — объяснил Юй.       — Какая жестокость, — поморщился Жудин, — Значит гвозди… Пойдем-ка, проверим, — сказал мужчина поднимаясь с циновки и разминая затекшую ногу, на который сидел.

***

      Они вышли за пределы города, скрылись в лесу. Там на полянке Жудин вытащил флейту и заиграл призыв. Спустя пятнадцать минут на поляну ворвался Вэнь Нин, застыв перед мужчиной. Мо Сюаньюй застыл раскрыв рот. Мужчина подошёл к живому мертвецу и положив руку на голову начал её ощупывать.       — Кто это? — очнулся Юй.       — При жизни его звали Вэнь Нин, — ответил Жудин, удовлетворённо воскликнув, он нащупал два гвоздя на затылке существа и, высунув язык, принялся вытаскивать их.       — Призрачный Генерал? — переспросил Юй.       — Он самый, — подтвердил мужчина, разглядывая вытащенные гвозди, они были тонкими и испещрены мелкими иероглифами, составляющими заклинание подчинение, — Чего только не придумают, — восхищённо произнес он, засовывая гвозди в мешочек-цянькунь.       — Но ведь его уничтожили тринадцать лет назад, — ошеломленно юноша разглядывал человека в рваной ханьфу.       — Удивительно, да? — ехидно спросил Жудин. Странно, мертвец не подавал признаков освобождения от подчинения. Мужчина снова запустил руку в волосы существа, — О, вот он где, — удовлетворённо воскликнул он и принялся вытаскивать гвоздь из-за уха.       Призрачный Генерал задрожал, стиснув зубы начал издавать рычащие звуки. Когда гвоздь вышел, он вскрикнул и застыл повесив голову.       — Вроде всё, — произнёс Жудин убирая гвоздь в мешочек-цянькунь к первым двум, — А теперь подождем.       — Так получается Призрачный Генерал каким-то образом сбежал тогда?       — Ты правда думаешь, что тысячи заклинателей позволил бы ему сбежать?       — Тоже верно… — задумчиво согласился юноша, — Тогда получается его кем-то заменили, а его спрятали? — мужчина утвердительно хмыкнул, — Неужели это сделал… отец? Но зачем?       — Затем, что он намеревался стать вторым Вэнь Жоханем, — донеслось с края опушки. Из-за дерева вышел глава ордена Цзян. Юй испуганно раскрыл глаза и бросился перед Жудином, прикрывая его на тот случай, если Цзян Чен вздумает напасть.       — Опять следишь? — спокойно спросил Жудин, мягко отстраняя Юя.       — Ты посмотри какой самоотверженный ученик, — восхитился глава Цзян, — Значит Усянь был прав на том банкете… Дурак! Так и не научился держать язык за зубами! Сколько раз ему говорили, сначала думать потом говорить! — вспыхнул Цзян Чен.       — Кто бы говорил, — с сарказмом парировал Жудин.       — Верни Ванцзы! — взмолился глава ордена Цзян.       — Я и есть он, точнее одна его часть…       — Засунь её обратно!       — Вы… — ошеломленно юноша переводил взгляд с одного заклинателя на другого.       — Что мы? Когда нашли общий язык? — ухмыляясь спросил Цзян Чен, — Вспомнили былые времена, поспали на плече друг у друга в окружении гробов и нашли… Вопрос только надолго ли, новая личность твоего учителя бесит и пугает пуще первой. Я уже готов расцеловать прежнего ледяного Ханьгуан Цзюня. Кто бы мне сказал об этом моём желании в бытность учебы в Гусу… — глава ордена Цзян погрузился в воспоминания, его лицо стало мягче, на губах расползалась мечтательная улыбка, — А я дурак ещё пытался спасти тебя от Усяня… Во дурак… Скажи, вы уже тогда? Ну ты понял…       — Глава ордена Цзян? Ханьгуан Цзюн? — раздавшийся испуганный голос избавил Жудина от необходимости отвечать на вопрос. Все обернулись на голос, испуганный Вэнь Нин с ужасом бегал глазами с одного человека на другого, не понимая, чего ждать, — А где молодой господин Вэй? — с надеждой спросил он Жудина.       — Кажется Вэнь Нин тоже видит тебя насквозь, — ехидно заметил Цзян Чен. Увидев скривившееся будто от невыносимой боли лицо гусулановца, он поспешил сам ответить на вопрос Нина, — Вэй Усянь мёртв.       — Что? — бледное лицо исказилось, казалось из побледневших карих глаз польются слезы, — Как мертв? Когда мы с сестрой его оставили он был парализован, но жив!       — Так вот как вы его остановили, а я то все думал, почему он не примчался следом за вами… — произнёс Цзян Чен, — Он мертв уже тринадцать лет, Вэнь Нин.       — Тринадцать?! — ужаснулся юноша, раскрыв рот он пытался понять где он мог потерять столько лет и не помнить об этом. Вдруг он посмотрел на Жудина, долго и внимательно он всматривался в заклинателя, — Вы… пошли тёмным путём? — удивился юноша, — Почему я ощущаю энергию, молодого господина Вэя от вас? — бормотал он.       — Хех, — ухмыльнулся Цзян Чен, — Наивный ребенок.       — Вы и молодой господин Вэй… — внезапно снизошло озарение на Вэнь Нина.       — Да, — коротко бросил Жудин в ответ, в стиле Ванцзы. Юноша снова вперил взгляд в мужчину.       — Бессмертие… — благоговейно прошептал юноша, он восхищенно смотрел на заклинателя, — Так у молодого господина Вэя всё получилось! — радостно воскликнул он, растягивая губы в счастливой улыбке, хлопая в ладоши, так, будто сам приложил руку к этому свершению.       — Если ты такой проницательный, может расскажешь мне, что за дар я получил от Усяня? — ехидно спросил Цзян Чен.       — Боюсь, что я не могу сказать вам, глава ордена Цзян, — ответил ему Вэнь Нин.       — Не знаешь? — так же ехидно уточнил заклинатель в фиолетовом.       — Знаю, более того, я и сам приложил к этому руку, но господин Вэй не хотел, чтобы вы знали и взял с меня слово молчать, — спокойно ответил юноша.       — Да, гуи вас побери! — закричал Цзян Чен, активировав Цзыдян, он ударил кнутом по дереву, оставляя на нём глубокую зарубину.       — Вэнь Нин, скажи, где ты был все эти тринадцать лет? Что случилось тогда в Башне Золотого Карпа? — спросил Жудин, не обращая внимания на гневные излияния Цзян Чена.       — Я мало, что помню, Ханьгуан Цзюн, — начал юноша.       — Зови меня, Лин Жудин, сейчас я путешествую под этим именем, — поправил заклинатель.       — Хорошо, Лин Жудин, — кивнул в знак принятия Вэнь Нин, — Я помню только огонь и сестру… — юноша потупил взор и замолчал.       — Прости, — произнес Жудин, — Видимо гвозди затуманили твоё сознание, надо чтобы ты пришёл в себя. Отдохни… Мы проводим расследование, завтра отправляемся в путь, ты, пожалуйста, следуй за нами на расстоянии, — юноша согласно кивнул, — И будь осторожен…

***

      — Как думаешь, что произошло с Вэнь Нином? — спросил Цзян Чен, он уже успокоился и вместе со всеми направлялся на постоялый двор. Уже наступила ночь, а завтра предстояло рано отправляться в путь.       — Это очевидно, Цзинь Гуаншань показал его на время заклинателям, а потом заменили на похожего лютого мертвеца, думаю его сыночек помог ему всё обставить так, что комар носа не подточит, — ответил Жудин.       — Ты думаешь ему помогал Цзинь Гуанъяо? — недоверчиво спросил глава Юнмэна.       — Мой брат способен и не на такое! — воскликнул Мо Сюаньюй. Пока его учитель и Цзян Чен общались с Вэнь Нином, юноша успел сбегать до источника тёмной ци, что обнаружился недалеко. Он вобрал в себя совсем немного, чтобы не уснуть, но легкая слабость присутствовала, отчего его пошатывало.       — Юй, с тобой все хорошо? — забеспокоился Цзян Чен.       — Со мной всё хорошо, просто устал и хочется спать, — успокоил юноша.       — Так значит Цзинь Гуанъяо, — произнёс Цзян Чен, — Не верится, что он на такое способен.       — Я бы мог многое тебе рассказать, но не буду. Ты должен сам всё увидеть и услышать, чтобы проверить и свидетельствовать в случае чего. Мы не собираемся от тебя скрывать связанное с нашей миссией… Но…       — Но? — переспросил глава ордена Цзян.       — Но не всё тебе необходимо знать, думаю ты тоже нам многое не рассказал и не расскажешь…