So fate decreed.

После разговора с Блейзом, Роуз всё же поддалась желанию поговорить с Тео. Она убеждала себя в том, что всё сказанное ими в ту ночь было ложью. Алкоголь, ревность, злость друг на друга. Блэк считала себя идиоткой, но ничего не могла поделать. Невидимая сила тянула её к Нотту и она поддалась ей, невзирая ни на что. Воспользовавшись своими привилегиями старосты, Роуз легко пробралась в общежитие мальчиков. Она знала, что Теодор живет с Гарри и надеялась, что Поттер был занят Пэнси. В их комнате было душно и грязно. У этих двоих бардак не только в голове — он везде. Девушка осторожно прошла в комнату, оглядываясь по сторонам. Никого не было. Было слышно лишь то, как потрескивают дрова в камине. Постель Нотта заправлена, на ней куча неизвестных бумажек. На столе разбросаны рисунки и карандаши. Среди рисунков были скомканные листы. Из чистого любопытства Роза решила рассмотреть их. Она пару раз посмотрела по сторонам, убеждаясь, что кроме неё здесь никого нет и взяла один из помятых листов в руки. Она стала разглаживать его, а затем обнаружила, что это портрет. Её портрет. Глаза девушки округлились, а брови высоко поднялись. Теодор Нотт навсегда останется для неё загадкой. То, как он изобразил её трудно было передать словами. Каждая черта её лица выглядела прекраснее, чем они есть на самом деле. В её голове вновь прозвучал голос Нотта, твердящий о том, что она всё испортила. Как его понять? — Роуз? — Прозвучал знакомый голос в дверях. Она ахнула и резко обернулась, пряча рисунок себе в карман мантии. Гарри стоял перед ней в одном лишь полотенце на торсе и он был смущен. — Ты как сюда попала? — Растерянно спросил Поттер, проходя в спальню. Он стал искать что-то из вещей, чтобы скорее прикрыться, и Розу это повеселило. — Ты просто душка, Поттер. Побеждаешь самых темных волшебников, но смущаешься из-за своего голого торса. Брюнетка вздохнула и обернулась, пока Гарри одевался. — Ты не знаешь где Нотт? — Спросила Роуз, будто невзначай. — Он уехал. — Скоро ответил слизеринец. Блэк нахмурилась, а затем обернулась. Поттер успел надеть брюки. — Как это уехал? — Сказал не ждать его минимум две недели. — В глазах друга появилось сожаление, от которого Роуз едва не скривилась. Не хотелось чтобы её жалели. — То есть, он просто сбежал? — Разочарованно спросила Блэк. — Сдал все долги по учебе и уехал. Мне жаль, Роуз. Брюнетка помотала головой, смотря мимо Гарри. — Не стоит. Пожалей лучше его. Тяжело, наверное, быть трусом. — Она натянуто улыбнулась и поспешила уйти из комнаты, пока из глаз не полились слезы разочарования. Он поступил так, как и ожидалось. Сбежал от проблем, сбежал от ненужных ему разговоров. Ему абсолютно плевать на её чувства. Роуз забежала в ванную старост и остановилась возле умывальника. Она включила кран и ледяная вода полилась ей на ладони. Блэк умыла лицо и взглянула в зеркало. До чего она дошла? Ещё недавно у неё был парень, с которым можно было спокойно строить семью. Она не страдала из-за каждого его действия, её не задевали его слова, она не желала его касаний и нежных слов. Всё это явно не похоже на любовь, но от этого не было плохо. Розали разревелась, с ненавистью глядя на себя в зеркало. Зачем это всё? Зачем она это начала? Почему вновь страдает? Что бы вы почувствовали, если бы ваш любимый человек испугался ваших чувств? Наверняка, это была бы боль, стыд, разочарование, ненависть к себе за то, что показали эти чувства. Это всё сейчас переживала Розали Блэк. Она терпеть не могла слабость в себе и ненавидела слезы из-за мужчин. Она чувствовала себя грязной, униженной и брошенной. Губы вновь скорчились от нахлынувших слез и она со всей силы ударила кулаком прямо по зеркалу. По нему пошла трещина и рука закровила. Роуз прижала окровавленную руку к груди, а второй рукой закрыла рот, чтобы не закричать. Порой физическая боль спасает от моральной. Так было и в этот раз. Она упала возле раковины, дав волю слезам. Так и прошли 15 минут, пока не прозвенел звон колокола. Промыв руку под большим напором воды, Розали вернулась в башню и переоделась, избавившись от запачканной мантии. Переделала макияж, надела яркий наряд и уложила волосы. Он сбежал, решил, что это лучшее решение. Пускай. Время и ей принять важное для себя решение.

***

Теодор провёл дома две недели прежде, чем решился вернуться. Он нашел малейшую причину для отъезда и, не медля, уехал, сказав, что матери нужна помощь. Состояние миссис Нотт было стабильным, никаких изменений, но ему нужна была причина. Да, он впервые струсил. Струсил, когда оказался один на один со своими чувствами. Такого он ещё не испытывал. А ещё, он считал, что не заслуживает таких чувств, не заслуживает её любви. Впервые его самолюбие оказалось слабее. Он день за днем проводил у ложе матери, рисуя какие-то мрачные пейзажи. Рисунки Теодора всегда отображали состояние его души. Отца не было видно. Глава семьи всегда запирался в кабинете и не появлялся даже на ужине. В обеденном зале семьи Ноттов давно уже не было семейных завтраков или ужинов. Дом опустел, стал тусклым и темным. Однажды миссис Нотт начала разговор с сыном по поводу его состояния. Мать всегда чувствовала, когда её ребенку плохо. Она понимала, что Теодор не просто так вернулся домой. Дело было в другом. — Милый, что с тобой? — Обеспокоенно спросила Аврора Нотт. Теодор поднял глаза, отвлекаясь от книги. Он любил читать, сидя у изголовья кровати матери. Так он чувствовал себя спокойнее. — Ты о чём? — Тебя что-то беспокоит, я же вижу. Нотт улыбнулся, отрицательно мотнув головой. — Меня беспокоит только твоё состояние. — Не лги мне, мальчик. — Тон миссис Нотт стал серьезнее. Она не любила когда сын что-то утаивал. Между ними всегда были доверительные отношения. Нотт тяжело вздохнул, громко захлопнув книгу. Это та книга, которую читала ему в слух Роуз. — Я женюсь, мам. — Неужели это так тебя расстраивает? — Не поверила женщина, а затем нахмурилась, — Тебя расстраивает выбор невесты, не так ли? — Даже не знаю. Я уже ничего не знаю. — Кто она? Вопрос поставил Теодора в ступор. — Кто? — Он сделал вид, что не понял. — Девушка, из-за которой ты так страдаешь. — Я не страдаю. — Поспешил оспорить он. — А что тогда? — Не успокаивалась мать. Нотт задумчиво всматривался в окно, выходящее на сад из белых роз. Какая ирония. Теперь о Блэк напоминает почти всё. — Я обидел её, затем сбежал как трус. — Извинись, и она простит тебя. Тео усмехнулся. — Она? Её гордость и амбиции слишком велики для этого. — Полагаю, ты говоришь не о дочери Гринграссов. — С усмешкой сказала женщина, — У них то совсем нет гордости. — Ты права. Дафна с ума сходит по мне, унижается всякий раз, а я ведь даже не могу прикоснуться к ней. Я делал это лишь пару раз лишь для того, чтобы позлить другую. Тео в очередной раз вздохнул и нервно взъерошил волосы. — Плевать, ничего уже не изменишь. Я женюсь, ты же знаешь. Я не могу ей ничего предложить. В глазах леди Нотт появилась тоска и грусть. Теодор не обратил на это должного внимания, решив, что мать грустит из-за него. Она всегда была романтичной, всегда хотела конца как в счастливых романах. — Мне кажется, что я не умею любить. Светлые глаза матери наполнились слезами от услышанного. От этих слов сердце разрывалось. Её сын был травмирован отношениями родителей и в этом была её вина. Её мальчик боялся любви и жестокости этой любви. Сейчас она даже не знала что сказать ему. А он и не ждал. Просто поднялся с места и покинул спальню, не забыв забрать книгу. Дрожащая рука женщины легла на сердце, а по щекам пошли слезы.

***

Теодор вернулся в школу по истечению второй недели. Он сразу же отправился в свою комнату, дабы увидеться с Гарри. Ему было страшно встречаться с Блэк сейчас. Казалось, что за эти недели случилось что-то координальное и он не был к этому готов. Парни встретились в гостиной и крепко обнялись. Гарри задал несколько вопросов о матери, а затем они ушли в свою комнату. — Роуз заходила в тот день, когда ты уехал. — Поведал Поттер, падая на кресло у камина. Тео подошёл к своему столу. Рассматривала ли она что-то здесь? Видела ли рисунки, на которых изображена она сама? Тео прошелся глазами по столу и не обнаружил одного смятого рисунка. Он точно помнил, что оставил один рисунок на столе и это было изображение Розали. — Сказала, что мне стоит тебя пожалеть, ведь трусом быть, наверняка, тяжело. — Практически процитировал Гарри. Теодор нисколько не удивился. Это было в стиле Розали Блэк. — На столе не хватает одного рисунка. Ты же ничего не брал отсюда? — Я не подхожу к твоих вещам. Полагаю, Роуз забрала его. Я видел, как она что-то прятала в карман. Наверняка Блэк считала, что Поттер не заметил этого. Но её друг за столько лет стал слишком бдительным. Он замечал каждое движение, каждую эмоцию на лице. — Значит, забрала… — Пробормотал Теодор, опустив голову. — А ещё. Тео вернул взгляд на лучшего друга, ожидая продолжения. — Роуз знает о том, что мы сделали с Пьюси и что было после. — Что? Откуда? — Ошарашенно спросил Нотт. — Виделась с Пьюси. — Какого черта она с ним виделась? — Вскипел Теодор, яростно сжав челюсти. — Если тебя это злит, то я сомневаюсь, стоит ли тебе говорить о Риде. Слизеринец опасно сузил глаза, начиная подозревать неладное. Что, черт возьми, произошло за эти две недели?

***

Рано утром в окно старосты девушек постучалась сова. К её лапке был привязан небольшой свиток. Розали не могла знать от кого письмо. Сова была незнакома ей. Она отпустила её и быстро раскрыла конверт, тайно надеясь, что оно от Теодора. Но письмо было не от него. Эдриан Пьюси просил о встрече через пару часов, а значит, он был где-то рядом. Встреча должна была состояться в пабе «Три метлы». Она, никому не сообщив отправилась туда, не позаботившись о своей защите. Гарри бы убил её за это. Блэк прибыла вовремя, зашла в паб и оглядела помещение. За одним из столиков сидел парень, сгорбившись. На нём была темная мантия с капюшоном, закрывающим лицо юноши. Роуз сощурилась, пытаясь узнать в этом парне своего бывшего. Это было трудно. Эдриан поднял голову и она наконец увидела его лицо. Такое бледное, исхудавшее, с мешками под глазами. Возле глаза синяк и разбитая губа. Что с ним произошло? Он словно щенок, которого выбросили на улицу. Взгляд испуганный и в то же время радостный. Он был так рад её приходу? Роза сглотнула и уверенно прошла к столику. — Что тебе нужно, Пьюси? — Холодным тоном спросила Блэк. Пьюси встал со своего места и неуверенно произнес. — Здравствуй. — Эдриан, чего тебе? — Повторила Роуз, едва смотря на него. Хотелось сказать, что ей приятно видеть его таким, но это неправда. — Спасибо, что пришла. — Не обольщайся. — Отмахнулась брюнетка, садясь за столик. Эдриан тоже сел. Дверь в паб со скрипом открылась и он бросил на вход встревоженный взгляд. Он так боялся, что Блэк привела друзей. В этот раз с ним не было головорезов с пистолетами. Он беззащитен. — Красивый макияж, кто сделал? — Как можно равнодушно спросила Блэк. — Роуз, мне опасно находиться здесь. — О чём ты? Что тебе угрожает? — С усмешкой спросила девушка. — Твой отец, твои друзья, всё твоё окружение! Розали недоверчиво вскинула бровь. — Твой отец отобрал у меня всё наследство моих родителей. — Хотела бы я сказать, что мне жаль, но это будет ложью. Ты же не любишь когда тебе лгут, верно? — Мило улыбнулась девушка, сложив руки на груди, — Я вот тоже не любила, но ты обманул меня. Дважды. — Ты не заслужила этого. — Эдриан поджал губы, опустив глаза на свои руки. Он сожалел. И это было правдой. — Твои друзья пришли ко мне в номер. Нашли меня даже там, стали пытать и избивать. — Продолжил юноша. Этого стоило ожидать. Вот только, когда они успели? — спросила сама у себя Роуз. — Когда это было? — Неделю назад. Так вот, чем они занимались. Решили, что могут чинить правосудие. — Мимолетная злость охватила Роуз. — Я не знала об этом, Эдриан. — Её голос не мог скрыть сожаления. Она считала, что Пьюси поплатился многим из-за одной ошибки. Он влюбился в девушку, по-настоящему. Было ранено её эго, но не чувства. Он не разбивал ей сердце, так почему же должен так страдать? — Я бы не допустила этого. — Я знаю, Роуз. — На его лице появилась улыбка. Такая, как когда-то. — Ты не поступила бы так со мной. — Я поговорю с отцом и верну тебе твой дом и деньги. — Твердо сказала Блэк. — Мне уже плевать на это. Я просто хочу, чтобы твой отец оставил меня в покое и дал мне спокойно жить. Пускай даже если мне нужно будет строить всё сначала. — Нет, Эдриан. Я верну тебе это всё. Где ты живешь сейчас? — В подсобке старого паба. — Что? — Поразилась брюнетка, а затем разозлилась. Пьюси так запугали её родные, что он вынужден прятаться в подсобках и, наверняка, голодать. — Эдриан, ты хотел убить меня тогда? — Спросила Розали. Это был вопрос, который решил бы точно, поможет она ему или развернется и уйдет. Пьюси без особых эмоций отрицательно помотал головой. — Это сделала Люси. Я не знал об этом. В сердце появилось облегчение. Теперь то он точно не заслужил такой расплаты. Он изменил ей. Это грязно, ужасно и несправедливо. Однако, это в прошлом. Она давно простила его, эта рана зажила, на смену ей пришла новая. — Где она сейчас? — Уехала. — С горечью в голосе ответил Эдриан. Он был разбит. Также, как и она, когда узнала об отъезде Теодора. Роуз чувствовала себя одиноко все эти дни, её не спасало даже присутствие друзей или Габриэля. А Пьюси остался совсем один. Без дома, без работы, без денег, без любимой. — Забирай всё, что у тебя там есть. Ты отправишься в Мэнор. — Что? Нет! — Упрямился Пьюси, — Твоя тетя не оставит от меня живого места. Девушка закатила глаза и поднялась с места. — Мерлин, Пьюси, когда ты стал таким нытиком? Я напишу ей письмо, ты будешь в безопасности. С отцом я решу всё в скором времени. Парень недоверчиво смотрел на бывшую девушку, не зная, стоит ли ей верить. Простила она его или также желает отомстить? Он уже не знал, чего ждать. — Эдриан. — Блэк сделал шаг к нему и положила руки ему на плечи. Они стали такими худыми, что ей на секунду стало жутко. — Поверь мне, всё в прошлом. Просто доверься мне. Я приеду на выходных в Мэнор с документами на твоё наследство. Брюнет закусил щеки изнутри, решая как поступить. Женские руки сжали его плечи, а серо-голубые глаза взглянули на него так обнадеживающе, что он сдался. Хуже уже не будет. Он или умрет в Мэноре, или Роуз сдержит своё обещание. — Хорошо.

***

Теодор пришёл на завтрак в компании Гарри. Друзья были рады ему, стали рассказывать о последних событиях, о предстоящем празднике. Теодор терпеть не мог этот праздник. День, когда мужчины задаривали подруг и возлюбленных розами. Этот день был волшебным, ведь мог соеденить множество пар одними лишь цветами, но для Тео этот праздник ничего не значил. Лишние сопли — не более. Пэнси Паркинсон всегда получала много цветов, её подруга тоже. Но они никогда не искали тех, кто подкинул эти цветы. В этом не было необходимости. Пэнси знала, которая их роз была от Гарри, а остальные раздавала другим девушкам, неполучившим цветы. Нотт уныло попивал свой сок, каждый раз бросая взгляд на вход в Большой зал. Где же она? — Гарри, не забывай, что после праздника роз тебя ждет день влюбленных! Там ты одной розой не отделаешься. — Всё не успокаивалась Паркинсон. — Как о таком забудешь, если ты всё время об этом говоришь? — С сарказмом спросил Малфой. Подруга цокнула языком и закатила глаза. — Не удивлюсь, если и в этом году ты, Малфой, подаришь розу лишь Роузи. — По крайней мере, это лучше, чем у Тео. Он то даже не знает значений всех этих роз. — Мулат толкнул друга в плечо и тот взглянул на него исподлобья. — Чего такой хмурый? — Продолжал доставать Забини. — Ох, не трожь его, Блейз! Наша принцесса сегодня не в настроении. — Сказала Пэнси. — Гарри сказал мне, что Пьюси находится в Мэноре. Это правда? — Обратился Тео к Малфою, сделав вид, что не слышал слов Паркинсон. — Розали настояла. — С досадой ответил блондин. — Что она хочет делать? — Вернуть ему наследство. — Насмехался Забини, — Я поражаюсь нашей Роузи. Мы, значит, едва не умерли в ту ночь, а она забирает его в Мэнор и обещает вернуть всё его состояние. Я чуть ноги не лишился! Он перестал слушать друзей как только заметил её. Розали вошла в Большой зал в компании нового старосты. Она смеялась рядом с Ридом, улыбалась ему и даже погладила по плечу. Теодор едва не прогнул вилку в своей руке, глядя на это зрелище. — О, наша Роузи снова с Ридом. — Кокетливо заговорил Блейз. — Что значит снова? — Спросил Малфой. — Вы что, настолько слепые? — Поразился мулат, — Они всё время вместе! Нотт резко повернулся к Гарри, хмуро взглянув на него. Зеленоглазый пожал плечами, а затем уставился на девушку. Она всё ещё не могла распрощаться с Габриэлем. — Не слишком ли быстро они спелись? — С привычным недоверием ко всему спросил Гарри. Пэнси цокнула языком. Порой, он был слишком недоверчивым. — Брось, милый. Это не наше дело. Нотт не выдержал. Резко поднялся со своего места, посуда на столе затряслась. Друзья одновременно подняли головы на него и лишь Блейз ухмылялся. — Папа вернулся и хочет вновь всё контролировать. Какая прелесть. Слизеринец направился к воркующей парочке, намереваясь забрать Розали. Она, словно на зло, совсем не смотрела на него, заметила его лишь когда тот был уже рядом. — Блэк, на минуту. — Теодор пристально смотрел на Рида, расправляя плечи. Хотелось показать своё превосходство перед ним. Девушка, не глядя на него, ответила. — Нотт, отныне мы разговариваем с тобой исключительно по вопросам учебы. Забыл? — Гордо вздернула подбородок брюнетка и окинула юношу стальным взглядом. — Это ты видимо забыла. — Зарычал Нотт, хватая её за запястье. Роуз возмущенно подняла брови и сталь в глазах переменилась на ярость. Тогда вмешался Габриэль. Попытался пригрозить, однако Блэк остановила его. Решила, что Нотту нужно всё разъяснить и поставить точку. Они вышли в кабинет, который уже успел стать заброшенным. В пустеющий кабинет психолога. В последнее время это стало место для желающих отдохнуть во время перерыва. Сейчас там отдыхали первокурсники, потому Теодору не составило труда выгнать их. Этим он лишь больше разозлил Розали. Как только дверь закрылась, Роуз набросилась на него так, словно это он минуту назад мило ворковал с кем-то. — Что ты устроил, Нотт? Ты видимо перепутал меня с кем-то? Какое право ты имеешь так вести себя? — Какое я право имею? Мы уже так будем разговаривать? — Вспыхнул Теодор. — Как, по-твоему, мы должны разговаривать? Роуз стала подальше от него, боясь близости. Зная его, он воспользуется этим сразу, попробует сократить расстояние между ними, ведь, сам не сможет сдержаться. Блэк почти прижалась к стене, смотрела на него испытующе, требовательно. — Какого черта? Мы оба вспылили тогда. Ничего не было решено. — Ничего? — Вскинула брови девушка, — Серьезно? Ничего? Она громко расхохоталась, а затем губы дрогнули в печальной улыбке. — Тебя не было две недели, Нотт. Теперь он снова Нотт. Его фамилия стала звучать для себя самого же противно. У него сносило крышу, когда она произносила её в моменте их огненных перепалок, но сейчас это совсем не тот случай. — Ты прекратишь общение с Ридом. — Твердо настоял Тео. Ему было плевать что та решила, он не примет это сейчас. Такая дерзость не могла не сердить Розали. Она решила всё для себе ещё две недели назад, попыталась забыться в компании Габриэля. Теперь он вернулся, пытается указывать ей. Да что с ним не так? — Это случится лишь в одном случае. Тео вопросительно помотал головой. Никто прежде не ставил ему условия, но она всегда делала то, чего другая не смогла бы. — Ты расторгнешь помолвку с Гринграсс. Только в таком случае я согласна всё забыть. Слизеринец едва не прыснул со смеху. Истерического. Она с ума сошла? — Раньше тебя не волновало это. — Раньше мне было плевать на тебя. — В её голосе слышалась явная злость на саму себя, ей трудно принять своё положение сейчас. — Я не расторгну помолвку. Другого ответа Розали и не ждала. Блэк натянуто улыбнулась, судорожно сглотнула и быстро проговорила. — Тогда нам и говорить больше не о чем. Затем она попыталась выйти из кабинета, но Тео догнал её и затолкнул назад. Схватил за плечи и заставил смотреть себе в глаза. — Мы же можем оставить всё как было, к чему это всё, Роуз? — В голосе надежда, в глазах наивность. Розали широко растопырила глаза, поражаясь тому, к чему всё это привело. Он так хорошо устроился. — Нотт, хочешь сказку? — Вздохнула Блэк, вырываясь из его хватки. Тео опустив глаза на свою обувь, крепко сжал челюсти. Стоит ли ждать чего-то хорошего? — Сказка о рыцаре, который вёл себя с принцессой так, будто она ему небезразлична, а после сбежал, как последний трус. — Спешу напомнить, принцесса всегда воспринимала их отношения как игру. — Да, но принцесса всего лишь боялась. А когда забыла о страхе и нашла в себе смелость показать свои чувства, рыцарь испугался. — Принцесса решила поморочить рыцарю голову. — А по-моему, морочит голову рыцарь, не знающий чего он хочет. — В её глазах блеснул огонь, который мог запросто испепелить его, если бы она только пожелала. Это было похоже на их старые перепалки, после которых они страстно целовались, а затем раздевали друг друга. — Ты не поймешь меня, верно? — Невесело улыбнулся Теодор. — Как и ты меня. Ты говоришь, что для меня это было игрой. Пускай. Игра закончена, я не вижу смысла продолжать её. — И что теперь? Станешь спать с Ридом? В этот же миг Нотту прилетела звонкая пощечина, оставившая красный след на его лице. Он проскрипел зубами и яростно выдохнул через нос. Глаза Роуз заблестели от слез и взгляд её стал ненавистным. Он не хотел этого говорить, но язык будто не слушался его. — Ты же сойдёшь с ума без меня, Блэк. Сама это знаешь. Роуз ухмыльнулась, подошла к нему почти впритык, да так, что он почувствовал её запах, перед которым трудно было устоять. Его глаза прилипли к её, а руки заныли от желания прикоснуться к девушке. — Не переживай, ты сойдешь с ума первый. Уж в этой игре я точно выиграю. — С присущим обаянием ответила она. Нотт искривился. Снова какая-то игра. В которой ему не суждено победить. Он итак едва держится. Блэк развернулась, её волосы ударили ему по лицу. Она вышла из кабинета, впустила первокурсников назад и на последок сказала. — Нотт, минус 5 очков за неуважение к первому курсу. В следующий раз будет отработка. — Затем она ушла, а он едва не взорвался от злости. Розали ушла на занятие, по пути украла Пэнси у Поттера. Подруги пришли на занятие раньше, чем остальные, дабы переговорить. Урок зельеварения пройдет вместе с гриффиндорцами, а значит, там будет Габриэль. Он оказался очень милым и воспитанным парнем. Вовсе не таким, как его братец. Розали проводила с ним несколько вечеров в гостиной, они гуляли на территории школы и часто ходили на завтраки вместе. Между ними зародилось что-то типа дружбы. Хотя, Блэк не могла не замечать его взглядов. Это были вовсе не дружеские взгляды. Он смотрел на неё, когда она занималась уроками, во время чтения, во время поедания шоколада. Иногда эти взгляды начинали пугать, но вскоре Розали расслабилась и ей это начало льстить. Профессор Слизнорт зашёл в кабинет своей привычной спешной походкой. Он держал в руках книгу по зельеварению и всё время поправлял очки. Ученики собрались, опаздывавших не было. Габриэль Рид был в компании своего лучше друга. Он улыбнулся старосте девочек, как только нашёл её взглядом. Он действительно искал. Роуз готова была поставить на это 50 галеонов. Блэк помахала ему рукой и встала в ряды слизеринцев. В центре кабинета был установлен котел, в котором кипело какое-то зелье. Ученики с интересом заглядывали в котел, но так и не понимали что там. Как только гул затих, Гораций Слизнорт начал занятие. — Приветсвую вас! Рад вас всех здесь видеть. Слизеринцы и гриффиндорцы в один голос поприветствовали преподавателя. — Сегодня хочу вам представить одно очень интересное зелье. Как вы думаете, что это за зелье? Гермиона Грейнджер резко подняла руку, не вызывая особого удивления у однокурсников. Профессор кивнул ученице, дав ей слово. — Судя по цвету, я полагаю, что это амортенция. Амортенция — очень мощное приворотное зелье. Тот, кто его выпьет испытывает дикое влечение, одержимость, но только не настоящую любовь. Дафна Гринграсс заинтересовано слушала однокурсницу, затевая что-то недоброе. Когда речь зашла о приворотном зелье, Блэк тут же обратила внимание на блондинку. Она читала её мысли, знала о чем та думает. Но этого не случится. Нотт не дурак, чтобы принимать что-то от Дафны. — Верно, мисс Грейнджер. Вероятно, это самое могущественное и опасное зелье из всех, что находятся сейчас в этой комнате. Гораций осмотрел каждого из учеников и его взгляд остановился на двух учениках. — О да, — прибавил он, серьезно кивая недоверчиво ухмылявшимся Малфою и Нотту. — Вот поживете с мое, наберетесь жизненного опыта, тогда уже не станете недооценивать силу любовного наваждения… Уж вам то, мистер Малфой, стоит особенно опасаться. Я наслышан о том, сколько девушек мечтает стать вашей женой. Вы ведь всё ещё не обручены. Блондин фыркнул, а Нотт с опаской взглянул на Гринграсс. — Вы можете понюхать зелье, друзья. Оно пахнет для каждого по-своему, в зависимости от того, какие запахи нам нравятся. Ну же! Девушки выстроилось в очередь, желая проверить правда ли это, а парни недоверчиво стояли позади них. Габриэль Рид вызвался первым среди парней. Он подошёл к котлу и нагнулся к нему, вдохнув запах. — Воздух после дождя, лайм, горький шоколад и… Изумрудные глаза Габриэля поднялись и уставились на Розали. Он растерялся, не знал что сказать. Но всё же нашел в себе силы. — Жасмин. Блэк затаила дыхание, её щеки залил румянец и она втупила взгляд в пол. Нотт всегда говорил ей, что от неё пахнет жасмином и грушей. Нежный и свежий запах. — Роузи, а ведь мы вместе покупали тебя когда-то парфюм из жасмина. — Кокетливо прошептала Пэнси, толкая подругу в ребро. Роуз цокнула языком и толкнула подругу в ответ. — Что если его мать пахнет также? — Не строй из себя дурочку! Теодору хотелось смеяться. Сегодня все хотят его вывести из себя. Он уже желал вернуться домой, чтобы не смотреть на это. Габриэль Рид называет запах жасмина своим любымым. Как любопытно. — Чудно, мистер Рид. — Воодушевленно ответил профессор, — Я обожаю запах воздуха после дождя. Следующей подошла Розали. Это было лишь из интереса, она вовсе не собиралась говорить в слух о том, что чувствует. Блэк подошла, вдохнула запах и зачарованно уставилась на то, как блестит зелье. Оно выглядит волшебно. — Что вы чувствуете, мисс Блэк? Это был запах жасмина, новых книг, горячего шоколада и… Черт, это была вишня. — Хочу оставить это при себе, профессор. — Вежливо ответила Розали, стараясь не бросать взглядов на Нотта. Но так хотелось. — Какая зануда. — Фыркнул Блейз и вальяжно прошел к котлу. — Хммм, я чувствую запах виски. Кабинет залился негромким смехом. — Сантал и пионы. Пионы — любимые цветы Дафны Гринграсс. Он не побоялся назвать этот цветок. Не побоялся её взгляда, выдержал его и даже смог ухмыльнуться. — Отлично, мистер Забини. Мистер Малфой, желаете попробовать? Драко скептически оглядел котел, но всё же решился. Вдохнул запах и удивился. Действительно, его любимые запахи. — Мята, зеленые яблоки и корица. — Безразлично бросил блондин, возвращаясь на свое место. Далее подошло пару учеников из Гриффиндора, а затем к котлу подошел Теодор. Он вдохнул и тут же усмехнулся. Его ожесточенный взгляд обратился к Розали и он, глядя ей в глаза, сказал. — Вишневый сироп, краски для рисования, кедр и…парфюм Дафны Гринграсс. Девушки ахнули от услышанного, с завистью поглядывая на блондинку, но той это вовсе не льстило. Он говорил это, смотря на Розали Блэк, вовсе не на неё. Это представление было для Блэк. Дафна фальшиво улыбнулась и встретила жениха поцелуем в щеку. — Он решил поиздеваться надо мной? — Едва слышно прошипела брюнетка. — Смело, мистер Нотт! Раз уж, желающих больше нет, то я приглашаю всех за столики. Сегодня мы приготовим напиток живой смерти. Это в меру сложно, но вы справитесь. Приступайте к работе! — Гораций расправил плечи и прошёл к своему столу, внимательно наблюдая за учениками. Розали взяла учебник и раскрыла нужную страницу. Всё это ерунда, ведь у неё был свой рецепт. Он особенный. Рецепт от принца — полукровки. Профессор Снейп отдал ей и Гарри эту книгу по окончанию войны. С этим заданием идеально справятся как минимум двое. Работа над зельем отвлекла её от мыслей о Нотте. То, что он сказал было чушью, но очень цепляло её. Стоило принять решение, которое бы повалило Теодора. Решение, от которого ей бы стало лучше. Быть может тогда чувство одиночества покинет её. Но сперва она решит дела с наследством Эдриана. Уже завтра Розали отправится к отцу и заберет все бумажки, а пока, ей предстоит провести ещё один вечер в компании Габриэля Рида. Она вернулась от друзей не слишком поздно. Уставшая, измотанная морально. Не хотелось ни смеяться, ни плакать. Возвращение Теодора повлияло на неё куда больше, чем ожидалось. Рид сидел у камина, читая книгу. На журнальном столике лежала коробка. Она была длинной и тяжелой. Габриэль получил её минут двадцать назад. Блэк бросила сумку на кресло и устало рухнула на диван возле Габриэля. — День сегодня паршивый. — Дай угадаю, из-за Нотта? — С какой-то горечью задал вопрос он. Блэк взглянула на него сперва строго, но затем её взгляд смягчился. — Запах жасмина. Это ведь мой запах. — Она склонила голову на бок, хитро сузив глаза, — В чём дело, Габриэль? Влюбился? Он усмехнулся, помотал головой. Сейчас ещё не время. — Тебе принесли коробку. Она достаточно тяжелая. — Брюнет указал взглядом на черную коробку. Розали хмуро посмотрела на неё, а затем принялась открывать. Долго открывать не пришлось и совсем скоро под черным картоном стала виднеться красивый футляр из эбенового дерева. С ума сойти. Роуз боялась представить сколько это стоит. Эбеновое дерево считается самым дорогим во всём мире. На футляре лежал конверт с печатью Блэков. — Что это? — Поинтересовался Рид. Розали не знала как реагировать. В последнее время, отец стал делать ей дорогие подарки. Ранее он никогда не придавал ценности деньгам, а сейчас, похоже, не знает куда их деть. Всё время что-то новое. Сперва кольцо, теперь это. Она убрала коробку на пол и нерешительно открыла футляр. Восхитительно. В нём лежала скрипка. Да не простая, какая была у Роуз раньше. Эта скрипка была сделана на заказ из черного дерева. Рядом лежал смычок из того же материала. От восторга у Розали перехватило дух, рот непроизвольно раскрылся. Сидящий рядом Габриэль, широко открыл глаза, не переставая разглядывать инструмент. — С ума сойти. — Только и сказал он. — И не говори. — Не вижу радости в твоих глазах. — Это восхитительно, Габриэль. Но меня пугают такие подарки. Я совсем не узнаю отца. В глазах девушки появилась печаль и тоска по прошлому. Изменения в отце пугали её, тревожность появлялась сама по себе. — Ему тяжело далось после выхода из Азкабана? — Осмелился спросить Габриэль и получил в ответ кивок. — Он был сам не свой. Не знал как вести себя со мной, не знал как жить дальше и чем заниматься. В скоре, он попал в министерство. С тех пор в нашей семье всё стало меняться. Я знаю, что он делает это ради меня, ради моего будущего. Он хотел, чтобы люди слышали нашу фамилию и проявляли уважение. Порой мне кажется, что он начинает жить этой идеей. Вид Блэк стал ещё мрачнее. — Знаешь что, я пожалуй заварю нам чай. — Габриэль поднялся с дивана, однако Розали стала отнекиваться. — Нет, это совсем необязательно. Не нужно, Габриэль! — Ещё как нужно. Я заварю нам чай, а ты мне выскажешься, добро? — Юноша вопросительно выгнул бровь, блеснув своими белоснежными зубами. Роуз ничего не оставалось, разве можно устоять перед ним? Губы растянулись в радостной улыбке и она согласилась. В скоре старосты сидели у камина, попивая чай и, делясь друг с другом рассказами про детство. Это был очень уютный вечер. — Кристофер всегда был задирой. Мне доводилось отхватывать вместо него, ведь он был любимцем моих родителей. Порой мне хочется бросить всё это и уехать. — Откровенно говорил юноша, — Я до сих поражен тому, что он сделал. Мне жаль. Роуз отпила немного из своей кружки и облизала губы, не оставляя следов шоколада. — Как-нибудь отработаешь. — В шутку сказала она и затем рассмеялась, — Ты знаешь, мне пора спать. Блэк поставила кружку на столик и поднялась с дивана. Рид также поднялся, не отрывая от неё теплого взгляда. — Я надеюсь, что скоро услышу твою игру. Она неловко улыбнулась и взяла футляр со скрипкой в руки. Такую дорогую вещь было страшно даже держать в руках. — Услышишь. Гриффиндорец кивнул и пожелал ей доброй ночи. Розали пожелала в ответ и прежде, чем уйти в свою комнату, несколько раз оглянулась. От него исходила невероятная энергия. Он харизматичен, умен, нежен, воспитан. Казалось, будто Рид вылез из сказки про принца на белом коне. Роуз чувствовала, что начинает испытывать к нему симпатию. Но станет ли это то чем-то серьезным пока рядом Теодор? Роуз не знала. Наступила долгожданная суббота. Совпадение это было или нет, но утром Блэк пришло письмо от отца с приглашением. Он хотел, чтобы она приехала на выходные вместе с друзьями. Следом за этим приглашением пришло ещё одно. Приглашение от Слизнорта. В прошлый раз ужин был отменен по непонятным причинам. В этот раз профессор решительно настроен провести званый ужин. И уж там от Теодора будет трудно увильнуть. Будет трудно не смотреть на него. Но ужин состоится в понедельник. А пока, Розали намерена решить проблему с Пьюси. В тот же день она собрала небольшую сумку с вещами и встретилась с друзьями на заднем дворе школы. Ребята трансгрессировали в особняк Блэков. Небо медленно затягивалось тучами. Погромыхивал гром. — Погода сегодня просто заглядение. — С иронией проговорил Забини, — Напоминает мне хмурое лицо Роузи. Брюнетка бросила укорененный взгляд на друга и зашла в дом первая. Отец стоял в коридоре, встречая гостей приветливой улыбкой и распростертыми объятиями. Первую он принял в объятия свою дочь. Поцеловал её в макушку и потрепал за щеки. — Ты получила мой подарок? — Получила. Он потрясающий. — Сдержанно ответила девушка. Отец кивнул, а затем обратился ко всем. — Прошу всех к столу! Глория приготовила отменный бульйон и шоколадный пудинг. — Радостно говорил Сириус. Друзья сняли верхнюю одежду и прошли в столовую, где их уже ждала Глория. Она выглядела не как обычно. Щеки были румянее, одежда свободнее, волосы стали гуще. Андерс прямо-таки посвежела. Женщина поприветствовала каждого и пригласила всех к столу. Розали хотела как можно скорее перейти к делам. Она вовсе не горела желанием мило беседовать за столом и делать вид, что это приносит ей удовольствие. Розали сидела между отцом и своим кузеном. Тот был доволен и, кажется, даже счастлив. В голове Роуз проскакивало: Если Драко счастлив за этим столом, то почему мне это так тяжело дается?. Затем она вздохнула и натянула на себя широкую улыбку. За обедом все разговаривали, делились новостями, успехами в школе. Больше всех говорил Забини. Уж его трудно было заставить молчать. — Мистер Блэк, у Роуз ведь появился новый ухажор, вы в курсе? — Спросил Блейз, бросая игривые взгляды то на Роуз, то на её отца. Блэк неловко заёрзала на стуле, крепко сжав чайную ложку в руке. Блейз сидел слишком далеко, чтобы пнуть его ногой. — Надо же! И кто этот несчастный? — Усмехнулся Сириус. — Папа! — С укором воскликнула Роза. — Что? Мне искренне жаль этого парня. Он ведь ещё не знает куда рвется. — Да уж, с нашей семейкой то… — Пробормотал Драко. — Это Габриэль Рид. — Поведал мулат. — Рид… Мистер Блэк задумчиво потер подбородок, а затем сказал. — Слышал об этой семье. Они нездешние, так ведь? — Да, Габриэль — ирландец. — Ответила Розали, затыкая Забини. — У него такой горячий акцент, слышали бы вы! — Всё же вставил Блейз. Сириус рассмеялся, отпил из своего бокала немного вина и спросил. — И как он тебе? — Вы серьезно думаете, что я буду обсуждать это за столом? — Забавно злилась девушка. — И правда! Зачем вы её смущаете? — Поддержала Пэнси. — Никто меня не смущает. Мы с Ридом друзья и только. — Поверь, смотрит он на тебя вовсе не по-дружески. — Заверил Гарри. — А почему Теодора нет с вами? — Вдруг поинтересовалась Глория и все за столом умолкли. И правда, почему его нет? Роуз просила Гарри позвать его, но тот отказался. Наверняка он был занят своей невестой, ведь он так старается играть роль влюбленного жениха. Розали вновь вскипела от этих мыслей. Стоило ему вернуться, как всё вновь пошло наперекосяк. — Он поехал к себе домой. Помочь отцу. — Ответил Поттер, но вид у него был такой, будто он это выдумал на ходу. Роуз сузила глаза, подозрительно глядя на друга. Что-то здесь не так. — Ну и чудно. Сынок Нотта меня здесь бы не особо порадовал. И Розали вновь закатывает глаза, раздражаясь. Настало время заканчивать милые беседы и приступать к важному. — Папа, у меня есть разговор к тебе. — У меня тоже. Точнее, у нас. — Мужчина повернул голову к своей возлюбленной и посмотрел на неё с необычайным теплом в глазах. Лори ласково улыбнулась ему и кивнула. — Я позвал вас сюда, чтобы сообщить важную новость. О ней уже в курсе моя кузина, Римус и другие ближние. Остались вы. Тон отца вызывал у Роуз тревогу, которую было трудно унять. Её тело напряглось, а взгляд стал пристальным. — Мы с Глорией решили пожениться. За столом тишина. Пэнси от удивления раскрыла рот и высоко подняла брови. — Вот те на… — Сказал Забини. Андерс стало неуютно. Её взгляд был прикован к пораженной Розе, чьи глаза уставились в пустую тарелку. Блэк казалось, что хуже быть уже не может. — А также, мы с Глорией ждем ребенка. Услышанное заставило девушку резко поднять голову и посмотреть отцу в глаза. Сердце неприятно защемило и дыхание участилось. Эта новость не удивила её, не разозлила. Она испугала её. Ей удалось совсем недавно обрести отца. Роуз ещё не успела этим насладиться, а теперь придется делить его любовь с другими. — Что-то скажешь, Роуз? — Осторожно спросила Глория. Блэк молча поднялась с места и зашагала в сторону выхода, не обращая внимания на зов отца. Она вновь ощутила себя маленькой ранимой девочкой, чье сердце всякий раз разбивается из-за отца. Как только слизеринка вошла в свою комнату, она схватилась за горло и тяжело задышала. Почему он так со мной? Неужели так трудно было дать мне немного времени? — Спрашивала сама у себя Розали. Девушка обхватила себя обеими руками и с грохотом упала на пол, повалив лампу на столе. Что ещё добьет меня сегодня? В это же время Роуз считала себя настоящей эгоисткой. Отец обрел счастье в виде шанса на полноценную семью, но ей всё не так. Она безумно желала быть у отца одной, ведь его любви все эти годы было мало. У них практично не было времени на семью. Слезы не шли, но внутри было так больно. Ей хотелось, чтобы прямо сейчас рядом сел Нотт и сказал пару слов, затем крепко прижал к себе и зарылся рукой в её волосы. Но это желание она подавляла всегда, что истощало её морально. Вспомнил о Нотте и том, что сейчас между ними, Роуз разозлилась ещё больше. Она резко поднялась с места и взяла свою сумку с кровати. Достав оттуда последний флакон зелья, которое Тео делал для неё, Роуз с яростным криком бросила его в стену. Жидкость стекала по стене на паркет, в комнате появился приятный запах шалфея и фиалки. В дверь постучались и она завопила «Я хочу побыть одна!». Тогда в её голову пришла ещё одна идея. И она показалась ей очень правильной. Роуз сжала кулаки и быстрым шагом направилась к выходу из спальни. Открыв дверь, девушка наткнулась на всех своих друзей, но она прошла мимо них, направляясь прямо в кабинет отца. Дернув за ручку, дверь не открылась. Блэк искривила губы от ярости и затем достала палочку. — Алохомора! Деревянная дверь отворилась, перед Роуз открылся беспорядок на столе отца. Она уверенно прошла к рабочему столу и стала рыться в бумажках, открывать поочередно все ящики и сейфы. Следом за ней прибежали друзья. — Что ты делаешь? — Ошарашенно спросил Малфой. Но та не отвечала, продолжала искать своё. Гарри подошёл к крестной сестре и стал хватать её за руки. — Роуз, в чем дело? Прекрати! Пэнси оттащила парня от подруги как только Розали подняла испепеляющий взгляд на него. Сейчас ей лучше не мешать. Открыв последний ящик, Блэк всё же нашла то, что искала. Она довольно улыбнулась и достала все документы. — Это что документы на наследство Пьюси? — Спросил Драко. — Ты же не поговорила с Сириусом! Прийди в себя, Роуз, к чему это приведет? — Гарри попытался отнять у девушки бумаги, но та крепко вцепилась в них. Она, обошла стол и подошла к камину, затем быстро набрала в руку летучий порох и вошла в камин. Друзья не пытались ей помешать, просто наблюдали. — Малфой-Мэнор. — Четко произнесла слизеринка и испарилась в зеленом огне. Пэнси тяжело вздохнула, схватившись за голову. — Порой, мне кажется, что мистер Блэк совсем не умеет быть отцом! Будь я на месте Роуз, я бы сделала также. — Её импульсивный характер никогда не действовал на пользу. — С укором проговорил Гарри, принимая на себя строгий взгляд возлюбленной. — Тебе напомнить твою агрессию на пятом и шестом курсе? Ты был ещё хуже! — Хуже этого урагана? — Ухмыльнулся мулат, — Вряд-ли. Блэк появилась в гостиной Малфой-Мэнора, где её ждал Добби. Домовик своей заботой и добрыми глазами смог немного успокоить девушку и она уже не хотела разнести весь дом. Роуз сделала глубокий вдох и поинтересовалась у эльфа где Эдриан. Он ответил, что Пьюси не выходит из отведенной ему комнаты и еду ему приносят прямо туда. После полученного ответа, Роза поспешила пойти к бывшему парню. Его комната была расположена на третьем этаже в самом конце коридора. Там было темно, практически не было освещения. Тетушка явно постаралась принять Пьюси как полагается. Она пару раз постучала в двери и сказала. — Эдриан, это я. Затем послышался щелчок и дверь открылась. Пьюси стоял перед ней с растрепанной шевелюрой и помятых брюках с рубашкой. Раньше не приходилось видеть его таким. Роуз осмотрела его быстрым взглядом и, не спросив разрешения, вошла. Эдриан сонно потер глаза и закрыл за ней дверь. — Я принесла тебе документы на всё твоё наследство. Она бросила бумаги ему на постель и стала осматривать комнату. В ней была лишь постель, шкаф и небольшое окно. Блэк высоко подняла брови и выпучила глаза. Она попросила тетю выделить Эдриану хорошую комнату, но ему выделили комнату для прислуги. Пьюси неуверенно взял в руки документы и стал проходиться по ним глазами. В глазах его появилась радость, но в то же время и недоверие. — Я всё проверила. Дом, хранилище в банке, дом твоей покойной бабушки. Всё здесь, ты можешь вернуться домой. Юноша поднял взгляд на Роуз, не зная что сказать. Он не думал, что она действительно это сделает. — Спасибо, Роуз. — Облегченно выдохнул брюнет, — Теперь я всё это продам, заберу деньги и смогу начать всё заново во Франции. — Не за что, Эдриан. В воздухе повисло чувство неловкости. Что сказать? Что сделать? Они просто стояли друг напротив друга, общаясь как старые друзья, позабыв обо всём, что было. Будто и не было тех измен, обманов, дней вместе. Роуз откашлялась и принужденно улыбнулась. — Что ж, возвращайся домой. Будь уверен, тебе больше никто не причинит зла, если ты не попытаешься причинить его мне. Роуз тотчас пошла к выходу, намереваясь уйти, но вопрос Эдриана заставил её замереть прямо у двери. — Роуз, тебя что-то беспокоит? В их отношениях Эдриан редко задавал подобные вопросы. Её настроение или выражение лица мало беспокоили Пьюси, но сейчас что-то побудило его спросить об этом. Ведь он заметил настроение девушки сразу же, как только увидел её на пороге. — Забавно. Раньше ты не интересовался мной в таком плане. — С печалью в голосе ответила Роуз. Она развернулась к нему и встретила такой же печальный взгляд. — Наши отношения мало походили на настоящие отношения, не так ли? — Да, ты прав. — Обсуждать это оказалось ещё более неловко, чем ей казалось. — Но кое-что мне в них нравилось. — Стабильность. — Ответила за него Роуз и улыбнулась своему же ответу, — Это то, что держало меня. — Так что произошло? — Резко сменил тему Эдриан и Розали сомнительно посмотрела на него. — Прошу, один раз. — В глазах Пьюси действительно была мольба и желание услышать причину её беспокойства. Роуз не была уверенна в правильности этого всего, но всё же поддалась. — Мой отец женится и у него скоро будет ребенок. Блэк хлопнула в ладоши. — Тадам! Пьюси был поражен и это успокоило Роуз. Хоть ктото поражен также как и она. — На самом деле, я не знаю что сказать тебе. — Честно признался он, — Мы практически не говорили об отношениях в семье или о том, что нас беспокоит внутри неё. Но я благодарен тебе за то, что ты сказала мне. Розали кивнула, опустив взгляд в пол. Никто не способен найти для неё нужных слов кроме Теодора. Это правда её раздражала даже больше, чем новости, услышанные сегодня. — Ты справишься. За эти годы я понял лишь то, что ты невероятно сильная, Розали. Пьюси протянул бывшей девушке ладонь и Роуз почему-то вложила в неё свою руку. Возможно, по привычке. Брюнет крепко сжал маленькую ручку и тепло улыбнулся ей. — Я могу тебя обнять? — Осторожно спросил он, ожидая получить отказ. Но сегодня был его день. Розали медленно кивнула и неуверенно подошла ближе. Он обнял её обеими руками, несильно прижимая к себе. Эти обьятия вместили в себе и сожаление, и прощание, и прощение, и утешение. Когда они отстранилась друг от друга, то улыбнулись. — Живи хорошо, Эдди. — Искренне произнесла Роуз, понимая, что скорее всего это их последняя встреча. — Так называла меня только ты. — С тоской произнес он, а в ответ ничего, — Не позволяй больше таким как я быть с тобой. Ты заслуживаешь настоящей любви. — К сожалению, Пьюси, другое приносит мне слишком много разочарования. — Выдохнула Роуз, сделав шаг назад, — Но спасибо тебе. Знай, что я больше не держу на тебя зла, но я это помню. Потому, не пиши мне больше никаких писем, не проси никаких встреч. Уезжай и строй всё сначала. Брюнет понимающе кивнул. — Прощай, Эдриан.

***

Розали вернулась в школу через камин в гостиной, перед этим оставив тете записку о том, чтобы помогла Эдриану уехать без происшествий. Нарциссы не было дома с утра, потому ждать её пришлось бы долго. В такие дни женщина расхаживает по ресторанам, делает дорогие покупки и возвращается под вечер. Блэк вернулась в башню старост, удивив своим приходом Габриэля. Тот совсем её не ждал, ведь она сказала что будет в воскресенье. Розали стала посреди гостиной, гордо сказав о том, что она сделала. — Я украла из кабинета отца бумажки на наследство моего бывшего и отдала их ему. И да, я жду осуждения. Мои друзья не успели мне этого высказать. Рид пораженно смотрел на брюнетку, на её невозмутимость и уверенную позу. Он улыбнулся и помотал головой. — Я не осуждаю. — Класс. Девушка подняла два больших пальца вверх и широко улыбнулась. После чего она заперлась в своей спальне. Роуз просидела там до позднего вечера, пока к ней не пришли друзья. Пэнси рассказала, что отец Розали ничего не знает, но он был расстроен её отъездом. Уже, успокоившись, Роуз почувствовала стыд перед ним, но чувство обиды упрямо боролось со стыдом. Затем Блэк всё же спросила у Гарри, где Теодор, убедившись, что другие не услышат. Это произошло, когда она провожала их к выходу из башни. — Теодор в пабе, Роуз. — Признался Гарри после долгих уговоров и угроз. Ответ её разочаровал даже больше, чем его пропажа на две недели. Он окончательно сдался. Это конец. Роуз отправила Поттера следом за друзьями и вернулась к себе в комнату, вновь заплакав в подушку. Глория говорила ей на первых сеансах, что слезы — действенное обезболивающе от любой боли. Она твердила, что нельзя сдерживать слезы, нельзя подавлять их. И в этот раз, плача в подушку под ливень и сильную грозу, Розали мечтала, чтобы слова Глории оказались правдой. Пускай слезы действительно подействуют как обезболивающе. Пускай всё это закончится.

***

Розали плохо спала всю ночь, на утро проснулась с опухшим лицом и небольшими синяками под глазами. Она колдовала над своим лицом 15 минут прежде, чем выйти из комнаты и принять душ. Воскресенье должно было пройти совсем не так. Она должна была быть с отцом, в кругу родных, а не одна, в пустой гостиной. По выходным Габриэль проводил время с лучшим другом, потому она и не надеялась найти его в башне. На журнальном столике лежал букет розовых кустовых роз, а рядом с ними записка. Роуз с неподдельным интересом подошла к столику и взяла в руки записку. «Мне тяжело было слышать твои слезы этой ночью. Надеюсь мой букет поднимет тебе настроение. А ещё, как насчет ужина сегодня в 19:00?. Г.Р» — Черт…- Моментальный стыд накрыл её с головой. Он слышал её слезы, ведь она не наложила заклинание заглушки. Оставалось надеятся, что он не догадался о причине этих слез. Букет был красивым, она любила цветы, любила розы, но по-настоящему обожала белые розы. Однако, откуда ему знать об этом? Блэк набрала в хрустальную вазу воды и поставила в неё букет. Было приятно получить цветы с утра, но дурное чувство не покидало её. Роуз приняла горячий душ и привела волосы в порядок. Она надела белое короткое платье с длинными висящими рукавами. Оно отлично сидело на талии и открывало шею и грудь. Блэк нашла к платью тонкие колготки и жемчужнее ожерелье. Кулон Нотта она больше не надевала, ведь порвала цепочку ещё в тот день, когда узнала, что он уехал. Брызнув на волнистые локоны немного лака с блестками, Розали намазала блеском губы и провела под веками карандашом, а также использовала тушь для ресниц. Она добавила щекам немного румяности и покинула башню, собираясь встретиться с друзьями в гостиной их факультета. В гостиной было людно, но место героев войны никогда не было занято. Роуз с приветливой улыбкой прошла к двум диванчикам, присев возле кузена. — Доброе утро! — Доброе, фурия. — Ответил Блейз, — Как спалось? — Без тебя — плохо, милый. — Я знал. — Забини театрально ударил себя по колену, — Вот знал же! Ребята рассмеялись, протягивая друг другу сладкие трубочки. Теодора всё не было. — Где Тео? — Спросил Драко. Одним вопросом стереть улыбку с лица сестры мог только он. — Он скоро будет. — Ответил Гарри. — Я уже здесь. — Послышалось недалеко. Ребята обернулись, но Розали оставалась на месте. Она перехватила у Гарри пачку сладких трубочек и стала есть как не в себя. Нотт перепрыгнул через спинку дивана и упал рядом с Гарри. — Слышал что вчера вы рано покинули дом Блэков. — На зло говорил Теодор, ожидая реакции Роуз. — Да, пришлось. Наша Роузи вчера сбежала. — Ответил Блейз. — Правда? — Иронично выгнул бровь слизеринец, взглянув на неё. Блэк не смотрела на него и это злило его. Она делала вид, что его больше нет в её жизни, что всё стало как раньше, но это не так. Ей предстоит пожалеть об этом и понять, что пока из её жизни он уходить не собирался. — Брось, тебе же наверняка всё рассказал Гарри. — Закатила глаза Паркинсон, не выдерживая иронии друга. — Гарри рассказывает мне далеко не всё. Он у тебя не сплетница, Пэнс. — Я сказал лишь что Розали украла документы для Эдриана. Роуз немного полегчало. Значит, он не знает о том, что её отец женится и ждет ребенка. — И как там Пьюси? — Поинтересовался Тео, вновь обратившись к Розали. Игнорировать его уже было невозможно, да и позлить Нотта тоже хотелось. — Он в порядке. Я отдала ему все деньги, всё имущество и пожелала удачи. А ещё, я не забыла обнять его на прощание. — Удивлен, что ты не удушила его в этих объятиях. — Хохотнул Забини. Теодор смотрел на неё так пристально, не скрывая своей злости на неё, а она смело отвечала на его взгляд, не собираясь отводить его первой. — И да, кстати, я сегодня иду на свидание с Габриэлем. — Поведала Розали, всё ещё смотря в темные глаза, — Пэнс, поможешь с платьем? — Что? Серьезно? Мерлин! Конечно же! — Почти закричала Персефона, захлопав в ладоши. — Ты уверена, что ему можно доверять? — Насупился Гарри. — Уверена, Гарри. — Твердо ответила Роуз. Теодор наконец отвел взгляд и слышно проскрипел зубами. Смирение не приходило к нему никак. — Завтра ужин у Слизнорта, помните? — Спросил Малфой. Теодор, Роуз и Гарри кивнули. — Я пригласил Грейнджер в качестве пары. — Что? — Громко переспросила Паркинсон и Малфой усмехнулся. Розали коснулась плеча брата, обращая его внимание на себя. — Так значит, вы…? — Пока не знаю. — С долей разочарования ответил блондин, — Грейнджер непростая. — Надеюсь, мои уроки не прошли зря? — Растянулись её губы в улыбке. Ребята громко рассмеялись, стали подшучивать над Малфоем, заставляя того злиться и шипеть на них. Даже Нотт включился и стал шутить свои прежние глупые шутки. — Когда-то она скажет маленьким Малфоям, что её первый поцелуй украла их тетка. — Усмехался Тео. — Не удивлюсь, если его дочь после услышанного станет лезть целоваться к подругам. — Поддержал его Блейз. — Небось и ориентацию сменит. — Продолжил Нотт. — Какие вы придурки. — Фыркнул Малфой, отворачиваясь от них всякий раз. Кузина продолжала тыкать его в ребра, раздражая ещё больше.

***

Розали пожалела о том, что позвала Пэнси помочь с нарядом для свидания. Она всё время бормотала, заставила её перемерить десятки платьев и туфель. Роуз не думала над тем, как будет выглядеть. Она не была на свиданиях с начала отношений с Пьюси. Никто не приглашал её на них, пусть и тайных воздыхателей у неё было немало. Сейчас Блэк даже не знала как себя вести, да и на сердце было неспокойно. Однако, если Теодор ходит по пабам, развлекается с женщинами, то почему она не может сходить на свидание с парнем, который ей, как минимум, симпатизирует? Внутри неё было столько противоречий, столько эмоций и навязчивых мыслей, что она чувствовала себя словно бомба замедленного действия. Вот-вот произойдет взрыв. До встречи с Габриэлем оставалось 15 минут и Роуз практически закончила укладывать волосы. Этим вечером она появится перед Ридом в длинной атласной черной юбке и белом джемпере, который был слегка великоват. Пэнси настаивала на платье, но Розали отказалась, решила не выряжаться так, словно ей собрались делать предложение. Перед выходом из гостиной, она надела сверху черное кашемировое пальто и черные лодочки. Подруга провела её с мрачным видом, явно не одобряя выбора цвета для её образа. Но Роуз всегда показывала своё душевное состояние через одежду. Она, не спеша, шла по коридорам, время от времени поднимая голову. Тревожность не оставляла её. Около главного выхода собралось много людей, все они столпились вокруг чего-то. Розали замедлилась, нахмурилась, затем ужаснулась, услышав знакомый голос.

***

Теодор места себе не находил в своей комнате. Он всё ходил туда сюда, борясь с желанием напиться. Давно он такого не испытывал. Гарри оставил его одного и тогда Тео сорвался. Достал бутылку огневиски и выпил, даже не попытавшись найти стакан. Он пил с горла, заглушая все свои чувства. Так ему казалось. Но опьянение пришло, а чувства нет. Нотт всё пытался понять, что такого в Блэк, что его так трясет от мысли, что она будет на свидании с Ридом. Первое ли это их свидание? Он так запутался. Не знал, что чувствует, не знал как понять эти чувства, не знал какое название им дать. Ему незнакомы они. Он отвергал всё незнакомое. Когда на часах пробило почти семь, в голове Нотта что-то счелкнуло. Гарри перед уходом зачем-то сказал, что встреча Розали и Габриэля состоится в семь вечера. Тогда он резко поднялся с постели и поспешил прийти на встречу раньше Роуз. Ноги его едва несли, были ватными из-за алкоголя, разум затуманен. Он не соображал что делает, но сделал бы это даже если бы был трезв. Такой он — Теодор Нотт. Габриэль стоял у главного выхода и сразу заметил ураган, движущиеся на него, ни на что не взирая. Теодор подошёл к нему и тотчас толкнул в плечо, яростно сужая глаза. — Какого черта ты появился? — Зарычал слизеринец. Габриэль, учуяв запах спиртного, сделал шаг назад. — Нотт, ты пьян, сходи проспись. — Ты сейчас же уйдешь отсюда, слышишь? — Ледяным тоном говорил Тео. Рид оценивающе осмотрел его, а затем посмотрел по сторонам. Начинали сходиться ученики. — Не устраивай цирк, Нотт. Теодор обернулся, заметил посторонних и тут же повеселел. — Когда-нибудь видел чтобы в цирке били клоуна? — Спросил он у Рида, а тот с усмешкой вскинул брови. — Ты сейчас меня клоуном назвал? Усмешка Габриэля моментально вывела Теодора из себя. Он считал, что Рид ещё совсем не знает его, что нисколько не боится и не опасается. Он открыто насмехался над ним, а этого Нотт терпеть не мог. Тогда Тео набросился на него, повалив на пол. Парни дрались секунд 30, но Габриэль, в силу своей трезвости смог ненадолго взять его в захват и попробовать успокоить. — Угомонись, ты не знаешь на что нарываешься. Вокруг собралось не меньше двадцати учеников, которые гудели, поддерживая Теодора. Никто из них не попытался разборонить их и это удивляло Рида. Что это за школа? — Спросил он сам у себя. — Заткнись! — Сквозь зубы выпалил Нотт и вырвался из его хватки. В глазах Теодора вдруг потемнело и Габриэлю снова удалось заломить ему руки и прижать лицом к полу. Когда в глазах снова прояснилось, первое, что увидел слизеринец была — Розали. Она испуганными глазами смотрела на него, всё больше разочаровываясь. Ему на секунду стало стыдно, но затем гнев вновь захлестнул его. Она отвергла, она не захотела быть с ним рядом, она всё испортила. — Разошлись все к чертям! — Закричал тонкий женский голос, взывающий всех разойтись, — Что вы себе позволяете? Розали оглядела учеников разных курсов и факультетов с осуждением. — Немедленно разошлись по комнатам. И чтобы рот держали на замке, понятно? — С угрозой в голосе протянула она. Все закивали и быстрым шагом разбежались кто куда. Как только староста убедилась, что ни одной лишней души не осталось, сразу же приступила к парням. Они за это время уже поднялись с пола. Блэк осмотрела их, заметила на лице каждого ссадины. У Рида был разбит нос и разорвана рубашка, а у Нотта закровила губа. Объяснять Розали ничего не нужно было. Она итак всё чудесно понимала. Девушка взяла Нотта за край его мантии и потянула за собой, а тому оставалось лишь нестись за ней. Его голова разрывалась и в глазах двоилось. Быть может, голову он всё же ушиб. Блэк завела его в ванную старост и сразу же толкнула в стену, поддаваясь эмоциям. Она была просто в бешенстве от происходящего. Обида комком стояла в горле, хотелось кричать на него и требовать оставить её навсегда, дабы не причинять такой боли, но в ней не было столько силы, чтобы попросить об этом серьезно. — Что ты делаешь, придурок? — Её тон был словно пощечиной для него. Он даже не поднимал глаз, смотрел на белую плитку у себя под ногами, желая провалиться сквозь землю. — Зачем ты всё портишь мне? — Негодовала девушка. — Мне плевать, Блэк. — Процедил Тео. — Плевать на что? — На то, что я тебе порчу. — Нотт поднял голову и взглянул в её полные ненависти глаза. — Ты сойдешь с ума без меня, я тебе говорил. И никакой Габриэль не изменит этого. — С высокомерием в голосе проговорил Теодор. Таким он её раздражал, такого Нотта она терпеть не могла в детстве. Он считал себя лучше всех, часто был эгоистом и часто поступал так, как ему будет лучше. Ему нередко было плевать на чувства других. Ему плевать на Дафну, плевать на меня, он просто хочет поиздеваться надо мной. — Пронеслось в голове у Блэк. — Я ненавижу тебя таким, Нотт. Ты эгоист, совсем не думаешь обо мне. Ты любишь лишь одного себя. — Кто тебе сказал, что я вообще способен любить? — Безжалостно спросил он, слегка склонив голову. Что же тогда это было? Что происходило между ними всё это время? Этот вопрос со всей силой ударил в сердце Роуз. Вопрос, который подтвердил все её догадки. Не было у него никаких чувств. — Даже самые большие злодеи способны любить. Зачастую они и стают злодеями из-за своей любви к кому-то. — Уверенно заявила она. Он злорадно улыбнулся, больше не смотря на неё. Тогда Блэк решила уйти. Девушка больше не могла находиться рядом с ним. Каждая минута здесь была пыткой. Она вернулась в башню, зная, что Габриэль будет там. В гостиной было темно, он не включил свет и комнату освещал лишь огонь в камине. Рид стоял напротив камина, рукой прижимая лед к носу. Совесть грызла её, чувство вины перед ним было велико. Роуз с неловким видом подошла к нему, совсем не зная что сказать. Но Габриэль вовсе не требовал ничего. — Не вини себя только, ладно? — Прохрипел гриффиндорец и Роуз виновато взглянула на него. — Не могу. — Я когда-то был таким же как он. — Правда? — Усомнилась брюнетка, а тот с улыбкой кивнул. — Тогда я узнал об измене своей невесты. Я жутко разозлился, нашел его и избил. Конечно, Роуз слышала об этой истории, но решила сделать вид что не знает. Вдруг бы он подумал, что она расспрашивала о нём? — Мне тоже изменяли. — Судьба ли это? — Усмехнулся он. Девушка улыбнулась ему довольно криво и уставила свой взгляд на огонь. — Эта измена так много изменила, что иногда я думаю, а если бы я не узнала об этом? Быть может, не было бы всего этого. — Разве происходило только плохое? В этот момент перед глазами появился Теодор, забирающий из её рук книгу, дабы подразнить её, их разговор у озера в в саду Мэнора, разговоры в конюшне, поцелуи и их игра в дружбу, его поддержка и открытость в разговорах. Он брал её за руку в Большом зале, готовил для неё зелья и всякий раз спасал, когда, казалось, никто этого не сделает. Её глаза засияли от теплых воспоминаний, но очень скоро она прогнала их. — Всё хорошее позже принесло боль. — А если дальше тебя ждет только радость? — Спросил Габриэль, и Роуз взглянула на него с подозрением. — Не ты ли собираешься мне это устроить? — Расплылись её губы в лукавой улыбке. — Если только ты позволишь. Она застыла с улыбкой на лице, всматривалась в его изумрудные глаза. Всё пыталась найти то, что заставит её сказать «да» прямо сейчас. Но внутри неё всё ещё была боль и отчаяние, после разговора с Тео. Разве можно в таком состоянии что-то решать? Габриэль оказался очень проницательным. Он был словно спасением для неё, рука, способная вытащить её из этой тьмы. Быть может именно ему суждено стать тем самым? Его глаза такие чистые, улыбка такая искренняя, не способная причинить боль, что Розали едва не сдалась, но вовремя одумалась. — Я вижу, что ты хочешь подумать. Скажешь, когда надумаешь, ладно? Она неловко поджала губы, а затем кивнула. — Если что, ты знаешь где меня найти. — Рид указал указательным пальцем на дверь, ведущую в его комнату и улыбнулся краем губ. — Спасибо, Габриэль. — Тихим голосом ответила Розали.