So fate decreed.

Вспоминаю те первые недели, как будто это было вчера. Вся наша жизнь изменилась в один миг — новый город, новые лица, чужой менталитет и непривычные запахи. Я помню, как сжимало в груди от страха, боли и возбуждения одновременно. В голове крутились вопросы: "Правильно ли я сделала?", "Что нас ждет впереди?". Блейз, как всегда, был спокоен и уверен в себе, подбадривая меня каждый раз, когда я начинала сомневаться. Он был для меня настоящей опорой в этот непростой период. Первые месяцы я была сама не своя. Ничего не делала, ничего не пробовала. Я чувствовала себя разбитой из-за разлуки с Тео. Как только я закрывала глаза, то сразу видела его. Он отпустил меня, любя, и, наверное, именно это делало разлуку ещё болезненнее. Иногда мне казалось, что я предала не только его, но и ту часть себя, что была с ним. Я помню нашу последнюю встречу: его глаза были полны понимания и боли, но он не пытался меня остановить. Он сказал, что хочет для меня только счастья, даже если это означает, что я уйду. Его слова пронзили меня тогда, и они продолжали ранить меня первые пол года уж точно. Блейз и Дафна были рядом, поддерживали меня, но их теплоту нельзя было сравнить с тем, что я ощущала рядом с Теодором. Он был моим домом, даже если я это поняла слишком поздно. Я не могла перестать думать о том, как бы всё сложилось, если бы я осталась, если бы сделала другой выбор. Но, кажется, это уже не имеет значения. Вечера — самые сложные. Когда суета дня уходит, остается только тишина, и именно тогда он снова появляется в моих мыслях. Вспоминаю его смех, прикосновения, нашу башню, в которой всё началось. Эта разлука — как рана, которая не заживает, сколько бы времени ни прошло. Иногда мне хотелось написать ему, хотя я знала, что это ничего не изменит. Но как-то Пэнс позвонила мне и сообщила о том, что Тео переехал в Шотландию и у него появился мобильный телефон. Она поделилась со мной его номером и я все же позвонила. Разговор был недолгим и до жути неловким. Его голос был таким уставшим и безразличным, что внутри меня все трещало и я не могла найти слов. Он переехал к дедушке и был не один. Это все, что мне нужно было знать. Я пожелала ему удачи и отключилась. Проплакала тогда всю ночь, а на утро наконец-то пришла в себя. Все стало меняться. Пришли те самые изменения ради которых я сюда приехала. Блейз и Дафна сыграли свадьбу, на которую приехали все наши друзья кроме Теодора. Блейз сказал, что отправлял ему приглашение, но он все же не приехал. В тот самый день я поняла, что мне больше не больно слышать его имя. Я отпустила это всё, позволила себе идти дальше. Было бы глупо с моей стороны страдать, ведь я сама приняла это решение. После свадьбы мы с Блейзом и Дафной решили переехать во Францию. Блейзу в голову пришла гениальная идея и ему казалось, что именно во Франции он воплотит её в реальность. Я не успела привязаться к Ирландии, потому, не раздумывая, согласилась. Уже там я смогла окончательно выдохнуть. Я встретилась с бабулей, она поводила меня по Парижу, мы замечательно проводили время вместе. Я была счастлива, что рядом со мной есть родной человек. Бабуля слушала мои истории со школы, узнала о моей несостоявшейся помолвке, о том, что мне пришлось пережить. Она много плакала и извинилась за то, что совсем не интересовалась моей жизнью, считая, что отец делает достаточно для моего счастья и безопасности. Благо, она не сказала ни единого плохого слова об отце, даже захотела поехать к нему на могилу. Бабушка помогла мне адаптироваться, снова привила любовь к ярким вещам, я чувствовала как возвращаюсь в прежнюю жизнь. Моей единственной подругой здесь стала Дафна. Нам было хорошо вдвоем и мы здорово друг другу помогали. Дафна тоже быстро адаптировалась, находя светлые стороны во всем. Когда она родила Майкла, я была рядом, держала её за руку. Так уж вышло, что Блейз в это время был занят переговорами и пропустил звонок Дафф. На моих глазах родился мой крестник, а крестным его стал двоюродный брат Забини. Боюсь, что на крестинах мы видели его в последний раз. Уж больно перепуганным он был. Майкл чудесный малыш…Пухлые щечки, хитрые глазки и густые волосы. От мамы ему передался разве что взгляд…Вырастет он копией своего отца. Да и сейчас он немало проказничает и строит глазки женщинам, которые так часто умиляются, глядя на него. Детьми пока никто не обзавелся кроме Блейза. А я все ещё ждала племянников. Драко я не видела уже два года, но регулярно созваниваюсь с ним. Грейнджер приучила его к технике. А ещё, они и правда поженились, но об этом мы узнали лишь через несколько месяцев. Сказать, что я обиделась - ничего не сказать. Я была ужасно сердита! Но пришлось смириться. Спустя год жизни во Франции, мы с Блейзом Дафной открыли собственное дело, в которое вложили всю душу. Мы горели этим, работали над каждой мелочью, сидели в кабинете и днем и ночью, чтобы доделать все как можно скорее. Очень скоро в центре самого Парижа открылся новый отель под названием «L’Oasis Céleste», что в переводе означает «Небесный оазис». Этот отель - наше всё. Каждый раз, когда я подхожу к отелю, сердце замирает от гордости. Наша детище — L’Oasis Céleste — наконец-то воплотилось в реальность. Снаружи он выглядит величественно, будто вырезан из самых светлых мечтаний. Здание возвышается в центре Парижа, его фасад сверкает на солнце мягкими, кремовыми оттенками, а большие окна с арками кажутся порталами в иной мир. Около входа стоит роскошная мраморная лестница, обрамлённая живыми стенами из виноградной лозы и благоухающих цветов. Когда я захожу внутрь, первое, что ощущаю, — это мягкий, лёгкий аромат цветов, который пронизывает всё пространство. Холл огромный, но при этом уютный. Высокие потолки украшают светлые люстры, сделанные на заказ: каждая из них словно капля света, застывшая в воздухе. На стенах — нежные пастельные тона, которые подчёркивают элегантность пространства. Плюшевые кресла и диваны приглашают гостей отдохнуть после долгого дня, а мягкий свет из окон делает всё пространство воздушным и светлым. Моя любимая часть — это внутренний дворик. Он словно спрятан от остального мира, окружён высокими стенами, покрытыми зеленью, с маленьким фонтаном в центре, журчание воды которого успокаивает. Вечером, когда зажигаются огоньки, всё приобретает особое волшебство — мягкий свет льётся, отражаясь в стеклянных столах и сверкая в каплях росы на цветах. Мы пытались сделать что-то похожее на внутренний дворик Хогвартса. В каждом номере я вложила частичку своей души. Огромные окна пропускают много света, от чего кажется, что небо и город — это часть твоего пространства. Мягкие кровати с белоснежным бельём, современные ванны с мраморными полами, небольшие акценты из дерева и латунные детали — всё здесь тщательно подобрано для того, чтобы гости чувствовали себя не просто комфортно, а по-настоящему особенными. Каждый уголок отеля пропитан тишиной и спокойствием. Это не только место, где можно остановиться. Это место, где можно найти умиротворение, погрузиться в собственные мысли и на мгновение забыть, что ты в самом сердце Парижа. Мы сделали здесь всё, что хотели, ни в чем себе не отказывали, тратили всё до копейки, чтобы открыть наш отель для гостей. Уже через год наш отель получил четыре звезды и мы попали в статьи известных критиков. Конечно, все было неидеально. Мы много раз разочаровались, когда уходили в минус или, когда читали негативные комментарии от критиков. Но мы продолжали работать, отдавая себя полностью. Наш ресторан внутри отеля получил звезду Мишлен буквально месяц назад, и для нас это — невероятное достижение. Дафне не хотелось копаться во всех этих бумажках, ездить на переговоры и думать о работе большую часть своего времени, потому очень скоро она отошла от дел и занималась рекламой и зазыванием к нам знаменитостей. Мы же с Блейзом продолжали работать, не покладая рук. Уже сейчас мы даем себе время отдохнуть, заниматься своими делами и хобби. Я нашла себя в спорте. Свое свободное время я тратила на йогу, пилатес и пробежки. Это помогало мне избавиться от навязчивых мыслей. Я много медитировала, читала книги, слушала музыку. Все это помогло справляться с кошмарами. В борьбе с ними мне также помогло зелье Теодора. Благодаря его рецепту я смогла побороть кошмары. Теперь они снились мне не так часто и приступов у меня почти не было. Наверное, роль сыграл и переезд. Ведь здесь нет тех триггеров, которые могли бы навеять панику или дикий страх. Моя личная жизнь, если её вообще можно так назвать, давно отошла на второй план. В последние годы всё моё время занято работой, спортом и музыкой. Отель требует постоянного внимания, и я почти никогда не отказываю себе в лишней работе. Каждое утро начинается с тренировки — это то немногое, что позволяет мне держать себя в форме как физически, так и морально. После этого я погружаюсь в деловые встречи, планирование, решение тысяч мелочей, связанных с управлением отелем. День проходит в каком-то бешеном ритме, словно я бегу марафон, который не кончается. Когда появляется редкая свободная минута, я беру в руки скрипку. Игра для меня стала чем-то вроде бальзама, она успокаивает меня, помогает уйти от бесконечных забот. Но как только музыка стихает, в голове вновь всплывают картинки прошлого. Я столько времени пыталась забыть его, но не смогла. Кажется, что он всегда где-то рядом — в моих мыслях, в звуках скрипки, в каждом тихом моменте, когда я остаюсь одна. Работа поглощает всё, но даже она не может заглушить тоску. Я не строю новых отношений — просто нет времени и, наверное, нет желания. Вернее, был один парень, но и с ним он сложилось… Нет, я не убиваюсь по Теодору, не страдаю от любви к нему, да и, вряд ли у меня осталась любовь к Нотту. Прошло три года с тех пор, как мы виделись в последний раз. Он, наверное, давно живет своей жизнью, а может и женился. Глупо было полагать, что он не полюбит кого-то ещё. Я была бы счастлива, если бы узнала, что у него кто-то есть. Наверное. Скорее всего, Теодор очень изменился. Также, как и я. Мы оба сломались тогда, а сломленные люди, как правило, никогда не становятся прежними. Они создают новые версии себя, если не предпочитают умереть от собственных рук. Пусть мне и было интересно, какой он стал, но Пэнс я запретила что-либо говорить о нем. Боялась, что сгорю от угрызений совести. Не хотелось слышать что-то плохое. Я боялась собственных эмоций, потому предпочла просто ничего не слышать о бывшем возлюбленном. Хотя, я знала, что единственный, с кем Тео поддерживал связь - это Гарри. Кто бы сомневался…Эти двое не смогли бы друг без друга.

***

Очередной день, начавшийся с утренней пробежки. Я пробежала два километра и вернулась домой вся вспотевшая и голодная. У двери моей квартиры меня ждал Блейз. Он осмотрел меня с ног до головы и спросил. — Madre Mia, когда ты уже перестанешь так себя мучить? — Брось, Блейз. Это всего лишь пробежка. И тебе советую начать бегать. Я в шутку похлопала его по животу и рассмеялась. — Почему стоишь у двери? — Я забыл дома ключи от твоей квартиры. Я цокнула языком и открыла дверь. Мы прошли в мою квартиру. Каждый раз, возвращаясь сюда, мне кажется, что я попала в своё личное убежище среди суеты Парижа. Пространство здесь залито светом благодаря огромным окнам, из которых открывается вид на город. Вид на Париж — это то, что меня вдохновляет каждый день, будь то работа над новой мелодией или планирование дел в отеле. Пол в гостиной устлан светлыми коврами, такими мягкими, что по ним приятно ходить босиком. У меня есть уютный белый диван, но главная его деталь — яркие розовые подушки. Они будто добавляют комнате немного игривости и тепла, контрастируя с общей спокойной цветовой гаммой. У окна стоит мой рояль, и я часто сажусь за него в вечерние часы, когда город медленно погружается в сумерки. У меня есть огромная кухня. Не знаю зачем мне такая большая кухня, ведь я практически не готовлю и не завтракаю дома, но, покупая эту квартиру, я буквально влюбилась в эту кухню…Я представляла, как здесь ужинает большая семья. Пускай и не знала, будет ли она когда-то у меня. Я бросила ключи на журнальный столик и пошла в ванную дабы умыться. После чего я вышла к Блейзу и сделала нам холодный кофе. Мы сели на диван, Блейз достал ноутбук и я поняла, что сейчас нам предстоит работа. Я достала свои очки. Зрение за эти три года действительно ухудшилось. — Я пригласил к нам в отель хорошего психолога по твоему совету. Сегодня он проведет тренинг с ребятами. - Сказал Блейз, параллельно печатая что-то на ноутбуке. — Отлично, а что насчет мисс Венс? — Пока глухо. Но Дафна кое-что придумала. Скоро у нас в отеле будет выставка какого-то художника. Соберется много народу, мы пригласим мисс Венс и там хорошенько её обработаем. Блейз игриво заиграл бровями. — В конце концов, я ведь очень обаятелен. — Да? - Насмешливо выгибаю я бровь, — Что-то незаметно. Мы месяц не можем заставить её продать нам оставшуюся часть здания. — Скажи спасибо Дафне. Это она мне не позволяет снять кольцо. Если бы не это, договор с Венс был бы у нас в кармане! — Да, да. - Бормотала я, — Что насчет Микаэллы, Блейз? Ты уволил её? — Нет.. - Выдыхает он и моё лицо становится серьезным. Роль злого полицейского в нашем отеле играю я. Я бываю очень строга с персоналом, и Блейз порой шутит о моей женской неудовлетворенности. Я люблю, когда всё идеально, но так никогда не выходит. В этом отеле всегда всё не как у людей. Порой мне кажется, что у нас не отель, а настоящий цирк. — Блейз, прости, но это уже слишком. Ты обещал сделать это как можно скорее. Сколько ещё жалоб мы должны получить? — Я скажу ей! - Нервно отвечает Забини, — Завтра, ладно? Я вздыхаю и соглашаюсь. Микаэлла - наш директор ресторана. В последнее время она совсем не справляется со своими обязанностями. При любой стрессовой ситуации бросается в слезы. Я долго жалела её, была сдержанной и снисходительной, но последняя ситуация поставила точку. — Что за художник к нам приезжает? — Не знаю. Дафна сказала он очень популярный, но пишет под псевдонимом. Никто не знает как он выглядит и она таки убедила его устроить первую выставку с его присутствием именно у нас. Блейз говорил об этом с невероятной гордостью за жену. Он всегда гордился ей. — Интересно… — Мне нужно будет уехать на переговоры с инвесторами. Ты справишься с организацией сама? — Да, не переживай. Мы поработали пару часов над документами и вместе поехали в отель. Эту ночь мне доводилось провести там. Также как и следующую. Когда мы готовимся к чему-то масштабному, то работаем до поздна, потому для меня и Блейза в отеле есть отдельные номера со всеми удобствами. Я присоединилась к планёрке, которая редко проходит без меня. Я старалась все и всегда контролировать и поэтому временами бываю нервной. Планёрка всегда проходила в кабинете нашего управляющего. В отель его привел Блейз. Передо мной стоит мужчина с яркими чертами лица, словно сошедший с обложки журнала. Его густые русые волосы, слегка вьющиеся, всегда аккуратно уложены. Большие голубые глаза, четкие скулы подчёркивающие мужественный овал лица, а прямой нос и аккуратно очерченные губы делают его внешность почти безупречной. Лёгкая небритость на подбородке, которую я когда-то находила брутальной и привлекательной, теперь кажется лишним элементом в его совершенном облике. Он всегда выглядел идеально, но в этой идеальности не было места для тепла и спонтанности, которых мне так не хватало. Да, Леонард Говард был единственным мужчиной, на кого я обратила внимание за эти три года. Наши отношения начались внезапно. Тогда я едва отпустила мысли о Теодоре, а он только пришел в наш отель. Он сразу же мне понравился, ведь он выглядел как сбежавший принц из сказки. Лео был воплощением галантности и нежности. С первых дней он окружал меня вниманием, присылал мне в номер цветы без повода с милыми записками, приглашал на романтические ужины при свечах, говорил тысячи комплиментов. Каждая его деталь казалась продуманной до мелочей. Он всегда открывал передо мной двери, помогал снять пальто и подавал руку, когда я выходила из машины. Его манеры были безупречны, словно из прошлого века, и я чувствовала себя как в самых романтических книжках, где нет места ссорам и ревности. На прогулках он всегда брал меня за руку, иногда неожиданно останавливался и смотрел мне в глаза с такой нежностью… Несмотря на его идеальность, я чувствовала внутреннюю пустоту. Мы не ссорились, потому что он всегда старался сгладить углы, но именно из-за этого наши отношения казались мне лишёнными жизни и настоящих эмоций. Его стремление к идеальности иногда казалось чрезмерным. Он был так поглощён созданием идеальной картины наших отношений, что я не чувствовала в них настоящей близости. Мне не хватало ощущения, что я могу быть собой рядом с ним, со всеми своими недостатками и слабостями. Каждый раз, когда я пыталась говорить об этом, он мягко, но настойчиво, убеждал меня, что всё будет хорошо. В отличие от Лео, Теодор был настоящим, живым, со всеми своими недостатками и непредсказуемостью. Рядом с Теодором я чувствовала, что могу быть собой, и это ощущение свободы и настоящих эмоций было для меня важнее всего. Несмотря на всю галантность и нежность, которые он мне дарил, я не могла почувствовать к нему то же, что чувствовала к Теодору. По этой причине мы и расстались. Я не мешала личную жизнь с работой, потому даже не думала увольнять его. Он был профессионалом, никогда не подводил нас в работе, и находил подход к каждому гостю. Не планёрке собрались все главы департаментов. Лео освободил мне свое место и встал позади меня, а Блейз усадил свой зад на стол. Я села, открыла свой блокнот и мы снова приступили к работе. — Спешу сообщить вам, что через три дня у нас будет мероприятие. Выставка известного художника Ноя Кэлхауна. Забавно то, что у этого художника псевдоним точно как имя и фамилия главного героя когда-то моей любимой книги. Наверное, этот художник до жути романтичный. — Это мероприятие очень важное для нас, попрошу отнестись к нему серьезно. — Миссис Забини сообщила мне об этом. Ещё она передала мне список с пожеланиями нашего гостя. - Прозвучал за моей спиной холодный голос Лео. Он протянул мне лист, на котором всё было написано почерком Дафны. Я прошлась по нему глазами. — Миссис Янг, проследите за тем, чтобы в блюда этого художника не ложили орехи кешью и чеснок. — Вампир что-ли? - Фыркает шеф-повар и я пропускаю это мимо ушей. — Ещё какой. - Усмехается Блейз. — Миссис Браун, пускай горничные убирают номера без химии. — Ах, да, и сделайте так, чтобы в бассейне было минимум хлорки. Какой-то уж больно нежный художник попался. - Перебил меня Забини. Я посмотрела на него мол «Можно я продолжу?» и он прикрыл рот рукой. — Макс, забронируй два номера. Оба люкса. Лео, выставка будет проходить в саду нашего отеля. Проследи за тем, чтобы там установили все нужное, пригласительных должно быть не больше трехсот. Никто без пригласительного войти туда не должен. Миссис Янг, на вас фуршет. Без чеснока и кешью. Передайте сомелье, чтобы подготовил до двадцати бутылок Токай и до десяти бутылок Шардане. Ну и для нашего художника несколько бутылок бурбона десятилетней выдержки. Выставка будет в черно-белом стиле, никаких ярких цветов. Он будет представлять свои новые картины, а это для нас большая честь. Так что, настоятельно прошу вас сделать всё в лучшем виде. Я подняла глаза, дабы взглянуть на сотрудников, все они кивали. — Отлично, можете расходиться по своим рабочим местам. Они не стали задерживаться здесь, сразу же поднялись и ушли. — Роуз, мы можем поговорить? - Спросил Лео, как только все ушли. Я поджала губы, не решаясь что-либо ответить. Меня пугали его разговоры. В каждом из них он пытался вернуть наши отношения. Блейз встал сзади него и положил руки ему на плечи. — Дружище, а не пойти бы тебе работать? Видишь, мисс Блэк сегодня не в настроении. Ты бы шел от греха подальше. - Советовал ему Забини. Лео кивнул ему, с досадой глядя на меня. Блейз выпроводил его, а сам остался со мной. Он снова усладился на стол и задал мне вопрос. — Бурбон, страх маггловской химии, аллергия на чеснок и кешью…Тебе не кажется это странным? - Блейз взял в руки песочные часы, — Столько времени прошло. — Ты о чем? - Встряхнула я головой. — 12 лет дружбы с Ноттом не прошли даром, Роуз. Я знаю его очень даже хорошо. Я не сдержала нервного смешка. — Да, конечно, Блейз. Теодор вдруг стал популярным художником и выбрал для выставки именно наш отель. Не смеши меня. Он пожал плечами. — Я буду смеяться, если это окажется он. Ещё им псевдоним этот…Не герой ли это твоей любимой книги? — Сгинь отсюда, а. - Закатываю я глаза. Блейз поднимает руки вверх и смеется.

***

Я легла в постель к полуночи, когда дел почти не осталось. Тяжелый был день. Он стал ещё тяжелее благодаря Блейзу. Весь день меня не покидала мысль о том художнике. Что, если Блейз прав? Буду ли я рада, если он окажется прав? Мне нужно было срочно переговорить с Дафной, но это я оставила на утро. Она итак приедет в отель и расскажет мне все за чашкой кофе. Но как же трудно было уснуть. Просто невыносимо. Я вертелась пол ночи, в голову лезли разные мысли, перед глазами один лишь он. Я надеялась, что забыла о нем окончательно, а сейчас как дурочка волнуюсь перед приездом художника, который, возможно, и не Тео. Чтобы уснуть я приняла несколько таблеток снотворного. Проснулась я к обеду, что для меня стало дикостью. Я редко позволяла себе спать дольше, чем до девяти. Я бы и дальше спала, если бы не стук в дверь. Дафна не дождалась меня в ресторане и решила прийти сюда. Увидев меня сонную, в пижаме, она удивилась. Ещё бы. Я сама с себя в шоке. — О Господи, Роуз, с тобой все хорошо? Ты не заболела? - Дафна дотронулась ладонью до моего лба. — Нет, выпила на ночь снотворное. Проходи. Дафна вошла и я принялась заправлять постель. Мы сели на кровать, позвонили портье и попросили принести кофе в номер. — Не спалось ночью? — Да, Дафф, все из-за Блейза. - Раздраженно отвечаю я, - Твой муж считает, что тот художник - это Теодор. Дафна сдвинула брови к переносице. — Ты же знаешь Блейза. Он порой говорит глупости, о которых даже не задумывается. — Нет, Дафф, все совпадает! У Теодора аллергия на чеснок и кешью, он не доверяет магглам, потому боится их химии, а ещё он обожает Бурбон! - Слишком возбужденно говорила я. Дафна смотрела на меня как на сумасшедшую. — Роуз, это чушь. Если бы Нотт вдруг заделался художником, то мы бы об этом знали. Он же общается с Гарри. — Да, вот только я напрочь запретила Пэнс говорить о нем. Что, если он действительно стал художником? — Даже, если и стал. Ты думаешь, что я бы пригласила его сюда? — Никто не знает настоящую личность этого художника. - Отмахнулась я, — Ты могла пригласить его и даже не знать, что это он. — Да, но он то меня знает, Роуз. Я писала ему письмо со своей электронной почты, где ясно написано «Дафна Забини». Не думаю, что он бы промолчал. Слова Дафф немного успокоили меня. Я простонала, схватившись за голову. — Боже, почему, я вообще так реагирую на это? Мне же должно быть плевать. Забини подвинулась ближе ко мне и взяла меня за руку. — Роуз, все нормально. Любой бы так реагировал на возможную встречу с бывшим. — То есть, ты все-таки думаешь, что это может быть Тео? Дафна цокает языком и тяжело вздыхает. — Нет! Успокойся уже. Впервые за три года вижу тебя такой. — Да, ты права. Мне нужно отвлечься. - Я встаю с постели и смотрю на себя в зеркало, — Загружу себя работой. — Ага, щас! - Вскрикивает блондинка и подходит ко мне, — Мы идем отдыхать с тобой, забыла? Ты обещала мне спа, бассейн и ужин в ресторане! Я отдала Майкла няне пока есть на это возможность! Совсем скоро у него могут проявляться магические способности и такой возможности может не быть. Так что, быстро оделась во что-то приличное и настроилась на веселый день. - Говорила Забини своим строгим тоном. Такой тон у неё появился с рождением Майкла. Он вселял страх и понимание, что спорить бесполезно. Я соглашаюсь, переодеваюсь и мы идем в спа нашего отеля. Те славные пару часов, что мы провели там смогли отвлечь меня от навязчивых мыслей. Мы сходили на массаж, сходили в сауну, скупнулись в бассейне и решили поужинать у меня в номере. Заказали бутылку ликера, мороженое и устроили небольшой девичник. Лежа на кровати, мы обе чувствовали, как алкоголь наполняет нас смелостью. Мягкий свет лампы, пробивающийся сквозь занавески, создавал уютную атмосферу. Я повернулась к Дафф, и, смеясь, произнесла: — Знаешь, а я ведь тогда переспала с Ноттом. Помню, как мы сели в машину и Дафна спросила все ли со мной в порядке и где я ночевала. Я тогда не смогла рассказать ей о своих ночных приключениях с Ноттом. — Ты серьезно? - Дафна приподнялась на локтях и посмотрела на меня своим круглыми глазами. Я лишь кивнула, набрала побольше воздуха и сказала. — Иногда я жалею о том, что бросила его. Что, если бы я осталась? — Вы бы всё равно расстались. Я повернулась к Дафне, посмотрела в её глаза, в которых читалась поддержка и понимание. — Роуз, после того, что ты пережила было бы трудно продолжать строить счастливые отношения. Ты выстояла в самых страшных обстоятельствах: потеря отца и ужас, который тебе довелось видеть в доме Ноттов. Эти испытания могли бы сломать кого угодно, но не тебя. Ты выстояла. Ты знаешь, я до сих пор не могу поверить, что ты прошла через всё это и осталась такой сильной, — произнесла Дафна, глядя в мои глаза. Я улыбнулась, но вышло это криво. — В конце концов, вы бы расстались, ведь ты подсознательно могла винить его во всем происходящем. Рано или поздно это бы вылезло наружу. Посмотри на себя сейчас. Какой ты стала? Ты сильная, независимая, стильная, успешная девушка. Если бы Нотт видел тебя сейчас, то сказал бы, что ты сделала всё правильно. Я благодарно улыбаюсь и беру Дафну за руку. — Спасибо. - Почти шепотом говорю я. — Это я должна тебя благодарить, глупая. - Дафна сжала мою руку и продолжила. — У меня никогда не было подруг, кроме Тори, к которой я всегда ревновала родителей. Я никогда не знала, что такое настоящая дружба без злости, зависти, пакостей… Теперь у меня есть ты и я стала намного счастливее. Представить себе не могу, что было бы, если бы я не отказалась от помолвки с Ноттом. Она мотает головой. — Нет, это ужасно. Теодор Нотт бы уничтожил меня. — Наверное. - Хмыкаю я. — Но тебя он бы не уничтожил, Роуз. У вас была настоящая любовь. — Была. - С печалью отвечаю я, — Как думаешь, может он уже женился? — Нотт? - В насмешке выгибает она бровь, — Смеешься что-ли? Такие как Нотт не женятся. А если и женятся, то лишь из большой любви. Мы замолкаем, лежим несколько мгновений в тишине. — А что? Хочешь позвонить ему? - Игриво спрашивает она. — Дафна! - Кричу я и бросаю в неё подушку, — Твое сходство с Блейзом уже пугает. — Поверь, bambino, меня тоже. Мы обе расхохотались, и я почувствовала, как на щеках у меня играет румянец. — Но, как не странно, я обожаю вас двоих.

***

Следующий день проходил в подготовках. Вечером должен был приехать художник и я весь день контролировала работу каждого. Кажись, я достала всех своих сотрудников. Нам пришлось заменить директора ресторана. Благо, мы быстро нашли замену, да ещё и с отличным опытом работы. Я лично контролировала уборку номеров, бегала весь день по отелу, желая сделать все как можно идеально. Оказалось, этот художник знаменит не только во Франции. Пэнси, Гарри, Драко, Гермиона приехали специально, чтобы встретиться с ним лично. Я встретила друзей после долгой разлуки с огромным счастьем. Они здесь впервые, потому я проводила ребятам небольшую экскурсию и предупредила Лео об их предпочтениях. Вечером, закончив всю работу, мы заняли столик в ресторане нашего отеля и собрались все за ужином. Было приятно видеть каждого из них. Гарри стал мужественнее, имеет небольшую щетину, стал носить линзы и подкачался. Пэнси с ним выглядела такой счастливой. Вся светилась. В их сердцах по-прежнему живет сильная любовь и я этому безусловно рада. Я была спокойна за своих друзей. Глядя на своего братца и его супругу, хотелось смеяться. Эти двое стоили друг друга. Гермиона рядом с Драко стала куда увереннее, чем раньше. Складывалось впечатление, что стоит ей только взглянуть на него косо, так он замолкает. Но, нетрудно заметить то, как же расцвела она с Малфоем. Она всегда была умной и целеустремленной, но теперь в ней появилась особая уверенность и внутренний свет, который сложно не заметить. Гермиона стала более открытой и расслабленной. Она часто улыбается, её смех звучит чаще и звучнее. Это уже не та напряженная и строгая девушка, которую я знала раньше. Её глаза сияют, а на лице можно увидеть мягкую, счастливую улыбку. Её стиль тоже изменился. Она начала уделять больше внимания своему внешнему виду, но не в смысле подражания модным тенденциям, а в том, что она нашла свой собственный стиль, который подчеркивает её индивидуальность. Гермиона выглядит элегантно и утончённо, её одежда и украшения подобраны со вкусом. Мой же брат почти не изменился. Остался таким же саркастичным и самоуверенным кретином, каким и был. Но в его глазах по-прежнему искреннее волнение за меня. — Где же Блейз? - Может ли Малфой обойтись без этого вопроса? — Он на переговорах с инвесторами. - Отвечает Дафна, накладывая себе еду в тарелку. У неё на руках улыбчивый Майкл, покоривший не только моё сердце, но и Пэнс. Она весь вечер таскала его на руках и тискала за щечки. — То есть, отель сейчас на тебе? - Недоверчиво смотрит на меня брат, но я знала, что он снова неудачно пытается пошутить. — Нет, что ты. Я здесь уборщицей подрабатываю. - Фальшиво улыбаюсь я и все смеются. — Я так и знал! — Да заткнись уже. - Отворачиваюсь я. — Когда он будет? — О Салазар, ты вообще можешь жить без Блейза? — Он, в отличии от тебя, приезжал ко мне регулярно. - Упрекал он меня. — Я заметила. С каждой его поездкой к тебе, у нашего сомелье пропадает несколько бутылок George Dickel. — Так вот чем вы занимаетесь, когда Забини приезжает? - Глаза Гермионы значительно округлились. Драко смотрит на меня с раздражением, а затем широко улыбается. — Как же я рад тебе, Роузи! — Взаимно, милый. Я поднимаю свой бокал с вином и отпиваю немного, наблюдая за битвой взглядами Малфоев. — Роуз, когда собираешься в Лондон? Мы так редко видимся. - Обращается ко мне Пэнс. Знаю, что она безумно скучает, но я была не готова возвращаться туда. Глория с моим братом приезжали несколько раз в год и мне было достаточно. — Да, Чарльз видит тебя куда чаще, чем мы. - Поддерживает жену Гарри. — Ты тоже ревнуешь, Поттер? - Усмехается Малфой, и Гарри закатывает глаза. Да, Драко оказался ещё тем ревнивцем. Чарли был моим родным братом и он был ещё совсем малышом, но разве Малфоя переубедишь? Он хотел быть моим единственным надоедливым братом. — Что мешает вам чаще приезжать? На выставку вы то смогли приехать. — Ну, Роуз, сегодня такая выставка…Кто бы не приехал, это же выставка… Пэнси вдруг сильно толкнула Гарри в плечо и тот замолчал, пораженно глядя на жену. Я нахмурилась. — Что? — Ну, Гарри, что ты несешь? Мы приехали сюда, чтобы увидеть Роуз. Это в первую очередь. - Улыбается сквозь напряжение подруга. — Да, конечно. - Исправляется Гарри. Я переглядываюсь с Дафной, она пожимает плечами. Странные они. — Кстати, - Откашливается Пэнси, — Раз уж мы все здесь собрались, то у нас с Гарри есть новость. Я с любопытством смотрю на подругу. — Ну же, Пэнс, что за новость? - Торопит её Драко. — Мы ждем ребенка. - Отвечает Гарри. Мои брови невольно взлетают вверх и я широко раскрываю рот. Пэнси краснеет и тепло улыбается в ответ на поздравления ребят. Я не нахожу слов. Просто встаю со своего места, подхожу к Пэнси, она поднимается и я крепко обнимаю её, целуя в щеку. В этих объятиях вся моя радость за неё. Я так счастлива, что она станет мамой. В глазах подруги слезы и я сама не сдерживаюсь, начинаю плакать. — Так, так, все. - Гарри забрал жену в свои объятия, а меня забрал Малфой. — Больше никто не хочет поделиться новостями? - Спрашивает Драко, когда мы садимся за стол. Ребята отрицательно мотают головами и он довольно улыбается. — Тогда давайте уже поедим. Я ждал этого всю дорогу.

***

Дафна попросила меня посидеть с Майклом и мне пришлось укладывать его спасть в своем номере. Я так и не увидела того художника, но по словам Дафф, это был не Теодор. Трудно описать то, что я почувствовала. Огорчение, радость, облегчение - всё перемешалось. Я так устала за весь день, что отключилась, едва ли легла в постель. А утром меня не покидало чувство, что что-то вот-вот произойдет. Меня брал какой-то мандраж. Сперва я проконтролировала работу в саду, убедившись, что все как нужно, позавтракала и вернулась к себе в номер. Уже там я принялась приводить себя в порядок. Ко мне пришла Пэнс со своей огромной косметичкой и я вспомнила былые времена в школе. Ни один бал не проходил без Пэнси и её золотых рук. Мы включили музыку и начался самый приятный момент - разговоры. С ней можно говорить обо всем, даже о том, какое на тебе белье и что тебе больше всего приносит удовольствие в постели. Это человек, с которым мне незнакомо стеснение. Я любила Пэнси как сестру и все эти годы старалась беречь нашу дружбу. Пэнси крутила мне волосы, пританцовывая под Майкла Джексона. — Твои волосы так отросли. Выглядишь шикарно, Роузи. А эта челка… Тебе очень идет! Я смущенно улыбаюсь. — Я удивлена, что в этом отеле у тебя так никого и не нашлось кроме этого Лео. Лео совсем ей не нравился. Пэнси считала, что он копия Рида и всеми силами пыталась убедить меня по телефону, что это не мой вариант. Так и вышло. — Сказать честно, ко мне даже боятся подходить. Я замечаю взгляды мужчин на себе, но они никогда не делают больше, чем просто глазеют. — Большинство мужчин боятся подойти к привлекательной женщине. Считают себя недостойными их. Так что, не думаю, что дело в тебе. Натянутая улыбка появилась на моем лице. Как бы ей сказать о том, что я намеренно смотрю на всех мужчин как на врагов, чтобы они даже не думали подходить ко мне? — Мне так нравится твой стиль. Ты вернула яркие цвета в свой гардероб и стала похожа на настоящую француженку. Все эти шарфики, шляпки - прелесть. Пэнси закончила с моей укладкой и приступила к макияжу. — Я скучала по тебе, Роузи. Разговоры по телефону никогда не заменят мне такие моменты, когда я работаю над твоим образом и наши рты не закрываются. - С тоской говорит Пэнси и внутри меня начинает щемить. И правда, по телефону совсем другие ощущения. — Я могу видеть твои эмоции и понимать их. Когда ты говоришь по телефону «Все нормально», мне трудно определить все ли действительно нормально. — Это так важно? — Конечно! Я всегда переживаю за тебя, Роуз. Я всегда знала, что моя дружба с Пэнси Паркинсон особенная. С каждым годом, проведённым вместе, я всё больше осознаю, как много она для меня значит. Это чувство невозможно описать словами, но оно наполняет мою жизнь теплом и радостью. Каждый момент, проведённый с ней, — это настоящее сокровище. Мы можем просто сидеть рядом, молчать и при этом чувствовать, что между нами не нужно слов. Или же смеяться до слёз над какими-то дурацкими шутками, которые понятны только нам. В такие моменты я понимаю, что именно такие мелочи делают нашу дружбу уникальной. Она всегда интересуется мной, не дает мне чувствовать себя одиноко или брошенной. Пока у меня есть такая подруга, как Пэнс, я не одинока. — Слушай, а крестной можно быть два раза? - Как бы невзначай спрашивает Пэнс, обводя мои глаза белым карандашом. — Ну, по-моему да. - Отвечаю я и широко раскрываю глаза, чтобы ей было удобнее красить. — Тогда, будешь крестной моего ребенка? — Легко спрашивает Паркинсон и я едва не подавилась собственной же слюней. Пэнси убирает карандаш, чтобы не выколоть мне глаз, а я ошарашенно смотрю на неё.. — Что тебя так удивило? У меня есть ещё одна лучшая подруга или что? - Возмущаеься она, — Нет, ну я понимаю, что ты уже обзавелась новой подружкой, но я то не ты! — Пэнс, конечно я согласна! Просто…Крестным же наверняка будет Нотт. — И что? - Не поняла она, — Вы же не пара. Значит можно. — Нет, я просто не уверенна, что хочу его видеть. Пэнси замолкает, неловко глядя на меня. — Что? — Ничего. Мы что-нибудь придумаем, Роуз. Главное, чтобы ты была согласна! Подруга продолжает делать мне макияж, а после мы надеваем свои платья и красуемся перед зеркалом. Просто загляденье. Пэнси Поттер в изысканном темно-зеленом платье ниже колен. На поясе тонкий поясок и на руках перчатки. Поверх перчатки на левой руке обручальное кольцо. В отличии от меня, волосы Пэнс не отращивала. Её каре по-прежнему с ней и, кажется, она довольна этим. На мне же корсетное платье цвета Тиффани. Когда я впервые увидела это платье, я сразу влюбилась в него. Оно нежное и элегантное. Длиной оно касается пола, плавно струится вокруг меня при каждом шаге. Ткань легкая и воздушная, и мне кажется, что я будто парю, когда надеваю его. Платье имеет классический силуэт, с мягким корсетом, который идеально облегает мою фигуру и делает акцент на талии. Легкие драпировки вдоль юбки добавляют изящества и движения, создавая эффект какого-то волшебства. Что касается украшений, я выбрала минималистичные, но изысканные. На шее у меня жемчужное ожерелье, на запястье — тонкий браслет с маленькими жемчужинами. Я завершила свой образ изящными серьгами — они тоже из серебра и оформлены маленькими сверкающими камнями, которые нежно переливаются. Ко всему этому я надела перчатки такого же цвета. На выставку пришло много народу. Все пригласительные были проданы за несколько часов. Сад был украшен так, как я себе и представляла. Черно-белые ленты на деревьях, черные розы в вазах на фуршетных столиках, каждая картина накрыта черным полотном. Я заняла свое место за столиком рядом с Блейзом и Дафной. Наши друзья стояли напротив, явно издеваясь над нами. Малфой открыто высмеивал то, как я раздаю указания директору ресторана и Лео. Мне казалось, что под конец вечера я сойду с ума и задушу Драко. — Блейзи, где же мисс Венс? - Спрашиваю я, фальшиво улыбаясь. Здесь папарацци и всем им хотелось нас сфотографировать. — Я давал ей пригласительное. Полагаю, она опаздывает. Я цокаю языком и машу в камеру. Ко мне подходит журналист и отводит чуть подальше, дабы взять у меня интервью. — Мисс Блэк, как вам удалось убедить самого Ноя Кэлхауна провести выставку в вашем отеле? Это же не просто выставка, это день, когда настоящее имя Ноя узнает весь мир. — Нам повезло с Дафной Забини. Она имеет отличный дар убеждения. - Сдержанно улыбаюсь я. Невысокая блондинка в черном платье задает мне ещё несколько вопросов. — Были ли вы знакомы с картинами Ноя до этой выставки? — Сказать честно, нет. Но для нас честь принимать его здесь. — Когда же он выйдет, мисс Блэк? — Очень скоро. Наберетесь терпения, друзья мои. Журналистка наводит камеру на других гостей и мне удается сбежать от неё. Я возвращаюсь к Блейзу и выдыхаю. — Поскорее бы это закончилось. Блейз, плевать на художника, выглядывай мисс Венс. - Бормочу я, хватая Блейза под руку. А вот и она. Забини широко улыбается и я повторяю за ним. Главное - быть любезными с этой старой каргой. За свои пятьдесят она не была ни разу замужем, и детей у неё нет. По всей видимости, она очень озлобленная, раз уже столько времени не может продать нам это здание. — Ты мне сейчас руку сломаешь, — Улыбаясь, говорит Блейз. — Я просто волнуюсь. — Мисс Блэк, мы когда-нибудь проигрывали? Я смотрю на него и напряжение тотчас оставляет меня. Мисс Венс не первая, и явно не последняя. Сегодня мы выкупим её здание и присоединим его к отелю. — Мисс Венс, добрый вечер! - Радушно улыбаюсь я, — Как Вам у нас? Мисс Венс - женщина маленького роста с короткой стрижкой. Её волосы седые, но выглядят ухоженно и совсем не старят её. На её шее ожерелье из самых дорогих камней, а на пальцах множество колец. Она всегда выглядела дорого. Уголки её губ скептически опускались, а взгляд блуждал по всем декорациям, в явном неодобрении. — Всё слишком мрачно. - Коротко отвечает она. — Поверьте, Вам понравится. - Уверяет её Блейз, — Хотите выпить? — Благодарю, мистер Забини, но я не пью. — Тогда может безалкогольный сидр? Попробуйте! Я подзываю к себе официанта с разносом и беру яблочный сидр для мисс Венс. Она отпивает немного и кивает. — Неплохо. — Мисс Венс, хотели бы поговорить с Вами о здании возле нашего отеля. - Осторожно начал Блейз. — Да, у нас к Вам есть отличное предложение. Сто миллионов прямо сейчас и возможность останавливаться в нашем люксе когда-угодно полностью за наш счет. Я склоняю голову на бок, заглядывая в её глаза, полные сомнений и недоверия. — Я понимаю, для Вас, должно быть, тяжело продать это здание, ведь его строил Ваш отец, но уверяю Вас, мы не собираемся сносить его или делать из него не пойми что. — Подумайте хорошо, что Вам принесет это здание? - Продолжает вместо меня Блейз, — Ну сделаете Вы там бизнес, но сможете ли заниматься им всегда? А так, мы предлагаем вам деньги, наш люкс и 15 процентов от прибыли. В этом здании мы построим отличный спортзал и фитнес студию. Только представьте, сколько пользы он принесет людям. Мисс Венс поджимает губы, отводя взгляд. Он не отказала сразу. Что ж, хороший знак. — Правду говорят, когда вы вдвоем, то и мертвого уговорите встать. — Ну что вы, мисс Венс. Врут. - Блейз берет её руку и целует. Я едва не рассмеялась. Да уж, это его коронное. У неё нет шансов. — Завтра пришлю к вам своего юриста и подпишем все документы. - Отвечает она и смущенно отходит к своему столику. Мы с Блейзом смотрим друг на друга и улыбаемся. — Мисс Блэк. — Мистер Забини. Он дает мне свой локоть и я хватаю его. Мы подходим назад к столику и делимся новостями с Дафф. Вечер удался. Можно идти в номер и ложиться спать. Однако, я должна проследить за тем, чтобы художнику все зашло на ура. — Сейчас должен прийти художник. - Услышала я голос Лео рядом. Я повернулась к нему. — Он хоть сам дойдет? - Ухмыляюсь я. — Оказалось, он не такой уж и старый. — Да ну? - Не поверила я. Когда домысли о том, что это может быть Тео развеялись, то в моей голове появился образ старика, у которого множество аллергий и фобий. Потому, я была несколько удивлена, услышав, что это не какой-то дед. — Сама посмотри. - Лео кивает головой, указывая рукой перед собой и я поворачиваюсь. В этот момент время будто замедлилось. Я замираю на месте, словно прикованная к полу. Сердце пропускает удар и я чувствую как по спине проходит холодок. Я стою, не в силах сдвинуться с места, ошеломленная. Дыхание моё учащается и я чувствую как все внутри холодеет. — Не хочу говорить это снова, но я же был прав! - Звучит голос Блейза. Я провожаю Теодора взглядом, он встает рядом с одной из своих картин и берет в руки микрофон. — Добрый вечер! Рад видеть вас всех на моей выставке. Его глаза блуждают по всем присутствующим, а затем останавливаются на мне. Он удивлен, сбит с толку. Неужели не знал, чей это отель? Не верю в это. Не верю в то, что мир настолько тесен, что снова свел нас с ним в одном месте, среди одних и тех же людей. Вспышка, ещё одна, меня фотографируют. Он продолжает после недолгой, но неуютной паузы, но я уже ничего не слышу. В моих ушах звенит, я делаю шаг назад и чувствую руку у себя на спине. Лео придерживает меня сзади. — Роуз, всё в порядке? — Лео, уведи меня отсюда. - Прошу я. Лео берет меня за руку и его прикосновение ощущается как что-то липкое. От чего хочется избавиться. Каждое прикосновение, которое видит Тео становится невыносимым, но я иду за Лео, не забирая руку. Он увел меня в отель, помог дойти до уборной. А там мне стало совсем плохо. Я включила холодную воду, уперлась руками об раковину и долго смотрела на то, как течет вода. Нет, это просто невозможно. Дафна сказала, что это точно не он. Не могла же она обмануть меня? Меня вдруг охватывает такая истерика. Я смеюсь, тяжело дышу, затем начинаю плакать и старательно вытираю слезы так, чтобы сохранить макияж. Я брызгаю на себя немного воды и выдыхаю. Руки подрагивают, ноги подкашиваются. Я должна взять себя в руки. Между нами не было ничего плохого. Мы расстались три года назад на хорошей ноте, я должна улыбаться ему и хвалить его работы. Он рисует. Черт возьми, он рисует. Я просила его об этом и он это сделал… — Розали, ты в порядке? - Громко спрашивает Лео, стуча в дверь. Я выключаю воду, делаю несколько глубоких вдохов и выхожу из уборной. — Все хорошо. День был тяжелый, переволновалась. - Нелепо оправдываюсь я. — Нужно было довериться мне. Я бы сам всё сделал. - Мотает он головой и берет меня за руку, — Я отведу тебя в номер. — Нет! - Резко отвечаю я. Он хмурится, смотрит на меня как на больную. — Не надо в номер. Я вернусь на выставку. Очень интересно взглянуть на его картины, он ведь такой молодой. — Ты уверена? - С недоверием спрашивает он. — Да! Всё супер, Лео. Я забираю у него свою руку и нервно улыбаюсь. — Спасибо за помощь. Я возвращаюсь в сад и сразу же натыкаюсь на Блейза. Он вручает мне бокал с шампанским и проводит к нашему столику. — Чтоб твой язык отсох, Забини. - Сквозь зубы говорю я, — Где твоя жена? — Думаешь, что она знала? — Уверена! - Громче отвечаю я и привлекаю к себе внимание окружающих. Люди с восторгом осматривают картины Нотта. Каждый находит в них свой смысл. Кто-то фотографирует, кто-то пытается перерисовать себе в блокноты, а кто-то молча восхищается. Но никто не критикует. Даже мисс Венс. Она была в восторге. Я решаюсь пойти на поиски Дафны, пробираюсь сквозь толпу, параллельно смотрю на картины. Как только я обвожу их взглядом, меня охватывает ощущение тяжести и подавленности. Каждое полотно словно пронизано мрачной атмосферой, заставляющей меня задерживать дыхание. Одна из работ изображает одинокую фигуру, сидящую на краю обрыва, глядящую в бурное море. Ветер рвет его волосы, и мне кажется, что я вижу в его глазах безысходность. Я ловлю себя на мысли, что Тео рисовал здесь себя и мне хочется взреветь. Следующая картина: горящий дом, окружен безжизненным пейзажем. Рядом стоит маленький мальчик, держащий в руках фоторамку. Я понимаю, что это Тео. Он рисовал себя, свои чувства. Третья картина меня добила. На ней изображён юноша, стоящий в полутени. Его лицо нежно, но в глазах читается глубокая печаль. Он одет в простую, слегка потрёпанную одежду, которая кажется неуместной в этом холодном, угнетённом окружении. В его маленьких руках зажат черный букет — черные розы, идущие вразрез с привычными образами цветка. Лепестки ее выглядят почти бархатными, но в то же время они излучают холод и безмолвие, как будто эта роза пришла из мрачного сна. Юноша смотрит на цветок с печалью. Я моргаю несколько раз прежде, чем пойти дальше. Останавливаюсь рядом с последней картиной, которая все ещё была закрыта черной тканью. Не знаю, что побудило меня снять её. Кажись, художник не хотел, чтобы её сегодня видели, потому она все ещё накрыта тканью. Я резким движением снимаю ткань и вижу себя. Это же я. Мои короткие непослушные кудри, глаза, в которых искрится счастье. Широкая улыбка, румянец на щеках. К подбородку прислонилась одна рука, на которой виднелось кольцо. То самое кольцо, которым Тео делал мне предложение. В горле все пересохло, я забыла кого искала, застыла и не могла сдвинуться. Внизу простым пером написано «Единственный свет среди всей этой тьмы.» Я, словно, почувствовав, оборачиваюсь и вижу Теодора. Он улыбается. Так тепло, так ласково…В его глазах волнение и радость встречи, в моих растерянность, смешанная с гордостью за него. Он сделал это. Стал популярным художником в свои двадцать два. Я улыбаюсь, губы мои дрожат. Он изменился. Его лицо стало более зрелым, а взгляд — уверенным и спокойным. Но я безошибочно узнаю его черты, его походку, эту ухмылку. Волосы слегка отросли, они стали более густыми и темными, обрамляя его лицо, но кудри все те же. Он больше не выглядит как мальчик; он стал мужчиной, и эта трансформация потрясает меня. Одевается он стильно и со вкусом: простая, но элегантная рубашка и темные джинсы. Он был красив абсолютно во всем. Для меня. Я смотрю по сторонам, журналистов больше нет. Должно быть, Лео увел их. И слава Богу. Рядом с Тео стоит Ричард Бениш. Коренной француз, мужчина шестидесяти лет. Мистер Бениш доброй души человек. К тому же, очень влиятельный. Именно он продал нам этот отель по низкой цене и помог найти инвесторов. Теперь он наш самый желанный гость на всех мероприятиях. У него седые волосы, средней длина седая борода и добрый взгляд. Он чем-то напоминал мне покойного Альбуса Дамблдора. Сейчас он стоит с Теодором и смотрит прямо на меня. — О, мисс Блэк! Вы чудесно выглядите. Я заставляю себя отвести взгляд от Нотта и стараюсь улыбнуться мистеру Бенишу. — Спасибо, рада вас видеть. — Вы знакомы с мистером Ноттом? В горле встал ком. Я не могу сказать ни слова. — Чудесный парень! Его картины - настоящее искусство. Я закрываю спиной свой портрет, молясь, чтобы Бениш его не увидел. Не хочу лишних вопросов. Мимо меня пробегает девушка со сладким запахом и накрывает картину. Нотт нанял себе помощницу? — Рад нашему знакомству, мисс Блэк. - Говорит Тео, улыбаясь краем губ. Вижу как он растерян не меньше меня. — Взаимно, мистер Нотт. Я вечный фанат вашего творчества. - Я протягиваю ему руку, делая вид, что действительно вижу его впервые. Как только он коснулся моей руки, я почувствовала какая она мокрая. Волнуется? Почему-то от этого стало даже приятно. — Я польщен. Какая из картин вам нравится больше всего? Ну да. Ты же знаешь, что я не видела ни одной твоей картины до этого дня и специально ставишь меня в неловкое положение. Нотт не меняется. — Единственный свет. - Отвечаю я, высоко задрав подбородок, — Шедевр. Теодор усмехается. Получил? — Что это за картина? Я её ещё не видел… - Бениш пытается найти её взглядом. — Не ищите, мистер Бениш, её здесь нет. - Нагло лжет Нотт, — Покажу вам как-нибудь потом. — Хорошо, Теодор. Я пойду что-нибудь выпью. Вино здесь прекрасное. Мисс Блэк, организация на высшем уровне! Похвала от Бениша льстит мне. Я мило улыбаюсь и благодарю его. Он уходит и мы остаемся с Ноттом вдвоем. Ощущения почти такие же как тогда у фонтана, когда мы встретились после долгого перерыва в общении. Тогда это было несколько месяцев, а сейчас три года. Мы оба изменились не только внешне. И это причиняло боль, ведь я не знала какой он сейчас. Что, если передо мной совершенно другой человек? — Красивые картины. - Скованно говорю я, — Особенно эта. Я киваю в сторону своего прикрытого портрета. — Ты не должна была его видеть. — Но это мой отель. — Увы, я не знал. Мы замолкаем. Разговор не клеится. Внутри меня все дрожит, эмоции переполняют, но снаружи я не подаю виду. — Отличная выставка, Теодор. Почему не стал сразу рисовать от своего имени? - Спрашиваю я, глядя в его темные глаза. Он ухмыляется. — Людям нравится анонимность. Да и можно было, не боясь, рисовать что хочу. — А почему именно Ной Кэлхаун? — Всё просто. Он герой моей любимой книги. - Легко отвечает Тео, глядя мне в глаза. Я киваю. К нам подходит Драко и я ожидаю насмешек, но вместо этого брат кладет руку мне на плечо. — Я в восторге от мраморной говядины, Роуз. Познакомишь меня с шеф-поваром? — Э-э, да… - Я бросаю взгляд на Тео, затем на брата. — Потрясающие картины, Нотт. Я к тебе ещё подойду. — Спасибо, Малфой. Хорошего вечера! - Теодор исчезает в толпе так, словно его и не было здесь секунду назад.

***

Автор Дафна Забини организовала всё заранее. Она следила за творчеством популярного Ноя Кэлхауна около года и смогла узнать от Пэнси, кто же на самом деле этот Ной. В его картинах Забини видела ту же тоску, что и в глазах своей подруги. Она не знала как им помочь, пока не связалась с Пэнси. Та рассказала ей том, как Нотт и Блэк называли свои отношения «Проклятой судьбой». Вместе девушки продумали подробный план, который должен был свести бывших возлюбленных в одном месте. План был дурацким и Гарри был ужасно против этого всего, зная, как больно Теодору вспоминать о Роуз. Но против жены пойти не удалось. Они все же сделали то, что планировали. Дафна создала фейковую почту, пригласила Теодора в отель с выставкой и пообещала ему сделать всё на высшем уровне. Тот согласился, а Гарри помог ему в этом. Вскоре, он приехал в отель, и Дафна попросила портье заселить его так, чтобы никто его не видел. Ни Блейз, ни Роуз, ни она, ни остальные их друзья. Теодор должен был думать, что он действительно приехал по приглашению незнакомой ему женщины. Она заселила его в номер и устроила все так, чтобы никто из друзей не смог увидеть его раньше сегодняшнего вечера. Для этого Малфоя и Грейнджер заселили на втором этаже, а Блейза пришлось отправить ночевать домой. Помощница Тео передала список требований Дафне без особых подозрений. И вот, день Х. Теодор Нотт представляет свои новые картины в отеле Розали и об этом не знает никто, кроме Гарри, Пэнси и Дафны. Дафна знала реакцию подруги наперед, потому пыталась не попадаться ей на глаза, а потом Малфой и вовсе отвел её в отель. Но на её пути встала мисс Хоулсон. Кристи Хоулсон - дочь одного из инвесторов, которых привез Блейз. Она не давала Нотту прохода. Открыто вешалась на него и строила глазки, а тот не стеснялся любезничать с ней. Дафна решила действовать решительно. Как только Тео отошел за пойлом, она подошла к Кристи и заговорила. — Здравствуйте, Кристи! Рада Вас видеть! — Здравствуйте, Дафна, взаимно. - Ответила ей Хоулсон, не переставая выглядывать Теодора. Дафна проскрипела зубами. Уж больно злила её эта Кристи. Черные кудри, вызывающий вид, пухлые губы с красной помадой, идеальная осанка. Но у Кристи Хоулсон определено была гордость. Она же дочь Хоулсона. Не станет обращать внимание на кого попало. — Видела, Вас заинтересовал мистер Нотт. — Вы знаете его? - Пытливо заглянула она в её глаза. — О, знаю - это ещё мягко сказано. Дафна приблизилась к уху Кристи и та приготовилась слушать. — Он был моим женихом. Забини отстранилась дабы взглянуть в пораженные глаза Хоулсон. — Да ладно? Серьезно? Она кивнула, включила в себе актрису. — Да, знаете, больно это вспоминать. - Фальшивый вздох, — Мы так любили друг друга, а затем он влюбился в другую и бросил меня прямо на свадьбе. Представляете? Та не поверила своим ушам, лишь хлопала глазами. — А потом он сделал предложение той девушке…Но до свадьбы тоже не дошло. Художники…они ведь не постоянные. Говорят, после той девушки у него была ещё одна невеста, но и её он бросил. Дафна отводит взгляд в сторону, якобы ей больно говорить об этом. — Прошу Вас, Кристи, не нужно портить себе жизнь. — Кристи, милая, мы уже уходим. К дамам подошел мистер Хоулсон, дабы забрать дочь. Та в свою очередь согласилась уйти и тихо поблагодарила Дафну. Блондинка осталась довольна собой. К ней подошел Блейз, резко схватил за руку и потянул к себе. — Ты что творишь, фурия? - Спросил он, улыбаясь прохожим. — То, что должна! Лучше бы помог мне. — Предлагаешь мне поиграть в сводника? — Как будто впервые. - Фыркает она. — Ты думаешь, что Роуз все ещё что-то испытывает к Нотту? — Нет, она просто так три года ведет монашеский образ жизнь. - Цокает языком блондинка, — Не будь глупцом, Блейз! Им просто нужен пинок под зад и немного времени. — Да уж. И кто, как не мы дадим этот пинок под зад? Дафна смотрит на мужа так, будто это очевидно и он смеется. — Ты потрясающая, La mia regina. (Моя королева) — Благодарю. - Дафна целует его в нос и сразу же вытирает след большим пальцем. — Сделай так, чтобы Роуз меня сегодня не нашла, ладно? — А ты под кроватью спрячься. Убийственный взгляд от жены и Забини замолкает. — Повинуюсь. Внезапно за спиной Дафны появился Теодор. Весь такой мрачный. Она растерянно хлопает глазками и улыбается. — О, Нотт, не ожидала тебя здесь увидеть. — Да ладно? - Выгибает он бровь, — Так уж и не ожидала? Дафна прочищает горло и поворачивает голову к своему мужу, который смотрит на неё в ожидании, так и, говоря ей взглядом «Ну же, милая, что ты на этот раз придумаешь?» — Знаешь, Нотт, я понятия не имела, что это ты, ясно? Нечего себе глупые псевдонимы придумывать. Если бы я знала, что это ты, то даже и не подумала бы пригласить тебя. Лучшая защита - это нападение. — То есть, это не твоих рук дело и я действительно попал сюда случайно? И потому мне ничего не сказал Гарри, Пэнси? Они тоже не знали, чей это отель? — Ну да. Что поделать, видимо судьба так распорядилась. - Хмыкает Дафна и слаживает руки на груди, — Не противься судьбе. — Всё ясно, из разлучницы в сводницу решила переквалифицироваться? - Стальной тон Нотта дает понять Дафне, что он вовсе не в восторге от этой ситуации. Неужели он был не рад встрече с Роуз и всё это зря? — Нотт, да ладно тебе. - Говорит Забини. Мулат подходит к другу, кладет руку ему на плечо и чувствует как напряжены плечи старого друга. — Расслабься. Когда бы мы ещё собрались здесь старой компанией? Выпей, посмотри на ценителей твоего искусства, отдохни в своем люксе. Я скажу принести тебе туда твой любимый Бурбон. Забини заиграл бровями и широко улыбнулся. Запрещенный прием. Нотт постепенно успокаивался. — На сколько ты приехал? — Три дня. Дафна смотрит на мужа, намекая ему на то, чтобы тот немедленно что-то сделал. Три дня недостаточно для воссоединения двух душ, которые минимум два дня будут бегать друг от друга. — Дружище, ну ты чего? Какие три дня. Я тебя три года не видел! Разве можно так? Мулат несколько раз цокнул языком и скорчил обиженное лицо. — Нехорошо, приятель. Я принял тебя в своем отеле, устроил тебе сногсшибательную выставку, дал лучший люкс, а ты останешься всего на три дня? Нотт уже успел забыть как сильно может доставать Блейз Забини. Он скривился, отмахиваясь от него. — Всё, не беси меня. Останусь на неделю. — Вот! - Блейз похлопал его по плечам, — Вот же он! Теодор Нотт, которого я знал. Улыбнись, кисляк, своей мордой распугаешь всех фанатов. Дафна издала тихий смешок и получила неодобрительный взгляд от Нотта. — Ты подкачался что-ли? Отлично выглядишь, но явно не лучше меня. Видел мои кубики? Блейз тыкает себе в живот. — Я готов пожертвовать ими и напиться с тобой в хлам. Пойдем, приятель, налью тебе. — Ты вообще меняешься, чудило? - Спрашивает Нотт, на котором по-прежнему нет лица. Блейз цокает языком и уводит его к барной стойке. Дафна провела парней взглядом и выдохнула. Ситуация не из лучших. Она достает телефон и пишет короткое сообщение Пэнси Поттер «У нас есть неделя.Что бы он не говорил, все отрицай! Он понял, что мы все это подстроили. Делайте с Поттером вид, будто бы вы думали, что он обо всем знал.» Затем блондинка прячет телефон и берет себе бокал Шардоне. — Это будет веселая неделя. — Что-что? - Спрашивает дедуля, стоящий рядом, с полным ртом еды. — Это я не вам. Приятного аппетита. - Отвечает она ему, но тот переспрашивает ещё раз. — Глухой что ли? - Бормочет Забини.