Снайпер

Университетские будни Изуку мало чем отличались от будней обычного среднестатистического студента. Разве что Изуку за отличную учёбу выторговал себе разрешение без присмотра работать в университетской лаборатории и вместо студенческих вечеринок, попоек и прочей чепухи торчал в свободное время там. Доступ в лабораторию имел стратегически важное значение: благодаря нему он имел возможность почти легально и с должным оборудованием смешивать составы для своих пуль и дротиков. И разрабатывать новые. Если бы не это, Изуку вместо того, чтобы рвать зад над успеваемостью спал бы лишние пару часов в день. Или работал. Изуку старался выбирать такое время, когда университетская лаба пустовала. Не столько потому, что избегал лишних вопросов во время смешивания сомнительной законности препаратов, сколько потому что не любил шума и скоплений людей. Неудобных вопросов он не боялся — в конце концов не только подавителями причуд он тут занимался, а основной предмет его исследований был вполне законным. Огромная железная дверь в лабораторию легко поддалась, когда Изуку толкнул её ладонью, и яркий холодный свет ударил в глаза. В помещении не было окон, отчего трудно становилось контролировать время. Иногда Изуку засиживался здесь до глубокого вечера, пока Акико-сенсей не приходила закрывать лабораторию и не выпроваживала его. В лаборатории он, однако, оказался не один. Двое студентов, до этого рывшиеся в шкафах с реактивами, обернулись на звук открывшейся двери и теперь с долей испуга смотрели на недовольного Изуку. Изуку смотрел на них в ответ. — О, Мидория, — молчаливую паузу прервал голос Акико-сенсей, которую Изуку даже не заметил сначала. Она стояла чуть сбоку, оперевшись бёдрами на один из столов. — Проходи-проходи. Эти оболтусы на отработке у меня, реактивы перебирают — слежу чтобы ничего не разбили. Мы тебе не помешаем. — Первокурсники? — спросил Изуку, закрывая дверь и вытаскивая из рюкзака свой старенький застиранный халат, давно потерявший белоснежный цвет, но, тем не менее, идеально отглаженный, аккуратно, чтобы не помялся, сложенный. — А кто ж ещё, — хмыкнула Акико. Ну да. Кто ж ещё мог за такое короткое время нарваться на отработку, как не привыкшие ещё к местным порядкам первокурсники? Второй семестр только начался. Надев халат, Изуку направился к нагло присвоенному себе углу лаборатории, где в шкафчике стояли его личные, неприкосновенные для всех остальных реактивы, а в двух тепличках под лампами разного цвета рос его выводок мутировавших дынь — одно из следствий того, чем он тут занимался. С поступлением в университет любовь Изуку к чужим причудам и естественным наукам слились воедино, образовав дочернее увлечение экспериментальной наукой. И, коль скоро крыса-Незу продвинула свой закон о запрете причудливых экспериментов над животными, Изуку отрывался на дынях. Впрочем, не только на них — с лёгкой руки Акико-сенсей, некоторые студенты приходящие к ней на отработку сдавали Изуку образцы своей ДНК, чтобы он потом часами копался в запутанных цепочках символов в попытке найти участки, отвечающие за проявление причуды. Это было единственное, чем он занимался не только для того чтобы прикрыть свою нелегальную работу, но и для собственного удовольствия. — Тебе нужна помощь? — спросила Акико-сенсей, когда Изуку стал вытаскивать из шкафчиков нужные для сегодняшней цели ингредиенты. — Нет, всё в порядке. Я справлюсь. — Ага. Дай знать, если что-то понадобится. Акико-сенсей — местный завлабы — преподавала у группы Изуку органическую химию, имела кандидатскую степень в этой же области и славилась на весь университет всепоглощающим оптимизмом и неисчерпаемой жизненной энергией, а ещё обожала прилежных жаждущих знаний молодых людей. Из всех преподавателей Изуку больше всех симпатизировал именно ей — не только из-за того, что она выделила ему три полки лабораторного шкафа в углу под личное пользование, но и потому что немного (совсем чуть-чуть) напоминала характером Инко. Перед тем, как начать дело, за которым сегодня непосредственно и пришёл сегодня в лабу, Изуку проверил дыни. Никаких особых изменений на первый взгляд не было, но даже если бы и были — он пришёл сюда не за этим. Недавно одна организация заказала у него партию дротиков, подавляющих ментальные причуды, да и собственные запасы было бы неплохо пополнить. Справедливо полагая, что у Акико возникнут вопросы, если он вдруг начнёт разливать приготовленную только что смесь в корпуса дротиков, Изуку вместо них взял с собой колбу с пробкой. В конце концов, дротики он и дома сделать сможет. Надев перчатки, он принялся за работу.

***

Бар «Серый Кролик» был одним из самых популярных в криминальной среде Мусутафу, хотя на первый взгляд ничем от других подобных баров не отличался. Такое же неприглядное полуподвальное помещение, в которое и вход то так сразу не найдёшь; точно так же тут торговали дурью, точно так же обменивались и собирали информацию, точно так же использовали это место в качестве нейтральной территории. Точно так же сюда просто ходил выпивать криминальный контенгент. Была только одна причина, по которой конкретно этот бар стал таким популярным — здесь принимал заказы Снайпер. Только здесь, через одного единственного бармена. На самом деле Изуку не любил это место, как и многие в гетто, но из всех предоставленных зол предпочитал выбирать меньшее. Да и выбор на «Серого Кролика» пал исключительно из-за О́ни — единственного во всём мире человека, которому он мог бы доверить искать ему клиентов. Сегодня Изуку налегке, без винтовки за спиной, без снаряжения — только пистолет на привычном месте под кофтой. На всякий случай. И маска — обычная, и капюшон на голову накинут. В обычной тёмной толстовке и широких рваных джинсах он не отличался ничем от типичного обитателя ночного гетто, вдруг решившего выпить. Никто — кроме Они, разумеется, — не смог бы узнать в нём известного киллера Мусутафу. Бар встретил его запахом дешёвых сигарет и алкоголя. Изуку терпеть не мог ни то, ни другое. — Есть что-нибудь для меня? — спросил Изуку у Они, когда сел на высокий барный стул с потрёпанным, слегка облезлым сиденьем. Бармен тут же поставил перед ним стакан виноградового сока с трубочкой, чтобы Изуку мог пить, не снимая маску. — Ничего, что могло бы тебя заинтересовать, — хмыкнул Они. — Был мужик, который хотел убрать бывшую жену. Я ему тут же отказал, но он был слишком настойчив, так что пришлось применить силу. Можешь не волноваться, больше он к этому району и на пушечный выстрел не подойдёт. Изуку усмехнулся. Вот за что он любил Они. Три правила, с которыми должен был быть знаком каждый, кто хочет сделать заказ у Снайпера, действовали на всех без исключения. Никаких убийств гражданских, никаких убийств героев, ничего связанного с распространением наркотиков. Лишь отчасти они были продиктованы моральным стержнем Изуку. С другой стороны, благодаря ним он сохранял заказы и поддержку от некоторого дорогого клиента. — О Даби ничего не слышно? — спросил Изуку, когда Они освободился от выполнения очередного коктейля. — Нет, — усмешка бармена сквозила злорадством. — С тех пор как ты его припугнул пару недель назад он, кажется, окончательно перебрался в Камино, так что теперь он не наша головная боль. По крайней мере, пока их Лига не заявилась сюда. — Отлично. Даби здесь многие не любили. Дурнейший характер, опасная причуда и склонность не платить в совокупности не сделали ему хорошую репутацию. — Ах да, чуть не забыл, — встрепенулся вдруг Они после затянувшейся молчаливой паузы. — Те ребята, которые заказывали у тебя дротики и просили о консультации, помнишь их? Не отрываясь от поглощения сока, Изуку в ответ промычал с как можно более утвердительной интонацией. — Их человек сказал, что их босс не сможет приехать к назначенной дате. Они хотят перенести вашу встречу на три недели. Изуку нахмурился недовольно, поднял голову на Они, выпуская трубочку из-под маски. Сощурился. — Когда он в следующий раз придёт, расскажи ему любезно, что моё время тоже денег стоит. Я не собираюсь ради хотелок их босса менять свои планы. — Ну я так и сказал ему, что тебе такое не понравится, — Они усмехнулся. — Что ещё ему передать? — Что повышаю цену на тысячу пятьсот йен за каждый день после изначально обговоренной даты. — Принято. Твой дражайший клиент тоже заходил. — Что хотел? — настороженно спросил Изуку, вновь принимаясь за сок. Давненько от них не было вестей, он уж было подумал, что с ним решили разорвать отношения. — Без понятия, — Они пожал плечами. За отсутствием новых заказов на выпивку он стал неторопливо протирать стаканы. — Сказал, что хочет встретиться лично с тобой. Что-то важное там, похоже. Я напрямую ему не отказал, но сказал, что мне нужен твой ответ. Что-то новенькое. Раньше они просили его о личной встрече только один раз — в самый первый, когда требовали обговорить детали сотрудничества. — Я согласен. Там же, где в первый раз. Время пусть сами назначат — я ближайший месяц свободен, раз уж мафия в одиночном порядке решила перенести нашу встречу. — Как скажешь. Снова наступила пауза, в которой Изуку допивал свой сок, а Они натирал до блеска гранёные стаканы. Они был одним из немногих людей, особенно среди криминального контингента, кому Изуку по-настоящему мог доверять. Слишком много этот человек сделал для него. Они был тем, кто заметил Изуку в самом начале его криминального пути, когда тот был двенадцатилетним, ничего не смыслящим ребёнком. Они научил его местным порядкам, показал как защищаться, как пользоваться оружием и где его раздобыть. Изуку не знал чем занимался Они до того, как стал барменом в «Сером Кролике», как и не знал его настоящего имени — Они было только прозвищем, которое он сам себе придумал. Имя Изуку Они тоже не знал. Он запретил ему называть себя своим именем, когда он находится в окружении бандитов. Объяснил, что чем меньше про тебя знают, тем безопаснее тебе жить. — Сколько тебе ещё осталось? — вдруг спросил Они, вырывая Изуку из задумчивости. — А? — переспросил он, поднимая взгляд на бармена и вдруг осознавая, что сок в стакане давно закончился и он тянет через трубочку только воздух. — Сколько осталось заплатить? — повторил Они свой вопрос. — А, не очень много, — Изуку отодвинул от себя стакан и Они убрал его под стойку. — Надеюсь, что к осени всё отдадим. — Рад за тебя. — Спасибо. — Решил, что будешь делать когда закончишь с долгом? — Нет ещё. Но точно прекращу заниматься вот этим всем, — Изуку обвёл рукой помещение. — Продам винтовку и гитару, переедем с мамой куда-нибудь, где жить получше, а там найдутся занятия. У меня ещё университет ведь. Ученую степень какую-нибудь получу, займусь нормальной работой. — Надеюсь, — хмыкнул Они. — Только не забывай меня, ладно? Приходи хоть иногда. — Конечно. Я пойду. Надеюсь ещё выспаться сегодня. — Иди, — кивнул Они. — Удачи, Снайп. — Да. Соскользнув со стула, Изуку устремился к выходу из бара. Он не знал раздражает ли его больше, чем забавляет, или наоборот то, что это сокращение его подпольного имени звучит так же, как имя известного про-героя. Кроме Они так его сокращал только дражайший клиент.

***

Дражайший клиент решил со встречей не тянуть. По крайней мере, сначала Изуку так подумал. Уже через четыре дня после того разговора в «Сером Кролике» он сидел на крыше жилого дома на северной окраине Мусутафу и ждал так долго, что позыв плюнуть на всё и пойти домой был настолько силён, что вот-вот пересилит его упорство. Изуку был в полном снайперском снаряжении, разве что без винтовки. С собой у него объёмная куртка, чтобы спрятать его, пока он едет на метро. Да и ночью прохладно. Изуку глянул на огромные светящиеся часы на фасаде торгового центра в нескольких улицах от него. — Вот ведь гад крылатый, — прошипел Изуку себе под нос. Дражайший клиент должен был появиться двадцать минут назад. Когда Изуку собирался наконец плюнуть и уйти, в поле зрения наконец появился знакомый крылатый силуэт, а затем на крышу к нему спланировал собственной персоной герой номер три. Геройская Комиссия — одни из тех неожиданных заказчиков которые могут у вас, как у профессионального киллера, появиться. Хорошо, что Изуку не успел ещё со своего места встать. — Тебе лучше сейчас предложить мне что-то серьёзное, — сказал Изуку железным тоном, пока Ястреб, как ни в чём не бывало, устраивался на парапете поудобнее. — Потому что если нет, я не собираюсь даже оправдания твои слушать. — Да ладно те, Снайп, — герой в своей беззаботной манере подпёр щеку кулаком. — Я, так-то, с другой префектуры сюда летел, неужто не простишь мне небольшое опоздание? — Нет, — отрезал Изуку. — Говори давай что у тебя, хватит тратить моё время в пустую, ты и так сегодня достаточно его занял. Ястреб вздохнул тяжело и вдруг стал серьёзным. Изуку нахмурился настороженно, чуть наклонился вперёд, подогнул ноги ближе к себе. Серьёзный Ястреб — плохой знак. — Для начала, я думаю, ты должен знать, что если согласишься, получишь свой гонорар в двойном размере и пожизненную неприкосновенность для закона на тех же условиях, на которых мы сотрудничаем сейчас. — Ближе к делу, — поторопил Изуку. Странно, очень странно это было всё. С чего бы вдруг Комиссии предоставлять ему такие космические условия просто так? — Это касается Все за Одного-… — Вы меня убить хотите? — выплюнул Изуку, не дав Ястребу договорить. — Если уж знаете о нём, то должны же понимать, что это за человек. Его люди уберут меня раньше, чем я сунусь в это дело и никакой двойной гонорар мне не поможет, — если бы слова Изуку сейчас можно было превратить в вещество, оно стало бы сильнейшим в мире ядом, так он их говорил. — Так что вы либо круглые идиоты, либо хотите меня убить. Что бы там ни было, я отказываюсь. Ищите другого дурачка. Он уже встал и уходить собрался, но вдруг почувствовал, как Ястреб со словами «Да подожди ты» схватил его за локоть. На одних рефлексах Изуку руку вырвал и другим локтём толкнул его в грудь, развернувшись на сто восемьдесят. Правая рука вниз потянулась, к пистолету, левая осталась перед собой в защитном жесте, одну ногу он отставил назад, присогнул колени. Тело перешло в режим боя мгновенно. Ястреб, морща нос от боли едва заметно, поднял в примирительном жесте руки, хотя Изуку видел, как крылья его зашевелились. — Прости-прости, не следовало так тебя хватать, — сказал он снова весело и миролюбиво. — Но я ж не договорил, дослушай сначала, потом убегай, а? — Зато я договорил, — отрезал Изуку. — Что бы там ни было, я не согласен. — Да послушай, — Ястреб сделал шаг к нему, и рука Изуку сомкнулась на рукояти пистолета, заставив Ястреба остановиться снова. — Ты же слышал о нападении на летний лагерь Юэй на той неделе? — Слышал. — За этим стоит Все за Одного. У Юэй есть местоположение двух их баз, так что есть вероятность, что Все за Одного появится на одной из них, когда начнётся облава. Тебе нужно будет только подстраховать, если он появится. Не убить — только попасть в него своей пулей этой, которая причуды убирает, чтобы можно было его поймать без проблем. Там будет куча героев ещё, они остальное всё сделают сами. Изуку позволил себе немного расслабиться, обдумывая то, что сказал Ястреб. Он же воспринял это как маленькую победу и продолжил наступление с новой силой. — Если тебя это успокоит, то Комиссия тут даже не при чём. Это Незу попросил нас с тобой связаться, — чего бы Ястреб ни хотел добиться этими словами, эффект у них был прямо противоположный. Изуку насторожится только больше. — Почему тогда он напрямую со мной не связался? — он сузил недоверчиво глаза. — У него должно быть достаточно связей, чтобы найти меня, даже если я откажусь связываться через Они. — Без понятия, — честно ответил Ястреб. — Меня не посвящали. Но я уверен, что эта крыса не отступится, раз уж решила, что ты там нужен. Изуку глубоко задумался. Связываться со Все за Одного безумно опасно, даже если его будут окружать профессиональные герои (что, вообще-то, добавляло поводов для беспокойства). С другой стороны, разве не вся его жизнь на границе закона была такой? К тому же, если Ястреб его не обманул, после выхода из игры Изуку может не опасаться, что однажды криминальное прошлое укусит его за задницу. И двойная оплата несомненно привлекала. — Хорошо, — ответил наконец Изуку, опуская руку с пистолета и возвращая тело в нормальное положение. — Ура! — чересчур, пожалуй, радостно выдохнул Ястреб и достал из нагрудного кармана костюма белый конверт без опознавательных знаков. — Я не распечатывал, так что без понятия, что там. — Но с одним условием, — Изуку потянулся за конвертом, уже чувствуя, что сто раз об этом пожалеет. — Подбрось меня до «Серого кролика».