Поттеры

      Стоило Гарри уснуть под действием зелий, Флимонт обратился к Лили, поглаживавшей спящую девочку по волосам. Глава семьи отлично понимал, что время убегает, а пока девушка находится под формальной опекой Дамблдора, даже учитывая совершеннолетие, — это очень опасно для всей семьи.       — Мисс Эванс, — проговорил Поттер-старший. — Подумайте, не хотите ли вы заключить помолвку с моим сыном немедленно. Если этого не сделать, вечером контракт с Хогвартсом выдернет вас в школу принудительно.       — Я… как выдернет? — удивилась девушка, подобных подробностей не знавшая.       — Магглорожденные имеют почти рабский контракт, — объяснил Флимонт. — В отличие от магических семей, в школе вы находитесь в абсолютной власти директора. Он может делать с вами все, что ему угодно.       — Лили, — Джеймс опустился на колени перед сидящей девушкой. — Я люблю тебя больше жизни с первого курса. Без тебя я не представляю, как даже дышать, прошу тебя… Ты согласишься соединить свою судьбу с моей?       — Я… да… — прошептала сильно покрасневшая девушка, и в этот самый момент произошло что-то очень странное. Юношу и девушку обнял белый сияющий кокон, дом слегка встряхнуло, а потом кокон с негромким звоном лопнул, оставив двоих ошарашенных молодых людей.       — Воля Магии… — прошептала Юфимия. — Флими, это значит, они Предназначенные?       — Значит… — проговорил никогда такого не наблюдавший глава семьи, но сосредоточился и громко произнес: — Семья Поттер разрывает контракты с школой Хогвартс по причине нанесения вреда членам семьи. Да будет магия мне свидетелем!       Тут Флимонт, конечно, рисковал, ибо точно не знал, а мог ли ребенок, рожденный в будущем, называться членом семьи… Но вспышка магии зафиксировала его слово, а затем поместье перешло в боевой режим. Поттер-старший, как и всякий боевой маг, не любил рисковать, обладая некоторой долей здоровой паранойи.       — Муж, чей это сундук? — поинтересовалась Юфимия, показывая на багажную тележку, по-прежнему стоявшую посреди гостиной.       — Судя по всему, внучки, — ответил ей муж. — Рикки! Сундук — в защищенную лабораторию, — он пояснил Юфимии. — Предчувствие просто.       — Предчувствие у тебя — это серьезно, — кивнула женщина, думая о том, что забыла сделать. — С Блэками надо связаться.       — Зачем? — не понял Джеймс, еще не сообразивший, что означает проявленная воля Магии.       — Если девочка притянулась к твоей жене, то это значит, что ни нас, ни Блэков, ни Пруэттов… Понял? — поинтересовался глава семьи.       — Почему «жена»? — страшно удивилась Лили, из всей фразы мужчины воспринявшая только эту информацию.       — Вас там в Хогвартсе вообще ничему не учат? — спросила у девушки Юфимия. — Магия проявила свою волю, связав Предназначенные души.       — А что такое «предназначенные души»? — девушка все еще не понимала, на что женщина тяжело вздохнула.       — Очень редко бывает так, что две души предназначены друг другу Творцом, — начала объяснять Юфимия. — Тогда их притягивает друг к другу… Правда, странно, что у вас это заняло столько времени. Ну-ка, целитель, проверьте мою невестку.       — Одну минутку, — колдомедик заканчивал с девочкой. Что-то в ней было не так, но вот что именно, он понять не мог. Впрочем, у ребенка доставало проблем со здоровьем. Именно количество этих проблем смущало.       Повернувшись к девушке, целитель поднял палочку, сразу же удивившись. Ответ на диагностику был более, чем странным. С одной стороны, традиционное воспитание предполагало много чего, но с другой — девушка была магглорожденной, как следовало из услышанного им разговора, а у них, насколько полукровка помнил, так воспитывать девочек было уже с полвека не принято. В этот момент Лили вдруг без предупреждения потеряла сознание, упав на руки Джеймсу, выхватившему палочку, в желании защитить любимую.       — Спокойно, молодой человек, — произнес целитель. — У вашей жены разблокируются области памяти, отсюда и обморок. Это нормальное действие магического ритуала. Сейчас очнется и будет плакать.       — Сколько? — глухо спросил Флимонт, понимая, что к девушке применяли Обливиэйт и не раз.       — Восемнадцать, — лаконично ответил колдомедик, подвергая той же процедуре и Джеймса. — Молодому человеку я советую сходить в уборную, — заметил целитель.       — А с ним что не так? — удивилась Юфимия, но юноша, почувствовав сильную тошноту, постарался поскорей добраться до указанного колдомедиком места, потому ответ не слышал.       Новости, с точки зрения старших Поттеров были очень плохими, поэтому Флимонт связался с Блэками, порекомендовав отозвать сыновей из Хогвартса и тщательно их проверить, после чего поместье полностью заблокировалось, изолировавшись от внешнего мира.       Первым вернулся Джеймс, через минуту очнулась и Лили, немедленно разревевшись. Девушка внезапно вспомнила очень многое из произошедшего с ней, а главное — зелья. Такого предательства от вроде бы друга она не ожидала. Сквозь слезы она пыталась объяснить Джеймсу, понявшему, что впервые Сири, желая пошутить, сделал что-то хорошее.       — На пятом курсе Сири подлил тебе в чай универсальный нейтрализатор, — объяснил Джеймс Лили, а потом отцу. — Он считал, что Лили пьет зелья улучшения памяти, ну и…       — Злобные у вас шутки, впрочем, это дело Блэков, — вздохнул Флимонт. — Ладно, занимайся женой, а я пока посмотрю, что в сундуке малышки.       — Мистер Поттер, — обратился к нему целитель. — У девочки слишком много проблем со здоровьем, — сообщил он. — Так не бывает. Нужно смотреть память, чтобы выяснить, что с ней произошло.       — Совсем не бывает? — поинтересовался глава семьи.       — У детей — совсем, она бы не выжила, — прояснил свое видение колдомедик. — Тут или ритуалы, или… Возможно полное изменение тела, но в любом случае нужен менталист.       — А переживет она менталиста? — спросил Поттер-старший, на что целитель покачал головой. — Вот в том-то и дело. Сначала будем лечить.       Менталист действительно был нужен, но вот именно ментальное сканирование девочка могла и не пережить. Зачем и кому надо было с ней так обращаться, не понимал никто. А обращались с ребенком очень плохо — чуть ли не через мясорубку пропускали. Казалось, нет этому никакого логического объяснения, но Флимонт не привык сдаваться. Распрощавшись с оставившим батарею пузырьков целителем, мужчина отправился в защищенную лабораторию, чтобы посмотреть на содержимое сундука ребенка.       Подвешенный в воздухе сундук, весил, судя по показаниям чар, даже больше самой девочки, что было необычно, поэтому боевой маг-артефактор просто удаленно разобрал сундук на составляющие, тяжело вздохнув в конце.       — Затейники какие… — задумчиво проговорил Поттер-старший. — Комплекс создания иллюзий, надо же…       Теперь старший Поттер не понимал совершенно ничего, разве что девочка должна была попасть совсем не в Хогвартс, а в какое-то совершенно отличное от школы место. Безопасные учебники, две мантии и никакой больше одежды, были вынесены за пределы контура — с ними еще предстояло разбираться, а пока мужчина разбирался с комплексом создания иллюзий, который и создавал основной вес.       — Да, похоже, — кивнул сам себе Флимонт, смотревший сейчас на внутренность спальни. Как устроен Хогвартс, он за давностью лет не помнил. — Рикки, Джеймса сюда!       — Да, хозяин! — отозвался эльф.       — Интересно… А как ее собирались экстрагировать из поезда? — задумчиво проговорил Флимонт. — Или же… хм… — собственная догадка совсем не понравилась мужчине.       — Вы звали меня, отец? — поинтересовался голос Джеймса. — Ого, это у вас спальня мальчиков моего факультета? А зачем?       — Точно мальчиков? — переспросил его отец.       — Точно, — ответила Лили, взятая сыном с собой. — У девочек три кровати и расположены иначе, а так — только у мальчиков.       — Благодарю, свободны, — скомандовал глава семьи. — Вон, книги почитайте.       Спальня мальчиков, учитывая, что внучка — девочка, лишь подтверждала размышления старшего Поттера. Ответ на вопрос «зачем» был на поверхности — целитель о морфизме говорил. Девочка должна была видеть красивые иллюзии, считая, что днем становится мальчиком, а ночью девочкой, и сильно желать стать именно мальчиком. Такие случаи были известны, тот же отпрыск Малфоев, например… «Видимо, ребенка пытались изменить силой, и не вышло», — понял старший Поттер.

***

      Когда раздался звон и появившиеся в воздухе два контракта рассыпались в пыль, Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор в кабинете отсутствовал, поэтому вовремя не отреагировал. Один из портретов, на котором был изображен яркий представитель семьи Блэк, на это явление, все же, отреагировал:       — Надо же, у кого-то мозги появились… — и исчез с портрета, желая поделиться информацией.       — Глядишь, явление станет массовым, — хмыкнул портрет, висящий в тени.       — Даже не надейтесь, коллега, — хмыкнула какая-то дама.       На этом общение в кабинете закончилось. Директор первого сентября отсутствовал по уважительной причине — он контролировал собрание слуг Тома, даже не подозревавших о том, что они слуги. Правда о том, что их господин уже давно не совсем жив, они тоже не подозревали — некромантов в Британии давненько, стараниями Дамблдора, не было. Задав Тому программу поведения, Альбус вернулся в школу как раз к приходу поезда.       Глядя на учеников, Дамблдор никак не мог прогнать ощущение смутного беспокойства, правда, чем оно вызвано, он не понимал. Все пока шло по плану, отчего Великий Светлый решил, что, возможно, съел что-нибудь не то. Когда школьники расселись, возле столов Гриффиндора и Слизерина появились домовики семьи Блэк, выдернули представителей этой темной семьи и исчезли. Альбус поднял брови, удивленно оглядывая стол львиного факультета, за которым не хватало не только Блэка.       Со стороны змей на стол красно-золотых, не отрываясь, смотрел долгосрочный проект Альбуса — мистер Снейп. Дамблдор знал, куда смотрел мистер Снейп, точнее, на кого. Староста Гриффиндора была магглокровкой, что позволяло ее вызывать к директору, да и к декану, не вызывая никаких вопросов со стороны факультета. Однако, сейчас она за столом отсутствовала, но Альбус точно знал, что контракт, предназначенный для спасения магов от магглов, выдернет ее в Большой зал даже из душевой. Дамблдор предвкушал это явление именно из душевой.       Однако ужин прошел спокойно, в зале никто не появился, что несколько смутило Альбуса, поднявшегося в свою башню. Нужно было найти контракт девчонки и взглянуть на отметки на нем.       — Контракт Лили Эванс! — приказал Дамблдор, но ничего не произошло. — Контракт Лили Поттер? — не очень уверенно произнес волшебник. — Сдохла, что ли? С чего вдруг? — удивился он.       Эта информация заставила Альбуса задуматься, что делать ему очень не хотелось, но пришлось. Впрочем, Эванс его интересовала только как игрушка, исчезла, так исчезла. Трелони своего пророчества еще не произнесла, потому Дамблдор не всполошился.