Тысячи невстреченных глаз | сборник

      Темно. Из света — лишь огни далёкой скоростной магистрали в окне и полоска света из-за прикрытой двери. Рэй держит чужую ледяную ладонь в своей, чувствует его дрожь и вдруг осознаёт себя таким беспомощным. Теряется — его не учили, что делать в такие моменты.       Страшно ошибиться, но ещё страшнее — просто наблюдать, не стараясь помочь.       — Может, свет включить? — поднимается с пола, делает шаг к двери, но его тут же хватают за руку, практически впиваются ногтями в нежную кожу. Больно. Но Рэй не произносит ни слова, моментально возвращаясь к кровати.       Он прекрасно видит в темноте. Видит опущенные дрожащие ресницы, побледневшие щёки с точками тёмных родинок, растрепавшиеся волосы и тёмные полосы следов от ногтей на руках. Он хочет прижать к себе, укрыть, спрятать от всего мира. Но лишь опускается рядом, едва слышно шепча что-то успокаивающее.       — Можно обнять тебя? — знает, что лучше спросить.       Получает в ответ молчание, а после краткий, едва заметный кивок. Обнимает. Слышит — или чувствует — выдох, вслед за которым унимается крупная дрожь.       — Я рядом, алеф,— целует в макушку, гладит угловатые острые плечи,— тебе нечего бояться. Я всегда буду рядом.       Не от всех шрамов можно избавиться. Не все исчезают со временем — самые глубокие остаются и иногда напоминают о себе. Прошло с десяток циклов после возвращения домой принца — теперь юного императора — но Земля всё ещё напоминала о себе.       Для Рэя — тёплыми воспоминаниями о друзьях, а для его учёного — ноющими шрамами на сердце. Некоторые вещи он рассказал лишь спустя циклы, прожитые вместе, некоторые всё ещё хранил в секрете.       — Рэй… твою мать, я…— голос хриплый и тихий,— ты не должен был этого видеть. Прости.       — Тише, алеф,— снова целует, гладит по волосам,— обсудим это завтра, если захочешь.       ДОК благодарно кивает, прижимается к его груди и прикрывает глаза. Ему лучше — и Рэй улыбается. Облегчённо, почти счастливо, но украдкой.       — Спасибо, что ты тут,— учёный вдруг смеётся, нервно, но, кажется, искренне,— Как ты вообще меня терпишь?       — Не терплю,— Рэй ведёт плечами, улыбаясь так, словно приходится в сотый раз объяснять абсолютно простую истину,— Люблю. Я люблю тебя, ДОК.       Тот прикрывает глаза. Тоже улыбается. Умиротворённо. Спокойно.