Авангард.

11-е сентября, 2019

Москва, Россия

Позитивные мысли ведут к позитивным действиям. Я отпускаю прошлое и живу настоящим. Я имею право на ошибку и на исправление. Я осознаю свою ценность. Я принимаю все свои чувства. Мои мысли — это не факты, а мнения. Эти и многие другие мудрые мысли совместными усилиями пытались вложить Саше в голову психотерапевты, посты в ленте и горе-коучи из интернета. Жизнь на флувоксамине протекала размеренно и насколько возможно беззаботно. Летние каникулы закончились, и Авангард смог в полной мере прочувствовать на себе тот мем про братьев/сестёр, где безработный старший валяется в кровати, а младшему приходится идти в школу. Всё-таки Саша был рад, что при всех проблемах ему хотя бы не нужно было делать синтаксический разбор предложений или читать какого-нибудь «Тараса Бульбу». Чаще всего парень поднимался где-то к полудню, но сеансы с психотерапевткой всегда были утренние, и не по скайпу, а очные в клинике. В такие дни приходилось вставать рано. Авангарду это, конечно, не нравилось, но ему вообще в то время мало что нравилось. Тот день был одним из таких, когда ему повезло застать сборы младшей сестры в гимназию. С остатками чёрного кофе в кружке Саша вышел в прихожую понаблюдать за финальными их этапами. Павел к тому времени уже ждал внизу в машине. — А ты чё встал так рано, если тебе никуда не надо? — причёсывая блестящей расчёской длинные русые волосы, спросила Женя и недовольно нахмурилась. — Чтобы тебя побесить. — улыбнулся облокотившийся на стену парень и отпил кофе из кружки. — А я так и подумала. — посмеялась девочка и сунула расчёску в рюкзак. — Ну ничего, посмеёмся, когда ты на работу пойдёшь. — Жестоко. — усмехнулся в ответ Саша. — Тебя во сколько ждать? — Сегодня дополнительные, так что после четырёх. — возвращая обувную ложку на место, ответила Женя. — Дашь мне вечером комп? Хочу в симс поиграть. Свой ноутбук, который у девочки был для учёбы (то есть в основном для электронного дневника и поиска ГДЗ) не обладал достаточным количеством свободной памяти под ‘The Sims 4 супер-нахрен все дополнения в одном + накачанные доп материалы’. Родители пока не видели необходимости в отдельном мощном компьютере для девочки, особенно когда Сашин подолгу простаивал без дела в его отсутствие. — Если всю домашку сделаешь, то я подумаю. — Тц.. — Женя цокнула языком и закатила глаза. — До вечера, бездельник. — Пока-пока. — улыбнулся ей вслед Саша. «Сто проц ведь уже матерится» — подумал он про себя и запер за сестрой входную дверь.

– – –

Психотерапевтку, к которой ходил Авангард звали Ольга. В кабинете, в котором вела приём Ольга, всегда очень приятно пахло. Интерьер клиники был минималистичный и гармоничный. В целом, обычно не ждёшь другого от места, где приём так дорого стоит. Саша поделился с доктором впечатлениями от просмотра «Реквиема по мечте». А точнее тревожного осадка, который этот фильм оставил. Ответ Ольги в стиле «а зачем смотреть такие фильмы?» звучал примерно как если бы человеку, который пришёл на консультацию с жалобой на боль в колене при определённых движениях, посоветовали бы эти движения не выполнять. Но специалистка рекомендовала переключить внимание на что-то более позитивное для его же благополучия. Поучительные истории без прикрас — это, конечно, тоже своего рода терапия, но после пережитой (по счастью) передозировки смотреть какие-нибудь «Дневники Баскетболиста» и надеяться, что они не поднимут уровень твоей тревожности, как будто не совсем разумно. За сеансы, которые уже состоялись, они успели обсудить многое — семейный анамнез, детские травмы, когнитивные установки, психологические защиты, проблемы с агрессией — и так или иначе Ольга не могла не отметить улучшения в состоянии пациента, даже если сам он их не мог пока в полной мере оценить. — Вы уже подумали, какой вектор выбрать дальше? — слегка склонив голову набок и поправив очки на переносице, уточнила Ольга. — Чем бы хотели заняться, может? — Типа план? — слегка цепляя ногтем подлокотник кресла, переспросил Авангард. В ответ получил кивок. — Да не знаю.. — самый простой автоматический ответ. — Работать надо пойти. Кем-нибудь. — А кем хотелось бы? — Никем. — пожал плечами Саша. — Не знаю.. В этих перебрасываниях вопросами «а что нравится делать?» и ответами «не знаю» они провели с половину консультации. Саша ощущал, как будто его просят открыть какую-то дверь, за которую он никогда не заходил, и всё его нутро сопротивлялось. Хотя, казалось бы, такой простой вопрос. Ну вот не было у человека привычки строить планы. Не было и ощущения, что это имело смысл. Он привык плыть по течению и ориентироваться по ходу действий. — Вы так боитесь соприкоснуться с разочарованием, но уже разочарованы во всём — в мире, в погоде, в работе, в людях.. — задумчиво произнесла терапевтка. — Вы думаете: «Какой смысл строить планы, если всё равно всё обречено на провал?» — Угу. — спокойно согласился пациент. — Ну я всё равно вряд ли буду работать тем, кем хочу, делать то, что хочу. Мне будет жаль приложенных усилий, если ничего не получится, а я понадеюсь. — То есть для вас, если план не реализовался — это даже не урок, а провал, катастрофа? — Ага. — И это про вас? — прищурилась Ольга. — ... — Саша нахмурился и задумался на пару секунд. — Ну да. Если получилось — кайф, повезло, так и должно быть. Если не получилось — я лох, я чмо, я ебанат. Классическое когнитивное искажение негативного ума. — Но обычно, если где-то не получается, человек делает вывод и переходит к другому плану, к запасному. — прокрутив ручку между пальцами, сказала женщина. — Сук, ещё один план, да сколько можно.. — засмеялся Авангард, но тут же осёкся. — Извините. Ольга на это просто улыбнулась. Она уже говорила о том, что можно не стесняться в выражениях и не извиняться, ведь на сеансе полностью безопасная среда. Но Саше всё равно бывало неловко как-то слишком эмоционировать или обсценно выражаться. Авангарду стоило бы сперва начать с малого. Он и сам это прекрасно понимал. Физическая активность, контрастный душ, дыхательные упражнения, нормальное питание. С приближением осени погода начинала портиться, что означало уменьшение количества и длительности прогулок. Для выхода покурить на холодном ветру уже хватало и двора. Нужно было взять себя в руки и начать хотя бы с тела, но постоянно находились отговорки — то голова болит, то пасмурно, то настроения нет, то слишком поздно встал, чтобы что-то начинать. Список можно продолжать долго. Естественно, мозгом Саша понимал, что идеальных условий никогда не будет, всё же он был не глуп и вообще склонен неприлично много думать. Но на эти размышления и уходили все его силы. До действий дело так и не доходило. — Но идеальные условия, помимо того, что недостижимы в реальности, никак не способствуют развитию и росту личности. Вы слышали про эксперимент с мышами? — она сделала паузу и щелкнула автоматической ручкой. — Когда подопытных мышей поместили в условия, наиболее приближенные к идеальным? Конечно, он про него слышал. — В условиях полного покоя и изобилия, несмотря на отсутствие внешних угроз, они начали демонстрировать агрессивное поведение, деградировали из-за отсутствия социальных ролей, начали демонстрировать гомосексуальные тенденции, ели, спали, чистили шерсть и перестали вовлекаться в социальное взаимодействие и размножаться. В конечном счёте они выродились. Ну, возможно, не вдавался в такие детали, но в общих чертах точно слышал. — Гомосексуальные.. — задумчиво произнёс Саша. — А в итоге то есть остались асексуальные мыши? — Пожалуй, с натяжкой можно сказать и так.. — женщина чуть нахмурила брови. — Вы бы отнесли себя к асексуальным мышам? – она улыбнулась. — ... — парень почти рассмеялся от комичности вопроса. — Отнёс бы себя к сексуальным. Едва сдерживая смех, не слишком успешно, Ольга сдвинула очки на макушку и потёрла глаза пальцами. — Я поняла. Сводить всё в шутку однозначно было его фаворитом среди психологических защит.  По пути домой Саша ещё долго рассуждал о размножении. Не о процессе, но о принципе. Ему казалось, что создавать новых людей — это достаточно эгоистичная и в какой-то мере даже жестокая затея. По крайней мере, так он судил по себе. Парень не раз ощущал себя обречённым на существование. Он никогда активно не стремился к смерти — как и всё живое, он её боялся. С обострением тревоги, можно было сказать, что даже слишком сильно и не совсем рационально. Человеческое тело очень непросто обслуживать, но нежелание умирать обязывает тебя заботиться о себе хотя бы минимально. А обладание сознанием и способность осознавать свою смертность не делают ситуацию проще, скорее наоборот, ещё больше добавляют ощущения бессмысленности всего.  За время своего пребывания дома в поисках развлечений Саша послушал немало дебатов на тему абортов. Никак ему не удавалось понять, почему людей так обижало гипотетическое ‘не существование’. «Представьте, если бы это вас абортировали» — да вам было бы похуй. Это же не что-то негативное. Это буквально ничего. Как ты можешь огорчиться, если тебя никогда не было? Авангард часто хотел исчезнуть. А от мысли о поиске работы и построении будущего in this economy — лишь сильнее.

– – –

— И там ещё, говорит, типа мыши стали гомосексуальными. — вечером в дискорде Саша поделился с Артёмом свежими впечатлениями от сеанса психотерапии. — Я там сижу такой типа: «Чё? Какие гей-мыши?» Вообще не уловил, к чему это было. — К тому, что ты пидор. — посмеялся Тёмыч. — Рил? — с усмешкой уточнил Авангард. — С хуёв? — ..встань. — остроумно добавил собеседник. — Ты в доту играешь, а дота ж для пидоров игра, не знал? — Аа, вот оно как.. — протянул Саша. — А Хлоя твоя в курсе, что ты дотер? — Она в курсе, что ты пидор. — Сук, — прыснул Авангард. — Ну и дурак, бля.. За отсутствием тиммейта в Лондоне, у Артёма Викторова появилось удивительно много свободного времени — успел заняться бегом и даже познакомился с девушкой. До этого он в последний раз был в отношениях с кем-то ещё на первых курсах СПбГУ. Саша знал, что во все эти шутки друг не вкладывал ничего негативного. Да и в целом, зная, какие испытания они прошли за годы дружбы, парень понимал, что даже если бы он имел хобби сосать члены каждый день — это вообще никак бы не отразилось на отношении Тёмыча к нему. Его и в целом чьи-либо сексуальные предпочтения в действительности мало волновали. Но назвать лучшего друга пидором — это всё же святое. — А на самом деле нет.. — протяжно зевнув, пояснил Артём. Почти никогда не бывал в отпуске, бедолага. — Она вроде типа считает, что все геймеры кретины и ретарды, так что про игры мы особо не разговаривали. — Ну хз.. — откинувшись на спинку кресла задумчиво возразил Саша. — Ты буквально самый умный человек из всех, кого я знаю. — Ну бля, у тебя окружение такое, что хер его знает, насколько это вообще комплимент. — усмехнулся Тёмыч. — Да и у меня-то тоже.. Авангард несколько раз качнулся из стороны в сторону в кресле, поигрался языком с кольцом под губой и тихо засмеялся, ничего не ответив. Потому что это было правдой, как бы ни звучало высокомерно или снисходительно. Их общие знакомые в подавляющем большинстве, так скажем, не блистали. — Сейчас зато я вообще ни с кем, кроме кассиров в магазах, не разговариваю. — вздохнул Авангард. — Ну ещё есть психолог, домашние и ты, храни тебя господь. — он снова сделал глубокий задумчивый вдох. — Терапевтка-то права походу, надо что-то делать, надо социализироваться заново. Надо, бля, работу что ли поискать.. Мозги плавятся уже Сартра читать да в стену палить. — Да в комп играть. — поддержал Артём и с характерным звуком затянулся паром виноградной электронки. — Да в комп играть, ну. — План есть какой? Станешь диджеем или темщиком? — Ой бля.. — недовольно поморщился Саша. Только не снова про планы... Вздохнул. — Пока не выбрал. — Ну раз так.. тогда катку? — Опять SF’а пикнешь на саппорт, чтоб игру руинить? — Чего?! — удивлённо посмеялся Тёмыч. — Нормально же всё сделали. — Да я несколько раз умер из-за тебя. — поворчал в ответ Авангард. — Играть не умеешь, вот и умер. — он с улыбкой закатил глаза. — Ты вообще чемпион по поиску виноватых в своих проёбах, в курсе? — Бро, сходи нахуй. — страдальчески протянул «чемпион». — Будешь ругаться, я позвоню в твой дурдом, скажу, чтобы у тебя отобрали компьютер. — Да запускай уже, рыжий пиздрик. Если бы не периодические созвоны по несколько часов с Тёмычем, Саша был уверен, что точно помер бы со скуки. Не мог не ощущать благодарности за то, что тот не решил оборвать с ним все связи после так называемых весенних чудинок.

– – –

За неимением каких-либо конкретных идей по профессиональной реализации, Саша решил устроиться бариста в сетевую кофейню недалеко от дома. Крайне небанально. Проходимость в районе всегда достаточно высокая и постоянников хватало. Авангард даже умудрился завести себе ‘друзей’ среди посетителей. Одной из таких была милая пожилая женщина по имени Нина Васильевна, что приходила пить кофе с круассанами в полдень каждую Сашину смену. Четыре ложки сахара – не размешивать. Будучи весьма обеспеченной, она также оставляла достаточно щедрые чаевые. Они мило болтали, она рассказывала про свою жизнь, про детей, внуков, расспрашивала в ответ. Авангард не считал необходимым углубляться во все подробности, поэтому в основном отделывался достаточно дежурными сведениями о своей жизни. Женщина была преподавателем литературы, потому много они обсуждали и книги. Про те, о которых Саша ничего не знал, он просто внимательно слушал. Она даже подарила ему одну на день рождения. Ему нравились разговоры с Ниной Васильевной, хоть коллеги иной раз и не упускали возможности пошутить про Авангарда и его зрелую 'поклонницу'. Мол, тот ждёт, когда она включит его в своё завещание и тому подобное. Но делали они это без злости, просто находили забавным. Да и сам Саша находил. Его отношения с коллегами тоже были вполне себе приятельскими. Саша не делился слишком детальными подробностями своей жизни, но ему в какой-то степени это даже нравилось. Ему нравилось ощущать себя нормальным среди сверстников. У каждого из них была какая-то своя история, своя жизнь. Авангарду нравилось об этом слушать, быть так или иначе вовлечённым в социальную жизнь. Кто-то копил на тату-машинку и мечтал открыть своё дело, кто-то параллельно учился в университете, кто-то отчислился и искал себя. Саша делился базовым минимумом — учился там-то, жил недалеко, ни к чему особо не стремился, ни о чём слишком сильно не беспокоился, алкоголь не пил, так как не интересно, зато в курилке был завсегдатаем. Разумеется, на самом деле алкоголь парень не пил, потому что исправно продолжал лечение. Тошнота от тревоги сменилась тошнотой от таблеток, но ему казалось это меньшим из зол. Со стороны же Авангард производил впечатление самого nonchalant человека. За почти полгода на этом месте работы пошатнулся этот фасад всего один раз. Когда к ним пришла работать новенькая — девушка по имени Каролина, отчасти из-за которой работа Саши там и закончилась. Но обо всём по порядку. Каролина была энергичной, симпатичной и приветливой девушкой невысокого роста, с длинными тёмными волосами. Она всегда очень необычно красилась, за что получала немало комплиментов от посетителей. У Авангарда это всегда вызывало изумление. Он не мог представить себе длительные сборы с утра, где ещё пришлось бы что-то изображать на лице. Он и в целом-то рисовать не умел, а на таких неровных поверхностях тем более не представлял, как. Бывали, конечно, редкие дни, когда девушка не заморачивалась и приходила без косметики, с синяками под глазами и волосами в сухом шампуне — но все мы люди, разве же было в этом что-то необычное. Объяснялось это чаще всего занятостью, недосыпом или плохим самочувствием, хотя никто из ребят, конечно же, не задавал никаких вопросов. Никто не заподозрил бы за девушкой ничего странного. Никто, кроме Саши Авангарда. Как там принято говорить? Рыбак рыбака видит издалека. Сначала в глаза бросались лишь всякие мелочи, но чем внимательнее Саша наблюдал, тем больше убеждался в своём подозрении. И это стало для него настоящим испытанием. Внезапные исчезновения во время совместных смен: Каролина часто пропадала в туалете на неопределённый срок. Казалось бы, с кем не бывает, но это было скорее тенденцией, чем исключением, а поведение её по возвращении могло меняться. Часто ей была свойственна излишняя нервозность, что со временем лишь обострялась: присутствовала чрезмерная суетливость, учащались ошибки в простых действиях, появлялась обычно не свойственная ей забывчивость. Позже добавились и участившиеся опоздания на смены и даже пропуски. Всего дважды и оба раза по якобы уважительной причине, но всё равно. Авангард наблюдал за коллегой очень пристально. Пожалуй, со стороны это могло даже выглядеть странно — оно и выглядело. Как только Саша узнал о том, что девушка брала у другого их сменщика в долг, он убедился в правильности своих предположений и совсем перестал находить себе место. Он понял, что Каролина употребляет, и их совместные смены превратились для него в настоящую пытку. Парню было крайне интересно, что именно она нюхает. Он отгонял мысли о том, как сильно ему хотелось спросить. Ещё сильнее хотелось попросить. Порой он так много об этом думал, что казалось, был готов заплатить, лишь бы присоединиться. Но было нельзя. Это ведь было совсем не то, чего он на самом деле хотел. Но блять, как же это было тяжело. Когда он решил наладить жизнь, отвлечься и пойти работать, никак не ожидал, что кто-то будет юзать прямо у него под носом. Каролине же стоило отдать должное. Она никак не показывала, что замечает, что её в чём-то подозревают. Возможно, она и не замечала. Вела себя максимально непринуждённо и умело сливалась с любых попыток Саши хоть сколько-то направить разговор в эту сторону. — Ну, часто же шутят, что Питер живёт солями. — со смешком вбросил Авангард, когда они обсуждали погоду в курилке (уже устали обсуждать новости про ковид). — Про Москву обычно говорят, что скоростями. Так почему тогда соли тут точно так же по земле разбрасывают? — ... — Каролина коротко посмеялась, не отводя взгляд, но ничего на это не ответила. — У тебя очень классный пирсинг под губой. — с улыбкой она сменила тему. Как обычно. — Хм.. спасибо? — выдохнув дым, неловко улыбнулся Саша. — Тебе стоит улыбаться как можно чаще. — спокойно кивнула Каролина, затушила сигарету об край мусорки и выбросила. — Я внутрь, догоняй. Холодно, пиздец. — она запахнула пальто поплотнее и направилась к двери. — Угу. — бросил ей в спину Саша и сделал очередную затяжку. На его взгляд, было не так уж и холодно. Март всё же. Кульминацию вся эта история увидела ближе к концу месяца. Авангард собрался с силами и решился на разговор. К сожалению или к счастью, не на разговор из серии ‘а у тебя ещё осталось?’, а на разговор из серии ‘зачем ты это делаешь?’ Не то чтобы парень решил переквалифицироваться из торчка в терапевта душ и амбассадора трезвости, просто хотелось помочь. Вот так банально. В очередной раз под конец смены, когда дело близилось к закрытию, Каролина ушла в туалет для стаффа и зависла там минут на двадцать. Посетителей уже не было. Когда она не показалась через 15 минут, Саша не придумал ничего лучше, чем караулить у двери туалета. Когда девушка вышла, сперва была немного ошарашена, увидев подпирающего стену блондина, и изобразила не совсем читаемую эмоцию на лице. После одарила Сашу вопросительным взглядом. — Авангард? — Я просто.. — он почесал голову и на пару секунд уставился в пол. — Бля, только не подумай, что я тебя сталкерю или типа того.. — разговор обещал быть неловким. — Хотя, наверное, так все крипы оправдываются.. — Мне кажется, я понимаю. — прищурившись, чуть усмехнулась девушка и в пару шагов сократила расстояние между ними. — Правда? — Саша недоверчиво посмотрел ей в глаза. Подводка на них чуть растеклась. Девушка положила руку ему на шею и почти резким движением притянула к себе — значительная разница в росте не играла ей на руку — после чего накрыла его губы своими, инициируя поцелуй. Глаза Саши распахнулись от неожиданности, отвечать на поцелуй он не спешил, но и оттолкнул коллегу не сразу. — Стой.. — он опустил руки Каролине на плечи и чуть отстранил её. — Что не так? — непонимающе нахмурилась она. — Разве ты не этого хотел? — Нет. Не совсем. — ситуация была странной. — Точнее.. совсем нет. — Чё? А хули ты тогда пялишься на меня постоянно? Думаешь, я не замечаю? Зачем преследуешь, у туалета караулишь? У тебя, бля, проблемы какие-то? Она звучала агрессивнее, чем обычно. — Скорее у тебя.. — выдохнул Саша. — У тебя пудра под ноздрёй. Я об этом с тобой поговорить хотел. Он машинально провёл рукой под своим носом, на случай, если что-то отпечаталось. Каролина замерла с широко распахнутыми глазами и с десяток секунд не проронила ни слова. Будто была поймана за руку на месте преступления. После этого они проговорили ещё около часа в курилке, дошли до парка, там за обсуждением скурили ещё пару сигарет и только потом разошлись. Авангард поделился с Каролиной историей своей передозировки. Это был первый раз, когда он кому-то от начала и до конца пересказывал историю своей зависимости, что начиналась как «да мы просто тусили» и завершалась на «и вот я здесь». И то, потому что повезло. Нельзя сказать, что девушку эта история не впечатлила. Также выяснилось, что сама она начала употреблять с бывшим. Вот только бывшего в её рутине уже не было, а привычка осталась. Она пообещала подумать над его словами и своей жизнью. Но как мы знаем, словам наркомана не всегда можно доверять на сто процентов. Саша и не доверял. Но чувствовал, что сделал хотя бы что-то и совесть его будет чище. — Ребятам не говори о том, что я тебе сейчас рассказал, окей? — стряхивая докуренную сигарету, попросил Авангард. — Окей, конечно.. — вздохнула Каролина. — Но это всё так неловко получилось.. — она смотрела куда-то под ноги. — И поцелуй этот.. Ты, если что, реально прикольный чел. И я правда подумала, что нравлюсь тебе. — Я понял. Прости. Спасибо. — он потерялся в словах. — Не будет так неловко. Я подам заявление об увольнении завтра. — он пнул мелкий камешек на асфальте и посмотрел на девушку. — Андрею я ничего говорить не буду. Андрей был собственником их кофейни. Каролина, может, и хотела бы поспорить, сказать, мол, не нужно таких жертв и так далее, но работа и деньги были ей очень нужны. И как ей казалось, намного нужнее, чем ему. — Спасибо. Она хотела добавить «за всё», но не стала, боясь выглядеть жалкой. Саша слегка усмехнулся и пожал плечами. Позже в рыцарстве этом оказалось чуть меньше смысла, чем ожидалось, ведь где-то через неделю после этого случился первый локдаун.

– – –

За работу ту Саша и правда особенно не держался. Да и наскучило ему там немного. Было ощущение, что пора куда-то двигаться, во что-то более серьёзное или хотя бы более целенаправленное. Авангард, конечно же, рассказал это историю Тёмычу, на что тот не упустил возможности пошутить о том, как же там бедная Нина Васильевна без него теперь будет. Про Каролину ничего шутить ему не хотелось, но он одобрил и желание помочь, и решение уйти. Если девушке было бы неловко, то Саше было бы банально трудно. Артём считал, что тому полезнее будет держаться подальше от всякой дряни и не травить душу. В чём он, собственно, был не прав? Про работу Тёмыча Авангард тоже иногда слушал, но не всегда вникал во все детали, ибо в голове он представлял друга с его работой персонажем сериала «Мистер Робот». Правда Артём не был хакером, он был скромным (или не очень) fullstack-разработчиком, что работал из дома до того, как это стало, прости господи, мейнстримом. С одной стороны, режим карантина и самоизоляции не стал такой неожиданностью и сюрпризом, но с другой — не стал от этого легче для восприятия. Сашу не сильно напрягала перспектива посидеть без работы какое-то время, потому что за время в кофейне он успел кое-что отложить и в целом траты сильно сокращаются, когда ты не бухаешь, не употребляешь, да ещё и живёшь с родителями. Толком не на что тратиться. Спасибо не то таблеткам, не то атмосфере дома, но сильной тревожности по поводу пандемии Саша особо не ощущал. Хотя сидение в четырёх стенах однозначно давило, а прогулки ограничивались походами до магазина и вокруг дома с сигареткой. Иногда Авангард ещё вызывался погулять с собакой соседки. Не столько по доброте душевной, сколько чтобы иметь повод лишний раз выйти из дома и размять ноги. Женю перевели на дистанционное обучение, Павел тоже вёл пары удалённо из дома, Алиса проводила в скайпе терапевтические сессии, занялась йогой. Благо, площадь квартиры позволяла домочадцам практически не докучать друг другу и сильно не мешать. Ближе к концу того лета Саше по знакомству подбросили репетиторство с дочкой маминой знакомой. С ограничениями стало посвободнее, но занятия всё равно были онлайн — так и удобнее. Другого опыта преподавания у парня никогда не было, но отказываться от лёгких по ощущению денег не хотелось, а платить за занятие обещали хорошо. Кроме того, программа девятого класса и подготовка к госэкзамену не представлялись Авангарду чем-то непостижимым. Прозанимались они почти полгода, но на последнем занятии, что выпало на день рождения Саши девятого декабря, вместе с мамой девочки было принято решение прекратить обучение. Ученица была милая, занятия ей вроде как нравились, да и прогресс был заметен, просто времени перестало хватать. По крайней мере, такое объяснение дала её мать. В январе состоялась пара дежурных созвонов с Ольгой (Саша попросил паузу их ещё до того, как устроился в кофейню). Таблетки решили пока не отменять, за состоянием наблюдать, результаты закреплять. В очередной раз обсудили цели и стремления. Как будто бы даже у Авангарда появилось больше сил и желания думать о том, куда бы направить свою печальную жизнь. Он осознал, что хотел бы вернуться в Санкт-Петербург, хотя бы даже на пару лет, но чтобы это сделать, ему нужно было заново доказать свою способность жить одному и принимать ответственные решения. А ещё нужны были деньги. Какие-то деньги, конечно, были. А чтобы были нормальные, вновь нужна была работа. В желании хоть сколько-то приблизиться к моде, с которой Саша не терял надежды хотя бы опосредованно связать свою жизнь, он устроился в бутик дизайнерской одежды. Когда интересных вакансий на хаха.ру найти не удалось, Авангард пошёл по сайтам магазинов и набрёл на свою вакансию консультанта. Опыт работы у него имелся, хоть и не в России. Каждый раз, когда парень пытался искать себя, работа продавцом в шмоточном и бариста как будто становились пунктами в чек-листе. Правда в Лондоне это был какой-то мелкий шоурум для ценителей, здесь же оверпрайс-магазин для снобов. Собеседование длилось долго, сначала Сашу даже не хотели нанимать, пришлось включить всё своё обаяние. Сотрудники всё же были нужны, а знание английского несомненно было плюсом в центре столицы, где бывало немало туристов. По крайней мере, в мирные, светлые и здоровые времена. Из-за того, что чёрная униформа на время разгула вируса подразумевала маску на лице, Авангарду со скрипом даже разрешили оставить пирсинг во рту. Он же со своей стороны пообещал им не светить и без маски никому не улыбаться. Но вот волосы под машинку попросили не стричь, дабы не быть «похожим на отморозка». Повезло, что татуировок у него не было. Как-то похуй ему всегда на них было. Оклад и процент там были неплохие. Именно поэтому Саша проработал там целый год, что для него стало новой разблокированной ачивкой. Даже впервые сходил в двухнедельный отпуск. Летом 2021-го он почти полностью пришёлся на синдром отмены таблеток, так что сильно отдохнувшим по возвращении Авангард себя не ощущал. Помимо денег, из плюсов у того места был коллектив. Возможно, не весь коллектив, но один коллега точно. А звали его Гриша. Они как-то быстро нашли общий язык и поладили. Гриша в своё время ездил по контракту в Азию, работал там моделью. Выглядел он отлично. Работа моделью же оказалась для него слишком энергозатратной — кастинги, условия, ограничения... Они постоянно болтали в курилке, обсуждали начальство и коллег, иногда шутили про постоянников и даже обменивались мемами в телеграме. Когда Саша перестал пить таблетки, пару раз сходили в бар — выпить пива и поговорить за планы на жизнь. У Гриши был план поехать во Вьетнам, но быть моделью он больше не хотел. Авангард чувствовал себя немного ебланом, когда, живя в Хамовниках и работая в центре Москвы, говорил, что хочет переехать в Питер и снимать квартиру. Но таковы были его предпочтения. Гриша не осудил. Он вообще почти никого не осуждал. Кроме, разве что, клиентов. Но это база — кто бы что ни говорил, а для сотрудника клиентсткого сервиса, клиент всегда будет не прав. На свой двадцатипятилетний юбилей Саша подстать традиции загнался. Четверть жизни была позади, а понимания, что делать с остатком — никакого. Лобные доли сформировались, но миндалевидное тело от этого не притихло. Без допинга в виде антидепрессантов жить было в целом потяжелее. Не желая дальше продолжать тухнуть в зоне (дис)комфорта, Авангард решил выйти из неё радикально и поступить в магистратуру на следующий год. На направление «История и теория моды» или на «Менеджмент в индустрии моды, дизайна и арт-объектов» — склонялся ко второму, но ещё не решил. За новогодним ужином ошарашил этой новостью членов семьи. Мол, так и так, денег подкопил, в Питер поеду, учиться пойду. Обсуждение его решения не было бурным, доверие он кое-как сумел за эти пару лет восстановить. Или скорее заслужить вновь. Добро было получено даже легче, чем ожидалось. — Мода и менеджмент.. — задумчиво протянула Алиса. — Позволь поинтересоваться, а кем ты работать после этого собираешься? — А чё ты мне этот вопрос не задала, когда я на философский поступал? — посмеялся Саша. — Резонно. — кивнул Павел и отпил горячий чай из кружки с надписью «лучшему научному руководителю». — Думаю, по моим выборам заметно, что мне очень нравится быть безработным. — парень улыбнулся и слегка потянулся на диване. — Ну а кому же не нравится? — посмеялась в ответ мать.

– – –

С наступлением 2022-го года жизнь преподнесла немало неприятностей. Ощущение бессмысленности какой-либо деятельности накрыло как никогда ощутимо. Из сомнительных плюсов, в какой-то степени Саша даже порадовался, что у него имелась жёлтая справка aka удостоверение психбольного. Но в какой-то степени бессмыслица даже развязывала руки. Ведь если всё одинаково не имеет смысла, а ты уже разочарование семьи, и возможно, планете скоро настанет пиздец, почему бы не делать то, что хоть сколько-то потенциально может принести удовольствие. И речь не о наркотиках. Хотя, если говорить начистоту, в начале весны и такие мысли у Авангарда были. Третий год попыток вытащить себя из ямы на плато, морально и физически — и на нахуй. Кто эти настройки выставлял? Почему обязательно на харде нужно жизнь проходить? Во всём этом контексте увлечение модой и магистратура начинали выглядеть ещё более комично. Но что поделать — если весь мир цирк, то что ещё остаётся клоунам? Только смешить. Был вариант листать ленту, проваливаться в уныние, стыдиться своего бездействия и при этом не делать вообще ничего. Но это ситуацию тоже не изменило бы. Так Саша начал готовиться к вступительным экзаменам. Он, право, запамятовал уже к тому моменту, каково это, учиться. Был неприятно удивлён тому, как много материала нужно было изучить и сколько вопросов подготовить. Мода и политика, мода и феминизм, молодёжные субкультуры в моде, авангардное искусство и мода XX – XXI веков и далее в том же духе. Хотя бы ему не казалось это таким скучным. Экзамен проходил онлайн в Zoom’е, сдавал его Саша ещё в Москве. Документы отправил почтой. Обучение же само планировалось в очной форме. Про авангард Авангарда, конечно же, не упустили возможности спросить. Члены комиссии нашли это непреднамеренную игру слов весьма забавной. Преподаватели не пытались валить, задания не были слишком сложными, было много вопросов на подумать и на общий кругозор. Саша сдал и, увидев своё имя в приказе о зачислении, впервые за долгое время ощутил что-то похожее на гордость собой, радость, что справился. Давно забытое чувство. Приятное. Переехал Саша только в середине августа. Огорчился немного, что пропустил белые ночи. Скучал по ним. Дневной «Сапсан», Московский вокзал, такси, станция метро «Московская». Он сразу проехал на адрес заключать договор аренды. Квартиру снял однокомнатную в ЖК возле Пулковского парка. Свою они сдавали на Электросиле — конечно, он предпочёл бы её любой другой, но выселять давних жильцов ради его приезда казалось крайне некрасивым. В квартире было неплохо — много света, свежий ремонт, просторный балкон, на котором даже разрешалось курить. Авангард по мере сил разобрал вещи, сходил в душ, заказал продукты, поужинал и пошёл прогуляться по району. В наушниках играл плейлист дня от спотифая. Британский аккаунт и парная подписка с Артёмом. Зимой тот кстати размышлял о том, чтобы приехать летом в Россию — проведать родителей и друга — но на ближайшее будущее подобные планы оказались похоронены. Вечером без солнца на улице было менее душно, а ветер уже становился по-осеннему прохладным. Саша дошёл до Московской площади с памятником Ленину, упал на свободную скамейку возле фонтана и скурил там энное количество сигарет, наблюдая за немногочисленными прохожими и парой скейтеров, что неподалёку от него упражнялись в трюках. Он уже и не помнил, когда сам в последний раз катался на доске. Просидел он там около часа, пока от твёрдой деревянной лавки не заныли кости в заднице, потом неспешно вернулся в квартиру, умылся, полистал ленту и заснул. Дома было непривычно тихо — Саша с универа не жил один, уже даже забыл, каково это. Впрочем, через пару недель он снова возвращался в универ. От приближения этого факта, Авангард всё чаще начинал нервничать. Двадцать пять лет — не так много, но парень понимал, что там будет много людей младше него, скорее всего даже большинство. Плюс, это будет особый тип людей, потому что на подобное направление за свои кровные (ну или родительские) деньги не любой пойдёт. В общем, Саша начинал переживать, какой коллектив его ожидает и как он в него вольётся. И эти переживания ему не нравились. Но ему нравилось быть крутым — чтобы его считали таковым. В этом просто так не признаешься (потому что это не круто), но для него это было важно. Возможно, с возрастом эта потребность немного притупилась, но не исчезла. И перспектива быть главным и самым «старым» леймом на потоке его не прельщала. Но тревожиться по этому поводу явно не казалось Саше чем-то крутым, и заставляло ощущать себя леймом раньше времени. В стремлении отвлечься от этих нервозных рассуждений, ближе к концу августа Авангард решил занять себя полезным делом и найти альтернативный источник стресса. Полезным делом стал разбор гардероба, а стресс-фактором — новая попытка бросить курить. Как-никак, скоро тридцать (как Саше казалось) — пора было завязывать с ‘детскими развлечениями’. А курить он начал ещё в девятом классе, до переезда. Перевёз он с собой из Москвы приличную кучу шмотья — не на поезде, разумеется, доставкой. За неимением значительных расходов в последние несколько лет, гардероб его слегка пополнился брендовыми тряпками. Это было одной из немногих доступных отдушин. На тот момент уже менее доступной по понятным причинам. Сделав себе третий кофе за день — помогал приглушить головную боль от никотиновой абстиненции — и врубив Кендрика Ламара на макбуке, Саша принялся перебирать предметы одежды и коробки с обувью. Ушло на всё это больше двух часов, потому что парень залипал и постоянно отвлекался. В итоге собралась целая кучка пиздатых вещей, к которым Авангард уже не питал тёплых чувств, но которые вполне можно было кому-нибудь продать. Когда постоянного источника дохода нет — никакие деньги не лишние. Он наделал фотографий барахла со всех сторон и без сил завалился на захламлённую кровать отбирать лучшее, обрезать и обрабатывать как надо. Потом ещё около часа он посвятил размещению объявлений на Авито. После этого интенсивного предприятия Саша с трудом нашёл в себе силы убрать наведённый бардак в шкаф и доесть остатки обеда. Ночью он несколько раз просыпался взвинченным и в холодном поту. Моментами казалось даже, что до утра он не доживёт. В целом почти неделю без сигарет сон у него был очень прерывистым и поверхностным, отчего он постоянно ощущал себя разбитым.

30-е августа, 2022

Санкт-Петербург, Россия

Вещами, которые Авангард выкинул на продажу, достаточно активно интересовались. Из девяти четыре он уже пристроил в новые руки. Большую часть отправил, только одну спустился и лично отдал мужчине из соседнего дома. Саша закончил непродолжительный созвон с мамой, валялся на диване на кухне и смотрел на телеке длинное ютуб-видео о новостях и событиях в мире, когда телефон на животе провибрировал, оповещая о новом уведомлении из Авито. Пользователь ‘Alex’ заинтересовался серым худи от Comme des Garçons, которое Авангард выставил за приятную для новых реалий цену в семь тысяч рублей. Фото у профиля Алекса не было, активных объявлений тоже, была пара закрытых — пятый айфон и JBL-колонка. Саша ответил почти сразу, они обменялись несколькими сообщениями. Было решено передать вещь лично, ибо так быстрее и всем было удобно. У Саши других планов на последний день лета всё равно не было. Alex Давай тогда на Восстания в 19:00-15? У здания напротив выхода, где флюорография написано, ок? Сань’ok да ок, вполне Alex Надо как-то узнаться будет Я если че в белой футболке буду Сань’ok найс волосы короткие светлые, буду в голубой рубашке miu miu, черных прямых джинсах и mmy blakey кроссовках Alex А трусы какие? Сань’ok ) Alex Просто такие подробности дал — даже странно, что их не описал... Сань’ok а там ничего приметного, обычные чёрные кельвины Alex ) Ну да, и правда слишком предсказуемо Саша усмехнулся, но не придумал, что на это ответить, поэтому просто закрыл приложение. После этого решил всё же ответить Грише в телеге — уведомления он заметил ещё часа четыре назад, но не было желания вникать. В сообщениях бывший коллега поделился, как заебало новое начальство в бутике, и новостью о том, что сам тоже собирался увольняться. А ещё рассказал о том, как кого-то из новичков недавно уволили, поймав за попыткой кражи. Авангард приятеля поздравил, а сам порадовался, что все эти изменения и приколы не наблюдал. На следующий день он с горем пополам поднялся в час дня — поздно лёг, плохо спал, чувствовал себя побито. Кое-как приготовил завтрак и кофе, после чего снова завалился на диван и не заметил, как больше часа провёл в телефоне, бездумно листая мемы и байтясь на молчаливую агрессию в твиттере. Отбросил телефон, встал, выпил залпом стакан воды и пошёл собираться. Принял душ, почистил зубы, сбрил реденькую щетину. После бритья нанёс сыворотку с центеллой и такой же крем — подарки от мамы — посмотрел в зеркало и улыбнулся, вспомнив мемы про Патрика Бейтмана. С тем, что посуду со вчерашнего дня помыть он не спешил, до бытового психопата ему было далеко. Благо, до инвалида тоже. Саша оделся ровно в то, что описал в переписке с покупателем. Аккуратно свернул и убрал толстовку в пакет, выключил везде свет, обулся, взял ключи с комода в прихожей и вышел из квартиры раньше, чем было необходимо. Погода за окном казалась приятной, так что Авангард решил без лишней спешки прогуляться до дальнего входа в метро. На условленное место он тоже приехал раньше нужного. Casio на левой руке сообщали '18:51'. За неимением сигарет он даже не знал, чем себя занять, ибо обычно привык коротать ожидание с ними. Основные симптомы абстиненции уже притупились, а вот курить хотелось ничуть не меньше. В итоге Саша сначала походил туда-сюда, а потом открыл давно забытый ‘киллер судоку’ на айфоне. Когда он в следующий раз поднял глаза от экрана, его ждал неожиданный и не самый приятный сюрприз. А сердце в лёгком ахуе сделало небольшое сальто назад. К нему в обещанной белой футболке вплотную приближался высокий кудрявый молодой человек с очень знакомыми чертами лица. Возможно, чуть более очерченными возрастом, но такими же приятными, как и десять лет назад. Саша замер, продолжая смотреть на него в упор. Они были почти одного роста. Так «Alex» — это был не Александр… — Санёк? — приблизившись и остановившись, уточнил кудрявый парень. Голос был заметно ниже, чем он помнил. На крыле носа появилось небольшое кольцо. Веснушки были на месте. Не факт, что все — он не пересчитывал. — А?.. — тупо переспросил Санёк. — Ну у тебя так в профиле написано. — покупатель повернул к нему экран телефона, где была открыта их переписка. — А, ну да. — усмехнулся и кивнул Авангард. — Это я. Когда Саша рассмотрел его настолько близко, сомнений точно не осталось. Это был Шереметьев. Вот только ни единый мускул на его лице не дрогнул, видом тот никак не выдал, что узнал старого, или лучше сказать бывшего, друга. Вот только и у Саши на лбу не было датчика, показывавшего частоту сердечных сокращений. То есть вероятно, он тоже выглядел спокойным. Вот только отнюдь себя таковым не чувствовал. Он сглотнул, опомнился и протянул Лёше пакет с худаком. Тот его принял, заглянул внутрь и благополучно закрыл. Саша обратил внимание на облупившийся чёрный лак на его ногтях. — Супер. — он посмотрел на Авангарда и слегка улыбнулся. — На карту ж норм будет? Забыл спросить.. Само спокойствие. Неужели он его не узнал? Ну, это тупо невозможно. До неузнаваемости Саша точно не менялся. — Примерять не будешь? — вопросительно нахмурился Авангард. Реально, у него даже кроссовки чел на лавке мерил, а тут из пакета вещь не достали. — Почему нет? — пожал плечами Лёша, достал и развернул толстовку. — Как раз прохладно уже вечером. Он снял сумку, нырнул в худи, расправил капюшон, сразу слегка затянул шнурок, перекинул сумку обратно через плечо. Посмотрел на Сашу и сложил пальцы в peace sign. — Заебись? — Заебись.. — Авангард чувствовал себя заторможенным и отупевшим, но смог изобразить подобие улыбки. Да уж, what are the chances? Это ж каким неудачником надо быть, чтобы из всех людей вслепую назначить очную сделку с человеком, которого предпочёл бы забыть. Саша не заметил, когда успел до крови ковырнуть кутикулу на большом пальце. Молился только, чтобы собеседник не обратил на это внимания. Тот мельком заметил, разумеется. — Диктуй, куда кидать. — разблокировав телефон, сказал Лёша. — На тинёк, по номеру ок? — Да, конечно. Саша продиктовал ему свой номер телефона. Через пару мгновений перевод уже улетел получателю. — Проверяйте, Александр Артёмович А. — слегка усмехнулся Шереметьев. — Есть. — кивнул Саша. Потом перечитал сумму. — Бля, а ноли.. — Бляять.. — протянул Лёша, посмотрел на транзакцию, нахмурился и болезненно посмеялся. — Сук, я тебе семьдесят кусков скинул, да? Разумеется, его эта встреча тоже застала врасплох. У Авангарда в профиле и на фотках тоже не было никаких опознавательных знаков. И если уж Саша по своим причинам хотел забыть, что когда-то этот человек в его жизни был, то у Шереметьева на это было даже больше весомых оснований. Он точно так же нервничал и хотел поскорее закончить это взаимодействие, но скрывать это ему удавалось лучше. До этого момента по крайней мере. После неловкость повисла более ощутимо. — Щедро ты. — Саша цеплялся за любую возможность разрядить обстановку шуткой. — А шестьдесят три — это за доставку? — Надеюсь, нет.. — вздохнул Лёша. — Вернёшь? — он улыбнулся. — Диктуй номер, меценат. Авангард перевёл ему разницу обратно, предварительно перепроверив сумму. Но у него лишних денег на карте в любом случае не было, потому что основную массу средств он хранил на накопительном счёте. Видимо, чтобы как раз случайно не пополнить какой-нибудь проездной на тридцать тысяч вместо трёхсот рублей. — Спасибо, пришло. — сказал Шереметьев, заблокировал телефон и сунул его в задний карман джинс. — Пакет нужен? — Да не, зачем он мне.. — пожал плечами Авангард. — Это в подарок. — Окей. — ответил Лёша и свернул его в несколько раз. — Я побежал тогда, мне пора. Счастливо. — протянул левую руку для рукопожатия. Ах да, он же был левшой. Рукопожатие продлилось на пару секунд дольше привычного. — Ага, давай. — опомнившись, кивнул Саша, едва заметно улыбнулся и поспешил отцепить руку. Шереметьев развернулся и направился обратно в метро, не оборачиваясь. Авангард завис, проводил его взглядом, рассмотрел его тёмные джинсы и найковские светлые кроссовки. Привычкой было обращать на такие детали внимание. Когда тот скрылся из вида, опомнился и тоже поспешил покинуть место встречи. Сердце колотилось так, будто он только что кросс пробежал или вышел диплом защищать. Он зашёл в первый попавшийся магазин с большой вывеской «Табак». — Добрый день! Будьте добры ‘Кэмел синий’, одну пачку. — вежливо, но суетливо отчеканил Саша. — Дорогой? — сухо уточнила продавщица в ларьке. — А?.. — непонимающе переспросил Авангард, не ждавший уточняющих вопросов. — Ну, дорогой или дешёвый кэмел? — Давайте дорогой.. — тупо ответил парень и достал карту из кармана. Мог себе позволить, заработал же семь тысяч только что. — И зажигалку. — поспешил уточнить. — Любую. В итоге это был обычный синий кэмел, просто оказалось, что они выпустили какую-то более бюджетную версию. Пробовать её правда не было никакого желания. Саша вышел из ларька, прошёлся до ближайшей мусорки, распечатал по пути пачку и сунул сигарету в зубы. Остановился и пождёг её. Сделал долгожданную затяжку с мыслью «Пиздец, это ж надо...» На этом закончился его десятидневный безникотиновый стрик.