Heart of darkness [Harry Styles]

Прошло два дня после той ночи, когда между ними исчезли последние границы. Два дня, в которых Сэм и Гарри учились быть вместе — без страха, без притворства, без масок. Они не афишировали, но в каждом взгляде, прикосновении — было ясно: между ними что-то изменилось. Крис, конечно, понял это с первого же утра, закатив глаза, когда Гарри заваривал кофе с поразительной нежностью, а Сэм тайком натягивала его рубашку. — Вы такие… сладкие, что я скоро диабет подхвачу, — буркнул он, проходя мимо. Но в голосе было больше теплоты, чем сарказма. В полдень они с Гарри поехали в соседний город — ему нужно было купить детали для починки мотоцикла, а она просто хотела быть рядом. День был жаркий, улицы — живые, в воздухе витал запах кукурузы, карамели и лета. — У меня есть для тебя одно место, — сказал Гарри, выруливая на узкую улочку. — Мы с Крисом прятались здесь, когда сбегали с уроков. А потом я приходил туда, когда скучал по тебе. Сэм удивлённо посмотрела на него, но ничего не сказала. Они вышли в старый двор, спрятанный между домами. Каменная кладка, полузаросшие качели и граффити на стенах. Пространство, в котором будто остановилось время. Гарри достал из кармана маленький серебряный медальон на цепочке — компас. — Чтобы ты всегда знала, где твой дом, — тихо произнёс он. Сэм прижалась к нему и поцеловала. Глубоко. Со всей нежностью накопленных лет. В этот момент всё исчезло — шум улицы, прохожие, город. Были только они. Но где-то за спиной раздался резкий щелчок. Она обернулась, но никого не увидела. — Ты слышал? Гарри нахмурился: — Щелчок… телефона? Они ещё немного постояли в тишине, но звук не повторился. — Наверное, показалось, — пробормотала Сэм, но в груди уже поселилось беспокойство. К вечеру они вернулись домой. Крис был в мастерской, громко матерился, пытаясь починить сломанный фен. Гарри утащил Сэм за руку на веранду с бокалами лимонада, когда послышались шаги. Кто-то вошёл в дом. — Кристофер, это ты? — позвала Сэм. — Нет, немного не угадала, Саманта Уильямс, — из гостиной раздался знакомый голос. Они переглянулись. Гарри встал первым, и когда Сэм зашла следом, у неё перехватило дыхание. — Брайан? Перед ней стоял бывший друг Гарри и Кристофера, парень, которого Сэм почти не узнала — он сильно поменялся внешне, стоя с самодовольной улыбкой. — Давно не виделись, Саманта. Выглядишь… счастливой. Гарри шагнул ближе: — Что ты здесь делаешь? — Принёс подарок, — Брайан достал телефон и включил экран. На нём — чёткий, живой снимок: Сэм и Гарри. Поцелуй. Глубокий, настоящий. Парень держит девушку за талию, она улыбается даже сквозь поцелуй. Стайлс молча и долго смотрел на экран. Тишина сгущалась. Сэм почувствовала, как в ней нарастает тревога — но не из-за Брайана. А из-за того, каким стал Гарри. Он не двигался. Лицо стало каменным и холодным. Когда он наконец поднял глаза, в них не было удивления или растерянности. Только сдержанная ярость, леденящая и точная, как нож. — Скажи мне, Брайан, — голос Гарри был тихим, но звенящим, как натянутая струна, — ты всегда был крысой, или это новое хобби? Брайан усмехнулся, пытаясь остаться в своей надменной маске: — Расслабься. Я просто фиксировал… интересный момент. Ты же знаешь, Элизабет — моя подруга. Ей, возможно, будет важно это увидеть. — Элизабет? — Гарри сделал шаг вперёд, усмехнувшись. — Ты серьёзно думаешь, что это может меня задеть? Что я брошу Сэм из-за снимка, сделанного жалким подонком, который прячется в кустах? Он стоял прямо перед ним, выше на голову, холодный, как сталь. Сэм едва узнавала его — это был Гарри, который не прощает. — Удали фото. Прямо сейчас. Брайан усмехнулся: — А если нет? Гарри перегнулся вперёд, приблизившись вплотную: — Я знаю, где ты живёшь, с кем ты спишь и кто у тебя в друзьях. И если ты думаешь, что я дам тебе разрушить хоть что-то в жизни Сэм — ты плохо меня знаешь. Сэм едва успела схватить его за руку, чтобы он не сорвался. Гарри дышал глубоко, как зверь перед прыжком. Но Брайан дрогнул — даже его самодовольная ухмылка побледнела. Он медленно разблокировал телефон и стёр снимок на глазах у них. — Видишь? — прошептал, пытаясь сохранить лицо. — Никаких проблем. — Исчезни, — тихо бросил Гарри. Брайан вышел, не оглядываясь. Когда он ушёл, Сэм заговорила первой: — Ты не испугался. Гарри выдохнул, провёл ладонью по лицу. — Я не боюсь Брайанов. Не боюсь слухов. Я боюсь только одного. Он посмотрел ей в глаза. — Потерять тебя. Сэм села рядом, прислонилась к нему. Сердце в груди ещё гулко билось. — Ты не потеряешь. Гарри не ответил сразу. Только склонился ближе, прижавшись лбом к её виску. — Он думает, что это фото разрушит всё… А оно, наоборот, самое ценное, что у меня есть. Гарри и Саманта шли по набережной, лениво потягивая лимонад из пластиковых стаканов. Солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая воду в золотисто-оранжевый цвет. Вокруг гуляли пары, дети кормили чаек, воздух был наполнен звуками лета. Гарри держал Сэм за руку, пальцы переплетены крепко, уверенно. Время будто остановилось — без забот, без страхов, только он и она. — Тим сегодня звонил, — сказала Сэм, повернув к нему лицо. — Говорит, что всё отлично. Работы много, но ему нравится. Даже сказал, что нашёл кафешку с лучшими круассанами в городе. — Вау, — улыбнулся Гарри. — Надо будет навестить его и проверить круассаны. Вдруг врёт. Сэм рассмеялась и кивнула. Но прежде чем она успела что-то ответить, чей-то голос оборвал их момент. — Какая идиллия… Сэм резко обернулась. Элизабет стояла на пару шагов от них, в облегающем белом платье и с очками, которые она тут же сняла, открыв хищный взгляд. В руках — модный клатч, на губах — вымученная улыбка. Гарри сжал пальцы Сэм чуть крепче, но не отпустил. — Элизабет, — произнёс он холодно. Ни удивления, ни приветствия — просто констатация. — Не ожидала, что ты так быстро забудешь, Гарри, — её взгляд скользнул по их сцепленным рукам. — Хотя, может, и не забыл. Просто нашёл замену. Потеплее, попроще… — Ты ошибаешься, — сказал он ровно. — Сэм — это не “замена”. Это всё, чего мне когда-либо хотелось. Саманта замерла, не веря, что он сказал это вслух. — А ты, — Гарри посмотрел на Элизабет, его лицо было каменным, — стала для меня никем в ту секунду, как решила играть грязно. Элизабет слегка приподняла брови, но внутри явно бушевало что-то недоброе. — Ну что ж, — протянула она с фальшивой лёгкостью, — удачи вам в вашей сказке. Только не удивляйтесь, если кто-то подожжёт страницы. Она развернулась и пошла прочь, её каблуки стучали по плитке, как удары по нервам. Сэм молчала. Гарри стоял, глядя ей вслед. — Прости, — наконец прошептала Сэм. — Мне жаль, что… — Не надо, — он повернулся к ней, его взгляд стал мягче. — Я давно хотел, чтобы она увидела это. Нас. Это даже забавно, как низко она пала. Он наклонился, поцеловал её в висок и повёл дальше.