Мой город

— Решила целую ночь тут торчать? — Она смотрела на меня, а я смотрела теле, на часах было два ночи, глаза у меня слипались, и я ужасно не хотела идти в ту комнату. — Женя, иди к себе. — Дай другую комнату. Без решётки на окне. — Нет. — Ну тогда буду тут дальше сидеть и смотреть телек. Она взяла пульт и выключила. — Жень, хватит, иначе силком затащу. — Только и можешь, что угрожать. Моя реакция была моментальная. Как только Волкова кинулась на меня я хоть и еле еле успела увернуться от её руки, но успела. Между нами была дистанция в три метра, и я не собиралась её сокращать. — Я столько лет жила одна, я могу дать отпор, — говорю, сжимая кулаки. — Да? А что ж не дала мне тогда отпор в номере вшивого мотеля? Ты даже дверь закрыть не смогла. И сейчас ты ничего не сделаешь. Меня трясло от страха, но я старалась ничем его не выдать. — Ты слабачка, — сплюнула Волкова со всем омерзением и презрением. — Ты ничего не можешь. Если бы не я… — Если бы не ты, то моя жизнь была бы иначе! Я бы давно бы отучилась. Завела бы семью. Ты возможно бы даже стала бабушкой. — Мне никаких внуков не надо. Я ненавижу детей. — Заметно. — Что ж, давай так, — она гаденько так ухмыльнулась. — Если ты меня хоть один раз ударишь, я отпущу тебя на все четыре стороны и даже денег на прощанье дам. Но при условии, что твой кулак коснётся меня. Не пройдёт мимо или по касательной, а полноценно ударит. Если же я тебя, то ты молча пиздуешь к себе и больше такой хернёй не страдаешь. — Да проще простого. — Вот и покажи мне это. Я стою на месте и даже не трогаю тебя. Давай, ударь. Нерешительно делаю шаг к ней и останавливаюсь. — Ну что, боишься? Тебе двадцать пять, а ты всё ещё меня боишься. Вот как ты хочешь свободы? — А что, если ты возьмёшь свои слова назад? Или опять лет через десять или пять объявишься? — Можем даже договор заключить. Не факт конечно, что через десять лет я буду живой, но всё же. Я рванула к ней резко и, замахнувшись, метила в грудь. Вот только Волкова тут же увернулась и схватила меня за руку, а в следующую секунду мне по животу прилетел не слабый такой удар коленом, который тут же вышиб из меня весь воздух. Упав на пол, я стала задыхаться, в глазах появились слёзы, всё же удар был весьма болезненный. — Ах да, — слышу над головой голос Волковой. — Удар. И она так меня по лицу ударила, что я мигом потеряла сознание. А потом пришла в себя на этом же полу с подушкой и укрытая пледом. Правый глаз не открывался и вообще отёк. — По глазу можно было и не бить, — пробубнила я, заходя на кухню и видя её курящую. — Можешь взять мясо и приложить, — она даже не смотрела на меня. Лезу в морозилку и, найдя какой-то кусок чего-то, прикладываю к глазу. В меня тут же летит полотенце и я заматываю мясо в него. Как только Волкова тушит сигарету, раздаётся звонок. Мы обе застываем и переглядываемся словно кого-то ждём. Надеюсь, это не за мной. — Если это за тобой, то я лично тебя убью, — она встала и пошла открывать дверь, а я осталась на кухне. — Чем могу помочь? — Осторожно выглядываю и вижу какого-то мужика в ментовской форме. Ну всё, мне конец. — Майор Симонов, — представился мужчина лет тридцати шести. — Я заместитель начальника… — Да, да, да, — перебила его Волкова. — Что надо? — Александра Денисовна, вы не можете расформировать отдел. — Ах, вот зачем вы здесь. Могу. — Но… — Вот поэтому вы и до полковника не дослужитесь. — Так я и так не… — Послушайте, Симонов, я вроде дала твоему начальству всё ясно понять. Ты-то на кой ко мне припёрся? — Дело в том, что мне не всё равно. — Ммм, ясно, не люблю принципиальных. — Вы пытаетесь… — Заткнись и иди вон отсюда! — Она это так резко сказала, что я вздрогнула и он тоже. — Алек… — Позвоню кому надо, и ты через пять минут уже не будешь работать в полиции. Выметайся! И она захлопнула дверь. — Ты и полицию под себя подмяла? — Я всех подмяла. Но есть конечно и те, кому это не понравилось. От них я быстро избавляюсь. — Убийством? — И так тоже. У меня в голове тут же созрел план, надо каким-то образом связаться с этим майором. Мои знания о Волковой и его, пока ещё связи, много чего сделают.