Мой город

Даже страшно представить, что она со мной сделает, если узнает о таком. Определённо снимет с меня кожу. В это больше верится. — Нашёл! — Смотрю на Симонова, тот держал в руках какие-то бумаги. — Но этого весьма мало, чтоб посадить её. Ищем дальше. Мы потратили два часа, чтоб хоть что-то путное найти, но толком ничего и не смогли. — А она весьма аккуратная, — заключил он и я смотрю, как он что-то крепит к низу стола. — Подслушивающее устройство. Не против? — Разумеется нет. Прослушка разве может дать что-то? — Я буду записывать разговоры. Так что надеюсь, что даст. И тут он протянул мне свою визитку с данными и номером. — Не думал, что обрету в дочери своего врага союзника. Звони если что вдруг. И будь осторожна. Твоя мать… не самый честный игрок по правилам. Он вышел через дверь, а я просто стала смотреть телек и думать, что будет дальше. Много я не потеряю, если с ней что-то случится, но если она найдёт жучок, то мне конец. Не знаю, но мне почему-то казалось, что она обязательно отыщет. Иначе быть не может, она круче Терминатора. — Я пришла! — Вздрагиваю от громкого голоса Волковой. — Смотрю ты не сбежала. — А ты разочарована что ли? — Ты же знаешь, чтоб ударить тебя, мне особого повода не надо, — сказать сказала, но с места не сдвинулась. — Ладно, занимайся своими делами. — Так я доказала, что меня можно не запирать? Она прям долго сверлила меня своим тяжелым взглядом, а потом как-то противно улыбнулась мне: — Конечно. От её тона мне как-то не по себе стало. Слишком не по себе. Она знает? Нет, я параноик просто. А если у неё там да были камеры? Но мы же их не увидели. Скрытые? Что делать? — Евгения! — Содрогаюсь от её голоса. — Подойди ко мне в кабинет. Меня прям трясло всю, когда я встала с дивана и пошла к ней. Она сидела за столом и улыбалась улыбкой серийного убийцы. — Душа моя, — в этот момент я чуть сознание не потеряла. — Ты была в моём кабинете? — Нет, — тут же отвечаю. — Нет? Ты уверена? Точно нет? — Точно, — закивала я. Её губы как-то странно искривились, и она лукаво посмотрела на меня. Она поманила меня к себе пальцем, и я нерешительно подошла к её столу. — Знаешь, я параноик, — и улыбается. — Настолько, что никому не доверяю. Ну при моём образе жизни по-другому и нельзя. Доверяла бы всем, так давно бы лежала в могиле. А может и не в могиле. Может меня бы никогда и не нашли. Я к чему всё это? — Она достала мобильный и повернула его в мою сторону. — Посмотри на это весьма интересное видео, моя красавица. Я похолодела. В начале было видно наше крыльцо и как по нему, оглядываясь, поднимается Симонов. Как он взламывает дверь и входит. Потом видео с кабинета. Там экран поделился на две полосы - одна показывала один конец кабинета, другая другой. На одной стороне был Симонов, на другой я. Я даже не заметила, как меня трясёт всю. Но на записи прям видно, как мы с ним переговариваемся и шаримся. — Моя кровь и плоть, — она резко встала, и я тут же отшатнулась от неё, прижавшись спиной к шкафу, но она тут же оказалась возле меня, вдавливая меня своим телом в шкаф. — И подслушку я нашла. И с ним я обязательно разберусь. И с тобой видимо. — Мам… — Что это за херня, Евгения?! А я ответить не могу. — Язык в жопу засунула? — Видимо да. — Ты моя дочь, какого хера ты помогаешь этому ублюдку? Ну?! — Её глаза нехорошо заблестели. — Или ты с ним ебёшься что ли? Вот такого я точно не ожидала. — Что ты несёшь? — Ну это чистый бред. — Ну а как ещё объяснить то, что ты решила помогать совершенно незнакомому человеку? — Может желанием вообще не быть похожей на тебя? — Да? — Её горячее дыхание обжигало кожу, а после она вдруг прижалась губами к моей шее. Я застыла, не понимая что вообще происходит. А Волкова тем временем видимо решила меня просто убить — она провела языком по моей шее, от чего я не только вся сжалась, но и получила такую истерику, которую не видела много лет. — Так давай я тебя возьму? Не привыкать. — Её рука больно сжала мне грудь. — Помнишь, как тогда в отеле. Она потёрлась об меня своим телом и это стало последней каплей. Зарыдав, я стала вырываться, но она легко удерживала меня, улыбаясь и глядя на мою панику. — Отпусти! — Я буквально орала. — Отпусти! — Пойдём в кровать. Каким-то чудом я смогла выбраться. Да скорее всего она сама меня выпустила. Я бежала, ничего не видя из-за слёз. В прихожей я запнулась об собственные кеды и, схватив их, выбежала на улицу даже не удивившись, что дверь не заперта. Бежала я долго и даже боль в боку, и одышка с болезненным вдохом не позволили мне остановиться. Остановилась я только когда споткнулась и упала. Только тогда я надела кеды и стала отдыхать. Меня трясло. Я рыдала и заглушала крик боли в ладонь. Я не верила, что это всё правда. Она готова была. Меня… — Нет! — Закричала я, отняв ладонь от лица и упала на бок, вся сжавшись в комок. — Нет!