Кофе, коньяк и молочный шоколад

Тэхён не находил себе места, но решил дать Гуку немного времени, не писал и не звонил, хотя очень хотел услышать его голос. Поехал на работу, надеясь его там увидеть. Шли часы, а тот так и не появлялся. Ким изрядно нервничал, решил отвлечься на работу. Вчера они почти закончили отчёт, осталось добавить только одну диаграмму, что он и сделал, а после отправил господину Чону. Тот ему перезвонил. — Господин Чон, рад вас слышать. — Здравствуй, Тэхён. Я просмотрел отчёт. Сделан он отлично. — Чонгук много для этого работал. — Ты тоже хорошо постарался. Признаться, не думал, что вы найдёте общий язык. Передай моему сыну, что я активировал его чёрную карту и перевёл его на удалёнку, теперь у него нет необходимости ходить на работу. — Вы скоро вернётесь? — Семья Пак назначила дату через 2 месяца. Мы приглашены на свадьбу. Нельзя пропускать это событие, от него многое зависит, так что пока возможности вернуться домой у нас нет. — Хорошо, я ему передам. До свидания, — отец Чонгука положил трубку. — Знать бы ещё как это сделать, — подумал Тэ. — Попробую ему позвонить. Телефонные гудки резали слух, как скрежет мела по доске. Трубку он не поднял. Тогда Тэ написал первое смс: «Чонгук не игнорируй меня. Нам всё равно придётся поговорить». В ответ тишина. А затем следующее и следующее: «Почему ты не пришёл на работу? Ты думаешь это поможет?», «Я понимаю твои чувства, мне тоже сейчас тяжело», «Мы можем пройти через это вместе», «Не веди себя как ребенок!», «Почему ты молчишь? С тобой всё в порядке?», «Пожалуйста, не отталкивай меня». Он решил сменить тактику и написал про разговор с отцом: «Я отправил твой последний отчёт, отец тебя хвалил», «Он разблокировал твою карту и перевёл на удалёнку», «Но это не значит, что ты сможешь меня избегать!», «Гуки, прошу тебя, ответь мне». Но в ответ лишь тишина. Гук тем временем проснулся опустошённым, с дикой головной болью и обложенным горлом, его бил озноб. Вчерашняя прогулка не прошла бесследно. Ему было так плохо, что он не мог встать с кровати. Он с трудом дотянулся до телефона. Пропущенные звонки, куча смс и на часах 12:05. Он проспал, не услышал ни будильник, ни звук оповещений. Состояние было отвратительным, ему даже было тяжело держать глаза открытыми. С пеленой на глазах он едва разбирал текст сообщений. Тэхён пытался до него достучаться и сердце защемило. Он не хотел и хотел его видеть одновременно. Почти в бреду он метался по кровати, кутался в одеяло с головой, пытаясь хоть немного согреться и, то и дело, проваливался в беспамятство. Чонгук проснулся от какого-то шума. Кто-то звал его, поднимаясь наверх по лестнице. Тут дверь его комнаты распахнулась и в неё влетел Тэхён: взъерошенный, с гневным румянцем на щеках. — Чон Чонгук, ты настоящий осёл! Я отправил тебе миллион сообщений. А ты тут спишь? Почему ты мне не ответил? Я, конечно, все понимаю, но не кажется ли тебе, что это уже перебор? — орал Тэ. — Тэ…прошу тебя…не кричи.. — еле слышно прохрипел Гук. Тэхён в гневе не заметил, что младший выглядит неважно. — Тебе плохо? — встревоженно спросил Тэ. — Немного. — Что болит? — Голова, горло. Холодно. Тэхён присел на край кровати и приложил ладонь ко лбу. — Бог мой, да ты горишь! — встревоженно воскликнул Тэ. — Где аптечка? Нужно измерить температуру. — В ванной. Тэ быстро ринулся на поиски, нашёл градусник, аккуратно раскрыл одеяло и приподнял футболку младшего, чтобы примостить его ему, при этом старался не обращать внимания на вздымающийся и опадающий при вдохе и выдохе накаченный пресс парня. Градусник запищал, Тэ забрал его и плотно укутал Гука в одеяло. — 39,2, — испуганно сказал Тэ. — Тебе нужно в больницу, температура слишком высокая. — Нет, только не в больницу. Я не хочу, — почти с испугом взмолился Гук. — Это не шутки, Гуки, нужно сбить температуру, — Тэ провел по его волосам, нежно погладил лоб. — Там есть жаропонижающие. Тэ перерыв аптечку, нашел жаропонижающие и противовирусные, дал выпить по одной. — Тебе всё равно нужно в больницу. За тобой нужен присмотр, а ты дома один, — как можно мягче говорил Ким. — Останься, — прошептал Чонгук устало. — Что? — Останься со мной, Тэ. Тэхён тяжело вздохнул и переплел их пальцы. — Только если ты будешь слушаться, — приподняв уголок рта, сказал Тэ. — Я пойду приготовлю тебе бульон, а ты пока поспи, — он чмокнул его в горячий лоб и вышел. Кулинар из Тэхёна тот ещё, но бульоны он варить умел, бабушка в детстве научила. Спустя час Тэ тихонько вошёл в комнату и разбудил Гука. — Малыш… Крольчонок, — он нежно гладил его по щеке. — Мм, — промычал Чон, открывая глаза. — Тебе нужно поесть, хотя бы немного, — он помог ему привстать и покормил из ложечки, потом уложил обратно. Ким всё время сидел у его постели, всегда был рядом, когда Гук просыпался. Таблетки подействовали, ему стало легче, и он решил поговорить, раз уж они оказались наедине. — Прости, что вот так убежал, — сказал Гук, глядя на Тэ из-под полуопущенных ресниц. — И к чему привело твоё упрямство? Я ведь предлагал тебе вызвать такси, — укоризненно произнес Тэ. — Я… мне нужно было побыть одному. — Я боялся именно такой твоей реакции. Я не хочу тебя потерять. — Я до сих пор не понял, как мне реагировать, — вздохнул Чон, — это всё неправильно. Как мы можем… — он запнулся. — Я почувствовал твой запах с самого первого дня, а потом ощущал его всё сильнее. Ни один омега не вызывал во мне таких чувств как ты, а потом я узнал, что ты тоже меня чувствуешь и не сдержался. — Но, я не чувствую твоего запаха, Тэ. — Кофе. — Что кофе? — Ты сказал мне, что постоянно слышишь аромат кофе. Это мой запах. Гук смотрел на него широко раскрыв глаза. — Не может быть. Кофе — это же просто кофе. — Нет, малыш, кофе — это я. — Не называй меня малышом. — Почему? — Потому что я не малыш. — Для меня малыш, тебя хочется оберегать. Позволь мне. — Позволить что? — Позволь мне быть всегда рядом, позволь защищать тебя. Ты ведь этого тоже хочешь, я видел. — Я тебе не омега! Я не позволю тебе себя… — грубо начал и осекся Гук. — Я не трону тебя, если ты этого не захочешь. Понимаю, все мои слова звучат как из дешёвой дорамы, но я правда дорожу тобой и не причиню вреда. Давай начнём с малого. — Хорошо, только пусть пока это остаётся в тайне. Если мой отец узнает, то разорвёт нас обоих. — Согласен, пока так будет лучше, — Тэ провёл кончиками пальцев по тыльной стороне ладони Гука и по телу побежали мурашки. — Я пойду заварю тебе лекарство, нужно выпить перед сном. В ответ Гук лишь кивнул. Спустя 15 минут Тэ принес ему чашку горячего отвара. — Держи. Выпей в течении 3-х минут. — Что это? Пахнет отвратительно, — поморщился Чон. — Не нюхай, пей! — приказным тоном сказал Тэ. — Я ведь предупреждал, что не буду выполнять что-либо сказанное мне в таком тоне. — Ну прости, выпей, тебе станет легче, — смягчился Тэ. Чонгук выпил содержимое кружки и отдал её Тэхену, тот поставил на тумбочку. — Уже поздно, где мне ложиться? — спросил Тэ. — Можешь спать в гостиной, там диван раскладывается. — Я уверен, что мне хватит места и здесь, — улыбнулся Тэ, — тем более я должен быть уверен, что тебе не станет хуже. — Я не уверен, что стоит, — смутился Гук. — Брось, давай начинать с малого, помнишь? — настаивал Тэ. Чонгук сдался, Тэ залез к нему под одеяло и улёгся на бок, рассматривая личико напротив. — Я не усну, если ты будешь на меня пялиться. — Прости, просто ты такой красивый, малыш, — улыбнулся Тэ. — Я не малыш, спи уже давай. Они оба уснули. Среди ночи Тэ проснулся от того, что Гук мечется по кровати. У него снова поднялся жар. Он разбудил его и заставил выпить таблетки. Выпив, тот снова провалился в забытие. В лихорадочном бреду он плакал и звал сначала маму, а потом Тэхёна. Он прижимался к старшему всем телом. Тэхён легонько кусал его за ушко, целовал щеки, вылизывал шею: делал всё, чтобы тот чувствовал его присутствие ощутимее. Таблетки наконец подействовали, температура спала и Чонгук уснул, уткнувшись носом в ложбинку между шеей и ключицей Тэ. Старший поцеловал его в макушку и гладил по спине пока сам не уснул. Так они и проспали вдвоём до самого утра.