Бескрайнее озеро

— Эрвин…       Расплывчатая фигура впереди двинулась. — Эрвин, где Эрен? Мы должны за ним…       Леви, ничего не видя перед собой и не зная, где он вообще находится, попробовал встать, но, едва приподнявшись на локтях, рухнул обратно, не сумев совладать с ударившей во всё тело болью. Проглотив стон, он потёр ладонями глаза и смог заставить их сфокусироваться на сидящем рядом человеке.       Он был на кровати в какой-то светлой комнате, судя по всему, в палате. Дождь стих, внутрь, через окна, пробивалось солнце, значит, с момента похищения прошло не менее часа. Аккерман дотронулся до лба, ожидаемо, наткнувшись на полоски бинтов, обвивающих его. Судя по давлению в груди, она тоже была перебинтована, как и настрадавшаяся лодыжка.       "Дерьмово," — первая появившаяся у него связная мысль. — Враг ушёл далеко на юг, — спокойно оповестил Смит, следя за потугами подчинённого. — Если не начать операцию сейчас, есть вероятность, что Эрена мы больше не вернём. — Так какого хрена мы ждём?.. — Пришлось потратить некоторое время на переговоры с начальником военной полиции, чтобы он смог выделить нам недостающих солдат. Несмотря на их недостаток… ты в их число не входишь, — закончил командующий то ли грустным, то ли разочарованным тоном.       От таких слов Леви так и замер — с рукой на голове. — Чего? — опешил он, округлив почти взбешённые глаза. — Ты предлагаешь мне тут отсиживать задницу, пока вы рискуете своими? — У тебя сотрясение. И это, поверь, самое безобидное, что у тебя есть. — Я в порядке, — упрямо заявил Аккерман. — Только потому, что тебе вкололи сильный наркотик. Он притупляет болевые ощущения. — Плевать.       Дверь резко открылась, и на пороге показался запыхавшийся от долгого бега Майк. — Мы всё, Эрвин. Готовы выступать в любую… — начал отчитываться Захариус и перевёл взгляд на раненого сослуживца, который, должно быть, и правда ужасно выглядит, раз даже он растерялся, — …минуту. — Хорошо, — кивнул глава разведкорпуса, встал со стула и направился к выходу из палаты. — Ты остаёшься здесь, Леви. Это приказ. В коридоре стоит пара моих людей, даже не пытайся сбежать.       Аккерман не успел ему ответить. Шевельнул пересохшими губами, уже перекатывая на языке очередное ругательство, и открыл рот, не издав ни звука, когда понял, что остался один. Сознание снова тягучей волной начинало покидать разум. Мужчина постарался занять себя размышлениями, воспоминаниями, даже просто сидел и складывал в уме простейшие числа, лишь бы только не дать себе отключиться. Так он пролежал до тех пор, пока не услышал удаляющихся от штаба лошадей. — Твою мать… — прошипел капитан, вынуждая тело двигаться.       Впервые в жизни он чувствовал себя настолько паршиво. Ни ноги, ни руки не хотели подчиняться его воле, сходя сейчас больше на сломавшиеся конечности марионетки. Внутри что-то треснуло, как только Леви принял сидячее положение. Ребро это было или лопнувшая печень, он не знал, да и не хотел задумываться. Посмотрев на обмотанную бинтами ладонь, Аккерман без зазрения совести распустил зубами узел и стянул их, понимая, что это будет мешать ему держать рукоять. Края раны были зашиты, кровь больше не лилась с неё ручьём, риск был только в заразе, которую на улице можно было случайно подхватить. Осталось только найти привод.       Личные вещи попавших сюда солдат обычно оставляют вместе с ними в палате, и Леви в первую очередь проверил стоящую у койки тумбочку. Нужного устройства не нашлось, зато там лежала его форменная куртка. Её он сразу надел и осмотрелся: у противоположной стены стоял довольно высокий шкаф. — В грязные игры играешь, Эрвин, — измученно улыбнулся мужчина, поднялся на носках, теперь еле доставая до самой верхней дверцы, распахнул её, и с нетерпением в глазах забрал оттуда свой привод.       После сильного удара о стену, подача газа работала через раз, но этого должно было хватить на один удар. Подсоединив УПМ к ремням, Аккерман подошёл к окну, используя старый трюк, выученный в детстве, открыл его и с помощью тросов спустился на вымощенную камнем дорогу, едва удержавшись на ногах после приземления. Хромыми шагами, со сжатыми челюстями, он направился по главной дороге, молясь, чтобы солдаты ещё не выехали за пределы ворот. Пройдя метров триста, Леви с облегчением заметил лошадей и их всадников. Вдали слышался голос Эрвина, объявляющий, как в начале каждой экспедиции, её цели.       Капитан, не обращая внимания на смотрящих на него жителей, вышедших из своих домов, чтобы проститься с героями округа, подошёл к стоящему в самом конце разведчику и требовательно схватился за повод его коня. Сил на слова, тем более, приказы, не было, оставалось только надеяться на смышлённость паренька, который, к счастью, лишь столкнувшись с серыми глазами, сразу спешился и скрылся между своими сослуживцами. Не без труда забравшись в седло, Аккерман уткнулся лбом в шею лошади и стал ждать, когда Смит наконец даст добро на выезд.       Наверное, он успел потерять ненадолго сознание, раз вокруг слишком резко стало шумно — колонна лошадей перешла на галоп, пока он, оставшись позади, стоял на месте. Мужчина с запозданием ударил каблуками сапог по бокам животного и спешно догнал их.       "Не спи, — повторял себе он, борясь с желанием поддаться слабости и прикрыть веки. — Только не спи."       Леви понимал, что шансов на успех у него стало теперь куда меньше, чем в их первую встречу с бронированным титаном. Понимал, но не мог допустить, чтобы другие отвечали за его очередную ошибку. Как и в случае с женской особью, так и сейчас, вина была только на нём. Пусть сегодня он мог лишиться жизни, но Аккерман пообещал себе спасти этого мальчишку.       На земле виднелись гигантские следы, перекрывающие десятки других, поменьше. Вероятно, так враг пытался избежать слежки и запутать отправившихся за ним разведчиков. С целью расширить диапазон поиска, Эрвин разделил их колонну на три части, сам оставшись в центре, как и капитан, решив, что подстраховка командующему не помешает, пусть и от такого сейчас бесполезного солдата.       Впереди всё немного двоилось, поэтому пару раз Леви рисковал врезаться в деревья, благо, лошадь была неглупой и не ждала столкновения, а в последний момент от него уходила, чуть ли не скидывая своего непутёвого всадника. Тот, пытаясь успокоить, мягко трепал её по спутанной гриве и что-то шептал, правда, что, и сам едва помнил.       Езда верхом с течением времени превратилась в пытку. Монотонные покачивания в седле, приевшийся звук удара копыт о твёрдую почву, иногда стрелявшие сигнальные пистолеты — от всего этого очень скоро заболела голова, а в горле появился ком. Нападавшие временами титаны порывали Аккермана броситься на помощь погибающим от их зубов, неопытным за стенами бойцам военной полиции, но, только сделав более глубокий вдох и ощутив, как лёгкие от этого простого действия что-то сдавливало, резало изнутри, разжал уже подготовленные к бою рукоятки. Помощник сейчас из него никакой, только мешаться будет.       В небе появился фиолетовый столб дыма. Сначала Леви не придал этому значения, думая, может, у кого-то просто телега сломалась или что-то вроде этого, но вскоре он смог увидеть знакомого гиганта, покрытого бронированными пластинами. Он был далеко, его силуэт виднелся ближе к передним отрядам, но мужчина будто почувствовал, что это тот, кто ему нужен. Пришпорив лошадь, он на время забыл о своём паршивом состоянии и стал наблюдать за вступившими в бой разведчиками. Когда-то, в далёком прошлом, именно с помощью запоминания чужих действий и ошибок ему удалось перерезать шею своему первому титану.       Бронированный держал руки впереди себя, прижимая к груди. Вероятно, Йегер находился в его ладонях. Атаки солдат, ожидаемо, оказались провальными, их клинки просто ломались о его кожу, не нанося никаких повреждений. Мастерства, чтобы подрезать обратную сторону коленного сустава у них не хватало, поэтому их попытки приводили только к истощению запасов газа.       "Его надо отвлечь…" — предположил капитан, приблизившись к врагу на расстояние ста метров.       Нужно как-то спровоцировать его и заставить отнять хотя бы одну руку от Эрена. Только каким образом это сделать, если титан полностью игнорировал всех, Леви пока не знал. Возможно, отвлеки он его, у остальных появился бы шанс на спасение парня.       Мимолётно прикоснувшись губами к рукоятке клинка, Леви выпустил тросы, зацепился ими за бегущего параллельно с ним титана и стал маячить впереди, надеясь, что у разведчиков появится хотя бы секунда. Гигант лишь на мгновение повернул на него голову и сразу перевёл внимание обратно на дорогу. Аккерман раздражённо цокнул языком и под многочисленными настороженными взглядами приземлился прямо на лицо титана, как единожды проворачивал такое с Эреном, когда тот потерял контроль над собой. Реакции, ожидаемо, не последовало. Тогда он вытянул перед собой клинок и, показав его остриё, приставил к самому зрачку. — Ну же, ублюдок, убей меня. Ты же не хочешь лишиться глаза?       Образовавшуюся заминку можно было объяснить тем, что враг не ожидал больше встретиться с Леви после того удара, наверняка рассчитанного на причинение смерти. Сфокусировавшись на человеке, он, вместо того, чтобы использовать руку, тем самым поддавшись на провокацию, тряхнул головой, и крюки тут же оторвались от его кожи, отправив того в свободное падение.       С помощью газа, Аккерману удалось не расшибиться насмерть, но скорость была слишком высокой, и он, выставив вперёд локти, упал на землю, что в купе с его травмами оказалось очень болезненным. Некоторое время он так и лежал, не в силах пошевелиться, пока не услышал приближающиеся к себе шаги. Инстинкт самосохранения заставил тело реагировать, и капитан с глухим стоном перевернулся на спину. — Так и знал, что нельзя оставлять тебя одного, — сказал кто-то знакомым голосом.       Леви сощурился: над ним стоял Эрвин, держащий в руках поводья от двух лошадей, своей серой, и вороной, в которой он сразу узнал Норда. Из треснувшей губы потекли струйки крови — Аккерман дёргано вытер их рукавом, схватился за протянутую ему ладонь и встал на ноги. Его конь, словно чувствуя состояние хозяина, подошёл ближе, чтобы Леви смог опереться на него. — Мы отвлечём бронированного, — распорядился командующий. — А ты пока не суйся, выжидай момент.       Скупой кивок был ему ответом. Смит быстро отдалился от него, начиная раздавать приказы своим подчинённым, а Аккерман, сев в седло, стал напряжённо следить за их действиями. За тем, как они, соединившись в одну группу, начали кружить над титаном. Как и тогда, враг игнорировал их, потому солдаты, словно стая надоедливых мух, разом зацепились крюками за его лоб и закрыли своими телами светящиеся жёлтым глаза, лишив его зрения. Поначалу и это не спровоцировало гиганта на какие-либо действия, он продолжал бежать по намеченной траектории, но, когда впереди появилось дерево и он в силу своей слепоты, не заметив препятствия, напоролся на него, едва не упав, пришлось начать действовать. Отняв от груди руку, он резко ударил ей себе по лицу, надеясь избавиться от раздражителей. Леви с замеревшим сердцем увидел своего подопечного. Мальчишка, связанный по рукам и ногам — видимо, титан единожды превращался в человека, — устало, но упрямо продолжал пытаться вырваться. Мычал в тряпку у себя во рту, шевелил обездвиженными конечностями, бешеными глазами смотрел на то, как умирает очередной разведчик, не успев уйти от удара.       Это его шанс. Леви поднялся на стременах, удобней перехватил клинок и, ускорившись в воздухе, замахнулся. Руки дрожали, он взглядом пытался наметить себе целью верёвки, но не мог гарантировать, что лезвие, вместо плеча, не соскользнёт на шею парня, и тогда даже его регенерация от такого не спасёт. Понимая, что выбора нет, мужчина решил рискнуть, перед этим сильно зажмурившись.       Попал. Поймав на себе удивлённый взгляд Эрена, Аккерман понял, что его миссия выполнена, можно было позволить боли окончательно захватить его тело. Только вот, падая на землю, он не ожидал, что бронированный захочет отомстить за срыв его миссии и направит кулак в его сторону. Капитан видел, как быстро он приближался, приближая и его смерть. Конечно, он попытался увернуться от него, переключил на одних рефлексах датчики, отвечающие за направление движения, но с самого начала знал, это бесполезно. Согласившись обменять свою жизнь на жизнь надежды человечества, мужчина закрыл глаза, но даже так его ослепило от появившейся совсем рядом вспышки и оглушило из-за прогремевшего взрыва. В ушах что-то треснуло.       Спина с чем-то соприкоснулась, с чем-то, что было гораздо мягче земли. Послышалось заглушённое рычание, потом — крик, полный злобы. Леви вдруг понял, что уже слышал его, тогда, в лесу, и от этого понимания он неверяще осмотрелся, обнаружив себя в гигантской ладони второго титана. Эрен, предостерегающе оскалившись, не отводил глаз от стоящего напротив бронированного, пока аккуратно опускал своего командира вниз, к подбежавшей к ним вороной лошади. Когда тот, поднявшись на ноги, схватился за поводья, Йегер встал перед ним нерушимой стеной и поднял кисти в боевой стойке, готовый атаковать врага в любую секунду. Вражеский гигант отчего-то медлил, делал неуверенные шаги назад и оглядывался, изучая обстановку. Наверняка он раздумывал, стоит ли ему вступать в бой при таких неравных условиях. Судя по тому, что он вскоре развернулся и бросился бежать, ответом было однозначное "нет". Йегер тут же подорвался в погоню с намерением сломать ему ноги, свернуть шею, но догнать человека, виновного в том аду, произошедшем пять лет назад.       Рядом с плечом пролетел чёрный дым. Эрен, прохрипев из-за переполняющей его ненависти, остановился, прекрасно усвоив, что главное для солдата — дисциплина, а не его порывы и чувства. Опустив сигнальный пистолет, Эрвин, глядя на него, махнул в сторону стены. — Возвращаемся в Трост, — громко отдал приказ Смит. — Нашей целью было спасение Эрена. Больше рисковать нет смысла.       Йегер посмотрел в спину удаляющемуся всё дальше от них титану, обернулся на еле стоящего капитана и встревоженно поджал уши. Опустившись на колени, гигант замер, из его шеи сначала начал клубиться пар, потом показалась спина того, кто находился внутри. Все разведчики, оседлав лошадей, во главе со своим лидером начали выдвигаться в путь, кроме одного, и Эрен, перейдя на бег, с волнением в груди приближался к его сгорбленному силуэту. — Капитан! — закричал он и, подбежав к попечителю, с паникой начал осматривать его, не зная, чем помочь.       Жив. Мальчишка был жив. Только после осознания этого, Леви позволил себе поддаться беспамятству. Колени подкосились, рука, ранее сжимающая повод, разжалась, и он как убитый падает на землю — чужие руки уберегли его затылок от столкновения с камнем. Йегер, растерянно открыв рот, не мог заставить себя пошевелиться, только слушая постепенно стихающее дыхание своего командира. ***       Рядом проехала телега с сегодняшними погибшими. Семеро человек: две девушки и пять парней, совсем молодых, недавно окончивших кадетское училище, отдали свои жизни ради него, снова сплоховавшего подростка. Эрен, проследив за ними посеревшими глазами, мысленно молил у них прощения, совсем не думая, что их жертва стоит его спасения.       Местные жители, выйдя на улицу, смотрели на них уже не так радостно, как вчера. В их взглядах сквозили упрёк и недовольство, наверняка теперь они не особо чествовали давних спасителей Троста — столько дней их город простоял в спокойствии, а сейчас, едва в нём появился разведкорпус, снова разрушения. На дороге, по которой они шли к своему штабу, виднелись огромные впадины, следы недавно объявившегося сюда титана. Пострадало и несколько домов, а вместе с ними и невинные люди, оказавшиеся под ударом в неудачное время.       По прибытии, Йегер бросался к каждому раненому разведчику, помогал санитарам доводить их до лазарета, пытался хоть как-то оправдать то, что он сейчас до сих пор дышит. Хмурые медсёстры долго отгоняли его чуть ли не с палками, но в конце концов сдались и позволили ему выполнять простейшие задачи. Краем глаза парню удалось заметить и своего капитана, ещё не приходившего в себя. Сегодняшний день мог забрать и его. От этой мысли Эрена передёрнуло.       Сложно было сказать, что он чувствовал, когда бронированный бросил его попечителя в стену, но следующие несколько часов после этого он не двигался, совсем не старался выбраться из лап своего похитителя, решив закончить всё так, на двух смертях. Его будто покинула воля к жизни, пропал смысл его существования, появился вопрос "зачем он вообще живёт", если из-за него только гибнут люди, пока сам он не делал ничего полезного, а только прикрывался спинами своих сослуживцев. Голос Аккермана, живого Аккермана, заставил собрать себя по частям, но только на время. Теперь, глядя на результат своего бессилия, Йегер не мог места себе найти, бездумно блуждая по двору мрачной тенью.       Сев наконец у крыльца заднего входа, Эрен упёрся локтями о согнутые колени и схватился ладонями за голову, с трудом борясь с желанием повырывать себе все волосы. Совсем недавно наступил тёплый после дождя вечер, но на улицах уже было темно — тучи, не позволяя лучам опустившегося к линии горизонта солнца освещать землю, застелили почти всё небо. В окнах некоторых домов горел свет, как и в комнатах штаба, большинство людей готовилось ко сну. Наверное, Йегер бы провёл здесь и ночь, если бы не услышал, как его кто-то зовёт, кто-то очень знакомый. Мальчишка поднял тяжёлую голову, наткнувшись, к своему удивлению, на Армина, который, повесив на локоть плащ, со слабой улыбкой приближался к нему. — Знал, что найду тебя здесь, — проговорил Арлерт, укрывая друга от ветра. — Мы тебя обыскались.       Эрен вяло кивнул товарищу в качестве приветствия. Он был рад его видеть, правда, счастлив осознавать, что с ним всё хорошо, но что-то мешало хотя бы поднять уголки губ в ответ. — Зачем меня ищут? — без эмоция спросил Йегер. — Как это, зачем? Отбой ведь скоро. Не будешь же ты тут ночевать. — Было бы неплохо. — Что ты такое говоришь, Эрен?.. — недоумённо прошептал Армин. — Что случилось? — Ничего. Просто я всё чаще думаю, что эта сила должна была быть у кого-нибудь другого, а не у меня. Со мной от неё нет никакого проку, только новые потери. — Парень тихо шмыгнул носом, вытерев лицо куском плаща. — Капитан бы справился куда лучше меня. Будь она у него, ему бы не пришлось сейчас умирать ради меня. Всем этим людям, Петре, Эрду, Оуруо и Гюнтеру не пришлось бы умирать, капитан бы смог спасти их, я уверен.       Арлерт взволнованно поднял брови. — Подожди… Капитан Леви умер? Но нам не говорили, что он… — Нет. Но я не уверен, что с такими травмами живут. А он ещё меня спасать поехал… Нарушил приказ командующего Эрвина, украл у кого-то лошадь и… Если он умрёт, я не… — Эрен. — Армин твёрдо положил ладонь на чужое плечо. — Капитан не умрёт, не думай об этом. Он же знает, на что способен, не стал бы он ввязываться в убийственную для него миссию. А ты не говори про себя так, ты вовсе не бесполезен. Благодаря тебе этот город всё ещё стоит, ты смог победить в бою женскую особь, значит, смог бы одолеть и Райнера, он же гораздо хуже Энни дерётся. — Райнера… — задумчиво повторил Йегер. — Значит, ты тоже так думаешь. — Сегодня утром, в Каранесе, мы не видели среди нас только Райнера. В купе с остальными доводами, можно с уверенностью предположить, что предатель именно он. — Но зачем ему это? Чего он пытается этим добиться? И что такого важного скрывает Энни? Ей же пришлось закрыться от всего мира в том кристалле... — Мы… не знаем. Должно быть, это нечто действительно важное, раз им пришлось стольких убить. — Или же они просто свихнувшиеся убийцы, которым нравится превращать жизнь людей в ад, — прорычал подопечный Аккермана и резко поднялся на ноги. — Скоро отбой, давай возвращаться в штаб. — Да… конечно, — пробормотал обескураженный такой сменой настроения Армин и зашагал вслед уходящему другу.       Доведя Арлерта до казармы и мельком встретившись с остальными сослуживцами из сто четвёртого, Эрен не пошёл в свою комнату. Сначала прокрался внутрь кабинета Леви, посмотрел на огромную дыру в потолке, сквозь которую можно было увидеть первые появляющиеся на небе звёзды, и сел на практически единственное, что осталось здесь неразрушенным — стул, стоящий у развалившегося стола. Там можно было заметить подписанные мужчиной документы и отчёт о недавнем опыте за стеной. Йегер, правда, не имел привычки рыться в чужих вещах, но что-то заставило его взять в руки потрёпанный листок и прочитать аккуратно выведенные слова, хотя он и не знал, что Леви совсем не старался тогда над своим почерком.       Оказалось, Аккерман заметно умалял его неудачи перед правительством. В лесу, поимку своего подопечного капитан объяснил своей невнимательностью, ни разу не упомянув Микасу, что и понятно, ведь никакого наказания за невыполнение приказа вышестоящего той не последовало. Неудавшийся эксперимент с укреплением кожи мужчина и вовсе как будто замалчивал, вместо него расписывал в подробностях, насколько хорошо мальчишка освоил силу титана, раз ему удалось не единожды победить его, сильнейшего воина человечества. Чем больше Эрен читал эту откровенную ложь, тем больше ему хотелось разрыдаться из-за этого. Из-за того, что этому человеку приходится подставлять себя под трибунал, чтобы скрыть ото всех безнадёжность подростка, которого он взял под свою опеку.       Дверь неожиданно для Йегера открывается. Он тут же бросает клочок бумаги на пол и подскакивает на ноги, встретившись с тоже немного растерянной Ханджи. — Эрен? — машинально срывается у неё. — А ты что тут делаешь? Я думала, ты уже спишь. — Простите, я просто… забыл у капитана Леви в кабинете свой плащ, вот и… — парень запнулся, вероятно, осознав ненужность своего вранья. — Как он? — Ну… — Женщина прикрыла за собой дверь. — Трудно пока сказать. Он ещё не в сознании и, думаю, придёт в себя не ранее завтрашнего дня. Леви был под действием сильного наркотика, поэтому, думаю, ему и удалось так долго бодрствовать, несмотря на травмы. А сейчас истощённый организм остался совсем без сил, поэтому пытается компенсировать это длительным сном. — Но зачем он пошёл за мной? Он же еле на ногах стоял, я видел. —Я думаю, это потому, что Леви чувствует себя виноватым за то, что ему не удаётся тебя защитить. Он ведь несёт за тебя ответственность, но… — Но это же моя вина! — недоумённо воскликнул Эрен. — Это я проиграл тогда Энни, а ему не позволил вмешаться, я дал себя сегодня поймать тому ублюдку! — Такой уж он человек, — улыбнулась Зоэ. — Если кого и винит, то только себя. — Скажите, Ханджи, могу я проведать его? Хотя бы на минуту? — Конечно, почему нет? Ты только не шуми, ему нужно отдохнуть. — Обещаю, — прижал кулак к груди, чтобы показать серьёзность, Йегер. — Пойдём, я отведу тебя к его палате, а то там дежурят медсёстры, никого не впускают.       Пробормотав искреннее "спасибо", парень последовал за Зоэ и вскоре стал свидетелем переговоров между ней и двумя женщинами. Те немного поупирались, настаивая на том, что больному нужен покой, но вскоре всё же разрешили Эрену переступить порог комнаты, увидев его беспокойные глаза. Здесь было почему-то отрезвляюще холодно, так что парень сразу обнял себя руками. Медленными шагами приближаясь к кровати, он не хотел на неё смотреть. Подросток скользил взглядом по стенам, по полу, но только не там, где лежал его капитан. Он ловил себя на мысли, что боялся увидеть его. Боялся не услышать его дыхание, если подойдёт чуть ближе. Ему было легче просто находиться здесь и верить в способности врачей.       Десять минут прошли в полной тишине. Йегер просто поставил стул к кровати и молча глядел на носки своих сапог. Парень видел, как мерно вздымалась грудь мужчины, и ему было этого достаточно. — Простите меня, — прошептал мальчишка себе под нос. — Простите, капитан, за то, что я не оправдываю Ваших ожиданий. За то, что Вам приходится…       Как бы не сдерживался, он ощутил холод от стекающих по горячим щекам слёз. Горло поразили спазмы, и Эрен рвано всхлипнул, до боли прикусив язык. Пусть Аккерман сейчас не видел его позорного выхода чувств, подросток не хотел даже находиться рядом с ним в одной комнате в таком жалком виде. Его попечитель бы ни за что не опустился до такого. Он всегда был сдержан, держал свои эмоции под контролем и не позволял им брать над собой верх. Йегер до пятен перед глазами зажмурился. — Я знаю, Вы верили в меня, а я только и делаю, что подвожу Вас. Я больше не знаю, кому верить. Я не знаю, с кем из друзей могу поговорить наедине не опасаясь, что кто-то из них может оказаться очередным предателем. Энни, Райнер… Я считал, что они были моими товарищами, что они ни за что бы не предали нас. Сколько ещё подобных им среди нас? Я не перестаю думать об этом ни на минуту. Как только вижу чьё-то знакомое лицо, сразу начинаю думать: "А не враг ли передо мной"? Это тяжело, капитан. Я жалок, слаб, бессилен. Но…       Ладони плавно сжались в кулаки. Эрен вытер одним из них покрасневшее от слёз лицо. — Я стану сильнее. Обещаю, когда-нибудь я защищу Вас, своих друзей, всех людей за стенами. Никому больше не придётся умирать. Клянусь, я уничтожу их всех, тех ублюдков, что посмели подумать, будто они способны победить нас.       Наконец Йегер решился поднять глаза. Леви, к его счастью, не пришёл в себя, и парень получил возможность разглядеть его безмятежное лицо получше. Сейчас, не искажённое вечной сосредоточенностью, оно казалось практическим незнакомым — настолько Эрен привык к тем опустившимся к переносице бровям и изогнутым в недовольстве уголкам губ. Аккерман не был похож на типичного солдата разведкорпуса. Теми обычно были неотёсанные вояки за сорок или совсем молодые новобранцы. Этот же мужчина сочетал в себе несочетаемое: низкий рост и силу, такую, какой не было ни у одного человека на земле; строгие, ледяные глаза и скрытую за ними заботу. Если раньше, на следующий день после суда, Йегер мог согласится с утверждением окружающих о том, что капитан был грубым, раздражительным из-за пустяков эгоистом, то теперь даже думать о таком не мог. Он начал видеть в нём кроткого, потерянного человека, в жизни которого просто что-то случилось, и ему пришлось стать таким, отгородиться от всего мира под непроницаемой маской. — Эй, мальчик, на сегодня хватит. — В проёме показалась голова медсестры. — Пациенту нужен покой, можешь навестить его завтра. — Уже ухожу, — сразу отозвался Эрен, вернул стул на место и, наклонившись к Аккерману, негромко его попросил: — Вы только выздоравливайте, капитан. ***       Несмотря на неблагоприятные прогнозы врачей, Леви открыл глаза уже на завтрашний день. Осмотрелся, понял, куда попал, и сразу попытался выбраться из заточения, благо, дежурившие санитары вовремя заметили побег и вернули его обратно в кровать. Все с недоумением относились к такому быстрому улучшению его состояния. Обычно с такими травмами если и живут, то проходит не меньше двух недель, чтобы больной смог хотя бы передвигаться без чьей-либо помощи. Аккерман же, хоть и хромая, мог ходить уже ко второму дню. На небольшие расстояния и медленно, но сам. Некоторые даже начали думать, что это Йегер каким-то образом передал ему свою способность к нечеловеческой регенерации.       Эрен ни разу с ним не виделся. Стыдился появиться перед серыми глазами и боялся реакции их обладателя. Встретиться удалось только утром четвёртого дня, но встреча эта была случайной. У Йегера вошло в привычку проводить свободное время в наполовину разрушенном кабинете командира. Он приходил сюда сразу после завтрака и бездумно стоял у разбитого окна, о чём-то думая. Вот и сейчас парень уверенными шагами, зная, что в обитель Леви ни за что не сунутся без разрешения, с размаху открыл дверь, и тут же его тело лишилось способности двигаться — на полу сидел, спиной к нему, Аккерман. Услышав присутствие другого человека, тот вяло обернулся и встретился с панически округлившимися зелёными глазами. — Капитан?! — завопил пойманный на преступлении мальчишка, прикидывая в уме пути отступления. — Вы же должны быть в лазарете! — Мне разрешили "прогулки", — без особого энтузиазма ответил мужчина. — Тц, ещё б с ложечки начали кормить. А ты что тут забыл? Твоя комната напротив.       С трудом вернув рухнувшее сердце обратно, Йегер виновато опустил голову, но сразу дёрнулся и подбежал к командиру, думая, что он из-за больной ноги упал и не может подняться. — Вам помочь, капитан?! — Стой на месте, придурок! — непривычно громко приказал Аккерман, бросив на него строгий взгляд.       Эрен мгновенно подчинился и заметил, чем Леви занимается, — на полу лежали щепки и светло-серые осколки, в которых он узнал не так давно, подаренный в день ярмарки, сервиз. Должно быть, погром, устроенный бронированным титаном, задел и его. В руке у мужчины Йегер увидел чашку со сколотой ручкой, та валялась у его ног, а на полу стоял ящик с какими-то инструментами.       "Он пытается починить её?.." — со странным трепетом внутри осознал мальчишка. Он ведь думал, что попечитель либо выкинул его подарок, либо оставил его пылиться в том заброшенном замке, но никак не притащил его сюда и хранил в своём кабинете. — Похоже, это моё проклятье, — хмуро заключил Аккерман, кивая на отсутствующую деталь. — Извини, сопляк, не думал, что так будет. — Это ничего, капитан, — улыбнулся вдруг Эрен, опустился рядом с ним на колено и, подняв ручку, приставил её к месту, где она должна быть. — Всё можно исправить. И я всегда могу купить Вам новую. — На какие же, интересно, деньги? Ты же их все потратил на… — Леви, только открыв рот, запнулся.       Всего секунду Йегер молчал вместе с ним, потом опёрся спиной о стену и поджал к груди ногу. — И я не жалею об этом. Благодаря этому теперь я знаю, что единственно верное решение — полагаться только на себя. Пожалуйста, не жалейте ни о чём и Вы.       Аккерман удивлённо за ним проследил. Он точно сейчас разговаривает с тем сопляком? — Я никогда ни о чём не жалел, Эрен. Довериться странному типу в переулке, вступить в разведкорпус, взять тебя под свою ответственность, всё это — результат моей свободной воли. Я был честен с собой, когда принимал каждое из этих решений, поэтому… — Леви напряжённо прервался, когда услышал приближающиеся к ним шаги, но быстро расслабился, узнав их. — Леви, — окликнул Эрвин, едва открыв дверь. — Собирайся, будь готов защищать… — посмотрел на быстро вскочившего на ноги парня, — Эрена. — Неужели, командующий? — протянул Аккерман. — Я уж думал, мы останемся здесь навечно. — Нужно было согласовать наши действия с начальством, да и тебе прийти в себя. — Всё со мной нормально.       Вразрез со своими словами, мужчина подогнул под себя ногу, пытаясь встать, и сразу шикнул от боли. Йегер, молнией подлетев к нему, аккуратно взял его за предплечье и помог подняться — не без укоризненного взгляда командира. Эрен видел, как дрожат чужие колени от перенапряжения, видел и то, как Леви старался перенести вес на здоровую конечность. Он был уверен, что видел это и Смит. — Ты остаёшься, — подтвердил его догадки глава разведкорпуса. — Длительная поездка может усугубить твоё состояние. — Нет уж, не помыкай мной "моим" состоянием, я тебе ещё не калека. Куда едем? — Мы — в Яркел. Враг теперь знает, где мы находимся, поэтому появилась нужда в передислокации. Но ты остаёшься здесь, одного человека в таком огромном замке будет трудно найти. — Командующий Эрвин! — сделал шаг вперёд Йегер, прижав к груди кулак. — Капитану Леви просто нужно немного отдыха, позвольте мне остаться с ним и сопроводить его до нужного города.       Если Аккерман возмущённо выдохнул, не привыкнув к тому, что за него, как за беспомощного, решают другие люди, тем более, пятнадцатилетний подросток, то Смит задумался. Он давно заметил, что мальчишка ходит за своим капитаном подобно сторожевому псу, готовому защищать его от каждой опасности, от каждого, кто покажет хотя бы малейшую недоброжелательность, и недавняя вылазка, на которой он, превратившись в титана, чтобы уберечь Леви от смертельного падения, в очередной раз доказал свою готовность самому умереть, но спасти попечителя, убедила в надёжности этого мальчишки, ведь ни один солдат не сравнится по силе с тем огромным монстром. Немного подумав, Эрвин согласился: — В этом есть смысл. В случае нападения, враг будет думать, что вы с нами, в строю, однако вы будете далеко позади… Хорошо, у вас два часа. Леви, увидишь фиолетовый сигнал — веди мальчишку по запасному пути. — Как скажешь, — с явным недовольством ответил тот.       После ухода командующего, Йегер тоже куда-то пропал. Подмёл лежащие на полу осколки и тихо выскользнул за дверь, даже не сказав ничего своему командиру. Леви же все два часа провёл в размышлениях. Провожая из своего кабинета тоскливым взглядом удаляющихся к воротам разведчиков, он порядком погряз в невесёлых мыслях, хотя раньше не позволял разуму подолгу думать о постоянно окружавших разведкорпус проблемах. Ситуация была хуже некуда: два бродящих где-то поблизости вражеских титана, незнание, ни как с ними сражаться, ни где они находятся и чего вообще хотят от Эрена; невозможность защитить мальчишку из-за многочисленных травм; упавший боевой дух у всех солдат — всё это совсем не красило то, что впереди ждала важная, наверное, самая важная за всё существование человечества, миссия по возвращению стены Мария. Впервые за службу Аккерману захотелось куда-то сбежать, спрятаться от всего этого, тем более, сейчас принести никакой пользы он не сможет.       Когда до их выезда оставалось не больше десяти минут, а парень так и не объявился, Леви начал было думать, что тот уже решил дезертировать, оттого настолько не хотел покидать штаб, однако пропажа нашлась в коридоре, мужчина чудом не столкнулся с ней лбом, выходя из комнаты. Эрен, опасливо отпрянув от попечителя на несколько шагов, что-то виновато пробормотал. — Сопляк, ты, вроде как, главная цель врага, — укорил Аккерман. — Так какого ты один шастаешь непонятно где? — Вы не пришли на перевязку… — осторожно осведомил мальчишка и протянул собеседнику свёрнутый в небольшой рулон бинт.       На этот раз Йегер решил не повторять спектакль с больным другом и так нужным этому другу врачом, а действовать более щадяще. На его удачу, на дежурстве сегодня была молодая девушка, а та, лишь услышав имя прославленного капитана, сразу согласилась отдать ему необходимые медикаменты и просилась даже сделать всё сама. От последнего подросток отказался.       Леви с искренним недоумением смотрел то на лицо своего подопечного, то на его ладонь с лекарствами. Недоумение быстро сменилось раздражением — так быстро со счетов его ещё никто никогда не списывал. Сначала Эрвин, теперь этот мальчишка, думающий, видимо, что без его помощи он не справится. Аккермана поразило редкое желание отвесить этому идиоту пару подзатыльников, да потяжелее. — Верни туда, где нашёл, паршивец. — Но, сэр…       Не дав мальчишке привести аргументы, мужчина небрежно взял бинт и положил его во внутреннее отделение плаща. — Отдам, как приедем.       Не в силах перечить, Эрен нехотя кивнул и зашагал за ним.       Дождь лил практически не прекращая, так что задний двор штаба, где находились конюшни, сейчас походил на одно большое болото, хотя сегодня практически целый день светило солнце. Леви, угодив сапогом в грязь, в отвращении скривился, жалея, что он не умеет летать, чтобы не соприкасаться со всем этим ужасом. Йегер же, напротив, с детским любопытством наблюдал за тем, как птицы, спускаясь на землю, искали вылезших на поверхность червяков. Одна пернатая бестия приземлилась в большое углубление, оставленное бронированным титаном, и приподнятое настроение парня начало медленно угасать, вместо него появились мрачные мысли, не дававшие ему спать все предыдущие дни. Находясь в своих размышлениях, Эрен не заметил перед собой остановившегося Аккермана, в которого и врезался, сразу выдав виноватое "ой". — Простите, капитан, задумался. — Не извиняйся, — отрезал тот, продолжив идти. — Сосредоточься. — Да, сэр…       Напоив и оседлав лошадей, они неспешно выехали на главную улицу Троста, потом — за ворота, а там уже можно было вдохнуть полной грудью, не ощущая этих направленных на них взглядов и не видя впереди надоевших стен. Находясь в их окружении, Йегеру казалось, что они сдвигаются внутрь, подобно петле на шее, всё больше лишают живущих в них людях кислорода, и только здесь он мог в полной мере почувствовать хотя бы часть свободы, так желаемой им.       Спустя полчаса, Эрен всё чаще стал замечать странности в скачущем впереди командире. Если в самом начале тот двигался с одинаковой скоростью по прямой траектории, сейчас его лошадь то резко ускорялась, так, что парню приходилось подгонять своего коня, то оказывалась позади. Первое время Йегер решил не обращать на это внимания, списав эти перепады на плохое настроение Норда, у которого иногда проскакивало подобное поведение, однако, заметив, как руки его хозяина перестали держать поводья, а сам он почти уткнулся лицом в шею животного, мальчишка взволнованно остановил чужого коня, схватив его под уздцы. Побагровевший, некогда белоснежный шейный платок посеял в его голове такую панику, что его на несколько секунд парализовало. Бинты, чистые перед отъездом, стали тоже красными, и Эрен искренне не понимал, почему. Пусть состояние Аккермана было не самым стабильным, но точно не таким ужасным, как сейчас. Он был в сознании, смотрел бесцветными глазами куда-то вперёд, но в них не было ни капли осмысленности, он будто не понимал, ни где находится, ни что происходит. — Капитан! — оглушив себя, закричал подросток. — Капитан Леви, очнитесь! — Тц… чего разорался, паршивец… — еле слышно отозвался мужчина и слабо дёрнулся, почувствовав на себе прикосновения.       Дрожащими руками, Йегер осторожно осматривал рану на затылке. Подняв перед собой измазанные в крови ладони, он на мгновение растерянно застыл, не зная, что делать. Кругом чистое поле, никого рядом не было. Ни Эрвина, уже давно бы придумавшего план, ни Армина, ни Микасы, никого из ребят из сточетвёртого, только он и желание спасти этого человека. А ведь это он взял на себя ответственность довести его до Яркела, если бы не его самоуверенность, командующий бы смог заставить Аккермана остаться в штабе. Схватившись за голову, парень отчаянно пытался прийти в себя, собрать разбежавшиеся мысли вместе, но, как только он всего на секунду осознавал — жизнь Леви сейчас полностью зависела от него, паника волей-неволей одолевала его. — Простите, капитан, — всхлипнул Эрен, перед тем как аккуратно спустить командира на землю.       Он был на удивление тяжёлым, несмотря на низкий рост, и не последняя причина этому, вероятно, крылась в развитой мускулатуре, поэтому Йегеру с трудом удалось уложить его на седло своей лошади и сесть самому спереди. Чтобы случайно при езде не потерять своего спутника, он перекинул его руку через свою талию и крепко прижал её к животу, слыша слабое дыхание возле уха. Норд, к счастью, понял, что ему нужно следовать за гнедой лошадью, и Эрен дал команду своему коню перейти на шаг, позже сменившимся трусцой.       Деревня. Где-то рядом точно должна быть деревня, они с Армином пару недель назад рассматривали на карте этот участок за стеной. Если бы он только добрался до неё, то смог хотя бы оказать командиру первую помощь. Вскоре его догадки оправдались, и впереди действительно можно было увидеть поднимающийся в небо дым, как от костра или камина. Подогнав лошадь, Йегер направился к стоящему с краю строению, не желая попасть кому-нибудь на глаза, хоть и знал, что в такое время местные жители обычно уходят работать в поле или занимаются другими домашними делами.       Леви всё ещё не проходил в себя — его рука, сжимаемая другой, оставалась неподвижной, Эрен даже, чуть не потеряв сознание от какого-то животного страха, медленно приставил два пальца к месту, чуть ниже его уха, и с облегчением почувствовал слабый пульс. Парень наспех проверил дом, оказавшийся сеновалом, на наличие в нём чужаков и, не обнаружив никого, спешно перенёс туда своего капитана. Уложив его на мягкое сено, Йегер суетливо бросался от одной раны к другой и не знал, чем заняться в первую очередь.       "Вода, — пронеслось в мыслях. — Нужна вода".       Он видел колодец в центре деревни, поэтому, пообещав попечителю скоро вернуться, выскользнул наружу и, воровато оглядываясь, направился прямо туда. По-хорошему, нужна была какая-нибудь ёмкость, и она нашлась у крыльца одного из жилых домов. Брать чужое не хотелось, но ноги будто сами понесли его к стоящему небольшому ведру, и Эрен, схватившись за ручки, только сделал шаг к колодцу, как наткнулся на возникших из ниоткуда двух мальчиков лет десяти, с любопытством осматривающих его. Дети не выглядели испугавшимися, наоборот, им было интересно, кто этот незнакомец перед ними. — Вы заблудились, мистер? — несмело спросил один из них, с веснушками.       Йегер в раскаянии поджал губы. — Я не хочу ничего плохого, — признался он. — Только помочь одному человеку. — Человеку? Какому? — Ему сейчас очень плохо. Пожалуйста, не рассказывайте взрослым обо мне, мы скоро уйдём. — Может, мы сможем помочь? — неуверенно предложил второй мальчик, со светлыми волосами. — Папа говорит, из меня вышел бы неплохой доктор… — Я не думаю, что… — Это правда, мистер! Позвольте помочь Вам! — Ну хорошо, — сдался разведчик со слабой улыбкой. — Я только возьму немного воды, ладно?       Дети одновременно кивнули и нетерпеливо последовали за парнем. Тот сразу перестал улыбаться, и лицо его сделалось на порядок напряжённее, стоило ему подумать о Леви. В порядке ли он? Не сильно ли надолго он оставил его? Стиснув зубы, Эрен быстро достал из колодца наполненное ведро и, перелив жидкость в собственное, полубегом вернулся в сеновал. Мужчина лежал там же, в той же позе, что и несколько минут назад. Йегер глубоко вздохнул в попытках успокоиться. — Это же капитан Леви… — замер на месте светловолосый мальчик. — Настоящий! — восторженно отозвался его друг. — Что с ним случилось?.. — Титан, — негромко ответил подопечный Аккермана. — Вы его друг, мистер? — Мы… вместе служим, — тихо пробормотал Эрен, опустившись перед Леви на колени и положив ладонь на его неестественно горячий лоб. — У вас есть какая-нибудь чистая тряпка? — Д-да, конечно! — мгновенно откликнулся веснушчатый мальчишка и побежал к выходу. — Сейчас принесу!       Намочив край своего плаща, Йегер приложил его к лицу командира, надеясь избавиться этим от жара. Должно быть, Аккерман не слушал врачей, нарушал выписанный ему постельный режим, работал по ночам, вот к нему и прилетел бумеранг за такое безрассудное поведение. Эрен грустно усмехнулся. — Ну почему Вы такой упрямый… — Мама рассказывала, он сильнейший из людей, — подойдя ближе, поделился оставшийся ребёнок. — Как же так вышло? — Это я виноват. Из-за меня ему приходится… — горло вдруг сжалось, не давая сказать и слова.       Йегер раздражённо нахмурился, злясь на себя из-за вновь накатившего на него приступа самобичевания. Он же обещал себе больше не поддаваться эмоциям, и снова у него не получилось оставаться таким же хладнокровным, как Аккерман. — Мистер, я принёс то, что Вы просили! — В проёме вырос недавно ушедший мальчик, тащивший в руке небольшой тканевый мешок. — Спасибо тебе, — проговорил парень и тут же смутился. — Только давайте без "мистеров", я пока не настолько старый. Зовите меня просто Эреном, идёт? — Эрен?! — округлили глаза малыши. — Вы что, тот самый человек, который умеет превращаться в гиганта?       Примирительно подняв ладони, Йегер в ступоре замер, однако, не увидев ни в одном взгляде, ни во втором так ожидаемого страха, удивлённо моргнул. Дети смотрели на него со смесью интереса и восторга. — Вы правда так умеете?! А можете показать? — Да, мистер Эрен, покажите! Мой папа не верит, говорит, это плохие дяди придумали такую легенду. — Ну… эм… Давайте я сначала помогу капитану, а потом, может… Опять я слышу мистер. — Потрепав светловолосого мальчика по волосам, Эрен принялся снимать с головы Леви старые бинты. — А как вас зовут? — Юрген, — ничуть не обиделся мальчишка с веснушками. — А он — Герт. Странное имя, да? — Нет, почему? Очень даже красивое. — Сам ты странный! — Зато у меня имя хотя бы нормальное!       Пока дети выясняли отношения, Эрен с затаившимся сердцем оттирал смоченной тряпкой слипшиеся в крови чёрные волосы. Из-за них рану было плохо видно, но даже так он заметил, что её края почему-то разъехались немного в сторону, не помогла даже образовавшаяся на поверхности корка, какая обычно появляется при заживлении. Здесь, в антисанитарных условиях, появился риск занести какую-нибудь заразу, и Йегер с облегчением обнаружил в мешке бутылку с бесцветной жидкостью, запахом напоминающую спирт. Обеззаразив пострадавшее место, парень достал из чужого плаща моток бинта и, обмотав его вокруг затылка, завязал небольшой узел. Конечно, в идеале, мужчине нужно было заново наложить швы, но в такой обстановке большего разведчик сделать не мог, потому, накрыв Аккерман снятой с себя курткой, решил дать ему время для отдыха. — Спасибо вам, мальчики, — поблагодарил он и сел подле своего капитана. — Вы спасли ему жизнь.       Те сразу перестали собачиться между собой и попытались отдать честь, прижав кулаки к груди. Эрен тихо фыркнул. — Кисть нужно обратной стороной… — И показал, как правильно. — Вот так. —Правильно, мистер Эрен? — с гордостью спросил Юрген. — Теперь да. У тебя отлично получается. — А что это означает? Зачем вы так делаете? — Это значит… готовность отдать жизнь на благо человечества. Готовность защищать его любой ценой. Если не уверен, что способен на это, то лучше так не делать. — А я хочу стать солдатом! — с уверенностью заявил Юрген. — Уймись, дурак, — одёрнул его Герт. — Тебя сожрут титаны в первый же день. — Глупости. Я стану сильным, как капитан Леви, и убью их вс… — мальчишка прервался, скосившись на бессознательного мужчину. — Видишь, даже он, самый сильный из людей, не смог этого сделать. Тогда что сможешь ты? Правильно, мистер Эрен? Скажите, что ему не нужно соваться туда. — Боевой дух это хорошо, — сказал тот. — Но прежде чем дать бой даже одному титану, необходимо много тренироваться. Нельзя полагаться только на свои эмоции, это всегда плохо кончается. — Мистер Эрен, Вы же солдат? — не унимался Юрген. — Каково это, быть солдатом? — Страшно. Не за себя — за товарищей. Свою смерть не так страшно пережить, а вот видеть, как умирают твои друзья и не суметь им помочь… тяжело. — Вы много кого потеряли?       Герт возмущённо дёрнул друга за рукав рубашки. — Не доставай его! Видишь же, ему неприятно говорить об этом. — Всё хорошо, — дёрнул уголками губ Эрен. — Я уже смирился с их смертями. Мне остаётся только сделать так, чтобы они не были напрасными. — Возьмёте меня в свой отряд, когда я вырасту?       Этот вопрос позабавил Йегера. — Не знаю, Юрген, я же сам не из командующего состава. Возможно, когда-нибудь, если дослужусь до должности повыше… Сначала нам нужно отвоевать стену Мария. Сейчас это главная задача разведкорпуса. — Правда? Здорово! Мы раньше жили там, в деревне возле Шиганшины. Говорят, Вы оттуда родом. Много титанов убили, когда они разрушили ворота? — Нет, что ты. Мне же тогда было столько же, сколько и вам сейчас. Победить титана… не так просто, как кажется. Даже имея необходимую подготовку, нельзя исключать того, что что-то пойдёт не так. — А как Вы познакомились с капитаном Леви? — Всё-всё, — усмехнулся Эрен и поднялся на ноги. — У него и спросите, когда он очнётся. Присмотрите за ним, ладно? Пойду посмотрю, как там лошади.       Мальчики резко прижали кулаки к сердцу. — Так точно, мистер Эрен! ***       Глаза, медленно открываясь, постепенно привыкали к темноте. Слышались чьи-то голоса, но они были глухими и доносились словно из-под толщи воды, тихо и приглушённо. Вместо со способностью видеть, к Леви возвратилась и охватившая всё тело боль, несколько секунд не позволившая ему сделать ни малейшего движения. Он только и мог лежать поломанной куклой и слушать чужие разговоры. Когда они замолкли и мужчина буквально ощутил на себе взгляды, он резко вскочил на локти и только потянулся к спрятанному в сапоге кинжалу, как понял, что на него смотрели всего лишь два ребёнка, явно не представляющие опасности. В непонимании, Аккерман осмотрелся: деревянные доски, через которые пробивался солнечный свет, разбросанное вокруг сено, куртка Эрена, лежащая у него на груди, отсутствие его самого. — Капитан Леви! — с улыбкой до ушей воскликнул Юрген и подбежал к разведчику, отчего тот невольно отпрянул от него, не привыкнув к громким звукам. — Вы очнулись! — А вы кто, сопляки? — хрипло спросил мужчина. — Мы живём тут, — ничуть не обидевшись на недружелюбный тон капитана, ответил Герт. — И мы друзья мистера Эрена! Он попросил приглядеть за Вами, пока Вы не проснётесь. Что с Вами случилось? Кто Вас так поранил? А как Вы познакомились с… — Эй, — одёрнул его Леви. — Ни слова не разберу, помедленней. Эрен. Где он? — Он сейчас на улице с лошадьми, не волнуйтесь. Мы можем Вас отвести к нему. — Было бы неплохо.       Встать получилось только с третьей попытки. Мальчик с веснушками, видя неудачи мужчины, подорвался помочь ему, но на деле стал только мешаться под ногами, поэтому в конечном итоге просто взялся за край его плаща и потопал в сторону двери, ведя Аккермана за собой. — Мистер Эрен хороший, — восторженно делился впечатлениями ребёнок. — Он добрый, хотя многие из нашей деревни его недолюбливают, говорят, что он — враг человечества и только притворяется нашим другом. И он очень Вас любит. — Чего? — поднял бровь Леви, стараясь подстраиваться под шаги новых знакомых. — Он о Вас так беспокоился… Должно быть, Вы ему очень дороги. — Вот как. Значит, Вы знаете, кто он, и всё равно не боитесь его?       Аккерман помнил, как смотрели на его подопечного дети после суда, и едва ли в их глазах было восхищение, прямо льющееся сейчас из этих мальчиков. Только вот, когда Йегер успел с ними подружиться, оставалось для него загадкой. — Почему мы должны его бояться? — непонимающе открыл рот Юрген. — Он же использует свою силу, чтобы защитить нас. Разве это не так? — Так. — Так как Вы всё-таки с ним познакомились? Мистер Эрен сказал, что Вы расскажете. — Мистеру Эрену надо отрезать язык.       Оба ребёнка замерли, не осознав несерьёзность этой фразы. Леви, остановленный их слабой хваткой, не понимал, почему они почти начали плакать, отчаянно оттягивая его назад. — Не надо, капитан Леви! — Не надо ничего у него отрезать, это мы виноваты! Мы, видимо, слишком достали его с расспросами, вот он и… — Герт, всхлипнув, не сдержал слёз и закрыл дрожащими ладонями лицо, чем заставил Аккермана на несколько секунд зависнуть, опуститься перед ним на одно колено и мягко перехватить его за запястье. — И что это? Хочешь затопить тут нас? Успокойся, я ничего не собираюсь с ним делать, у меня даже оружия нет, видишь? — Мужчина распахнул плащ, показывая отсутствие привода. — Да и он же титан, на нём всё быстро заживает.       Мальчик громко шмыгнул носом, но выглядеть стал уже куда лучше. — Вы точно не будете обижать его? — Слово офицера.       Недолго сомневаясь, Герт несмело кивнул, и Леви с облегчением поднялся на ноги. Дети стали молчаливее, теперь они, идя рядом с Аккерманом, выглядели двумя нашкодившими щенками, но всё равно не убегали от него, а послушно вели к своему новому другу, который нашёлся в самом конце деревни, в небольшом лесу за ней. Парень сидел на земле, прислонившись спиной к дереву, а рядом, всего в метрах двух, ходил Норд и срывал зубами траву, совсем не сторонясь наблюдающего за ним человека. Услышав шаги, Эрен вздёрнул подбородок на звук и, с удивлением наткнувшись на покрасневшее лицо мальчика, перевёл взгляд на остановившегося рядом командира. Когда он не дождался от него объяснений, то спешно подскочил к ребёнку и уселся на корточки, рукавом начав вытирать оставшуюся на подбородке влагу. — Что случилось? — обеспокоенно поинтересовался он. — Что-то болит? — Н-нет, мистер Эрен, просто… капитан Леви хотел отрезать Вам язык за то, что… Простите нас, мы не хотели… — Тц, сопляк, я когда-нибудь тебя после суда хоть пальцем тронул? — недовольно бросил Аккерман, немного раздосадованный этой ситуацией.       Эрен осмотрел его с нескрываемым облегчением и вскоре даже чуть улыбнулся. — Никогда такого не было, — заверил он детей. — Он очень добрый, пусть и не показывает этого. Поэтому не… — мальчишка прервался из-за прилетевшей в лицо куртки — Леви сердито вздохнул. — Я там, кажется, видел ваших родителей. Можете их отвлечь? А то, боюсь, видеть меня здесь они не будут рады. — Конечно, мистер Эрен! — кивнул ранее молчавший Юрген и потянул друга за собой. — Пойдём, Герт.       Оставшись наедине с попечителем, Йегер невольно сгорбился, почему-то ощущая за собой странную вину, но вместо упрёков или бранных слов, он почувствовал, как Леви небрежно взъерошил его волосы. — Вам уже лучше, капитан? — Парень поднял голову, не уходя от прикосновения, продлившегося так недолго. — Я знаю, что обижал тебя, — проигнорировав вопрос, тихо признался Аккерман и осторожно сел у дерева. — Знаю, что тебя это сильно задевало. — О чём Вы?.. — В тот день, когда нам выдали разрешение на проведение вместе с тобой экспедиций, ты пришёл ко мне ночью пьяный, еле стоящий на ногах, много чего рассказал мне, и я… — мужчина запнулся, думая, стоит ли рассказывать этому мальчишке нечто настолько личное, и тут же качнул головой. — Нам стоит выдвигаться, нужно догнать Эрвина и остальных.       Эрен разочарованно опустил плечи, но тем не менее согласно кивнул. — Вы нормально себя чувствуете, сэр? Вы ведь проспали почти два часа… — Да, паршивец, всё хорошо. Полагаю, благодарить мне стоит тебя. — Ну, вообще-то… те мальчики сделали куда больше.       Странно, но совсем недавно утерянные силы вновь вернулись к нему — Аккерман хоть и чувствовал каждый ноющий участок тела, зато его состояние почти приблизилось к норме. Он злился на себя, за то, что его подопечный вновь остался без его защиты, и одно не давало ему покоя: почему его организм внезапно словно забыл, что такое "регенерация". Несомненно, его ранения нельзя было назвать лёгкими, но мужчина помнил, как не обратил внимание на перерезанное на одной из вылазок сухожилие на руке, которое зажило за несколько дней. Вероятно, он начал терять форму, а значит, скоро станет совсем бесполезным. От этой мысли Леви со злостью посмотрел на землю. — Сможете ехать? — Йегер протянул ему поводья вороной лошади.       Леви молча забрался в седло, подмечая, что его авторитет перед этим парнем окончательно подорван. — Ещё не хочешь сменить командира, Эрен? — Что Вы такое говорите?! — вспыхнул тот. — Не кричи, поехали. Уже вечереет. — Одну минуту, капитан.       Парень терпеливо дождался вернувшихся мальчиков, быстро понявших, что они с мужчиной уже собираются покинуть деревню. — Вы же приедете ещё, да? — с надеждой посмотрел на Эрена Юрген. — Да, мистер Эрен, возвращайтесь, как только сможете! — поддержал друга Герт. — Конечно, — улыбнулся Йегер и, сев на корточки, расставил руки в стороны. — Ну идите сюда.       Дети неверяще захлопали ресницами и сразу бросились на него с объятиями, сильными и жадными, каждый из них тянул Йегер на себя, словно пытаясь разорвать его на две части. Аккерман, глядя на это, почти незаметно улыбнулся краем губ, думая, насколько же его мальчишка вёл себя по-разному с ним и с этими малышами. С ним Эрен был сам больше похож на одного из них, такой же суетливый и с таким же ребяческим блеском в глазах, пусть тот со временем и начал тускнеть. — А вы поправляйтесь скорее, капитан Леви! — крикнул мальчик с веснушками, остерегаясь подойти к мужчине ближе из-за опасно вздёрнувшего уши Норда. — Мы будем Вас ждать. — Спасибо вам, сопляки, что не дали мне сдохнуть.       Засветившись от радости, те уже заученным движением прижали к груди кулаки, и Леви задумчиво хмыкнул, переведя взгляд на своего подопечного. — Нашёл, чему их учить… — неслышно пробормотал он.       Вскоре Йегер взял под уздцы свою лошадь, но, не садясь ей на спину, зачем-то отошёл чуть вдаль, на расстояние нескольких метров, и неожиданно для Аккермана укусил себя за руку — после короткой вспышки впереди всё заволокло паром, а в нём можно было увидеть гигантскую двигающуюся руку титана. Вороной жеребец вскочил на дыбы, и его хозяину пришлось схватиться за его гриву, чтобы не упасть. — Какого чёр… — Я же говорил, это правда! — без малейшего страха, восторженно воскликнул Юрген, вместе с другом глядя на огромную конечность. — Мистер Эрен, а Вы чувствуете ей то же, что и своей рукой? — Не совсем… — тяжело выдохнув от напряжения, парень сжал ладонь в кулак. — Я ощущаю только прикосновения, а вот боль — почти нет. Оно и к лучшему, наверное.       Приложив усилия, Эрен вытащил настоящую руку из горячих соединительных мышц и наконец залез в седло. — Нам пора, — помахал он, ударив коня по бокам. — Берегите себя, мальчики! — До встречи мистер Эрен!       Когда лошади перешли на галоп, а деревня оказалась далеко позади, Леви поднял голову, посмотрев на розово-оранжевое небо. Солнце уже наполовину скрылось за линией горизонта, значит, уже меньше, чем через час, ночь поглотит тьмой все окрестности. — И что это было? — спросил он хранившего тишину Йегера. — Приказа превратиться в титана, вроде как, не было. — Извините, капитан, они просто просили меня показать, как я это делаю, пока Вы спали. Мне несложно, а им впечатлений на всю жизнь хватит, — объяснил Эрен и тут же виновато вздохнул. — Я понимаю, это было беспечно, этого больше не повторится. — Молодец, что сразу признал это, так и быть, живи пока. Ты лучше скажи, не было видно фиолетового дыма? — Нет, я почти всё время был на улице, но никакого сигнала не видел. Возможно, мы просто слишком далеко от командующего. — А где мы вообще? — Мы на западе от Троста, скоро будем у Яркела. Поберегите силы, капитан, не разговаривайте. — Тц, стоило мне час-другой проваляться в отрубе, как ты уже начал мне рот затыкать, засранец, — беззлобно фыркнул Аккерман. — Совсем от рук отбился. — Не делайте вид, будто Вы сильно приучали меня к дисциплине, сэр — усмехнулся Эрен. — Я не помню ни одного раза. — Обнаглел ты, сопляк. Ты учти, отпинать я тебя смогу и в таком паршивом состоянии. — Нет необходимости, капитан. Просто заботьтесь о себе получше.       Оставив эти слова без ответа, Леви прикрыл глаза.       Стемнело даже быстрее, чем они предполагали, так что пришлось немного сбросить скорость, чтобы ненароком не врезаться в одинокое дерево. Стало тихо — последняя стая птиц пролетала минут пятнадцать назад, и теперь тишину прерывал только цокот копыт немного уставших лошадей. Эрен неуютно озирался по сторонам, словно боясь увидеть во тьме титана или другое чудовище, а Аккерман, напротив, чувствовал себя умиротворённо. Он только часто оглядывался на следовавшего за ним подростка, не желая терять его из виду.       Норд, внимательно вслушиваясь, настороженно опустил шею и перешёл на неспешную трусцу. Леви мгновенно напрягся и стал пристально сверлить взглядом появившийся впереди тускло-жёлтый огонёк, который медленно двигался прямо на них. Достав рукоятки УПМ, Йегер присоединил к ним лезвия и стал, заметно нервничая, ждать. В форме титана ночью от него было бы мало толку из-за плохой видимости, поэтому он был готов защищать своего спутника с одними только клинками.       Огонёк оказался факелом, который держал в руке незнакомец на коне и в форме разведкорпуса. Едва он приблизился к ним, Аккерман дёрнул поводья вправо и тем самым закрыл собой нахмурившегося мальчишку, готового броситься в бой в любую секунду. — Капитан Леви! — обеспокоенно, с явно уловимой паникой позвал незнакомый парень со светлыми спутанными волосами, перед этим почтительно отдав честь. — Флок Форстер из последнего посвящения в разведкорпус. Разрешите передать срочное донесение от командующего Эрвина: немедленно вернуться за стену Роза!       Этот человек не принимал враждебных действий ни тогда, находясь вдали, ни сейчас, находясь в нескольких метрах от них. Когда Норд, обнюхав чужую лошадь, тихо заржал, Леви окончательно расслабился. Значит, перед ними не предатель и он говорит правду. — Что с планом? — сухо обратился мужчина к разведчику. — Провален, — с ужасом на лице поведал Флок. — У нас большие потери, треть солдат погибла, командующий в лазарете в тяжёлом состоянии. Там… там был настоящий ад, я всего на несколько минут покинул свою шеренгу, а когда вернулся, там уже лежали только трупы.       Эрен растерянно опустил клинки, глядя то на Аккермана, то на Форстера. — На нас напали. — Титаны? — сощурился Леви, никак не ожидав того, что разведчик нервно сглотнёт и ответит: — Люди.