Катализ

Стоять в пыльном бетонном коридоре в компании двухметрового бармена или тем более возвращаться в пропитанный едким дымом зал с кучей любопытных глаз совсем не хотелось. Неприятные воспоминания еще стучали по затылку крошечным резиновым молоточком, и Тигнари казалось, что стоит лишь немного дать слабину — и все они волной обрушатся на него, отбрасывая ледяной волной в объятия тревожного приступа. Поэтому, едва покинув кабинет Дори, он попросил сопровождавшего его мужчину проводить его на улицу, чтобы он мог подышать воздухом в ожидании Сайно. Бармен нахмурил густые рыжие брови, будто думал, стоит ли пойти на уступки фенеку, но все же согласно кивнул. Погода, к счастью, была более чем располагающей. Сегодня был редкий для сезона ливневых дождей сухой и почти безветренный день. Не портило его даже пасмурное, низкое, словно свинцовый облачный купол, небо. Даже была в его холодном рассеянном свете какая-то особая романтика, уловить которую можно было только остановившись в потоке собственных дел и подняв голову вверх. Полной грудью, до щекотного дискомфорта в легких вдыхая наполненный сотнями историй воздух, лис рассматривал это самое небо, пытаясь угомонить ситцевой вуалью щекочущее нервы волнение. Мимо шуршали шинами по старому асфальту машины. И ни одна из них не представляла для него угрозы. Собирались в компании незнакомые люди, болтали наперебой. Просто выбирали фильм для вечернего просмотра. Десятки городских инструментов, поющих то басом, то трескучим сопрано, сливались в живой и пылкий оркестр. И ему ничего не угрожало. Глубокий вдох на восемь счетов, задержать дыхание на четыре и так же на восемь медленный выдох. Пришлось несколько раз повторять это как мантру прежде, чем возбужденный недавней беседой мозг успокоился и поверил. Но что-то в характерном шуме улиц было не так. Тигнари слегка нахмурился, наклоняя одно ухо в сторону предполагаемого источника нового звука. Понадобилось всего пару секунд и немного концентрации, чтобы острый слух отчетливо уловил напуганный девичий голос. Его обладательница через дрожь просила дать ей пройти, говорила, что очень спешит, и у нее нет времени разговаривать. — Да ладно тебе, просто составь нам компанию ненадолго! Обещаю, ты чудесно проведешь время, — смехом отозвался уже мужской голос, и этого хватило, чтобы лис отмер, скорее на уровне инстинктов направившись к проулку совсем рядом, откуда, по его предположению, доносились голоса. Тон и эмоцию, с которой говорили несколько мужских голосов, он узнал прекрасно. И если никто не вмешается, для девушки эта беседа ничем хорошим не закончится. Проход между зданиями оказался совсем узким и, видимо, сильно петлял по дворам, а не соединял две крупные улицы, потому что света здесь было откровенно маловато. Благо, гены хищника в Тигнари позволяли ему разглядеть ситуацию. Мужчин было четверо, разного возраста, роста, телосложения, объединяло их только одно — явная принадлежность к неблагополучной стороне района. Оттесненную к стене девушку мешали разглядеть их спины, парень только понял, что она крайне миниатюрная и, возможно, довольно юная. Сам Караван-Рибат был районом, полным контрастов: сейчас они находились в приличном квартале, где главной проблемой был разве что пьяный дебош, а стоило пройти немного дальше — и можешь попасть уже в менее приятный уголок города. Немудрено, что четких границ этих двух составляющих никогда не было, частенько те и вовсе плыли, смешивая два разных ритма и образа жизни. Разве что территории матр всегда оставались неприкосновенны, оно и не мудрено. — Эй! — окликнул фенек, быстрым шагом подходя к группе незнакомцев. В нос тут же ударил букет тяжелых запахов: пот, табак, сырость, — он с трудом сдержался, чтобы не поморщиться. — Кажется, она попросила вас прекратить. Нехорошо так обращаться с юной леди. — А это еще что за хер с горы? — небрежно сплюнул один из мужчин, делая пару шагов в сторону, чтобы рассмотреть Тигнари. Последний воспользовался моментом, чтобы проскочить поближе к жертве. — Твой дружок что ли, малышка? — Да ты глянь! У него ж уши и хвост, как у этих гибридов из порнухи, — воскликнул парень помоложе, и тут же протянул мозолистую руку к ушам брюнета. — Неужели настоящие? Или накладные? — Руки от меня убери, — шлепком оттолкнув от себя чужую конечность, Тигнари даже оскалился. Вся его вежливая мягкость улетучивалась с каждым выдохом. — Я не давал разрешения себя трогать. Как и эта девушка. — Нет, мы с ним совсем не знакомы, он не имеет ко мне никакого отношения, — жертва самого происшествия вдруг активно замотала головой и даже сделала от Тигнари демонстративный шаг. Тот удивленно округлил глаза и пару секунд просто пялился в чужую травянисто-зеленую макушку. А потом в голову закралась загадка, и лиса прошибло холодным потом от нее. Кажется, девушка сказала это, чтобы не впутывать внезапного заступника в свои проблемы, чтобы хоть как-то его защитить от возможных последствий. Она могла бы просто притихнуть и спрятаться за ним, но вместо этого старалась выгородить, даже понимая, что может пострадать сама. Что-то в этом поступке было настолько поражающее и до глупого самоотверженное, что хотелось просто рассмеяться. Но вместо этого он лишь выставил перед ней руку, будто проводя невидимую границу для привязавшихся мужчин. — Так ты ее не знаешь что-ли? Нехуй было лезть тогда. А-а, или ты просто тоже с нами захотел? Мог бы тогда не ломаться, мы же только за. Правда ведь, ребят? — Да, песик из порнушки, погнали выпьем. Я никогда таких как ты не видел… Решив полностью проигнорировать все мерзотные комментарии в свой адрес, Тигнари чуть развернулся, пытаясь рассмотреть притихшую, видно от осознания бесполезности своей попытки все исправить, девушку. Она действительно оказалась еще подростком, худенькой и маленькой, особенно сейчас, когда вся сжалась, будто стараясь и вовсе исчезнуть. На самом деле она выглядела скорее крайне напряженной и готовой защищаться до последнего, нежели запуганной. Брюнет поджал губы, слегка коснулся пальцами ее руки и замер, когда незнакомка вскинула на него бледное личико. Не получалось смотреть никуда, кроме как ей в глаза. Распахнутый, горящий запертым пламенем взгляд будто гипнотизировал, захватывая на пару мгновений все мысли своей аметистовой глубиной. И, хотя, не считая глаз, в ее внешности не было ничего особенного, Тигнари испытал очень сильное чувство дежавю. Он где-то ее видел, точно видел, притом совсем недавно. Но где же… Точно. Буквально пару дней назад, изучая бесчисленные сложные книги на полках в доме Генерала Махаматры, Тигнари наткнулся на одинокую фотографию в латунной рамке. Не то чтобы картинки с застывшими воспоминаниями тут можно было встретить часто, по правде, Сайно вообще таковых не держал, распечатанных уж точно. Поэтому снимок сразу же привлек внимание фенека. Фото явно было сделано кем-то со стороны, и в чуть смазанном фоне Тигнари легко узнал территорию лесного госпиталя матр. Сайно был очень увлечен беседой с кем-то за кадром, наверняка с кем-то из подопечных, и с интересом лис подмечал небольшие детали, говорившие о давности снимка. Например, волосы у генерала были на добрых сантиметров десять короче, над бровью, где сейчас белел небольшой шрам, была свежая повязка, да и лицо его казалось менее мрачным и уставшим. На руках пустынник держал худого, болезненного ребенка лет десяти, трудно было понять даже, мальчик это или девочка. Тоненькие, полностью покрытые бинтами руки так отчаянно обвивались вокруг шеи генерала, будто ребенок боялся, что кто-то может его отобрать, лишить единственной защиты. И в том, как аккуратно, почти нежно Сайно придерживал этого маленького человека, было что-то очень весомое, что нельзя было так просто понять. Прижимаясь щекой к растрепанным снежным волосам матры, ребенок смотрел в камеру любопытным, но недоверчивым взглядом. Круглые, ярко-фиолетовые глаза на бледном тонком личике будто светились, притягивая к себе максимум внимания смотрящего. Такие глаза, полные невысказанных чувств, как хороших, так и плохих, полные боли и надежды одновременно, встречались очень редко. Забыть их было просто невозможно. «Это Коллеи, — ответил тогда на импульсивный вопрос лиса Генерал Махаматра, взглянув на фотографию с оттенком светлой печали. — Она очень мне дорога». — Никто никуда не идет, — опомнившись, строго отрезал Тигнари, заслоняя подругу по несчастью собой. — Вам ясно сказали «нет». Проваливайте. — Ого, а ты довольно бойкий. Тебе не идет, — раздраженно цыкнул один из мужчин, угрожающе нависая над лисом. — И че дальше? Драться с нами будешь? Тигнари нервно сглотнул. Если так подумать, он действительно мало что мог сделать. Хоть он и оправился за время жизни с Сайно, но особой физической силой все равно наделен не был, едва ли он выстоит в драке против нескольких взрослых мужчин, к тому же, возможно, вооруженных. Остается только попытать удачу. — На вашем месте я бы проявил хоть немного осмотрительности. Эта девушка, между прочим, протеже Генерала Махаматры, — как можно увереннее заявил Тигнари. Коллеи за ним резко вздрогнула и засуетилась. Значит, он не ошибся, посчитав, что именно она была той загадочной персоной под присмотром генерала, о которой иногда упоминала Дэхья. — Да прям уж, — фыркнул самый молодой из парней, демонстративно скрещивая руки на груди. — Все знают, что у Генерала только одна подопечная. Хочешь сказать, эта мелочь — и есть та самая?.. Прежде, чем Тигнари издал бы хоть звук, гулкое эхо переулка заполнил тихий колючий треск, вынудивший его рефлекторно прижать уши пониже к голове. В считаные секунды в полумраке возникла и пронеслась бледно-фиолетовая, будто маленькая молния, вспышка, и жадно впилась в неприкрытую спину говорившего. Запахло горелой тканью и плотью. — Сука! — взвыл парень, падая на четвереньки, словно сбитый с ног огромным весом. Его друзья не сразу сообразили, что произошло, и что в проулке теперь не только они. — Что это блядь было?! Не успев разглядеть напавшего, кто-то выхватил нож, его тонкое лезвие белесой полосой мелькнуло в полумраке кирпичных стен. Это стало его ошибкой. Меньше удара сердца спустя возникла новая вспышка, на этот раз она вонзилась в асфальт подобно хлысту и шустрой змеей устремилась вперед. Парень с ножом попытался отскочить подальше, но не успел; ослепительно вспыхнув, молния ударила по его запястью, с лязгом отправляя нож куда-то в сторону. — Ага, именно «та самая», — тверже каленой стали ответил голос с другого конца переулка, пуская по спине лиса волну ледяных мурашек. Он тут же развернулся всем телом к нему и шумно выдохнул. — И рядом еще один мой подопечный. Советую обоих очень хорошо запомнить. — М…Махаматра? — почти подавился старший из бандитов, мигом отойдя подальше от Тигнари и Коллеи. — Какого хуя тут происходит вообще? — Я собирался задать тот же вопрос, — не меняя тона отозвался Сайно. Он так и остановился на полпути к компании, сунув одну руку в карман. Вокруг второй, спокойно опущенной, клубилась элементальная энергия. Именно она была источником той вспышки, что обожгла парня. Глаз бога на поясе матры пульсировал фиолетовым, готовый в любой момент превратить все тело своего владельца в резонатор чистого электро. От самого локтя руку Сайно паутиной ломаных линий опутывало напряжение, громко треща и разбрасывая маленькие искры в темноту. Ближе к кисти элементальная энергия и вовсе повторяла очертания тела, достраивала поверх кисти хозяина свою: когтистую, больше похожую на броню. Выглядело… жутко. Ощущалось тоже. До этого Тигнари никогда не встречал представителей элементов разрушения в действии, и потому никак не мог оторвать взгляд от режущих глаза линий-вспышек. Они ластились к смуглой коже, вылизывали ее, словно распутные девицы, так и жаждущие забраться под одежду, а затем и вовсе под плоть. Лис невольно шагнул подальше к стене и обвил собственную ногу хвостом. Все его тело кричало об опасности, рвалось уйти скорее и больше никогда не натыкаться на эту ужасную стихию. Такая энергия просто жила на противоположной стороне гармонического круга, она билась внутри своих носителей, носилась по их венам, искрилась и громила все вокруг. Тигнари понимал, что не он сейчас цель Сайно, не ему стоит беспокоиться, но в тихом напеве грозовой материи слышалась такая злость, что трудно было поверить, что она кого-то обойдет стороной. — Я даю одну попытку исчезнуть из поля зрения. Считать буду до трех, если не успеете — сдерживаться я не стану, — очередная нетерпеливая вспышка подсветила киноварь его глаз и паутинной рассыпалась у ног. — Давайте не будем горячиться, Генерал! — помогая раненому другу подняться, затараторил один из мужчин. — Мы просто хотели поболтать с девчушкой, а тут этот и… — Раз. — Мы уходим, уходим. Клянусь, мы хорошо запомнили их и никогда больше не тронем, даже не появимся тут! — Два. Поняв, что оправдания действительно не помогают, мужчины как можно быстрее направились вглубь переулка, чтобы с тихим матом скрыться за поворотом за доли секунды до того, как прозвучит «три». Проводив их спины взглядом, Сайно на пару секунд прикрыл глаза и сделал гулкий, очень медленный вдох. А после с таким же медленным выдохом погасил собранную на ладони электрическую бурю. Так и не сорвавшаяся в бой энергия послушно впиталась в разгоряченную кожу, позволяя запереть себя в стекляшке на поясе брюк. По крайней мере пока. — Коллеи! — почти срываясь с места, облегченно простонал матра. Тигнари словно по щелчку пальцев вывели из транса, он удивленно уставился на подскочившего к ним мужчину. Сайно обеспокоенно «крутил» ее за плечи, осматривая, совсем как перепуганный родитель. Лицо его слегка смягчилось, взгляд зажегся нежным беспокойством. — Ты как, не ранена? Они что-то сделали? — Нет, нет, я в полном порядке, — замотала головой Коллеи, перехватив его руку в свои и бледно улыбнувшись. Ее ладони казались совсем крошечными, когда успокаивающе поглаживали длинные пальцы пустынника. — Испугалась только немножко. Но они ничего у меня не забрали и не трогали. — Хорошо… Тогда позволь узнать, — его интонация вдруг стала крайне поучительным, а сам матра демонстративно скрестил руки на груди. Наблюдая со стороны, Тигнари силился просто не засмеяться, ведь видеть Сайно таким было даже удивительнее, чем электро магию. — Сколько еще раз я должен наказать тебе не ходить по таким местам в одиночку? — Я и не ходила! — поспешила оправдаться девушка, замахав руками. — Я приехала с одногруппницами, но мы разминулись. Я пошла в книжный, купить кое-что для колледжа, но заблудилась и решила попробовать срезать здесь. Я уже почти вышла на торговую улицу, когда они пристали, — виновато опустив голову, Колеи даже ковырнула асфальт носком ботинка. — Я не думала, что так получится. Извини, я правда буду аккуратнее… Но, мистер фенек очень вовремя подошел, так что я правда в порядке. — Тигнари, — тут же сменив вектор внимания, мягко позвал Сайно, и у Тигнари встала дыбом шерстка на ушах. Может, матра просто не успел перестроиться с подопечной, и потому кусок этой бархатистой заботы достался лису, а может, ему и вовсе померещилось, но так его по имени он еще точно не звал. — Спасибо большое, что заступился за Коллеи. Но если что-то подобное повторится, тебе следует позвать меня. Ты мог пострадать, — в голосе его звучало досадное сожаление, словно мысленно мужчина как раз перебирал в голове возможные исходы случившегося. Лис даже не представлял, каким большим и значимым поступком в глазах генерала было то, что он пытался защитить девушку. Вернее, что он пытался защитить именно Коллеи. Даже понимая, что ничего особо сделать не может, Тигнари без сомнения заслонил собой ту, ради кого Сайно был готов перевернуть весь Сумеру вверх дном. Пусть это и было лишь счастливой случайностью, матра никак не мог ее проигнорировать. — Будешь теперь и за меня волноваться что ли? — усмехнувшись, фенек надеялся разрядить обстановку, но все его попытки были сбиты четким, уверенным: — Разумеется. Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. И это было правдой. — Кстати, г-господин Тигнари, — видимо предвидя масштабы назревающей социальной катастрофы, Коллеи робко ухватилась за рукав гибрида. — А откуда вы меня знаете? Просто, вы сказали тем людям, что я с Сайно… но мы вроде не встречались. — Ах, это… — дружелюбно улыбнувшись девушке, лис неловко почесал затылок. Знает ли девушка, что он сейчас живет с Сайно? Стоит ли вообще об этом говорить? Крайне сложно было определить, что в данном случае являлось секретным, а что нет. К счастью, Генерал быстро перехватил инициативу: — Это довольно сложная и долгая история, — вздохнул он, вынуждая Тигнари иронично усмехнуться. Вот уж точно. — Ты говорила, что идешь в книжный. Не против, если мы составим тебе компанию? Заодно расскажу, что к чему. Конечно, Коллеи не стала отказываться. Напротив, несмотря на свое скромное поведение, она явно была полна энтузиазма. Магазин, в который девушка шла изначально, оказался в паре кварталов от «Шиши», так что пройти до него решено было пешком. За время этой маленькой прогулки Тигнари отметил для себя несколько интересных моментов. Во-первых, Генерал Махаматра вился вокруг своей подопечной как мама-утка: он аккуратно брал ее за запястье рядом с дорогой, менялся с ней местами, чтобы Коллеи шла по менее оживленной стороне улицы и ловил все изменения в ее лице. Было больше похоже, что он ее телохранитель, и это действительно показывало, как сильно эта хрупкая маленькая леди важна для Сайно. Теперь Тигнари стало еще интереснее, что за история их связывала, но интуиция подсказывала, что пока еще рано спрашивать. Ну а во-вторых, к огромному удивлению лиса, пустынник действительно довольно полно разъяснил для девушки ситуацию. Конечно, он не стал рассказывать о том, где и как именно они встретились с Тигнари (при том больше из уважения к последнему, а не из необходимости скрыть эти подробности), но в остальном не чурался ни горькой правды, ни каких-то особенности работы матр. Видимо, Коллеи была неплохо осведомлена о роде деятельности мужчины и в целом о жизни преступного мира Сумеру. Она не перебивала, не задавала вопросов, только слушала и с крайне осознанным видом кивала. — Вот значит как. И вы живете сейчас вместе? — это было первое, что Коллеи уточнила, легонько толкая дверь магазина плечом. Сайно сдержанно кивнул, вызвав у нее шутливую улыбку. — Что ж, надеюсь, вы хорошо ладите. Она собиралась было войти, скользнув под еще звенящим над дверью колокольчиком, но вдруг остановилась, повернувшись всем телом к брюнету. Спокойное понимание, которым были наполнены в тот момент ее невероятные глаза, точно не было тем, что хотелось видеть в глазах девочки-подростка. Коллеи немного помолчала, выбирая подходящие слова, а после произнесла с отчаянно юношеской уверенностью: — Господин Тигнари, мне очень жаль, что вам пришлось столкнуться с подобным. Но вы обязательно сможете с этим разобраться и зажить спокойно. Вы только не отчаивайтесь, ладно? И сам фенек, и матра рядом с ним изумленно застыли на ступеньке крошечного крыльца, явно не ожидав подобного «вброса». Коллеи же, выждав всего пару секунд и не собираясь получить какой-то ответ, развернулась на пятках, шмыгнув вглубь небольшого торгового зала, заставленного старенькими книжными стеллажами. — Чего это она? — шепотом поинтересовался Тигнари у пустынника прежде, чем тоже войти в помещение. — Еще в детстве Коллеи довелось пережить нечто ужасное, —бесцветно ответил генерал, и яркая радужка его глаз на секунду подернулась дымкой оттенка гниющей листвы. — Можно сказать, ваши ситуации чем-то похожи. Уверен, она просто хотела тебя поддержать. Этого ответа оказалось более, чем достаточно, чтобы зажечь внутри лиса не логичную, но очень светлую симпатию к новой знакомой. Кивнув скорее самому себе, фенек проследовал в ту же сторону, куда направилась Коллеи, попутно разглядывая корешки книг на полках. Тут оказалась только специализированная научная литература: учебники, справочники, пособия и рабочие тетради, отсортированные по областям и разделам. Многие из представленных здесь изданий были довольно старыми, некоторые даже подержанными, что, разумеется, не умаляло, а приумножало их ценность. А ведь правда, Коллеи говорила, что хотела поискать книги для учебы. — Скажи, а какую именно литературу ты ищешь? — найдя девушку перед огромным стеллажом, посвященном естественным наукам, поинтересовался ученый. Коллеи тихонько ойкнула и начала волнительно поправлять волосы. — А, ну… Я хотела найти что-нибудь для подготовки к вступительным экзаменам, — по голосу становилось ясно, что этот вопрос для нее имеет огромное значение. — Я т-трудновато нахожу общий язык с людьми, так что мне… тяжело найти репетитора, вот и приходится учиться самостоятельно, чтобы точно пройти… вот. — Правда? Мне не показалось, что у тебя есть такие проблемы с коммуникацией, — беззлобно подколол ее фенек, чем заставил ярко покраснеть и замахать руками. — Вы не так поняли, господин Тигнари! Сайно — моя семья, а я говорю о п-посторонних, так что… — Я просто шучу, — примирительно улыбнулся Тигнари, на что девушка с облегчением выдохнула. «Сайно — моя семья», — почему-то повторил про себя молодой человек. — А куда ты собираешься поступать? — Я хочу попасть в Амурту! — пылко заявила Коллеи, едва не подпрыгнув на месте. — Пока не определилась точно с направлением, но однозначно хочу туда. Туда очень большой конкурс, но я много занимаюсь. Только вот… зоология дается мне довольно легко, но ботанику я никак не могу освоить. Нужно столько всего запомнить, столько наименований, просто голова кругом, — в подтверждение своих слов она почти обреченно приложила ладонь ко лбу. — А еще по ней всегда столько учебников, и во всех материал подается по-разному, я словно иголку в стоге сена ищу… Ох, простите! Я заболталась, мне не стоило вам жаловаться, господин Тигнари. — Все в порядке, — махнул хвостом лис, задумчиво изучая наполнение стеллажа. — Ты хоть что-то смогла выучить или нужно начинать с нуля? — О, нет-нет, все базовые знания у меня есть, во многом благодаря сестрице Кандакии, но только базовые. — В таком случае, тебе стоит посмотреть вот это, — вытащив с полки толстое пособие, Тигнари протянул его собеседнице. — Тут довольно подробно разбираются самые основные темы и есть множество примеров. И еще, это обязательно, вон тот справочник прямо рядом с тобой. С желто-коричневой полоской, да, именно он. Лучший справочник с классификациями растений, который можно найти. Не смотри, что он довольно старый, в новых изданиях упущена часть важных моментов. — Ничего себе! Вы так хорошо в этом разбираетесь, — восторженно ахнула Коллеи, прижимая к груди названные книги. — Забавное совпадение, но я был студентом Амурты, — слегка улыбнулся Тигнари, смущенный таким восхищением со стороны девушки. На глаза ему попался еще один очень хороший учебник, по которому сам он занимался на первом курсе. Только вот стоял он на одной из верхних полок, так что фенеку пришлось вытянуться во весь рост и встать на цыпочки, чтобы просто дотянуться до него пальцами. — Как раз изучал ботанику, но пришлось на время прервать учебу. Тц, никак не достать! Упрямая тяжелая книга никак не хотела поддаваться, и молодой человек уже было собрался искать нечто вроде стремянки, как вдруг ему на плечо опустилась горячая ладонь Сайно, вынуждая вернуть тело в более устойчивое положение. На несколько минут брюнет вообще забыл, что они с Коллеи тут не одни, и от того, что пустынник вдруг оказался так близко, что Тигнари мог ощущать его дыхание на своем затылке, по коже на руках побежали мурашки. Свободной рукой матра лишь с небольшим усилием дотянулся до толстого переплета и снял злосчастный учебник с полки, складывая его в руки Тигнари. — Я понимаю, что наука требует жертв, но не буквальных, — усмехнулся он, прислонившись к стеллажу плечом. — Если груз этих знаний на вас упадет, будет весьма драматично. — Спасибо, — кротко улыбнулась Коллеи, оперативно сцапав учебник третьим в свою тяжелую стопку. — Я не ослышалась? Вы ведь сказали, что учились в Амурте? Правда-правда? — Да, все так, — потирая заднюю сторону шеи, Тигнари тихонько рассмеялся. — Так что если будут какие-то вопросы по поводу учебы и поступления — обращайся, расскажу все, что знаю. — Коллеи, — вдруг вмешался Сайно, что, не считая своей сомнительной шутки, до этого момента не проронил ни слова. Девушка забавно вытянулась по струнке, выискивая генерала взглядом. Будь у нее ушки, Тигнари уверен, они бы мигом встали торчком. — Может, с тобой позанимается Тигнари? Наставники его направления отмечали его как очень перспективного ученого. — А ведь правда! — мгновенно воодушевившись, Коллеи подскочила к лису, заполняя весь мир вокруг него яркими лиловыми искрами во взгляде. — Господин Тигнари, если вы так разбираетесь в ботанике, может, вы сможете подготовить меня? Я п-понимаю, что о многом прошу, и у вас есть дела поважнее, но мне хватит и одного занятия в неделю! — Погоди, постой, Коллеи, — почти сбитый с ног эмоциональным напором девушки, фенек даже сделал шаг назад. — Ты просишь меня стать твоим репетитором? — Ты ведь работал им одно время, разве нет? — довольно промурлыкал где-то за плечом Сайно, перерезая все пути к отступлению. — Да, но я в основном помогал студентам других вузов и старшеклассников, а вступительные — это другой уровень, — попытался объясниться ученый, но лицо Коллеи настолько светилось надеждой и жаждой знаний, что отказать ей было бы равносильно тому, чтобы предать самого себя. — Впрочем… Думаю, моих знаний хватит, чтобы подготовить тебя. — Серьезно?! — пискнула девушка, готовая почти расплакаться от облегчения и счастья. — Спасибо, спасибо, господин Тигнари. Обещаю, я буду очень старательной ученицей. Пока эти двое обменивались любезностями и номерами телефонов, Генерал Махаматра с сокрытой теплотой во взгляде продолжал наблюдать за ними со стороны. Коллеи не врала, когда сказала лису, что трудно сходится с другими людьми. Пережившая травмирующий опыт, она выросла очень замкнутой и пугливой, и тяжело понимала, как вести себя в обществе. Тут Сайно, увы, мало чем мог ей помочь, поэтому оставалось уповать на то, что время само поправит эту трудность. Тем не менее, меньше переживать за нее матра не стал. В отличии от него, Коллеи действительно стремилась к социальной жизни, хотела обрасти множеством друзей, знакомых, но каждый раз что-то шло не так, из-за чего девушка приобретала все больше комплексов, а ее неуверенность в каждом своем слове только росла. Поэтому мужчина слегка удивился тому, как легко у нее и Тигнари завязался разговор. Глядя на них сейчас, сладко щебечущих о каких-то пупырчатых гусеницах, трудно было сказать, что они познакомились меньше часа назад. И это почему-то успокаивало. Сайно мог, конечно, присоединиться к их беседе или просто постоять рядом, но в этот раз куда больше ему хотелось просто наблюдать. Кто знает, быть может, они бы и не встретились никогда, если бы не воля случая. Хах, как же много решает случай. И возникало ощущение, будто это знакомство очень нужно было им обоим. Нуждающейся в единомышленнике и наставнике, каким заточенный не горными ручьями, а грубыми напильниками Сайно стать просто не смог бы, Коллеи. И изголодавшемуся по нормальному общению Тигнари. Они нужны были друг другу именно в этот период жизни и именно в этом душевном состоянии. Поэтому Сайно просто наблюдал. И это почему-то успокаивало.

***

В цветном свете телевизора тени причудливо плясали на полу, искажая форму и размер предметов, что их отбрасывали. Это напоминало смешной ритуальный танец, где вместо костра по центру сидел уставший Генерал Махаматра. Банка энергетика, трудно сказать, какая по счету, почти опустела, и Сайно поморщился, опрокидывая в себя последние глотки уже выдохшегося напитка. Ужасно сладко, настолько, что без необходимости мужчина бы и не стал прикасаться к этим насыщенным таурином и кофеином газировкам, но необходимость была. Критическая нехватка сна, а иногда и его полное отсутствие в течение не то что многих часов, но и целых суток, не оставляли другого выбора, кроме как накачивать организм искусственной энергией и время от времени принимать ледяной душ. Сайно, конечно, был очень выносливым, особенно в том, что казалось физической нагрузки, но даже он не мог работать 24/7 без перерыва. К огромному его сожалению. Не то чтобы пустынник мечтал пасть жертвой собственного трудоголизма, хоть большую часть времени так и казалось. Просто в жизни матры особо ничего и не было, кроме должности и всего к ней прилагающегося. Когда-то раньше, конечно, было, но со временем все составляющие жизни амбициозного ученого слились, слиплись в один блок — карьеру. Испытывал ли Сайно удовлетворение от того, каких высот смог добиться? Едва ли. Это не было мечтой, это было железной целью, а когда достигается одна цель, всегда появляется другая. Одна за другой, каждый раз все больше, выше, дальше, и так до бесконечности. Самого себя он потерял еще много лет назад, сбегая от высоких дверей Академии, как бежит еретик от святой инквизиции. И теперь на бешеной скорости гнал свои измученные душу и разум по кольцу из сотен «должен». Должен себе, должен окружающим, должен справедливости, должен какой-то великой заевшей в мозгу идее. Не было права на отдых, на слабость, на жалость к самому себе, все это — привилегии, ему недоступные. Лишь единожды отлаженный механизм плавильни, превращавшей все потаенные переживания генерала в однородную сталь, дал сбой. В момент, когда в его жизни появилась Коллеи. Маленькая, замученная, кусающая за руки, словно забитая собака за попытки к ней прикоснуться, она устроилась клубочком посреди сквозняков его сердца и отказалась уходить. Их история была очень трудной, наполненной огромным количеством боли и проблем, но сейчас, оглядываясь на тот самый первый год, хотелось даже как-то печально улыбаться. Доска под ногами перестала шататься, ночи больше не были наполнены душераздирающими криками и нервными срывами, а жизнь снова вернулась в привычный ритм. Только вот почему-то сейчас Сайно испытывал смутное чувство дежавю… «Знаешь, кто будет читать мумии сказочку на ночь? Его мумочка!» — ярко вспыхнул красками телевизор, и Генерал Махаматра поднял глаза, отрываясь от документов. У него в руках, на диване, журнальном столике и полу вокруг лежали десятки личных дел и отчетов о наблюдениях, которые смогли нарыть матры по наводке Дори. Но поскольку только сам мужчина знал, что конкретно из этого может пригодиться, просматривать все тоже пришлось самостоятельно. Когда нужно было много часов посвятить монотонному изучению информации, Сайно всегда включал что-то на фон. Иногда музыку, которая не отвлекала, а иногда какой-нибудь документальный фильм или мультик. Не подумайте ничего лишнего, просто мультфильмы были отличной жвачкой для мозга, не перетягивали на себя внимание, но составляли очень приятную компанию. Особенно пустынник любил полнометражку «Скубби Ду: Где моя Мумочка», что как раз сейчас проигрывала на экране одну из ключевых сцен. Было в ней что-то очаровательное, что никак не надоедало, да и мотивы древних цивилизаций пустынь были генералу очень близки. Итак, компания на ночь сложилась превосходная: батарея кофе и энергетиков, стопочка едва ли законных информационных сводок, комедийный мультфильм о гробницах и Генерал Махаматра. Тигнари, увы, разделить эту чудесную атмосферу не мог. Еще днем Сайно оставил его с Дэхьей, которая, словно маленький ребенок, упрашивала позволить ей «украсть» фенека на денек, чтобы немного развеяться. Кого угодно другого мужчина бы развернул категоричным отказом, но Дэхья была кем-то вроде доверенного лица, и точно не имела никаких скрытых мотивов в отношении временного матровского союзника, так что Сайно почти сразу сдался. Не сказать, что беловолосому очень уж понравилась эта идея, но Тигнари явно пойдет на пользу немного сменить обстановку, ведь его постоянное пребывание дома начинало напоминать заключение. К тому же, ему и самому нужно было поработать в полную силу, что слабо получалось, когда он был не один. Даже если лис сидел в комнате и не показывал и кончика хвоста, мыслями Сайно то и дело возвращался к нему, иной раз прислушиваясь, все ли в порядке. Это не имело никакого логического обоснования, а потому немного раздражало и совсем не немного мешало сосредоточиться. Итак, все остались в выигрыше, не считая того момента, что в обговоренное время матра фенека не привезла, только скинула смс, мол, не нагулялись. Спорить просто не было сил, и с тяжелым вздохом Сайно банально махнул на эту вольность рукой. Но чем дальше двигалась часовая стрелка от полуночи, тем больше в груди генерала расцветало неприятное предчувствие. Что-то было не так. Это «что-то» объявилось, стоило лишь о нем подумать, и зажужжало телефонным звонком где-то под кипой листков. Подняв телефон, пустынник пару секунд смотрел на высветившийся на дисплее номер Дэхьи, будто пытаясь что-то узнать у несчастного набора цифр, но так и не получив ответа. — Я слушаю, — зажав телефон плечом, Сайно нашарил рукой пульт, ставя мультик на паузу. — Са-айно, — весело пропела девушка, перекрикивая не особо-то и громкую музыку. — Слушай, зайка, у меня тут нарисовалась небольшая проблема. Удивленно нахмурившись на странное обращение, матра постарался внимательнее вслушаться в интонации коллеги, и быстро вывод — Дэхья была пьяна. — Какая проблема? — тем не менее строго уточнил он, надеясь, что никто хотя бы не умер. — В общем слушай! Мы с ушастиком классно проводили время, а потом я поняла, что уже поздно и вызвала такси, — судя по звуку, шатенка сделала паузу, чтобы быстренько отпить немного из стакана. — Но он ужасно сопротивлялся и уже на середине пути заставил водителя развернуться и отвезти нас обратно. Ну мы вернулись, и теперь он наотрез отказывается уходи-ить. — Постой, — прервал украшенный хихиканьем рассказ Сайно. — Куда вы вернулись? — Так в бар, откуда уезжали. Тот, где мы иногда тусуемся с нашими, помнишь? На углу. — Помню, — сквозь зубы процедил беловолосый, перехватив телефон поудобнее. — Но я не понимаю, чем ему-то там так понравилось. Ты можешь дать ему трубку? — Дать ему трубку? — Дэхья смолкла, будто бы обдумывала этот вариант, а после вдруг громко рассмеялась. — Судя по тому, как он натянул уши на лицо и замотал головой, он не хочет с тобой разговаривать! — Дэхья, — от жесткости и строгости, внезапно появившейся в голосе мужчины, пустынница на том конце провода тихой ойкнула. — Ты что, споила мне Тигнари? — Ни-никого я не спаивала! — возмутилась с характерной спесью она, даже ударив ладонью по столу. — Мы просто отдыхали, но он совершенно не умеет пить, вот его и унесло после нескольких шотов. Я бы с радостью не давала ему больше ничего, но он так забавно себя ведет… Короче, теперь я не могу его отсюда увести. — От меня ты что сейчас хочешь? — потирая пальцами горящие сухостью глаза, обреченно спросил матра. Повисла неловкая пауза, нарушаемая только музыкой и некоторым шумом ночного бара. Конечно, генерал понимал, к чему девушка ведет, но ему требовалось некоторое время, чтобы уложить в голове сложившуюся обстановку. Итак, у него была пьяная Дэхья и, видимо, совсем в стельку пьяный Тигнари, который отказывался куда-то ехать. Вызванивать кого-то из своих было небезопасно, не хотелось все же лишний раз заставлять лиса паниковать, но и пустить все на самотек было нельзя. Оставалось только… — Ты же приедешь за ним? — жалобно наконец попросила Дэхья, и Сайно почти мог представить ее наигранно-невинный вид. — О Архонты, — окидывая документы взглядом, пустынник мысленно пообещал себе сделать девушке как минимум выговор. — Да, буду через полчаса. Только не давай ему больше пить, будь добра. — Слушаюсь, генерал!

***

Голова потяжелела настолько, что ее почти невозможно было оторвать от стола, и Тигнари, удобно устроив лицо в сгибе локтя, предпочел оставаться так. Помутневшей зеленью глаз он наблюдал за тем, как стекают капли конденсата по высокому, заполненному чем-то красным, стакану Дэхьи. Изначально он не планировал напиваться, да и вообще пить. Более того, подруга и в бар-то его затащила с трудом. Но уже оказавшись здесь, в на удивление чистом и приятном заведении с желтым светом огромных лампочек с причудливыми спиралями, лис не сумел отказать себе в небольшом послаблении. Бар, облюбованный матрами, не гремел шумом пьяных бесед, не мешал дышать дымом от дешевых сигарет, да и в целом оказался довольно приятным местом. И с каждым выпитым шотом нравился фенеку все больше. На самом деле, Тигнари почти не пил. Было пару-тройку раз, если кому-то удавалось затащить его на студенческую вечеринку, но не более того. Вкус у даже самого слабого алкоголя для чувствительных лисьих рецепторов оказался слишком острым и сильным, да и последствия его употребления молодому человеку весёлыми совсем не показались. По итогу, экспериментально выявив, что его организм ужасно переносит что бы то ни было с градусом, Тигнари потерял всякое желание пробовать. Но, ощущая на языке колючую горечь содержимого первой рюмки, вдруг понял, как же сильно он заебался. — Эй-эй, Тигнари, не спать, — усмехнувшись, позвала Дэхья, аккуратно постучав ноготком по макушке растекшегося по столу фенека. — Папочка Сайно скоро приедет, так что давай, хвост трубой. — Кто? — дернулся Тигнари, резко оторвав голову от стола, отчего окружение тут же поплыло, как если бы на свежую краску вылили ведро воды. — Зачем ты его позвала? — Со мной ты не идешь, увести тебя силой не получится, вот я и попросила его тебя забрать. А ты чего так волнуешься? Вы поругались? — Да нет же, просто… — нервно дернул ухом лис, отводя взгляд от собеседницы. Он и сам не знал в чем причина этого неприятного волнения, возникшего при мысли о том, что генерал застанет его в подобном состоянии. Уязвимом и неподобающем, как минимум. — О-оу, или ты наоборот рад, что я его позвала и так скрываешь воодушевление? — неожиданно предположила шатенка, подпирая лицо ладонями и весело улыбаясь. Тигнари на пару секунд завис, изучая узор, который образовалась подстершаяся помада на ее губах, а когда до него дошел смысл сказанного, почти подпрыгнул на месте, не в силах подобрать слов для своего возмущения. Дэхья заливисто рассмеялась. — Да ладно тебе, ушастик, неужели он тебе настолько не нравится? — С чего он должен мне нравиться, интересно? — фыркнув, лис даже скрестил руки на груди. Пьяный мозг отказывался собирать слова в полноценные мысли, а язык заплетался, делая речь нечеткой и вялой. Но даже с учетом этого маленькое, даже крошечное нечто внутри неприятно укусило Тигнари за нервные окончания, намекавшее на то, что говорить так не стоило. — Хотя… я имею в виду, человек он неплохой, — поспешил исправиться лис, снова укладывая лицо на руку. — Хорошо ко мне относится, хотя я совершенно не понимаю, почему. У кого не спрошу, все говорят мне не пытаться разобраться, а я так не могу! Я с ним живу в конце концов, должен же я хоть немного смысла найти. — Зачем? Тебе не нравится, как он ведет себя с тобой? — казалось, несмотря на опьянение, матра мыслила куда четче и собраннее, чем ее горе-собутыльник. — Скорее, наоборот, — пробубнил в ответ фенек, рассеянно опустив уши. Было немного неловко признаваться, что тактичное и внимательное поведение пустынника в глубине души было ему безумно приятно. — Но разве это не странно? — Может и странно, я об этом не думала. Вы вполне неплохо уживаетесь, это важнее, — пожав плечами, Дэхья стянула зубами с маленькой шпажки виноградинку. — Но раз тебя так это волнует, спросил бы сразу у Сайно. — Не могу, — простонал фенек. — Я пытался несколько раз, но он всегда так смотрит... будто живьем меня съест за такие вопросы. — Ого, даже так! Не знала, что вы, мальчики, в таких отношениях. — О Архонты, ты же знаешь, что я не об этом, — скомкав ближайшую к нему салфетку, Тигнари без сомнений кинул ее в смеющуюся девушку. Хвост возмущённо забился из стороны в сторону, глухо хлопая о тканый диванчик. — Ты просто ужасна! — А мне кажется, вы были бы… — Даже не вздумай продолжить, — Тигнари раздраженно шикнул, поднимая ладонь вверх. — Я отойду на минутку. Не дожидаясь очередного комментария голубоглазой, фенек оперся на край стола, чтобы подняться. Ноги казались ватными, совершенно отказывались подчиняться, а хвост, обычно помогающий сохранять равновесие, словно наоборот сейчас был лишним. Тигнари поразился невероятной легкости, заполнившей тело. Ему казалось, будто это кто-то другой управляет им, направляет неровной, заплетающейся походкой в сторону уборной, а он лишь наблюдает, как качаются из стороны в сторону паркетные доски. По какой-то причине ребяческие подколы Дэхьи заставляли ученого чувствовать себя как-то неловко. Не то чтобы его сильно волновали подобные вещи, но... — Вам помочь? — спросил непонятно откуда взявшийся официант, ловко подхватывая лиса под локоть. Тот недовольно нахмурился. — Нет нужды, — буркнул в ответ брюнет, одергивая руку к себе. — Но вы, кажется, немного перебрали, — мужчина в набедренном фартуке мило улыбнулся, вновь потянувшись к чужой руке. — Давайте я провожу. — Не надо меня трогать, — с бОльшим раздражением отходя на шаг, Тигнари напряженно замахал хвостом. Затуманенный разум сильно искажал действительность, и потому заботливый официант совсем не казался хорошим человеком или добросовестным сотрудником. В висках вместе с разгоряченной кровью бурлило нежелание чувствовать на себе чужие прикосновения, даже в благих целях. Сделав очередной шаг назад, парень запутался в собственных ногах и тихо вскрикнул, мгновенно теряя хрупкое равновесие. Но прежде, чем задница Тигнари встретилась бы с полом, чья-то рука крепко подхватила его за талию. — Эй! Я же сказал… — резко развернувшись, фенек собирался было вывалить все свое негодование на того, кто так нагло нарушил его личное пространство, хоть и спасая при этом от парочки синяков. Каково же было его удивление, когда позади не оказалось еще одного официанта, подошедшего бы на шум. Вместо этого брюнет уткнулся носом в ужасно знакомую кофту с ярко-фиолетовой молнией. Удивленно вскинув голову, лис растерянно захлопал ресницами, мигом забыв о назревающей в нем буре. — Сайно? — Ты ждешь кого-то еще? — весело усмехнулся матра, позволив себе оставить горячую ладонь на чужой спине. — В чем проблема? — обратился он уже к официанту, мигом побледневшему в тон своей рубашки. — Ни в чем! Я просто хотел помочь, потому что… — Помощь не нужна, я разберусь. Можешь быть свободен. Коротко кивнув, парнишка мгновенно скрылся в глубине зала, оставляя матру и его подопечного наедине. Убедившись, что Тигнари не собирается падать лицом в пол, беловолосый сделал небольшой шаг от него, но на всякий случай продолжил придерживать. — Поехали-ка отсюда, пока ты цел, — скомандовал мужчина, кивая в сторону выхода. Лис тут же заозирался и захлопал себя по бокам, бормоча что-то про сумку, которая осталась у Дэхьи. Нежелание покидать бар как-то потерялось между вдохами и выдохами. — Уже забрал, — успокоил его Сайно, и действительно, любимый шоппер Тигнари скромненько висел у него на плече. — Ладно-ладно, — сдался фенек, безуспешно пытаясь убрать челку с глаз. — Пусти, я могу идти сам. — В этом я сильно сомневаюсь. — Слушай, я не настолько пьян, — возразил уже с напором Тигнари, пытаясь выкрутиться и сбросить с себя чужую руку. В ответ на его забавные, лишенные нормальной координации попытки матра только вздохнул и притянул молодого человека ближе к себе, крепко сжимая пальцы на мягком изгибе талии. — Эй! — Не шуми, — сдерживая смешок, уж больно забавное было сейчас у «разозлившегося» Тигнари лицо, шепнул ему на ухо мужчина. — Я тебя доведу, и это не обсуждается. И фенек почему-то стих. В молчании, под вниманием нескольких любопытных взглядов они покинули бар, выныривая в холодный воздух глухой ночи. Говоря, что может идти сам, лис явно переоценил свои способности, и теперь ему приходилось перед каждой ступенькой и порогом хвататься за кофту Сайно, чтобы не поцеловаться с грубой поверхностью или как минимум не разбить колени. Только усадив Тигнари в машину и пристегнув того ремнем, матра смог облегченно выдохнуть. Вести пришлось очень медленно и аккуратно, иначе и без того пострадавшего от горячительных напитков ученого могло начать укачивать. По радио ночью обычно не бывало ничего интересного, так что Сайно даже не стал его включать, позволив салону погрузиться в комфортную тишину. Глаза чудовищно жгло от усталости, да и все остальные части махаматры были не в лучшем состоянии. Будь это кто угодно другой, не стал бы и вовсе садиться за руль, но он был в себе уверен, а сосредоточенность на дороге даже помогала взбодриться. Тигнари на пассажирском сидении удобно свернулся почти что калачиком и прислонился щекой к холодному окну. Разгоряченная алкоголем кровь, казалось, варила его заживо, и прохлада была как раз кстати. Ровный гул мотора убаюкивал, и лис, казалось, уснет с минуты на минуту, но не тут-то было. Уже почти провалившись в вязкую дрему, он, не меняя положения, вдруг заговорил: — А ты знал, что редис можно сажать, выложив семена на клейстер и потом поместив эту ленту в колею? Это очень упрощает посадку. — Редис?.. — озадаченно переспросил Сайно, сперва приняв чуть смазанную речь за сонный бред. Но Тигнари продолжил: — Да. Не делай вид что не знаешь редис. Так вот, посадка на клейстер очень быстрая, но нужно помнить, что некоторым сортам нужно больше расстояния для роста, иначе потом придется их прореживать. — Хорошо, я учту это, когда буду сажать редис, — прикусив рвущуюся наружу улыбку, с умным видом кивнул матра. Как же жаль, что машину нельзя поставить на автопилот, чтобы записать это явление пьяного Тигнари на видео. — Ты так его любишь? — Кого люблю? — Редис. — Нет, с чего ты об этом спросил? Эй, что смешного в редисе? Нетрудно догадаться, что всю дорогу до дома фенек, с перерывами на двухминутный сон, самозабвенно вещал о нюансах посадки разных овощей. Иногда он терялся в мыслях и под конец фразы его речь напоминала скорее набор рандомных слов на тему «дача и огород». Но даже так Сайно определенно преисполнился в своих познаниях в области аграрного дела, а заодно и в умении контролировать смех. Вообще, пустынник не питал никаких симпатий к пьяным людям, обычно они не вызывали ничего, кроме раздражения, особенно учитывая, что среди коллег роль «друга за рулем» всегда принадлежала именно ему. Но не то Тигнари вел себя слишком безобидно, не то в инструкции по созданию теплиц под помидоры было что-то располагающее. Короче говоря, никаких негативных эмоций матра не испытывал, даже наоборот, хотелось подольше понаблюдать. Поведение лиса сейчас было таким простым и обнаженным, что совсем не было характерно его обычной вежливости и сдержанности. Сайно с ужасом поймал себя на мысли о том, что хотел бы почаще вытаскивать фенека за эти рамки. Покидать нагретое место, променяв его на колючий холод улицы, Тигнари совсем не хотелось, поэтому, когда уже во дворе генерал открыл пассажирскую дверь, парень капризно вцепился в ремень, категорически отказываясь выходить. Несколько минут ушло у них на беззлобные пререкания, и по итогу лису пришлось уступить, поскольку Сайно начал угрожать тем, что оставит его на ночь в машине. Поездка будто вытянула из захмелевшего ученого последние силы, и подъем по лестницам крыльца и холла стал настоящим испытанием. Едва переставляя заплетающиеся ноги, он почти повис на учтиво подставленной руке Сайно, цепляясь за его кофту, как за спасительный круг. Головокружение немного отступило, но на смену ему пришла такая тяжесть, что с трудом удавалось держать голову прямо, не говоря уже о том, каких усилий стоило каждое моргание. — Кто вообще придумал шнурки? — ворчал себе под нос Тигнари, пока неуклюже скидывал в прихожей кроссовки, все еще поддерживаемый терпеливым матрой. Возможно, он просто утратил способность здраво мыслить, но эта молчаливая страховка ощущалась такой надежной и успокаивающей, что фенек готов был растечься по чужим рукам, наплевав на всю свою гордость. Иногда, все еще только иногда, ему безумно этого не хватало. Не хватало ощущения, что кто-нибудь подхватит тебя, если ты начнешь падать, даже споткнувшись на ровном месте. И пусть сейчас это было лишь вынужденной мерой, то, с какой уверенностью Сайно чуть усиливал хватку на его плече, когда ученого вело в сторону — клубилось в груди мелкой колючей проволокой. Было как-то… странно. — Так, я понял, — видя, как лис завис в прострации на одном месте, Сайно решил сменить тактику. — Иди-ка сюда. Тигнари удивленно поднял на него глаза, намереваясь что-то спросить или возмутиться в очередной раз за вечер, но не успел и рта открыть, как его тело само собой переместилось в пространстве. Сдавленно пискнув, лис крепко ухватился за первое, что попалось ему под руки, а именно — за плечи пустынника. В попытках понять, что именно произошло и почему пол из-под ног куда-то исчез, ученый завертелся во все стороны. — Тише ты, упадешь ведь, — тихо рассмеялся Сайно, удобнее перехватывая чужие ноги под коленями. Его голос прозвучал так близко, что Тигнари невольно задергал кончиками ушей. Он наконец сложил два и два, видимо, поскольку мигом перестал дергаться, лишь втянул голову в плечи. — Зачем это? — почти шепотом спросил он. — Упрощаю твои перемещения, ты же еле на ногах стоишь, — пояснил в ответ матра, хотя это было правдой лишь отчасти. Он и сам не до конца понял, почему из всех возможных вариантов, как доставить лиса из точки «А» в точку «Б» выбрал именно этот. Но определенно было в удобно умещающемся у него на руках Тигнари нечто особенное, что стоило отложить в памяти и заново воспроизвести чуть позже. — Ты все время такой теплый. Приятно… — едва разборчиво обронил лис, вряд ли осознанно уткнувшись носом в складки фиолетового капюшона. Чудом не споткнувшись, Сайно на пару секунд остановился, пытаясь побороть ощущение, что его огрели по голове пыльным мешком. Не стоило предавать столько значения словам пьяного человека, но волнение все равно горячим языком медленно, с издевкой скользнуло вверх по позвоночнику. Категорически запретив себе опускать глаза и смотреть на виновника его ночного квеста, генерал ускорил шаг, чтобы поскорее усадить лиса на кровать. Усадить — это громко сказано, потому что, едва коснувшись мягкого матраса, Тигнари растянулся по нему, как довольный кот на солнышке. Он готов был уснуть прямо так, но Сайно прекрасно понимал, что если оставить все как есть, то утром у брюнета будет куда больше поводов ненавидеть эту жизнь. Так что стоило как минимум его переодеть, благо, одежду для сна фенек всегда аккуратно складывал под подушкой. И если вытряхнуть его из свитера и засунуть в оверсайз футболку было вполне просто, то вот с джинсами пришлось повозиться. Конечно, сил как-то сопротивляться после столкновения с подушкой у Тигнари не было, но наличие у него хвоста сильно усложняло задачу. Особенно учитывая, что хвост этот отказывался лежать спокойно, предпочтя несколько раз зарядить матре по лицу. Неудивительно, что, справившись с джинсами и вдоволь наглотавшись шерсти, Сайно решил, что на этом процесс переодевания окончен. — Лежи, — строго сказал он, под самый нос укрывая подопечного одеялом. — Я принесу тебе воды. Однако, когда спустя пару минут генерал вернулся с холодной бутылкой, Тигнари уже глубоко спал, тихонько посапывая в край одеяла. Все остатки его энергии ушли на трудный путь до дома, и теперь его вряд ли разбудит даже апокалипсис, если вдруг решит начаться за окном. Отставив бутылку на прикроватную тумбочку, Сайно присел на край кровати, бесшумно выдохнув. Да уж, ночь выдалась действительно выматывающая. Подобное времяпрепровождение было чем-то крайне необычным для человека, в жизни которого были только работа в штабе, работа дома и редкие перерывы на книги и Призыв семерых. Кажется, последний раз он укладывал кого-то спать, когда с ним еще жила Коллеи, но те воспоминания сильно отличались от сегодняшних. У девочки практически не было перерыва от кошмаров, и иногда матра неделями спал на кресле около ее кровати, чтобы в нужный момент оказаться рядом. Те времена были наполнены постоянной тревогой, усталостью и стрессом, лишь пару лет спустя пожелание доброй ночи перестало быть для Сайно чем-то вроде предупредительного сигнала. Потерявшись в собственных мыслях, мужчина взглянул на спящего фенека и невольно улыбнулся, словно с неким облегчением. Лицо Тигнари выражало полное умиротворение, а вместе с тем и усталость. Наверное, Дэхья была права, говоря, что ученому необходимо развеяться. Хоть его уровень жизни и вырос после заключения сделки с Сайно, но расслабляться определенно было рано. Им ещё только предстояло распутать туго затянувшийся клубок обстоятельств и довести это дело до конца, чтобы каждый смог выдохнуть и наконец начать думать о чем-то кроме неразобранных проблем. — Sumaj vezuri, — почти беззвучно пожелал пустынник, невесомым движением убирая в сторону зеленую челку, рассыпавшуюся по лицу фенека. У Тигнари было очень красивое лицо. Особенно, когда на нем не лежала тень тоски или страха. Погасив настенный светильник, Сайно как можно тише поднялся и покинул комнату. Лису следовало хорошенько отоспаться, а ему — закончить дела.

***

Тигнари едва ли мог понять, в какой момент началось его утро, но оно определенно проехалось по нему самосвалом. После нескольких пробуждений от приступов тошноты или сухости во рту, к счастью, у кровати откуда-то взялась бутылка с водой, и новых провалов в неглубокий вертолетный сон, лис наконец смог прийти в себя окончательно. Голова раскалывалась от любого движения, и прежде, чем хотя бы приподняться на кровати, ему пришлось пролежать добрых минут двадцать, глядя в потолок. Наконец, когда мир немного прояснился, а каждое движение век перестало отдавать болью в затылке, Тигнари пошарил рукой по матрасу в поисках телефона. Тот нашелся на привычном месте, правда почти разряженный, но это было совсем неважно. Найдя в мессенджере нужный среди немногочисленных контактов, он отправил в чат забавный стикер с машущей ручкой аранарой, а следом раза с третьего написал емкое сообщение:

Тигнари 14:23

У меня такое ощущение будто меня перемололи в блендере.

Тигнари 14:23

Ты как?

Девочка-зажигалочка 14:24 То, что ты проснулся — уже достижение лол Девочка-зажигалочка 14:25 Я живу свою лучшую жизнь Под последним сообщением была прикреплена чуть смазанная из-за тусклого освещения фотография. На ней сонная Дэхья уютно устроилась на груди, очевидно, своей девушки, которая вряд ли поняла, что ее снимают, перебирая пальцами запутавшиеся волосы шатенки. Всего на секунду Тигнари снова ощутил легкую зависть. Это чувство было похоже на то, когда в морозный ветренный день смотришь через окна на нежащихся в теплых кафе людей. И только тогда понимаешь, насколько замерз. Тем не менее, сейчас были вопросы более актуальные. Например, что страдал ужасным похмельем тут, кажется, только фенек, а его вчерашняя партнерша по веселью вполне всем довольна.

Тигнари 14:28

Так нечестно. Но привет Кандакии

Девочка-зажигалочка 14:28 Передам: * Девочка-зажигалочка 14:28 Кстати как найдешь силы встать поблагодари Сайно от меня тоже. Он все-таки охуеть как выручил

Тигнари 14:29

То есть?

Девочка-зажигалочка 14:30 Кто по-твоему привез тебя домой?)

Тигнари 14:30

Ты??? Мы же уезжали из бара вместе

Девочка-зажигалочка 14:31 Да но ты заставил нас вернуться и продолжить пить. Я без понятия была как тебя уговорить так что позвонила Сайно и он тебя забрал. Девочка-зажигалочка 14:32 ПОГОДИ Девочка-зажигалочка 14:32 ТЫ ТИПА ЭТОГО НЕ ПОМНИШЬ?

Тигнари 14:38

Я позже тебе напишу.

Отброшенный в складки одеяла телефон начал буквально разрываться от оповещений, но Тигнари принял твердое решение его пока игнорировать. Глупо глядя перед собой, лис аккуратно сел на кровати, пытаясь выловить из капризной памяти хоть что-то. Он точно помнил весь вечер до момента, когда они с Дэхьей садились в такси, затем, если постараться, действительно помнил, как уговаривал ее погулять еще немного, ощущая невероятное и совершенно ему чуждое нежелание возвращаться домой. И да, он все же помнил, как они снова оказались в полупустом баре, но все, что было дальше — осталось лишь урывками, кадрами, погруженными в мутную воду. Как бы лис ни старался, он не мог вспомнить даже о чем они говорили. В голове появились всего-то крохотные детали: например, что Дэхья много смеялась, что сам Тигнари о чем-то спорил с официантом возле туалетов, потом что-то про редис (откуда он вообще взялся?) и последнее —убаюкивающее тепло чужого тела и пара сильных рук, бережно его удерживающих. Последнее брюнета заинтересовало особенно, потому что к этому полусонному, но парадоксально комфортному воспоминанию Дэхья точно не имела никакого отношения. «Твою же ж Бездну! — пронеслось в голове Тигнари, и он с громким хлопком прижал ладони к краснеющим щекам. — Меня что, правда привез Сайно? Какой позор…» Конечно, можно было ожидать, что Дэхья, сама будучи не особо трезвой, попросит у кого-нибудь помощи, но неужели не было никаких других вариантов, кроме Сайно?! Прижав к груди разлохмаченный хвост, фенек в смятении зажал губами его кончик, как делал в детстве, когда ждал, что его будут ругать. Теперь провалы в памяти казались куда большей проблемой, потому что не получалось оценить масштабы проблемы. Неизвестность пугала куда лучше всего остального, особенно когда эта неизвестность касается всего, что ты потенциально мог натворить на глазах у человека, рядом с которым было бы лучше ничего не вытворять. Проведя еще добрых полчаса в тревожных раздумьях, Тигнари пришел к выводу, что лучшим решением будет столкнуться лоб в лоб с действительностью, и будь что будет. Выходя из своей спальни, лис даже особо не привел себя в порядок, разве что одернул пониже огромную футболку с мухоморами и сдул с лица похожие на гнездо волосы. Во-первых, Сайно видел его в куда более ужасном состоянии, во-вторых, это сейчас было последней по приоритетности проблемой. Искать хозяина квартиры фактически не пришлось, он так и остался в гостиной, погруженный в изучение каких-то бумаг. Однако, стоило фенеку осторожно выглянуть из-за угла, как генерал оторвался от работы, поднимая на него утомленный, оттененный весьма выразительными синяками, взгляд. — Ты проснулся, — с обнадеживающим спокойствием сказал он, зачесывая назад белоснежную челку. — Как самочувствие? — Паршиво, — честно признался Тигнари и обреченно вздохнул. Ему показалось, или в вопросе пустынника так и сквозило иронией? — Что ж, это было ожидаемо. На барной стойке лекарство, тебе следует его выпить. Промычав что-то неразборчивое в знак абсолютного согласия, брюнет прошлепал босыми ногами в сторону кухни, неловко потирая плечи. Он явно был чем-то обеспокоен, и Сайно терпеливо ждал, когда лис позволит ему узнать, чем именно, провожая его вопросительным взглядом. Сперва Тигнари молчал, сосредоточенно разводя в стакане воды суспензию от похмелья, потом боролся с отвращением, выпивая ее в три захода, потом пару минут просто глупо смотрел на столешницу перед собой, будто собираясь с мыслями. И наконец, неуверенно развернувшись к мужчине, подал голос: — Я тут разговаривал с Дэхьей… — непослушный хвост так и норовил дернуться, так что Тигнари пришлось зажать его между бедрами. — Она сказала, что это ты вчера меня забрал, но я, кхм, мало что помню. Вот и хотел… уточнить. — Все верно, я приезжал за тобой в бар, — откинувшись на спинку дивана, Махаматра загадочно ухмыльнулся. — Ты даже почти не сопротивлялся. — Вот как, — ученый вымученно вздохнул, потирая лицо руками. — Скажи, я ведь ничего странного не делал? — Смотря что назвать странным. — Сайно, я серьёзно, — почти взмолился Тигнари, сведя брови домиком. Ему хотелось поскорее разобраться со всем и перейти к старым добрым стадиям принятия собственного позора, а шуточки пустынника в этом не помогали совершенно. — Я почти не пью, и если вдруг- — Расслабься, — перебил его мужчина, легко мотнув головой. Он запрокинул голову и закрыл глаза, делая свое выражение лица совершенно нечитаемым. — Для кого-то в стельку пьяного ты был просто паинькой. К тому же, когда мы вернулись, ты уже буквально засыпал на ходу. Словно среагировав на эти слова, сознание лениво заскрипело шестеренками, выуживая из памяти несколько новых нечетких кадров. То странное ощущение тепла, пробирающегося даже через одежду, что он смог вспомнить ранее, наконец обрело форму. Точно, Тигнари так штормило, что матре пришлось нести его на руках до самой кровати. Сердце в груди глухо громыхнуло, разгоняя по венам незнакомое, щекотливое беспокойство. — Хотя, — вдруг снова заговорил Сайно, и лис вздрогнул всем телом, уколотый пиками своего же сердечного ритма. — Ты обещал подать на меня заявление за домогательства, когда я тебя раздевал. Брюнет уставился на генерала широко раскрытыми глазами, пытаясь уложить в голове смысл его слов. В этот раз память отказывалась предоставлять какие-либо улики, и все, что оставалось ученому — это достраивать ситуацию логически. Он невольно опустил взгляд на свою пижаму, внезапно осознав, что едва ли смог бы надеть ее самостоятельно. К тому же, идущих в комплект к футболке полосатый штанов на нем не оказалось, и это породило в голове самые худшие предположения. — Постой-постой, — ухватившись поледеневшими пальцами за край стойки, выдавил из себя Тигнари. — Мы что, вчера… Продолжить не получилось, очевидные слова застряли в горле комком сухой земли. Сайно на диване вдруг приоткрыл один глаз, сотнями рубиновых нитей привязывая фенека к тому месту, где он стоял. Повисла пауза, поместившаяся в пару секунд, но длившаяся по ощущениям целую вечность. И вдруг на губах пустынника расцвела такая легкая улыбка, что казалась почти теплой. — Нет, конечно, — ответил он, а лис с трудом сдержался, чтобы не осесть на пол от облегчения. — Просто счел необходимым тебя переодеть. — Ох, понятно, я… прости, что доставил тебе неудобства, — нервно кашлянув, протараторил Тигнари. — И спасибо, что помог вчера. Дэхья попросила и от нее тебя поблагодарить тоже. — Это мелочи, — небрежно отмахнулся генерал, снова опуская белоснежные ресницы. — Но без обид, с Дэхьей вдвоем вы больше пить не ходите. Вместо ответа Тигнари только закивал, надеясь, что его лицо сейчас по цвету хоть немного отличается от мухоморов на одежде. Сложно было сказать, что именно смутило фенека сильнее: то ли эта неожиданная, но очень внимательная забота матры, то ли осознание того, что объектом этой заботы стал он сам. Не то чтобы Тигнари не умел принимать помощь, просто большую часть своей жизни ее никто и не предлагал. Люди либо не считали, что могут что-то сделать, либо понимали, что лис достаточно сильный и самостоятельный, чтобы помочь самому себе. И это было правдой, Тигнари даже никогда не сомневался в том, что прекрасно справится, не напрягая других… А потом жизнь столкнула его с Генералом Махаматрой, имевшим характер, который впору описать разве что фразой «оставь это мне, я разберусь». Фенек к такому не привык, а все непривычное вызывало сомнения. Он ведь не должен был приезжать за ним, не должен был возиться полночи, да вообще ничего не должен был. Тем не менее почему-то продолжал скромными акварельными мазками оказывать поддержку, когда она была нужна и дарить недоверчивому Тигнари эту глупую уверенность в искренности своих поступков. Конечно, молодой человек все еще не мог понять мотивов генерала и не готов был слепо довериться случаю. Тигнари привык анализировать, рассматривать под лупой, изучать вдоль и поперек. С Сайно так не получалось, и это тревожило. Но в противовес этой интеллектуальной тревоге внутри поселилось такое до обидного теплое чувство, что хотелось затопать ногами и заплакать от непонимания. Не было никакой нужды на кого-то полагаться, но это не значит, что никогда не хотелось. В отношении Тигнари с другими людьми было так мало негласных гарантий, что, вступив во взрослую жизнь, он мог только мечтать о том, чтобы рассчитывать на кого-то другого. Все мы знаем, к чему это привело. Быть может, все это было чем-то вроде контрольной точки, надрывным криком просящей попробовать что-то поменять? Глубоко вздохнув и шумно выдохнув, лис попытался выгнать из головы все навязчивые мысли. Размышлять над чем-то таким было слишком сильно для его придавленного похмельным синдромом мозга. Вместо этого следовало заострить внимание на чем-то более актуальном, например, на бешенстве бумаг по всему дивану и столику в гостиной. Собравшись с духом, Тигнари тихо подошел к матре и скромно присел рядом, рефлекторно натягивая футболку пониже на колени. — Чем ты занят? — поинтересовался он, без спроса беря в руки одно из ближайших к нему досье. Очевидно, что Сайно провел за этим чем бы то ни было не один час, и, судя по всему, дело было не последней важности. — Дори дала мне достаточно информации, чтобы дальше мы продолжили своими силами, — мужчина выпрямился, выискивая среди десятков листков нужный. — Нужно было проверить все сводки и понять, кто из этих людей будет нам наиболее полезен. Выбор пал на него, — поверх бумаг, которые держал фенек, Сайно положил страницу с данными и фотографией пожилого мужчины с длинным уродливым шрамом через правую сторону лица. — Это Эмиль. В прошлом приближенный Кадира, но их тесная дружба потерпела фиаско после пропажи Ибрагима. — Думаешь, он из желания насолить ему может что-то рассказать? — По крайней мере, он лучший вариант, через который мы можем найти их руководителя. А с ним я уже разберусь более или менее цивильно. — Ясно, — фенек задумчиво изучал фотографию перед ним, покусывая обветренную губу. — Но разве это не рискованно? Я имею в виду, этот Кадир может неправильно понять, если узнает, что его ищет Генерал Махаматра. — Тут ты прав. К тому же, Эмиль играет на два лагеря, продает полицейским своих же людей, когда те перестают быть ему нужны. Так что прежде, чем встречаться с ним, нужно пообщаться с тем, кто хорошо знает его поведение. Мы сотрудничаем с одним очень талантливым следователем, он должен помочь. Приедет в западный штаб послезавтра. — Иногда я действительно не представляю, как у тебя получается решать такие сложные вопросы так быстро, — задумчиво протянул Тигнари, оглядывая погребенный под работой генерала столик. Тут его взгляд и зацепился за ровненькую линию из пустых банок из-под холодного кофе и энергетиков около его ножки. Осуждающе нахмурившись, лис с претензией повернулся к Сайно. — К слову, когда ты спал последний раз? — Хм, спал? — Махаматра неуверенно поджал губы, явно подсчитывая что-то в голове. — Кажется, позавчера? Были дела поважнее. — Сайно!