И повторится снова.

Пробуждение было тяжёлым: болело всё тело и раскалывалась голова. Головная боль была объяснимой – на груди Вегаса сидел Грей и громким криками высказывал недовольство разоспавшимся хозяином. Крики кота были настолько громкими, что скорей всего разбудил он не только нерадивого человека, но и всех его соседей. Увидев, что глупый человек наконец раскрыл глаза, Грей спрыгнул с его груди и деловито устремился на кухню требовать любимой еды. Вегас сделал попытку быстро встать, но в результате с охами и вздохами, еле-еле оторвал себя от пола. «What the hell? Did I get drunk yesterday? (Какого чёрта? Неужели я вчера напился?)» – почему-то по-английски подумал мужчина. *флешбек* Вегас был очень устойчив к алкоголю и единственный раз, когда он напился, был день его поступления в университет. Тогда их Пи (старшие) мало того, что устроили совершенно неприятные конкурсы для новичков, но и после заставляли Нонгов пить травяные настойки. Кинн, который заехал за Вегасом, увидев в каком состоянии находится брат, отвез его в одну из ближайших больниц. После нескольких часов, проведённых под капельницей, будущий профессор зарёкся пить травяные настойки и обзавелся лучшим другом, благодаря которому жизнь Вегаса очень сильно изменилась. Доктор Бан оказался не только специалистом по интоксикации напившихся студентов, но и неплохим психологом. Именно он помог Вегасу переступить через серьёзный психологический барьер, который не давал даже надежды на хоть какую-то личную жизнь. Джеккант Тирапаньякун, отец Вегаса и Макао, был не самым прекрасным отцом. Сколько в детские годы им с братом доставалось тумаков и оскорблений, Вегас даже посчитать не мог. Когда Кан погиб в аварии со своей беременной любовницей, оставив своим детям только долги, его сыновья вздохнули с облегчением. Вегасу тогда было всего шестнадцать лет, но он был уверен, что даже без посторонней помощи сможет вырастить Макао, лишь бы больше никогда не видеть разъярённого отца и не знать об его пьяных гулянках и мерзких отношениях с женщинами. Но братьям не пришлось выживать, их взял под свое крыло дядя Корн. Он выплатил долги брата и переселил Вегаса и Макао в свой особняк, оплатил учёбу обоих в университете и никогда ничего не требовал взамен. Вегас видел, что дядя, будучи человеком сдержанным, очень ответственно относился к семье, но не потому что любил детей и племянников, а скорей потому что для него были очень важны приличия. Будучи очень состоятельным человеком, владельцем сети отелей и ресторанов, он очень беспокоился о мнении таких же высокопоставленных людей как он сам. Статус образцового семьянина и очень верующего человека для него был важней всего. Именно с того момента и до своего переезда в собственный дом, Вегас каждое воскресенье посещал вместе с семьёй храм и, хотя был не особо религиозен, послушно выслушивал проповеди монахов. Его брат Макао на таких мероприятиях просто садился подальше от проповедующего и засыпал. Дядя, хотя и видел, что Макао совершенно не интересуется проповедью, никогда его не ругал, но и отлынивать от похода в храм не давал. Кхун Корн на его памяти расстроился лишь однажды, когда Танкхун, вместо того чтобы поступить в университет на факультет международного туризма и гостиничного менеджмента, подал документы на факультет естественных наук, потому что с детства мечтал изучать океан. Расстроенного отца смогло успокоить только обещание Кинна, что он поступит на менеджмент и будет преемником отца в бизнесе. Забавно, что до смерти отца Вегас не ощущал в себе никаких сексуальных влечений. Его одноклассники давно интересовались девочками, а некоторые и мальчиками. Многие ходили на свидания и целовались, только Вегас оставался равнодушен и к тем, и к другим. Однако, после смерти отца всё изменилось – его впервые заинтересовал парень, причём, интерес был взаимным. Многие считали Вегаса красавчиком: на день Святого Валентина на его столе всегда было много «валентинок» и шоколада. Однако первый поцелуй с объектом его интереса обернулся полным крахом: в глазах потемнело, а затем он ощутил удар в грудь: милый паренек, которого он целовал, прижимался к стене, кашлял и плакал, на его шее были отпечатки пальцев, видимо Вегас пытался его задушить, и мальчик смог его оттолкнуть до того, как был нанесён серьезный ущерб здоровью. Несколько дней прошли в ожидании вызова в полицию или претензий со стороны родителей парня. Но ничего не произошло: когда Вегас всё-таки вернулся в школу, мальчика уже не было, он перевёлся в другую школу. Судя по поведению одноклассников, никто ничего об этом случае так и не узнал. После произошедшего ни о каких любовных отношениях речи и быть не могло, Вегас налегал на учебу и даже стал чаще ходить в храм и молиться. Однако, всё чаще ему снились мокрые сны о том, как он душит или обездвиживает какого-нибудь парня. Вегас считал себя чудовищем, которое не достойно ни любви, ни отношений. Именно с такими мыслями он встретил следующее утро после студенческой попойки в одиночестве, на больничной койке. Он не сразу заметил симпатичного доктора, вошедшего в палату и вздрогнул, когда тот заговорил. – Доброе утро, – с улыбкой на лице сказал незнакомец, – я доктор Бан. – Утро, – нахмурился пациент и отвернулся к окну. – Я понимаю, что сейчас вам плохо и говорить совсем не хочется, но придётся. – О чём? – Многие молодые люди пьют, потому, что у них проблемы в жизни… А почему пьёте Вы? В этот момент Вегаса как будто прорвало, он, срываясь на крик, выложил этому приятному мужчине и про старших в университете, которые напоили его и других новичков, и про вечно недовольного, грубого отца, который даже мёртвый портил ему жизнь, и даже про тот случай с удушением, который положил конец его так и не начавшейся личной жизни. Он был уверен, что доктор быстро перестанет улыбаться и вызовет либо полицию, либо психиатрическую службу на вечный позор семьи Тирапаньякун. Он совсем не ожидал того, что произошло дальше. – Вы не чудовище, Вегас! Чудовищем был ваш отец. Он своим отвратительным поведением нанёс серьёзный ущерб вашей психике, но раз вы сторонитесь близких отношений, зная, что можете нанести ущерб другому человеку, то для вас ничего не потеряно. Вы можете иметь и любовь, и отношения. Я уверен, что смогу вам помочь. ‐ Мне нужно посещать психиатра? – спросил Вегас. – Психиатрическая помощь нужна тем, кто не может себя контролировать! А у вас с этим всё в порядке. Из-за побоев и оскорблений отца вы имеете садистские наклонности, причём, склонны их проявлять в личных отношениях. Вам нужен партнёр, который будет разделять ваши предпочтения! – Разве есть те, кому нравится, что их душат и связывают? – скепсис пациента был очевиден. – Таких людей очень много, а я помогу вам их найти! Уже через две недели Вегас в компании доктора Бана и его партнёра Тэна входил в закрытый клуб «Limit». В этом клубе он нашёл учителя, под руководством которого он проводил первые сессии с теми, для кого ощущать боль и унижение жизненно важно, а затем постоянного партнера по «теме». Тарн был женатым геем-мазохистом, поэтому отношения с ним никогда не выходили за пределы клуба, что вполне устраивало Вегаса, для которого в тот период времени на первом месте была учеба. С Баном и Тэном они дружили до сих пор, видясь не только в этом клубе, но и вместе посещая выставки, кафе, кинотеатры, магазины. Вегас очень уважал их отношения, которые никогда не демонстрировались окружающим, он за много лет знакомства так и не узнал, какие позиции они занимают в «теме», в клубе никто из них не носил ошейник или другие атрибуты, подчёркивающие статус. А если пара и проводила сессии, то, по-видимому, они делали это дома. Вегас завидовал друзьям, он тоже надеялся, что когда-нибудь встретит мужчину, которому сможет показать комнату, которую он сделал в своем доме, надеясь, что когда-нибудь встретит того самого единственного для себя. Но пока это были только мечты! *конец флешбека* Погрузившись в воспоминания, мужчина на автомате покормил буянившего кота и заварил себе крепчайший кофе. Однако насладиться ароматным напитком не получилось, после первого глотка Вегас подскочил и опрометью кинулся в гостиную. Книга, посторонний мужчина, кровь – все воспоминания о прошлом вечере всплыли одновременно! Разумеется, никакого красавца в комнате не было, книга лежала на журнальном столике, на полу было несколько капель крови. Вегас рассеянно провёл по царапине на руке, пытаясь построить воспоминания в хронологическом порядке: вот он ест пиццу, потом допивает бокал вина (причём, один бокал, значит, напиться он не мог), затем листает книгу, рассматривая искусные рисунки неизвестного художника, потом просыпается от боли в руке, кровь впитывается в текст с рисунком красивого мужчины в необычной одежде, а потом и сам мужчина. Конечно, это был бред - никакого мужчины в комнате не было, хотя Вегас мог бы сейчас в деталях описать незнакомца. Если бы он встретил такого красавчика в клубе, то не отказался бы не только провести с ним сессию, но и пригласил бы оценить свою тайную комнату. Сбросив майку и штаны, Вегас абсолютно голый проследовал в ванну. Первым его уроком в клубе было «Никогда не стыдиться своих желаний перед самим собой», поэтому помочь себе сбросить напряжение, помечтав о призрачном красавце, для мужчины было нормой. Когда Вегас вышел из ванной комнаты, он уже был более расслаблен и спокоен, а взглянув на календарь, легко объяснил свои фантастические видения: он уже месяц не проводил сессий! Нужно позвонить друзьям. Если они в Бангкоке, то можно вместе навестить любимый клуб. Приятный, покорный саб легко уберёт из его головы фантазии о сексуальном красавчике, который если и существовал на самом деле, то жил много веков назад! И всё равно Вегасу было жаль, что такого парня не существует: ямочки на щеках, пухлые губы, белая кожа, тонкие кисти рук, мускулистый, но стройный торс – о таком любовнике можно было только мечтать! Профессор взял в руки телефон и уже собрался набрать номер Бана, как вибрация устройства сообщила о входящем звонке. Вегас, увидев от кого поступил вызов, чертыхнулся, но ответил на звонок. – Вегас! Кричи ура! Твой любимый брат Танкхун вернулся в Бангкок, - заорали в трубке.