Великолепная Марго!

      День в особняке на улице Гримо начался довольно стандартно. С утра хозяин дома, наследник Древнейшего и Благороднейшего Дома Блэк успел проснуться, помыться, поцапаться с портретом матери, позавтракать под причитания старого домовика (хотя, гораздо менее желчного, чем раньше), еще раз поцапаться с «дорогой» маман, разобрать корреспонденцию и даже потренироваться. В основном, в огненных заклинаниях, потому что нежданно-негаданно легализованному Сириусу Блэку стали всё активнее присылать письма, пропитанные зельями принуждения.       Чаще всего, такие письма приходили от экзальтированных дурочек, от чего-то решивших, что Сириус попадётся на такую банальщину и считающих, что им прекрасно подойдет фамилия Блэк. Сами ли они додумались до такой дурости или надоумил кто, Сириусу было неведомо, однако с недавних пор письма стали приходить с завидной регулярностью, став неиссякаемым источником подколок со стороны сестрички-дракоши. На нее-то все эти «зельица» просто не действовали, так что, если Сириус не успевал или просто забывал их сжечь, мистер Блэк рисковал подвергнуться очередному издевательству со стороны веселой рыжей.       Сириус улыбнулся, вспомнив протеже своей дорогой бабули Кассиопеи. Маргарет Фьюри, ученица Кассиопеи Блэк, начинающий мастер-рунолог и целитель. А ещё Венгерская Хвосторога, которой вместе с колоссальным запасом магических сил достался непоседливый характер и взрывной темперамент, впрочем, довольно успешно направляемый не на разрушение, а на множество мелких пакостей всем тем, кто чем-то не угодил единственному разумному дракону их мира. Насколько это было заслугой дорогой бабули, а насколько недюжинного ума и самообладания самой Марго, Сириус не знал.       Вот только не стоило забывать, что абсолютно безопасная для своих рыжая хохотушка, с которой они частенько зависали в курительной комнате, катая бильярдные шары, да и вообще, частенько проводили время, для чужих людей оставалась опасным хищником. Чего стоила история с поимкой Петтигрю? А ее любимая охота? Сириус однажды оказался свидетелем того, как Марго охотится на кабанов. Несмотря на огромные размеры, Марго была быстрее всех обычных зверей и, при желании, ее никто не смог бы заметить. Так что несчастная жертва только в самый последний момент осознавала, что оказалась в зубах у Хвостороги.       А как лихо она управлялась с баром и его беспокойными посетителями? Драчливые рабочие лондонских доков и местные мафиози довольно быстро уяснили для себя, что злить хрупкую, но неожиданно сильную «Пегги», как её называли здесь, себе дороже. А ещё все её обидчики непонятно почему начинали резко страдать от несмертельных, но очень неприятных проблем. Например, глава местной турецкой мафии, который имел какие-то мутные дела с настоящим владельцем бара, после ссоры с Марго неделю не вылезал из туалета, после чего очень быстро перестал быть главой местной турецкой мафии. Ну никак не может Ахмед по кличке Дристун, быть главой мафии!       И это был только один из подобных случаев, так что сопоставив факты, но не имея каких-либо конкретных доказательств, бандиты больше не лезли. В конечном итоге, бар Зелёный дракон стал такой необходимой для всех местных жителей нейтральной площадкой, где можно было спокойно поесть, выпить и поболтать. А все благодаря одной неуёмной рыжей, которая с большим удовольствием применяла переданные наставницей знания.       Уничтожив Эванеско остатки сожжённой бумаги, Сириус откинулся на кресле за массивным столом, за которым сидел и бросил взгляд на стекло стоящего рядом книжного шкафа. Оттуда на Сириуса смотрел он сам… вернее, он двадцатилетний. Бабушка сотворила чуда, вернув ему по сути все потерянные в Азкабане годы. Вот только сам он не ощущал себя на двадцать лет. Не теперь.       — Как ты там говорила, бабуля… пора браться за ум? — спросил он свое отражение и посмотрел на стол. Со вчерашнего дня там лежал раскрытий конверт с официальным извещением о том, что Сириусу Ориону Блэку передаются все права на опекунства над несовершеннолетним магом Гарольдом Джеймсом Поттером. Одно письмо, окончательно ставящее точку в его затянувшемся подростковом бунте против семьи. Да, он по прежнему считал, что его семья — те еще тёмные маги. Вот только Сириус Блэк был кем угодно, но не лицемером. Ведь любимая бабушка Касси как раз таки благодаря этой самой темной магии, ритуала на основе магии крови, вернула ему молодость. Да и сама она явно не один и не два ритуала провела, вступив на путь бессмертия. Хорошо, что в их жизни появилась Марго. Ведь иначе…       Сириус поморщился. Нет, как раз-таки его бабушка так бы не поступила. Она бы просто умерла от старости, а он бы продолжал страдать хренью, не меняя ничего вокруг себя. Так что появление в их жизни сестренки-дракоши было благословением, никак иначе.       — Хозяин! У двери госпожа Малфой! — неожиданно появившийся Кикимер вырвал Сириуса из размышления. «Кстати о сестричках» — хмыкнул про себя Сириус и почти сразу же нахмурился.       — А чего она не заходит? У нее же есть доступ? — недоуменно спросил Сируис, но Кричер не ответил. Не ответил и начал выкручивать себе уши.       — Кричер… не может… сказать… хозяйка Нарцисса… просила, — просипел домовик, а Сириус вскочил со своего места. То что домовик по прежнему не полностью ему подчинялся была вина Сириуса. Он пока еще не стал главой семьи, все тянул, благодаря чему Кикимер мог выполнять мелкие просьбы других членов семьи, идущие в разрез с приказами Сириуса. Так что помянув Мордреда, Сириус направился к двери, одновременно послав Патронуса Кассиопее (недавно он обнаружил, что после лечения вновь смог творить Защитника).       — Кричер, там точно никого нет кроме Нарциссы? — спросил Блэк и домовик вновь стал выкручивать себе уши. Все было ясно. Нарцисса кого-то привела и Сириус должен был дать дозволение на вход.       — Сириус, открывай. Мы здесь, — неожиданно он услышал голос Кассиопеи, и краем глаза заметил, как она заняла позицию за ним. А еще он заметил что кое-кто рыжий явно спрятался под мантией-невидимкой. Выдохнув, Блэк посмотрел на Кричера.       — Открывай, — коротко приказал он, встав в боевую стойку. Секунды текли словно сладкая патока и Сириусу начало казаться, что мордредова дверь так и не откроется, но стоило ему моргнуть, как дверь оказалась распахнута, а в проёме оказалась Нарцисса, в руке которой была изящная статуэтка танцующей женщины.       — Тепло же меня встречают, — сказала она с кривой усмешкой, заметив приготовившихся к бою родичей.       — А нечего таскать с собой непонятно кого, — осознав, что чужака нет, Сириус удобнее перехватил палочку, — и кого же ты привела?       — Да вот, — Нарцисса кивнула на статуэтку и Сириус, чуть помедлив, произнес.       — Разрешаю вход того, кто сейчас на руках у Нарциссы Малфой, — после чего Нарцисса сделала шаг и поставила статуэтку на пол. Достала палочку и…       — Мордред и Моргана! — пробормотал Сириус, увидев пускай грязную и истощённую, но все ещё узнаваемую кузину Беллатрису.       — Она бежала из Азкабана? — вышла вперед Кассиопея и направила палочку на Беллу.       — Да. И… при ней было это, — сказала Нарцисса, доставая из кармана контейнер для особо опасных артефактов и левиоссой вынула из него… кольцо? … Кольцо с черным камнем?       — Мерлин! — пробормотала Кассиопея, а Сириусу, ошарашенно наблюдая самое настоящее Кольцо Гонтов от чего-то показалось, что кое-кто прямо сейчас забавляется, наблюдая за их с Кассиопеей лицами.

***

      «Интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд» — подумала я, наблюдая за происходящим балаганом. Мне стоило очень больших усилий не заржать, когда Нарцисса, как заправский фокусник достала из контейнера колечко Гонтов. Уж очень красноречивыми были рожи, что моей наставницы, что наследничка Блэков. И как же хорошо, что существует такой полезнейший артефакт как думосброс. Воспоминания об их лицах будут радовать меня долгими промозглыми вечерами.              И пока я предвкушала момент, как буду доставать эти бесценные воспоминания и просматривать их в думосбросе (кстати, со временем, нужно будет обзавестись и своим. Не все же у Блэков занимать?), Кассиопея с Сириусом пришли в себя и с помощью заклинания переместили самую проблемную представительницу семейства Блэк в гостиную, где уже вовсю раскудахтался Кричер. Ну да, для него же Беллатриса «любимая хозяйка Белла» и никак иначе. Все же есть у этого эльфа дурная склонность к мазохизму.       Что же касается меня, то моего обалдевшего выражения лица в момент появление Беллатрисы, благодаря своевременно накинутой мантии-невидимке (не поттеровский плащик, конечно, но тоже ничего) никто не застал, так что я могу смело стебать Кассиопею и Сириуса, вот только наблюдаемый сейчас мною сюжетный поворот явно показывает, что канон летит в тартарары… и кто-то из тени решил устроить всем нам весёлую жизнь. Что-то я не верю, что Белочка (я ее так и буду про себя называть) самостоятельно выбралась из Азкабана.       Дальнейшие расспросы Нарциссы не внесли особой ясности. Когда Белла появилась в Малфой-меноре (она прошла через защиту благодаря тому, что у нее сохранилось разрешение на нахождение там, полученное еще во времена первой войны), Нарцисса, не долго думая, решила ее просто вырубить. Решение с одной стороны, верное, а вот с другой… как-то я не ожидала от домашней девочки Нарциссы этакой прыти. Впрочем, если вспомнить канон, то она всегда была себе на уме. И готова была на нестандартные шаги ради защиты своей семьи.       Так что, видимо, без ста грамм и Снейпа нам с этим вопросом не разобраться. Видимо, наставница пришла к такому же выводу и начала постепенно сворачивать беседу, аккуратно выпроваживая Нарциссу… что, в общем-то, не понадобилось. Серебристый павлин довольно неожиданно появился в гостиной и заявил немного надменным голосом Люциуса Малфоя о том, что Нарциссе лучше вернуться домой из-за «чрезвычайной ситуации» в министерстве.       — Люцик что, настолько талантлив? — не скрывая своего удивления, спросила Сириуса, когда Нарцисса покинула этот дом.       — Малфои никогда и не было темными магами. Так что патронус Люциуса не должен тебя удивлять, — ответила вместо него Кассиопея, направляя на Беллатрису целую прорву диагностирующих заклинаний.       — И что тут у нас? — чуть излишне жизнерадостно спросил Сириус, наблюдая за Беллатрисой со… странным выражением лица.       — Истощения, старые недолеченные травмы, несколько заживших шрамов от боевых заклятий, — монотонно перечисляла Кассиопея, — и метка, конечно.       — Я так понимаю, снять не выйдет, — скорее вопрос, а не констатация факта, — что? — вот только Кассиопея как-то так на меня посмотрела… — хотите сказать, что она, — киваю на лежащую на диване Беллатрису, — «раскается» в своих грехах? — не услышать скепсис в моем голосе не смог бы даже глухой.       — Думаю, учитывая истощение организма и абсолютно отвратительно состояние ее ментальных щитов… — пробормотала Кассиопея, а я, да и Сириус тоже, с новым взглядом посмотрели на скелет обтянутый кожей. А назвать Лестрейндж в девичестве Блэк как-то по другому было просто невозможно.       — А стоит ли? В смысле… сможем ли мы ее привлечь, как союзника? — задаю самый важный в данной ситуации вопрос, на что Кассиопея пожимает плечами.       — Еще один бунтующий против семьи подросток, — сказала она, посмотрев на Сириуса, который сделал вид, что уж его-то это совершенно не касается.       — А разве Блэки не были за Волдеморта? — мое удивление не было наигранным. Так уж получилось, что все это время мы не затрагивали данный вопрос и теперь, видимо, пришло время его поднять.       — Блэки всегда были за себя, — Сириус плюхнулся в кресло, — родители, как я понял потом, просто были не против «невинных» шалостей Рега и Беллы. Быть Блэком, значить быть королем! — пафосно изрек Сириус.       — Можно все, кроме геноцида, и то, от него тоже можно отбрехаться, — с горькой усмешкой продолжила Кассиопея, — впрочем, до чего нас довело наше же высокомерие ты сама видишь, — обвела наставница рукой комнату, как бы показывая это самое «чего», — когда стало ясно, кто на самом деле Волдеморт, Орион с Сигнусом уже были мертвы, Альфард с Андромедой изгнаны, а сама Вальбурга полностью растеряла влияние семьи. Так что все несколько сложнее, чем можно подумать, — закончила Кассиопея свой довольной грустный рассказ, а Сирису, который вообще не любил унывать, хлопнул по коленям и встал с кресла.       — Ну что, зовем Нюниуса?       — Сириус, — угрожающе протянула Кассиопея, на что Блэк поднял руки вверх.       — Вот только не надо… я так, по старой памяти… в последний раз, — от чего-то тяжело вздохнув, Сириус оперся о косяк двери и уставился в никуда. Чего это он?       — Будешь принимать источник? — а вот Кассиопея явно что-то поняла.       — А куда я денусь? — деланно вздохнул он, но затем криво усмехнулся, — Сириус Блэк, глава рода Блэк. Кое-кого кондрашка хватить от таких новостей. Ради такого я готов пожертвовать своей свободой, — изрек Сириус с деланой печалью в голосе, на что Кассиопея покачала головой.       — Радуйся, что под венец не волокут, чтобы побыстрее обзавестись наследником, — ехидно комментирую ситуацию, а Сириус как-то слишком оценивающе пробегается по мне взглядом, — чего?       — А не желаете ли мисс Фьюри поменять свою фамилию? — неожиданно спросил Сириус, на что я, на мгновение впав в ступор, криво усмехаюсь.       — Денег на калым не хватит! — после чего гордо удаляюсь, краем уха услышав весёлый смех Кассиопеи.

***

      Нарцисса шла по алее, ведущей к их особняку, стараясь сохранить дыхание. То, что Белла была в безопасности, она была уверенна. Несмотря на своеобразные отношение Беллатрисы и Кассиопеи, бабуля о ней позаботится. В конце-концов, в отличии от Вальбурги, Друелла Блэк никогда особо не возражала против общения девочек с Кассиопеей, так что вплоть до становления Пожирательницей, Беллатриса неплохо ладила с бабушкой.       Вот только сейчас ее больше занимало сообщение от супруга. Что случилось? С чего такая срочность? Почему ей нужно было сломя голову нестись домой? Вопросы, вопросы, вопросы. Так что перешагнув порог дома и добравшись до кабинета мужа, Нарцисса совершенно не удивилась тому, что он стоял у панорамного окна и смотрел на сад, отсутствующим взглядом.       — Со мной связался Нотт, — сказал он без всяких прелюдий, а Нарцисса застыла.       — И? — спросила она, уставившись на спину мужа.       — Они хотят совершить переворот, — сказал он деревянным голосом, а Нарцисса подошла к Люциусу и встала рядом с ним.       — Как?       — Вот так. Что-то случилось. И я не знаю, что, — Малфой смотрел на сад, не поворачивая голову.       — Но почему? Чем Корнелиус не угодил консерваторам? — удивилась Нарцисса.       — Я не знаю, — покачал он головой и посмотрел на Нарциссу, — у меня такое впечатление, что Нотт, Макнейр, Эйвери и Мальсибер знают о чем-то. О чем-то, что они не захотели мне сообщать, — задумчиво сказал он, скрестив руки на груди.       — А Аврорат? ДМП? Члены Визенгамота, в конце концов? — сказала Нарцисса, не представляя, как бывшие (бывшие ли?) Пожиратели собираются провернуть подобное.       — Это не важно, — сказал он и вновь посмотрел на Нарциссу, — у меня требуют ответа уже сейчас. Причем конкретного и однозначного, — Люциус говорил спокойно, вот только Нарцисса слишком хорошо знала своего супруга, чтобы обманываться его спокойствием. Он волновался. И сильно. Так что, не долго думая, просто обняла его, положив голову тому на плечо. Мгновение и его руки прижимают Нарциссу к себе.       — Откажись. Они провалятся, — сказала она и ощутила хмык Люциуса.       — Это твоя интуиция или же есть аргументы? — спросил он чуть насмешливо.       — Интуиция. Но аргументы есть, — чуть отодвинувшись, Нарцисса посмотрела в глаза Люциусу. Белла… Кольцо (судя по довольно скупым объяснениям бабули, когда-то принадлежащее Тёмному Лорду)… теперь эта новость… что-то было не так и Нарцисса размышляла о том, стоит ли предлагать дорогому супругу то ли выход из ситуации, то ли нечто, способное похоронить их обоих, — поговори с Сириусом, — выдала она и чуть не рассмеялась, когда Люциус с явным недоумением уставился на нее, — я не шучу.       — Ты была на Гриммо, да? — спросил он с кислой миной на лице.       — Да, — сказала она, выдержав взгляд своего мужа, — поверь, он уже не тот, что был тогда. Сириус или уже принял, или скоро примет источник. Так что… — она не договорила, но Люциус все понял. Скоро им предстоит иметь дело с главой Блэков, со всеми вытекающими. А учитывая то, что он теперь официальный опекун Поттера (об этом Люциус узнал от прикормленных людей в канцелярии министра) его политический вес неминуемо вырастет. Так что как бы Малфой не воротил нос, но Сириус не тот, кого стоит недооценивать. Пускай он не Орион. Пока еще.       — Хорошо, — кивнул Люциус, ощутив, как Нарцисса выдохнула с явным облегчением. Вопреки досужим сплетням, Люциус свою жену любил. А еще он ее «слышал». И так уж получилось, что еще ни разу он не жалел о том, что «слышал» свою жену.       Так что уже очень скоро Люциус Малфой стоял на пороге дома 12 на улице Гриммо.