Великолепная Марго!

      Неловкость и нервозность, что повисла в воздухе в малой гостиной дома Блэков можно было резать ножом, коли такое желание возникло бы у присутствующих. Ибо прямо сейчас Сириус и Кассиопея Блэки, а так же старающийся быть максимально незаметным и греющий уши Северус Снейп, пытались понять, как вести себя в сложившейся ситуации. Ну, а я смотрела на эту «Великолепную троицу» и готовилась… не знаю, к чему, но уж точно не к фанфарам.       — Кхм, — прочистил горло Сириус, — «нашей газете попала самая свежая информация о готовящемся государственном перевороте», — начал читать Сириус, — утром первого апреля, прямо перед началом рабочего дня, в приёмную Департамента Магического Правопорядка аппарировала группа магов. Не слишком вдаваясь в подробности, они, перебивая друг друга, огорошили секретаря главы ДМП заявлением о том, что добровольно сдаются на милость магического правосудия и надеются на беспристрастный суд. На вопрос секретаря главы ДМП, мистера Фоули, о причинах данного поступка, последовала шокирующее признание о том, что данные господа последние несколько месяцев готовились к возвращению Темного лорда и, чтобы умаслить своего господина, собирались устроить государственный переворот, в доказательство чего ошарашенному секретарю были продемонстрированы метки Пожирателей смерти. Кроме того, они признали, что так же участвовали в беспорядках лета прошлого года на Чемпионате мира по Квиддичу. Прибывшая для разбирательства глава ДМП Амелия Боунс и ее сотрудники, совместно с дежурным нарядом авроров произвели арест следующих магов: Георг Мальсибер, Уолден Макнейр, Саймон Нотт, Филлип Эйвери и еще более десяти других магов. В данный момент, они помещены под арест в следственном изоляторе Аврората. Офис министра магии пока еще не дал никаких комментариев по поводу случившейся ситуации. Мы следим за обстановкой и сообщим вам, дорогие читатели в случае появления новых обстоятельств. Следите за Ежедневным пророком! — закончил Сириус и очень медленно, даже аккуратно отложил газету в сторону.       — Скажи мне пожалуйста, дорогая, — с очень «сахарной» интонацией начала Кассиопея.       — Да-да, наставница? — невинно хлопаю своими зеленными глазами, всем своим видом демонстрируя интерес.       — Это то, о чём я думаю?       — А о чем вы думаете, наставница? — играю дурочку, хотя и прекрасно понимаю, что она имеет ввиду.       — Что здесь точно не обошлось без одной безмозглой драконицы, которую сто раз просили не рисковать по напрасну? — спросила она, сверля меня взглядом.       — Не знаю, может быть, — спокойно пожимаю плечами, хотя даже меня от ее злющего взгляда, если честно, пробрало, — А о какой драконице идет речь? Я бы удовольствием с ней познакомилась, — да, это очень неосмотрительно бесить Кассиопею, особенно сейчас. Убить, не убьёт, конечно, но какое-нибудь этакое наказание придумает запросто. Вот только после того, что я провернула, шило в одном месте продолжало чесаться, так же удержаться не было никакой возможности.       — Бабушка, — неожиданно подал голос Сириус, — так ты ничего не добьёшься, — Сириус смотрел на меня с лукавым прищуром, — пускай она расскажет все сама, — при этом говорил он спокойным, деловитым тоном и Кассиопея… выдохнула.       — Хорошо, — она прикрыла глаза, а затем вновь посмотрела на меня… взглядом полным боли и беспокойство, из-за чего мне сразу же стало очень стыдно.       — Ну… — протянула я, наматывая рыжий локон на палец, — я просто поговорила с господами заговорщиками, — говорю и, не заметив реакции, уточнила, — В образе дракона, конечно. Все было очень культурно и мирно!       — Угу, — кивнул Сириус, явно сдерживаясь, чтобы не заржать, — а дымятся они, конечно же, из-за стыда за свое неподобающее поведение, я прав?       — Да-да, так и есть, — спешу подтвердить, вновь ощущая мурашки от тяжёлого взгляда Кассиопеи.       — А если бы тебя узнали? Что тогда? — а вот Кассиопея, в отличии от Сириуса, еле сдерживалась от того, чтобы не наорать на меня.       — Ой, да бросьте! Никто в здравом уме не догадается о том, что дракон и Маргарет Фьюри — одно лицо, — заявляю немного легкомысленно, хотя риск такого, конечно же, был.       — Слепок магии? — неожиданно подает голос молчащий до этого Снейп, наблюдая за мной с исследовательским интересом.       — Прикрыт артефактом, — достаю небольшой кулон из блэковских запасников.       — Частицы тела? — теперь спросила Кассиопея.       — Самоуничтожились, благодаря известному тебе заклинанию, — отвечаю, напоминая, что этому заклинанию она обучила меня одним из первых.       — Камеры и записывающие артефакты? — теперь вопрос задал Сириус.       — Если и были, то уничтожены импульсом магии, — самодовольно заявляю, показывая, что и это учла.       — Случайные свидетели? — это Снейп.       — Сожжены… ой, простите, я хотела сказать, что их нет, — улыбаюсь во все тридцать два зуба, а три мага удивлённо переглядываются, — дело было на одном милом пустырике, так что их точно нет.       — Голос? — Кассиопея.       — Изменен на мужской.       — Ты когда успела? — удивилась она, наконец-то немного успокоившись.       — На выходных занималась.       — Ты хоть понимаешь, как ты рисковала?! — таки не выдержала наставница.       — Ой, да ладно! Ну что бы они мне сделали?! — говорю я уверенно, хотя, когда я шла на дело, отнюдь не была настолько уверенна в успехе.       — Волдеморт тоже был слишком самоуверен, — как ни прискорбно, но вполне резонно замечает Снейп.       — Не сравнивайте меня с этим психом, мистер Снейп! Все было под контролем.       — А как ты смогла собрать их в одном месте? — спросил Сириус, встав с кресла и налив себе виски.       — Домовики помогли.       — Как? — удивилась Кассиопея.       — Не знаю. Я просто попросила, а они сделали. Они меня слушаются, — говорю, как нечто само собой разумеющееся, — Кричер же меня слушается, хоть и не должен. Так что я подумала, что это и с другими прокатит… — пожимаю плечами, но тут слышу отчётливый и характерный шлепок. От избытка эмоций Кассиопея шлепнула себя по лбу.       — О Мерлин! Дай мне силы для того, чтобы пережить это наставничество!       — Я великолепна, ясно вам? Вы бы еще года два думали, как решить эту проблему! — вскидываю голову в горделивой позе и вижу как Сириус ухмыляется в стакан с виски, а Снейп задумчиво сверлит меня взглядом.       — За какие-такие грехи ты мне свалилась на голову?! — Кассиопея все не унимается, явно не понимая, как реагировать на мою инициативу.       — За честную и праведную жизнь! — нагло заявляю разнервничавшейся наставнице, — и, хочу напомнить, что это не я на вас, а вы на меня свалились, — толсто намекаю на тонкие обстоятельства нашего с ней знакомства.       — Ты у меня сейчас договоришься, — пробурчала Кассиопея и рухнула в кресло, — если у этой истории не будет последствий, то нам всем очень крупно повезёт.       — Судя по тому, что слышал, — подал голос Снейп, — все более чем благоприятно.       — Это пока! — недовольно бурчит Кассиопея, — Кричер! Рюмку коньяка мне!       — Ну что вы за театр устроили, Кассиопея? — мне начинает надоедать это представление, — вы же у нас дама стрессоустойчивая, с Темными лордами воевали, интриги проворачивали, стольких шикарных мужиков обломали…       — На тебя, голубушка, никаких нервов не хватит! — прервала меня Кассиопея и с благодарным кивком взяла с серебряного подноса рюмку с 50 граммами коньяка. Сделала выдох и залпом опрокинула в себя янтарную жидкость, которую закусила большим куском шоколада, плитку которого расторопный Кричер принёс вместе с выпивкой.       — Видел бы тебя папа, бабушка, его бы инфаркт хватил, — Сказал Сириус, явно имя ввиду, что коньяк точно пьют не как водку. Впрочем, Кассиопея явно не обратила внимания на комментарий внука и посмотрела на притихшего Снейпа.       — Северус, будьте добры, сообщите Альбусу о произошедшем. Нам надо решить, как быть дальше, — сказала она, на что Снейп, понимая, что таким образом его явно выпроваживают, все же спокойно кивнул. Удобнее перехватив свой гримуар, Северус покинул комнату и аппарировал из прихожей, — а теперь ты! — неожиданно, Кассиопея встала с дивана и резко подошла ко мне. Мне даже на минуточку показалось, что она меня ударит, но она вдруг села рядом со мной и взяла за руки.       — Эм… вы чего… — впадаю в ступор, ибо происходящее совершенно не укладывается у меня в голове.       — Марго… милая… пожалуйста, не пугай меня так больше, — просит она меня, явно пытаясь подобрать правильные слова, — я понимаю, ты сильна… сильнее меня, Сириуса, Дамблдора и Волдеморта вместе взятых, — она говорит, а в ее глазах я вижу горечь и панику, — но на любую силу всегда найдется другая сила. Не дай Мерлин, кто-то сложит два и два, и тогда от тебя не отстанут, — говорила Кассиопея, а я действительно ощутила не то, чтобы стыд, скорее осознание того, что в этом мире есть кто-то, кому на меня не наплевать. Может, сначала Кассиопеей и двигали меркантильные соображения, но сейчас она волновалась по-настоящему.       — Хорошо. Простите, что заставила вас волноваться, наставница, — говорю и вижу на ее лице горькую улыбку, — но вы же понимаете, что победителей не судят? — ехидно усмехаюсь, на что Кассиопея усмехается.       — Я очень надеюсь, что ты больше не сделаешь ничего такого, из-за чего тебя придётся судить, — говорит она и, подавшись вперед, обнимает, — пообещай, что в следующий раз расскажешь о своих планах, хорошо? — говорит она, а я, шмыгнув носом и вцепившись в Кассиопею точно так же, как и она в меня, вижу ухмыляющегося чему-то Сириуса. Правда, ухмылка эта была не ехидная, а какая-то… теплая, что ли?       — Обещаю, Кассиопея, — говорю, чувствуя, как по щеке скатывается одинокая слезинка.       — Меня сейчас стошнит, — вдруг нашу идиллию нарушил полный яда женский голос. Что я, что Кассиопея мгновенно резко отпрянули друг от друга и уставились на худую, словно скелет, женскую фигуру с гривой непослушных чёрных кудрявых волос. Она опиралась о дверной косяк, скрестив худые руки и смотрела на нас не то с презрением, не то с… так-так, она что, завидует?       — Кузина Белла! — излишне радостно воскликнул Сириус, — как я счастлив, что ты все такая же непоседа и язва. Тебе же Снейп прямо сказал, лежать в кроватке! — погрозил он ей пальцем.       — Заткнись, а? — устало протянула Беллатриса Лестрейндж, — как будто я должна слушаться этого полукровку.       — Но-но, я сегодня добрый, но за неподчинение, буду карать! — пафосно заявил Сириус, на что Беллатриса усмехнулась.       — Ой-ой, как мне страшно… лорд Блэк, — гнусаво передразнила она Сириуса и уставилась на нас с Кассиопеей. Вот только явно не знала, что говорить. Или же просто не хотела, не суть важно.       — Здравствуй, Беллатриса, — не стала тянуть Кассиопея, не сводя взгляд с усталого и давящего взгляда внучатой племянницы.       — Здравствуйте, Кассиопея, — сказала она, явно ощущая себя не очень, — это вас я должна благодарить за… метку? — спросила она, испытующе уставившись на наставницу.       — Да… меня, — Кассиопея не моргая смотрела на Лестрейндж, а я не понимала, что происходит. И это самый верный сторонник Волдеморта? Не уж-то метка НАСТОЛЬКО корёжила психику? Потому что, то нечто, какое было нарисовано у меня в голове и эта спокойная, но очень уставшая от всего женщина, ну никак не могли быть одним и тем же существом.       — Тогда спасибо, — сказала она, и, бросив взгляд на меня, вновь посмотрела на Кассиопею, — Виру отдам, когда приду в себя. Думайте, что хотите с меня стребовать, — Беллатриса не стала дожидаться ответа и покинула комнату, держась за стену. Видимо, несмотря на зелья Снейпа, она все еще была слишком слаба.       — Это точно была Беллатриса Лестрейндж? — спрашиваю, переводя взгляд с Сириуса на Кассиопею и обратно, на что эти двое никак не реагируют, лишь задумчиво наблюдая за входной дверью. По всей видимости, они сами были выбиты из колеи, — и что за вира?       — Видимо, Беллатриса считает себя обязанной за то, что мы вернули ей адекватность, да и явно собираемся лечить ее дальше. А такие как она никогда не любят оставаться в долгу, — сказал Сириус, сделав глоток из своего стакана с виски, — и она поняла ситуацию только из не слишком длинного разговора со Снейпом, да по тому, где находится, — Сириус залпом допил свой виски.       — Что ни говори, а среди трех сестер она всегда была не только самая сильная, но и самая умная, — пришла к такому же выводу Кассиопея, — Если бы не дурость Друэллы и Сигнуса, сейчас она бы добилась очень многого, — с явным сожалением отметила Кассиопея и, заметив мой заинтересованный взгляд, печально улыбнулась, — все не так однозначно с пожирателями, как ты думаешь, милая. Во всяком случае, с некоторыми, — туманно сообщила она мне, на что я пожала плечами. У меня еще будет время разобраться в явлении природы, под названием Беллатриса Лестрейндж. Во всяком случае, прямо сейчас она не собирается делать ничего этакого.       — Бабушка. Думаю, я знаю, что можно попросить у кузины Беллы, — неожиданно сказал Сириус и, после секундного ступора, Кассиопея улыбнулась.       — Действительно… и как я сама об этом не подумала? — вопрос был явно из разряда философских, и не требовал сиюминутного ответа. Так что я решила промолчать. Тем более, не нужно было быть Шерлоком Холмсом, чтобы догадаться о том, что же они решили затребовать у самой смертоносной дамочки Магической Британии.