Договорной брак

      — Лань Чжань, пошли со мной! — позвал Вэй Усянь, едва зайдя в цзинши.       — Куда?       — Я хочу тебе кое-что показать.       — Что?       — Лань Чжань, ну не будь таким занудой. Просто пойдем и я покажу!       Лань Ванцзи с сомнением смотрел на него пару долгих секунд, а потом отложил в сторону кисть и послушно встал.       — Хорошо.       Вэй Усянь радостно схватил его за рукав и потянул за собой. Минуя жилые постройки, он бодро зашагал вглубь леса, едва сдерживаясь от того, чтобы не проболтаться о том, что именно хочет показать. Подрагивая от нетерпения, Вэй Усянь молча вёл Лань Ванцзи за собой. Какой-нибудь тропинки, ведущей к нужному месту, он не обнаружил, так что пришлось запоминать дорогу по валунам, да деревьям, но ориентироваться в лесу он умел прекрасно, так что проблемы это не составило, пусть идти и пришлось достаточно долго. Возможно именно из-за удаленности этого места от поселения он не обнаружил его ещё во время своего обучения здесь, а наткнулся совершенно случайно лишь сегодня. Увиденное настолько его поразило, что он не задумываясь отправился за Лань Ванцзи, чтобы показать это ему.       Завидев наконец край лесного массива, Вэй Усянь сказал:       — Лань Чжань, закрой глаза.       — Зачем?       — Ну закрой, это ненадолго. Не бойся, я проведу тебя аккуратно и не позволю упасть. Просто хочу, чтобы впечатление было правильным.       — В этом нет нужды… — попытался было воспротивиться Лань Ванцзи, но Вэй Усянь его перебил.       — Ну пожалуйста, не упрямься. Или ты мне совсем не доверяешь?       Лань Ванцзи тихо вздохнул и закрыл глаза.       — Знаешь, может лучше будет, если мы ещё и глаза тебе завяжем? Например, твоей лентой… — задумчиво сказал Вэй Усянь, уже протягивая к ней руку.       Лань Ванцзи даже с закрытыми глазами поймал его ладонь ещё до того, как та коснулась его налобной ленты.       — Нет.       Вэй Усянь недовольно скривился, но не стал настаивать.       — Ладно-ладно, так тоже неплохо. Идём.        Подхватив Лань Ванцзи в этот раз под локоть, Вэй Усянь повёл его теперь гораздо медленнее, тщательно смотря под ноги, чтобы предупреждать о буграх, камнях и корнях деревьев, о которые тот мог бы споткнуться. Но Лань Ванцзи, несмотря на отсутствие зрения, шёл вполне уверенно, как если бы обладал каким-то шестым чувством или не раз уже ходил этой дорогой.       Выйдя наконец на солнечную поляну, Вэй Усянь снова довольно улыбнулся увиденному, а потом, внимательно уставившись на Лань Ванцзи, торжественно сказал:       — Можешь открывать глаза.       Веки Лань Ванцзи приподнялись и взгляд его охватил поляну. Выражение его лица не изменилось и в глазах не появилось ни капли удивления, но взгляд его был очень расслабленным и мягким, из чего Вэй Усянь сделал вывод, что увиденное тому понравилось.       — Смотри как их много, Лань Чжань. Настоящее кроличье царство! — восхищённо воскликнул Вэй Усянь, показывая на чудную полянку, населенную наверное целой сотней этих пушистых белых зверьков.       — Мгм.       — И это всё, что ты можешь сказать? — разочарованно протянул Вэй Усянь. — Помнится, тебе приглянулись те кролики, что я подарил, так что я рассчитывал, что тебе здесь понравится.       — Мне нравится, — мягко кивнул Лань Ванцзи.       — Но ты совсем не удивился! — надул губы Вэй Усянь, после чего до него наконец дошло: — Ты уже знал об этом месте, да?       — Мгм.       — Ну и почему не сказал, если понял куда я тебя веду? Я же, как дурак, хотел тебя впечатлить… — сказал Вэй Усянь, чувствуя себя немного неловко и глупо.       — Поначалу ты меня повёл не совсем тем путём, и я не сразу понял, что мы идём именно сюда, а потом…       — А потом ты пытался сказать, но я не слушал, да-да, я понял, — недовольно пробормотал Вэй Усянь. — Чёрт, как же глупо… Я так удивился, обнаружив здесь столько кроликов, что сразу пошёл за тобой, и даже не подумал, что это не окажется для тебя новостью. Но да, конечно же, ты знаешь об этом месте — ты ведь в Облачных Глубинах всю жизнь прожил…       — Кролики здесь появились не так давно и это место довольно удалённое — о них пока мало кто знает, — возразил Лань Ванцзи. — Удивительно, что ты обнаружил их так быстро.       — Правда? Как давно?       — Около трёх лет.       — О, так получается, когда я тут учился их ещё не было?       — Мгм.       — Хм, интересно как это сообщество вообще сформировалось в таком размере. Кролики обычно прячутся по удалённым норам, а не живут такими большими группами… — задумчиво сказал Вэй Усянь, размышляя вслух. Поняв, что на самом деле оказался одним из немногих людей, нашедших это место, он почувствовал себя чуть менее нелепо, пусть Лань Ванцзи ему этим удивить и не удалось.       Пока они говорили, к ним прискакали несколько пушистых комочков и, как только обнюхали полы их одежд, начали проворно забираться на сапоги Лань Ванцзи, сразу же перестав обращать внимание на Вэй Усяня. Не успел тот удивиться такому странному поведению, как Лань Ванцзи наклонился, невозмутимо поднял одного из них на руки и принялся легонько поглаживать его по спине.       — Ого, и чего это они такие бесстрашные? И почему только к тебе ластятся?       Вэй Усянь и правда не мог понять. С позиции кроликов, то есть снизу, заклинатели должны были выглядеть примерно одинаково: оба почти того же роста и в белых одеждах, так почему, едва обнюхав их, те отвернулись от Вэй Усяня и сразу же принялись ластиться к Лань Ванцзи? Его даже не столько удивлял факт того, что кроликам в итоге понравился Лань Ванцзи — в конце концов от него всегда приятно пахло, да и было в окружавшем его аромате что-то умиротворяющее, что наверняка и подействовало соответствующим образом на зверьков, — сколько вызывал привычную, пусть и не очень сильную, досаду тот факт, что к нему самому интерес у животных пропал во мгновение ока, как оно всегда и происходило. Может стоило немного потереться боком об Лань Ванцзи, чтобы пропахнуть сандалом и попытать удачу с кроликами снова?       Пока Вэй Усянь размышлял над своими трудностями с преувеличенно скорбным выражением лица, Лань Ванцзи молча вручил ему кролика, которого до этого гладил, а потом наклонился и взял в руки другого. Вэй Усянь сначала удивлённо моргнул, держа на вытянутых руках неожиданное подношение, после чего опомнился и стал увлеченно трепать его за ушками. Кролик вяло дёрнулся.       — У тебя на руках он был послушнее, — пожаловался Вэй Усянь, вынужденный прилагать некоторые усилия, чтобы удерживать кролика, становящегося с каждой секундой всё более непоседливым, пока второй смирно лежал на большой ладони Лань Ванцзи, охотно позволяя себя гладить. — Эх, не любят меня животные, что за напасть…       — Они просто к тебе не привыкли.       — Ну тебе же они с лёгкостью даются в руки, — возразил Вэй Усянь, увлеченно вертя кролика в руках и так и эдак. — Просто меня никакие звери не выносят.       — Держи его в одном положении и гладь мягче, — посоветовал Лань Ванцзи.       Вэй Усянь решил прислушаться к совету и совсем скоро заметил, что кролик в его руках стал копошиться чуть менее активно.       — Лань Чжань, а ты откуда знаешь как надо? Насколько я помню, в Облачных Глубинах запрещены домашние животные, так кто тебя научил правильно с ними обращаться?       — Это совсем не сложно.       Глядя на то, как аккуратно и привычно скользит рука Лань Ванцзи вдоль гладкой белой шерстки, Вэй Усяня кольнуло подозрение.       — А ты ведь часто сюда приходишь, Лань Чжань?       Мочки ушей Лань Ванцзи немного порозовели.       — Иногда.       Вэй Усянь затрясся от смеха, из-за чего едва расслабившийся в его руках кролик испуганно дёрнулся, и даже тот, которого держал Лань Ванцзи, беспокойно заёрзал от громких звуков.       — Может ещё скажешь, что ты их тут, вдобавок к этому, ещё и подкармливаешь?       Лань Ванцзи молча забрал напуганного кролика из рук Вэй Усяня и, успокаивающе погладив, опустил его на землю вместе с его собратом. Вэй Усянь понял, что его предположение оказалось верным и засмеялся пуще прежнего.       — Ахаха, Лань Чжань, это так забавно, ахаха…       — Мне нужно вернуться. Я не закончил с отчётами старшей группы.       Вэй Усянь быстро засеменил следом за развернувшимся и зашагавшим обратно Лань Ванцзи. Перед глазами плотно засела яркая картинка того, как Лань Ванцзи приходит на эту полянку с огромной корзиной морковки и кормит скачущих к нему толпами кроликов с рук, и никак не мог прекратить улыбаться. Дорисовав до кучи эту картину образом поваленного ими в траву Лань Ванцзи, которого тут же со всех сторон облепили плотным пушистым одеялом, он еще немного похихикал, прежде чем смог вернуть себе хоть какое-то подобие серьезности.       — Лань Чжань, а три года назад их ведь было значительно меньше, да? — спросил Вэй Усянь с лёгким любопытством.       — Мгм.       — Ну теперь понятно почему их так много. Раз уж им не приходилось слишком сильно усердствовать ради добычи пропитания и выживания, им только и оставалось, что плодиться в своё удовольствие. Вот только если так продолжится и дальше, ты скоро разоришься на морковке.       Лань Ванцзи ничего не ответил. Вэй Усянь, поняв, что больше ничего на эту тему от него не добьётся и тот так и продолжит отвечать ему молчанием, на время заткнулся, лишь весело что-то насвистывая себе под нос. Но продлилось это, как всегда, недолго.       — Лань Чжань, я, кажется, наконец понял причину твоей терпимости относительно моих походов в город, с нарушением правил и всем прочим, — заявил Вэй Усянь, нагнав Лань Ванцзи и шагая теперь вровень с ним. — Ты просто защищал своих питомцев. Наткнись я на эту полянку в прежние времена, устроил бы охоту и знатный пир, а так благодаря походам в город я вполне себе сыт, так что и причины трогать кроликов у меня нет. Довольно продуманный план с твоей стороны.       Взгляд Лань Ванцзи, брошенный в сторону Вэй Усяня при упоминании охоты, быстро успокоился к концу его тирады. Казалось Лань Ванцзи даже выдохнул с облегчением.       — Не трону я их, не переживай. Сказал же, что не голоден, — смеясь, поспешил его снова заверить Вэй Усянь.       Часть его души просто требовала продолжать дразнить Лань Ванцзи, но воспоминания о кролике на его руках, которого тот гладил очень аккуратно и даже благоговейно, не позволяли шутить так жестоко. Похоже для строгого и прилежного Лань Ванцзи — главной гордости своего дяди, служащего для всех в своем ордене образцом праведности и отреченности от мирских слабостей, эти животные стали своеобразной отдушиной: этаким потайным уголком в доме, где тот прятал от чужих глаз что-то ценное и любимое. Вэй Усянь же невольно этот тайник нашёл и теперь не знал, что с этим знанием делать. Но разрушать его точно в планы Вэй Усяня не входило.       — Знаю, что не тронешь, — вдруг сказал Лань Ванцзи.       — Потому что веришь мне? — воодушевился Вэй Усянь.       — Потому что ты не тронул тех других даже когда был голоден.       Вдали за деревьями, приглядевшись, уже можно различить крыши домов. Они приближались к деревне.       — Ты говоришь про тот раз, когда я принёс тебе пару кроликов?       — Мгм. Ты мог бы и правда… сделать то, чем грозил, — сказал Лань Ванцзи, замешкавшись на объяснении процесса. Видимо, даже озвучивать слова вроде «убить», «зажарить» и «съесть» относительно милых его сердцу зверьков ему было неприятно. — Но ты этого не сделал. Пусть на тот момент и был ограничен в привычной еде довольно долго.       — Просто тогда мне куда больше хотелось увидеть твою реакцию на этот подарок, чем есть, — рассмеялся Вэй Усянь.       Лань Ванцзи тихо хмыкнул, но почему-то не умолк, по своему обыкновению, а сам продолжил разговор:       — Если бы я отказался, ты бы и правда их… съел?       — Ну да, а почему нет? — вообще не раздумывая, тут же похлопал глазками Вэй Усянь.       Лань Ванцзи ответил ему серьёзным, слегка прищуренным взглядом.       — Не думаю.       — Ты сомневаешься в том, что я на такое способен? Лань Чжань, я люблю мясо. И на обычной охоте уже неоднократно бывал.       — На кого ты охотился?       — Как правило на фазанов, пару раз на диких уток, а однажды и кабана завалил.       — Голыми руками или мечом?       — Нет. Из лука стрелял, — не понимая к чему ведёт Лань Ванцзи, ответил Вэй Усянь. — Мы с моими шиди порой соревновались кто принесет больше добычи, при этом потратив как можно меньше стрел. И я, между прочим, всегда побеждал! — не забыл похвастаться он.       — Охота всегда была игрой?       — Ну да, это же весело. И хорошая тренировка, к тому же. По движущейся цели попасть всегда сложнее. Поэтому я предпочитал птиц: поймать их в полёте задачка непростая, а оттого более интересная.       Лань Ванцзи понимающе кивнул, а потом спросил:       — А доводилось тебе просто забивать животное?       Тут Вэй Усянь уже замялся, начиная понимать к чему всё это было. Поразмыслив, он ответил:       — Ладно, Лань Чжань, я понял. Ты прав: скорее всего я бы их не убил, а просто отпустил. Если подумать, возможно именно поэтому я этого и не сделал, едва увидев их — они не испугались и не пытались убежать, а просто так дались мне в руки…       Вэй Усянь не стал добавлять, что дело было не только в отсутствии азарта и привычной игры, но и в том, что убивать кого-то столь простодушного и доверчивого было как-то дико. Из-за запрета на охоту в Облачных Глубинах, животные здесь не испытывали страха по отношению к людям, и даже наоборот — порой проявляли к ним любопытство. Поэтому тогда те два кролика сами к Вэй Усяню и приблизились, увлеченно его обнюхивая и заинтересованно его разглядывая своими маленькими красными глазками. Ну разве мог он воспользоваться этим и вот просто так свернуть милым пушистикам шеи?       Лань Ванцзи удовлетворился его ответом и спрашивать больше ни о чём не стал. Вэй Усянь же молча шагал следом, силясь понять, когда тот успел так хорошо его изучить, чтобы разобраться в движущих им мотивах, если он и сам о них до этого момента толком не догадывался. Его так поразил этот факт, что он даже забыл о том, что хотел спросить Лань Ванцзи куда подевались те два кролика. Хотя оно и было необязательно — наверняка тот их просто отпустил.       Когда они уже почти дошли до поселения Вэй Усянь вдруг вспомнил кое-что другое:       — Кстати, а я ведь обнаружил то место не совсем уж случайно. Лань Чжань, ты не станешь возражать, если я буду временами мучать твоих питомцев своей ужасной игрой на флейте?       — Ты неплохо играешь, — возразил Лань Ванцзи.       Вэй Усянь, конечно же, знал об этом и чрезмерной скромностью не страдал — просто лишний раз напрашивался на комплимент.       — И всё же: я наткнулся на ту полянку когда искал место, где можно немного поупражняться вдали от чужих ушей…       Поняв, что именно сказал, Вэй Усянь остановился, прыснул, а потом согнулся пополам от хохота. Лань Ванцзи притормозил, непонимающе наблюдая его истерику.       — Ахаха, с ушами это я прям удачно слово подобрал, а-ха-ха… Ушиииии, ха-ха-ха…       Лань Ванцзи едва заметно дёрнул уголком губ и, кажется, даже прогудел что-то согласное, но Вэй Усянь за собственным хохотом этого уже не услышал. Этой шутки он даже не планировал, и оттого сейчас ему было в десятки раз смешнее. Искал уединённое место, чтобы в одиночестве помузицировать, а обнаружил поляну с десятками слушателей, да с такими длиннющими ушами, вот умора…       Через какое-то время, наконец, как следует отсмеявшись, Вэй Усянь смог разогнуться и вернуть себе контроль над телом, после чего они, не сговариваясь, просто продолжили путь. К этому моменту они уже почти дошли до тренировочной площадки на окраине поселения, из-за чего неподалёку раздавался звон мечей тренирующихся адептов, так что Лань Ванцзи теперь вполне мог бы оставить Вэй Усяня с его приступом смеха в одиночестве и просто уйти по своим делам, и последний подобному совсем не удивился бы, но, видимо, воспитание Лань Ванцзи не позволяло оставить разговор незаконченным, так что он всё это время терпеливо ждал пока Вэй Усянь успокоится. И как только это произошло, Вэй Усянь, как ни в чём не бывало, продолжил начатое:       — В общем, я думаю, что та полянка мне вполне подходит: она достаточно далеко отсюда, и там красиво, да и слушатели меня более чем устраивают. Так что я бы и правда облюбовал то место, если ты не против.       — Та поляна мне не принадлежит. Ты волен поступать как пожелаешь.       — Ну я бы так и сделал, если бы не узнал про твоих питомцев.       — Они не мои.       — Как не твои, если ты их кормишь?       — Они свободны.       — Ну да, ты не держишь их в загоне, но ты о них заботишься и привязан к ним. Разве это не значит, что они твои?       Лань Ванцзи покачал головой.       — Всё не так просто.       — Ну так объясни мне, — не понял Вэй Усянь, больше готовый к тому, что Лань Ванцзи станет оспаривать свою привязанность к питомцам, нежели их себе принадлежность.       Лань Ванцзи молчал довольно долго. Вэй Усянь даже подумал, что он так и не ответит, но в итоге Лань Ванцзи тихо прогудел:       — То, что они позволяют мне заботиться о них и не проявляют враждебности не значит, что они тоже ко мне привязаны. Разве могу я обладать кем-то, кто этого, возможно, не желает?       Тут уже пришла очередь Вэй Усяня замолчать. Они вроде всего лишь обсуждали кроликов, но создавалось впечатление, что не только. Лань Ванцзи был слишком серьёзен. И этот ответ… Он будил в груди Вэй Усяня странное беспокойство.       На этом разговор и закончился: они наконец дошли до дома и Лань Ванцзи вернулся к своей работе, а Вэй Усянь не стал больше его отвлекать и отправился на тренировочную площадку понаблюдать как тренируются адепты ордена.       Впрочем, оказавшись там, на самом деле внимания на них он почти и не обращал. Из его головы никак не шли странные слова Лань Ванцзи. Раздумывая над ними и так и эдак, Вэй Усянь невольно вспомнил о состоявшемся у него пару недель тому назад разговоре с Лань Сиченем об их с Лань Ванцзи родителях, и тогда всё, как по волшебству, вдруг встало на свои места.       Отец Лань Ванцзи и Лань Сиченя был безудержно и безответно влюблен в их мать. Но именно эта любовь и стала причиной её пожизненного заключения в выделенном для неё домике в Облачных Глубинах. Каким бы сильным и благородным ни было его желание спасти её от расправы собственного клана, какими бы светлыми и искренними ни были его чувства к ней, но в итоге, своим поступком он навсегда лишил её свободы, привязав к себе и собственному ордену по рукам и ногам до конца её жизни. Кто знает, была ли мать Лань Ванцзи благодарна своему супругу за спасение от казни или же предпочла бы смерть, будь у неё такой выбор? Испытывала ли хоть малейшую симпатию по отношению к человеку, который её так любил, что и сам отказался от всех мирских благ из-за этого чувства, или эта любовь лишь душила её ещё сильнее, делая клетку невыносимо тесной? Смирилась ли она хоть сколько-нибудь со своей участью со временем, научившись радоваться тому немногому, что у неё осталось, или же была глубоко несчастна до конца своих дней?       Судя по тому к какому мышлению в итоге пришёл Лань Ванцзи, Вэй Усянь больше склонялся ко второму варианту. Иначе могла бы эта ситуация ранить его настолько глубоко, что он теперь даже обычных кроликов не смел хоть сколько-нибудь ограничивать и боялся причинить им вред одной своей к ним привязанностью? Кажется история его родителей крепко вбила в него страх перед какими-либо желаниями и привязанностями, из-за чего теперь он их себе запрещал и ограничивал себя даже в собственных мыслях.       Вэй Усянь был умным парнем. Он умел сопоставлять между собой разного рода события и делать из них правильные выводы, и в том числе поэтому был так хорош во всём, за что ни брался. Благодаря этому же качеству сейчас Вэй Усянь умудрился обнаружить весьма сложные взаимосвязи между давними событиями и нынешним поведением своего друга, а с недавних пор ещё и супруга, что помогло ему узнать того с новой стороны и понять его немного лучше. Вэй Усянь умел сопоставлять факты. Вот только… это касалось лишь тех фактов, которые он замечал и которые не имели никакого отношения к нему лично.       Поэтому, даже при столь, казалось бы, глубоком понимании ситуации, Вэй Усянь с лёгкостью упустил из виду парочку важных деталей. Вследствие чего, например, он никак не связал события трехлетней давности с тем, что неожиданно обнаружил на прекрасной солнечной поляне сегодня. И уж тем более, ему даже в голову не пришло, что, возможно, во время того странного разговора, Лань Ванцзи, на самом деле, говорил, в первую очередь, совсем не о кроликах.