Миссис Холмс

      Все те же бесконечные, шумные университетские коридоры, все та же вечно спешащая толпа. Но теперь что-то определенно изменилось, и изменилось в лучшую сторону. Реджина больше не чувствовала себя частью безликой серой массы студентов, теперь она выделялась, она была эпицентром этого движения.       Девушка сидела на скамье, окруженная плотным кольцом парней: от робких первокурсников до уверенных в себе старшекурсников. После того как она дерзко поставила на место самого Шерлока, ее популярность взлетела до небес. Редкое сочетание красоты, острого ума и убийственного чувства юмора сделало ее магнитом для окружающих.       Студентки Реджину предсказуемо невзлюбили. В женских туалетах шептались о том, как быстро она может увести любого парня, и прожигали ее взглядами, полными зависти. Но саму Реджину это ни капли не расстраивало. «Особи женского пола» никогда не входили в сферу ее интересов, она считала, что они способны лишь на мелкие интриги и козни за спиной. С парнями же все было иначе: легко, прямолинейно и весело. Единственная сложность заключалась в том, что в нее неизменно влюблялись, но, если честно, в глубине души это лишь приятно тешило ее самолюбие.       — А правда, что в России всегда жуткий холод, а у каждого в доме живет собственный медведь? — подал голос Брайан, невысокий темноволосый парень из толпы.       — Дурак, нет там никаких медведей на улицах! — его друг Генри шутливо толкнул его в плечо.       Реджина обвела ребят взглядом, и на ее губах заиграла хитрая, торжествующая улыбка. Она была в своей стихии. Студенты завороженно ловили каждое ее движение, боясь пропустить хоть слово.       — Ты не прав, Генри, — ответила Реджина, бросив на парня притворно-суровый взгляд. — В России действительно бывают лютые морозы. А что касается медведей... даже у меня был личный!       Она выдержала театральную паузу, наслаждаясь шоком на их лицах.       — Его звали Пушок. Он был белый как снег, и я до сих пор по нему скучаю.       Ребята растерянно переглядывались. С одной стороны, это звучало как безумие, с другой, эта хрупкая, стильная девушка говорила с такой уверенностью, что им оставалось только гадать, какие еще тайны скрывает «владелица медведя». Когда напряжение достигло пика, Реджина рассмеялась, громко и заразительно.       — Да нет у нас никаких медведей! — выпалила она сквозь смех.       До парней постепенно стало доходить, что их просто-напросто обвели вокруг пальца. Один за другим они подхватили ее смех, оценив шутку.       — Я жила на юге России, Брайан! Какие холода? — продолжала она, поправляя волосы. — Вы, британцы, такие забавные. Неужели вы думаете, что Россия - это страна неандертальцев? Я бы посоветовала вам подтянуть историю и географию!       Студентам стало немного не по себе, быть пристыженным всегда неприятно. Но в то же время их восхищала ее прямота. Им было непривычно, что девушка может так открыто и очаровательно указывать на пробелы в их знаниях, не теряя при этом своего шарма.       — Ладно, географы, на сегодня уроков хватит, — Реджина изящно поднялась со скамьи, закидывая сумку на плечо. — Мне пора на лекцию. Не скучайте.       — Реджина, подожди! — Брайан вскочил следом. — Может, зайдём после пар в паб? Ребята тоже собирались.       Она обернулась через плечо, одарив его своей самой загадочной улыбкой.       — Посмотрим на твоё поведение, Брайан. Если выучишь хотя бы три крупных города России, я подумаю, — бросила она и зашагала прочь, подмигнув на прощание.       Её каблуки уверенно цокали по паркету. Однако стоило ей завернуть за угол, в менее людное крыло университета, как ощущение всеобщего поклонения начало рассеиваться. Здесь, в тени высоких стеллажей у входа в библиотеку, воздух казался холоднее.       Впереди, прислонившись к стене, стоял Шерлок. Он не поднимал глаз от экрана телефона, но Реджина была уверена: он ждал именно её.       — Пушок? Серьёзно? — раздался его низкий, лишенный эмоций голос. — Белый медведь в Краснодаре? Твоя выдумка была рассчитана на аудиторию с IQ комнатного растения.       Девушка резко остановилась. Её улыбка не исчезла, но стала более острой.       — А ты, я вижу, не только географию знаешь, но и подслушивать любишь? — она подошла ближе, вторгаясь в его личное пространство. — Моим «растениям» было весело. А вот ты, Шерлок, кажется, совсем забыл, что такое обычное человеческое общение.       Шерлок наконец поднял на неё взгляд, холодный и пронзительный.       — Общение - это обмен информацией. А ты занимаешься дезинформацией ради дешевого авторитета. Кстати, о твоём происхождении...       Он сделал шаг вперед, изучая её лицо так, словно она была сложным химическим уравнением.       — Ты действительно из Краснодара. Твой мягкий южный говор проскальзывает, когда ты смеешься. Но в речи полно московских интонаций. Твой отец часто возил тебя в столицу? Или вы жили на два города? Слишком специфическая манера строить фразы для провинциалки.       Реджина почувствовала, как внутри кольнуло забытое чувство опасности. Этот парень за пару минут разложил по полочкам её жизнь, которую она сама считала своей тайной крепостью.       — У тебя хорошая ищейка внутри, Шерлок, — процедила она, не отводя взгляда. — Да, я из Краснодара. И да, Москва была моим вторым домом. Но какое тебе дело до маршрутов моих поездок?       — Никакого, — безразлично пожал плечами он. — Просто раздражает, когда кто-то пытается казаться проще или сложнее, чем есть на самом деле. И, кстати, о трудностях... Тебя ждет декан. Твой «дерзкий ответ» на прошлой лекции задел его профессиональное самолюбие.       Шерлок развернулся и пошёл прочь, оставив Реджину в пустом коридоре. Её триумф, который так приятно тешили мальчишки пять минут назад, теперь отдавал горечью.       «Надо же, какой наблюдательный, — подумала она, поправляя сумку. — Москва его, видите ли, зацепила... Ну что ж, посмотрим, как ты запоешь, когда я сама начну изучать твою биографию».       Реджина проводила Шерлока взглядом, чувствуя, как внутри закипает гремучая смесь из злости и азарта. Этот парень был единственным, кто не просто не купился на её чары, но и посмел бесцеремонно залезть ей под кожу.       — Декан, значит? — прошептала она себе под нос, выпрямляя спину. — Ну, удачи ему.       Она направилась к кабинету профессора Уортона. Коридоры административного корпуса были тихими и пахли старым деревом. Реджина мельком взглянула на своё отражение в витрине с кубками: прическа в порядке, взгляд уверенный. Она знала, что в таких ситуациях лучше всего работает коктейль из безупречных манер и скрытой силы.       У двери она на секунду замерла. Вспомнились бесконечные перелеты между Краснодаром и Москвой. Южное солнце и столичный бетон. Отец часто брал её с собой на важные встречи, и именно там Реджина усвоила фамильную черту Барских: люди видят лишь ту маску, которую ты сам на них надеваешь. В Краснодаре она была душой компании, в Москве - расчетливой наследницей. Здесь, в Британии, она решила играть ва-банк.       Она постучала и вошла. Декан Уортон сидел за массивным столом, хмуро изучая бумаги. Когда девушка вошла, он поверх очков бросил на неё взгляд, способный заморозить Темзу.       — Мисс... — он заглянул в список, — ...Барская. Ваш выпад на лекции был не только неуместным, но и продемонстрировал вопиющее отсутствие уважения к академической этике.       Реджина не села в кресло, а осталась стоять, слегка наклонив голову, словно внимательно прислушиваясь.       — Профессор Уортон, — её голос прозвучал мягко, с тем самым изысканным акцентом, который она отточила во время частых поездок в Москву. — Моя реакция была продиктована не отсутствием уважения, а избытком интереса к предмету. В России нас учили, что истина стоит того, чтобы за неё побороться, даже если это выглядит излишне эмоционально.       Декан на мгновение замолчал, сбитый с толку её тоном. Он ожидал оправданий или новой дерзости, но не этой спокойной, «барской» уверенности.       — У нас здесь не Россия, мисс Барская, — уже тише произнес он. — Здесь чтут субординацию.       — Именно поэтому я здесь, — она сделала шаг вперед. — Я хотела лично принести извинения за то, что выбрала неподходящую форму для дискуссии. Мой отец всегда учил меня: в Москве нужно быть быстрой, а в Лондоне - безупречной. Кажется, сегодня я немного сбилась с ритма.       Упоминание отца и Москвы сработало как пароль. Уортон, знавший статус некоторых иностранных студентов, слегка смягчился. Фамилия «Барская» звучала весомо, а её манеры подтверждали, что перед ним не просто капризная девчонка.       — Надеюсь, впредь вы будете более избирательны в выражениях, — проворчал он. — Свободны.       Реджина вышла из кабинета с победной улыбкой. Но стоило двери захлопнуться, как она вновь увидела Шерлока. Он стоял у окна, сложив руки на груди.       — Использовала карту «трудности адаптации»? — бросил он, не обернувшись. — Предсказуемо. Уортон падок на лесть, особенно когда она исходит от студенток с фамилиями, намекающими на солидный банковский счет.       — Ты следишь за мной? — Реджина подошла к нему вплотную. — Сначала медведи, теперь мой визит к декану. Шерлок, если ты хочешь узнать меня поближе, просто попроси. К чему эти шпионские игры?       Шерлок наконец повернулся. Его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах светилось холодное любопытство.       — Ты интересная деталь, Реджина Барская. Хаотичная, театральная и явно привыкшая к тому, что мир вращается вокруг неё. Краснодарское тепло и московский холод, в тебе странное сочетание. Я пытаюсь понять, какая из этих масок настоящая.       — О, поверь мне, — Реджина дерзко усмехнулась, — настоящую меня ты не выдержишь.       Она развернулась и пошла к выходу, чувствуя, как её каблуки победно стучат по паркету. Университет перестал быть скучным. Теперь у неё была цель, и эта цель только что назвала её «интересной деталью».       Остаток дня пролетел как в тумане. Реджина ловила на себе шепотки, видела, как расступаются перед ней первокурсники, но её мысли то и дело возвращались к холодному взгляду Холмса. Шерлок задел ту струну её души, которую она тщательно скрывала под слоями брендовой одежды и остроумных шуток. Он увидел в ней не просто «красивую русскую», он увидел Барскую - девочку, которая привыкла выживать между южным гостеприимством и жестким столичным этикетом.       — Реджи, ты идешь? — Генри окликнул её у самого выхода из университета.       Она встряхнула волосами, прогоняя навязчивые мысли.              — Конечно. Я же обещала проверить ваши познания в географии.       Они расположились в «Кофейне на углу» — излюбленном месте местной богемы. Запах обжаренных зерен и старой бумаги действовал успокаивающе. Парни сдвинули два стола, чтобы поместиться всей толпой вокруг Реджины.       — Итак, Брайан, — Реджина сделала глоток латте и прищурилась. — Назови мне три города, иначе за десерт платишь ты.       — Легко! — парень самодовольно выпрямился. — Москва, Санкт-Петербург и… э-э… Сибирь?       Вся компания разразилась хохотом. Реджина закатила глаза, но в её смехе не было злости.       — Сибирь — это регион, гений! Ты проиграл. С тебя чизкейк.       — А как же твой Краснодар? — спросил Генри, подаваясь вперед. — Расскажи про него. Там правда всё время солнце?       Реджина на мгновение замолчала. Перед глазами всплыли тенистые аллеи Красной улицы, запах цветущей акации и шумные семейные ужины, которые так резко контрастировали с холодным блеском московских офисов её отца.       — Там тепло, — мягко сказала она. — И люди другие. Они громче смеются и всегда готовы накормить тебя до отвала. Но Москва научила меня другому: никогда не показывай свои слабые места.       — Глубоко, — раздался знакомый голос над самым ухом.       Реджина едва не вылила кофе на себя. Шерлок стоял прямо за её спиной, держа в руках бумажный стакан с черным чаем. Без сахара, без молока, как и его характер.       — Ты преследуешь меня, Холмс? — она быстро вернула себе самообладание. — Решил всё-таки пойти в паб, но перепутал заведения?       — Я здесь ради тишины, но, как вижу, ты принесла свой шум и сюда, — он обвел взглядом её свиту. — Твои друзья делают успехи. Брайан уже почти выучил карту мира, хотя его когнитивные способности всё еще вызывают у меня вопросы.       Парни за столом напряглись. Шерлока в университете недолюбливали и побаивались одновременно.       — Слушай, Холмс, — начал было Генри, но Реджина остановила его жестом руки.       — Оставь его, — она повернулась к Шерлоку, глядя на него снизу вверх. — Ты пришел просто поумничать или хочешь сесть с нами? Место рядом со мной как раз освободилось.       Она указала на стул, на который Брайан только что собирался поставить свою сумку. Ребята замерли. Это был вызов. Никто никогда не предлагал Шерлоку Холмсу «присесть и поболтать». Шерлок посмотрел на стул, затем на Реджину. На секунду в его глазах промелькнула искра, не то удивления, не то азарта.       — Сидеть в кругу людей, обсуждающих чизкейки и медведей? — он едва заметно усмехнулся. — Пожалуй, это самый скучный способ потратить вечер. Но... — он сделал паузу, — мне любопытно посмотреть, как долго ты сможешь удерживать их внимание своей «московской» маской, Барская.       Он неожиданно отодвинул стул и сел. За столом воцарилась гробовая тишина. Реджина почувствовала, как по коже пробежали мурашки. Игра официально началась, и ставки в ней были гораздо выше, чем просто популярность в коридорах.       — Ну что ж, Шерлок, — Реджина пододвинула к нему меню. — Раз уж ты здесь, выбери себе что-нибудь. За мой счет. Считай это гуманитарной помощью для тех, кто слишком занят логикой, чтобы поесть.       Она улыбнулась своей самой ослепительной улыбкой, но её глаза оставались холодными и внимательными. Она знала: этот вечер либо сделает её королевой университета окончательно, либо разрушит всё, что она так старательно строила.       Шерлок даже не взглянул на меню. Он поставил свой стакан на край стола с хирургической точностью и скрестил длинные пальцы в замок.       — Твоя щедрость - это классический механизм социального подкупа, — ровным голосом произнес он, игнорируя элитный интерьер кофейни, где за соседними столиками сидели дети министров и нефтяных магнатов. — Ты покупаешь лояльность этой группы, создавая иллюзию доступности. Но на самом деле ты держишь их на расстоянии вытянутой руки.       Реджина откинулась на спинку стула. В этом престижном лондонском вузе все играли роли, но Шерлок пытался сорвать с неё маску прямо сейчас.       — Ты называешь это «механизмом», а я называю это «хорошим воспитанием», Холмс. Тебе стоит попробовать как-нибудь, — она грациозно поправила браслет на запястье. — Но раз уж ты решил присоединиться к нашей «скучной» компании, давай поиграем. Раз ты такой мастер дедукции, расскажи нам что-нибудь о... — она обвела взглядом стол, — ...о Брайане. Только чур без оскорблений.       Брайан нервно сглотнул, внезапно осознав, что на него направлено внимание самого опасного интеллекта в кампусе.       Шерлок скользнул взглядом по парню. Это заняло не более двух секунд.       — Брайан. Сын среднего медицинского персонала, скорее всего, матери-медсестры. Ты пытаешься скрыть южный акцент Эссекса, но он прорывается, когда ты волнуешься. Ты купил эти кроссовки на распродаже три дня назад, надеясь впечатлить Реджину, но не заметил, что левый шнурок испачкан в масле от твоего старого мопеда, который ты безуспешно пытаешься починить в гараже по выходным.       В кофейне повисла такая тишина, что было слышно, как за соседним столиком размешивают сахар в чашке. Брайан сидел с открытым ртом, глядя на свои кроссовки так, словно они только что заговорили.       — Откуда ты... — начал он, но Шерлок его перебил, переводя взгляд на Реджину.       — Ты просила демонстрацию — ты её получила, — холодно продолжил Холмс, закончив «разнос» бедного Брайана. — Теперь мой вопрос, Барская. Ты приехала сюда из Краснодара через Москву. Твой отец - человек, привыкший отдавать приказы, это видно по тому, как ты захватываешь пространство. Но почему Лондон? От чего ты бежишь под видом «учебы в элите»?       В воздухе повисло напряжение. Парни за столом замерли, ожидая, что Реджина смутится. Но она лишь медленно поставила чашку и подалась вперед, фиксируя взгляд на Шерлоке.       — Моя очередь, — тихо сказала она. Её голос стал холодным и глубоким, как воды Темзы. — Ты так увлечен моими «масками», Шерлок, что совершенно не замечаешь собственных швов. Она обвела его взглядом — медленно, изучающе, так, как её учил отец на приемах в Москве, где одно неверное слово стоило состояния.       — Ты - младший сын в семье с очень высокими ожиданиями, — начала она, и её губы тронула мимолетная улыбка. — Твой костюм безупречен, но ты носишь его как броню, а не как одежду. Ты презираешь этих студентов не потому, что они глупы, а потому, что они умеют чувствовать, а ты - нет. Твой «анализ» - это способ контролировать мир, который тебя пугает. Ты патологически одинок, Холмс. Ты выстраиваешь стены из фактов, чтобы никто не заметил, как сильно ты нуждаешься в признании.       Шерлок едва заметно прищурился. Его пальцы на мгновение дрогнули.       — И самое интересное, — Реджина понизила голос до шепота, — ты так отчаянно ищешь во мне «беженку» из России, потому что сам чувствуешь себя чужим в этом городе. Ты не детектив, ты изгой, который пытается доказать, что он выше всех. Твоя проницательность это не дар, это твой единственный способ выжить в обществе, которое тебя не принимает.       Она замолчала, наслаждаясь тем, как в глазах Шерлока на секунду отразилось замешательство. Она попала в цель. Она видела таких, как он, в московских закрытых клубах, блестящие умы, разбитые сердца.       — Мы оба здесь не просто так, Шерлок, — добавила она, выпрямляясь. — Но в отличие от тебя, я не боюсь своей природы. Я Барская. И если ты решишь копать под мою семью, будь готов к тому, что я разберу твою жизнь на атомы еще до того, как ты доберешься до первого секрета.       Шерлок молчал несколько секунд, затем медленно поднялся. На его лице не было привычной насмешки, скорее, новое, опасное уважение.       — Психологический портрет вместо оправданий. Впечатляет, — произнес он, поправляя воротник пальто. — Но анализ субъективен, Реджина. Факты - нет. Посмотрим, чье оружие окажется эффективнее.       Он развернулся и вышел, оставив кофейню в оцепенении. Брайан и Генри смотрели на Реджину с благоговейным ужасом.       — Вау... — выдохнул Брайан. — Ты его просто... уничтожила.       Реджина заставила себя улыбнуться, но её сердце бешено колотилось. Она знала: она не просто защитилась, она объявила войну самому опасному человеку в университете. И в этой элитной лондонской клетке места для двоих таких хищников явно не хватит.       Прошло несколько дней. Утро началось с того, что Брэндон, тот самый высокий блондин из футбольной команды с неестественно длинными ресницами и вечно удивленным взглядом, перехватил Реджину у входа в библиотеку.       — Слушай, Реджина, — он замялся, переминаясь с ноги на ногу. — Сегодня вечером в кино показывают классику. Может, сходим?       Реджина окинула его изучающим взглядом будущего психолога. Про себя она уже давно окрестила его «Бэмби» - за это сочетание спортивного телосложения и трогательной, почти детской неуклюжести в её присутствии.       — Я подумаю, Брэндон, — ответила она с мягкой, но отстраненной улыбкой. — У меня сегодня очень плотный график.       Днем она отправилась к университетскому пруду. Реджина села на скамью, открыв учебник по когнитивной психологии, но дочитать страницу ей не дали.       — Вода здесь непроточная, — раздался за спиной голос Шерлока. — Уровень азота превышен. Идеальное место для самообмана, не находишь?       Шерлок обошел скамью и сел на край. Реджина медленно закрыла книгу.       — Ты проверял факты, Холмс? — спокойно спросила она.       — Проверял. Ты не бежала в Лондон, Барская. Ты поступила сюда сама, и твои баллы впечатляют. Ты учишься на психолога, потому что хочешь препарировать человеческие души. Ты здесь за лучшей жизнью, за абсолютной независимостью от отца.       Реджина повернулась к нему. В её глазах вспыхнул азарт.       — Верно. Но теперь послушай мой анализ. Ты - блестящий механизм с вышедшим из строя датчиком эмпатии. Ты видишь грязь на ботинках, но не понимаешь мотивов. Ты одинокий социопат, который прячется за логикой, потому что боится хаоса чувств. Тебе не хватает человечности. Ты смотришь, но не наблюдаешь, Шерлок Холмс.       Шерлок на мгновение замер. В его взгляде мелькнуло уважение.       — И что ты предлагаешь? — сухо спросил он.       — Сделку, — Реджина подалась вперед. — Я научу тебя понимать людей. Я сделаю из тебя человека, который сможет зайти в комнату и не вызвать у всех желание застрелиться через пять минут.       Шерлок скептически прищурился.       — А взамен?       — Взамен ты станешь моим личным репетитором по английскому. Мой британский акцент должен быть безупречен. Я хочу звучать так, будто родилась в Кенсингтоне, а не в Краснодаре. Никто не должен слышать во мне иностранку.       Шерлок внимательно посмотрел на неё. Психолог и лингвист - это было логично.       — Пожалуй, это рационально, — произнес он, поднимаясь. — Мы начнем сегодня. Прямо сейчас. Забудь про свои планы.       Реджина вспомнила про Брэндона. Она достала телефон и, не глядя, удалила его сообщение. Бедный «Бэмби» со своим кино ушел на десятый план, став совершенно неважным в этой новой, опасной игре.       — Идем, Шерлок, — она поднялась. — Посмотрим, кто из нас лучший учитель.       — Твое «hello» до сих пор отдает московскими аэропортами, — холодно бросил он, шагая прочь. — Начнем с произношения гласных.