Невидимые следы, что прошлись по моему сердцу

Charlotte Cardin — Dirty Dirty

VOILÀ — Drinking with Cupid

BLVKES — Tequila

      Невесело застёгивая молнию на оранжевом костюме, Тэхён смотрит на себя в зеркало и всё ещё прокручивает в голове воспоминания о слепом парне. Хотелось знать, всё ли с ним в порядке, и помочь, может быть… И Тэхён ни в коем случае не размяк, просто по каким-то причинам чужая слепота его зацепила. Наверное, хреново, когда не видишь.       Парень на миг прикрывает глаза и смотрит в темноту. Он понимает, что сам не смог бы так. Пёстрые краски явно делают жизнь лучше.       Ким в последний раз рассматривает себя в робе, затем хлопает дверцей шкафчика и идёт в кабинет к надзирателю, чтобы расписаться и подтвердить, что он прибыл. А ещё ему на ногу нацепят браслет, потому эти исправительные работы — обязаловка, которую нельзя пропускать, ведь за его поведением следят.       Парень выходит в холл и мельком оглядывает таких же преступников, как и он сам. Парочку ребят, заядлых уличных художников, знает ещё с района. Также есть девка, красивая шлюшка, что попалась полиции без прав за вождение в нетрезвом виде. А двоих других встречает впервые, но охотно жмёт руку, когда к нему проявляют доброжелательность. А затем к ним выходит и сам надзиратель.       — Приветствую вас, потенциальные уголовники. — Мужчина за сорок осматривает толпу небрежным взглядом, а затем складывает руки на груди, нахмурив брови. — Люди вокруг думают, что вы мрази. У вас есть шанс показать им, что они не правы.       — Ага, — мгновенно усмехается Ким Тэхён, не сумев сдержать язык за зубами. — А что, если правы? — На его лице расплывается хищный оскал.       Отработка обещает быть просто незабываемой…

***

      В конце первого дня Ким думает, что умирает. Болит каждая клеточка в теле. Они сегодня, кажется, стёрли все граффити поблизости, и этот рабский труд его убивает. Даже жалко было смотреть на художников их района, ведь стрит-арт — это искусство. Браслет на ноге ужасно мешается и бесит, да и настроение ни к чёрту. Поэтому Тэ звонит Юнги.       — Привет, мелкий. — Ким вздыхает и выходит на улицу, не забыв подкурить. — Поднимай жопку. Пойдёшь со мной.       — Привет, Тэ! Куда на этот раз? — Юнги младше сводного брата всего на пару лет, но унаследовал такой же несносный распиздатый характер. — Толкнём наркоту? Да? Мне деньги не помешали бы…       — Я на той неделе дал даже больше, чем тебе нужно. Куда ты всё спустил? — Он правда удивляется. — Только не говори, что озеленил капустой огород чей-то бабы… — Малой у него импульсивный… и не на такое способен.       Как-то хотел жениться на шлюхе, потому что подумал, что влюбился. Он встретил ту самую, когда решил с друзьями снять девушку на троих. И видимо, пока пялил на пару с другом в душном салоне авто, разглядел в ней непревзойдённую красоту. Потому что Тэ после этого только про неё и слушал. Юнги даже работать пошёл. Хотел выкупить её у сутенёров. Рассчитал, сколько та получает за ночь, сколько приблизительно клиентов обслуживает и сколько придётся ему горбатиться, чтобы содержать такую мадам.       Но после недельных разговоров по душам, нытья о неразделённой любви и снятом мальчике в конце на всю ночь, чтобы заглушить горе братца, влюблённость отпустила Юнги. Тэ не жалеет, что открыл грани дозволенного Мину. Теперь малой — прожжённый жопотрах, хотя и на сиськи иногда клюёт. Он, естественно, побаивался, что после брат положит взгляд на новую шлюху, но как-то это счастье обошло их стороной. Ким научил Юнги трахаться и не привязываться, потому что не везде уместны чувства.       — Малой, нельзя столько бабла спускать на девок, которые с тобой только на одну ночь… Или ты опять за старое? — Тэхён негодует.       — Да нет же! — отнекивается брат. — Я больше не фриканутый. Всё отложенное пустил на тачку! — Он мнётся, вздыхает, но всё же продолжает: — Твои друзья продавали старенький «кадиллак», но скинули ещё полцены, когда узнали обо мне.       — Они же могут втюхать дрочню унылых задротов… — Тэхён убито стонет. — Нашёл, у кого машину брать… Скажи мне, братец, они наебали тебя?       — Ты совсем в меня не веришь! — Юнги дуется. — Я всё узнал. Тачка просто класс. Старенькая, но на ходу. Я её подлатаю — и она полетит.       — Короче… прячь пипирку в штаны и дуй ко мне. Сегодня выдался не день, а ядрёное дерьмо…

***

      Юнги прикатил на «кадиллаке». Тэхён обшмонал каждый сантиметр этой тачки и готов признать, что она всё же неплоха. Видимо, друзья его по-настоящему уважают, поэтому и не обидели младшего. Прыгнув на пассажирское сидение, Ким закинул ноги на переднюю панель и в сотый раз почесал под браслетом, гневно дёргая железку. Юнги всё трещал о чём-то, но Ким слушал вполуха. Прикрыв глаза, Тэ чувствовал, как гудит тело: он очень устал. И Тэхён, может, придурок, но не отбитый. Всё копил деньги, думал, что сможет выбраться из этого гадюшника и поступит учиться… но всё это пустое.       Они по-быстрому заезжают к Киму домой. Чтобы не попасться матери, Тэхён ловко забирается в окно своей комнаты на втором этаже по веткам дерева, берёт все деньги, которые прятал под дощечкой в полу четыре года, а затем спускается так же тихо и незаметно, как и пришёл. Встреча с матерью ему ни к чему.       А после ведает братцу, что они едут смотреть квартиру. Он заебался скитаться, как бродяжка. У матери, конечно, жилось в кайф, но каждый раз, когда она вышвыривала его на улицу, Тэхён спал у незнакомцев, которых трахал, или у друзей. Ну, прямо скажем, не фонтан вообще. Ким экономил каждую копеечку, но теперь понял, что на собственное жильё стоило разориться давным-давно. Но, проездив практически до ночи по адресам, так и не смогли найти подходящего варианта.       Психанув, Тэ тащит брата в бар. Они развлекаются до утра: бухают и глотают таблетки, а затем засыпают как попало в машине. Буквально через час Тэхён идёт на отработку, чувствуя себя мерзко. Ким всё ещё пьян, его походка неровная, голова варит плохо, но работать сможет. И когда он получает в руки перчатки и захват для сбора мусора, их отправляют на улицу.       Лето на дворе. Днём жарко и солнечно, но вечером заметно холодно. Голову печёт просто невъебенно, и Ким чувствует, что ещё чуть-чуть — и он упадёт на месте прямо в гору мусора. Предупредив ребят, что отлучится, Тэхён идёт в ближайший магазин, чтобы взять две бутылки холодной воды, и в очереди возле кассы встречает парнишку, которого пару дней назад пялил на улице. Тэ быстро вспоминает его имя, и сейчас Чимин кажется ему ещё краше, что нельзя сказать о самом Киме. Лицо сморщено, а во рту так гадко, словно коты написали.       — А я всё ждал твоего звонка… — с застенчивой улыбкой проговаривает светловолосый парнишка, ведь тоже узнал Тэхёна. — Но теперь вижу, что ты был занят. — Он глядит на его оранжевый костюм, закусывает губу и явно усмехается.       — Да, был, — негромко отвечает Ким, почёсывая голову. — Что ты тут делаешь? Живёшь неподалёку?       — Нет. Помогаю брату с оформлением документов. Здесь поблизости открывают художественную мастерскую, так что буду личным водителем пару недель. — Чимин всё ещё продолжает застенчиво улыбаться, хотя глазами пожирает Кима насквозь.       — Ясненько… — Тэхён покупает долгожданные бутылки с водой и выпивает одну залпом, счастливо прикрывая глаза, пока прозрачные капельки эротично скатываются по подбородку и вниз по шее, прячась за воротом комбинезона. — Ладно… — Он пожимает плечами и кивком указывает на улицу, где в поте лица братцы по несчастью трудятся не покладая рук. — Я пойду. Рад был встретиться.       — И я… — вздыхает Чимин.       Пак не против попробовать этого парня вновь, ведь ему безумно понравилось, но понимает, что он птичка не его полёта.

Тэхён недосягаемый, желанный и до безумия одинокий.

***

      Следующие недели прошли в таком же темпе. Одним словом — по-рабочему. Они сортировали одежду, что пожертвовали на благотворительность. Продолжали очищать улицы и драить стены. Облагораживали почву в городе. Даже произвели дезинфекцию, мать его, водоёмов и прудов. На них скидывали вообще всё, что не лень, а надзиратель лишь злорадно посмеивался, потирая руки.       Сейчас Тэхён понимает ясно: те сладости не стоили этих чудовищных пыток.       И когда он пришёл в очередной раз на смену, их мучитель предупреждает, что сегодня, помимо обычных обязанностей, на них вешают подопечных. Тэхён не хотел этого сильнее всего, хотя… переработка означает, что будет больше денег. Возможно, он сможет договориться с бабуськами… Парень отчаянно хочет на это надеяться. Все пятеро преступников обречённо вздыхают и выходят в холл.       — И будьте учтивы! Кого бы к вам ни приставили, вы должны помогать. — Мужчина грозно осматривает их и взглядом даёт понять, что это не шутка. — По итогу оценка подопечных сыграет не последнюю роль в вашем личном деле.       — Да как же заебало… — через некоторое время вздыхает Ким. — Что за напутственные речи… Блевать тянет, — негромко бурчит он, устало закатывая глаза, отчего другие ребята смеются, подхватывая разговор.       Они забивают на надзирателя, кучкуются и травят байки и истории из жизни, пока мужик охуевает от поведения отбитой молодёжи.       — Извиняюсь, я тут разговариваю! — вмешивается он в их сатанический клан.       — М-да… — Ким вальяжно двигает плечами и нехотя поднимает взгляд из-под чёлки. — Я думал, вы закончили.       Все пятеро осуждённых сдружились за это время. По всей видимости, грязная работа и браслеты на ногах сближают. Поэтому они сплотились и забили хуй на мужика, что проповедует о правильной жизни. Им до пизды.       — Если мои губы всё ещё двигаются, значит — нет. — Мужчина прибил бы их, да вот нельзя только.       — Да, но вы могли зевать или жевать. — Ким продолжает ехидничать, пока Намджун и Хосок, которых загребли за распространение наркоты, ржут как не в себя, сгибаясь пополам.       Эти двое — тёмные лошадки. Таблетки поставляют в клубах. Они довольно знамениты в своих кругах. И когда случилась облава, Намджун отвлекал внимание, бросаясь на легавых словно цепной пёс, пока Хосок сливал всю дурь в унитаз. Доказать их причастность не смогли, но на исправительные засунули. Да и сопротивление полиции — это тоже уголовка.       — В какую сторону ты изменился? — спрашивает надзиратель, пытаясь показать Тэхёну, что даже отбросы общества могут быть лучше.       — Я стал немного выше, — парирует Тэ.       И мужчина понимает, что Господь обошёл этих говнюков стороной, ещё и ноги вытер об их души. Жаль. Видимо, не всех можно образумить.       — Вам дали шанс сделать что-то хорошее, изменить себя и жизни других людей к лучшему. — Надзиратель тычет пальцем в Кима. — И знаете что? Вы уже лажаете. А самое поганое то, что этот момент — пик вашей никчёмной жизни.       — Или вашей. — Улыбка с лица Тэ исчезает на мгновение, и он пронзает мужчину ехидным взглядом. — Что вас заставляет быть надзирателем? Хорошая жизнь? Не нужно ездить мне по ушам… — Тэ наигранно хохочет. — Или вы с детства мечтали об этом?.. — Он оглядывает человека напротив с ног до головы, а после вновь возвращается к чужим глазам. — Если да, то вы либо конченый псих, либо педофил. Сколько испорченных малолеток прошли через ваши руки, а?       Мужчина пыхтит. Тэхён словно яд. Когда он открывает рот, то хочется налить в него кислоты. Надзиратель хватает его за грудки, гневно притягивает ближе и внутри раздумывает, стоит ли съездить по юному красивому лицу, несмотря на последующий выговор и лишение премии.       — И помните… — шепчет Тэхён спокойно, без страха глядя в лицо напротив. —Взаимная неприязнь не даёт вам право портить моё личное дело. Ваша обязанность оценивать качество выполненной работы, а не учить жизни. — Он резко бьёт по чужим рукам и отпихивает от себя надзирателя. — Так что прибереги нотации для собственных отпрысков.       Тэхён совершает показательный реверанс, а затем разворачивается к своим, чтобы продолжить разговор.       Ребята забывают о надзирателе и даже не замечают, когда тот скрывается в кабинете, как Ким вдруг слышит за спиной уже знакомый звонкий лёгкий голосок:       — Ты был чертовски горяч…       Чимин недолго наблюдал за представлением, но успел возбудиться до звона в ушах. Тэхёна невозможно не хотеть. А сам Ким сейчас расплывается в улыбке. Качает головой, а затем медленно поворачивается, потирает бровь пальцем и цепляет Чимина взглядом.       — Ты во мне сомневался? — Он подходит к нему ближе и надменно смотрит сверху вниз, складывая ладони в карманах.       Между ними из раза в раз вспыхивает сексуальное напряжение.       — Эта униформа тебе идёт… — Чимин становится слабым рядом с Тэхёном.       — Следишь за мной?.. — Он толкает язык за щёку и наклоняется к парню, чтобы затем прошептать, задевая губами мягкое ушко: — Так не терпится снова оказаться на моём члене?       И Чимин в прямом смысле слова течёт. Парень хватается за молнию чужого комбинезона и очень медленно тянет вниз, замечая, что под робой Тэхён практически без одежды.       — Мне хочется облизать тебя с ног до головы… — шепчет Чимин, чтобы слышал лишь один из присутствующих.       Тэ, на секунду обернувшись с ухмылкой к друзьям по отработке, тянет парня за собой в уединённое место. Он ведь не дурак, чтобы отказываться от хорошего перепиха.       — Ты испорченная сучка… — Ким агрессивно целует парня, быстро раскатывает латекс по члену, а затем сдёргивает джинсы с чужих ног, подхватив светловолосого под бёдра. — Нравится секс в людных местах?       — Нравится секс с тобой… — возбуждённо проговаривает Пак в ответ, чувствуя, с какой силой Ким зажимает его у колонны, за которой они прячутся.       Этот коридор практически безлюдный. Здание административное, одна половина которого отдана людям для реабилитации и исправительных работ, а другая пустует. Помещения сдаются в аренду, но люди боятся сидеть рядом с уголовниками. Что не скажешь о светловолосом, который с распростёртыми объятиями принимает Тэхёна.       Парнишка снова звонко стонет, и ладонь Кима ложится ему на приоткрытые пухлые губы. Он задирает его ногу высоко, заходит глубоко, чувствуя, как приятное облегчение раскатывается по всему телу. Тэхён, не щадя Чимина, двигает бёдрами только резче, разнося глухие шлепки по коридору, и в какой-то момент внезапно перед глазами всплывают чужие… которые он никак не может выкинуть из мыслей. Чёрные, добрые и невинные. Прямо как у Бэмби…       Ким на секунду сбивается, встряхивает головой и не сразу замечает, как Чимин утягивает его в новый пылкий поцелуй. Он всё ещё двигается в нём, даже утыкается парню в выемку между шеей и ключицей, чтобы сбросить мгновенное наваждение, но получается плохо. Тэ рычит. Одним движением разворачивает Чимина к себе, хватается за его сочные ягодицы, раздвигает и входит снова. Насаживает парнишку по самое не хочу и чувствует, что уже на пике. Светловолосый громко стонет, когда пачкает колонну спермой, и всё ещё поддаётся навстречу, становясь очень чувствительным после оргазма. Тэхён ощущает, как узкие стенки неимоверно приятно сдавливают ствол. Он хватает его за волосы, тянет на себя, ускоряется, но не видит Чимина перед собой…

Только Бэмби…

      И когда он наяву в паре метров от себя неожиданно встречает того самого слепого парня, то думает, что сходит с ума. Ему ведь мерещится? Тэхён отчётливо видит чужой взгляд, направленный на него прямо на пике наслаждения, и не сдерживается. Кончает, глухо и низко стонет и, тяжело дыша, прижимается к Чимину как можно плотнее, всё ещё смотря на человека напротив.       Они замирают, но как только светловолосый замечает постороннего, то мигом отстраняется и в спешке надевает джинсы со скоростью света, при этом по минимуму создавая шума.       — Простите, тут кто-то есть? — Слепой парнишка неловко топчется на месте, ведь точно не уверен, что слышал сейчас. — Чимин? Ты тут?       А Чимин тут. Он приглаживает чёлку, поправляет одежду, а после обходит на цыпочках полкоридора, чтобы подойти к слепому парню сзади.       — Конечно! — Он трепет его по голове и звонко смеётся. — Это ты куда ушёл? — Чимин придерживает незнакомца за талию, а затем уводит в противоположном направлении.       На секунду он оборачивается, прикладывает палец к губам, прося Тэ не болтать о случившимся, и, игриво подмигивая, вновь отворачивается к незнакомцу, что плотно засел в мыслях Кима.       Что это сейчас было? Тэхён совершенно не понимает… но провожает их взглядом, после чего натягивает оранжевый костюм на плечи. Затем усмехается и идёт обратно, желая узнать, что происходит. Жизнь преподносит ему всё новые сюрпризы, и Тэ надеется за один из них покрепче зацепиться.       Парень возвращается в холл, где Намджун ведает ему, что прибыли их подопечные — люди с ограниченными способностями. Через стекло в помещении уголовники наблюдают за тем, как пустующая комната преображается. Появляются холсты, скульптуры, глина, инструменты и приятная музыка из портативной колонки.       Кто-то где-то решил, что они рядом с людьми, которые у всех в самую первую секунду вызывают к себе жалость у остальных, смогут исправить их ужасное никчёмное поведение. Глупцы… Осуждённые их могут только обидеть или пожалеть.       Как люди с ограниченными возможностями способны поменять других? Рассказами о том, как им тяжело живётся?.. Тэхён, конечно, может послушать, даже проникнется, но дерьмо из него чужими слезами не выбить. Ким видит, как Пак Чимин прощается со слепым парнем, как обнимает его, а затем оставляет одного и выходит в коридор.       Также и Пак замечает пристальный взгляд, что направлен на его младшего брата, но не настораживается, а просит лишь об одном:       — Пригляди за ним… — Он мягко касается его плеча, чтобы приподняться и чмокнуть Тэ в щёку. — И будь помягче, ладно?..       — Непременно… — проговаривает Ким, ведь этот незнакомец, которого он нашёл в тёмном переулке, привносит в его жизнь оттенок сладкого кошмара, что втихую от хозяина обрабатывается органами грудной клетки.