Я хочу быть рядом, Феликс

      На протяжении недели Хёнджин изучал всю документацию, все отчёты, доходы и расходы компании и многое другое. Было много бумаг, которые он не понимал. Но благодаря отцу и Сынмину альфа справлялся, как ему казалось, быстрее. Ему нужно было как можно скорее влиться в работу, чтобы не было никаких нюансов, которые впоследствии могут привести к проблемам. Поэтому приходилось дневать и ночевать в офисе.       Минхо, бывало, чуть ли не на руках выносил младшего из кабинета, ведь он буквально засыпал в куче бумаг, тоннами пил кофе и категорически отказывался от нормального отдыха. Ли постоянно ворчал на него, что тот никак не хочет следить за своим здоровьем, что такое количество кофеина повлияет на сердце и лучше валить домой, иначе салфетки на завтрак ему обеспечены. Но и эта угроза уже не действовала на младшего.       — Я хочу зарекомендовать себя как хорошего руководителя, — практически загробным голосом говорил Хван, вливая в себя новую порцию крепкого кофе и открывая очередную папку с отчётом по продажам.       — Нам нужен здоровый руководитель, а не ходячий труп, — облокотившись о дверной проем, сказал Сынмин, скрещивая руки на груди. — Ты когда последний раз смотрел на себя в зеркало?       — Когда был в туалете.       — И тебя не смутил твой внешний вид? — интересовался Минхо, входя в кабинет. Вместо нормальной причёски у того была мочалка на голове, чёрные круги под глазами, чернила на щеке и стикер, который приклеился к воротнику рубашки.       — Я по жизни красавчик, — устало улыбнулся альфа, прикрывая рукой очередной зевок.       — Если он ещё может шутить, значит, не всё потеряно.       Минхо с Сынмином махнули рукой и отправились по домам.       — Не забывай, что в выходные мы у вас, — крикнул Хёнджин Ли.       — Помню. Джисон приготовит ужин.       — Я Кнопику привёз подарок из Америки. Надеюсь, что ему понравится.       Ли громко хлопнул дверью, от чего даже Хёнджин вздрогнул.       Альфа направлялся к лифтам, тяжело дыша, не зная, как реагировать на то, что Хёнджин хочет встретиться с его братом. В конечном итоге всё равно скоро он узнает. Но очень хотелось оттянуть этот момент как можно дальше.       Минхо дома ждали два любимых омеги, поэтому он старался лишний раз не задерживаться долго на работе или где-то ещё. Ему нужно было быть дома, ведь Джисону, а в особенности Феликсу, нужно его присутствие рядом. Он был опорой для своих омег.       Дома альфу встретил приглушённый свет и звуки телевизора, доносящиеся с гостиной. Он прошёл на кухню и увидел, что стол накрыт только для него одного, ведь омеги уже поужинали. Из гостиной доносился смех, и он направлялся туда.       Джисон сидел на диване, смотрел какую-то комедию, поедая снеки, а Феликс лежал рядом, держа его за руку, и спал, укрытый одеялом. Суни лежал на груди Джисона, громко мурлыча, а Дуни и Дори уместились у Феликса в ногах и возле груди. Минхо улыбнулся с такой картины, подходя ближе, и опустился перед ними на колени. После случившегося пушистики стали часто находиться рядом с блондином днями и ночами. Раньше коты ночевали в спальне Минхо и Джисона, но за последние полгода переселились в спальню Феликса. Альфа поначалу ревновал своих котов к брату, ведь его коты — это святая всех святых. Но потом успокоился и понял, что Феликсу с ними спокойнее.       — Привет. Как день прошёл? — шептал альфа, аккуратно поглаживая Ликса по голове.       — Привет, — Джисон улыбнулся и наклонился, чтобы поцеловать своего альфу. — Всё более-менее хорошо. Феликс сегодня мне немного помог на кухне, когда я обжёгся.       — Правда? — удивился альфа, смотря на сопящего брата. — Были срывы? — Минхо надеялся, что омега порадует его и скажет, что никаких срывов не было. Он так мечтал услышать эти слова.       — Один раз на кухне, но мы быстро успокоились.       — Я рад. Давно спит?       — Минут сорок уже.       Какое-то время они сидели в тишине, ведь Джисон выключил звук у телевизора, а Минхо смотрел на своего спящего брата. Он был как младенец: реснички слегка подрагивали, иногда хмурил носик. Спал так, будто ничего плохого с ним ранее не случалось и всё хорошо. Словно всё, что произошло, было просто страшным сном.       — Хёнджин хочет с ним увидеться, — проговорил альфа. Джисон на это грустно улыбнулся, не зная, что ответить.       На имени альфы Феликс слегка вздрогнул, будто бы слыша, что упомянули старшего, потёр глазки и открыл их, сонно смотря на брата. Он огляделся, словно ища кого-то, а потом обратно перевёл взгляд на Минхо, обнимая того за шею. Джисон закрыл лицо руками, понимая, кого искал омега.       — Солнышко, ты что-нибудь хочешь? — поинтересовался альфа, на что Феликс отрицательно помотал головой. — Может, отнести тебя в комнату? — снова не хотел. — Будешь смотреть с Сони телевизор? — на этот раз омега согласился, ложась обратно на диван и укрываясь одеялом. — Отдыхайте, я буду наверху.       Минхо поцеловал своих омег в макушки и отправился в ванную комнату. Он закрыл дверь на замок, включил душ и залез под струи холодной воды прямо в одежде. С каждым днём ему всё труднее было сдерживать эмоции на людях. Он постоянно срывался, вспоминая о брате или когда о нём говорили. Ещё больше его эмоции брали верх, когда Хёнджин говорил, что хочет видеть Ликса. Тогда было труднее всего. Он знал, что Феликс очень привязан к Хвану. Но как он отреагирует на него после всего произошедшего, он не знал.       Струи воды заглушали тяжёлые всхлипы, которые уже невозможно было скрывать. Он бил кулаком в стену, сбивая костяшки в кровь, стараясь хоть так заглушить свою боль, но ничего не могло помочь.       В дверь требовательно постучали, на что альфа вздрогнул. Он выключил воду, слыша тревожный голос своего омеги.       — Минхо, пожалуйста, открой дверь, — голос Джисона был надломлен. Минхо сразу же вылетел из душевой кабины, открывая дверь.       На пороге стоял точно такой же заплаканный омега, смотря на альфу, у которого были красные глаза, разбитая рука, вся в крови и стекавшая вода, оставляющая огромную лужу под ним.       — Что-то с Ликсом? — сразу же спросил альфа. Первый вопрос, который задал Минхо, когда увидел грустного или заплаканного омегу.       — Нет, — отрицательно кивнул Джисон. — Он уже спит. Ты час тут находишься. Я минут пятнадцать долблюсь в дверь, слыша твои надрывающиеся стоны. Я испугался.       Омега подлетел к альфе, сразу заключая его в свои объятия. Минхо тут же прижал к себе младшего, зарываясь ему в шею, вдыхая любимый запах. Он ногой закрыл дверь и снова дал волю эмоциям.       Джисон чувствовал, как содрогалось тело старшего от каждого всхлипа, и каждый раз прижимал его ближе, стараясь забрать всю боль, что копилась в теле альфы. Он знал, что уже завтра Минхо будет лучше, ведь сегодня он отпустит эту боль на какое-то время, а потом она снова накопится, как и сейчас.       — Ты весь дрожишь, — прошептал омега, чувствуя, какой ледяной сейчас альфа. — Снимай всё с себя, иначе заболеешь.       — Я не могу… — прохрипел Минхо.       — Ничего страшного, я помогу тебе.       — Я не могу… — прошептал снова альфа, смотря на Джисона. — Я не могу больше видеть его страдания. Сколько ещё он будет это выносить?! Как я справлюсь? Как мы справимся?       — Любимый, пожалуйста, давай мы сейчас разденемся, примем горячий душ и пойдём в комнату, — омега дотронулся холодной щеки, проводя пальцем по нижней губе, которая дрожала, словно осенний лист под суровым ветром.       — Я не могу… — прошептал Минхо и прикрыл глаза.       В следующую секунду тело альфы начало падать в руки Джисона, который вместе с ним осел на пол.       — Минхо? — испуганно воскликнул омега. — Минхо, что с тобой?       Он несколько раз похлопал его по лицу, но никакого эффекта не было. Это был обморок на фоне пережитого стресса и холодного душа. Тело альфы не справилось с таким давлением, и он просто отключился.       Джисон подскочил на ноги, побежал в комнату за телефоном, набирая номер Чана дрожащими пальцами, не с первого раза попадая по нужным именам и сразу же возвращаясь к альфе.       — Ну же, хён, отвечай, — молил Джисон, но ему не отвечали. Сколько бы раз он не набирал старшего, тот не брал трубку.       Он сбросил вызов, набирая Чанбина. Но и тот не отвечал даже после третьего раза.       — Чёрт бы вас подрал, — психанул омега. — Минхо, пожалуйста, очнись. Я прошу тебя.       Он продолжал трясти старшего, но тот всё никак не приходил в себя. Бесполезно было пытаться его тащить на себе, ведь альфа был значительно тяжелее. Как бы ни старался, омега бы не справился.       Телефон неожиданно зазвонил, отчего Джисон вздрогнул. На экране высветился контакт Хёнджина.       — Хён…       — Джисон…       Хором произнесли оба и сразу замолчали.       — Что случилось, Джисон? — взволнованно спросил альфа, чувствуя, что что-то произошло.       — Хён, пожалуйста, помоги, — голос надломился, а по щекам потекли слёзы. — Минхо упал в обморок…       — Сейчас приеду.       Омега откинул телефон и принялся раздевать альфу. Он снял с него всю мокрую одежду, намочил горячей водой полотенце и принялся его обтирать. Хотя бы так, но он попытается согреть старшего. Если сейчас не принять какие-нибудь меры, то завтра Минхо проснётся с высокой температурой.       Буквально минут через десять раздался требовательный звонок в дверь. Джисон побежал скорее открывать, чтобы не разбудить Феликса. Ему и так хватает своего стресса, а если увидит брата, то неизвестно, как отреагирует.       — Где хён? — сразу спросил Хёнджин, скидывая с себя ботинки.       — В ванной.       Хван влетел вверх по лестнице, забегая в ванную комнату. Альфа всё также лежал неподвижно, укрытый полотенцем. Хёнджин закинул друга себе на плечо и понёс в комнату. Джисон плёлся сзади, не зная, как всё объяснять старшему. Они зашли в комнату и уложили альфу на кровать, накрывая тёплым одеялом.       — Что тут произошло? — спросил Хёнджин, смотря на омегу.       — Я думаю, что это переутомление, — прошептал Хан, надеясь, что альфа поверит.       — Какое переутомление? Ты думаешь, что я идиот? Он живее всех живых ходит по офису, ещё и мной командовать успевает.       — Ты многого не знаешь, — Джисон подошёл к кровати и опустился на колени.       — Тогда объясни мне, — потребовал старший. Ему не нравилось, что от него что-то скрывают, но никто ничего не объяснял.       — Я не могу, — прошептал омега.       — Почему?       — Не имею права. Когда Минхо решит, он сам тебе всё расскажет.       Какое-то время они находились в полной тишине. Джисон в это время натянул тёплые носки на альфу и принёс ещё одно одеяло. Хван внимательно смотрел за действиями младшего и пытался понять, что же всё-таки здесь произошло.       — У тебя нашатырь есть? — спросил Хёнджин, направляясь к шкафу.       — В аптечке должен быть.       Альфа достал коробку с лекарствами, высыпая их на стол. Не было времени на аккуратное перебирание, нужно было приводить Минхо в чувства. Хёнджин нашёл заветный бутылёк, намочил ватку и поднёс к носу Ли. Тот сначала никак не реагировал, а через некоторое время протяжно застонал и открыл глаза.       — Слава Богу, Минхо, — Джисон обнял старшего за шею, начиная громко рыдать. — Я так испугался.       — Что случилось? — прохрипел альфа не своим голосом. В голове был сплошной туман. Он не помнил ничего, что было после того, как вошёл Джисон.       — Ты упал в обморок, — начал объяснять омега. — Я звонил хёнам, но они не отвечали. А потом позвонил Хёнджин, я попросил помощи и он приехал тут же.       — Спасибо тебе, Хёнджин, — поблагодарил Минхо, поднимаясь с кровати, подходя к другу.       — Ты же знаешь, я всегда приду тебе на помощь, — улыбнулся альфа, обнимая того. — Ты весь ледяной, сходи-ка в душ.       — Точно, мне болеть сейчас нельзя.       Минхо вышел из комнаты, сразу направляясь к Феликсу. Он вошёл к нему, опускаясь на пол и беря его за руку.       — Прости меня, — шептал альфа. — Я проебался перед тобой как старший брат. Не уберёг тебя, солнышко, — он поцеловал его руку, на что Феликс поёжился, обнимая медведя. — Обещаю, я сделаю всё возможное, чтобы ты вернулся к прежней жизни.       Джисон тем временем сидел на кровати, опустив голову. Его руки продолжали потрясываться от пережитого, а слёзы так и не прекращались. Это очень трудно пережить, когда твои близкие люди страдают, а ты толком ничем не можешь им помочь.       — Где Кнопик? — спросил Хёнджин после затяжного молчания, а омега замер.       Он не знал, что сказать альфе. Если скажет, что дома, тот попросит с ним встречи. Если скажет, что его нет, но времени-то уже десятый час, не поверит. Хёнджина всегда было трудно обмануть. Он кожей чувствовал ложь.       — Он уже спит, — отвечает Джисон, не поднимая головы.       — Я хочу его увидеть.       — Давай не сейчас, пожалуйста.       — Он не приехал меня встречать, когда я прилетел, хотя писал, что как только я решусь вернуться, он первым поедет в аэропорт.       — Феликс приболел немного, плохо себя чувствует, — по сути, Джисон не врал, но как ещё отвадить альфу, он не знал.       — Надеюсь, что ничего серьёзного, — взволнованно произнёс альфа.       — Я тоже на это надеюсь. Не хочешь чаю? — омега сменил тему разговора, поднимаясь с кровати, выходя из комнаты.       — Не откажусь.       Они спустились на кухню. Джисон поставил чайник, достал печенье, которое испёк практически перед приходом Минхо, а также малиновое варенье, которое любил Феликс.       — Налей мне тоже пожалуйста, как раз сейчас он мне очень нужен, — спускаясь, просил Ли.       — Конечно, но сначала, поужинай, — Джисон достал кружки, ставя перед каждым.       Минхо в это время принялся за еду, даже не разогрев её. Джисон только помотал головой, забирая тарелку и ставя её в микроволновку.       Казалось бы, совсем недавно они паниковали, плакали и не знали, как быть, но сейчас сидят дружно и пьют чай, переговариваясь ни о чём. Джисон старается не думать о плохом, Минхо переводил темы, которые могли бы касаться его брата, а Хёнджин, хоть и чувствовал, что ему что-то не договаривают, наслаждался компанией, которой у него не было в Америке.       Это можно было бы назвать счастливыми чайными посиделками, если бы не всё плохое, что случалось в их жизнях. У каждого своя жизнь, каждый строил её сам. Бывают взлёты и падения, счастливые дни и не очень. Кто-то находит новую работу, кто-то увольняется со старой. Каждый сам решает, как ему жить.       Хёнджин решил для себя, что отныне он будет жить только в Сеуле. Это его город. Здесь его друзья, с которыми он рос, становился личностью; его родители, которые дали ему жизнь. Здесь всё, что ему нужно для счастливой жизни. Не хватает только омеги рядом. Но и это не проблема. Со временем всё встанет на свои места.