Я хочу быть рядом, Феликс

      Хёнджин уже второй час наблюдает за спящим Феликсом, и не может оторваться от него. Теперь хочется видеть такую картину каждый день. Просыпаться, зная, что Феликс спит где-то рядом, готовить совместно завтраки, смотреть фильмы в обнимку. Знать, что омега находится в его доме. На душе становится теплее.       Неожиданно телефон зазвонил, отчего альфа рычит, боясь разбудить омегу. Феликс что-то проскулил, переворачиваясь на другой бок. Хёнджин отключает звонок Сынмина и выходит из комнаты, чтобы не прерывать сон омеги.       — Что случилось? — спрашивает альфа, когда Ким отвечает на звонок.       — У тебя через полчаса встреча с китайцами, ты что, забыл? Они уже скоро приедут, — взволнованно говорит помощник, боясь, что Хван не приедет.       — Чёрт, — выругался Хёнджин, зарываясь рукой в волосах. — Как не вовремя всё это.       — В смысле не вовремя. Эта встреча планировалась ещё месяц назад.       — Да знаю я. Скоро буду.       И что же теперь делать? Ему надо срочно ехать на работу, но нельзя было оставлять Феликса одного. Если ещё и Минхо увидит его там, то ему точно не жить. А если он не явится на эту встречу, то уже прикончит его отец. Что так, что так, его ожидает печальный конец. Джисону звонить он тоже не будет, ведь омега написал, что по приезду домой они с Минхо сильно поссорились, после чего Хан уехал к родителям. И в этом Хёнджин тоже чувствует себя виноватым.       Взвесив все «за» и «против», посмотрев ещё на спящего Феликса, Хёнджин на свой страх и риск оставляет его одного, надеясь, что он не проснётся до его приезда, и покидает квартиру, отправляясь на работу.

* * *

      Всю дорогу до офиса Хёнджин проверяет телефон на случай, если Феликс напишет. Он оставил записку, написал сообщение и отправил голосовое сообщение, но всё равно сильно переживает. Феликс сейчас один в его доме. Хоть он и бывал там раньше, но стоит проснуться и не обнаружить рядом никого, даже знакомая обстановка смогла бы его напугать.       — Хван, потрудись объяснить, какого хера ты сейчас на работе? — Минхо угрожающе смотрит на друга, готовый в любую секунду накинуться на него. — Ты обещал, что не оставишь его одного, а сам припёрся сюда.       — Минхо, имей совесть, мы на работе, — альфа разворачивается, направляясь в свой кабинет.       — Уважаемый Хван Хёнджин, — Ли снова оказывается напротив друга, состроив милое выражение лица с убийственным взглядом, — скажите мне, пожалуйста, какого хера Вы припёрлись на работу и оставили моего брата одного в пустой и незнакомой для него квартире?       — У меня сегодня переговоры с китайцами, я не мог не приехать, — заходя в кабинет, говорит альфа. Минхо же следует за ним. — Он сейчас спит. И квартиру он мою знает. За пять лет мало что в ней изменилось.       — А ты не думаешь, что он в любую секунду может проснуться? И что он будет делать в чужом доме? У него может опять случиться срыв! Ты это понимаешь?       — Не драматизируй, хён. Он был в этом доме не один раз, и сам сегодня пришёл ко мне.       — А если…       — Минхо, — Хван строго смотрит на старшего, — иди, работай. Я закончу дела и сразу к нему.       — Смотри мне, если с ним что-то случится, я клянусь…       — Да-да-да, я знаю, натянешь мне яйца на самые уши, я помню. Иди уже.       — Я слежу за тобой.       — Минхо, вали давай.

* * *

      Омега поднимается в лифте, напевая известную только ему мелодию. Сердце продолжает трепетно стучать, только от одной мысли, что он решил приготовить романтический ужин альфе. Хоть Хёнджин и говорил ему, что между ними всё кончено, Чонин не прекращает попыток присвоить старшего себе. Это не симпатия, и даже не любовь. Головой Ян понимает, что у них только физическая близость, но сердце отказывалось это принимать. Он был влюблён в своего, как он думал, альфу. Но Хёнджин не считает его своим омегой. Сколько раз это уже было сказано, но их связь всё равно продолжалась, хоть и месяц назад они расстались. Омега дал Хвану некоторое время на переосмысление и ушёл с его видимости, чтобы старший успел соскучиться и снова впустить его в свою жизнь и постель.       Чонин каждый раз бежал к нему, стоило старшему позвонить. Над ним смеялись, говорили, что он не в себе, но он не слушал. Он продолжал приходить к нему. Омега надеется, что когда-нибудь сердце альфы растает, и он увидит в нём своего спутника по жизни.       Но как же мало зависит только от одного желания Чонина.       Омега достаёт ключи, которые ему одолжил папа альфы, и открыл ими дверь. Он сразу же направляется на кухню, раскладывая продукты в холодильник. Хёнджин не раз говорил ему, что без его присутствия омега не смел приходить к нему в дом. Но он не слушал. Чонин никогда никого не слушает и делает всё по-своему. И каждый раз это выходит ему же боком.       Услышав странный шорох со стороны спальни, Ян думает, что это альфа прячется, думая, что его не слышат.       — Хвани, не прячься, выходи, — омега улыбается, направляясь в сторону спальни. — Если ты ещё спишь, я разбужу тебя так, как ты это любишь.       Открыв дверь в спальню, Чонин видит странную картину. На кровати старшего, зарывшись в одеяло практически с головой сидит незнакомый парень. Он натягивает одеяло по самое лицо, только глаза были видны, в которых виднелся неподдельный страх и море слёз. Сам же незнакомец сидит, прижавшись к спинке. Чонин не может понять: альфа он или омега. Может быть, даже бета, ведь запаха он не чувствует.       В глазах незнакомого паренька читается дикий ужас, а тело под одеялом трясётся, что было видно невооружённым глазом.       — Не понял, — вскрикнул Чонин, а паренек, дёрнувшись, залез под одеяло с головой. — А ты ещё кто такой?

* * *

      Переговоры проходили, словно в тумане. И если бы не Сынмин и ещё один помощник, то Хёнджин крупно бы облажался. За него практически сделали всю работу. Каждые пять минут он брал в руки телефон и проверял, нет ли там сообщения или звонка.       — Ты в каких облаках сегодня летаешь? — интересуется Сынмин, собирая все документы.       — Лучше тебе не знать, — вздыхает Хёнджин, выходя из зала для переговоров.       — Надеюсь, что документы ты сам-то хоть заполнишь?       — Если что, обращусь к тебе.       Войдя в кабинет и включив ноутбук, Хёнджин в очередной раз проверяет телефон, но там по-прежнему была тишина. Решив, что чем быстрее он начнёт работу, тем быстрее закончит и поедет домой.       Следующие полчаса пролетели как по щелчку пальцев, ведь Хёнджин был полностью сосредоточен на работе. Телефон зазвонил, и он сразу же взял его в руки, но на экране высветилось другое имя.       — Чонин, говори быстрее, мне некогда.       — Хёнджин, тут такое дело… — запнулся Ян, а на фоне были слышны какие-то крики.       — Что у тебя там происходит? — нахмурился альфа. У него было странное предчувствие.       — Я хотел приготовить тебе ужин на сегодня, — начинает говорить омега, а тело альфы напряглось. Он выпрямился в кресле, смотря в одну точку. — Купил много вкусной еды и собрался было готовить, как…       — Только не говори, что…       — У тебя тут какой-то пришибнутый в квартире, забился в угол и орёт, как ненормальный.       — Чёрт! — Хёнджин вскочил из-за стола, направляясь к выходу из кабинета. — Не смей к нему подходить, понял!       — Да, я и не думал, вдруг бешенством заражусь, — фыркнул Чонин.       — Я уже еду, и когда я буду дома, чтобы духу твоего там не было! Ты меня понял?       — Но…       Альфа сбрасывает вызов, широкими шагами направляясь к лифтам. Сердце бешено колотится, ведь у Феликса сейчас случился приступ, а его не было дома. Так ещё там был незнакомый для него омега. Он переживает, что из-за этого с Ликсом может что-то случиться.       Когда тебе куда-то нужно срочно, всегда всё идёт против тебя. Лифт как назло не приезжал, сколько бы раз Хван на него не жал. Наплевав, он направился к лестницам, но и там его остановил главный бухгалтер с какими-то отчётами. Хёнджин не раздумывая, сразу направил его к своему заместителю, ведь времени было в обрез.       — Хван, — раздался суровый голос. — А ну, стой!       — Мне некогда, Минхо!       — Я тебе сказал, стой! — Ли схватил младшего за плечо, разворачивая к себе лицом. — Куда ты так спешишь? Что-то случилось с Феликсом?       — С чего ты взял?       — Ты несёшься, как в жопу ужаленный, всех посылаешь. Явно что-то случилось.       — Ты преувеличиваешь, — отмахнулся Хёнджин, обходя старшего. — Я просто поехал домой, все дела уже сделал.       — У тебя мой брат! — повысил голос Ли. — Что произошло с моим братом? — Минхо вцепился в друга, пытаясь вытряхнуть из него правду.       — Успокойся! — рыкнул альфа, стараясь его подавить. — Ничего не произошло! Ты мне всё утро написывал и названивал, говоря, чтобы я всё бросил и ехал домой. А когда я направляюсь туда, ты перегораживаешь мне путь, отвлекая тупыми вопросами!       — Я интересуюсь состоянием своего брата, а ты от меня что-то скрываешь!       — Ли Минхо! — Хёнджин скинул с себя чужие руки, смотря пристально на него. — Подготовьте мне отчёт за каждый месяц, начиная с начала этого года. Чтобы на каждую сумму было пояснение, вся прибыль и все убытки. Предоставьте мне его завтра до обеда.       — Да ты издеваешься, — Минхо был в шоке с просьбы Хвана. — Да я и за месяц этого не сделаю.       — Я всё сказал.       — А не пойти бы тебе…       — Соблюдайте субординацию, Ли Минхо! Иначе будет строгий выговор, — обойдя старшего, альфа направился на парковку.

* * *

      Хёнджин вставил ключи в замочную скважину, но замок не поддавался. Чонин закрылся изнутри, чёрт. Он несколько раз позвонил, дёргая за ручку в надежде, что дверь откроется. Время тянется так медленно, что улитка могла бы обогнать всё на свете. Он даже через дверь слышит, как омега там протяжно кричит, а он ничего не может поделать.       — Сука! — со всей силы альфа ударяет кулаком в дверь, отчего потом же жалеет. Феликс сейчас там плачет, а он только хуже делает своими психами. — Чонин, открывай эту чёртову дверь!       Буквально через минуту послышался щелчок, и дверь открылась. Хёнджин сразу же оттолкнул омегу, слыша громкие рыдания из своей спальни. Сердце непроизвольно сжимается, и он направляется прямиком туда.       Войдя в комнату, первое, что он видит — это гардина, которая была наполовину сорвана. Одна сторона ещё болталась на стене, а вторая была на полу. Шторы натянуты в одну сторону, а в углу комнаты за кроватью плачущий омега.       — Псих какой-то, — усмехается Чонин, прижимаясь к стене и складывая руки на груди. — Я и не думал, что ты таскаешь к себе домой всякий сброд.       — Свалил нахуй отсюда! — прорычал альфа, отчего омега вздрогнул, а Феликс закричал ещё сильнее. — Чёрт… Ликси…       — Ты меня прогоняешь из-за какой-то бешеной омеги?       — Собрал свои манатки и вали, пока я тебя сам с лестницы не спустил.       Хёнджин выталкивает Чонина из комнаты и закрывает за ним дверь. Он медленно подходит к плачущему комочку в углу и садится напротив.       — Феликс… — как можно нежнее произносит Хёнджин, аккуратно дотрагиваясь до дрожащего парня. — Кнопик, это же я, твой Хёник.       Омега сжимается сильнее, но постепенно перестаёт плакать, услышав знакомый голос. Феромон старшего начинает сильнее распространяться по комнате, и становилось легче дышать. Он вспоминает, как Минхо учил его дышать, и повторяет эти действия. Чужой запах постепенно стал испаряться, а на замену ему ощущается с каждым разом всё сильнее феромон Хёнджина.       — Кнопик, ты же сам ко мне пришёл, так почему ты сейчас меня боишься?       Хёнджин хочет снять с омеги штору, но не стал этого делать, ведь это было единственное укрытие от опасности, которая защищала Феликса. Он продолжает поглаживать его по спине, слыша, как глубоко дышит младший. В следующую секунду появилась маленькая щель, а затем заплаканный глазик омеги.       — Здесь никого нет, только ты и я, — тепло улыбается Хёнджин. — Ну же, посмотри сам, — он окинул рукой комнату, чтобы омега огляделся.       Феликс продолжает смотреть на альфу, часто моргая. Он сильнее отодвигает штору, не отводя взгляда. Хёнджин толком не успевает опомниться, как омега резко двинулся и обвивает руками его шею и придвигается ближе. Альфа аккуратно обнимает младшего за талию, слегка поглаживая. Феликс утыкается ему в шею, дыша глубоко, наслаждаясь приятным феромоном. Страх постепенно уходит, ведь он чувствует, что старший его защитит от любой опасности.       — Сильно испугался? — спрашивает Хёнджин, на что младший согласно кивнул. — Как же ты так гардину умудрился оторвать? — смеётся альфа, поглаживая того по спине.       Феликс слегка отстраняется от альфы, смотря на него виноватым взглядом, а затем на многострадальную гардину. Он немного краснеет и опускает голову, боясь, что старший его сейчас будет ругать.       — Эй, Кнопик, — Хёнджин дотрагивается до подбородка омеги, поднимая его голову, чтобы он посмотрел на него. — Это всего лишь гардина, ничего страшного не случилось, — улыбается альфа, поглаживая омегу по щеке. — Она ведь тебя защищала, — имеет в виду шторы, на что Феликс согласно кивнул. — Поэтому ей положена отдельная награда, — улыбается альфа, а Ликс смотрит на него, ничего не понимая. — Я повешаю её на место, а ты мне будешь помогать. Согласен, Кнопик?       Феликс согласно кивнул, полностью выпутываясь из шторы.       — Садись пока на кровать, а я принесу инструменты и тебе попить, — Хёнджин погладил омегу по голове, и хочет было уйти, как Ликс хватает его за руку, крепко держа.       Покосившись на дверь, Феликс сильнее сжимает пальцы, поднимаясь со своего места и подойдя ближе. Он смотрит Хёнджину в глаза, осознавая, что хоть альфа и оставил его одного, но всё равно приехал. Сердце быстро стучало, а щеки заметно покраснели, ведь он хочет сделать то, на что никогда не решался. Приподнявшись на носочки, Феликс оставляет короткий поцелуй на щеке Хёнджина, а затем спрятал личико в его груди.       Хёнджин улыбается, прижимая Феликса к себе, целуя в макушку, и поглаживая по спине. Он защитит этого омегу от любой опасности и будет рядом, чтобы не случилось.