Маленькая принцесса в мире большой любви.

На следующий день Вия проснулась поздно. Всё-таки она очень устала после бурной любви с Бертраном и в итоге вырубилась, причмокивая и посасывая его сосок. Проснулась она, заметив, что под ней нет ни Бертрана, ни простыни, и начала потягиваться. Потом встала с кровати, отсонилась и увидела, как Бертран стирает на руках описанную ими обоими простыню и вешает на верёвку: — Доброе утро, люби-имый, — произнесла Вия так, чтобы Бертран её услышал, — как там простынка? — Доброе, солнышко, она в порядке, — хихикнул Бертран, — а ты? Хорошо спала? — О-очень… После этого Вия пошла к Эметте и Нейтену, которые ещё спали, и легла между них (благо, они отодвинулись друг от друга во сне), чтобы поваляться рядом с ними хотя бы немножко, пока они не проснутся… — Доброе утро, любимые, — шепнула им девушка, поцеловав их в щёчки. — Доброе, — промямлил Нейтен и повернулся к девушке, начав открывать глаза, — ты, моя Ви-ви? — Дя, — промямлила девушка в ответ. — Доброго, моя сестричка, — шепнула Эметта и, повернувшись к Вии, поцеловала её в плечо. Вия увидела, что Эметта и Нейтен начали потихонечку ласкать её, но чувствовала, что… первая хочет побыть с ней подольше, ведь её прикосновения были более пылкими и жгучими. Поэтому рыцарь пока что решил отстраниться и дать девочкам возможность побыть наедине, сам при этом досыпал. Вия несколько робела, когда Эметта уже села напротив и любовалась её небольшими округлостями, а потом немножко набралась смелости и сама… начала мять грудь своей «старшей сестрички» и пощипывать выступавшие сквозь грубую сорочку соски, чтобы те напряглись и встали от ласк. Эметта тем временем сняла сорочку, чтобы быть со своей принцессой на равных (ведь и та была голенькой, а зачем и ей оставаться в одежде). Ви увидела, как та красива без одежды и… прижалась к груди «сестрички», начав её посасывать и мять. — Ты так голодна, Ви-ви? — ласково спрашивала Вию Эметта, пока та уже прижалась к груди, — скучаешь по тому, когда ты была маленькой и тебя кормила моя мама?.. Как это мило… Люблю тебя, сестричка… Вообще Вия, пока потихонечку набиралась опыта в любви со своими самыми родными людьми на свете, уже научилась отличать их чувствительные точки и то, что обычно им нравится в подобные моменты: например, она знала, что Бертран слишком хорошо разбирается в разных низших способах любви (как-то, как они вместе писались или же ласки органов язычком), потому что повидал всякое на этом поприще; что Эметта очень мягкая и может быть для неё старшей сестрёнкой; что Нейтен умеет пробудить чувствительность тела и дать ему раскрыться, хоть она слишком много пока что знала о способах Бертрана, а с остальными пока любилась только втроём или вчетвером. А пока что Ви очень нежно «ела» грудь Эметты, пока та её прижимала к самому сердечку: лизала, посасывала коричневые и уже высунувшиеся сосочки сестрички, разминала её несколько обвисшую грудь своими тонкими ручонками и… Вии даже это нравилось, что было для неё непривычным, хотя… они были знакомы с детства, их мамы знали друг друга, сами они были всегда привязанными друг к другу, как родные сёстры… Вот Вия наконец-то отлипла от груди своей «сестрички» и снова села рядом с ней, а та начала ласкать саму Ви. Они поцеловались и Эметта начала осыпать поцелуями всё тело своей принцессы, тоже прижавшись к груди: — Ви-ви, у тебя по коже мурашки бегают, — шепнула Эметта, пощипав соски Вии и целуя их, — тебе это нравится? — Ми-иииу, — всхлипывала Вия, которая не могла даже внятно отвечать от поглотившего её наслаждения, — ми-иу… И вот Эметта окончательно присосалась к грудке принцессы, а Вия прижала «сестрёнку» к себе. На самом деле Ви была… в восторге от этого, ведь она теперь была с ней наедине и им было на удивление хорошо. Ви всхлипнула, почувствовав внутри себя пальчики своей «сестрёнки», которые тыкали по очереди, а потом погрузились в неё полностью… Но Ви решила прервать занятие любовью с Эметтой, потому что сильно переволновалась и заплакала, ведь это был её первый раз с девушкой. Хоть Эметта и пыталась успокоить Вию, обнимала и пыталась поддержать, она всё равно задумалась о том, чтобы попросить Нейтена её утешить в любовном плане. Он к тому времени уже проснулся и заметил, что у девушек что-то неладное, подполз к Ви и забрал её к себе. Пока они трое пытались любиться попарно, Бертран тем временем развесил бельё и пошёл обмыться, чтобы заняться подготовками к концу года дальше. Он чувствовал, что страшно вспотел после любви со своим солнышком и после изнурительного физического труда, и… почувствовал, что у него напрягается орган. Еле сдерживая напряжение, он решил выйти из ванной комнаты и попытался выдохнуть, чтобы спокойно завершить приготовления, как вдруг… заметил Ви и Нейтена вдвоём. Эметта сидела отстранённой и когда Бертран сел к ней, она ему объяснила: — Ви была настолько в шоке от своего первого раза со мной, что её теперь успокаивает Нейтен. А вы как, ваше величество? — шутя, завершила свою речь Эметта. — В порядке, разве что, — и Бертран не успел договорить… — У вас сейчас очень хорошо стоит, — облизнулась Эметта, — с утра так? — С утра. — Опять с Ви-ви развлекались ночью? — Н-ну да, — вздохнул бывший король Тармэ и очень робко (непривычно для себя) продолжил, — учил… писаться и любить… а что? — Я бы хотела попробовать с вами… наедине, — хихикнула Эметта и шепнула Бертрану на ухо, — вы очень мужественный, я смотрю. Нейтен очень сухонький и дрябленький, прямо дедулька. А вы я-явно не такой, это между нами, по секрету. — Ну хорошо, милая, как скажешь, — вздохнул мужчина. После этого Эметта открыто и явно решила раскрыть перед ним ноги, чтобы дать ему лечь на неё и погрузиться, чтобы давать любовь дальше… Нейтен и Вия тем временем решили побыть в спокойной обстановке. Ви настолько сильно расстроилась от непривычного первого раза с Эметтой, что тот пытался как-то её поддержать. Много утешал и они даже решили одеться, чтобы пока продолжить подготовки к «концу года». Вместе они решили насобирать в лесу ветки деревьев, чтобы сплести венок: — Этому меня учила моя мама, мы такие вешали, чтобы привлечь удачу, — пояснил заранее Нейтен, — вообще матушка моя всегда поощряла, когда я сотворяю что-либо сам. До сих пор умею делать вещи своими руками. А ещё, — тут он вспомнил кое-что, — у тебя скоро день рождения. Ты уже большая у меня. Поэтому готовлю подарок заранее, по ночам, пока что это сюрприз, тс-с… — Спасибо, котик, — обняла его Вия. Котиком она его ещё никогда не называла. Они пошли в лес искать упавшие ветки и торчащие из-под снега ягоды, чтобы насобирать и засушить для венка. Вия узнала Нейтена с очень хорошей стороны, хоть и не интимной: в отличие от резковатого, грубоватого, хоть и ласкового Бертрана из Тармэ, Нейтен был очень нежным и скорее напоминал сказочного доброго старичка, хоть и в поношенной походной одежде без доспехов или военной атрибутики. В его природе подолгу рассказывать об окружающем мире, несколько грустить, но в то же время согревать своим теплом. Они собирали ветки и ягоды для венка несколько часов. Завтракали первыми попавшимися ягодами, которые не были ядовитыми, встретили даже соседей из «лесных граждан» и в обед их угостили традиционными блюдами в селении «горожан». Особенно Вии понравилась мелкий вид утки в заготовках из слив, хотя раньше Ви не ела много мяса и птицы. Пришли Вия и Нейтен домой с кучей веток и ягод в корзине, а ещё с угощением для остальных в их семье. Дома тем временем Эметта и Бертран лежали ничком, по ним было видно, что любились они слишком грубо и слишком долго. Поэтому пообедали все только ближе к четырём часам вечера. Им очень нравилась их нынешняя жизнь и казалось, что времена тесности в Ниуэ уже позади, а скоро — конец года и спустя неделю — день рождения Вии… Она родилась на второй неделе января.