Маленькая принцесса в мире большой любви.

«Конец года» был праздником, когда отдыхали все, даже если никто не работал публично. Беглецы наши тоже вырубились после праздника, даже не ласкавшись и не обнимавшись. Просто уснули после прогулки и всё… Спали так до полудня, ведь они совсем замотались за эти недели перед праздником в бесконечных сборах и украшении стола, дома… Только в полдень потихонечку проснулась Вия, которая решила прибраться в доме и весь день она только и делала, что мыла посуду и перебирала вещи, чтобы навести в общем доме порядок. Почистила зубки, умылась и тут же принялась за прихорашивание дома после праздника. Остальные же спали, потому что вчера слегка выпили и чувствовали себя ну так себе (один из морсов Бертрана был из забродивших ягод и напоминал подсахаренную настойку, Вия же пила те компоты и морсы, которые не были забродившими). И не подумайте, что Вия страдала или изнывала от того, что она одна-одинёшенька проснулась в доме и была для всех «Золушкой» или служанкой. На самом деле она очень любила быть ответственной и самостоятельной, потому что за время после побега она уже к многому приспособилась и многим навыкам выживания научилась. Да, она могла канючить и просить разное невыполнимое, но в то же время она явно стала старше ментально, чем до побега. Например, она явно стала лучше питаться и добывать себе пропитание. Научилась ловить рыбу, разжигать костры, отапливать камины, готовить… А ещё она несла ответственность не только за себя, но и за любимых людей. Поэтому ей правда нравилось мыть посуду и пол, убирать пыль и стирать заношенную одежду, потому что она понимала, что делает это ради семьи… Так шли дни, недели и вот приближался день рождения Вии. Вообще, по правде говоря, Вия родилась в начале весны. Где-то, по нашему исчислению, в самом-самом начале марта. Инесс решила покрестить дочь, потому что была страшно суеверной, хоть Дерен и отговаривал жену от крещения. Но со временем Вия стала очень нейтральной к вере в «единого бога», а потом и… стала жить не праведно, как думала Инесс… К своему двадцатидвухлетию Ви-ви повидала разного рода испытания: первую влюблённость в своего наставника и названную сестрёнку, побег из привычных королевских условий ради спасения себя от нежеланного брака, серьёзные и свободные в то же время отношения с бывшим папиным другом, изменения своего рациона и жизненного уклада, обучение самостоятельности и выживанию… А самым большим желанием Вии было стать женой своего главного возлюбленного, Бертрана из Тармэ, и мамой их общих детей. Она была готова отказаться от любых материальных удовольствий и благ, лишиться права наслаждаться своим ещё юным возрастом, своей свободой, потому что… Хоть она и много канючила, но уже старалась брать ситуации в свои руки и поручать своим родным тяжести в быту только в крайние случаи. Поэтому Вия готовилась к полноценному отказу от своей беспечной юности, чтобы носить под сердцем малыша, сознательно, хоть Бертрану и казалось, что его девочка говорила об этом импульсивно… Вия закончила убираться и разбудила остальных домочадцев, нежно целуя их, чтобы те резко не вскакивали после долгой ночи и большого количества выпитого… — Доброе утро, Ви-ви, — пробормотал Бертран, потягиваясь, — ты не выспалась?.. — Доброе утро, любимый, — поцеловала его девушка, — ты в порядке?.. — О-ох, как спалось хорошо, милая… Видел тебя… Как ты… мне поддаёшься, милая… Ты как?.. — Я в порядке, — улыбнулась ему Вия, — вот сейчас сама лягу отдыхать. Убиралась вот, даже… еду достала… Что хочешь?.. — Ну-у, наверное… осталась ли рыба?.. — Осталась, любимый, ещё свежая… — Ну хорошо, пора бы и остальным проснуться, — с этими словами Бертран кое-как слез с кровати и побрёл умываться, ещё шатаясь. Эметта и Нейтен под конец сна прижались друг к другу и спали совсем как брат с сестрой, хоть и были голенькими. Вия подошла к ним: — Привет, солнышки!.. Вы как там?.. — Ви-ви-и… Доброе… Можно я ещё посплю? — фыркала Эметта и отвернулась спать. Тогда Ви-ви подошла к Нейтену: — Доброе утро, моя милашка, — потянулся Нейтен, — ты как?.. — Уже день, — хихикала Вия, — я хорошо, а ты? — Я тоже хорошо, — голова не болит. Эми-ми только тяжело спала, слишком много выпила вчера. — Бертран тоже, он уже проснулся, но всё ещё шатается, — ответила девушка. — Бывает, хотя он очень крепкий мужчина, в отличие от меня, — с этими словами Нейтен взял Вию и посадил себе на колени, — ты красотка в этой сорочке… — Спасибо, — улыбалась ему Ви-ви, — я тебе всё ещё нравлюсь?.. — Конечно, ты моя первая девушка всё-таки, — хихикнул рыцарь и прибавил, — а Бертран скоро будет?.. — Скоро, он сейчас умывается… Бертран тем временем дополз до Вии и Нейтена и заметил их вместе. Несколько опешил, потому что отвык от того, что его малышка может любиться с кем-то ещё, но выдохнул и предложил им перебраться в гостиную, чтобы не мешать Эметте. Они переместились и Ви ощутила, как её ласкают оба любимых мужчины. Они оба целовали её, гладили между ног и теребили сосочки вместе с самыми чувствительными местами: — Тебе нравится, Ви-ви, когда мы… вот так с тобой? — спрашивал Нейтен девушку, которая явно горела от их ласк. — Я люблю-ю вас, а-ах, — всхлипывала девушка, которая начала уже осыпать поцелуями Бертрана, — вы такие… страстные!.. а-ах!.. — Моя хорошая малышка, — шептал ей Бертран, — ты так горишь от ласк, милашка… Самая красивая девочка на свете… — Люблю-ю! — стонала девушка, как тут ощутила пальцы Нейтена сзади, которые ласкали её попу, — а-ах!.. — Ну что ж, он тебя давно ждал, милашка, — с этими словами своего самого любимого человека Ви-ви погрузила в рот его «достоинство», — о-ох, как ты это делаешь, милая… так хорошо тебе, да?.. — М-м, — хлюпала девушка, кивая ему… — Уже научилась, солнышко?.. Как же мне хорошо, милашка, ты так… это делаешь… м-м!.. — Тебе очень хорошо от её ласк, я смотрю, — хихикнул и подмигнул возбуждённому Бертрану Нейтен, — ты её просто обожаешь, я так рад… о-ох… чувствуешь, что мы скоро?.. ох?.. — Я?.. О, да!.. Ви-ви, вылизывай всё до самой последней… капельки… о, да, моя девочка!.. я… я, — и тут же Бертран излился в рот своей самой любимой девочки, переполнив своей «жижицей» весь её рот, — о-ох, моя хорошая, бери всё, слизывай до последней капельки, малышка!.. это всё твоё!.. всё твоё, детка!.. — М-м!.. Я… сейчас тоже… Ви-ви!.. А-ах! — и Нейтен ощутил, как из его органа тоже всё выливается на тело девушки, — я к-кончил… Мне так хорошо!.. О-ох!.. — Нравится, что ты так себя ощущаешь, милый? — улыбнулся ему Бертран, — уверен, что Эми-ми очень понравится, когда ты её дырочку наполнишь всем тем, чем ты кончил… Она будет… в восторге… Тем временем Вия сглатывала всё, чем излился в её рот Бертран, и ощущала это на вкус как нежное солёное молоко, созданное только для её ротика. Она лизала и лизала это прекрасное «молоко», облизывая орган до последней оставшейся капельки и посасывая со всех сторон, а потом прервалась и шепнула: — Твоё молочко… самое вкусное, дядя Бертран… я люблю тебя, — и напоследок поцеловала самый краешек головки самого любимого «мужского достоинства», который ещё выталкивал из себя остатки «молочка», и немножко ещё пососала, а потом обратилась игриво к самому органу, недолго поиграв пальчиками и чмокая, — милашка, ты такой большой и чудесный, писаешь и кормишь меня!.. хи-хи! чмок! папочкин милашка!.. любимый папочкин милашка!.. От таких ласк Вии Бертран улыбался, ведь в его девочке ещё сохранилась детская непосредственность, которую он помнил и любил всегда, с того момента, как только они познакомились. Вот они трое, Ви-ви, её нынешний возлюбленный и её первая любовь, выдохлись и сели на кровать, девушка обняла их обоих: — Я вас… так люблю, — всхлипнула она, пока целовала своих мужчин, — вы у меня… такие милые… Такие… любимые… — Мы тебя тоже любим, Ви-ви, — подмигнул Нейтен, — только помни, что у тебя колечко на пальчике не просто так. Береги Бертрана, будь ему верной женой и, если он тоже хочет, как и ты, то… приходи к нам с Эми-ми и мы тоже тебе будем дарить любовь. Ведь мы — семья… — Я, конечно, хочу, дорогой, — хихикал Бертран, — я только за, если мы все так близки… И всем нам так хорошо… Одна семья… — Я вас люблю, мальчики, — шепнула Вия и прижалась к обоим, целуя и обнимая, — вы у меня самые красивые… не то что… Ференц из Саэ… никогда вас не променяю на него… никогда… — Вот и умничка… С этими словами они трое обнялись, легли на кровать и заснули… Особенно крепко спала Ви-ви, которая за утро очень устала… Вот приближался день рождения Вии. Ей уже почти что двадцать два. Она всё ощущала на себе взросление во всех смыслах: как физически она становилась из миниатюрной полудевочки красивой молодой женщиной, у которой практически оформилась фигура, неожиданно для себя, так и духовно из тепличной ноющей принцессы в самую настоящую самостоятельную даму, которой ничего не страшно… Вия знала о том, что она хотела больше всего на свой первый день рождения вдали от тепличного замка. Нейтен и Эметта готовили девушке подарок и никогда не показывали его будущей имениннице, поэтому часто Ви-ви проводила время с Бертраном и много с ним ласкалась. Он тоже готовил ей подарок, пока не говорил и не показывал, что это будет, но понимал, что девушка будет в полном восторге… Так прошла зима, в подготовках ко дню рождения и бесконечных подготовках себя к новым испытаниям… И вот «рождение» настало. В лесу ещё было холодно, уже начинал таять снег и появлялись ягоды, а ночь переходила в раннее утро. Вия ещё спала и очень крепко, но потихонечку потягивалась, чувствуя, как бьётся её маленькое сердечко от предвкушения новых чувств и событий. Она во сне улыбалась и казалась самой счастливой девушкой на свете… — Доброе утро, моя Ви-ви, — шепнул спавшей девушке на ушко Бертран, который спал с ней рядом и охранял её сон, и обнял её, — с вылуплением, любимая… — М-м, — помурчала ещё сонная Вия, которая толком не отсонилась. — Солнышко, ты ещё спишь… Такая красивая у меня, — он начал осыпать её нежными поцелуями, — хочешь кушать?.. — Угу-у, — потихоньку открывала глаза Вия, — хотю-ю… — А что хотим, милая?.. — Вку-усненькое… — Сейчас посмотрим, что у нас есть вкусненькое, — с этими словами Бертран отошёл на кухню проверить питание, — у нас есть ягодки, рыбка… Хочешь?.. — Хотю-ю, — промямлила сонная Вия, уже потягиваясь. — Моя хорошая, — улыбнулся мужчина и поцеловал Ви-ви в щёчку, — я тебя обожаю! У тебя сегодня праздник, поэтому всё будет так, как ты хочешь, моя девочка… Вия проснулась и увидела, что она спала без сорочки, а когда решила её надеть, поняла… что хочет ходить голенькой весь день. Но не решалась сама принять решение (впервые за всё время, ведь день рождения у неё никогда не проходил в самостоятельности), поэтому решила спросить у своего возлюбленного, который копошился на кухне: — Дядя Бертран, а… можно я весь день буду голенькой? — спросила его девушка, — это тебя не смутит?.. — Нет, конечно, ты чего, солнышко? Это абсолютно твой день и даже нужно ходить голенькой, если ты этого хочешь сама, — подмигнул Бертран и добавил, — ты у меня красотка, помни это. Вечером тебя ждёт сюрприз. Самая восхитительная девочка у меня… — И ты, папочка, — улыбнулась девушка, пока тот её обнимал. Вообще Вия очень любила сюсюкаться с Бертраном, потому что они знали друг друга ещё с детства Ви-ви, но так сильно привыкли обращаться друг к другу как отец и дочка, что они так обращались друг к другу даже сейчас, будучи помолвленными и занимающимися любовью возлюбленными. А пока что они оба были на кухне. Ви-ви ждала свой завтрак и так и не оделась, чтобв прикрыть свои причинные места. К ним подбежали Эметта и Нейтен, которые тоже обняли девушку: — С днём рождения, сестричка! — крикнула Эметта, — ты такая красивая сегодня… — Ага, голенькая, — улыбнулась Вия. — С рождением, моя девочка, — обнял девушку Нейтен, — сюрприз от меня и Эми-ми ты увидишь уже скоро, правда, Эми-ми? — Ага, а пока что садимся за стол, — подмигнул Бертран, — утреннее чествование именинницы! На столе теперь стояли рыба и ягоды, а по всем стаканам был разлит не забродивший сок из яблок. Вия была в центре стола, на девушке была только накинута вуалевая ткань, а в остальном сама Ви была обнажена. По всем краям сидели Эметта с Нейтеном, а Бертран подсел к имениннице, обняв её. Тело девушки несколько дрожало от его прикосновений, но ей очень нравилось. Все пили за здоровье Вии, которая была теперь не наследная принцесса Ниуэ, а независимая милашка в неподконтрольных лесах среди «лесных граждан» и её семьи, за её будущее и счастье… Девушка плакала от счастья, ведь люди, которые были рядом за столом, были самыми дорогими ей людьми во всём мире. Это были её любимые солнышки, которые любили её и она отплачивала им тем же… Эметта в какой-то момент трапезы сбегала за чем-то, спрятанным в коробке, и потом Нейтен попросил Ви закрыть глаза. Когда Вия открыла глаза, она увидела много красивых поделок, которые Эметта и Нейтен делали своими руками, была так рада подарку, что чуть не задушила объятиями обоих дарителей. — Нравится, Ви-ви? Это на удачу делали раньше такие статуэтки, когда девушка взрослеет, — улыбнулся Нейтен, — чтобы деток много было, здоровье лилось рекой и силы тоже… С днём рождения… — Спасибо-о, — радостно верещала Вия и обнимала то Эми-ми, то рыцаря, — вы мои солнышки!.. — А главный подарок тебя ждёт позже, Ви-ви, — подмигнул девушке Бертран, — для начала завершим нашу утреннюю трапезу и потом все отдохнём… Вия с нетерпением ждала сюрприз от Бертрана, замирая от изумления, что же ей припас любимый мужчина. Особое платье? Украшение?.. А может, настоящий первый раз и?.. Вия прямо с нетерпением ждала подарок своего возлюбленного и каждый раз ей всё не терпелось его спрашивать, а что же он ей подарит. Бертран только улыбался и интриговал принцессу дальше, ведь он очень хотел сделать ей приятное в неожиданный момент. Так прошёл весь день и уже настал вечер. Эметта и Нейтен легли спать пораньше после лёгкого ужина, в то время как Вия и Бертран ещё не ложились спать и сидели одни, устроив себе своего рода «романтический ужин». На кухне горели две старые свечи с каждой стороны, а напротив друг друга сидели Вия и Бертран, которые с утра не меняли своих одеяний (Вия была обнажённой и в одной вуали, Бертран же был в одной рубахе и штанах), которые пили сок из яблок в перенесённых из былой жизни Бертрана бокалов и ели остатки дичи в сливах. Иногда они чокались, но очень много разговаривали. — Вия, ты… ты не представляешь, чем для меня стала… Из той дочки моего прошлого друга, совсем малышки… Ты превратилась в самую настоящую женщину… В которую я влюблён и хочу посвятить тебе все свои лучшие годы… Ты готова быть моей настоящей женой, моё солнышко? — спросил её мужчина, — ты хочешь отдать мне… всю себя?.. свою молодость?.. — Готова… Я очень тебя люблю, милый, и ещё… Ты божественно готовишь, вспоминаю, как у меня дома готовили королевские повара и… это было не то… Приторные сладкие десерты, невкусные каши и мясо… А сейчас я вольна есть, что хочешь, и… я с родными людьми… Не скована… Я согласна быть твоей женой, дядя Бертран, — произнесла в ответ Вия, доедая последнюю сливу. — Ну, тогда… Пойдём в спальню, моя хорошая, я… с нетерпением жду, когда смогу тебе… подарить то, что хотел, — некоторое время мялся мужчина, пока задувал свечи и убирал все тарелки на мытьё. Они вошли в спальню (Эметта и Нейтен решили спать в гостиной, поэтому спальня сегодня полностью была для Вии и Бертрана) и девушка легла на кровать, всё ещё будучи в вуали на плечах. Бертран смотрел на девушку и любовался тем, как она изгибается перед ним, неловко краснея и испытывая мурашки. Она его невероятно заводила, хоть и была слишком юной для него. — Я красивая, милый? — улыбалась Ви, показывая все свои места. — Очень, самая красивая женщина из тех, кого я знал за всю жизнь, — ложился на неё мужчина, снимая вуаль с плеч и осыпая поцелуями, — ты так восхитительна без одежды, милая… — А-ах!.. Люби-имый! — всхлипывала девушка от каждого поцелуя Бертрана, — мне… так х-хорошо!.. — Я люблю тебя, Ви-ви, — шептал он ей, засовывая свой язык ей в рот, — моя хорошая… — М-м, — молча поддавалась поцелуям Вия, которую явно это возбуждало не меньше, — а… а что ты мне подаришь?.. — Сейчас всё почувствуешь, солнышко, я для начала разденусь, моя хорошая… Что-то мне жарко стало, — вздохнул Бертран и сбросил с себя ненужную рубаху и штаны, оставшись таким же обнажённым, как и его любимая девочка. — Ты такой красивый, дядя Бертран, — шептала Вия, рассматривая обнажившегося любимого. — Весь для тебя, солнышко. Разглядывай и трогай, где хочешь, любовь моя… Вия трогала мужчину везде, осыпала поцелуями и ощущала, что сам он невероятно напряжён. — Да, любимая, я весь сегодня в твоём распоряжении, солнышко. Играй со мной, мне так хорошо от твоих прикосновений, малышка, о-ох… — Я тебя люблю-ю… Ну что там за сюрприз, любимый? — спрашивала девушка, которой всё не терпелось узнать, что же он решил ей подарить. — Раздвинь ножки и всё узнаешь, моя хорошая… Вия была хорошей девочкой и раздвинула свои ножки для своего самого любимого человека, несколько краснея и улыбаясь. Бертран тем временем посмотрел на неё и понял, что ему пора начинать. Он подвинулся ближе к девушке и обнял её: — Ты готова, моя девочка?.. Скажи честно: да или нет?.. — Т-ты о чём, любимый? — несколько испугалась Вия. — К тому, что может с тобой произойти, милая… Только в этот момент до Вии дошло, что ей захотел подарить Бертран: он всё-таки… заделает им ребёнка?.. и Ви-ви станет мамой?.. Она уже и забыла про то, что сказала о своём желании любимому, поэтому слегка перепугалась и чуть даже не заплакала от волнения: — Ты… всё-таки… сделаешь меня мамой? — спросила его Вия. — Да, Ви-ви, это мой подарок тебе, — отвечал Бертран девушке, — я тут подумал и… понял, что ты сможешь быть мамой… Ведь я… наблюдал за тобой столько времени, а ты… так выросла… Да и поздно рожать тебе не стоит, двадцать с небольшим — самое то… Ты готова, солнышко?.. — Люби-имый, — шепнула девушка и обняла его, — готова… Можем начинать… Я люблю тебя… Бертран подвинулся ещё ближе к девушке и начал потихоньку входить в её промежность. Сначала окунул головку своего органа внутрь влагалища, а после постепенно начал входить в любимую: — Милая, ты… очень тугая ещё… тебе не больно, солнышко?.. — А-ах, люби-имый! — всхлипнула Вия, — холо-со-о!.. Ах!.. Ах!.. — Видно, что в тебя по-настоящему никто не входил, солнышко, ну ничего, — с этими словами Бертран вошёл глубже и резче, — Уах-х!.. Моя девочка, тебе хорошо?.. — А-ах, люби-имый! — стонала девушка, — дя-я!.. Мне так холосо-о!.. Па-апочка!.. А-хх!.. — Да, Ви-ви, да!.. Я люблю тебя, солнышко, моё самое любимое солнышко!.. на свете!.. о-ох, Ви-ви!.. да, моя девочка!.. только моя… Бертран всё набирал темп проникновения, становился жёстче и переживал, что его Ви-ви ещё совсем неопытна в любви ради рождения детей, поэтому ей может что-то не нравиться в подобном опыте любви. Однако по взгляду девушки было видно, что ей нравится внушительное достоинство внутри себя и небритость далеко не самого молодого мужчины: Вии было слишком хорошо с ним, она стонала и улыбалась, краснела и тяжело дышала, от этого она переполнялась наслаждением и радостью. Он становился ещё резче, чувствовал, как он желает эту маленькую и хрупкую девушку, как он обожает эту чудесную девочку, которую так давно знает, что начал ласкать и осыпать поцелуями самые чувствительные точки своей Ви-ви: посасывал её самую любимую грудь на свете, целовал в шею, в плечи, проводил языком линию до пупочка и погружал в пупок свой язык. Вия дрожала и покрывалась мурашками ещё больше, ведь он ей дарил любовь, ласку, страсть… От этого им было очень хорошо… — Ты так хороша, моя Ви-ви!.. Моя девочка, моя любимая малышка… Тебе хорошо, солнышко?.. Ещё лучше?.. — Я… я счастлива, папочка, — всхлипнула Вия, — мне хорошо, любимый… Я… я… А-ах!.. я!.. — Кончаешь, любимая, да? — спрашивал Бертран, — тебе так хорошо?.. — Дя-я!.. Бю-бю-ю!.. — Милая, милая, я… я тоже… Я… я люблю тебя, моя Ви-ви! — с этими словами мужчина излился в свою самую любимую девушку и достаточно много, несколько тяжело зарычав, — ох-х, сколько… много… Вылить в тебя всё, чем излился?.. — Дя, — шептала уже несколько охрипшая от громких стонов Вия, — изливайся в меня весь, папочка… Моя дырочка… примет всё твоё м-молочко… А-ах!.. — Вот и славно, Ви-ви, — улыбнулся мужчина, — сейчас я тебя всю переполню и ты будешь самой… счастливой девушкой на свете!.. да, моя Ви-ви?.. — Да, папочка, — шептала Вия снова, — да, любимый!.. а-ах… Они лежали рядом в постели, оба в жидкостях и невероятно влажные, потные, возбуждённые. Бертран держал Вию за руку и потом обнял её: — Тебе понравилось, малышка? — спросил мужчина, — хороший подарок?.. — Хоро-оший, я так счастлива, — промямлила Ви-ви и показала на свой живот, вздувшийся от кучи жидкостей любимого, — тут будет наш ребёночек, папочка?.. — Будет, очень хотелось, чтобы он был, — он поцеловал Вию в лобик, — ты будешь очень… очень хорошей мамой… Сладких снов, любимая… С днём рождения тебя снова, милая… — Спасибо тебе, папочка, — пробормотала уже сонная Вия и с этими словами они оба уснули…