Baciami angelo

Сонхва открыл один глаз и тут же прищурился, хватаясь за висок - казалось, голова сейчас расколется напополам. Во рту был отвратительный привкус, а еще его очень сильно мутило. Омега не без труда уселся на кровати, морщась: он был во вчерашней одежде. Какого дьявола... И тут воспоминания свалились на голову бедного Сонхва. Все началось с того, что его страшно укачало в карете. Он торопился, боясь опоздать к началу торжества, и потому попросил кучера ускориться. Они ехали всю ночь, прибыв к городу лишь утром, и омега, не сомкнувший глаз, едва держался на ногах. Однако счастливые глаза Есана стоили мучений, и потому, проводив брата к алтарю, Сонхва расслабился и предался размышлениям. Как же все-таки удивительно порой складывается жизнь: он отправлял Есана в Венецию со слезами на глазах, сходя с ума от переживаний, но сейчас, глядя на то, как Есан смотрит на своего теперь уже супруга, умиротворение растекалось бальзамом на растревоженное сердце. Молодожены смотрели только друг на друга, и звезды сияли в глазах обоих. Сонхва не мог пожелать брату большего, чем счастливый брак, и был искренне рад за него, уревываясь от трогательности момента и краем глаза замечая господина Сана, который тоже всплакнул на эмоциях - до чего же нетипичный альфа, не сдерживающий эмоции. Свадебный праздник после мессы происходил с размахом, и Сонхва, не обладавший стойкостью к алкоголю, опьянел после пары кубков вина, из-за чего даже позволил господину Сану уговорить себя остановиться в этом доме, а не в гостинице. Справедливости ради, омега был настолько уставшим, что не захотел спорить, возвращаясь за стол, где глава дома познакомил его со своим кузеном. Хонджун оказался крайне нетипичным и выразительным омегой, тоже уже порядком опьяневший, из-за чего его запах магнолий забивал нос. Он втянул Сонхва в беседу о музыке, демонстративно игнорируя сидевшего за его спиной высокого альфу, и подначивал выпить еще и еще. Заболтавшийся Сонхва не заметил, как пьянел все сильнее и сильнее, и в какой-то момент окончательно перестал осознавать происходящее - кажется, последнее, что он помнил, это то, как молодожены удалились стремительным шагом. А дальше - темнота. В дверь постучались, а затем в комнату вошел высокий бета. -Господин Сонхва, вы уже проснулись, - улыбнулся слуга. - Как вы себя чувствуете? Может, нужно что-нибудь? Омега подавил желание провалиться сковозь землю от сдыда - это ж надо было так опозориться! -Какой ужас, - прошептал он, накрывая глаза рукой. -Ой, да бросьте вы, господин Сонхва, - весело отозвался слуга. - За счастье брата нужно было славно наклюкаться. Омега закусил губы. -И потом, поверьте, вы еще ничего держались, - продолжил задорно бета. - Только свежий воздух на балконе вас подкосил. -И вы это видели? -Нет, вам повезло, что господин Сан был с вами в этот момент. Сонхва дернулся так сильно, что едва не упал с постели. -С господином Саном? - с тихим ужасом произнес он. - Наедине!? -Ну да, - пожал плечами слуга. - Он-то вас сюда и дотащил. -Кошмар, - побледнел омега и подорвался с кровати. - Мне срочно нужно уехать. -Да как же это, господин Сонхва, вы ж с похмелья весь зеленый! - с искренним беспокойством воскликнул слуга. - Вы хоть в себя придите, помойтесь, позавтракайте, а потом уже будете решать. Сонхва затравленно посмотрел на него. -Ладно, ты прав. Хуже все равно уже некуда, - пробормотал он. - Как тебя зовут? -Юнхо, господин. -Юнхо, отведи меня, пожалуйста, в ванную. После ванной Сонхва стало немного лучше, хотя отражение в зеркале было с этим не согласно. Единственное, голова все так же болела, настолько, что даже резало глаза. Он не спеша оделся и сел на стул, отворачиваясь от зеркала. -Господин Сонхва, позвольте помочь вам с волосами, - раздался приглушенный голос из-за двери, и омега ответил, держась за висок. -Да, заходи. Слуга подошел и начал ловко закручивать волосы на щипцы, а Сонхва прикрыл глаза. Сейчас ему стало будто бы немного легче. -Юнхо сказал, вы собрались сбежать, - неожиданно раздавшийся голос заставил его испуганно подскочить, и если бы не реакция альфы, то Сонхва наверняка бы обжегся. -Что вы тут делаете? -Живу, - невозмутимо произнес Сан. - И я не закончил с вашей прической. -Вы!.. Я звал Юнхо! - возмутился такой наглости Сонхва. - А если бы я был не одет!? -Сомневаюсь, что позвали бы слугу в комнату, будучи в неглиже, - парировал альфа. - Как вы себя чувствуете? Сонхва уставился на него. -Да как вы... Да как вы смеете? -Я ничего плохого не делаю, всего лишь помогаю своему гостю. Разве гостеприимство теперь не добродетель? - лукаво улыбнулся альфа. -Вы явно используете его в своих целях. -Если бы это было так, мы бы с вами проснулись в одной постели. Сонхва подавился воздухом от возмущения, но не нашелся, что ответить. -Господин Сонхва, позвольте я все же закончу, - улыбнулся альфа и приглашающе указал на стул, с которого омега успел вскочить. - Нам нужно скорее закончить и пойти завтракать - все же вы вчера слегка перебрали. Сонхва покраснел, но сел обратно на стул и упрямо произнес. -Спасибо за заботу, но я завершу причёску сам, - омега пододвинул к себе зеркало. - И уеду сразу после завтрака. -Лучезарный мой, вы вчера пообещали мне, что погостите минимум неделю, - довольно произнес альфа, глядя на него через отражение. - И я уверен, что вы человек слова и свое обещание сдержите. Омега потер ноющий висок, предчувствуя массу проблем, которых можно ожидать от этого альфы.

***

Завтрак проходил в чудовищной неловкости для Сонхва: несмотря на то что за ночь слуги успели прибраться, все вокруг будто кричало омеге о его вчерашнем позоре. Из-за этого ему кусок в горло не лез, но он мужественно ел, зная, что это необходимо. -А где Уен? - спросил он у хозяина дома, который, в отличие от него, неловкости совершенно не ощущал, был бодр, свеж и явно воодушевлен. -Отсыпается. Он очень помог мне и моим слугам вчера вечером, а потом еще и наводил порядок почти до рассвета - я отправил его спать, потому что он на ногах едва стоял. Сонхва закусил губу. -Ясно. -Замечательный бета и безумно преданный вам, - несмотря на легкую интонацию, взгляд альфы был пристальным и проницательным. - Он хотел прислуживать вам с утра, но я решил что нужно пощадить его и дать ему возможность прийти в себя. Сонхва выдохнул, прекрасно понимая намек хозяина дома, но не представляя, отвечать на такое или сделать вид, что не понял подтекста. -Разумеется вы правы, господин Сан. Уен устал и должен отдохнуть. -Я пообещал ему, что вы не будете не в чем нуждаться и не заскучаете, - продолжил альфа с лукавой улыбкой. - Поэтому после завтрака мы отправимся на прогулку по Венеции. Расскажите мне, господин Сонхва, о своей любви. Омега хлопнул глазами. -Я не понял вопроса. Сан поднялся из-за стола. -Увлечения, господин Сонхва. Должно быть что-то, что заставляет ваше сердце биться чаще. Омега порозовел щеками и спрятался за бокалом. -Музыка, - тихо ответил он. Альфа радостно хлопнул в ладоши. -Тогда я знаю, что нам нужно! - он подошел ближе к омеге, протягивая руку. - Видите ли, господин Сонхва, Венеция - это самый уникальный город на всем свете. И здесь есть всё. И хорошее, и плохое. Главное, знать, что искать. Сонхва отставил бокал, окинул альфу недоверчивым взглядом, а после поднялся со стула и осторожно вложил свою руку в ладонь Сана. Тот ярко улыбнулся, показывая ямочки. -Сегодня мы немного познакомимся с городом, а потом наведаемся к одному арабу, что держит здесь кофейный дом. -Кофе? - брови омеги взлетели. - Я слышал о нем от отца. -Чудный напиток. Но главное не это, а то, что рядом с кофейным домом обитает театр. Когда-то это были бродячие актеры, но они давно осели здесь. Теперь они наняли музыкантов и дают интересные представления. -Я давно не видел постановок, - произнес Сонхва, вздохнув. После смерти отца на развлечения не было ни сил, ни времени, ни денег. Сан помог ему забраться в гондолу, которой на этот раз управлял незнакомый слуга, и, после того как они сели на сидение, произнес, не выпуская пальцев омеги из своей руки: -Вы вежливо улыбаетесь, господин Сонхва, но в вашей душе печаль и тревога, - и снова серьёзный и проницательный взгляд альфы заставил омегу нервничать. - Если мне удастся хотя бы раз за сегодня заставить вас улыбнуться по-настоящему - я буду считать, что этот день прожит не зря, лучезарный мой. Сонхва не нашелся с ответом и отвел взгляд, краснея от того, что ощутил прикосновение губ альфы к кончикам своих пальцев.

***

Сонхва с восторгом оглядывался по сторонам. Накануне ему было не до красот местной архитектуры, все его внимание было сосредоточено на брате и на том, чтобы не уснуть и не свалиться за борт. И потому сегодня, когда он имел возможность рассмотреть красоту города, он был от всей души поражен его роскошью и великолепием: невероятной красоты дома и поместья, располагавшиеся на кусках суши, поражающие воображение своим величием соборы, и мрамор, что был повсюду. По сравнению с Венецией родной Турин казался блеклым братом-замарашкой. Собственно, и сам Сонхва чувствовал себя так же, пораженный в самое сердце местной красотой, как никогда осознавая себя недостойным подобного места прохожим, по счастливой случайности оказавшимся здесь. Впрочем, это все равно ненадолго - уже совсем скоро он вернется в Турин, в свое пустое поместье, где осталось всего двое слуг, и будет думать, как жить дальше. -Вы снова загрустили, - заметил Сан. - Почему? Сонхва помедлил с ответом. Его мысли были слишком откровенны, чтобы быть высказанными. -Я задумался о Венеции. -Понимаю вас, - альфа прикрыл глаза, а потом обратил свой взор к зданию, мимо которого они сейчас проплывали. - Венеция способна разбить любое сердце. Сонхва отвернулся и закусил губу. Неужели он настолько очевиден? -Мне посчастливилось родиться в этом волшебном месте, - продолжил альфа. - И я всегда, с самого детства был влюблен в него. Я хорошо знаю город - еще мальчишкой я часто сбегал от учителей, чтобы погулять по городу. Отец так ругался! - Сонхва, услышав хохот альфы, невольно улыбнулся. - И вот, что я вам скажу, господин Сонхва, - Сан перевел на него свой внимательный взгляд. - Вы слишком строги к себе. И слишком много философствуете, - глаза альфы прищурились. - Полагаю, вы искренне считаете, что ваши проблемы - это ваш крест, и вы должны нести его с честью и достоинством мученика. Сонхва дернулся и поджал губы. -Мне неприятен этот разговор, господин Сан, - отчеканил он. - Поэтому я прошу вас его прекратить. Альфа вздохнул. -Я всего лишь хотел попросить вас отвлечься ненадолго от того, что вас так тревожит. Только и всего. Омега раздраженно выдохнул и холодно посмотрел на Сана. -Не припоминаю, чтобы спрашивал вашего совета. -Вы бы до такого не опустились, - невесело хмыкнул тот, продолжая пилить Сонхва взглядом. - Вы горды, и будете с поднятой головой идти ко дну, но не примете ни совета, ни помощи. -Да как вы смеете! - оскорбленно выдохнул омега и рассерженно оглянулся - если бы они не были в гондоле прямо сейчас, он бы ушел подальше от этого невыносимого человека, но увы сделать этого он не мог, а потому испепелил собеседника взглядом. - Вы понятия не имеете, о чем говорите! -Отнюдь, - будто бы не заметил вспышки гнева Сан. - Я очень даже в курсе. Дела ваши не так плохи, как вы думаете, но вы не слишком опытны в управлении, и не видите этого. Вам не с кем посоветоваться, вы в отчаянии, - его интонация становилась все мягче. - И не замечаете того, что есть те, кто может вам помочь. -Вы о себе? - едко осведомился Сонхва, выгибая бровь и скрещивая руки на груди. -Не только о себе, - спокойно ответил Сан. - Вы чудесно болтали с Хонджуном на свадьбе. -И что с того? -С того что его супруг - Минги - дож Венеции. Омега ошарашенно посмотрел на Сана, который не сдержал улыбки при виде изумленных глаз. -Хонджун та еще стервь и редко с кем идёт на контакт, но вы ему явно понравились, и могли бы обратиться к нему за помощью. Уверен, он вам не откажет. Сонхва смутился и отвел взгляд. -Я так не могу, - выдохнул он, растеряв весь негатив. -О чем я и говорил, - Сан протянул ему руку. - Вы боитесь быть обязанным кому-то. Боитесь быть зависимым, потому что даже крохотная зависимость - это слишком больно и страшно, - тёплый взгляд альфы выворачивал наизнанку. Сонхва затравленно посмотрел на предложенную ему руку. -Чего вы добиваетесь? - тихо спросил он, с ужасом понимая, что готов расплакаться. -Я уже говорил - хочу, чтобы вы улыбались, - просто ответил альфа. - Потому что вы ничуть не менее лучезарный, чем этот прекрасный город, и когда вы это поймете, сбросите с себя проблемы как шелуху, вы засияете так, что я окончательно ослепну от вашей красоты. Сонхва густо покраснел и отвел взгляд, только сейчас замечая, что они причалили.

***

Сонхва принял руку альфы, и тот повел его узкой тропой к прихотливой двери, украшенной множеством кованных деталей. -А вот и кофейный дом, - местный слуга распахнул дверь и с поклоном указал им внутрь, на лужайку у дома. -Мы уже очень давно знакомы с хозяином этого заведения, - принялся за рассказ Сан. - До того как Енджун уплыл в свое первое морское путешествие, мы дружили, вернее, дружили наши отцы. -Но постойте, господин Сан, разве вы не сказали, что хозяин кофейного дома - араб? -И я не соврал, - усмехнулся альфа, указывая на несущегося в их сторону высокого человека. - А вот и Енджун. -Хен! - выкрикнул тот, подбегая к парочке и тормозя в метре от них. - Наконец-то ты пришел! Сонхва старался не выдать своего изумления. Подбежавший к ним мужчина, высокий и с яркой широкой улыбкой, был абсолютно, совершенно точно омегой - запах восточной лилии четко дал это понять. -Сан-хен сегодня в компании, - омега улыбнулся еще шире, хотя казалось, что еще шире уже некуда. - Идемте внутрь, поздороваешься с Субином, - и снова унесся вперед, забегая в дом. -Енджунни - единственный сын своего отца, очень известного купца в Венеции, и тот с подросткового возраста начал возить его с собой в деловые поездки, - шепотом рассказал Сан, пока они шли к кофейному дому. - Там-то он и познакомился со своим мужем, Субином - вот он как раз и есть араб. Технически, это его заведение, но на самом деле тут всем заправляет именно Енджунни, у него поистине деловая хватка. Сонхва хлопнул глазами - стоило им войти, окунувшись в волшебный во всех отношениях аромат, как Енджун практически за руку притащил высоченного альфу в тюрбане на голове. Невероятно, но он был еще выше, чем омега. -Рад видеть тебя, Сан, - достаточно фамильярно поздоровался тот, на что Сан с улыбкой пожал ему руку. - Идемте. Их усадили за очень низкий столик, что было довольно непривычно для Сонхва, а после принесли необычной формы чайник и две маленькие чашки. -О бог мой, как горько! - выпучил глаза омега, стоило ему попробовать тёмную горячую жидкость, что налили из чайника. -Но весьма бодряще, - Сан не моргнув глазом выпил свою порцию. - Запейте водой. Примерно к четвёртому глотку Сонхва начал понимать, что в этом напитке находят люди. -Действительно, очень необычный, но яркий вкус, - вынес свой вердикт он. -Я отчего-то совершенно не сомневался в том, что вам понравится, лучезарный мой. Сонхва смутился. -Почему вы продолжаете так ко мне обращаться? -Потому что я привык говорить, что думаю, господин Сонхва. Разве вы этого еще не поняли? -На это сложно не обратить внимание, - криво улыбнулся омега и перевел взгляд на хозяев заведения, что сейчас принесли поднос за другой столик. Енджун, несмотря на то, что явно был старше Сонхва, был задорнее, энергичнее и живее. Он сиял, и от него невозможно было оторвать взгляда, хотя, Сонхва не мог этого не понимать, и внешность этого омеги, и его брак с иностранцем наверняка вызывали массу пересудов. -Еще кофе? - Сан отвлек его от размышлений, вежливо улыбаясь, и Сонхва кивнул. Он понял, что альфа привёл его сюда не только ради напитка. Немного позже, когда Сан сердечно попрощался с другом и его мужем, они вышли из кофейного дома, и когда альфа с улыбкой спросил: -Вы готовы впечатлиться постановкой, лучезарный мой? - погруженный в свои мысли Сонхва ответил раньше, чем успел прикусить язык. -По сравнению с другими я вовсе не лучезарный. Сан остановился и повернулся к смутившемуся от собственных слов омеге, окидывая его нечитаемым взглядом. -Считаете, я заблуждаюсь? Сонхва от неожиданно серьёзной интонации поежился - они находились в небольшом переулке, и оттого столь резкая перемена настроения альфы заставила его напрячься. -Думаю, вы хотели поднять мне настроение приятными словами, господин Сан, - попытался сгладить ситуацию омега, не понимая, что именно вызвало такую реакцию собеседника, и резко выдыхая, когда альфа неожиданно сократил между ними расстояния до совершенно непозволительного минимума, прожигая Сонхва взглядом тёмных глаз. -Никогда не сомневайтесь в моих словах, господин Сонхва. Если я говорю, что вы лучезарны - значит так оно и есть. И совершенны. И великолепны, - отчего-то эти комплименты сейчас ощущались совсем иначе, вызывая тонну мурашек по всему телу омеги. Возможно, дело было в неожиданно низком тембре голоса Сана, который смотрел, не мигая. - Я могу перечислять долго, и все это будет правдой. Хотите, чтобы я продолжил? Или может быть, нужно, чтобы я вам это доказал? -Не надо, - одними губами ответил омега, которого бросило в жар - альфа не сказал ничего пошлого или неуважительного, но у Сонхва было ощущение, что он сейчас обнажен. Сан выдохнул и сделал шаг назад. При этом взгляд его не изменился совершенно, оставаясь таким же цепким и темным - совершенно обезоруживающим и колдовским. -Идемте, господин Сонхва. Постановка вот-вот начнется.

***

Сонхва настолько взволновал эпизод в переулке, что он долго не мог угомонить свое сердце и первую часть постановки пропустил, полностью провалившись в собственные переживания. Однако прекрасные голоса поющих актеров все же привлекли его внимание, заставив сосредоточиться на истории альфы и омеги, которые не могли быть вместе из-за вражды семей, но до смерти любили друг друга. К моменту, когда постановка закончилась, Сонхва был весь в слезах, проникнувшись драмой главных героев, и когда они с альфой вернулись в гондолу, он тихо всхлипывал, утирая глаза платком. -Прекрасная и грустная история, - произнес тихо омега. -Верно, - кивнул Сан. - И очень показательная. -Что вы имеете в виду? -Ценность жизни, - ответил альфа, задумчиво глядя вдаль. - Пока ты жив, ты можешь изменить что-то. И лишь смерть лишает тебя этого шанса, - альфа снова посмотрел на него, внимательно и цепко. - А потому жизнь - это и есть самое главное. Все остальное приходит и уходит, и только жизнь остается. Или не остается, если поставить что-то выше нее. Сонхва улыбнулся сквозь слезы. -Вы умеете зрить в корень, господин Сан. И вы правы. Пока мы живы, мы можем что-то изменить. Но лично я сконцентрировался на любовной истории. -Понимаю вас, - мягко улыбнулся альфа. - Она весьма впечатляющая. Повисло молчание, нарушаемое лишь мерным плеском воды. -Мне больше по душе счастливые истории, - прервал тишину Сонхва. - Думаю, если бы я писал историю, я бы все сделал по-другому. -Расскажите, прекрасный мой, какую историю любви вы бы предпочли? - Сан взял его за руку, осторожно поглаживая пальцы. Омега порозовел и опустил взгляд. -Это была бы счастливая история о взаимной любви, в которой все складывалось удачно, и судьба помогала бы героям, а не вредила им, - к концу фразы голос Сонхва почти сошел на нет. - У публики такая пьеса, наверняка, не снискала бы успеха. -А мне нравится, - Сан поцеловал кончики его пальцев, не отводя внимательного взгляда. -Господин Сан... Вы пытаетесь меня соблазнить? - прямо спросил Сонхва, которого окончательно вымотали все переживания сегодняшнего дня. -А разве похоже на то? -Не знаю, - честно ответил омега. - Мне не доводилось быть соблазненным. -Вас это расстраивает? - столь же честный вопрос, заставивший вздрогнуть. -Нет. Сан вздохнул. Их гондола причалила к дому альфы, и он подал омеге руку, помогая выбраться. -Идемте на террасу, господин Сонхва, и продолжим разговор там. Омега кивнул и позволил проводить себя на балкон, где был накрыт стол. -Вина? -Спасибо, но нет. Мне и так неловко за вчерашнее, - Сонхва зябко подернул плечами, на которые уже через пару мгновений лег плащ. Омега обернулся, напарываясь на пристальный взгляд. -Скажите честно, что вам нужно, господин Сан? - четко спросил он. - Я не распутник и не искатель приключений. Если вы ищете любовных интриг, то я - не тот, кто вам нужен. Сонхва сказал это и выдохнул - такая откровенность далась ему непросто. И, тем не менее, альфа ни на мгновение не переменился в лице, чем бы выдал свои эмоции, и лишь мягко ответил: -Боюсь вам мое желание покажется довольно... неожиданным. Вы, наверняка, даже не поверите мне, когда я произнесу его вслух. Сонхва подобрался. -Я не люблю игры, поэтому скажите как есть, господин Сан. Альфа лукаво улыбнулся, а после наклонился чуть вперед, заставляя испуганно отшатнуться. -Вы пугливый, словно лань, мой прекрасный, - тон Сана больше напоминал воркование. - Нельзя произносить такое вслух, только шепотом. Сонхва поджал губы: было ощущение что хозяин дома издевается над ним, нарочито медленно наклоняясь к уху и шепча: -Я хочу, чтобы вы были самым счастливым. Омега отпрянул, на что Сан с досадой заключил. - Как я и говорил, вы не верите мне. -Я не... Да вам-то оно для чего? - воскликнул Сонхва, окончательно потеряв терпение. Альфа улыбнулся ему, словно перед ним был неразумный ребенок. -А как вы сами думаете? Сонхва хлопнул глазами. -Подумайте об этом. И хорошего вечера, - и Сан, развернувшись на пятках, удалился, оставляя после себя лишь мятный шлейф и совершенно растерянного омегу на террасе.

***

Сонхва не спал всю ночь, и тому было сразу несколько причин. Во-первых, из-за местного влажного климата было душно, а с открытым окном сильно сквозило, и, мерзляк по натуре, Сонхва дергался туда-сюда, то открывая окно, то закрывая. Во-вторых, в доме было шумно - следовало этого ожидать, раз на том же этаже находились молодожены, но омега чуть со стыда не сгорел, когда понял, что это были за звуки. И в-третьих, размышления о проведенном дне и словах альфы не давали покоя. В детстве Сонхва был жизнерадостным ребенком: он любил бегать всюду и играть. Он хорошо помнил нежные руки папы, когда тот гладил его по голове. И он помнил, как папы не стало, вскоре после рождения Есана. Это были мрачные времена для их семьи, и видя, как отец убивается, переживая смерть супруга, неспособный на взаимодействие со своими детьми, маленький Сонхва понял, что у его крошки-брата есть только он. Омежка очень любил Есана, заботился о нем, как мог, пока отец, отошедший от горя, не нанял Уена. В ту пору Сонхва было уже двенадцать лет, и он хорошо помнил, как бета быстро завоевал доверие маленького Есана. Омега даже ревновал какое-то время, но после проникся к Уену благодарностью и симпатией. Шли годы, и Сонхва становился все более и более сдержанным, потому что был старшим. Он ждал и боялся собственной помолвки, не представляя, что его ждет. Он с тревогой смотрел в собственное будущее, ожидая чего-то, но не предполагая такой исход: когда отца не стало, вся жизнь Сонхва пошла под откос. Оказалось, что у отца было много долгов, и когда все кредиторы оказались перед Сонхва, тряся расписками и требуя чего-то, омеге очень хотелось забраться под стол и снова стать маленьким мальчиком, которого возьмут на ручки и скажут, что все хорошо. Однако увы. Размазывая слезы по лицу и борясь с головной болью, он днями и ночами сидел со счетами, разбираясь с документами, а потом разгребал бесконечные проблемы, стискивая зубы и по шажочку двигаясь вперед. Он сбивался с ног, пытаясь наладить дела, его собственную помолвку расторгли, и в свете всего этого семейное счастье Есана казалось первым по-настоящему светлым событием за долгое время. И вдруг, совершенно внезапно, появляется альфа, который заявляет, что хочет видеть его счастливым. Как на такое реагировать? Разумно было бы забыть. У Сонхва сейчас и так слишком много проблем, не хватало ему еще и этого. В том, что он имеет все шансы влюбиться в такого альфу, как Сан, сомневаться не приходилось: Сонхва никогда не влюблялся, но то, что от взгляда Сана его сердце билось часто, будто птица в груди... Омега моргнул и сел на кровати, зарываясь рукой в волосы. Почему он вообще думает об этом? Сонхва закусил губу, тяжело вздыхая. А что если всего на мгновение, на одну секунду предположить, что Сан говорит правду? Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что Сонхва ему понравился. И ведь по большому счету, Сонхва в безопасности. Он не связан ни с кем словом или договором, он свободен и вряд ли кто-то когда-то захочет сочетаться с ним браком. Он сам хозяин своей жизни, и если что-то пойдет не так, он сошлется на дела и уедет. Сонхва поднялся с постели и натянул халат, осторожно пробираясь по спящему дому на террасу. Ему нужно было подышать воздухом, потому что от мыслей разболелась голова. Поместье спало, даже молодожены и те затихли, и омега выбрался на балкон, вдыхая влажный воздух и потирая виски. -Не спится? Сонхва подпрыгнул, развернувшись, и запахнул халат покрепче. К тому, что он сейчас, глубокой ночью столкнется с предметом своих размышлений, он оказался не готов. -Я думал, тут никого нет, - тихо произнес он. Сан, который сидел на кресле в самом углу, плавно поднялся на ноги. -Мне тоже не спалось. -Я... тогда не буду мешать, - развернулся омега, но был остановлен альфой за руку. -Постойте. Сонхва вздохнул. -Зачем? Он повернулся. Глаза Сана сияли. -А разве вы сами не хотите остаться? Омега чувствовал, что его руки мелко трясутся, а запах мяты медленно, но верно дурманит его. Альфа взял вторую его руку и начал неторопливо расцеловывать его запястья, продолжая смотреть в испуганные глаза замершего Сонхва. Он ведь ничем не рискует? Правда? Правда ведь?

***

Сан на мгновение оторвался губами от рук омеги и мягко потянул его креслу, усаживаясь в него сам и опуская Сонхва на свои колени. -Уже не боитесь меня, господин Сонхва? - игриво спросил он, на что омега дернул плечом. -Все, что здесь сейчас произойдёт - здесь и останется. Сан хмыкнул, а затем рывком дернул его к себе, впечатывая в свое тело охнувшего от неожиданности омегу. -Решил, что тебе нечего терять, - цепкий взгляд и поцелуй в нежную кожу предплечья, у изгиба локтя. - Знаешь, в чем наша проблема? -А она есть? - выгнул бровь Сонхва, стремясь выглядеть уверенно, хотя внутри его трясло. -Да, причем огромная. Ты абсолютно уверен в том, что я несерьезен, - Сан поднял голову, изучая взглядом покрасневшие щеки. - И решил поддаться соблазну, а потом сбежать. Омега закусил губу. -Неужели я настолько очевиден? Вы будто бы читаете меня. Альфа нахмурился, а затем провел кончиком носа по беззащитно открытой шее, вызывая судорожный вздох. -Знаешь, это как-то глупо обращаться ко мне на вы, сидя в ночной сорочке у меня на коленях, - лёгкий поцелуй в шею. - Ты пахнешь пионом... Сонхва уже не мог скрыть дрожь. Неужели он настолько сошел с ума, что позволяет себе такое? -Ты покажешь мне свою метку? Омега помотал головой, облизывая пересохшие губы. Запретность и при этом желанность происходящего смешались безумным коктейлем в его венах, заставляя задыхаться. -Это... слишком... -О, значит место интимное? - от низкого рокочущего смеха по всему телу омеги прошли мурашки. - Теперь я непременно хочу его увидеть. Но сначала, - Сан неожиданно поднялся, заставляя и омегу встать и настороженно посмотреть на него. - Сначала переоденься. Я хочу кое-куда тебя сводить. Сонхва нахмурился и оглянулся - только-только занимался рассвет. -Но ведь еще ночь... -Это даже к лучшему. Иди, я подожду тебя. И Сонхва стремглав помчался в собственные покои. Его руки тряслись, а в голове стоял туман. Что он творит? Собирается куда-то пойти с альфой посреди ночи? А с другой стороны, он только что вел себя как последний распутник... Он даже сидел у альфы на коленях! Совсем с ума сошел, думал Сонхва, но, тем не менее, спешно одевался, натягивая вчерашний наряд и неаккуратно закалывая волосы, потому что в комнате было темно. Сан действительно ждал в дверях - в отличие от омеги он явно не ложился, и сейчас выглядел почти болезненно бодрым. Он помог Сонхва сесть в гондолу и начал плавно грести, разгоняя ночную тишину. -Куда мы плывем? - все же задал вопрос омега, ежась. Тревожность внутри него, убаюканная присутствием альфы, снова беспокойно заерзала в животе. -Сюда, - альфа повернул за очередным домом и причалил. Сонхва повернул голову и ахнул. Светало. Солнце, высунувшееся из-за горизонта, освещало вымощенную камнем площадку, за которой располагался небольшой храм, который, казалось, сиял в лучах только что родившегося солнца. -Как красиво, - выдохнул омега и выбираясь из гондолы. Солнце, казалось обнимало его своими лучами, как и Сана, что стоял рядом и сверкал глазами. -Идем. Сонхва хлопнул глазами. -Куда? - альфа тянул его за руку в сторону храма. - Но еще рано, там наверняка все спят! Да и зачем... - голос омеги затих, и он замер каменной статуей, неверяще глядя на Сана, который улыбался своей лукавой улыбкой. -Брат Кай рано поднимается. -Сан... Я не понимаю. Альфа улыбнулся еще ярче, демонстрируя свои ямочки на щеках. -Видишь ли, Сонхва, я с самого детства, как только впервые попал в открытое море, усвоил одну очень простую истину. Лови момент. Омега закусил губы, неверяще и непонимающе глядя на альфу. -Но... Ты же не... -О, именно это я и собираюсь сделать, мой лучезарный, - Сан притянул его к себе, обнимая руками за талию. - Я нашел тебя - и ловлю момент. Не думай, что я дам тебе хотя бы один путь к отступлению. Сонхва смотрел на него круглыми глазами, в которых стояли слезы и совершенно не представляя, что можно ответить альфе, который снял со своего мизинца перстень и теперь ожидающе смотрел на него. -Это же сумасбродство какое-то... - прошептал омега, и пара слезинок сорвалась с его ресниц, прокатываясь по щекам. Сан аккуратно пальцами стер мокрые следы с лица омеги и ответил. -Возможно... Но ты ведь любишь счастливые истории, так ведь?

***

Сонхва выходил из храма, держась за руку с альфой, с полным отсутствием реальности происходящего. Перстень на безымянном пальце казался чем-то инородным, а губы до сих пор горели. В храме, где было тихо и прохладно, действительно не спали - альфа, неожиданно высокий и худой, молился у алтаря. Едва они вошли, как тот обернулся, поднялся и, улыбнувшись тонкими губами, произнес: -Горящие сердца не дают спать по ночам, не так ли? -Верно, брат Кай, - Сан поцеловал руку омеги. - Обвенчаете нас, брат Кай? -А предмет вашей страсти согласен? Сонхва моргнул и кивнул. Брат Кай усмехнулся. -Кто я такой, чтобы мешать любовному порыву. Сонхва слушал свадебную мессу, но не понимал ни слова из-за шума в голове. Он смотрел на Сана, и до него медленно, но верно доходило то, что он сейчас делал, и от этого холодели руки. Он выходит замуж? Вот так запросто? Глаза омеги наполнились слезами. Он венчается. Вот так просто, выходит замуж за альфу, которого совсем не знает - и это даже не договорной брак... -В здравии и болезни, в горе и в радости до смертного одра, - эти слова священнослужителя заставили Сонхва моргнуть, возвращаясь в реальность, и посмотреть на Сана, который надел на его палец перстень и сказал, тихо, но отчетливо: -До смерти и после нее. Омега сморгнул слезы. Первый в его жизни поцелуй был слегка соленым, но очень нежным, подстать трепетности момента. Альфа целовал его, обнимая за талию, и в это самое мгновение Сонхва почувствовал себя преступно, бесстыже счастливым и легким как перышко, неловко отвечая на поцелуй и обнимая альфу за плечи. Он напитывался мятным ароматом Сана, и ему даже показалось, что время остановилось. Однако это было не так. Сан помог ему забраться в гондолу, но вместо того чтобы начать плыть к дому, прижался всем телом, целуя уже совсем иначе: горячо, напористо и обещающе. Его глаза были словно два тёмных солнца, когда он проворковал омеге в губы: -Супруг. Мой. Как же это прекрасно звучит, - и впился в губы Сонхва снова, пока омега дрожал от волнения: все происходящее для него было странно, щекочуще страшно, чуточку стыдно, но безмерно любопытно. Он растворялся в поцелуе, таял в руках альфы и дурел от аромата мяты, сладко-свежего, будоражащего все его естество. -Давай вернёмся домой. Я голодный и, думаю, ты тоже. Сонхва кивнул, пытаясь сморгнуть дурман. По мере того как они подплывали к поместью Сана, омега все больше и больше покрывался мурашками от собственной смелости, и к моменту, когда альфа помог ему выбраться из гондолы, его весьма натурально трясло. -Снова тревожишься? - Сан, не обращая внимания на отвисшую челюсть Юнхо, который возвращался с рынка, обнял омегу за талию и ласково потерся носом о щеку. - Зря. Идем. Стоило им подойти к дверям, как альфа, несмотря на испуганный писк, поднял его на руки, заставив обхватить себя за шею, и довольно произнес: -Всегда хотел это сделать, - и перенес его через порог. Омега смотрел на Сана и поражался тому, насколько счастливым тот выглядит, и потому изумленный возглас: -Сонхва?! - голосом брата стал для него полным сюрпризом.

***

Сонхва сидел за столом, с легкой, возникшей от волнения тошнотой глядя на завтрак. Есан, сидящий напротив, пилил его взглядом. -Так, у меня есть вопрос, - не выдержал омега. - Брат, как это произошло? Сонхва потупился и покраснел. -Ангел мой, не кипятись, - проворковал Чонхо, даже не пытаясь отлипнуть от своего супруга. - Разве это не чудесно? -Чудесно настолько, что с трудом верится, - выдохнул омега. - Прошло полтора дня, и ты... -Обвенчался, - Сан поцеловал руку застывшего ящерицей Сонхва. Есан зацепил взглядом перстень на безымянном пальце и моргнул. -Уму непостижимо, - выдохнул омега. - Я надеюсь, тебя не заставили? -Конечно нет, Есан, - отморозился старший омега и робко посмотрел на Сана, краснея под пристальным взглядом своего новоявленного мужа. -В таком случае мои поздравления, - вздохнул Есан и неуверенно улыбнулся. - Хоть и в высшей степени неожиданно, но... -Поздравляю, брат, - Чонхо, кажется, не видел совершенно ничего удивительного в происходящем. - Ты правильно поступил. Торжество планируется? -Конечно, - Сан приобнял Сонхва одной рукой. Омега переглянулся с ним и опустил взгляд. - Думаю, за пять дней управимся с подготовкой. Как думаешь, мой лучезарный? Омега закусил губу. -Думаешь, нужно пять дней? Раз уж мы уже обвенчались, то дело лишь в празднике, это можно подготовить и за пару дней. -Не соглашусь, мой лучезарный, - Сан беззастенчиво, словно кот, потерся носом о его шею, заставив омегу покрыться мурашками. - Во-первых, портному нужно время, чтобы пошить свадебную одежду, а я хочу, чтобы ты сиял. А в во-вторых, - он понизил голос и прошептал в покрасневшее ушко, - мы уже женаты. Не думай, что я смогу оторваться от тебя в ближайшие пару дней. Сонхва подумал, что сейчас загорится. -Брачное утро - это в твоем стиле, брат, - хохотнул Чонхо и поторопил Есана. Не прошло и минуты, как они скрылись в своих покоях. -Ну что, супруг мой, - проворковал Сан, утягивая омегу к себе на колени и приблизился к его лицу, с которого так и не сошел румянец. - Вздремнем? Сонхва хлопнул глазами. -Я немного устал, так что... -Лучезарный мой, когда я говорю спать - я имею в виду именно спать, - с улыбкой пояснил смущенному омеге Сан. - Мы не спали всю ночь, и как бы мне ни хотелось обласкать тебя прямо сейчас, но я понимаю, что лучше сначала восстановить силы. Сонхва кротко кивнул. -Тогда идем. -Но сначала разберемся с одним вопросом, - Сан головой указал вправо, и, повернувшись, Сонхва застыл. У входа в столовую стоял Уен, и глаза беты, казалось, сейчас выкатятся из орбит. -Уен, - громче произнес Сан. - Я знаю, что вы с Юнхо едва пришли в себя после пирушки в честь Чонхо и Есана, но, боюсь, вам придётся напрячься еще раз. -О чем вы... господин Сан? - было видно, что эти слова дались слуге с большим трудом. Он будто окаменел, и любое движение словно причиняло ему боль. -Мы с господином Сонхва обвенчались нынче утром, - объявил Сан. Сонхва закусил губы и отвел взгляд - смотреть на совершенно шокированное и разбитое выражение лица беты было невыносимо. Это была очень щекотливая ситуация: он знал о чувствах Уена, пусть тот ни разу ни единым словом не обмолвился об этом. Сонхва уважал бету и был привязан к нему, но это и рядом не стояло с тем, что, по-видимому, испытывал Уен. -Вот как, - после паузы выдавил бета и болезненно, искуственно улыбнулся. - В таком случае поздравляю вас, господа. Сонхва поднялся на ноги и подошел к бете. -Уен, ты останешься здесь? - осторожно спросил он. - Я не вправе тебя просить, но... -О чем вы, господин Сонхва? - бета вскинул голову, и было видно, что едва не плачет. - Конечно, я останусь. Если... господин Сан позволит, - к концу фразы его голос практически сошел на нет, и он опустил голову. Раздались шаги. Сан подошел к бете. -Твои господа - Есан и Сонхва, Уен, - мягко произнес он. - Я бы не пошел против их слова. К тому же, - альфа протянул ему руку, - я буду рад, если такой верный и преданный человек, как ты, останется рядом. Бета резко выдохнул и пожал предложенную ему руку. -Спасибо, господин. Я займусь подготовкой, - скороговоркой протараторил он, отошел на шаг, разворачиваясь, и ушел. Сонхва тяжело вздохнул. -Он справится, - Сан погладил омегу по плечам. - Ему нужно время, чтобы принять то, что было неизбежно, - он развернул к себе загрустившего Сонхва. - Идем, - альфа потянул его за руку к хозяйским покоям на первом этаже.

***

Едва войдя в хозяйские покои, Сонхва замер, почувствовав руки, обвившиеся вокруг талии. -Супруг мой, - промурлыкал котом альфа, прижавшись губами к задней поверхности шеи. - Помочь тебе с одеждой? Сонхва оглянулся, закусив губу. -Лучше я сам, - покраснел до корней волос омега, принимаясь неловкими пальцами расстегивать пуговицы и застывая, когда на его руки легли руки Сана. -Пожалуйста, не отказывай мне в удовольствии тебя раздеть. Щеки Сонхва загорелись ещё сильнее. -Ты... Ты говоришь очень смущающие вещи. Альфа развернул его к себе лицом. -Привыкай. Я человек откровенный. Когда это перестанет приводить в замешательство, тебе начнет это нравиться, обещаю, - взгляд Сана был очень теплым и нежным. -Я смущаюсь, - выдохнул Сонхва. - Ты должен меня понять. -Я понимаю, - альфа усадил его на пуфик, уселся на корточки и принялся аккуратно растегивать пуговицы на камзоле. - Ты совершенно невинен, - камзол был плавно снят с плеч Сонхва, после чего ловкие пальцы принялись за ленты на сорочке. - Я нахожу это очаровательным, - когда ворот рубашки оказался распущен, Сан оставил маленький поцелуй на ключице, хмыкнув от того, что омега ойкнул. - Мысль о том, что я буду твоим проводником в мир удовольствия, заставляет меня гореть, - он поднялся на ноги, поднимая и омегу тоже, помогая со штанами и неожиданно оказываясь на коленях перед Сонхва, который хотел провалиться сквозь землю. - Божественный мой, - руки альфы плавно спустили вниз чулки, оставляя лишь расстегнутую сорочку и панталоны, а после снова поднимаясь, обнимая омегу и наклоняясь к пунцовому лицу. - Поцелуй меня. Эта просьба стала полной неожиданностью для Сонхва, заставив его распереживаться. Омега нервно облизнул пересохшие губы, чем только усугубил висевшее в воздухе напряжение: глаза Сана потемнели, а взгляд стал жадным. Целовать кого-то самому Сонхва еще не приходилось, но было что-то особенное в том, чтобы проявлять инициативу, что-то щекочущее низ живота и тянущее нервы. Омега осторожно прижался губами к губам альфы, оставив совсем легкий, невинный поцелуй, а затем поцеловал ещё раз, в щеку, и отстранился. -Мой прекрасный, - голос Сана тоже обрел жадные, хрипловатые нотки. - Ложись в постель. Хозяйское ложе тоже оказалось чем-то совершенно новым и нервным для омеги: он юркнул под одеяло, укутываясь так, что остались видны лишь глаза, и сгорая от стыда, наблюдал за тем, как альфа без грамма стеснения неторопливо раздевается, причем полностью. Когда руки Сана оказались на шнуровке панталон, Сонхва накрылся одеялом с головой. -Невинный мой, - раздался смешок, после чего кровать прогнулась, и Сонхва, укутанного с головой, притянули как котенка к себе на руки. Омега испуганно схватился за плечи Сана, боясь посмотреть вниз. -Поверь, альфы и омеги внешне не слишком отличаются. Разве что пропорциями, и то не очень сильно, - мятный запах Сана обволакивал, потому Сонхва прислонился к шее, где аромат был наиболее силен, и невольно поерзал, заставив альфу судорожно выдохнуть. -Лучезарный мой, я хоть и устал, но не каменный, - он хищно улыбнулся, и от этой улыбки Сонхва ощутил, что его сердце забилось в горле. - Если ты настроен на любовную игру сейчас, то... -Нет! - выпалил омега. - Мы ведь... ложимся спать? Сан усмехнулся и кивнул, откидываясь на постель. Он выпутал омегу из одеяла и накрыл их обоих, притягивая Сонхва к себе, из-за чего тот замер настороженным котом. Тело альфы было горячим словно печь. -Подари мне еще один поцелуй, мой прекрасный. На сон грядущий, - Сан повернул голову к омеге, и тот, поборов свою стеснительность, приподнял голову и осторожно поцеловал Сана, на сей раз уже более ощутимо и долго, пусть и все еще неуверенно. -Какой счастливый момент, - улыбнулся альфа и прикрыл глаза. Сонхва хотел что-то ответить, но практически мгновенно провалился в сон.

***

Просыпаться было очень странно и лениво, будто глаза открыл, а ощущение реальности не появилось. Сонхва моргнул, пытаясь согнать странную дымку наваждения, и глубоко вдохнул - запах мяты причудливо переплелся с его деликатным ароматом пиона, рождая приятную композицию. Интересно, который час? Они с госпо... Саном улеглись в начале десятого, а сейчас уже явно перевалило за полдень - солнце било в окно. -Выспался, мой супруг? - послышался хриплый голос справа, и Сонхва повернул голову. Альфа лежал на боку, совсем близко, вплотную к нему. Его волосы слегка растрепались, а глаза сияли довольством. -Кажется, да, - тихо ответил Сонхва и смутился. Он впервые в жизни проснулся в постели с альфой. А уж то, что обещал ему супруг по пробуждении, так и вовсе заставило сердце пуститься вскачь. Все внутри замерло от испуга и предвкушения. Разумеется, Сонхва был наслышан об этой стороне супружеской жизни. Об этом не говорили вслух, скорее неловко хихикали, перебрасываясь не всегда понятными для несведущего омеги выражениями. -Испугался? - мгновенно почувствовал изменившийся настрой альфа и сел на кровати, сладко потягиваясь, при этом одеяло сползло вниз, открывая виду подтянутое тело, мускулистые плечи, сильные руки, ямочки ключиц и широкую грудь. Сан был идеально сложен, и Сонхва нервно сглотнул, не устояв перед любопытством и опустив взгляд вниз, где темная дорожка волос спускалась к паху. Омега покраснел: любопытство и стыд смешались внутри, рождая щекочущее тепло в животе, и он закусил губу. Сан мягко, по-кошачьи, опустил руки и ухмыльнулся, чтобы в следующую секунду нависнуть над Сонхва, который от столь резкого движения застыл испуганным кроликом. -Ты прекрасен, мой лучезарный, - мурлыкнул альфа и потянул омегу на себя, переворачиваясь. Сонхва тихо охнул, оказавшись на нем практически верхом. - Иди ко мне. Альфа не торопился, давая самому омеге шанс податься вперед для поцелуя, и когда это, с небольшой заминкой, но произошло, перехватил инициативу, целуя так, будто поедал какой-то очень сочный фрукт. Его язык, горячий и проворный, проскользнул в рот омеги, заставив того задохнуться: Сан был мастером поцелуев, и от мысли, что они на этом не остановятся, в паху заныло уже сильнее, из-за чего омега беспокойно заерзал на животе у альфы. Сан понял это по-своему и пробрался руками под сорочку, перебирая пальцами так, словно играл на клавесине, а после задрал ее и сел на кровати сам, сокращая расстояние между их телами до ничтожного минимума. -Я хочу тебя раздеть, - голос альфы прошелся молнией по позвоночнику Сонхва, он раскраснелся еще сильнее, и позволил стянуть ее с себя. Сан совершенно черным взглядом облизал открывшееся взору тело и выдохнул с тихим рыком: -Небесный мой, нельзя быть таким красивым, - он снова перевернул их, оказываясь сверху, после чего присосался к шее, словно вампир из легенд. Сонхва закусил губы: низ живота пылал огнем, лицо и шея горели, дыхание сбилось, а из груди рвались стоны, которые он не смог сдержать, едва альфа добрался до груди. -Ох, Сан, - выдохнул он тихонько и обнял альфу руками за голову. Глаза закатывались, дышать становилось тяжелее, а меж ягодиц было уже совсем влажно, что смущало до невозможности. А альфа продолжал изучать его тело, играя на нем, будто на музыкальном инструменте, выбивая все новые и новые стоны из омеги, который уже не то что не стеснялся, но едва помнил, где он и как его зовут. Едва доведя дорожку поцелуев до живота, Сан наконец-то снял с омеги последнюю деталь одежды, что все еще оставалась на нем, а затем замер. -Ох, так вот она где, - он огладил пальцем маленькую темную метку, что располагалась аккурат возле тазовой косточки слева. - Знаешь, это идеальное место, - и будто в доказательство этого он поцеловал метку, заставляя Сонхва крупно вздрогнуть и охнуть, запрокинув голову. Острое возбуждение, что он сейчас ощущал, даже не сразу позволило ему понять, что Сан уже расположился между его ног, и лишь прикосновение к ложбинке, что уже была не просто влажной, а мокрой, заставило поднять голову и посмотреть вниз. Лучше бы он этого не делал, ибо представившийся вид выбил из него остатки мыслительной деятельности. Меж его совершенно непотребно расставленых ног расположился альфа, смотрящий на него будто хищник на жертву. Он за малым не облизывался, а предвкушение и вожделение были такими явными на его лице, что Сонхва нервно облизнул пересохшие губы. Было в этом что-то отчаянно стыдное, но восхитительное. Внутри скользили два пальца - и это было очень, очень неловко, и вместе с тем необходимо. Что-то странное поселилось в душе омеги, что-то, чему не было названия, но оно диктовало свои правила, и когда Сонхва подался бедрами вперед, насаживаясь на пальцы, альфа кинул на него обжигающий взгляд и произнес тоном, пробирающим до мурашек. -Отзывчивый... Иди сюда, - он заставил Сонхва, которого уже едва слушались руки и ноги, сесть на его бедра, практически нанизывая на себя. Сонхва рвано выдохнул и замер, не дыша. Это было чрезвычайно острое, странное и при этом необыкновенное чувство наполненности, которое выбило из него слезы, но не от боли, а скорее от переизбытка ощущений. Альфа сам тяжело дышал, с присвистами, и, притянув еще сильнее, насаживая до конца, поцеловал Сонхва снова - глубоко, резко, запредельно откровенно и мокро - и начал движение. Сонхва метался: ему было одновременно плохо и хорошо, с каждым толчком внутри себя он чувствовал нагнетающееся ощущение чего-то, чему не знал названия, но оно заставляло задыхаться, стонать и проливать слезы. В погоне за этим пронизывающим с головы до пят удовольствием он обвил Сана руками и начал подаваться навстречу, выгибаясь в его руках, подставляя шею под горячие поцелуи. Каждое движение подводило его ближе и ближе к краю, и в какой-то момент он рухнул вниз, в разбивающее на частицы удовольствие, которое лишило его и зрения, и слуха, и возможности сказать хоть что-либо. Он чувствовал разливающееся тепло внутри себя, он ощущал, как дрожит Сан, и трясся сам, утыкаясь лбом альфе в плечо и пытаясь прийти в себя. Сан уложил их обратно на постель, но не разомкнул объятий, водя губами по шее, что до сих пор была покрыта мурашками, а Сонхва пытался отдышаться. -Мой любимый, - голос альфы все еще был сиплым, и Сонхва сначала ждал продолжения этой фразы, но потом его озарило, что его супруг только что признался ему в любви.