See You Soon

Лекса приоткрывает рот, будто желая что-то сказать, но передумывает. Она забирает свою руку у Кларк, и сердце той сжимается. Нет, глупо было надеяться, что Лекса позволит сделать это. Еще недавно Кларк думала, что Лекса её убила бы, а тут — надеяться, что она позволит взять себя хотя бы под руку? Тупо. Как же это тупо. Тем временем Лекса складывает трость. Кларк хмурится, наблюдая, как Лекса, сложив её, поднимает к ней голову. Кларк опускает взгляд на левую руку Лексы, которая дернулась, но не достаточно, чтобы явно на что-то намекнуть. Кларк медленно и неуверенно тянется к её руке. Когда её пальцы касаются кожи Лексы, по всему телу Кларк бегут сумасшедшие мурашки. Её пальцы скользят дальше, по ладони, которую Лекса раскрывает для неё. Кларк, наконец, обхватывает её руку. Она, крепясь, вздыхает и делает шаг в сторону предполагаемой дороги, и Лекса делает шаг тоже. Они идут вперед, и Кларк все это время не дышит, а пора бы начать. Она смотрит себе под ноги широко распахнутыми глазами, будто спрашивая у земли: «Какого хера, блять, происходит?! Мы что, действительно идем с Вудс за руку?! Серьезно?! Правда?!». И не то чтобы Лекса держала её за руку тоже. Нет. Лекса просто позволяет делать это — её пальцы не обхватывают ладонь Кларк. Кларк не может больше не дышать и с хрипом выдыхает, тут же замечая перед собой ствол. Замечает, но поздно. Она врезается в него и крякает. Лекса молча стоит рядом, пока Кларк таращится на дерево, которое её остановило. — Дерево? — тихо уточяет Лекса. — Дерево, — подтверждает Кларк. — Тебе дать мою палку? При условии, что ты её не испачкаешь в… — Заткнись, — тихо перебивает Кларк. Она тяжело вздыхает, тут же чувствуя, как Лекса обхватывает её руку в ответ, чем моментально обрывает её дыхание, которое она перед этим почти восстановила. — Оно разбило твой некрасивый нос? — Будешь продолжать меня оскорблять, я заставлю тебя себя потрогать. — У-у-у, а разве не ты утверждала, что все на ощупь одинаковые? — Всё, — обрывает Кларк, — я больше не шучу, а ты больше меня не оскорбляешь. — Но ведь это и были наши отношения, — Лекса наигранно вздыхает. — Кто же мы теперь? Кларк начинает обходить дерево, и Лекса двигается за ней. Кларк оборачивается и, за секунду до катастрофы, хватает Лексу за плечо второй рукой, останавливая перед деревом, в которое недавно впечаталась. — Извини, — Кларк виновато смотрит на нее. — Я виновато смотрю на тебя. — Это всё потому, что у тебя длинная челка, — обреченно вздыхает Лекса. — Моя челка? — Кларк тянет её в сторону и, наконец, продолжает идти, глядя перед собой. Если что, у Кларк отродясь не было челки. — Да. Такая, знаешь, лохматая. Она всё время падает тебе на глаза. Все вокруг хотят тебе её отстричь, но ты из тех, кто уверен в том, что ему идет что-то, когда это совсем не так. Кто-то, с кем ты будешь ночью, тебе её точно отрежет. И вы расстанетесь. Если, конечно, это не будет твоя мама. В таком случае ты просто закатишь истерику. — Знаешь, — Кларк пожимает плечами. — Думаю, что тебе проблематично будет найти ножницы. Пока ты будешь шуршать и ронять все из шкафчиков и тумбочек, я уже сто раз проснусь. Лекса коротко смеется. — О, — понимающе кивает она. — Знаешь, я знаю, где лежат нужные мне вещи. Я же столько раз уже ночевала в твоем доме, и там у меня все схвачено. Я бы точно тебе её состригла. Я еще могла бы ткнуть тебе ими в глаз. Но кто будет меня за это винить? — Ты все время покушаешься на мои глаза. Кто тебе будет приносить кофе по утрам, если у меня не будет глаз? — Ты из тех, кто приносит кофе по утрам? Почему я все еще не в курсе? Сколько лет уже я без кофе, пока ты с этой лохматкой на лбу. Семь? Десять? — Я могла бы начать, если бы ты пообещала оставить мою лохматку в покое. И мои потрясающей красоты глаза тоже. Лекса тихо хихикает, отворачиваясь в сторону. Кларк видит впереди лавочку, но ей хочется идти дальше. Ей не хочется отпускать руку Лексы. Но она и так много уже сделала того, что нельзя делать с человеком, который ничего не видит. Она лишает Лексу контроля, рассматривая её каждый раз. Она не может лишать её еще и выбора. — Лекса, — предупреждает Кларк, сжимая крепче её руку. — Впереди лавочка. Лекса ничего не отвечает, а тем временем они уже к ней приближаются. — Я… — Кларк на мгновение прикрывает глаза, — я не хотела бы отпускать твою руку. Лекса продолжает идти, глядя перед собой. Кларк бы хотела увидеть что-то на её лице, но губы, на которые она смотрит, не говорят ни о чем. А тем временем они проходят мимо лавки и ступают на асфальтированную дорожку. — Мы уже прошли мимо неё? — спрашивает Лекса. — Да. Лекса продолжает идти рядом с Кларк. Они идут молча следующие минут десять. Телефон Лексы сообщает о времени и о том, что пришло новое сообщение. Лекса не проверяет его. Наконец, еще через минут пять Лекса говорит: — У тебя мокрая ладонь. — Это у тебя мокрая ладонь. — Ты еще и потеешь, — фыркает Лекса. — Знаешь, со всеми фактами, которые я о тебе знаю, с уверенностью могу заявить, что ты плохая кандидатура на роль моей девушки. И я ненавижу длинные мохнатые челки. Кларк останавливается. Лекса тоже. Кларк встает напротив нее. Она перехватывает руку Лексы и уверенно подносит её к своему лицу, а точнее, к своему лбу. Губы Лексы вздрагивают, и рот остается слегка приоткрытым. Но Лекса не делает попытки вырваться. Тем временем Кларк ведет её пальцами по линии роста волос над лбом, а потом — ниже, к уху: — У меня нет челки. Если бы ты видела, то знала бы, что она отросла, и теперь я могу убирать её за ухо. Да, Лекса, конечно же, в курсе, что у Кларк нет и не было челки, но кого это вообще волнует? Рука Лексы двигается самостоятельно, касаясь волос Кларк, от чего по спине той пробегает холодок. Лекса касается её волос, да. Но вдруг кончики её пальцев оказываются на щеке. Кларк, словно от удара током, отдергивает свою руку от руки Лексы. А вот рука Лексы все еще остаётся на её щеке. Кларк таращится в ужасе на Лексу, пока в груди нарастает паника от того, что Лекса гладит её щеку. Нет, она не гладит её щеку, как гладила бы голову котенка. Лекса просто мягко и медленно ведет пальцами вниз, вызывая тем самым у Кларк микроинфаркты один за другим. Ладонь Лексы полностью накрывает щеку Кларк, а большой палец опускается ниже. Слава богу, что на щеках не бывает мурашек, иначе, ей богу, Лекса бы сейчас подумала, что у нее все лицо усыпано тонной прыщей, или того хуже. Кларк не может больше задерживать дыхание: она резко выдыхает на руку Лексы, и наблюдает, как тонкие, почти незаметные волоски на её предплечье поднимаются, словно наэлектризованные, а кожа покрывается мурашками. Лекса отдергивает руку. Лекса отдергивает руку — да, но Кларк ловит её, и, не давая себе ни секунды, чтобы струсить, быстро возвращает её себе на щеку. Она плотно прижимает напряженную ладонь Лексы к своей полыхающей щеке. — Проведи на мне эксперимент, — хрипло просит Кларк, намекая, чтобы Лекса, ощупала черты её лица. Она видит, как Лекса тяжело сглатывает, а её рука на лице Кларк дергается, и Кларк сильнее прижимает её. — Я… — еле слышно отзывается Лекса, — привыкла все щупать тростью. — Хорошо, а как насчет твоей эхолокации? Лекса прочищает горло. Она щелкает языком, а Кларк смотрит на её губы. Блять. Она бы все сейчас отдала, чтобы поцеловать Лексу. Это… Это невыносимо просто. Болезненно. Кларк медленно убирает свою руку с руки Лексы, которая все еще задерживается на её щеке. — Ну… — начинает Лекса. — Ты не шершавая. Это определила моя ладонь. — А твоя суперспособность — что она определила? — Что ты переходишь границы. Но ты ведь маньячка. Придется с этим мириться. Кларк не удерживает нервный смешок, и большой палец Лексы соскальзывает на край её улыбки. Улыбка Кларк мгновенно замирает. Тем временем подушечка пальца уверенней проходится по её нижней губе. Дыхание Кларк бесконтрольно учащается. Блять, Кларк его даже слышит. Она слышит свое дыхание. Лекса слышит её дыхание. Весь гребаный лес его сейчас слышит. «Одиннадцать часов, двадцать шесть минут», — сообщает телефон. — «Новое входящее сообщение». Лекса медленно убирает руку от лица Кларк. — Думаю, что хватит на сегодня экспериментов. У тебя нет чешуи, и ты нахалка. — Ты трогала меня. Значит ли это, что мы на свидании? Лекса улыбается: — Конечно же, — Лекса склоняет голову на бок, — нет. «Одиннадцать часов, двадцать семь минут. Входящий вызов: Мама». Лекса тянется к заднему карману и достает телефон. Она быстро отходит от Кларк, пока та следит, чтобы она ни во что не врезалась. Лекса уходит довольно далеко, но здесь очень тихо, и Кларк все равно слышит все, что она говорит. И суть в том, что её мама не обнаружила Лексу дома. Лекса обещает, что скоро будет и убеждает маму лечь спать, не дожидаясь её. Но, судя по всему, её мама с этим несогласна. Это значит, что прогулка закончена. Лекса возвращается к ней. — Мне надо домой. — Да. Хорошо. Они стоят. Кларк думает о том, как бы взять Лексу за руку, потому что снова стало неловко. — Это значит, что ты должна меня проводить. — Ну, не знаю, — фыркает Кларк. — Мы не на свидании. По кодексу несвиданий — я не должна. — О боже! — Лекса накрывает рукой грудь, — значит ли это, что ты меня тут бросишь? — Да. Это значит именно это. Но так и быть, я могу задать тебе направление. А дальше ты и твоя эхолокация сделают свое дело. — Ты — дурацкая маньячка. — А ты — дурацкий щелкунчик. — Ладно, — Лекса вскидывает голову. — Ладно? — Ладно. — «Ладно» что? — Кларк хочет, чтобы Лекса выразилась точнее. — Ладно, — сквозь зубы говорит Лекса. — Это свидание. А теперь отведи меня домой, ты, дурацкая маньячка. — Только при одном условии, — Кларк складывает руки на груди. — О, да, ты просто не можешь быть такой наглой! — Я — могу! У меня в руках буквально твоя жизнь! — Ах, так, да? Я сама без тебя разберусь, — Лекса машет рукой в её сторону, а потом расправляет трость, опуская конец к земле, и начинает идти вперед. — Дурацкая, наглая, нахальная маньячка. Кларк, соблюдая дистанцию, не спеша идет за ней. Шаг Лексы довольно уверенный. Она знает, что делает. Но она не знает, куда идет. Поэтому… еще несколько шагов, и она врежется в лавку. Кларк громко щелкает языком позади неё, и Лекса останавливается, бурча себе под нос. Лекса меняет траекторию и снова идет вперед, но теперь она сходит с дороги и ступает по земле, хрустя ветками. Еще несколько шагов — и Лекса ударится головой о толстый сук — как раз на уровне её головы. Кларк, усмехаясь, качает головой, а потом громко щелкает, предупреждая Лексу. Та, конечно, тут же останавливается, но при этом резко разворачивается к Кларк: — Хорошо! — Хорошо, — самодовольно подтверждает Кларк. — Какие у тебя условия? Ты ведь сейчас очень широко улыбаешься, да? — Очень. Буквально торжествую! — Кларк подходит к ней. — Завтра встретимся в кафе. Это мои условия. Кларк внимательно смотрит на Лексу, которая в ответ молчит. Кларк очень хочет её коснуться. Очень. Только ей нужно сделать это иначе. Не коснуться Лексы, а сказать то, что сказала, иначе. — Лекса, ты… — Кларк прочищает горло. — Ты сходишь завтра со мной на свидание? — то, что Кларк сейчас говорит — это уже сама Кларк, без шуток и иронии. Грудная клетка Лексы высоко поднимается, пока она носом втягивает воздух. Лекса — совершенно точно — тоже распознает всю серьезность в голосе Кларк. — Я… — Лекса отворачивается, а её зубы начинают терзать нижнюю губу. Она стоит так около минуты, раздумывая, а потом, наконец, поворачивается к Кларк. — Я не выхожу из дома одна. — Я могу… я могу заехать за тобой? — еле слышно предлагает Кларк. Она не знает, как для Лексы выглядит перспектива оказаться с ней в одной машине. — Нет, — отрезает Лекса слишком быстро. — Нет. — Нет? — Кларк готова зажать кулаком свою грудную клетку, потому что там теперь больно. — Нет, в смысле, не надо. Я схожу. Я приеду. Я сама. — То есть… То есть — да? — Да. Кларк победно поднимает руки, пища себе под нос, словно маленькая девочка. Лекса слышит это и, улыбаясь, качает головой. Кларк быстро берет Лексу за руку, и та тут же каменеет. Её рука каменеет в руке Кларк. Чёрт. Кларк стоит сбавить обороты. Но она уже взяла Лексу за руку. Она уже напугала Лексу. — Прости, — говорит Кларк, отпуская её. — Я буду предупреждать. — Да. Да, пожалуйста, — кивает Лекса, и это звучит совсем иначе. Будто говорит другая Лекса, с которой Кларк пока не имела дела. И Кларк безумно хочет снова её коснуться. Коснуться больше, чем до руки. Боже, как бы не проебать всё. — Я сейчас возьму тебя за руку, — предупреждает Кларк. — Ага, — кивает Лекса, и Кларк берет её за руку. — Я сейчас сожму крепче. — Угу, — отзывается Лекса, сжимая в ответ руку Кларк. — Я начинаю идти, — говорит Кларк, делая шаг в сторону дороги. — Я думаю, что могу еще крепче сжать твою руку. — Угу. — У тебя мокрая ладошка. Для справки. — Заткнись. — Ладно.