Chapter VII.
— Давно ли стало так тяжело дышать?
Приятный запах леса после дождя распространился по всей территории лагеря достаточно быстро. Тучи успели повернуться на север уходя далеко от неба над головой, а солнце, ярко горя жёлтым цветом, приятно согревало кожу. Погода была прохладной, но она дарила лишь приятный ветерок.
Проходя между небольшими домами парень втянул носом воздух, после чего расслабил плечи от лёгкости внутри. После посиделок в четырёх стенах было необходимо прогуляться, наполнить лёгкие чистым воздухом и возможно с кем-то поговорить.
Антон повернул голову в сторону леса, где внизу около деревьев можно было заметить небольшую рыжую белку. Слыша шорох сзади зверушка быстро понеслась в противоположном направлении, в сторону одного из больших дубов, сразу же карабкаясь вверх по столу и позже прячась в оставшейся осенней листве.
Наблюдая за этим он улыбнулся уголками губ, радуясь спокойствию юноша свернул, направляясь все дальше по территории лагеря. Выйдя в открытый лес через дыру в заборе, Антон потянулся за спрятанной сигаретой, которая лежала у него в рукаве рубашки. Был дневной сончас, сорванца по типу Антона наврядли кто и заметил, все вожатые были заняты своими более важными делами. Юноша отошёл за ближайшее дерево, подкурил сигарету в пальцах, после чего поднёс ту к губам.
Молча наблюдая за лесом, он сделал затяжку, спустя секунды выдыхая дым. Покрутив в пальцах табачное изделие он опустил взгляд, теперь смотря на тихий и такой манящий лес. Умиротворенная атмосфера, спокойствие везде и вокруг, медленно это чувство растекалось и по организму. Секундно появилось приятное головокружение, а сам Антон окончательно расслабился опуская плечи. Мысли просто исчезли из головы от такого состояния, в чем и заключался смысл вылазки за территорию лагеря.
Где-то недалеко от курящего парня, предательски хрустнула ветка. Он испуганно повернул голову на источник шума и чуть было не подавился едким табачным дымом. Из-за недалеко стоящего дерева вышел мужчина, юноша не знал его, и никогда раньше не видел.
— Эй, пацан, здорова. ‐ Весьма неуверенно и навязчиво вышел незнакомый мужчина.
— Здравствуйте. - Удивлённо проговорил Антон, и добродушно улыбнулся.
— Меня зовут Серёжа, я привёз стройматериалы в лагерь и заблудился. Моя машина стоит там, по дорожке чуть дальше. Не мог бы ты показать мне дорогу в лагерь? - Мужчина стоял уже рядом, будто бы нависая над хлипким парнем.
— Хорошо..куда идти? - спросил Антон.
Сергей явно довольный ответом парня, хмыкнул развернулся и пошёл в ту же сторону, с которой пришел.
Спустя несколько пройденных метров,
юноша начал замечать что лес вокруг стал сгущаться, лагеря уже практически не было видно.
— Далеко ещё, Дядь Серёжа? - Голос его дрогнул, а сам парень уже начал уставать.
— Да вот, ещё чуть-чуть. Поможешь - угощу тебя пачкой дорогих сигарет, зуб даю. - Он даже не посмотрел в сторону парня, который уже начал что-то подозревать. Все слова, о том что нельзя говорить а уж тем более куда-то уходить с незнакомцами, о пропажах людей, мгновенно всплыли в голове напуганно Антона. Он остановился.
Мужчина до этого шедший слегка кривовато, и даже иногда запинаясь тоже встал, выпрямился и тяжело выдохнул. Только тогда Антон наконец-то понял, что свернул не туда, и пора бы делать ноги.
— Пацан, тебе что, так тяжело помочь мне? - Голос его прозвучал грубо, резко и как-будто обиженно. Он явно был напряжён, это было заметно по его часто поднимающейся груди и плечам, которые нервно подергивались.
— Извините, я пожалуй пойду назад. - И он не разворачиваясь попятился назад, сердце его отбивало бешенный ритм, а руки тряслись. Он часто дышал, и в момент когда мужчина полез в карман своих брюк, резко развернулся и побежал что есть силы назад. Он не слышал погони, криков или чего-то подобного, будто и не было никого в тот момент рядом с ним. Пролезая через несчастную дыру в ограде детского лагеря, он нечаянно порезался об штырь, торчащий из решётки. На его запястье образовался небольшой симметричный разрез, из которого тут же побежала алая кровь. Такая же алая, как у ребёнка которого убили после встречи с Антоном.
Кирилл озадаченно смотрел в глаза своему мучителю, они стояли в центре парка, вокруг бегали дети, а за ними чуть поспевали их родители. Было прохладно, ветер растрепал уже отросшие, небрежно зализанные волосы парня. Сергей стоял ровно напротив, он произнес лишь одно предложение, после которого у Кирилла участилось сердцебиение раз в сорок. — Я скучал по тебе, мой родной. - И доброжелательно улыбнулся. Он не был удивлён, не был озадачен. Было ощущение будто он знал, или чувствовал что наша встреча все таки произойдёт. Он был готов, а я нет. Я вновь почувствовал себя загнанным в угол, привязанным к батарее забитым пацаном. А ведь совсем недавно, почувствовал облегчение и пытался жить, будто в моей жизни ничего не было, даже к психиатру записался, но на приём так и не сходил, стало стыдно. Наше молчание прервал голос маленькой девчонки, которая аккуратно подошла ко мне сзади смущённо подергала за рукав куртки. — Дядя, помогите найти мою маму..я потерялась. - И солёные слезы потекли по её пухлым, розовым щечкам. Я испуганно посмотрел на Головкина, который казалось, не был расстроен или озадачен, он вполне спокойно глядел то на меня то на девочку. Я присел на корточки, что бы посмотреть в глаза ребёнку, заплаканные глазки, небесно-голубые, как самое чистое озеро, они ещё не видели ни жестокости, ни насилия, смотрели на меня, с надеждой и желанием. Сердце моё отбивало польку, я старался не показывать ей своей нервозности и напряжения, но ситуация была мягко говоря бредовой. Прямо сейчас я стоял рядом с человеком, который на моих глазах убил мальчика, а после издевался над телом, не имея ни капли сочувствия, но тут же, рядом со мной стоял обычный советский работяга, чьи руки были в мазолях, чья жизнь была такой же размеренной и текучей как и у всех нас. Он не был здоров, не был адекватен но он был здесь, и стоял рядом со мной. Моя рука дрогнула, и он это почувствовал. Он присел рядом, добродушно улыбнулся и нежно ткнул девчонку в её маленький курносый носик, которым она беспристанно шмыгала. — Пойдём, котенок. Мы отведем тебя к дядя милицейскому, он найдёт твою мамочку. - Голос его был бархатным и нежным, а касания по отношению к ребёнку не имели никакого скрытого подтекста. Он провел тыльной стороной ладони по моему колену, будто бы придавая уверенности, которой мне критически не хватало, или ему просто хотелось касаться меня, я так и не понял, да и не до этого было. Девчонку мы благополучно отвели в отдел милиции, передали стражам закона и покинули здание. До моей бывшей квартиры было совсем недалеко, и он прекрасно это знал. — Угостишь чаем? - Он шёл рядом, нерасторопно и крайне уверенно, будто бы был доволен сложившейся ситуацией. Из его рта клубился дым от сигареты, которую он докурил практически до фильтра, видимо в глубине души он переживал. — Угощу. Только давай без убийств и связывания. - Я злобно зыркнул на него, пытаясь пробудить в нем хоть немного жалости. — Я бы не трогал других, если бы знал тебя раньше. Я ищу в каждом из них тебя. - Он выдержал паузу, а после продолжил уже менее самонадеянно. - Ты мне нравишься. Я не знаю, насколько тебе нравится находиться с таким человеком как я рядом, но пока ты не убежал, мне казалось что ты тоже что-то чувствуешь. - Он расстроенно вздохнул и выкинул окурок куда-то в сторону. На улице становилось чересчур холодно, небо заволокло тёмными тучами, вмиг стало противно. От всего сразу, а в первую очередь от самого себя. Я растерянно смотрел на Головкина, он лишь задумчиво разглядывал дворы и дома, не дожидаясь моего ответа, будто он и не говорил ничего минутой ранее. Я вновь почувствовал, что мне стало трудно дышать. Я остановился дабы отдышаться, он тоже выжидающе встал. Я видел его напряжённую, слегка ссутулившуюся спину, он был измотан, руки у него покоились в карманах бежевой куртки, он не поворачивался ко мне, дожидаясь пока я сам пойду дальше. Передо мной был выбор, вновь выбор, сбежать или остаться с ним? А вдруг, он перестанет убивать других как и обещал, если я буду находится рядом с ним? Он же тоже человек...Нет, он монстр! Маньяк в существование которого, сука, никто не верит, А я верю. Верю в то что он может исправиться, остановиться. Верю. И я пошёл. След в след за ним, вышагивая все увереннее. Петля затянутая на моей шее была ослаблена, а я как недоумок, шёл за ним, за тем кто убил во мне все прошлое, внёс настоящее и явно что-то разбил, но он был внутри, он находился в моих лёгких как самый ядовитый дым, и точно отравлял мою жизнь. Но я уже не смог бы жить по другому, я был зависим, а может и был влюблён, о любви никогда бы не сказал я никому, кроме него. Огромные стены, которые строились вокруг моей предначертанной судьбы, были разрушены, оставив после себя лишь безграничный тёмный лес, в котором я заблудился, вместе с ним. Поднимаясь на нужный этаж, я несколько раз чуть было не упал и не разбил себе нос, снова, но он ловил меня, а после держал меня под руку. Открыв дверь своей светлой и дорогой квартиры, я впустил в неё тьму, и я чувствовал как она не стесняясь проникла во внутрь, оставляя после себя лишь чёрный осадок. — Этот район был пуст без тебя. Ты переехал? - Снимая обувь и вешая куртку на крючок, заинтересованно спросил Сергей. — Да, я переехал в район подальше от центра. Боялся встретить тебя. - Прямолинейно ответил я, скидывая с себя лёгкую олимпийку, которую я кстати, просто обожал носить. В этой квартире одиноко покоился старый щенячий ошейник моей собаки, я скинул его в ящик, стараясь отогнать от себя навязчивые неприятные мысли. Он удивлённо разглядывал сервиз стоящий в стеклянном шкафу, и в целом чувствовал себя как дома. — Нравится? - Я встал рядом с ним, мой взгляд упал на фотографии из моего детства, где я был рядом с родителями. — Ты был славным малым, надеюсь что ты не чувствовал на себе жестокости и издевательств в детстве. - Он произнес это с некоторой обидой, и горечью. Мои руки опустились на его плечи, а я встал перед ним, наши лица были совсем близко, а его сбивчивое дыхание ощущалось на моей макушке. Я обнял его, боязливо прощупывал почву, он удивлённо поднял брови, его рука опустилась на мою талию. — Мне жаль, что ты прошёл через все это, но я верю, что ты сможешь измениться. - Я не был уверен даже в своих действиях, не то что словах, но старался держаться молодцом. Он оценил мои действия по достоинству, я почувствовал как его дыхание успокоилось, он стал дышать глубже и реже, а сердце утихомирилось. — Это..так приятно. - Прошептал он мне на ухо, руки его изучающе блуждали по моему торсу. — Могу кричать и вырываться, если тебе так больше нравится. - Я улыбаясь смотрел ему в глаза. — Как нибудь в другой раз. - И он рассмеялся. И вот, мы стояли в пустой квартире, которая была полностью запятнана кровью и грязью, слезами и обидами, болью и страхом..но мне было как некогда хорошо и спокойно, я чувствовал себя в безопасности и умиротворении.
