4. Тайджу/Кинро. [AU!Одноклассники]. Письмо ко второй влюблённости
Я так люблю, когда он есть, Когда он смел и крут, но скромен очень, Я обожаю рядом сесть, Пока он в кипах книг сосредоточен. Мне нравится, когда ворчлив И хмурит брови, тонкие кривя он губы, И чувствую я сил прилив, Ведь мне помог, при том не показавшись грубым. Я глуп, а он умён стократ — Особенно в делах не моего полёта, Меня поправить друг мой только рад, И у обоих в сердце защемляет что-то. «Но почему?» — вопрос на миллион, Он просто объясняет, а я в такт киваю, Как через время путается он: В словах, советах… Забывает? И я люблю, когда зовёт Не важно как, куда, во сколько — Я весельчак, а там, — ну, как попрёт, Ведь смысл в том, что это он да я — мы только. И, кажется, он тоже любит, Когда я громкий, не сижу на месте, И, кажется, он пальцем у виска не крутит, Когда я-шебутной горазд на глупости с ним вместе. Вот я — силён, но нелогичен, И он силён, аккуратист, по-своему хитёр, Один лишь я, увы, смекаю: ограничен Товарищ мой во тлеющих делах, пока горит его костёр. Легко теряется в рутине, Хоть знаю — выстоит солдат и самым знойным днём, И тяжело идеалисту в мира паутине, Как мне бывает тяжело, когда я всё о нём, о нём, о нём. Трудолюбив и нервов не щадит, И я оберегаю сильно это, Зараза, правда, бабочек плодит Своей натурой, в моём брюхе где-то. Проходит время, мне всё невдомёк: А вдруг один смотрю я на него украдкой, И раз — уже глядеть боюсь — поймёт намёк! Настанет гибель дружбе нашей шаткой. Мне нравятся его для зрения очки — Да, пусть кривые, пусть в косой оправе, Я ненавистных бабочек ловлю, как идиот, в сачки, Ведь «нравится» сказать никто не в праве. И я ушёл, не видеть чтоб зелёных глаз, И чтобы острый нос мне впредь не упирался, И это я его в той книжной пыли спас, Отнюдь не я один, в конце концов, остался. Я очень прост: люблю, когда рассвет, Когда друзья зовут, и небо блекло-голубое, И вкус люблю я красочных конфет, Что покупал он вечно, говоря: «Бери любое». Я шумный, импульс, озорной, Да мне стерпеть ту странную любовь прекрасно! А он притихший был всегда, но сердцу так родной, Как жаль, что год он, или я, — мы — потеряли столь напрасно. Я помню школу, первую любовь, И девочку-шатенку в синей юбке помню, И помню, в драке рассекли мне как-то бровь, Пока влюблённость первая и нежная стояла ровно. «Он» был нам старостой, мне — другом, И дополнял один второго идеально, Да хмурый взор его взывал в дурацком сердце стуки, Да, второй раз я полюбил кого-то так банально. Я так люблю, когда он был, Когда он жил, дышал, сидел со мною рядом, И помню я, как след его простыл, Но ничего — спасибо, всё в порядке, так и надо.
