Отмщение

Медленно, но верно сознание возвращалось к моему многострадальному телу. Я пытался открыть глаза, но они поддавались с трудом. Веки, по ощущениям, распухли. Наверное, на обеих глазах у меня нехилые такие фингалы, иначе не знаю, как объяснить плохой обзор. Тогда я попытался пошевелиться, но ни ноги, ни руки меня не слушались. Я чувствовал, будто я не человек, а мешок тошки. Прямо как какой-то овощ. Бесполезная биомасса, которая не то что за себя постоять не может, а даже банально в туалет сходить не в состоянии. Не знаю, сколько времени я так валялся. Казалось, что бесконечно долго. Спустя какое-то время я разлепил глаза и попытался оглядеться, но понял, что даже голову повернуть не способен. Единственное, что я мог видеть — это серый потрескавшийся бетонный потолок, на котором висела на проводе одинокая лампочка. Единственный источник освещения. Я пытался открыть рот, чтобы крикнуть, но, внезапно, понял что не могу связно говорить. Из моей глотки раздавались лишь нечленораздельные хрипы и стоны. Кто меня тогда избил? Помню, что пришёл в бар, выпил бутылку виски, вышел и… Пятеро громил вломили мне до потери сознания. Зачем они на меня напали? Просто решили ограбить? Или кто-то из дружков тех бандюков выяснил, что это я убил того ублюдка, Хайеса? — О, я вижу ты очнулся, здоровяк, — раздался моложавый голос. — Лежи, лежи! Тебе ещё нужно подлечиться! Денёк-другой, и поправишься. Тебя крепко отделали. Кому надо было спасать мою жалкую пьяную задницу? Просто неравнодушным гражданам? Или ещё хрен пойми кому? — Мы тебя лечим, подмываем, кормим… Но ты потом нам отплатишь. Сделаешь для нас несколько вещей и можешь уходить. Хотя, мы будем рады принять тебя в общину. Нам пригодятся люди с благими намерениями, особенно если они против Мордино. Я удивлённо выпучил глаза и болезненно застонал. Так значит это были ребята Мордино? То есть… Они всё же отомстили за то, что я убил Хайеса и его людей? Но почему я тогда ещё жив? — Что, удивлён? Не знал, кто это на тебя напал? А мы знаем. Мы тут всё про всех знаем. Тебя заложили те хулиганы из твоего двора. К ним пришли бандюки Хесуса, и те тебя с потрохами сдали. Эх, как же иронично, что на тебя наехал человек, имя которого иначе звучит как Иисус. Знаю я одного плотника с таким именем. Великий был человек… Я снова стиснул зубы и захрипел. Сука, проклятое шакальё! Сдали меня ссаным латиносам! Сраные Хесус и Хесусик! — Сейчас, я тебя напою. У тебя, наверное, во рту сухо, как в пустыне Мохаве. Он поднёс к моим губам металлическую кружку, я сделал несколько глотков. Мне стало чуть легче. — Вы… Кхе… Вы… Кто? — ворочать языком было тяжело. — Мы презираем этих грешников, бандитов и мафиози. И в отличие от них мы ведём честный образ жизни и желаем Нью-Рино лучшего будущего. Наш пастырь планирует благоустроить город, построить школу и больницу, превратить эти проклятые трущобы в что-то приличное и приятное. Место, где можно будет жить спокойно и красиво. Место, к которому будут стремиться хорошие люди. — Вы… Кхе-кхе… Одна из Се… Семей? — я понял, что спасли меня не бандиты, а хер пойми кто. Я сначала услышал смешок и почувствовал, что кто-то меня похлопал по плечу, которое отозвалось на прикосновение тупой болью. Но вряд ли он это со зла. Наверное, забыл, что у меня там перелом. — Не совсем. Хотя, семьёй нас тоже можно назвать. Нас многие презирают за наши убеждения. Нас многие гонят, считают фанатиками и мракобесами. Но нужно же во что-то верить в такие тяжёлые времена? Вот ты, парень, веришь в Бога? Я не знал что ответить. Не понимаю, кто они? Я слышал о секте хабологов из Сан-Франциско. Но, вроде как, в Нью-Рино их не было. Может, это кто-то из “коллег” отца Тулли? Тоже христиане? — Если… кхем… Бог есть, то наверное он и спас меня от… гибели, — говорить стало чуть легче. — Вы — какая-то секта? — Мы обижаемся, когда нас называют сектой. Слова “церковь Иисуса Христа Святых последних дней” тебе о чём-то говорят? Так мы себя называем. — Э-э, не совсем… — я растерялся. Хотя, я что-то слышал о том, что где-то в Солт-Лейк-Сити живут какие-то сильно верующие фрики. Может он из них? — Многие нас называют “мормонами”, но нам это название… Кажется оскорбительным. Мы себя так не называем. Это как назвать чернокожего “ниггером” или еврея “жидом”. Мы… Пытаемся нести слово Иисуса Христа и его пророка Джозефа Смита в массы. Проповедуем, если говорить проще. Мы учим своих последователей хорошим вещам. Доброте, отзывчивости, альтруизму… Но многие люди, имея черноту в душе, алчность в мыслях и плохие намерения, не хотят принять своей душой Господа Бога. Конечно, есть заповедь “не убий”, но порой… Приходится брать в руки оружие. Потому что помимо первой заповеди Иисус, Сын Божий, говорил “продай рубашку, купи меч”. Никогда не подумал бы, что однажды стану работать на… Как их можно назвать? Отец Тулли называл прихожан его церквушки “паствой”. Наверное и этих мормонов я буду называть также. Ну а что? Паства — звучит красиво. Пока я слушал святошу, то пытался шевелить руками. Максимум, что удалось — это чуть-чуть шевельнуть пальцами. Сами руки, плечи и локти будто задубели. — Не удивляйся тому, что не можешь пошевелиться. На руках и ногах у тебя гипс. Переломы — это штука такая, неприятная. Придётся недели две, а то и три полежать в койке, заблудшая душа. Заблудшая душа? Доля правды в этом есть. Я реально заблудился в хитросплетении своей судьбы. Как я уже говорил, я не был верующим. Но то, что я выжил посли этого избиения — это прям чудо. Кто мог провернуть такое, если не Бог? Но, несмотря на это, я бы не стал присоединяться к какому-то культу. Не любил я все эти службы, проповеди, нравоучение… Хотя, с другой стороны, вера в Бога давала людям надежду, помогала с моралью. Религия — штука неоднозначная. Если брать тех же хабологов — то они реально секта каких-то беспринципных ублюдков. А мормоны… О них я особо не знаю. Может, они всё же хорошие люди. Хотя, этот парень что-то говорил о “взять в руки оружие”. То есть, святоши не гнушаются насилия и убийств? Это звучало как минимум странно. Святоши — и убийство. Это всё равно, если бы Мордино внезапно стали благотворителями и борцами за трезвый образ жизни. Или если бы Райты выступали против алкоголя. Хотя, как я думаю, добро может быть “с кулаками”. Или не только с кулаками, но и с офигенно большой пушкой. Чёрт, наверное эти ублюдки мексиканские по-любому забрали мой ствол. Благо, что деньги я с собой взял не все. Есть у меня дома незаметный тайничок, который, как я проверял, не опустошили те уроды, что убили мою женщину… Так что, оружие придётся покупать заново. — Как только мы тебя выходим, мы… Предложим тебе работу. Ты хороший боец, и такое тебе может быть по силам. Ты думаешь, что христиане — это беззащитные добряки? Это не так. Мы умеем постоять за себя. Мы дадим тебе оружие и снаряжение, как ты поправишься. Наверное, ты догадываешься о том, что мы хотим тебе предложить. Это будет… Опасное поручение. Есть риск того… Что тебя могут убить, или что ещё хуже — искалечить. — Мне… кхем… надо будет убить Хесуса Мордино? — сложил я “два и два”. — Если так, то это крайне сложно. Я не какой-то “Ликвидатор”, из фильмов с Бертольдом Вайсенеггером. Я не робот и не супермутант. Я не могу раскидать толпу боевиков в одно рыло. Тут нужно сколотить свою банду прожженных бойцов, которые немало пороху понюхали… Я бы позвал своих приятелей, с которыми охранял караван, но они на такое не решатся… — Тех пятерых грешников из притона ты смог отправить к праотцам в одиночку. И мы… предложим тебе подкрепление, звать караванных друзей не надо.. Есть несколько ребят, которые имеют зуб на латиносов. Они молодые, злые, дерзкие и умелые. А один из них и вовсе ветеран из “Первого Разведбата”, опытный боец. Таким “отрядом” вы застанете мафиози врасплох. Они не ожидают, что кто-то решится на них “наезжать”, как они любят говорить… А еще они думают, что ты был убит. Они удивятся, увидев того… кого считали убитым. Я тоже думал, что ты испустил дух. Ты был, как отбивная, на тебе живого места не было. Поражаюсь тому, как ты смог выжить. У тебя сильный ангел-хранитель, не иначе. За тобой будто приглядывает сам Архангел Михаил. Да, то что меня избили до полусмерти — это правда. Давно мне так хреново не было. Хотя, пожалуй даже не давно, а никогда. Пару раз ловил пистолетные пули в торс, но мне везло, и я выживал. А тут меня толпа превратила в мешок со сломанными костями внутри. Наверное, мне очень повезло. Хотя везение ли это? Я думал, что умру. Но нет, меня будто кто-то вытаскивал с того света. Наверное у Бога свои планы на мою жизнь. Если я выживу после налета на Мордино, то… Ну, может быть уверую. Присоединюсь к тем же мормонам… Хотя не, как они там себя называют? Церковь Святых Последних дней? Я лежал, смотрел в потолок, и думал… Стоит ли идти войной на Мордино? У них много бойцов, вооружённых скорострельным оружием. Опытные, закаленные в уличных боях головорезы, габаритами реально шкафы, все как один суровые качки. Хотя, как говорил мормон, они не ожидают нападения, и их можно застать врасплох дерзкой атакой. Если мы еще и вооружены хорошо будем, то особенно. Самое крутое, что у мафиозников есть — это Томми-ганы. — А… у вас есть… кхе… оружие? — поинтересовался я. Тот показал мне пистолет в правой руке, и автомат в левой. — Кольт “девятнадцать-одиннадцать”. — он кивнул сначала на пистолет, а потом на автомат. — Томпсон модели М1А1. Патронами обеспечим… То, что мне не с голой жопой придётся штурмовать казино “Десперадо”, обнадёживало. Ведь моё старое оружие, помповик и нож, отобрали налётчики, избившие меня у бара Сальваторе. Этому я не удивился. Я бы удивился больше, если бы они не стали его брать. — Ладно, поговорим позже, когда… Ты будешь в лучшей форме. С Божьей помощью, я верю, что ты поправишься и не мир принесешь Мордино, а меч… *** После моего первого пробуждения прошло хрен знает сколько времени. Неделя ли, месяцы… Я сбился со счёта. Со временем мне сняли гипс, после чего я проходил реабилитацию. Учился заново ходить, пытался нарастить атрофированные мышцы, чтоб вернуться в состояние, в котором был до того, как оказался избит. Я делал разные упражнения, с каждым разом всё больше и больше набираясь сил. Мормоны меня кормили, давали советы, как правильно упражняться. Потом, когда я окончательно пришёл в норму, меня познакомили с тремя парнями, один из которых был ветераном из первого разведбатальона НКР, который закалился в боях против рейдеров и работорговцев. Этого ветерана звали Гарри. Это был широкоплечий высокий мулат, носивший куртку цвета хаки. На удивление, он был молчаливым. — Говорю только по делу, — как-то сказал Гарри. Вторым же из моего “отряда” был азиат, чьего отца убили бандиты, которых крышевали Мордино. Зовут его Лао. — Я… Я стрелял лишь по мишеням. Но уверен что рука не дрогнет, когда я буду стрелять в этих долбаных латиносов! А третий — лысый бледный паренёк, лет семнадцати, которого звали Рон. Он был грустный, депрессивный, будто хочет умереть. — Эти сучары… Мордино… Мой брат траванулся их винтом. Ему попалась какая-то паль, от одной дозы которой он умер через день. Ненавижу этих сучар! Валил бы их беспощадно! Травят народ своей хернёй! Чтобы налёт был успешный, мы с Гарри тренировали и натаскивали остальных двоих. Мы их учили быстро выхватывать стволы и ножи. Учили правильно целиться, стрелять, драться из самого разного оружия. Помимо Кольта и Томми-гана у мормонов имелось несколько дробовиков и пара винтовок. День мы начинали с пробежки, после обеда на окраине города стреляли по мишеням, потом снова бегали. Так мы готовились не меньше трёх недель. Конечно, умелых бойцов мы из Лао и Рона не сделаем, но бегать, стрелять и выхватывать быстро ствол ребята натренировались. Так сказать, прошли что-то вроде армейской учебки. Однажды, собравшись за столом в здании мормонов, мы обсуждали план налёта на Мордино. — Гарри. Ты - снайпер из долбанной элиты НКР, — сказал я мулату. — Затаись в том заброшенном пятиэтажном здании напротив Десперадо. Мы расстреливаем охрану у входа. Когда выбегут ещё бойцы латиносов, чтоб проверить что происходит, ты начинаешь их щёлкать из своей снайперки. Когда все они будут убиты, мы вламываемся в казино и убиваем всех вооружённых. Обычных азартных игроков не трогаем, они не виноваты. Хотя, если кто-то из игроков решит помочь работникам казино — то их в расход. Вопросы? Все лишь одобрительно кивнули. Завтра — “день икс”. Завтра мы идём убивать…