Глава 6. Ночь - время разговоров
27 февраля 2025 г., 10:00
— Она снова ночью по школе ходит?
Шел двенадцатый час ночи. Хогвартс уже давно укрыла темнота, но с картой в руках она воспринималась как самая лучшая мантия невидимка. Кажется, даже портреты не замечали присутствие учеников в коридорах.
Хотя и мародерам надо было отдать должное — вели они себя настолько тихо, что даже миссис Норис бы не придралась. Набегавшись от Филча и ловко уйдя от старост Колдовстворца (они ругались так, что вряд ли заметили чужое присутствие), мародеры отсиживались в классе.
Сириус устроился на подоконнике, обсуждая предстоящий матч по квиддичу с Джеймсом и Римусом. Лунатик, как староста Гриффиндора передал команде факультета самые главные новости. Проблема с набором игроков была решена: на днях должны были провести отборочные соревнования для всех желающих и уже по этим результатам составить команды.
Как капитан гриффиндорской сборной, Джеймс говорил больше всех. Он был доволен, что на поле не будет деревьев — все-таки переучиться с дерева на метлу было проще. Сириус больше негодовал из-за рамок, продиктованных учителями.
Профессор МакГонагалл предупредила, что матч с Пуффендуем состоится уже через две с половиной недели. Этого было катастрофически мало, и утешало только, что все команды были в равных условиях.
Стоило Питеру, который возился с картой, удивленно задать вопрос, как разговоры стихли.
— Кто там, Хвост? — спросил Джеймс, спрыгивая с парты и подходя к другу.
— Сапфира Кристалл, — парень показал на движущуюся точку.
Шла девушка достаточно быстро, иногда замирая у поворотов. Пару раз они уже замечали ее ночные передвижения, но в прошлые разы она была с подругами. Блэк перехватил карту, быстро проверив женские спальни Слизерина и Когтеврана — Лиз и Джейн спали в своих комнатах, и только Алиса патрулировала школу.
— Вот же женщина-загадка, — засмеялся Поттер, через локоть заглядывая в пергамент. — Куда она идет?
— Не знаю, но идет уверено, — ответил Римус, так же следя за девушкой.
— Как будто бы на улицу, — неуверенно предположил Питер.
— Зачем ей туда? — враждебно глядя на значок с именем Сапфиры, иронично поинтересовался Блэк.
Парни внимательно смотрели за передвижениями девушки. Пару раз она останавливалась и подходила к окнам, словно что-то проверяла. Тем не менее уже через пару минут стало понятно, что Питер оказался прав. Сапфира явно направлялась в сторону выхода. Не ясно было одно — зачем?
Доверия Кристалл у Сириуса не вызывала от слова совсем. И так изрядно нервы вчера потрепала, из-за чего друзья весь день шутками изводили.
— Она что-то задумала, — подозрительно сощурился парень и спрыгнул с подоконника.
Всколыхнувшиеся полы мантии зацепили горшок, стоявший у окна. С громким треском он свалился на пол, рассыпая землю и осколки глины по полу. Римус возмущенно зашипел на друга.
— Ты куда собрался? — возмутился Люпин, пока Джеймс рывком останавливал его за плечи.
Импульсивность Сириуса была не кстати. За шесть лет дружбы к этому невозможно было привыкнуть. Смириться — да, но не привыкнуть. Нельзя было пересчитать все то количество раз, когда казалось бы безобидные шутки, высказывания или действия приводили к плачевным результатам. А конца прошлого года всем хватило с головой.
— Она же явно что-то задумала, — Блэк сбросил ладонь друга с плеча. — И я всего лишь хочу знать, что именно.
— Да ладно, Бродяга, — попытался осадить Римус, оборачиваясь на Поттера в поиске поддержки. — Мало ли чем она собирается заниматься, это не наше дело.
— Одна? Ночью? На улице? — с каждым вопросом кривясь все больше, резонно заметил Сириус. — Джеймс, скажи ему!
— Я согласен с Сириусом, — Поттер развел руками, стараясь немного сгладить углы. — Это действительно очень странно, и ничего не случится, если мы просто немного проследим за ней.
— Вот-вот, — закивал головой Блэк и первый направился к дверям.
— А горшок? — растеряно спросил Питер, готовый поддержать любое решение друзей.
— Брось, Хвост. Потом уберем, — откликнулся Джеймс, весело вылетая вслед за Сириусом.
***
Дверь на улицу оказалась приоткрыта. Кристалл предпочла выйти наружу не через главный вход, а через один из боковых. Джеймс сложил карту в карман. Каменная тропинка уходила в сторону хижины Хагрида и Запретного леса. Вряд ли девушка направлялась к лесничему. Парни высунулись из-за высоких камней. Сапфира, время от времени оглядываясь, быстро спускалась вниз. Светлые волосы были распущены и подобно плащу окутывали ее фигуру. От одного взгляда на нее становилось холодно — девушка была одета в легкое белое платье, струящееся до земли. Конечно, погода их еще баловала для середины октября, однако ночью было уже холодно. — И каков наш дальнейший план? — скептически поинтересовался Римус, прячась за камень, когда Кристалл вновь обернулась. Спиной опирался о холодную поверхность, но выглядел при этом очень устало. Под глазами начинали виднеться темные круги, как случалось каждый месяц. Да и вообще, уже завтра-послезавтра Люпину следовало отправляться в медпункт. — Значит смотрите, — воодушевленно начал Джеймс, выглядывая из-за камней. — Дожидаемся пока она скроется в лесу, и тут же начинаем следовать за ней. Потом… — Не-а, — оборвал друга на полуслове Сириус и хитро обернулся к друзьям. Поттер, сначала собиравшийся возмутиться, замолчал, разглядев в серых глазах веселых чертиков. — Я уже все придумал, мой дорогой Сохатый. У меня есть идея получше. А поскольку у нас не все, э-э… — Самодовольная улыбка спала на пару секунд, стоило парню посмотреть на недовольного Римуса, но вернулась уже через пару секунд. — Не все по своему желанию справляются со своими животными желаниями, вы сегодня просто зрители. Весело подмигнув друзьям, он отошел от них на небольшое расстояние. Миг — и вместо Блэка перед мародерами очутилась большая черная собака. Весело махнув хвостом, пес выскочил из-за камней и трусцой направился за девушкой. На открытом пространстве Кристалл явно чувствовала себя не так уверенно, как в темноте школьных коридоров. Она двигалась уже не так быстро, хотя явно хотела как можно скорее скрыться среди могучих стволов деревьев. За то время пока они шепотом разговаривали, девушка прошла едва ли двадцать метров. Собачий слух разительно отличался от человеческого, но вряд ли только благодаря нему Сириус смог различить шорохи сзади. Обернувшись, он не без удивления увидел друзей, пробирающихся по кустам ближе. Понимая, что с таким шумом их не только Кристалл, но и вся школа услышит, пес поспешил перевести внимание на себя. В два прыжка оказался рядом с девушкой и громко залаял. Сапфира перепуганно подскочила на месте. Резко обернулась, отшатываясь назад. На секунду ей показалось, что лай пса стал похож на смех. Расслаблено выдохнула — помимо пса никого рядом не было. Умиленная улыбка тронула губы. Будь тут Алиса или Прасковья, они бы наверняка уже возмущенно шипели из-за спины под подруги от страха. И, пожалуй, бояться было чего. Пес в холке доставал до середины живота, и это при том, что девушка никогда не могла назвать себя очень низкой. Клыки у животного были размером с мизинец, а угольно-черная шерсть никак не добавляла ассоциаций с кем-то… милым. Тем не менее Кристалл без малейшей тени страха протянула руку и ласково погладила пса. Сириус оторопело моргнул и, попятившись назад, сел. Это вызвало еще более умиленную улыбку, а пальцы настойчиво начали почесывать за ухом. — Мара, ты меня напугал, — судорожно выдохнула девушка. — Так ты хотел чтобы тебя погладили, да? — негромко засмеялась Сапфира. Удивленно рассматривая девушку напротив, Блэк отметил, что на ее лице красовалась искренняя улыбка. И пусть адресована она была его анимагической форме, было слишком странно ее наблюдать. А что было еще хуже — Кристалл предпочла говорить на русском, и только по выражению ее лица он немного мог понять общий смысл. Хвост против его воли застучал по земле. Сапфира снова засмеялась. — Нравится, да? Какой же ты красавец. И откуда только здесь взялся? — она ласково потрепала пса по голове. Наконец первый шок прошел. Сириус поспешил отвести морду в сторону. Еще не слышал, но уже догадывался, что друзья умирают от беззвучного смеха. — Ладно, малыш, я тороплюсь, — сделала шаг назад Кристалл. — Может увидимся как-нибудь еще. Ее ладони, украшенные несколькими кольцами, сложились в уже знакомый знак. Секунда, и силуэт девушки растворился. Даже с мироощущением животного Сириус угадывал местонахождение Сапфиры с трудом. Ее ладонь, все так же невидимая для всех, напоследок мягко провела по черной шерсти. Блэк подскочил от неожиданности и пару раз обернулся. Принюхался к воздуху. Запах девушки растворялся в ночной прохладе, да и ветер дул не в ту сторону. — Бродяга, — громкий шепот Джеймса заставил уши дернуться в сторону кустов, однако пес продолжил смотреть в сторону леса, будто желая взглядом отыскать белую юбку. — Бродяга! Иди сюда. Сириус, метнув короткий взгляд на верхушки деревьев, затрусил в сторону кустов. Стоило листве сомкнуться над его головой, как он снова предстал в виде человека. Джеймс, не сдержавшись, захохотал. Питер подхватил его смех, и только Римус слабо улыбнулся. — Пора возвращаться в Хогвартс, — сказал Люпин, стоило парням немного успокоиться. — Нельзя вот так просто шпионить за людьми. — Нельзя вот так просто шастать по ночам в лесу, — Сириус вскинулся сразу. — Я был прав, она пошла в сторону Зап… — Мы все равно ее уже не найдем, — оборвал его Джеймс, становясь на пару тонов серьезнее. — К тому же мы не были готовы к этой вылазке. Я уверен, она еще не раз пойдет в Запретный лес, и в следующий раз мы будем к этому готовы. И вообще, — перебивая самого себя, улыбнулся парень, — у нас со дня на день возникнет «пушистая проблема», так что лишних проблем нам не надо. Воспоминания прошлого года неприятным осадком опутали мысли парней. Сириус все еще не чувствовал себя виноватым из-за той шутки над Нюниусом, однако красноречивые взгляды друзей говорили сами за себя. — Ладно, ладно, — вскидывая руки вверх, согласился парень и недовольно отвел взгляд. — Дождемся более удобного случая. — Отличный настрой, — Джеймс широко улыбнулся и хлопнул друга по плечу. — Мы в любом случае теперь знаем, что Кристалл шла в лес. А это само по себе странно.***
Высокие стволы деревьев сомкнулись за спиной единой стеной, а пушистые кроны почти тут же отрезали свет луны от тропинок. Тем не менее Запретный лес не пугал. Сапфира от чего-то была уверена в своих силах, да и пока не знала чего конкретно стоило бояться. Вряд ли кто-то действительно опасный стал бы появляться близко к школе. К тому же шла Кристалл на встречу с наставником. Она сомневалась, что в Запретном лесу тропинки сами выведут ее к нужному месту, но страха все равно не было. Тихон Миронович ждал ее где-то неподалеку, и девушка могла не сомневаться, что случилось с ней что-то он появится рядом. Дойти же до указанного в письме места она должна была сама. Всего-то и требовалось, что выйти к Черному озеру со стороны леса. Уходить для этого куда-то в чащу не требовалось — за полтора месяца в Хогвартса Сапфира успела проникнуться к озеру особой симпатией, а с помощью Алисы обойти не одню сотню метров по его берегу. В темноте она не сразу различила темную водную гладь. Почти полная луна скрылась за набежавшими тучами, окончательно погрузив мир во мрак. Кристалл шла почти на ощупь, и пускай глаза уже давно привыкли к темноте, мысли ее были рассредоточены, что значительно усложняло передвижения в лесу. Наконец впереди послышались звуки озера. Вода с тихим шумом лизала песчаный берег. В кронах негромко шептались вечерницы, но в темноте неба их нельзя было разглядеть. Слабый ветер цеплял платье и волосы девушки, словно спрашивая не холодно ли ей. Но Сапфира, на удивление, не мерзла. Одна ее часть горела от предвкушения предстоящего занятия. Она же заставила надеть ритуальное платье, распустить волосы и надеть парочку усиливающих оберегов в виде колец. На одежду были наложены согревающие чары. Девушка с трудом дождалась, когда Лили и Марлин лягут спать. Надеялась, что они не заметили ее нервозность, но соседки были слишком уставшими за прошедший день чтобы задавать лишние вопросы. И если Эванс обычно тактично молчала или заводила разговор издалека, МакКинон же спрашивала в лоб. Тонкий слух уловил негромкий шорох где-то совсем близко, и прежде, чем Сапфира успела испуганно замереть, из кустов выполз ёжик. Кристалл мягко улыбнулась, когда черные глаза-бусинки уставились на нее. Мысленно, почти на интуитивном уровне заставила грызуна бежать дальше. Ежик пару раз фыркнул себе под нос и пополз глубже в чащу. Задумчивый взгляд еще на пару секунд задержался на животном. Девушка тряхнула головой и побрела по песку. Вторая ее часть мысленно взбунтовалась. Проблема была точно не в ней — на примере ежика она только что убедилась, что животные относились к ней так же, как и раньше. Как она привыкла. Что же это тогда был за пес? Кристалл не могла точно сказать, что именно ее смутило. Пес словно все понимал, был куда более осознанным, чем обычное животное. Девушка и до этого встречала пушистых «гениев», которые понимали все куда лучше, чем многие люди. Однако с этим псом было что-то другое, но что именно она никак не могла понять. Это было скорее интуитивное ощущение, звоночек, которые зазвенел где-то на переферии ее сознания, стоило ей скрыться, а псу отбежать подальше. Своей интуиции Сапфира доверяла целиком и полностью — не зря ее мама считалась лучшей провидицей Москвы. Яблоко от яблони, как говорится… Впереди показался знакомый силуэт. Отбросив мысли о странном псе подальше — все-таки в Хогвартсе были свои секреты, как и в Колдовстворце, и ничего не мешало псу быть одним из них — Кристалл улыбнулась и поспешила забрести в воду по колено. Тихон Миронович круто обернулся, вызвав волну брызг, и тоже широко улыбнулся. В лунном свете его волосы отливали неестественным серебром, водянистые глаза совсем терялись на мертвенно-бледной коже. Не знай, кто именно стоит перед ней, Сапфира бы решила, что встретилась с утопленником. — Я уже думал, что ты решила не приходить, — притворно-недовольно покачал головой мужчина, уходя в воду по пояс. — Как можно? — следуя за ним и немного подрагивая от накатившего холода, качнула головой девушка. — Мы и так с Вами месяц не занимались. — И я надеюсь услышать самый продуктивный доклад о твоих самостоятельных тренировках в своей жизни, — Водняков отвернулся, пряча улыбку. — Ну-у-у, — протянула Кристалл с сомнением, — я пыталась. Пару минут дыхания под водой в ванне старост считается? Сетуя на Шилова, Алиса пользовалась привилегиями старост по полной и щедро делилась ими с подругами. Кто бы мог подумать, что в Хогвартсе найдется отдельная ванная комната, отведенная старостам. В ней были разные пены и ароматические масла на любой вкус. Последние пару недель девушки ходили только туда, и пару раз Сапфира действительно пыталась практиковаться в водной магии. Ее пятиминутные упражнения получались довольно легко, однако она понимала, что это ни что в сравнение с полноценной тренировкой. — Даже капля в море считается, — скептически отметил Тихон Миронович и качнул головой. — Я Вам, кстати, письмо хотела отправить сегодня утром, — вспомнила Кристалл, ощупывая карманы. — Алек сказал, что это можно сделать с помощью Сёмки. Но я не совсем поняла как, а вечером Вы написали, что ночью будет занятие… Глаза Тихона Мироновича озорно блеснули в темноте. Он давно перенял у девушки сокращенную форму имени директора, хотя при личных встречах называл его по имени-отчеству. Учителя явно заинтересовала другая тема — Сёмка. Сапфира почувствовала то же, что всегда чувствовала рядом с Водняковым. Это были какие-то детские эмоции, которые абсолютно всегда брали вверх рядом с учителем. Тихон Миронович был тем человеком, которые заражал своим хорошим настроением всех вокруг. Он улыбался даже тогда, когда все шло совсем плохо. На всех занятиях, если мужчина вдруг начинал смеяться, хитро щуриться или весело о чем-то рассказывать, Сапфира точно знала, что не сможет устоять под натиском его положительных эмоций. Уже через секунду она так же громко хохотала или внимательно слушала очередную идею наставника. Вот и теперь девушка вдруг почувствовала небывалое воодушевление и ощущение, что Водняков сейчас поделиться с ней чем-то интересным. Она так же озорно улыбнулась и подошла чуть ближе к берегу. Выходить из воды они не стали, но, незаметно для глаз Сапфиры, на мшистой траве неожиданно оказался плед с двумя полотенцами и свертком бумаги. — Сёмка, — начал Тихон Миронович, немного понизив голос, хотя в этом не было никакой необходимости: они все равно были одни здесь, — одна из тайн Колдовстворца. Ты знаешь сколько времени он уже развозит почту по всем этажам? — Не знаю, — тоже вдруг перейдя на шепот, ответила Кристалл. — Алина Геннадьевна говорила, что очень много лет. — Конечно, много. Он появился здесь через несколько лет после основания школы. Точной легенды я не знаю, и, думаю, даже сам Сёмка уже не помнит откуда он тут взялся, но вот только Колдовстворец он очень любит, понимаешь? И любит настолько, что всегда готов прийти на помощь ученикам, учителям и любым научным деятелям, которые имеют хоть какое-то отношение к школе. — Про это я что-то слышала, — пожала плечами Сапфира без толики удивления. Сёмка действительно славился как главный помощник ученикам, за что его и любили. Не было ни одного студента, кто хоть бы раз не обращался за помощью к этому мальчишке. — Но как я могу его позвать, если я в Хогвартсе? — Формально, ты еще студентка Колдовстворца, — ответил Тихон Миронович и полностью развернулся к берегу, не заметив, как передернула плечами девушка. Мужчина всмотрелся в чащу леса и вдруг громким, зычным голосом, рупором приложив руки ко рту, крикнул: «Сёмка! Помощь нужна!». Со стороны могло показаться, что Сёмка просто гулял где-то недалеко, и теперь учитель просто звал ученика. Даже интонации Воднякова были скорее требовательными, чем испуганными. Первые пару секунд ничего не происходило, только эхо все дальше уносило голос учителя. Однако стоило воцариться полной тишине, как из-за ближайшего дерева вдруг вынырнула лошадиная морда. Тихо пофыркивая, знакомая лошадь зацокала вдоль берега. Вслед за ней из-за ствола показалась телега, на которой сидел Сёмка. — Здрасьте, Тихон Миронович! — Мальчик приветственно махнул рукой и соскочил на землю. — И Вам здрасьте, барышня! Сил хватило только на короткий кивок. Сапфира перевела растерянный взгляд на то место, откуда выехала лошадь. В расстоянии между деревьями не то что телега, вряд ли сама лошадь могла проехать. И все же на берегу Черного озера стояла знакомая повозка, как всегда доверху набитая посылками. — Привет, — улыбнулся Водняков. — У меня письмо для Хозяина Медной Горы. Перед мальчиком возникла береста, перетянутая тонкой бечевкой. Сёмка ловко подхватил ее прежде, чем она упала в воду. Весело отсалютовал и легко запрыгнул обратно на телегу. — Кто вовремя помог — тот дважды помог, — выдал мальчишка и взял поводья. — Пословица — всем делам помощница, — согласился Тихон Миронович, вызвав смех ребенка. И даже, когда лошадь скрылась среди деревьев, его смех какое-то время слышался вдоль всего берега. Сапфира озадачено повернулась к учителю. Мужчина громко расхохотался, глядя в недоуменные глаза девушки. — Видела бы ты свое лицо, — протянул он так, словно действительно был расстроен тем, что она не видела своего выражения лица. — Как это произошло? — Не знаю, — легкомысленно пожал плечами мужчина и лукаво окинул ее взглядом. — Сёмка — одна из тех загадок Колдовстворца, которые вряд ли кому-то удастся разгадать. А теперь, когда мы утолили твое любопытство, может наконец вернемся к занятию? Сапфира легко кивнула и медленно двинулась в воду. — Какое похвальное рвение, — ехидно протянул Тихон Миронович. — Сегодня попробуем абсолютно всю практику провести на дне озера. Это тебе за то, что не тренировалась в мое отсутствие.***
Коридоры Хогвартса в этот вечер были особенно тихими. Тени от факелов на стенах танцевали в такт легкому сквозняку, и только звук шагов Алисы и Саши эхом разносился по пустым залам. Патрулирование, как всегда, началось с криков, а под конец сопровождалось напряженным молчанием. В первые полчаса они грозились разбудить всю школу своим скандалом и замолчали только после возмущенных окриков картин. После этого желание заводить разговоры отпало напрочь. Алиса всем своим видом стремилась показать, что патрулирования с Шиловым ей претят. Сам Саша на недовольные фырканья девушки не обращал никакого внимания, лишь изредка окидывая ее странными взглядами. Апраскина как обычно шла впереди, ее шаги были быстрыми и уверенными. Она словно пыталась как можно быстрее закончить дежурство и избавиться от назойливого помощника. Ну вот почему ей в напарники достался именно он? Девушка обернулась через плечо, смеряя парня нечитаемым взглядом. В любой другой раз она обязательно поторопила бы его, сделала бы пару колких замечаний. Однако сегодня Алиса была слишком уставшей, чтобы высказывать свое недовольство. Даже на раздражение уже не было сил, хотя, казалось, Шилов только и делал, что стремился ее вывести из себя. Как-то так сложилось, что вместе они никогда не ходили. Алиса шла чуть быстрее и впереди, в то время как Саша, наоборот, шел медленнее и сзади. Сегодня он еще и витал в своих облаках, сверля взглядом затылок девушки. Она почти физически его ощущала. Тем не менее Шилов пару раз врезался в нее, стоило Апраскиной немного притормозить, прислушиваясь к тишине коридоров. После ее колких замечаний, он стал собранным только внешне. Это подтвердилось, стоило ей только остановиться на повороте, внимательно окидывая взглядом темноту перед собой. Саша налетел неожиданно, неприятно цепляясь подбородком о макушку девушки. Алиса резко развернулась, забыв, что еще секунду назад собиралась вести себя тихо. — Мы не на увеселительной прогулке! Протри глаза и включи, наконец-таки, внимательность! — Прости, — совсем растерялся парень, предусмотрительно отступив назад. — Я просто… Мне показалось, что я услышал шум. — Шум? — раздраженно повторила Апраскина. — Откуда бы? — Оттуда. Не желая признавать собственную оплошность, парень мотнул головой в сторону приоткрытой двери. — Великая Мара, услышь меня, — скривилась Алиса. — Кто-то просто забыл закрыть дверь. Пойдем уже. Шилов, не слушая девушку, настойчиво направился в сторону кабинета. Надеялся, что в коридорах слишком темно и Апраскина не увидит его смущенного лица. Лучше он покажется ей перестраховщиком, чем еще раз услышит хоть слово про невнимательность. Рывком открыв дверь, Саша заглянул внутрь. Алиса, привстав на цыпочки, выглянула из-за его плеча. На полу лежала разбитый горшок. Земля из него высыпалась, а осколки валялись почти по всему полу. — Пивз, — синхронно скривились старосты. Надо было убрать все как можно скорее, пока несносный полтергейст не появился снова. В том, что это дело рук призрака, они не сомневались. Пока Саша возился с палочкой и заклинанием «Репаро», Алиса прошептала «Исчезни» и махнула рукой. Кольцо слегка завибрировало. Комья земли, валявшиеся по всему классу, испарились на глазах. Шилов поставил целый горшок на место и молча вышел из кабинета. Даже такое простое заклинание окончательно вывело девушку из сил. Она потянулась, разминая напряженные мышцы и зашагала вровень с однокурсником. Их обход подходил к концу. Оставалось только добраться до гостинной Гриффиндора. — Чего замер? — обернулась Апраскина, заметив, что Саша снова отстал. — Опять что-то мерещится? — Да нет, — отмахнулся парень, поравнявшись с девушкой. — Думаю, как нам повезло, что мы не встретили Пивза. В следующий раз возмущайся немного потише, он мог нас услышать. — Ох, спасибо за такое ценное наставление, — задохнулась от возмущения Алиса. — Будь ты попроворнее, может я бы и не возмущалась. Вечно ковыляешь где-то сзади. — Я не ковыляю. Просто… не хочу тебя торопить. Ты всегда такая быстрая, я еле успеваю. — Ну да, конечно. — В голосе послышался сарказм. — Просто ты медленный, как слизняк. Может, тебе стоит потренироваться, а не оправдываться? Раздался глубокий вздох. Они стояли слишком далеко от факела, чтобы Алиса могла разобрать выражение его лица. Саша стоял в тени, и его силуэт угадывался с трудом. Впрочем, разбираться, что у него на душе не хотелось. Единственное о чем сейчас мечтала гриффиндорка, так это о теплой кровати. Почему-то она рассчитывала, что Шилов разозлится. Пускай сейчас она сама не могла вступить в перепалку, потому что чувствовала, что может проиграть, тем не менее не раздразнить Сашу она не могла. Тем не менее ответил он абсолютно спокойно, без тени злости в голосе. — Ладно, может, ты и права, — в темноте сложно было различить, но кажется он пожал плечами. — Но, знаешь, иногда стоит немного сбавить темп. Не все же могут быть такими энергичными, как ты. — Если ты попытался сделать комплимент, вышло у тебя отвратительно, — предупредила Алиса, возобновляя движение. До их гостинной оставалось не так уж и много. — Нет, просто констатирую факт, — осадил ее парень, но ускорил шаг, чтобы поравняться. — Ты всегда такая активная. Это… впечатляет. — Шилов, ты сегодня какой-то странный, — она чуть внимательнее оглядела профиль Саши, когда поняла, что привычное раздражение от каждого его действия сменяется на легкое удивление и недоверие. — Тебе там последние мозги вчерашним взрывом поотбивало? — Нет, просто подумал, что мы могли бы поговорить. Не только о патрулировании. Ты же не всегда злишься, правда? Голос парня был подкупающе спокойным. Алиса только пожала плечами, раздумывая вступать ли ей в диалог. Зная, что уже завтра с утра снова будет ругаться с ним даже из-за неправильного взгляда, а до комнаты оставалось всего ничего, она решила ответить. — Только если меня не достают глупостями, — лицо слегка смягчилось, но чем это было вызвано, девушка не знала. — Ладно, о чем хочешь поговорить? Игнорируя собственное удивление, Саша на секунду замолчал, подбирая тему. Остановился на самой нейтральной. — Ну, например, о Хогвартсе. Ты уже привыкла к здешним правилам? Или все еще скучаешь по Колдовстворцу? — Из всех тем ты выбрал именно эту? — разочарованно спросила Алиса и только фыркнула. — Привыкла? Ну, не совсем. Здесь все как-то… по-другому. Но в целом ничего. А ты? — Мне нравится. Хотя иногда скучаю по нашим горам. Ты права, они здесь другие. А вот Гриффиндор мне все больше и больше напоминает Ярило. — Да, — закивала Алиса, все еще недоверчиво косясь на парня. — Слизерин как Хорс, Когтевран — Сварог, а Пуффендуй — Даждьбог. — Только цвета другие. — Ага. Сапфира до сих пор привыкнуть к красному не может. Все время в библиотеке сидит. — Знаю, — усмехнулся Саша. — Мы часто там пересекаемся. Алиса удивленно посмотрела на Шилова, пока он открывал портрет в общую комнату. В гостинную зашли молча. Почему-то девушка никогда не думала, что Саша мог быть частым посетителем библиотек. Да и в те разы, когда она приходила к Фире, его там не наблюдалось. — Ну, получается патруль закончен, — развела руками Апраскина, при приглушенном свете факелов внимательнее разглядывая парня. — Получается, да. До завтра, — слабо махнул рукой он. Алиса развернулась и уже направлялась к лестницам, когда Саша решил ее окликнуть. — Алиса? — Ну что еще? — возвращая голосу прежнюю раздраженность, обернулась она. — Спасибо, что поговорила. Было… — он смущенно почесал затылок. — Интересно. — В следующий раз почитай побольше книжек, — устало, но тем не менее беззлобно уколола Алиса. — Вдруг это поможет тебе выбрать тему поинтереснее в следующий раз. Давай, не задерживай. Она махнула рукой на прощание и поспешила подняться по лестнице, оставляя Сашу удивленно стоять в гостиной. Множество ступенек Алиса преодолела совсем быстро. В комнате было тихо. Кровать Лили была занавешена балдахином. Марлин лежала поперек кровати, отбросив одеяло, а Сапфира по привычке свернулась калачиком в центре кровати, из-за чего казалась еще меньше. Быстро переодевшись, девушка нырнула под одеяло. Стоило голове коснуться подушки, как она тут же провалилась в сон.***
— Разрешите войти, — голова служанки мелькнула в дверях. Анисья сидела на корточки, обхватив себя руками. Кажется, ее тело успело превратиться в один сплошной синяк. Ребра ныли после очередного заклинания учителя. Коса давным давно распалась, платье помялось, а со лба ручьем тек пот. Николай Петрович же, как назло, выглядел безупречно. Только выбившаяся из-за пояса рубашка и несколько растрепанные волосы давали понять, что некоторые заклятья ученицы достигали своей цели. Мужчина вальяжно махнул рукой, разрешая служанке войти. — Госпожа, — женщина присела в реверансе, склонив голову. — Ваши родители прибудут с минуты на минуту. — На сегодня достаточно, — кивнул Николай Петрович, отходя к чудом уцелевшему зеркалу. — Анна, — превозмогая боль, Анисья встала. — Помоги мне привести себя в порядок и отведи нас к родителям. — Как прикажете, госпожа, — улыбнулась служанка и достала из передника гребень. За пару минут вернув девушке прежний вид, Анна направилась к дверям. Анисья откинула волосы назад, горделиво вышагивая по коридорам. Однако уверенной она была только снаружи. Присутствие учителя нервировало похлеще его самых опасных проклятий. О всех успехах и провалах он докладывал самостоятельно, и что мужчина собирался сказать в этот раз оставалось загадкой. Самой Анисье казалось, что их урок прошел хорошо, однако в конце она все равно оплошала. Пропустила несколько проклятий. Снять их Николай Петрович, конечно же, успел, но смотрел при этом на ученицу крайне недовольно. Родительский гнев страшил уже сейчас, но тем не менее девушка жаждала увидеть маму и папу. Их поездка в другое поместье длилась полторы недели, и, какой бы страх ее не одолевал сейчас, Анисья ощущала тоску по близким. Лакеи поспешно распахнули двери. Подхватив юбки, девушка оставила служанку позади и поспешила спуститься с крыльца. Большая, расписанная карета стояла перед главным входом. Дворецкий и несколько слуг уже встречали главу поместья и его жену. Отец Анисьи, Александр, что-то втолковывал одному из лакеев, в то время как Лада — мама девушки — придирчиво оправляли дорожные перчатки, пока одна из ее личных служанок, что-то быстро шептала ей на ухо. Карие глаза стрельнули в дочь не с ожидаемой радостью встречи, а с немым недовольством. Разъяснять взгляд ей не пришлось. Сразу поняла, что прислуга сообщила своей госпоже об опоздании на урок. На губах блеснула легкая улыбка, за которой прятались мандраж от предстоящего разговора и страх перед новым скандалом. Тем не менее снаружи Анисья продолжала выглядеть спокойно и даже гордо — знала, что в противном случае могла получить еще сильнее. — Здравствуйте, маменька, — заулыбалась девушка, подходя к родительнице ближе. — Как дорога? Что-то Вы припозднились. Все ждали Вас раньше. — При въезде один из коней оступился, скакать в полную мощь он не мог, — отмахнулась женщина, беря ладони дочери в свои. — А ты снова заставляешь учителя ждать, — она настойчиво сжала руки, что не предвещало ничего хорошего. Невольно взгляд скосился на Николая Петровича. Учитель снисходительно усмехнулся, подмигнул и поспешил подойти к Ладе. — Если позволите, сегодня я готов уступить Анисье лишние полчаса, госпожа, — любезно начал учитель. — Мы сегодня поработали весьма продуктивно. Не хотите пройти в дом? Я с удовольствием расскажу о сегодняшнем занятии. Женщина пару раз щелкнула пальцами, подзывая прислугу. — Подайте чая и фруктов, — распорядилась она и, слушая подробный и, как показалось Анисье, приукрашенный доклад от учителя, направилась в дом. — Саша, не задерживайся, пожалуйста. — Сейчас-сейчас, дорогая, — полный мужчина средних лет с удивительными каштановыми усами улыбнулся в след жене. — Здравствуйте, папенька, — широко улыбнулась Анисья, радостно повиснув на шее отца. — Что Вы привезли от Потёмкиных? — А Вам, сударыня, только подарки открывать? — басовито рассмеялся Александр. Стоило жене окончательно скрыться за высокими дверьми, подхватил дочь и пару раз прокружил ее вокруг своей оси. Анисья заливисто расхохоталась, звонко целуя отца в щеку. — Ну что Вы, батюшка. Просто очень уж интересно. — Ах негодница, — мужчина шутливо пригрозил дочери пальцем. — Для начала мое поручение выполни, а потом обязательно все подарки отдам. — Ну папенька, — капризно возмутилась Анисья. — Какое еще поручение? Слуг в доме что ли нет? — Загляни в конюшни, милая, и распорядись отвести Сварога в другое стойло. На наших дорогах оступился — хромал до конца поездки. И позови Ратибора, пусть осмотрит коня. — Как скажете, папенька, — недовольно скривилась девушка и поспешила в конюшни. Сколько Анисья себя помнила, отец всегда ассоциировался с лошадьми. Об огромных конюшнях их семьи знали все. Александр холил каждого коня, каждую лошадь и каждого жеребенка. Об их уходе знал абсолютно каждый и нанимал мужчина только таких же преданных своему делу людей. Самые приятные детские воспоминания были связаны у девушки именно с конюшней. Забредала она сюда не часто, все детство проведя на попечительстве огромного количество нянек и учителей. Но в те редкие моменты, когда отец бывал свободен и желал провести время с дочерью, он обязательно отводил ее на конюшни. Пытался привить такую же любовь к лошадям у дочери. Правда, их совместные походы сюда быстро пресеклись Ладой, которая считала подобное увлечение нежелательным для леди. Тишину здесь нарушало лишь мягкое фырканье да глухой стук копыт о дубовый пол. Широкие стойла тянулись вдоль стен — каждое с решетчатой дверцей, за которой виднелись бархатистые морды. Лошади с любопытством выставляли носы, пытаясь понять, кто пришел. Конюшни были достаточно просторными, чтобы сюда могла заехать не одна телега, а животные чувствовали себя свободно. Воздух здесь был густым и немного душным, пропитанным запахом соломы и свеже-скошенной травы, однако дышалось все равно легко. Неудивительно, что отец любил это место. Анисья уверено, но неспеша, пошла вдоль стойл. Большинство слуг столпилось вокруг приехавших телег, разбирая их и приводя в порядок. Иногда раздавалось громкое ржание, но звучало оно так приятно в этой атмосфере, что девушка даже не пугалась неожиданных звуков. Возле каждого стойла находились свои стоги сена. Они лежали бесформенными кучами. Одна из лошадей недовольно и непривычно громко заржала. Она вытягивала шею сквозь решетку и пыталась губами достать хоть немного сушеной травы. Оглянувшись пару раз, Анисья сделала два неуверенных шага к стойлу. Умные черные глаза смерили ее недоверчивым взглядом. Лошадь фыркнула и дернула ушами, снова потянулась к сену, но теперь уже глядя на девушку. Словно бы просила помочь. Снова осмотревшись по сторонам и на первый взгляд никого не увидев, она взяла пучок соломы и протянула на раскрытой ладони. — Капели еще рано обедать, госпожа, — раздался мужской, но немного приглушенный голос за спиной. Анисья резво обернулась, но никого не увидела. Лошадь снова заржала, но теперь от недовольства, однако девушка не обратила на это толком никакого внимания. Более придирчивым взглядом осмотрела проходы и стойла. Все еще никого не видела. — Госпожа, правда, положите все же сено на место, — снова заговорил голос, когда понял, что девушка опять подвела ладонь к носу лошади. — Сначала выйди, коли с госпожой разговариваешь, — раздраженно бросила Анисья, пытаясь выцепить хотя бы малейшее движение. — Как скажете, — прокряхтел голос, с оттенком недовольства. Стог сена с противоположной стороны вдруг зашевелился. С верхушки посыпалась солома, а сама конструкция вдруг начала рушиться с правого бока. В конце концов весь стог оказался разворошен — часть его вывались в главный проход, а оставшаяся солома была беспорядочно раскидана. Вместо сена перед девушкой возник парень приблизительно лет двадцати. Русые, немного выгоревшие от солнца волосы были растрепаны, а серо-зеленые глаза смотрели с сонным прищуром. Лицо его было смуглым от загара, с четкими, но не резкими чертами: высокие скулы, прямой нос, слегка обветренные губы. Рубаха из плотного, грубого материала вся измялась от сна. Анисья окинула придирчивым взглядом его руки. Крепкие мышцы перекатывались под закатанными рукавами, ладони — в мозолях и мелких шрамах. Одним словом человек труда, привыкший к постоянным нагрузкам на конюшнях. Тем нелепее выглядел тонкий перстень, выполненный из железной оправы. Его центр украшал совсем маленький, скорее даже крохотный камешек гелиодора. Досконально изучив семь металлов и свыше сорока используемых камней, Анисья как никто другой умела читать людей и составлять первое впечатление по магическим кольцам. Перед ней стоял человек спокойный, абсолютно уверенный в своих силах и знаниях. Тем не менее характер его был пробивным и свободолюбивым. Не будь он крепостным, наверняка бы занимал важную должность какого-нибудь военачальника. — Как тебя зовут? — чуть вскинув подбородок, спросила Анисья. — Владимир, госпожа, — отряхиваясь от сена, ответила парень. — Ты не знаешь, где сейчас Ратибор? Он должен заняться Сварогом. — Я спал, госпожа, — просто пожал плечами парень. — В дальней части конюшни смотрели? — Володенька, — с усмешкой сказала девушка, — вряд ли бы я сюда пришла, если бы не поискала там в первую очередь. — Мало ли, госпожа, — безразлично пожал плечами Владимир. Общался он вежливо и терпеливо, однако Анисья сразу заметила, что разговором он был недоволен. Сонно щурился и почесывал локти из-за колющегося сена. Явно предпочел бы ей тюк соломы. Девушка раздраженно выдохнула через нос. В гостинной ее уже ждали родители с новыми рассказами, последними новостями и, вероятно, подарками. Любопытство и нетерпение душили ее. Помимо этого сказывалась усталость после тренировки. Окинув Владимира внимательным взглядом, она вдруг широко улыбнулась. Парень чуть более заинтересовано покосился на нее, но тут же перевел взгляд куда-то в сторону. — Ну что ты, красавица моя? — спросил вдруг он. — Проголодалась, да? Анисья сдержала гневный взгляд и колкие слова, когда поняла, что Володя обращается к лошади. Капель, а именно это имя значилось на деревянной табличке у нее над головой, громко заржала, привлекая внимание. — Придется подождать еще полчасика, когда вас всех будут кормить, — проходя к стойлу и ласково поглаживая мордую, возразил парень. Капель пару раз фыркнула, но заметно успокоилась от прикосновений Владимира. — А теперь, Володенька, — наконец одернула его Анисья, — будь добр отвести Сварога к колдомедикам и найди Ратибора. Пускай осмотрит его. — Как прикажете, госпожа, — тяжело вздохнул парень и с тоской посмотрел на разворошенное сено. — А еще у тебя все волосы в соломе, — девушка прикрыла растянувшиеся в улыбке губы, когда Володя с удивленным выражением лица принялся лохматить свои волосы еще сильнее.***
Судорожно вздохнув, Сапфира резко села в кровати. Глаза быстро перебегали с одного предмета на другой, пока мозг лихорадочно соображал, что происходит. За окном стояла глубокая ночь, и только луна заглядывала в комнату сквозь щель между шторами. На краю кровати, цепляя макушкой балдахин, сидела Алиса и крепко держала подругу за плечо. — Тише, тише, — взволнованно зашептала Апраскина, внимательно вглядываясь в лицо напротив. — Это я. Не спешила отнимать ладонь, но заметно ослабила хватку. Не глядя, отставила свечу на прикроватную тумбочку. Сапфира провела рукой по лбу — на нем выступила испарина, хотя она не могла точно сказать из-за чего. Сны про Анисью не снились ей достаточно давно, чтобы она перестала о них волноваться. Тем не менее сейчас снова досконально помнила весь сон. Снова переживала его от лица незнакомки. Чувствовала себя при этом Кристалл странно: ничего пугающего ей не снилось, но на душе было тревожно и гадко. Она чувствовала себя достаточно измотанной и потерянной. К тому же Алиса выглядела ужасно уставшей, но смотрела при этом так внимательно, что Сапфира невольно смутилась. Снова провела рукой по волосам, теперь уже в попытке успокоить скачущие мысли. Лили и Марлин спали в своих кроватях глубоким сном. — Воды принести? — шепотом спросила Алиса, на что Кристалл только отрицательно мотнула головой. — Ты как вообще? Крутилась очень сильно, что-то бормотала, стонала… Я испугалась. — Прости, — так же шепотом ответила Сапфира. — Просто сон. — Уверена, что «просто»? — недоверчиво сощурилась подруга. — Выглядишь так себе. — Все хорошо, — поспешила успокоить ее девушка. — Завтра все обсудим, ладно? — Ладно. Пусть свеча останется у тебя. Спокойной ночи. — Спокойной. Сапфира вновь легла на подушки. Молча слушала, как ложится в свою кровать Алиса, крутится, укрываясь поудобнее. Как с каждым вдохом ее дыхание становиться все ровнее и спокойнее. Пристально наблюдала за дрожащим танцем огонька. Он крутился от каждого слабого потока ветра, расточая по комнате слабый, еле уловимый аромат ладана. Прикрыв глаза, Кристалл продолжила следить за ним из-под ресниц. Мысли снова вернулись ко сну. Она соврала Алисе, сказав, что они обсудят ночное происшествие. Обсуждать эти сны ей не хотелось. Они были важными, сокровенными, и даже доверяя подругам абсолютно, Кристалл понимала, что не расскажет о них ни слова. Стоило только подумать о том, чтобы поделиться ими с кем-то, как все ее нутро тут же противилось этому. Она не знала с чем это было связано, но откуда-то точно знала, что стоит ей хоть словом обмолвиться о снах, как они прекратятся. Будто бы перешагнет невидимую грань, перестанет быть молчаливым наблюдателем чьей-то истории. Вряд ли Сапфира могла доверяться в таком деликатном вопросе даже маме. Рубина, будучи сильной прорицательницей, точно могла бы подсказать, что делать и чем сны вызваны. Но девушка твердо решила, что пока будет молчать. Ускользающее в сны сознание избавило ее от чувства тревоги. Уже засыпая, Кристалл уверила себя, что все произошедшее было связано с неожиданной тренировкой. Тихон Миронович, кажется, предупреждал о подобных побочных эффектах длительного использования магии тонких материй. Усталость взяла свое, и веки сомкнулись. Огонек продолжал одиноко мерцать, когда Сапфира погрузилась в сон.
