Понедельник начинается в субботу

      Его разбудил резкий шум, донёсшийся из коридора. Пока Северус тянулся за обувью, в коридоре раздался взрыв, заставляя его выскочить из квартиры босиком и в мантии, накинутой прямо на пижаму.       Коридор был заполнен туманом, из которого слышалось хриплое дыхание. Взмахом палочки развеяв дымку, мужчина задохнулся от ужаса.       Половина ступеней лестницы, ведущей в подземелья, была разрушена и покрыта каплями крови. Ниже, на целых ступенях, было неподвижное тело, целиком закутанное в тёмную материю. Под лестницей в луже крови лежала его соседка, вся покрытая каменной пылью. Серая мантия была разорвана в нескольких местах и покрыта тёмными пятнами, левая нога неестественно вывернута, а по туловищу пробегала судорога.       Быстро оценив ситуацию, Снейп бросил связывающее заклинание в тёмную кучу и отправил свою призрачную лань Альбусу: — Лестница в подземелье, нападение, мисс Келли ранена. Срочно нужна Поппи.       Диагностическое заклинание записывало повреждения, пока Северус разрывал одежду вокруг раны на плече девушки. Слава Мерлину, что столь рваная рана была характерна для сильного Диффиндо, и его заживляющее заклинание зарастило бы её, не оставив и шанса снова открыться при перемещении в больничное крыло. «Вулнера санентур», — бормотал он, проводя палочкой по раненому плечу. Когда рана затянулась, мужчина окровавленными пальцами выхватил из воздуха пергамент и выругался, увидев перечисленные травмы:

«Закрытый перелом бедренной кости левой ноги;

Перелом щиколотки;

Перелом III ребра слева;

Перелом IV ребра слева;

Перелом V ребра слева;

Перелом IV ребра справа;

Перелом V ребра справа;

Разрыв левого лёгкого;

Сотрясение мозга (средней тяжести);

Рваная рана (грудная клетка);

Рваная рана (предплечье левой руки);

Рваная рана (правое плечо);

Массивная кровопотеря;

Повреждение нервных окончаний, характерное для заклинания Круциатус.»

      Переносить Далию в таком состоянии Снейп бы не рискнул. Самыми опасными из всего перечисленного в пергаменте были кровопотеря и разрыв лёгкого, и он медленно перевернул девушку на спину, повернув её голову набок — судя по крови, с каждым вздохом стекающей из уголков губ на бледном лице, она могла бы просто захлебнуться. Откинув грязный пергамент в сторону, мужчина снова взял палочку и поднёс её к ране прямо под бюстгальтером.       Он уже залечивал руку, когда его резким движением отстранила мадам Помфри. Быстрым взглядом проглядев пергамент, лежащий рядом, она склонилась над Келли и начала быстрым шёпотом читать исцеляющие заклинания. Северус огляделся.       Кажется, пленник на лестнице пришёл в себя, дёргаясь в попытке снять верёвки, однако Дамблдор игнорировал его, вертя в руках незнакомую палочку и серьёзно наблюдая за работой колдомедика. — Ты видел, что здесь произошло, Северус? — Бросьте, директор, если бы я здесь был — пострадал бы хоть кто-нибудь так? — устало ответил зельевар, когда подошёл к старцу. — Нет, я проснулся от звука взрыва. — Хорошо, — Альбус взмахом своей палочки восстановил лестницу и поднялся к единственному в коридоре портрету вейлы, скрывающему комнаты ведьмы, которая сейчас истекала кровью внизу. — Дорогая Аморе, Вы что-то видели? — Не совсем, директор, — отозвалась девушка мелодичным голосом с чудовищным акцентом. — Я есть видеть, как Далия пройти мимо меня к подземелья, а потом её позвать голос, так грязно ругался! А потом три фигуры, все чёрный, пошли туда же… Потом всё было в дыму, и из облака выбежать только две чёрный фигура. Ну, а потом прийти Вы… — Спасибо, Аморе, — директор слегка поклонился девушке и задумчиво посмотрел на чужую палочку, зажатую в левой руке. — Приори инкантатем.       Из палочки вырвалась дымка, сформировавшая ногу, обтянутую джинсовой тканью. Нога слегка напряглась и затем ужасным образом согнулась, ломаясь. Следующим заклинанием был мощный щит. И последующими пятью тоже. А затем — стайка птиц. — Шестой курс? — недоверчиво спросил Северус, спускаясь вслед за Дамблдором к связанному туловищу, всё ещё пытавшемуся выбраться из верёвок.       Дамблдор молча взмахнул рукой без палочки, и со всё ещё связанного человека исчезла чёрная мантия, открывая юношеское лицо с чёрной повязкой на глазах. — Кинни, — потрясённо вздохнул декан Слизерина, наклоняясь к мальчишке и срывая с него повязку. — Какого хрена ты сделал?       Мутные глаза сфокусировались на нём и наполнились ужасом. — Профессор, я, я… — Вы пойдёте в мой кабинет сами или я отправлю Вас туда заклинанием, выбирайте, — лёд в голосе Альбуса, казалось, был способен заморозить всё подземелье. — Это не я, клянусь! — вскрикнул мальчик, оглядываясь на Помфри, сосредоточенно работающей над профессором маггловедения, всё ещё лежавшей без сознания в луже собственной крови. — К директору, — произнёс Снейп бесстрастно, оглядываясь туда же. — Я подойду позже. Когда он подошёл, Поппи как раз создала носилки, левитируя на них бледное безжизненное тело девушки. — Северус, мне нужно больше кровевосполняющего зелья, и одно, восстанавливающее нервные окончания, — серьёзно сказала ведьма, поднимая носилки палочкой перед собой. — И спасибо, без тебя она, возможно, погибла бы.       Мужчина резко кивнул и развернулся на пятках, уходя в кладовую. ***       Блондинка сидела на берегу на своём любимом камне и наблюдала, как волны, покрытые солнечными бликами, бьются о скалистый берег.       Этот крошечный островок за Белфастским заливом она нашла случайно лет в девятнадцать, когда в один из редких выходных дней слишком устала от учёбы и работы и достала из коробки свою старую метлу. Далия никогда не была фанаткой квиддича и полётов, но признавала, что это один из хороших способов путешествий — не лучший, определённо, но помогающий развеяться. Тогда, заприметив маленький скалистый островок, покрытый валунами, травой и мхом, девушка решила сесть там. И поразилась тому, насколько тихим, уединённым и спокойным было это место. С тех пор в свои редкие выходные она иногда аппарировала в расщелину между двумя небольшими валунами, расстилала свою куртку и часами наблюдала за волнами и практиковалась в магии. «Но почему я снова здесь? Разве я не уехала из Ирландии? Разве не была в Хогвартсе?» — закралась мысль.       В ответ море зашумело сильнее, будто шепча что-то. Солнце, казалось, мгновенно закрылось грозовой тучей, поднялся ветер, и в этом ветре откуда-то доносился мерный звон стекла.       Стекла?       Откуда здесь, чёрт возьми, стекло?       Волны стали биться о скалистый берег сильнее, и теперь в них отчётливо слышались шепчущие голоса: «…незаконно. Мы должны дождаться разрешения его родителей на подобный шаг, а они в жизни этого не позволят.» «Но единственный портрет и использованные заклинания доказывают, что мальчик был там явно не один. Как ещё мы можем узнать, кто это был?» «Почему бы вам двоим просто не запереть его и не подождать? Я думаю, после нескольких дней он сам расскажет.»       Девушка бросила в воду камень, и звон стекла затих, как и яростный шум волн, даря ведьме шанс расслабиться. Прошло, казалось, несколько часов, прежде чем её спокойствие снова было потревожено теми же резкими звуками, и Далия застонала. «Мисс Келли?»       Ей хотелось сказать, чтобы эти грёбаные волны шли к чёрту и оставили её в покое, но они шумели лишь сильнее, шепча её имя разными голосами. «Мисс Келли, Вы нас слышите? Мисс Келли? Далия!»       Ледяным порывом девушку вырвало из сна, и резко пришло осознание, где она находится. В глаза что-то ярко светило, и она приподняла правую руку, прикрываясь и морщась от боли. — Мисс Келли, как Вы себя чувствуете? — спросил заботливый голос колдомедика откуда-то справа.       А как она себя чувствует? Ну, левая рука определённо отказывалась нормально шевелиться и тряслась от малейшего напряжения, жутко болела голова, и всё тело ощущалось тяжёлым и неподвижным. — Как будто меня переехал ёбаный грузовик, — простонала Далия, зарываясь пальцами в волосы. Рядом раздался смешок, а Помфри возмущённо фыркнула, с усилием заставляя девушку убрать руку от глаз. Блондинка попыталась сопротивляться, но безуспешно — тело всё ещё было слишком слабым. — Мисс Келли, уберите руки… Хватит дёргаться! Да дайте мне выполнить диагностику, Вы, сумасшедшая! Вы хоть представляете, что могло произойти, если бы профессор Снейп не нашёл Вас?! — Полагаю, завтра меня бы хоронили в Хогсмиде? — хмыкнула она в ответ. — Но спасибо, видимо, я обязана Вам с профессором жизнью.       Пока Поппи диагностировала её состояние, девушка расслабилась и огляделась.       За окном было темно, однако вокруг неё ярко горели факелы, освещая пустынное больничное крыло и раздражая уставшие глаза. Рядом с кроватью в креслах сидели Дамблдор, Спраут и Снейп. Спраут улыбалась ей и размешивала сахар в чае ложечкой (так вот, откуда звон!), мужчины, пока Поппи накладывала заклинания, пристально следили за палочкой колдомедика. — Левая рука восстановится, когда полностью пропадёт повреждение нервов, на это уйдёт несколько дней. Также у Вас не залечено сотрясение, осталась анемия из-за серьёзной кровопотери. В целом, Вы можете выйти отсюда к Хэллоуинскому пиру, если выпьете это сейчас, — Помфри засовывала в здоровую руку пузырьки с зельями один за другим, не давая времени даже сморщиться от вкуса. Затем колдомедик сурово посмотрела на Дамблдора. — Десять минут на эти ваши разговоры, Альбус, не дольше, мисс Келли нужен сон.       Две старших ведьмы вышли из больничного крыла, оставляя девушку наедине с очень хмурым деканом Слизерина и торжественно-спокойным директором. — Итак, мисс Келли, можете рассказать, что произошло? — Так, ох… Я делала обход, всё было тихо, и я собиралась спуститься в подземелье. В коридорах никого не было, но я не проверяла ниши и тайные проходы, — Далия пожала плечами. — Так вот, я спускалась по лестнице, и тогда меня сзади позвали… — Позвали? — Ну, окей, оскорбили. Голос, правда, странный был — изменённый заклинанием, я думаю. Слишком хриплый, но не слишком взрослый для ученика, как-то так. — Вы точно уверены, что голос был изменён? — подал голос зельевар, не отрывая взгляда от лица девушки.       На самом деле на шестом курсе Далия с одногруппниками часто баловались с чарами изменения голоса и внешности, что были спрятаны в Запретной секции библиотеки. Молодой аврор Джи Вон Чанг по просьбе директора проводил им занятия взамен миссис Кинг, преподававшей им Защиту в том году, и преждевременно ушедшей в отставку по неназванным причинам. Будто бы в Пророке не освещалась бойня в доме её единственного сына. Чанг тогда рассказал им о списке экзаменов, которые прошёл он сам, и маскировка со скрытностью показались студентам интереснейшей темой для внеклассной практики. Так что Далия регулярно слышала из пустых коридоров охрипшие до неузнаваемости голоса, пытавшиеся подловить одноклассников врасплох безобидными чарами. — Ну, или Mutarus, или парень выкурил разом пачку Ротманса меньше, чем за час до этого, а на сигареты у меня нюх хороший, — снова пожала плечами блондинка. Директор кивнул, предлагая продолжить. — Я обернулась, там было три фигуры в плащах, закрытые по уши — ну, и я не успела ничего сделать, как меня сбили с ног и начали атаковать. А потом я кинула пару заклинаний и…       Ой. Лицо загорелось от стыда, и Далия резко опустила взгляд вниз. — А потом вы взорвали лестницу, — раздражённо продолжил Снейп. — Вас никто не будет ругать за то, что Вы защищались, мисс Келли, и лестницу уже восстановили. Никто не пострадал от взрыва. Вы можете что-то сказать о личности нападавших? — Нет? — как будто спросила девушка слегка сонно. Зелья действовали быстро, но голова всё ещё болела и разговор утомлял её. — Ну, я имею в виду, это либо недавние выпускники, либо старшие дети, потому что они всё кастовали невербально, но, кроме этого, вряд ли.       Мужчины переглянулись. — Ну что ж, раз Вам нечего добавить, тогда мы не будем более мешать Вам, девочка моя, выздоравливайте, — директор бросил взгляд в сторону кабинета колдомедика и улыбнулся Далии. Та кивнула в ответ, сдерживая зевок, и откинулась обратно на подушки, прикрывая глаза.       Когда дверь закрылась за посетителями, ведьма уже крепко спала. ***       Когда девушка вновь открыла глаза, было всё ещё (снова?) темно. За окном сияли звëзды, больничное крыло тонуло в полумраке, все факелы, кроме одного, над входной дверью, были затушены. Далия потянулась за палочкой и вздрогнула, когда заметила сидевшего в кресле рядом с ней мужчину. — Как самочувствие, Далия? — протянул Снейп, не шевелясь. Его поза была расслабленной, левая рука держала палочку на колене, правой он подпирал подбородок. — Нормаль… — сухость в горле заставила ведьму закашляться и схватить предусмотрительно оставленный кем-то стакан воды с тумбочки. — Всё в порядке, правда. Что Вы здесь делаете, проф… Северус?       После их странного разговора на башне она с трудом заставляла себя обращаться к профессорам по именам. Почти всё учителя были значительно старше и помнили её маленькой девочкой. Профессора Астрономии, Защиты и Зелий были наиболее молодыми из педагогов, и если к Майку Колсону и Авроре Синистре она спокойно могла при всех обратиться по имени, то называть Снейпа Северусом старая привычка школьных времён не позволяла. Лишь наедине, когда он сам напоминал о фамильярности, она вспоминала его совет и следовала ему. И всё равно каждое подобное обращение вызывало у неё желание сморщиться, извиниться и добавить «сэр».       Самого же зельевара, казалось, её смущение ничуть не трогало, и он, проигнорировав заминку, ответил: — Я полагаю, Вы помните, что стали жертвой нападения вчера ночью, — ага, так всë-таки она тут уже сутки! — Директор посчитал необходимым до Вашего выздоровления и выяснения личностей всех нападавших оставить Вас под круглосуточной охраной. Так как у Минервы и Филиуса занятия сразу после завтрака, а мистер Колсон дежурил здесь днём, на ночь остался я, — лекторским тоном завершил Снейп.       Далия нахмурилась. — Я не понимаю, это действительно необходимо? Я не хотела бы отрывать профессоров от работы… — А профессор Дамблдор на данном этапе не хотел бы привлекать авроров.       Пазл быстро сложился в голове. — Так это всё же были студенты?       Мужчина напрягся на секунду, затем расслабился и ухмыльнулся. — Я ни слова об этом не говорил, к тому же, повторюсь, я здесь именно из-за того, что личности всех нападавших неизвестны.       Девушка откинулась на подушки и уставилась в потолок. — Знаете, если это всё же были студенты, я не хотела бы их отчисления. — Почему? — мягкий тон Снейпа явно был обманчивым, это уж она знала ещё со школьной скамьи. — Потому что они несовершеннолетние? — Нет, потому что, технически, я спровоцировала их, — ответила Далия, прикрыв глаза. — Знаете, я ведь не идиотка. Я помню наш разговор, и была в курсе, что кто-то возненавидит меня за эти дополнительные занятия, за собрание Слизерина, за сравнение Того-кого-нельзя-называть с Гитлером — нет, правда, я понимала, что хожу по краю. Но честно, я не могу учить детей и врать им в глаза, не могу давать им меньше, чтобы они чувствовали себя комфортнее в своëм маленьком коконе… Понимаете? — Далия, а зачем Вы вообще пришли сюда? — услышав неожиданный вопрос зельевара, девушка раскрыла глаза и повернулась к нему.       Мужчина выглядел… любопытным. — Ну, на самом деле, — нерешительно начала блондинка. — Знаете, мой отец был хирургом — маггловским врачом, который орудует скальпелем и спасает жизни. Папа знал, что женится на ведьме, и был рад, когда его дочь унаследовала магию, но всё равно помогал мне с образованием и домашними навыками — объяснял математику и биологию, показывал, как работает телевизор, радио, холодильник, тостер. Они с матерью с детства учили меня, как жить в обоих мирах, ведь, по словам мамы, магия могла подвести, а знания — никогда. Когда погибла Мэри, папа серьёзно воспринял моё желание стать аврором и покупал мне маггловские справочники по выживанию, учил самозащите без палочки, всему, что знал сам…       Голос сорвался, и она замолчала ненадолго, смаргивая слезы. — Ещё папа обожал фантастику — и вечно спрашивал меня, может ли магия создать лекарство от рака? Или порталы в другие миры? Мы часами сидели с родителями, обсуждая это… После школы, когда в аврорах отпала такая серьёзная необходимость, я не знала, куда пойти, и решила продолжать то, чего он хотел от меня — училась защищать себя, жить в обоих мирах, не искать лёгких путей, в конце концов. И я научилась, никто во всей Ирландии не назвал бы меня странной или не вписывающейся. Но, помимо этого, я научилась огромному уважению к магглам — к их стремлению всегда делать всё новое, и чтобы было лучше, больше, быстрее, сильнее. Мы, почему-то, почти не развиваемся, а они так стремятся вперёд, что когда-нибудь их дети смогут творить чудеса сильнее нашей магии, просто разгадав законы природы.       Она остановилась, чтобы сделать глоток воды, и продолжила: — Когда я училась их науке, я всё думала — почему мы не можем создать лекарство от рака для них? Почему не полетим на Марс сами? Если честно, я всё ещё не понимаю, профессор. Мне кажется, придя сюда, я найду среди учеников мечтателей, таких же, как я, и вдруг уже они смогут что-то сделать?       Северус прочистил горло и осторожно произнёс: — Но Вы же понимаете необходимость Статута о Секретности? — Да, да… Но многие вещи можно сделать, не нарушая Статута, понимаете? Я рассказываю нашим студентам, как можно использовать технологии с магией, но не рассказываю, как магией улучшить технологии. — Но сами Вы это делаете, — Снейп рассмеялся, смутив Далию ещё сильнее. — Вы думаете, я не отличу технику, работающую на электричестве, от граммофона Минервы из прошлого века? — Эй, я не могу использовать её древность для своего винила! — возмутилась ведьма, скрывая улыбку. — Эти иглы ужасно царапают, знаете ли, а некоторые мои пластинки уже раритет! — Как скажете, Далия, как скажете, — усмехнулся зельевар, и вернул лицу серьёзность. — Так Вы считаете, что сможете объяснить детям не «равенство и братство», а необходимость прогресса? — И то, и другое, пр… Северус, — с нажимом произнесла ведьма. — Люди не смотрят на эльфийскую магию, как на что-то невероятное, потому что не воспринимают эльфов серьёзно, так почему с магглами должно быть иначе? — Имеет смысл, — хмыкнул мужчина. — Так что бы Вы сделали с нападавшими, будь они студентами?       Повисла тишина.       С точки зрения закона, которому Далия так хотела служить в школе, надо было сдать детей аврорам и забыть, как страшный сон. С точки зрения принципов… Ещё даже не взрослые, мальчики провели бы множество дней в холодной тюрьме, наполненной дементорами, и ожесточились бы ещё сильнее, так и не осознав ошибок. Многие из Пожирателей Смерти восприняли бы мягкость, как слабость, но что, если при всей мягкости наказания всё равно заставить их понять, почему они были не правы?.. — Я бы дала им эссе, — и эта фраза заставила Снейпа поперхнуться. ***       Хэллоуинский пир был великолепен. Вместо свечей под зачарованным потолком Большого зала плавали светильники Джека с разноцветными свечами внутри, призраки устраивали шуточные баталии прямо над факультетскими столами, а тортики в виде котлов с пенящимся зельем стояли на каждом столе.       Очевидно, никто не знал о нападении, но любимые студенты Далии с тревогой поглядывали на неё, заметив явно дрожащую левую руку. И чрезмерную заботу со стороны Колсона, с раздражением подумала она, принимая от него кубок с вином.       С тех пор как нового профессора Защиты представили на приветственном пиру, она не перебросилась с ним и тремя предложениями за исключением приветствий в коридорах. Высокий смазливый американец мало общался с профессорами, предпочитая проводить выходные и свободные вечера в Хогсмиде, где его пышная каштановая шевелюра и белоснежная улыбка приводили в восторг одиноких дам, а уж преподаватели дополнительных курсов, как Вектор или сама Келли, его и вовсе не интересовали. И что-то изменилось, стоило ему подежурить у её бессознательного тела. Совершенно не подозрительно.       Оставалось лишь надеяться, что он не вообразил Далию «дамой в беде», представляя себя её рыцарем. В Белфасте у неё были такие знакомые, и подобное отношение до жути раздражало. — Далия, как насчёт тыквенного пирога? — спросил мужчина, с яркой улыбкой поворачиваясь к девушке. Она вздрогнула от столь контрастирующего с его выражением лица холода в голубых глазах, изучающих её. «Ну, или я на самом деле в беде, вот только он ни черта не рыцарь», — промелькнула паническая мысль. — Нет, благодарю, я думаю, что наелась, — уходить до конца ужина было невежливо, но она надеялась, что Дамблдор спишет это на её самочувствие. — Вы хотите уйти? Я должен проводить Вас, — не меняя выражения лица произнёс профессор Защиты. Девушка беспомощно оглянулась на пустующее место рядом с Минервой. Снейп так и не пришёл, так что в сторону подземелий она в любом случае пойдёт одна. — Да, разумеется, — путей для отхода не было, так что Далия последовала вслед за Майком, втайне понадеявшись, что студенты не будут шутить про жениха и невесту. И что ей привиделась угроза в голубых глазах.       Как только за ними закрылась дверь в тёмный коридор, ведущий к учительскому столу, мужчина прижал девушку к стене, прижимая кончик палочки к её горлу. Ведьма замерла, стараясь как можно незаметнее придвинуть правую руку к карману мантии. — Зачем ты напала на невинных детей? — прорычал американец ей в лицо, и девушка задохнулась от возмущения. — Я напала?! Да ты вообще в курсе, что твои невинные дети разрезали меня на флаг Британии и заставили спать в больнице больше суток?! Да у меня до сих пор рука не шевелится, мать твою! — Я не верю, что студенты могли знать такие заклинания, но ты, взрослая, взорвала пол под ребёнком, и тот мог сильно пострадать!       Палочка, повинуясь беспалочковой магии, выскользнула из кармана прямо в сжатую ладонь, и Колсон отлетел к противоположной стене, лишившись оружия. Выставив вперёд обе палочки, Далия невербально бросила круговой щит, заставив мужчину встать в метре от неё. — Ты действительно такой идиот, или только кажешься, Колсон? — едко произнесла ведьма, повышая голос. — Я знала все их заклинания на шестом курсе, готовясь стать аврором, и то, что я их не использовала тогда, не значит, что нас им не учили! Так какого, мать твою, хрена, ты осуждаешь меня за самозащиту?! Меня, блять, пытали там, а ты думаешь, что я могу просто напасть на детей без причины?!       Дверь, ведущая в Зал, распахнулась, освещая коридор, и из неё вышли директор и Макгонагалл с палочками наизготовку. — Мисс Келли, мистер Колсон, что… Что вообще здесь происходит? — возмущённо спросила Минерва. — О, мы просто спорим, — ухмыльнулась Далия, снимая щит и бросая палочку обратно американцу. — Мистер Колсон не поверил в мою версию событий в подземельях.       Брови Дамблдора вздёрнулись, когда он посмотрел на смущённого шатена. — Я не знал, что вы в Англии учите детей столь мощным боевым заклинаниям, — уставившись в пол произнёс мужчина тихим голосом. — В Ильверморни боевые искусства в полном объёме преподаются лишь на одном факультете, и только после достижения магического совершеннолетия. — А учебные планы ты, конечно, не читал? — прошипела Далия яростно, подавшись вперёд и почти прижав американца к стене. — Посмей ещё раз обвинить меня в том, что я причиняю вред своим ученикам, и я покажу тебе всё, что я выучила за семь лет здесь.       Дверь за ней захлопнулась настолько громко, что эхо разнеслось по всему первому этажу. ***       Северус отложил сигарету и уничтожил дым взмахом палочки, услышав громкий топот по лестнице башни. Время отбоя ещё не наступило, но ученикам было уже поздно подниматься сюда, особенно учитывая облачную погоду.       Несмотря на просьбу Альбуса, мужчина так и не нашёл в себе сил прийти на празднование Хэллоуина, потому уединился на Астрономической башне с пачкой сигарет и бутылкой вина — нежного, фруктового, напоминающего ему о духах Лили. Было бы неприятно, если бы студенты застали его здесь, грустного, нетрезвого и курящего.       Дверь распахнулась с такой силой, что ударилась в стену, и на площадку вылетела профессор маггловедения. Она влетела на широкий парапет, не оглядываясь, и зажгла свои тонкие сигареты палочкой. — Плохой день? — тихо спросил Северус, закрывая дверь и погружая площадку в темноту. Девушка снова уронила пепел на мантию и выругалась себе под нос. Дежавю. — Этот ублюдок Колсон… В жизни бы его не видела, — прорычала блондинка, всё ещё глядя в темноту неба. — Он только что сказал мне, что я напала на невинного, ничего не умеющего ребёнка в коридоре!       Зельевар нахмурился. Те, кто дежурил в Больничном крыле, знали как то, что мальчишка не пострадал, так и то, что Кинни оставили до выяснения обстоятельств в уединённой защищённой комнате в подземельях. Но никто не рассказывал об этом самой пострадавшей. Планировалось, что о личности мальчишки вообще не узнает никто лишний. — И Вы?.. — И я дала ему понять, что преподаватели не имеют привычки нападать на учеников. А ещё, что согласно программе обучения Хогвартса, ничего не умеет только он сам, — руки Далии всё ещё тряслись то ли от последствий Круцио, то ли от нескрываемой ярости.       Северус хмыкнул. Он тогда работал всего лишь первый год, но видел, с какой отдачей студенты учились Защите — на курсе Далии треть собиралась пойти работать в аврорат, по крайней мере, до Хэллоуина. И несмотря на то, что сама девчонка прожила в маггловском мире последние пять лет, навыки так просто не стирались, это он знал по личному опыту. — Надеюсь, Вы не лишили Хогвартса профессора Защиты ещё в самом начале учебного года? — О, нет, но с ним там остались директор и профессор Макгонагалл. Надеюсь, они объяснят дураку разницу между самозащитой и нападением, — Келли затянулась и спустилась на площадку башни, усаживаясь рядом с мужчиной и вытягивая ноги. Девчонка достала палочку, и в воздухе над башней появилась пара десятков огоньков, осветивших площадку тёплым тусклым светом. «Красивая магия», — подумал мужчина, посмотрев на огоньки, и встряхнул головой, отбрасывая воспоминания о Лили, любившей такие вещи. — Вина? — спонтанно предложил мужчина, разглядывая в полумраке сердитое лицо. Очень напомнившее своим выражением другое женское лицо. Нет, хватит, остановись. — Отличная идея, профе… Северус, — отозвалась ведьма и вытянула из пачки вторую сигарету. — По Вашей реакции на Колсона можно сказать, что нападавшие отправятся прямиком в Азкабан, Далия, — сотворённый хрустальный кубок наполнился тёмной жидкостью. — Ваше здоровье, — отсалютовала девушка, отпив вина. — Я всё ещё тверда в своей уверенности не исключать и не сдавать аврорам нападавших, если это дети, но… — девушка протянула трясущуюся левую руку вперёд. — Это всё ещё злит меня, понимаете? — Если бы я был на Вашем месте, наказание не было бы мягким.       Технически, зельевар был на её месте. После недели в Азкабане и суда, на котором Альбус лично оправдал его, Северус вернулся к преподаванию и подвергся нападению от старшекурсницы в первый же день. Глупая гриффиндорка не поверила Пророку, упомянувшему о его «полной невиновности», и попыталась напасть на юношу в уединённом коридоре. Как и сейчас, тогда об этом узнали лишь директор и Помфри, залечившая сломанные кости девочки и царапины Снейпа, а наказанием было отстранение от учёбы на месяц и отработки до ТРИТОНов. — Я же не отказываюсь от нормальных методов вроде снятия баллов, отработок и отстранений, верно? Просто в моём понимании наказание должно, помимо всего прочего, объяснить, что именно студент сделал не так. Исключение бы только подтвердило их правоту, разве нет? — Но как этому поможет эссе? — О, поверьте, если я всё поняла верно — это поможет, — улыбнулась Далия, выпивая ещё глоток.       Они сидели в тишине ещё долгое время, затягиваясь, размышляя каждый о своём. В какой-то момент Северус заметил, что блондинка дремлет. Её рука с затухшей сигаретой лежала на решётке пола, а голова была откинута на каменную стену. Когда он потянулся, чтобы её разбудить, горькая улыбка тронула его губы. Спокойное выражение лица спящей девушки напомнило ему о другой, той, что полтора десятка лет назад дремала на этой же башне, устав от подготовки к экзаменам… Мужчина вздохнул и откинулся обратно, наполняя свой бокал заново. ***       Кинни потребовалось всего три дня в одиночестве, чтобы сдаться и выдать подельников своему декану.       Северус притащил в защищённую комнату ещё двоих семикурсников — своего студента Флинта и рейвенкловца О’Коннелли, и после угроз сдать идиотов аврорам и вытащить правду Веритасерумом, они, наконец, вместе с Флитвиком и Дамблдором услышали версию второй стороны.       По словам мальчишек, слухи о магглолюбке, рассказывающей истории о сумасшедшем Тёмном Лорде, дошли до них почти сразу же после памятного занятия, но они не были уверены в методах воздействия, пока Флинту не пришло письмо от отца. В нём лорд Флинт, чистокровный и самовлюблённый волшебник, спрашивал у сына, почему женщина, посмевшая прилюдно сравнивать их великолепный мир с грязными магглами, ещё и в пользу глупых обезьян, всё ещё ходит по школе.       О’Коннелли, близкий друг Йена Флинта, полностью поддержал идею «наказать грязнокровку». Он же нашёл и подельника — Майкл Кинни довольно громко и нецензурно высказывался в коридорах о новой учительнице. Также рейвенкловец разработал план нападения, закопавшись в библиотеке — изменить голоса, одеться в мантии, скрывающие всё тело, и даже комплекции мальчишек, найти время и место, где «наказанию» никто не помешает, скрыть следы своего пребывания, уйти незамеченными.       За Келли, как выяснилось, следил Майкл, выжидая, пока та не отправится на ночное дежурство в одиночку. Место подобрал Йен, упомянув, что на лестнице и в коридоре, ведущем в подземелья, нет портретов, и там почти никто не ходит кроме самих слизеринцев.       Не учли мальчишки лишь то, что «глупая преподавательница» готовилась стать аврором и получила «П» на ТРИТОНах по четырём из шести предметов. Так что, когда девушка дала им отпор, ослепила и оглушила младшего из нападавших, и создала шум, семикурсники просто растерялись и сбежали. — Так что Вы предлагаете, Филиус, Северус? — устало произнёс директор, когда профессора собрались в его кабинете. — Учитывая применение непростительного заклинания мистером Флинтом, мы должны настаивать на исключении из школы, — хмуро предложил зельевар.       Полугоблин нерешительно начал: — Может быть, отстранение от занятий на месяц, а также снятие баллов и отработка до конца года? Я не поддерживаю студентов, но Альбус, согласитесь, что исключение будет скандально громким. Не думаю, что кому-то из нас, включая мисс Келли, это нужно. — Филиус, наш профессор пострадала от Круциатуса! — возмутился Снейп. — Это должно караться Азкабаном! Хотя, я так понимаю, политика школы предполагает, что иногда на попытку убийства можно закрыть глаза, — зло проговорил мужчина, посылая колючий взгляд в сторону директора. Тот сокрушённо развёл руками: — Я сожалею о той ситуации, Северус, но Филиус прав — исключение студентов привлечёт к данному нападению излишнее внимание, и кто-то может решить отомстить Далии. Кроме того, разве ты сам не считаешь, что юношеские ошибки, какими бы зверскими они не были, можно исправить?       Снейп выругался, отворачиваясь. Неприкрытая манипуляция директора воздействовала на него слишком сильно, и всё, что ему оставалось — согласиться со своими учителями. — Ну, также я хотел бы услышать мнение самой мисс Келли, — прервал его мысли директор.       Зельевар зашипел: — Напомните, Альбус, мисс Келли — декан этих студентов? Она чёртова хаффлпаффка, если Вы скажете ей дать наказание имбецилам, так она их накормит, пожалеет и даст им чёртово эссе! Она буквально так мне и сказала, когда поняла, что на неё напали ученики! — Эссе? — Флитвик прикрыл рот, скрывая улыбку. — И на какую тему? — А я откуда знаю? — взорвался Снейп. — Но она искренне уверена, что это будет отличной идеей! — Хорошо, давайте выслушаем отличную идею профессора Келли, — улыбнулся Дамблдор, подзывая к себе Фоукса.       Северус застонал, спрятав лицо в ладонях.