Понедельник начинается в субботу

      Тёмная фигура в мантии с капюшоном появилась за мусорным баком с тихим хлопком, привлекая внимание сидящей за ним старой ведьмы, одетой в промокшие лохмотья. Она взглянула на аппарировавшего и отвернулась — на Дрянной аллее такие посетители были обычным делом.       Человек вышел из щели между домами и подошёл к кованой решётке, за которой виднелась тёмная вывеска с надписью «Белая виверна». Не останавливаясь, он прошёл сквозь решётку и толкнул дубовую дверь.       В пабе, как всегда, было шумно. Какие-то забулдыги что-то не поделили у самой барной стойки, завсегдатаи сдвинули столы у окна и что-то праздновали. Но часть посетителей скрывала свои лица и вели себя тихо, как и сам мужчина. За тёмным столиком в дальнем углу, будто бы предназначенным для грязных делишек, сидела сгорбленная фигура, ожидая его. Когда он подошёл, человек даже не шевельнулся.       — Убирайся, — хриплым голосом бросил мужчина эльфу, появившемуся рядом со столиком. Тот тут же исчез с громким хлопком.       — Ну, и как он там? — грубо сказала женщина, скрывающаяся под грязной мантией.       — Он злится. Сильно.       — Ещё бы он не злился, — рассмеялась женщина.       — Смешно тебе? — нервно рыкнул мужчина. — Мне вот не очень.       — Ты сам проебался.       — Может быть. Но будешь над этим ржать — и я покажу тебе его методы.       — Ладно, ладно. Так в чём дело?       — Нам дали задание — наказать одну сучку любыми методами, но она уже в Хогвартсе. Ублюдок не мог сказать раньше?       — Она — ребёнок? — в голосе женщины засквозило недовольство. — Я этим заниматься не стану.       — Она — училка. Причём, не из тех, кто сопровождает детишек в Хогсмид, к сожалению. Я разузнал — есть два адреса, но оба под Фиделиусом, так что тут без вариантов, только доставать её из школы.       — Как насчёт моих методов?       — И что ты сделаешь на расстоянии? — насмешливо спросил мужчина. — Уронишь её самооценку?       — Заставлю покинуть школу, — женщина задумчиво забарабанила пальцами по грязной столешнице. — Есть у меня пара вариантов…       — Тогда развлекайся, — мужчина подбросил в воздух небольшой кошель с монетами, и женщина ловко поймала его в полёте. — Да, её имя — Далия Келли. ***       Вслед за Макгонагалл в зал поспешила толпа первокурсников. Около трети из них были знакомы Далии с лета — вот крупный мальчик-блондин по имени Джон Николс стеснительно спрятался в конце очереди, а вон озорная девчонка Анджелина Джонсон стоит рядом с рыжими близнецами — судя по всему, очередными Уизли. Втроём они окружили малышку Мэри Уилсон, что-то ей доказывая.       Далия почувствовала облегчение, увидев, что все восемнадцать её подопечных стоят в зале, улыбаются, изумлённо разглядывают летающие свечи и звёздный потолок. Некоторые из ребятишек смущённо помахали, заметив блондинку за столом преподавателей, и девушка радостно замахала детям в ответ, ловя удивлённые взгляды более старших студентов.       — Посмотрела бы я, как машет Минерва первокурсникам после летних обходов, — хихикнула Септима. — Картина была бы запоминающаяся.       — Ну, я не Минерва, — пожала плечами Далия. — Приятно, что детишки мне рады.       — О, подожди их третьего курса, они будут так радоваться твоим занятиям! Почти никаких эссе или практики…       — Эй! — возмущённо фыркнула девушка. — Я стараюсь, чтобы им было интересно!       — Все стараются. За исключением Биннса, —сказала Вектор с усмешкой, а потом её лицо стало серьёзным. — Ну, правда, тебе не кажется, что ты задаёшь им мало работ?       — Нет, — Далия только отмахнулась, наблюдая, как некий Роджер Дэвис отправляется за стол Когтеврана. — Видишь ли, они и с моими занятиями почти без домашней работы хорошо сдали экзамены.       Вышивка на мантии Анджелины Джонсон сменила цвет на алый, и та гордо прошествовала к гриффиндорцам, мельком улыбнувшись Далии.       — Потому что ты слишком много времени тратишь на свои проекты и консультации, — поддела профессор арифмантики. — А потом ходишь, как призрак, все экзаменационные недели.       — Ну прости уж, — улыбнулась девушка. — Пока что мне это нравится.       — Консультации? — впервые подал голос Антонио Алетти, новый профессор Защиты, сидевший слева от Далии. — Зачем студентам консультации?       Антонио был полноватым смуглым итальянцем среднего возраста, с вечной улыбкой на лице и длинными вьющимися волосами. Он жил в Англии уже несколько лет, но обучался в Шармбатоне, так что многое в Хогвартсе было для него в диковинку. Так, Флитвику пришлось спасать незадачливого брюнета, когда Пивз вылил на него банку чёрной несмываемой краски, а Синистра вытаскивала мужчину из исчезающих ступенек буквально за три часа до пира. Когда Далия на педсовете услышала, что новый профессор тоже не в курсе учебной программы Хогвартса, она дождалась его и буквально заставила мужчину ознакомиться с планами и библиотекой к жуткому неудовольствию мадам Пинс.       — СОВы и ТРИТОНы, помните? — улыбнулась девушка. — Профессора могут по желанию устраивать консультации по экзаменационным темам для учеников.       — Ладно, а проекты? — задумчиво произнёс Антонио. — Этим мне тоже придётся заниматься? Никто не сообщал…       — Нет, это прерогатива мисс Келли, — рассмеялась Септима. — Её ученики интересуются маггловскими изобретениями и технологиями.       — Вообще-то, их применением в волшебном мире, — Далия шутливо погрозила пальцем подруге. — Не путай людей!       — Это и вправду интересно, — воскликнул мужчина. — И что же Ваши студенты делают?       — Сейчас — аналоги маггловской косметики в виде Зелий. А что, хотели бы тоже поучаствовать?       Девушка кинула взгляд на стол барсучат. Там царило веселье — кажется, её девочки Этель и Джоан вовсю делились впечатлениями от летних каникул. Девушка улыбнулась, вспомнив, как студентки были в восторге от фильма, на который они ходили втроём. Далия втайне понадеялась, что смешливая Джоан не распространяет шутку про Бэтмена-Снейпа — отвечать перед Северусом за это не очень хотелось.       — Мой предмет — Защита от тёмных искусств, не вижу соприкосновения наших предметов, — профессор с сожалением хмыкнул.       — Да полно! — возглас получился слишком громким, и Септима слегка дёрнула Далию за рукав.       — Так какое из маггловских изобретений, по-Вашему, могло бы помочь в Защите от Тëмных искусств? — с любопытством спросил Антонио.       — Пистолет и огнемёт, — Далия искренне рассмеялась, глядя на изумленных профессоров рядом.       — Огне…что? — ошеломлённо переспросил мужчина.       — Огнемёт… — Далия хмыкнула, заметив косой взгляд Дамблдора, обращённый в их сторону. — Давайте, я Вам позже расскажу, а то директор меня превратит в рыбу, чтоб мы не болтали.       Профессора замолчали, наблюдая за распределением. Очередь малышей (неужели она была такой же крохой в одиннадцать?) медленно продвигалась, и вот уже оба Уизли отправились в Гриффиндор.       — Мэри Уилсон, — сухо произнесла Минерва, и Далия насторожилась.       Пообщавшись с малышкой два дня, девушка не могла бы сказать, куда ту отправит Шляпа. Точно не львы — для этого ребёнок был слишком забит. Да и слава Мерлину, Минерва не считала, в отличие от Помоны или Северуса, обязательным узнавать о семейном положении студентов. А в случае Мэри стоило провести нормальный медосмотр, да узнать о новых опекунах.       Лишь выпустившись из школы, Далия осознала, как ей повезло с любящей семьёй. В Белфасте в квартирке по соседству жил пьяница, который срывался на жене и сыне, на работе в забегаловке она часто встречала дёрганных испуганных детей, во всём соглашавшихся с родителями… И вот теперь, став профессором, девушка увидела таких же детей — но в чёрных мантиях. И деканам с профессорами редко было важно, что творится у ребят дома…       Тем временем, Шляпа молчала уже больше минуты. По залу прошлись тихие шепотки, прежде чем старый кусок фетра, наконец, выкрикнул:       — Слизерин!       Далия удивлённо приподняла бровь. Магглорождённая забитая девочка среди змеек? Надо будет предупредить Северуса… ***       Преподаватели приезжали в замок заранее не только для того, чтобы сходить на педсовет и предоставить изменённые (или не изменённые) планы работ, но и для того, чтобы заранее подготовить кабинеты к занятиям. Тем не менее, расписание корректировалось вплоть до начала учёбы, так что Северусу нужно было немного времени, чтобы убрать опасные ингредиенты в запирающийся шкаф и оставить на полках лишь полезные для первокурсников травы. Пока он аккуратно переставлял пыль из рога взрывопотама, к двери уже подошли дети, и мужчина невольно прислушался к разговору.       — …Так почему ты пошла в Слизерин?       — Почему ты спрашиваешь?       — Ну, ты же магглорожденная, обычно они идут куда-то ещё, если Шляпа даёт выбор.       Северус удивлённо вздёрнул брови. В этом году к нему поступило четыре магглорождённых. Хоть студенты из-за репутации факультета и считают, что такие в Слизерин не попадают, но его змейки, по крайней мере первокурсники — такие же дети, как и все остальные. Они болтают, заводят дружбу, враждуют, и рассказывают о себе. И за первый вечер в гостиной они точно не усвоили бы урок, что кому-то их происхождение может быть не по нраву. Так что все его студенты были в курсе того, что распределение на Слизерин зависит не от статуса крови…в основном.       — А мисс… Профессор Келли сказала, что нет разницы, кем я родилась, главное — кем хочу стать! И Шляпа то же самое сказала, — задорно ответил ребёнок.       — Келли? Которая маггловедение преподаёт?       — Ага, она принесла мне письмо.       — Странно… Брат говорил, что обычно таким Макгонагалл занимается…       — О, это старая дама, которая нас встречала? Она тоже была!       — Такая важная грязнокровка, аж два профессора за ней приходили, — в разговор вмешался третий ребёнок, и его издевательский тон заставил профессора недовольно поджать губы. — Что, до твоих маггловских мозгов не дошло бы, если бы тебе объяснял кто-то один?       — Заткнись! — рявкнула магглорождённая девочка. — Думаешь, из-за того, с кем я выросла, я тупее тебя, Уоррингтон?       Северус взглянул на часы над своим столом. До занятия осталось ещё две минуты, но глупый спор его первокурсников стоило прервать. Он подошёл к двери и резким движением распахнул её, заставив два десятка детей замереть в испуге.       Он молча прошёл за свой стол, наблюдая, как студенты Гриффиндора и Слизерина (господи, Минерва, я же просил не ставить этих вместе!) рассаживаются, занимая противоположные стороны.       Когда все дети заняли места, он открыл журнал. Тихим голосом он начал зачитывать списки.       Когда он дошёл до фамилии Уилсон, руку подняла маленькая худенькая девочка, сидящая за первой партой. Её тёмные волосы были неряшливо растрёпаны, и Северусу сразу вспомнился вчерашний разговор с Далией.       «— Северус, — она подошла к нему сразу после пира, и лицо девушки было озабоченным. — Помнишь наш разговор о ребёнке с… Чёрт, как бы сказать-то…       — Чрезвычайно напряжёнными семейными обстоятельствами? Помню. К чему этот вопрос?       — Она попала к тебе, — вздохнула девушка. — Девчушка по имени Мэри Уилсон. Я боюсь, что, в сочетании с тем, что она магглорождённая, ей придётся не очень на Слизерине.       — Я уже говорил тебе, что среди слизеринцев изначально не принято испытывать ненависть из-за статуса крови, — нахмурился мужчина.       — Северус, её мать — пьяница, — Келли понизила голос несмотря на то, что все преподаватели уже покинули тёмный коридор за Залом. — Девочка вряд ли умеет ухаживать за собой и постоять за себя. Я боюсь, как бы она не стала жертвой травли.       Снейп вздохнул.       — Далия, травля может быть и с других факультетов… Но хорошо, я пообщаюсь с мисс Уилсон.»       В глазах ребёнка, несмотря на нарочитую улыбку на лице, светилась настороженность, столь знакомая Северусу по отражению в зеркале.       Спасибо, что заметила, Далия. В отличие от меня, о Мэри позаботятся.       Он сделал пометку в журнале и перешёл к следующей фамилии. Закончив перекличку, мужчина встал и подошёл к первой парте.       — Вы здесь для того, чтобы изучить науку приготовления волшебных зелий и снадобий. Очень точную и тонкую науку, — начал он тщательно выученную речь тихим голосом, что сразу пресекло перешёптывания. — Глупое махание волшебной палочкой к этой науке не имеет никакого отношения, и потому многие из вас с трудом поверят, что мой предмет является важной составляющей магической науки. Я не думаю, что вы в состоянии оценить красоту медленно кипящего котла, источающего тончайшие запахи, или мягкую силу жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум, порабощая его чувства… Могу научить вас, как разлить по флаконам известность, как сварить триумф, как закупорить смерть. Но всё это только при условии, что вы хоть чем-то отличаетесь от того стада болванов, которое обычно приходит на мои уроки.       Первокурсники внимали каждому его слову. Он ухмыльнулся и повернулся к Кассиусу Уоррингтону, который так грубо высказывался в коридоре.       Хоть мальчишка и был слизеринцем, но Снейпу доставило бы истинное удовольствие пройтись по самолюбию засранца.       — Мистер Уоррингтон, для чего применяются ягоды омелы? — резко произнёс Северус.       Мальчик растерянно поднял на декана взгляд. Ну, разумеется, он не знал — зелье забывчивости изучалось лишь во втором триместре, и Уоррингтон не выглядел, как студент, который прочёл бы учебники заранее.       — Я… Я не знаю, профессор, — тихо произнёс мальчишка, виновато потупив взгляд.       Снейп посмотрел на задние парты, где за одной партой возвышались аж две ярко-рыжие головы.       — Мистер Фред Уизли, какой животный ингредиент входит в стандартный гербицид?       — Так там все ингредиенты животные, — ухмыльнулся мальчишка, вызывая раздражение Снейпа.       — Мистер Джордж Уизли?       — Слизь флоббер-червя и хребет какой-то рыбы, — с точно такой же ухмылкой ответил второй близнец. Он слегка поморщился, получив локтем в бок от брата, но взгляда не отвёл.       — Ягоды омелы применяются для противоядия от обычных ядов и зелья забывчивости, а «какая-то рыба», мистер Уизли — это рыба-лев, крайне редкая в наших широтах. Как я вижу, большинство из вас не читало рекомендованное к прочтению пособие «Магические отвары и зелья», что неудивительно… И печально, учитывая тот факт, что вы не записываете лекцию.       Тут же зашуршали пергаменты.       На первом занятии все варили зелье от фурункулов. Северус внимательно следил за студентами, предотвращая взрывы и падения котлов, и, на удивление, к концу занятия никто не покрылся ожогами. Хотя братья Уизли удивительным образом сварили зелье для фурункулов, состоявшее из тех же ингредиентов, но добавляемых в других пропорциях, и не описываемое в учебнике первого курса. Впрочем, это не помешало Снейпу снять очки с Гриффиндора и поставить О за урок обоим.       — Мисс Уилсон, останьтесь, — тихо произнёс мужчина, когда студенты начали собирать вещи. Девочка удивлённо кинула на него взгляд, но кивнула.       Когда все покинули кабинет, Снейп взмахом запер дверь и кинул заглушающее, заслужив испуганный взгляд ребёнка.       — Мисс Уилсон, как Вам известно, я — декан Слизерина, к которому, со вчерашнего дня, принадлежите и Вы. В связи с этим я осведомлён о некоторых аспектах Вашей семейной жизни.       Девочка бросила быстрый взгляд на дверь, но промолчала.       — Так как Вы — моя подопечная, я взял на себя обязанность позаботиться о Ваших медицинских нуждах, так что в субботу в девять утра состоится встреча с мадам Помфри, нашим колдомедиком. Но помимо этого… Вы представляете гордый факультет, славящийся своими хитростью и амбициями. Слизеринцы не показывают публично внутренних противоречий факультета, — Северус позволил себе слегка улыбнуться. — А также внимательно следят за своей внешностью.       Вот это заставило Мэри, наконец, ожить.       — Я слежу, просто… Ну, я проспала, и…       — Мисс Уилсон, когда Вы станете немного старше, Ваш социальный статус будет зависеть не только от Ваших знаний, но и от умения ухаживать за собой и манер. Я уверен, что мисс Дженнер, с которой Вы делите спальню и парту, с удовольствием поможет Вам как книгами по теме, так и необходимыми снадобьями. Так что я прошу Вас заняться этим.       — Да, профессор, — смущённо пробормотала девочка себе под нос.       — В таком случае Вы свободны. Не забудьте о субботней встрече.       — Да, спасибо, профессор, — Мэри подхватила сумку и поспешно вышла за дверь.       — О, Мерлин, как же тяжело говорить с маленькими девочками… — пробормотал Северус, подходя к шкафчику с ингредиентами для шестикурсников. ***       В конце недели на завтраке к ней подлетела сова. Обычная сипуха, чем-то напомнившая девушке Белль. Птица вытянула лапку и терпеливо дождалась, пока Далия отвяжет пергамент.       — От поклонника? — улыбнулась Септима, поглаживая сову согнутым пальцем.       — Какие тут поклонники, я же на работе десять месяцев в году, — фыркнула девушка. — Не знаю, это…       Она просмотрела письмо, резко свернула обратно пергамент и бросила его в сумку.       — Что-то случилось? — профессор Арифмантики выглядела слегка обеспокоенной. — Из дома?       — Да… Да, из дома, — Далия заставила себя улыбнуться. — Всё нормально, но я лучше свяжусь с мамой.       Она выскочила из Зала, подхватив сумку, и умчалась в свои комнаты.       Этот учебный год просто не мог начаться по-другому. Лето было таким приятным — она провела кучу времени на море, закончила свой проект, стала ближе к Минерве и Северусу, и даже сходила по магазинам и в кино со своими любимицами с Хаффлпаффа. А значит, осенью точно должно было случиться что-то подобное.       Далия села на свой диван и взяла со столика кофе. Ей пришлось стиснуть кружку обеими руками, чтобы не расплескать ароматный напиток — так сильно девушку била дрожь при взгляде на письмо.       На тонком пергаменте буквами, вырезанными из явно волшебных газет — буквы периодически прыгали или менялись на другие — было наклеено: «Увольняйся, магглолюбивая сука». Ни подписи, ни почерка. Лишь анонимная угроза.       Это точно было в каком-то фильме.       На самом деле это-то и интриговало: метод, которым её решили запугать, был взят из маггловского мира. Волшебники умели подделать почерк, могли использовать печатные машинки, но аноним выбрал именно клей и газетные вырезки.       Конечно, ей пришла в голову мысль отнести пергамент директору или Антонио, однако… Зачем? Это было всего лишь письмо, на пергаменте не было яда или гноя бубонтёра, свиток не был проклят, просто угроза. Мало ли у неё теперь врагов среди волшебного сообщества, учитывая специфику занятий и события прошлого года? Да и в Хогвартсе она в безопасности, если письмо принесла сова откуда-то снаружи.       Но для собственного спокойствия девушка всё равно достала из шкатулки забытый на всё лето серебряный браслет.