Понедельник начинается в субботу

      Далия в этом году снова выбрала в качестве расписания по одному занятию в день, так что после обеда во вторник она уже стояла в камине собственного дома. Коттедж встретил её ароматом сушёных трав и тёплым октябрьским солнцем, проникающим сквозь окна. Девушка наскоро проверила, нет ли для неё писем, убедилась, что в садике всё в порядке, и направилась в библиотеку.       Вообще-то, у неё и правда были книги для Северуса. Почти к концу августа, при уборке, Далия нашла весьма древнее, но хорошо сохранившееся издание «Как превзойти Тёмные искусства», выглядевшее намного толще, чем их библиотечные копии. Также миссис Тейкесберри по какой-то причине оставила великолепный дневник герболога, принадлежавший кому-то из предков её мужа. А ещё, из чистой сентиментальности, девушка положила в сумку «Маленького принца», уверенная, что Снейп эту сказку не читал.       Собрав сумку, Далия пошла к узкому ущелью, за которым заканчивался антиаппарационный барьер. Под ботинками мягко шуршала пожухлая трава, перебивая шум волн, и, внезапно, девушке расхотелось покидать долину, ставшую домом… Но она обещала Эггси книгу, так что, вздохнув, блондинка продолжила свой путь.       Совсем рядом с Дырявым Котлом, на Чаринг-Кросс-роуд, находился крупнейший книжный Британии, а может, и всего мира. Покупки в Фойлз требовали много времени — и книги там были расставлены по издательствам (ну и сколько издательств в мире публикует пособия по механизмам радиоактивного излучения?!), ещё и их сумасшедшая система с очередями… Но, в любом случае, это был тот самый магазин, из которого Далия бы не вышла без нужного учебника.       Поднявшись на третий этаж, девушка огляделась. Отдел учебных пособий был слишком огромен, чтобы она нашла что-то там сама до вечера, поэтому, заметив юношу с фирменным галстуком, она немедленно подошла к нему.       — Прошу прощения, — несмело начала она. Парень обернулся. — Вы не могли бы мне помочь?              — Конечно, миз. Что бы Вы хотели найти?              — Понимаете, мой младший брат увлёкся физикой, и хочет понять, что такое радиация. Я пообещала ему книжку, ну и…              Глаза юноши загорелись.              — Знаете, — улыбаясь начал он, ведя её к одной из полок. — Я как раз собираюсь поступать в Кембридж, на радиофизика. Сколько вашему брату?              — Пятнадцать, — Далия мысленно извинилась перед Коннором, но, учитывая, что он лишь четыре недели назад услышал, что такое атом… — А Вам?              — Девятнадцать, миз! — юноша наклонился и достал сразу две книги. — Вот эту я советую именно как учебник для радиофизиков, если Ваш брат прекрасно знаком с базовой теорией физики и математическим анализом…              Девушка рассматривала содержание книги под названием «Концепции физики элементарных частиц» и почти чувствовала, с каким скрипом работает её мозг сейчас. Фермионы и бозоны? Квантовая хромодинамика? А уж с математическим анализом не знакома была и она, все её знания о физике и математике ограничивались школьной программой, как — в итоге — и знания её учеников.              — Хорошо, а другая? — слабым голосом уточнила она. Парень усмехнулся, протягивая ей объёмный том. — Минутку, это тот самый Азимов?              — Разумеется! Вы не читали его научных работ?              — Не доводилось, — призналась блондинка, отдавая учебник обратно юноше и рассматривая книгу в чёрной обложке. — «Путеводитель по науке»?              — Самая популярная, — паренёк пожал плечами. — Если хотите, могу поискать и другие.              — Да, в рамках естественных наук, пожалуйста, — отстранённо ответила Далия, листая оглавление. В книге рассматривались две из четырёх преподаваемых ею на седьмом курсе наук — биология и физика, и, судя по названию глав, стоило бы заказать с десяток таких книг… За счёт школы, разумеется.              — Вот, — юноша протянул ей ещё пару таких же чёрных книг. — «Азимов о химии» и «Азимов о числах», химия и математика. А Ваш брат тоже собрался в Кембридж?              Если бы в Кембридже был факультет изучения магии — он бы туда точно пошёл. Далия усмехнулась своим мыслям и покачала головой.              — Коннор пока только школьник, и не определился с выбором колледжа. А вот Вам удачи с поступлением!              Парень смущённо улыбнулся.              — Спасибо, миз. Вам ещё чем-нибудь помочь?              Далия задумалась.              — А подскажите, где я могу найти сборник рассказов Азимова?..        ***       Расплатившись за обед в маленьком кафе неподалёку от вокзала, девушка посмотрела на часы и охнула — в книжном она провела больше двух часов, а директор отпустил её лишь до ужина. Недолго думая, Далия рванула в излюбленный музыкальный магазин — за три месяца купленные летом пластинки успели приесться.       — Привет, Далия! Вы за новинками? — знакомая женщина встретила блондинку приветливой улыбкой. Сегодня за прилавком стояла сама хозяйка магазина, поимённо помнящая постоянных клиентов и их вкусы. — Сами посмотрите, или помочь?       — Не знаю, Лорел, — девушка пожала плечами. — Хочу чего-то новенького, но чтоб работать под музыку было легко.       — Вы всё ещё в начальной школе? — знакомые магглы слышали от Далии именно такую легенду — да и так было проще объяснить, почему она то носила в сумке детскую литературу, то справочник по физике, то «Краткий обзор истории живописи». — Тяжело, наверное.       — Да нет, — блондинка улыбнулась, пока Лорел задумчиво перебирала картонные конверты. — Первый год был тяжелее. Дети привыкли, я привыкла.              — Ну и здорово, — женщина достала из конверта пластинку и поставила в проигрыватель. — Вам понравится, это у The Cure новый альбом.              Магазин заполнило тяжёлое звучание синтезатора, подчёркиваемое звоном металлических пластин, и Далия улыбнулась.              — Уже хорошо. Это беру, что ещё подскажете?              Лорел потянулась к коробке, подписанной как «метал», и девушка удивлённо вздёрнула брови — о таком жанре она слышала, но ни разу не слушала.              — Что Вы знаете о Металлике? — хитро улыбнулась женщина, показывая конверт с жутким рисунком десятков белых могильных крестов.              — Эм… Ничего?              — Сейчас… — Лорел почти сразу переставила иглу чуть ближе к центру, попадая на динамичный гитарный рифф. — Эти ребята сейчас — как Битлы лет двадцать назад. Думаю, даже ваши детишки, когда подрастут, будут их слушать.              Хихикнув при мысли, как Северус или Минерва, берущие у неё книги из личной библиотеки, воспримут «металлическую» музыку, особенно от детей, Далия с улыбкой взяла запечатанную пластинку и достала кошелёк.              — Надеюсь увидеть Вас в скором времени, — сказала довольная хозяйка, отсчитывая сдачу.              Если бы Далия знала, как она своим ответом раздразнит судьбу — она бы просто попрощалась, но девушка ни о чём таком не догадывалась, поэтому со смехом ответила:              — Я обязательно заеду в Рождество. ***       Едва девушка вошла в Дырявый Котёл, как почувствовала на себе чей-то взгляд. Она огляделась — из всех посетителей на неё смотрел только старина Том, протирающий серой застиранной тряпкой бокал. Остальные либо общались между собой, либо смотрели в собственные стаканы… Но странное ощущение никуда не ушло.              Бармен кивнул в ответ и проводил её грустным взглядом, когда Далия прошла мимо стойки к двери на задний двор.       Последней остановкой перед школой был известный любому волшебнику магазин в Косом переулке. Похожий на одуванчик старик протирал стекло, когда заметил подходящую к витрине девушку.       — А, мисс Келли! — дружелюбно улыбнулся Олливандер, когда блондинка вошла внутрь. — Десять с половиной дюймов, достаточно гибкая, яблоня и волос единорога… Видел Вас летом несколько раз, сопровождали магглорождённых?       — Да, — с лёгким нетерпением в голосе прервала его Далия, посматривая сквозь пыльные, несмотря на все усилия мужчины, витрины на улицу. Неприятное ощущение на загривке держалось до сих пор. — Простите, мистер Олливандер, я хотела бы спросить одну вещь.              — Слушаю Вас, — старик сел в кресло перед своим заваленным коробочками столом. — Что-то с палочкой?              — Нет, это… Академический интерес. Мы с профессором Флитвиком и студентами занимаемся одним исследованием, связанным с заклинанием Тергео. Мы знаем, что нельзя использовать его на зельях…              — Разумеется, нельзя! — Олливандер недовольно фыркнул. — Надеюсь, Филиус по-прежнему рассказывает об этом сразу же, как показывает чары.              — Да, но я не о том. Почему на зельях нельзя — понятно, а что делать с другими веществами?              — В смысле? — старик подслеповато моргнул, уставившись на Далию. Та устало потёрла виски.              — Ну смотрите, реагируют ли сердцевины палочек с горючими или ядовитыми веществами? Керосином, бензином?              Олливандер слегка кашлянул, продолжая смотреть на девушку.              — Что такое «бензин»?              — Э… — Далия каждый раз забывала, что волшебники — в особенности, те, кто прожил в мире магов уже десятки лет — были не в курсе таких простых вещей. — Это как керосин, но более жидкий и горит лучше. Маггловские повозки ездят именно на нём.              — Я уверен, мисс Келли, что если в этих ваших маггловских веществах не будет магической составляющей, то заклинание должно быть безопасным, — старик звучал очень едко, и девушка быстро поняла, что он был возмущён направлением её «экспериментов». — Это всё, что Вы хотели?              — Да, разумеется. До свидания, мистер Олливандер.              Когда дверь звякнула за спиной у блондинки, ощущение слежки только усилилось. Она поёжилась и аппарировала в школу прямо с крыльца лавки, не заметив недовольный взгляд, которым наградил опустевшее место старик, когда его витрины зазвенели от хлопка. ***       Отбой начался уже больше часа назад, и Северус вышел из комнаты без опасений, что у его ночного визита к соседке будут свидетели. Возможно, преподаватели и догадывались — а Минерва точно знала — о дружбе между деканом Слизерина и профессором маггловедения, но студентам об этом было знать вовсе не обязательно.              Тихо, как кошка, он поднялся по лестнице и остановился у портрета вейлы, ещё раз оглянувшись по сторонам. Даже призраки уже спали — где бы они ни делали это, так что мужчина кашлянул, заставляя вейлу приоткрыть глаза, и тихо произнёс:              — Огни святого Эльма.              Вейла кивнула и отвернулась, укладываясь обратно на зелёную листву. Портрет повернулся, и в коридор донеслись звуки… Возможно, это и была музыка по мнению его соседки, но сам Северус в этом сомневался.              — А, привет, Северус, — рассеянно поприветствовала его хозяйка квартиры, не отрываясь от своего дела. — Присядь пока, я допишу.              Далия сидела за столом, заваленным пергаментами и книгами. Девушка была одета в домашний слишком открытый костюм из шорт и майки, а её длинные волосы были завязаны на затылке в неаккуратный пучок, скреплённый собственной палочкой. Северус сел напротив неё и, чтобы не смотреть на чернильное пятно на открытой ключице (как вообще можно посадить кляксу на плечо?!), стал рассматривать выкладки.              — Сердечная жила дракона не горит, — усмехнулся он, прочтя один из листов.              — А, да? Тогда поставь там пометку, если не сложно, — девушка, позвавшая его на разговор и занимающаяся вместо этого работой, бросила в сторону Снейпа чистое перо.              — Могу я поинтересоваться, чем ты занята?              — Работой, — Далия привычно пожала плечами, и Северуса покоробило даже сильнее, чем обычно — то ли потому, что его раздражал сам жест, то ли потому, что плечи эти были голые. — Это из того… Тьфу, чёрт, ошиблась! Того проекта с Флитвиком.              — По очищающим чарам? И поэтому я могу наблюдать заметки по совместимости ингредиентов и горючести сердечной жилы дракона? — улыбнулся мужчина.              — Я всё объясню, если последний эксперимент сработает, — девушка, наконец, оторвала перо от пергамента и подняла на него взгляд. — Чаю?              — Кофе. Не одна ты ещё не проверила эссе на завтра, — Северус наблюдал, как блондинка убирает все свои выкладки и книги в большую неаккуратную стопку на тумбочке. — Помочь?              — Не, сиди, — Далия прошла на кухню, и уже через полминуты оттуда повеяло ароматом кофе и корицы. — Если не нравится музыка, просто выключи или поставь другую пластинку, — крикнула она.              Северус усмехнулся. Он постарался — а в этом мужчина был действительно хорош — не проявить и доли эмоций, которые вызывала у него гитарная какофония, но, видимо, девушка за прошедший год достаточно узнала его, чтобы понять реакцию. Мужчина направил палочку в сторону маггловского чуда техники. Винил мягко соскользнул с диска, уступая место более мелодичному альбому, копию которого он получил на прошлое Рождество.              Хозяйка вышла с кухни, удерживая кофейник и приборы чарами левитации. Пучок больше ничего не держало, и светлые волосы разметались по плечам, скрывая и чернильное пятно, и острые ключицы. Одна чашка со стуком опустилась перед ним, а на столе по мановению волшебной палочки появилась тарелка с выпечкой.              — Так о чём ты хотела поговорить? — серьёзно спросил мужчина.              — Я хотела отдать книги, — девичьи губы расплылись в хитрой ухмылке, серые глаза сощурились. — Кстати, вот.              Она указала на каминную полку, где лежали три книги, но Северус лишь качнул головой.       — Я вынужден напомнить, что ты говоришь с деканом факультета Слизерин. В чём дело?              — Проще говоря, «не пытайся переслизеринить слизеринца», верно? — усмехнулась девушка. — Ну, хорошо. Только не смейся.              Память услужливо подкинула воспоминание, как пьяная хаффлпаффка, положив голову ему на руку, жаловалась ему на проблему с заклинанием, и Северусу показалось, что он понял тему разговора.              — Я помню о твоих проблемах с вызовом телесного Патронуса. Хочешь начать тренироваться?              Растерянный вид Далии ясно дал понять, что тема разговора была иная, но девушка быстро ухватилась за предлог.              — Было бы здорово, вообще-то. Только ты занят, и я не уверена, что хочу отвлекать…              — Каждое второе воскресенье по утрам я мог бы уделять два часа дополнительным занятиям, — хмыкнул мужчина. — Разумеется, если ты собираешься заниматься этим серьёзно.              — Я всегда серьёзна, — рассмеялась Далия, но, встретив недовольный взгляд, тут же успокоилась. — Окей, я очень благодарна.              — Это всё? — зельевар слегка вздёрнул бровь, допивая ароматный напиток.              — Честно — нет, — щеки блондинки покраснели. — Помнишь, я обещала, что в сентябре расскажу, почему избегала тебя всю весну?              Мужчина кивнул и сложил руки на груди и откинулся на спинку, выжидательно глядя на смущённую девушку. Та начала нервно перебирать пальцами.              — Так вот, дело в том… — Далия прочистила горло и решительно подняла взгляд. — Дело в том, что ты мне нравишься, как мужчина.              Что?              У него будто выбили пол из-под ног. Зельевар просто уставился на хаффлпаффку, пытаясь найти на её лице улыбку или хоть капельку лжи. И не нашёл.              Северусу Снейпу признавались редко, и в большинстве своём — глупые студентки, привлечённые амплуа мрачного слизеринского принца. Лили говорила, что он ей нравится — но, разумеется, имела в виду, что он её лучший друг. И ни разу в жизни он не получал признания от женщины, привлекающей его самого. Поэтому его мозг зациклился лишь на одном вопросе.              Что?              — Честно говоря, я не ожидаю какого-то ответа, и не хочу как-то рушить нашу дружбу, — продолжила Далия, разбивая неловкое молчание. Её щёки стали ярко-пунцовыми, а руки нервно подрагивали. — Просто мне показалось, ну, знаешь, честным сказать тебе об этом, я же обещала.              Показалось честным. Грёбаный Хаффлпафф!       Северус моргнул ещё раз, сбрасывая с себя оцепенение.              Нет, нет-нет, это всё неправильно!       — Я не тот человек, к которому стоит испытывать подобные чувства, Далия, — как можно суше ответил он, и, немного помолчав, добавил. — Думал, ты это поняла ещё после моего рассказа.       Он ожидал какой угодно реакции: слёзы, крики, молчание… Но, к его удивлению, тонкие руки перестали дрожать, а на лице девушки появилась улыбка.        — Хорошо, — просто сказала она, глядя на него с этой мягкой улыбкой.        И в каком, черт возьми, месте, она казалась мне похожей на Лили?        — Что ты находишь… Хорошего в этом для себя? — Северус надеялся, что его тон не выражает и долю того изумления, которое он испытывал в данный момент.        — Ты не отказал, — увидев, как он открыл рот для протеста, девушка поторопилась продолжить. — Понимаешь, если бы ты сказал, что я тебе просто не нравлюсь, как женщина — я бы отступилась, но ты сослался на прошлое и характер… Знаешь, с этим можно работать.        С этим можно работать. Северус фыркнул, признавая поражение. Он ошибся, выбрав честные слова для отказа. Сказать ей сейчас, что она не привлекает его, было бы глупостью, да и ложью, честно говоря. На этом поле упрямая девчонка его обыграла.        — И что, ты намерена ждать, пока я не приму твоё признание или не откажу? Даже годы и десятилетия? — предпринял он последнюю попытку. — Или бегать за мной по всему замку?        — Я с Хаффлпаффа, Северус, — улыбка Далии была ярче солнца сейчас. — Мы не сдаёмся после одной неудачи.       Северус с лёгким стоном уронил голову на руки, почти ударившись кончиком носа о дубовую столешницу. Рядом раздался тихий смешок, и его уголки губ и сами дëрнулись в улыбке.