Bring Home the Glory

      Явик просыпается первым и какое-то время дезориентирован. В голове звенит от выпитого, в теле странная ломота – такую не даст какая-то конкретная тренировка. Светлый потолок, непривычно мягкая постель и кто-то рядом. Чужое тело – женское.       Явик слегка приподнимается и смотрит на голубовато-зеленую женскую спину с парой расслабленных крыльев. Принцесса спит или дремлет, повернувшись спиной, частично укутанная одеялом. Явик садится и думает. Прокручивает прошлую ночь в голове и хмыкает – самодовольно, но и удивленно.       – Доброе утро, – тихонько говорит Вуна, поворачиваясь к нему. Одеяло почти ничего не скрывает, так что воин еще раз проходит взглядом по женскому телу. Видит шрам, что нащупал вчера и еще несколько отметин. Вуна касается его бедра, посылая мягкую ленивую волну. Теплый солнечный свет, легкое прикосновения – нежность и забота.       Явик накрывает ее руку своей, аккуратно поглаживая.       – Хорошо себя чувствуешь? Кажется, вчера я был не очень-то аккуратен и обходителен, – уточняет воин, но затихает, видя улыбку и игривый блеск в глазах Вуны. Она выглядит довольной и расслабленной впервые за долгое время.       Вуна выдает вибрирующий смешок и приподнимается, чтобы дотронуться лбом до щеки Явика, опираясь своим плечом на его руку.       – Все хорошо. Есть над чем поработать, но это было приятно, – улыбается она. – Только держи свои зубы под контролем.       Явик чувствует тонкую линию отголоска боли, поворачивается, чтобы рассмотреть укус – неглубокий, но отчетливый – темные пятна на переходе от серой части горла к голубо-зеленой.       – Прости меня, маленькая королева. Слишком сильные эмоции, – несколько растерян воин, но принцесса лишь вновь смеется, садясь.       – Тебе самому понравилось? – тихонько спрашивает она. Потягивается, поднимая руки вверх, тихонько стрекочет, крылья также трепещут за спиной.       Принцесса ведет себя так, словно нагота ее не смущает. Хотя бы теперь. Не смущает беззащитность, открытость рисунка пятен на теле и особенного, индивидуального для нее, расположения хитиновых пластин.       Явик молчит, прислушиваясь к себе – к телу и душе. Все еще непривычно анализировать себя, свои чувства – в армии нет дела до внутреннего мира боевой единицы.       – Очень, – кивает воин, поворачиваясь к Вуне. Она отвечает улыбкой – на губах, в глазах, в отклике от нового прикосновения.       – Все же, меня удивляет твоя серьезность, мой аташе, – почти шепчет она, затем поворачивается к прикроватному столику. Берет оттуда коробку с каким-то камнем, левитирующем по центру и поворачивается к Явику обратно.       Воин, словно машина, подвисает на мгновение от нового титула, но включается в разговор. В голове все еще слегка гудит от похмелья, но это мелочи.       – Что это? – уточняет воин. Смотрит, как Вуна отключает искусственную гравитацию в коробочке, открывает ее и достает камень. Небольшой кусок породы насыщенного оранжево-красного цвета с рядом линий разных оттенков и сочетаний этих двух цветов.       – Этой подарок от меня и Вуэко. Прошу, прочитай его, – подает принцесса руку. Явик смотрит на камень, затем в глаза принцессе. Не спрашивает ничего, видя какой-то потаенный свет в золотистых глазах. Смешение любопытства и ожидания.       Воин прикасается к подарку и замирает.       Сунис окутан ночью – небо приятного фиолетово-синего цвета. Они на смотровой точке в одном из каньонов планеты – поле зрения обрамляют такие же красно-оранжевые камни, кажущиеся более коричневыми из-за нехватки освещения.       Малочисленные стойкие деревья с листьями-иголками возвышаются над камнями, подрагивая на ветру. Воздух сухой и прохладный, но что-то подсказывает, что день будет жарким, как и положено лету.       Впереди на смотровых башнях стоят солдаты. Их доспехи легче, чем те, что обычно на Явике – они не для войны, а для простого патрулирования. Здесь нет Жнецов, нет войны, нет уничтожения – только галактический императив.       Явик с принцессой сидят на земле и смотрят на небо, которое вот-вот изменит свой цвет.       Постепенно небо становится менее фиолетовым и более рубиновым – белое солнце встает над горизонтом, знаменуя начало нового дня.       – Небо Суниса красное, мой аташе, – улыбается Вуна, и видение заканчивается.       Явик молчит какое-то время, держа камень в руке. Принцесса ждет рядом, не трогая его, давая время перевести дух.       – Так вот о чем говорил маленький Вуэко, – наконец понимает Явик. Его голос непривычно лишен решительности и резкости – он в полнейшем замешательстве.       – Ты рад? – Вуна опирается на согнутую ногу, смотря на Явика. Он сжимает маленький артефакт в руке, не находит слов, избегая взгляда избранницы, но все же кивает.       Она прикасается к его руке – мягко, поддерживающе, давая пространство для эмоций.       – Я пойду приму душ и поищу что-то на завтрак. Ищи меня на кухне, когда будешь готов, – шепотом говорит Вуна, вставая с постели.       – Спасибо, – говорит воин ей вслед. Она улыбается, сияя, и кивает.       Явик несколько раз пересматривает видение, записанное на камне, и шумно выдыхает. С облегчением, успокоением и трепетом. Если бы он мог – заплакал бы, но это первое, что высекают у будущих солдат.

***

      Утро в квартире окончательно начинается, когда все гости выползают из комнат. Вега готовит завтрак, Джек и Джейкоб разминаются в дальней комнате, а кто-то, как Джокер, просто пытается не умереть от похмелья.       – Принцесса-жучок, ну как вы? Бакара мне все уши прожужжала, – смеется шутке Рекс. – После главной заварушке ждем на Тучанке.       – Как у нее дела? – уточняет протеанка, сервируя блюда для себя и Явика.       – Уже беременна. Ждем крепкого мальчишку-воина, - гордо фыркает кроган.       – А вы времени зря не теряли, – подмечает принцесса.       – А у вас чего-как? Скоро будет еще жучок? – кроган будто пытается играть бровями, которых у него толком нет.       – Отстань от принцессы-жука, ящерица-переросток, – влетает в беседу Джек и подмигивает протеанке. – Беру его на себя.       – Как все прошло? Прошло же? – на другой части кухни поджидают Вуну любопытная азари и кварианка.       Вуна смеется, ища в верхних шкафах аптечку. Находит крупный пластырь и лишь подмигивает "подругам".       – Более чем успешно, – хихикает она, поводя плечами, показывая новый трофей. - Помогите закрыть новую рану.       Азари подходит, осматривает укус. Тали берет в руки пластырь, отлепляет пленку и аккуратно прикладывает поверх отметины.       – Вот что значит – происходить от хищников и охотников, – подтрунивает кварианка.       Все трое смеются, затем отвлекаясь на вышедшего ко всем Джокера.       – Коммандер просила всех закинуться аспирином и возвращаться. "Нормандия" готова к отправлению, - провозглашает Пилот, и активная команда готовиться к отправлению.

***

      Команда "Нормандии" делает пару вылазок по дополнительным миссиям – отбивает топливные станции, защищает узлы связи от нападений "Цербера".       Принцесса с Лиарой продолжают работу над "маяками прошлого", подходя к финальной стадии. Азари как раз уходит со смотровой палубы, когда Шепард заходит, делая свой обычный обход по "Нормандии".       – Явик говорит, что теперь он – ваш аташе. Это что-то важное? – коммандер берет баночку газировки из бара, открывает с шипением и садится на диванчик, неподалеку от Вуны.       – Ох, он до предельного честен с вами, Шепард, – Вун удивлена – ее глаза чуть больше расширяются на пару мгновений. Затем она молчит, собирая слова воедино.       – Это проблема? Явик очень любит помянуть очередную причину превосходства протеан и данный статус он считает одной из самых выдающихся, – Шепард игриво подмигивает, сбрасывая официоз.       Тихие спокойные посиделки с простыми разговорами. Не о гибели галактики, не о войнах или спасательных операциях.       – В вашем языке нет емкого слова для этого. Аташе – это супруг, защитник, соратник, любовник. Это обет, который мы дали друг другу. Защитим друга друга в бою, всегда можем искать друг у друга помощи и поддержки. "И в горе, и в радости", как говорится у вас при свадебной церемонии. Так же это обещание верности. Мы не будем вступать в связи с другими представителями своего народа или какого-либо другого. Ни азари – никого…       – Это – вынужденная мера? – уточняет коммандер, наклоняясь чуть вперед. – Мне хотелось бы, чтобы члены экипажа и напарники не испытывали неудобств и вне "Нормандии" – на гражданке.       – Ох, нет, – протеанка мотает головой, – все было обоюдно – это одно из условий.       Вуна делает паузу, бросая взгляд на скользящие мимо окна звезды. В тишине слышится "дыхание" корабля – звуки двигателей, системы жизнеобеспечения за стеной и полное молчание космоса за окном.       – Я думала об этом – о вероятной вынужденности нашего союза. Сейчас… Не исключено, что на нас с Явиком так давит одиночество и понимание, что, возможно, мы – последняя пара протеан во всей галактике. Он, конечно, тот еще ворчун временами, но я точно знаю, что на него можно положиться. А он знает, что может рассчитывать на мою болтовню об искусстве и песни, чтобы уснуть, - протеанка мягко улыбается.       – Есть ведь еще ваш сын. Он совсем молод, у него впереди большое будущее – вы долго живете. Как азари, верно?       – Верно, однако у него будет не так много выбора. Мы все еще не знаем, уцелел ли кто-то еще. В криосон погружали не только взрослых, но и детей. Империя погибала так стремительно… Все еще страшно осознавать, что привычный для нас с Явиком и Вуэко уклад давным-давно рухнул.       Коммандер кивает, отвлекаясь на вошедшего в комнату Вуэко. Мальчик уважительно кивает, и подбегает к матери, обнимая.       – Тренировка прошла хорошо, маленькая звезда? – принцесса поглаживает головную пластину сына.       – Да, отец похвалил мою стрельбу! Сказал, что я могу теперь больше практиковаться с пистолетами даже без него. Турианец-Гаррус подобрал мне новый – совсем маленький. Называется "кузнечик", – маленький протеанин сияет, посылая матери восторженные сигналы.       Шепард невольно сдерживает смешок.       – Коммандер, только не говорите... – хмыкает с прищуром принцесса.       Женщина поднимает руки, словно сдается и движется к выходу.       – Я ничего не сказала! – лишь бросает она в закрывающуюся дверь.       Вуэко смотрит с вопросом, уточняя через прикосновение.       – В этом цикле шутят, что наши предки похожи на земных кузнечиков. Не забивай голову, - улыбается Вуна.

***

      Все главные бойцы "Нормандии" собираются в Ангаре, устраивая маленькие спарринги. Шепард уже провела спарринг с Вегой, и сейчас наступает пауза на самостоятельные тренировки.       – Мне интересно, насколько сильнее людей протеане? – спрашивает Вега с хитринкой в глазах. Явик с Вуной наблюдают за остальными со стороны верстаков и терминалов. Явик модифицирует винтовку, а принцесса приводит в порядок склад вместе с Кортезом.       – Тебя повалить сил хватит, – фыркает воин, щелкая затвором.       – О-о, ну давай, Проти. Я, ты, реслинг, – самодовольно хмыкает Вега, хлопая рукой по небольшому мягкому мату на подставке.       Явик смотрит на принцессу. Вуна лишь приглашающе поводит рукой в ту сторону. Воин весьма самодовольно хмыкает и подходит к Веге. Тот уже выставил в готовности согнутую руку.       – Какие правила у этого состязания? – протеанин поводит плечами и разминает шею.       – Завалить руку противника, чтобы его ладонь коснулась мата. Ну, и себя не посрамить. Остальное – тонкости, – улыбается Вега, поигрывая бицепсом.       Воин кивает, прикладывая свою руку к руке человека, сжимает ее пару раз, стараясь не сильно погружаться в считывание. В голове мелькают картины, но Явик старается от них заслониться.       – Готовы? – подходит Гаррус, делает над сложенными руками противников домик из собственных пальцев.       Вега и Явик кивают.       – Начали! – рявкает турианец и быстро отступает на шаг назад.       Явик чувствует сопротивление. Человеческая хватка сильная, но не цепкая. Вега явно сосредоточен, сведя брови и тихо пыхтя. Острый протеанский слух ловит учащенное сердцебиение, обоняние – прилив адреналина и пота, зрение – напряженную жилку на шее.       – Где же ваши усилия, сержант? – насмехается Явик, склоняя руку противника к проигрышу.       Вега поднимает глаза на протеанина, затем надавливает сильнее, прикладывая больше силы. Явик испытывает чуть большее затруднение – мышцы в руке тихонько перекатываются и сжимаются. От человека идет слишком много эмоций, и воин решает прекратить этот фарс, заламывая соперника.       – Ха! – выдыхает Явик, отпуская пятипалую ладонь.       – Победа достается протеанину! – выкрикивает турианец.       Вега встает, бессильно поднимает руки и словно смиряясь, обходит круг.       – Все еще на что-то гожусь, – самодовольно фыркает воин.       Коммандер с турианцем переглядываются.       – Можно поучаствовать? – подплывает и принцесса, что с интересом наблюдала за происходящим.       – Хочешь сразиться с кем-то из нас или? – уточняет Гаррус.       – Нет, я бы хотела сразиться с воином, – кивает она на партнера.       – Для меня это будет честью, – кивает протеанин. – Не обещаю, что обойдется без ушибов, моя аташе.       – Это будет справедливо, – принцесса мягко улыбается. Затем кладет руку на манер Веги, ожидая оппонента.       Явик хмыкает и встает обратно в стойку, скрещивая их руки, запирая пальцы в клин. От принцессы исходит короткое приветствие, легкая волна тепла.       Турианец вновь подходит, дает отмашку готовности к бою и отходит назад.       Явик чувствует интерес к процессу, потому не прикладывает всю силу сразу. Он шаг за шагом смеряет границу нажатия. Принцесса держится, также сосредоточенная на их руках. На игривом импульсе, который посылает сам Явик.       Затем неожиданно ее ответ становится иным, словно вот-вот произойдет что-то приятное, обжигающее, возбуждающее. Явик поднимает глаза и попадается в капкан. Принцесса смотрит ему в глаза и это взгляд…       "Протеанские женщины могут начать предварительные ласки одними глазами" - как-то говорил воин. И сам становится жертвой этих слов.       Ее взгляд завораживает – чуть расширенные зрачки, золотистая радужка, интимная томность, скрытая за добродушной искрой. А в купе с посылаемыми сигналами…       Явик и не замечает вовремя, как начинает слабеть. Фыркает и отводит взгляд, этого хватает для самого жаркого сигнала, выбивающего его полностью – той странной сладкой боли от укуса на ее шее, который вот-вот заживет окончательно. Явик приходит к осознанию проигрыша, когда его рука уже которую секунду лежит на мате.       – Ты истинный аватар хитрости, моя аташе, – довольно подмечает воин и уважительно кивает своей госпоже.       – Училась у лучших, – сияет принцесса, касаясь его руки еще раз. Она довольна, как маленький хищный зверек после обильной охоты.       – Коммандер, мы идем на вылазку в ближайшие пару часов? – смотрит на Шепард воин, едва отрывая взгляд вновь от принцессы.       – Нет. Можете развлекаться, - шуточно отмахивается Шепард.       Принцесса довольно хмыкает, слегка вибрируя, и движется к лифту, слегка задевая бедром Явика. – Жду тебя в каюте, – тихо шепчет она.       Явик хмыкает – разожжённый огонь должен тушить тот, кто его разжег.