Что было дальше

      Дверь тонированного джипа захлопнулась. По кожаному салону, пропитанному табаком вперемешку с мужским одеколоном, прошла дрожь.       Клэр приткнулась в угол на заднем сиденье. Протянула руки, когда Леон наклонился, придерживая светлую голову Шерри.       — Давай мне…       — Всё нормально, — буркнул Кеннеди, не без труда усаживаясь с девочкой на руках.       Редфилд поджала губы, безуспешно борясь с раздражением. Они сидели на расстоянии предплечья друг от друга, и даже так можно было ощутить весомое напряжение.       Джилл устроилась на пассажирском сиденье рядом с водительским, куда плюхнулся Карлос. Неряшливые кудри казались влажными, словно он секундами ранее вернулся с вечерней пробежки. На деле же на улице закрапал мелкий дождик.       — Ну всё, — протянул низким грубоватым голосом мужчина. Резкий акцент напоминал о беженцах с юга континента, столь знакомых по неблагополучным районам Нью-Йорка. — Закупились, теперь валим с этого магазинчика. Подальше от грёбаного Раккуна…       Клэр услышала странный сдавленный звук, словно Леону дали под дых. Она сама была готова пискнуть от удивления и больше, даже, испуга, но вовремя сдержала себя, позволив дрожи пройти вдоль позвоночника.       — Ты с Амбреллы, — слова Леона звучали как предъявление, — не хочешь поделиться, что тут происходит?       Тёмные глаза метнулись к внутрисалонному навесному зеркалу.       — Ты, парень, вижу немало хлебнул говнеца в ту ночь…       — Карлос. — Джилл одарила приятеля хмурым взглядом.       — Что? — усмехнулся Оливера. — Нас всех знатно потрепала та ночка. Грёбанное безумие…       — Раккун-сити больше нет, так что нам нужно быть осторожными, говоря о нём. Амбрелла не оставит это просто так, особенно зная, что есть выжившие и свидетели.       Джилл открыла бардачок и закинула туда компактный G19, предварительно включив предохранитель. Карлос покрутил колесо на магнитоле, настраивая радио, пока неловкая тишина в салоне не перестала сопровождать каждое неуверенное движение.       Джип тронулся, выехал на дорогу, оставив после себя пыльный столп и следы от шин на влажной земле.       — Значит, вы там были, — вздохнула Клэр, отвлекаясь от просмотра дорожного серого пейзажа.       — Случайно пересеклись, — хмыкнул Карлос. На этот раз его взгляд обратился сквозь зеркало на Редфилд. — А вам как посчастливилось столкнуться?       Клэр сглотнула, вспоминая ненастный вечер двадцать девятого сентября, когда ветер подхватывал её влажные волосы, завязанные в хвост, а по мотоциклетному шлему нервную дробь отбивал проливной дождь. Кап-кап — прям как сейчас по ветровому стеклу джипа.       — На заправке. Оттуда едва успели угнать на полицейской машине.       — Почему поехали дальше в город? — в тоне Валентайн проскочило осуждение.       — Мы не знали, что всё настолько плохо, — отозвался Леон. Шерри в его объятиях жмурилась, её закрытые веки дрожали. — Надеялись, что в городе остались выжившие…       — О, они там были, — злостно фыркнул Оливера.       — Поэтому мы отправились в полицейский участок. По громкоговорителям объявляли, что там можно укрыться…       — Можно было догадаться, что там окажется опасней всего, — строгость Джилл позволила Клэр почувствовать собственные ярость и обиду.       — Думаешь, стоило наведаться сразу в квартиру Криса или твою?       — Думаю, что стоило никуда не ехать и сидеть в колледже.       — О, конечно! А потом через ещё три месяца я получила бы письмо, что мой брат погиб. Или ты. Или вообще, чёрт возьми, ничего не получила!       — Ты даже не представляешь, — рявкнула Валентайн, резко поворачивая голову к подруге, — что случилось за эти грёбаные три месяца!       — Да после случившегося я не просто представляю, Джилл! Я вижу это каждую ночь! Каждый сон я переживаю один и тот же кошмар!       Джилл вздрогнула. Было заметно, как её брови опустились, лицо расслабилось, выражение сделалось печальным, жалостливым. Она медленно отвернулась, устремив взгляд на дорогу.       Атмосфера в салоне сменилась с неловкой на напряжённую. Отчасти, Клэр винила себя в подобной перемене. Честное слово, ей так не хотелось ругаться с Джилл, но… За последние недели так много всего произошло, всё поменялось. Казалось, она не могла вести себя иначе.       Совсем одичала, озверела.       — Клэр?       Редфилд повернула голову, чтобы в тот же момент встретиться взглядом с уставшей девочкой. Маленькая Биркин осторожно сползла с Леона, чья невозмутимость могла посоревноваться с наигранной, и села между ними, осторожно касаясь рукой бедра Клэр.       — Шерри, — Редфилд постаралась выдавить улыбку, — ты как? Хорошо себя чувствуешь?       — М-угу, — утвердительно промычала девочка, потирая красные глаза. — Леон очень удобный.       — Кажется, кто-то проснулся, — неожиданно Карлос проявил интерес к незнакомому ребёнку. — Как тебя зовут, малышка?       — Шерри, — с некоторым стеснением представилась девочка, после чего нахмурилась, присматриваясь к плечу Оливеры. — А вы работали на моих маму и папу?       Клэр отметила острый взгляд Валентайн в зеркале заднего вида и почувствовала, как у неё засосало под ложечкой.

***

      Чёрные глаза нахмурились, оценив недовольный взгляд чужих голубых. Битва была не из равных, и именно в этой ситуации мужчине пришлось сдержанно вздохнуть, отвернувшись.       Оставить объяснения на потом.       Конечно, подумала Клэр, вопросы будут ждать не столько её, сколько Леона, чья беззаботность в отношении всего происходящего заставляла девушку чувствовать себя полнейшей идиоткой. Неужели игра стоила свеч?       — Я объясню, — всё, чем кормил её Кеннеди, пока их сумки летели в багаж шевроле, сливающегося с тёмным горизонтом.       Редфилд смиренно молчала. Однако злость вытекала из неё бензином сквозь протараненный топливный бак. Теперь игры с огнём казались весьма неуместны.

***

      Они вернулись в мотель, впитав в себя запах тёмной ночи и антисептика из салона чужого автомобиля. У стойки регистрации плёлся Уолтон и с тем, как дёрнулись его плечи, стоило троице звякнуть навесными колокольчиками, довольно просто было понять, в каком расположении духа находился парень.       Клэр могла разделить его пасмурное настроение. Однако это не значило, что его неприветливые презрительные щелки могли нагло оценивать внешний вид её, Леона или несчастной Шерри, которая не без труда перебирала ногами.       — Что? — Редфилд выгнула бровь.       — Ничего, — хмыкнул администратор, после чего кивнул на пустые руки. — Вижу, закупились.       — Прости, приятель, но ты сегодня без сладостей, — Леон прошёл мимо, как будто бы в комнате и вовсе никого не было. — Слышал, сахар плохо влияет на кожу.       Уолтон покраснел, однако не успел и слова кинуть в ответ — Леон ушёл столь же быстро, что и бросил язвительный комментарий в сторону задиры. Клэр стало несколько жаль администратора, однако сил проявлять сочувствие не было. Она лишь буркнула тихое «прости» и скрылась за поворотом в короткий коридор вслед за Кеннеди, чья спина казалась неоправданно напряжённой.       — Эй, Леон… — постаралась окликнуть Редфилд друга.       Шерри, слабо хватаясь за ладошку девушки, устало сопела и мычала. Клэр остановилась посреди коридора, озаботившись сомнительными звуками.       — Тебе снова нехорошо?       Девочка что-то сказала нечленораздельное и потёрла глаза. Это вынудило Клэр опуститься рядом с ней, присев на корточки.       — М-м, что такое?       — Я очень устала, — хныкнула маленькая Биркин. — Почему Леон такой злой?       Клэр вздохнула, на секунду теряясь в истине собственных чувств.       — Он не злой, — заверила девочку Редфилд, — он просто…       Обижен. Разочарован. Унижен. Предан?       — …грустный.       — Но вы же поругались, — продолжала упорствовать Шерри.       Конечно, в её вопросах и доводах был смысл. И, возможно, они действительно поссорились. Слегка. Но слабый удар не считался, когда дело шло о драке.       — Нет, мы просто не поняли друг друга. У взрослых часто так бывает.

***

      Тёмный сканирующий взгляд. Тяжёлый.       Клэр не сдавалась в игре в гляделки до последнего, пока тихий бас не донёсся до её ушей.       — Запрыгивай.       Редфилд сложила руки на груди, перенесла вес тела на одно бедро, нахмурилась. С чего бы ей быть послушной маленькой девочкой?       — Почему я должна вам верить?       Кеннет ничего не сделал. Ни вздохнул, ни дрогнул. Его стойка продолжала внушать некую осторожность, словно одно неверное движение и ты уже жертва в руках охотника.       — Он мне доверяет, — мужчина кивнул в сторону Леона, что был увлечён обустройством комфорта для Шерри на заднем сиденье. — А ты, вроде как, ему.       — Вроде как?       — Я лишь хочу помочь, — голос низкий и раздражённый, — так что садись уже в машину.       Клэр ненавидела себя за беспомощность. И за то, что в данную минуту зависела от выбора других.

***

      Несколько минут назад в памяти отпечаталась дорога. Длинная, бесконечная. Так выглядел её сон или, возможно, жизнь, в которой она была беспрерывным путником. Кочевником, надеющимся на лучшую жизнь где-то за пределами уже достигнутых холмов и полей.       В ту минуту ничего не поменялось, ровно как и дорога. Она по-прежнему была длинной, убаюкивающей, манящей. Внушала соблазнительное чувство спокойствия, меланхолии. Можно сидеть, вот так, и ничего не делать.       Абсолютно ничего.       Думать можно. Без мыслей прошлое начало бы забываться, оставляя вместо накиданных методом расчёта чертежей сплошной белый лист будущего. Так нельзя. Клэр было о чём думать, о чём помнить, на что рассчитывать.       Она не хотела расставаться с прошлым. Дорога, ведущая вперёд, казалась поистине заманчивой. Как чистые кристальные воды неизведанного источника. Однако якорь держал её в мутных глубинах пережитого, оброс водорослями и покрылся тиной. Сдвинуться с места было практически невозможно.       И вот так она застряла здесь, посередине дороги, посреди пути, обмываемая водами будущего, но обвитая склизкими растениями моря прошлого.

***

      — Леон, — она подкралась со спины, едва касаясь его плеча, — давай поговорим?       Кеннеди легко одёрнул её руку, отошёл, даже не потрудился взглянуть в её сторону.       — Не сейчас.       Клэр была в отчаянии и бешенстве.

***

      В тени ночи, так внезапно опустившейся на пропитанные проливным дождём дороги, едва прояснялся силуэт одноэтажного мотеля. Его слабо мерцающая вывеска «ОТЕЛ» выглядела устрашающе посреди пустых дорог и старых кирпичных стен.       — Этот? — Карлос ткнул пальцем на горящий указатель.       — Да, — ответил Леон.       — Подожди, не поворачивай, — Валентайн неожиданно встрепенулась после нескольких минут тишины. — Встань здесь у дороги, машин нет.       — Хорошо. Всё равно хотел перекурить.       Клэр отвлечённо наблюдала за паркующимся эвакуатором у гаража возле главного входа и гадала, мог быть за рулём нанятый сотрудник, коих в этом месте было не много, или же грубый Фостер, что расценивал любой сторонний труд как очередную трату своих драгоценных денег.       — Я выйду.       Редфилд моргнула, выныривая из мыслей.       — Что?       — Нужно подышать, — Леон не стал долго распинаться и, как и предупреждал, покинул салон джипа навстречу прохладе ночи и осеннего дождя.       Внутри вдруг стало душно. Дешёвое кожаное покрытие скрипело под задом и Клэр неожиданно почувствовала, как неустанно тёрлась на месте, словно желая удобней устроиться.       — Шерри, скажи, — Джилл подала голос. Лёгкий, непринуждённый, какой положено использовать в общении с хрупкими детьми, — кем работали твои родители?       Редфилд устремила свирепый взгляд на подругу, искренне надеясь, что этого будет достаточно для того, чтобы Валентайн прекратила вести светскую беседу с травмированной девочкой.       — Папа занимался исследованиями, как и мама. Они всё время проводили в лабораториях.       — Не знаешь, какого рода исследованиями? Родители тебе что-нибудь рассказывали?       — Нет…       — То, что она была в Раккун-сити, уже достаточно для того, чтобы сделать из неё мишень, тебе не кажется? — Клэр старалась яро защитить свою маленькую подопечную. — Зачем ты это делаешь?       — Шерри?..       — Джилл, не впутывай её в это!       — Она уже замешана во всём! — столь же яростно ответила Валентайн, повернувшись. — Мы все замешаны. Хочешь ты этого или нет, но Шерри теперь тоже разыскивают. И не только Амбрелла. Уверена, правительственные организации отвалят не малые деньги за такой компромат, как дочь главных исследователей корпорации.       — О чём ты?.. — Клэр ощутила острый удар в груди, распространивший вибрацию страха по всему телу.       — Уильям Биркин был важной шишкой во всей этой заварушке с вирусом. Определённо, многие уже ищут связи с ним, чтобы добыть секретную информацию.       — Если они надеются получить сведения от маленькой девочки, то спешу огорчить — с детьми не делятся секретами заражения человечества.       — Возможно, не словами. Но где гарантия того, что никто не пытался поставить на ней опыты? Откуда ты знаешь, что Биркины не вводили ей вирусы?       — Джилл, они были её родителями, — Клэр стало совестно за слова подруги.       Конечно, ни Аннет, ни уж тем более Уильям не были образцовыми матерью и отцом для Шерри. Но тем не менее, их дочь была здорова — до поры до времени, — образована, опрятна. Да, ей недоставало любви, но тот минимум, который могли предоставить родители, они обеспечили для своего ребёнка и обвинять их в том, чего, Клэр была уверена, не было, казалось для Редфилд, познавшей горечь потери и матери и отца, суровым обвинением.       — Как ты можешь так говорить?       Джилл вздохнула. Должно быть, взгляд Шерри, полный боли и страданий, показался девушке знакомым, непереносимым. Она отвернулась, позволив Редфилд в тишине приобнять девочку в утешительном, поддерживающем жесте.       — Поверь, люди способны на многое, — оправдалась Валентайн, однако со стороны это прозвучало, как предупреждение.       — Мой папа не был монстром, — робко поделилась Шерри, стараясь унять дрожь в голосе. — Точней, не всегда.       — Мне жаль, — извинилась Джилл, после чего в салоне вновь наступила тишина.       Звук мужских голосов на улице, шум дождя и ветра — всё это не отвлекало. Наоборот, заставляло почувствовать жизнь рядом с собой в столь незначительных вещах или лицах людей, окружавших её. Клэр сильней прижала Шерри к себе в объятиях, стараясь теплом собственного тела передать посыл — она рядом.

***

      Она закрыла глаза, осторожно, стараясь не пропустить закатывающийся силуэт солнца среди пасмурных тёмных туч. Дыхание ровное, как и у Шерри, положившей голову ей на бедра. Тело расслабленное, спина немного гудит — хочется откинуться назад, но сиденья в автомобиле не позволяют.       Было бы больше места…       Клэр вздохнула, провожая шум спешащей навстречу им машине. Её слух уловил неуверенный шёпот Кеннеди:       — Я должен вас поблагодарить.       В ответ тишина, слабый грохот в багажнике, мужской суровый кашель.       — Не стоит, сынок.

***

      Он спускался к ней. Перепрыгнул ступеньки на лестнице. Едва споткнулся, но предстал по ту стороны цепного забора живой. Правда, весьма напуганный, бледнее, чем она помнила его на заправке.       — Клэр, — в голосе блаженство и облегчение. Она улыбнулась ему от искренности схожих чувств, — я так рад тебя видеть.       — Как делишки? — Редфилд смущённо оценила его внешний вид. Промокшая полицейская форма была ему к лицу. — Этот вертолёт просто взялся из неот…       — Да, знаю, чуть не попался.       Девушка дёрнула забор, дверь — не поддаются.       — Полагаю, в твоих кармашках нет ключей?..       — Нет, прости… Ну, как ты?       — Ты знаешь, — она облокотилась на сетку, поиграла бровями, — просто выживаю.       — Это хорошо, — усмехнулся Кеннеди. — Есть новости о брате?       — Нет, — кокетливая улыбка ушла с лица, взгляд помрачнел.       Ничего, что могло бы дать сведения о его местоположении или хотя бы приблизительно отослать к его недавнему присутствию здесь. Лишь ходячие трупы, но Клэр не хотела связывать их с братом, не хотела проводить параллели.       Крис был жив. Ей нужно усердней искать, нужно отправиться в проклятый офис и через компьютер найти информацию. Нужно прилагать больше усилий. В конце концов, она ради Криса и отправилась сюда. И если выйдет без каких-либо сведений, будет ли на то смысл?       — Клэр, не теряй надежды, — преграждающая сетка зазвенела, Леон словно прижался к ней. — Я уверен, мы найдём его…       «Мы».       «Мы найдём его…»       Мы найдём его, Клэр.

***

      Взрыв. Огонь. Скрип машины, а, может, её костей. Вокруг дым и дождь. Странно, разве не вода всегда тушила пожар?       — Клэр!       Это Леон, это он звал её!       — Клэр, ты в порядке?!       Да… Тяжело вздохнула тёплый воздух. Да, она в порядке. С Клэр всё было хорошо.

***

      Шерри смеялась с нелепой шутки, пока говорящий пёс на экране телевизора продолжал вопить от ужаса. Надо же, на этот раз злодеем был бессмертный, которого дог и его столь же трусливый приятель, похоже, пытались одолеть ультразвуком. Клэр заглянула в записи девочки и хмыкнула.       — Сколько будет девять плюс четыре?       Биркин вскинула голову, взглянув на девушку невинными глазами.       — Тринадцать, — неуверенно ответила девочка.       — Тогда почему у тебя ответ тридцать четыре?       — Я отвлеклась, — Шерри забавно покраснела, стирая результат на листке с примерами.       На фоне заиграла драматическая музыка. Говорящий пёс и его патлатый друг нашли выход из старого заброшенного завода.       — Решила вспомнить школьную программу? — Клэр растянула губы в улыбке, наблюдая за стараниями Шерри исправить ошибку в примере.       — Решила просто… ничего не забывать, — маленькая Биркин удручённо вздохнула, сдувая остирки от ластика. — Никогда не любила математику.       — А мне нравилась. В средней школе мне часто помогал Крис… — Редфилд запнулась, сглатывая слюну. Горло сжалось от трогательных воспоминаний. — После того, как не стало родителей.       Шерри понимающе кивнула, заправляя распущенные светлые волосы за ушки. Клэр незаметно ущипнула себя за неосторожность затронуть столь тревожную тему для них обеих. Неужели ей стоило постоянно напоминать о том, что они обе были сиротками, словно никаких других тем для разговора не было? Но, кажется, девочка, вопреки всем ожиданиям, казалась больше задумчивой, нежели расстроенной.       — Почему ты там стоишь? — неожиданно спросила Шерри.       Клэр отвернулась, вновь заглядывая в окно. Она дёрнула пыльную тюль, всматриваясь в оранжевые пустынные дороги. Две мужские фигуры недалеко от мотеля были её единственной целью наблюдения.       — Пытаюсь поймать Леона с поличным, — отшутилась девушка.       — Что он сделал?       — Вступил в союз с Фостером, — Клэр нахмурилась, присматриваясь к их лицам так, словно в любую секунду могла прочесть слова каждого по губам.       — Он тебе не нравится?       В ответ Редфилд покачала головой, не отвлекаясь от слежки.       — Почему? — вопрошала Шерри.       — Просто он… слишком любопытный.       На самом деле он ей казался зазнавшимся, наглым, ворчливым стариком, у которого хватало совести совать нос не в своё дело, а также завуалированно угрожать своим клиентам. Клэр терпеть не могла людей, которые упивались властью в том или ином смысле, подвергая разным издёвкам окружающих. С первой встречи Фостер не показался Редфилд простым и уж тем более хорошим человеком. Только спустя пару дней впечатление о нём сложилось, мягко говоря, не самое приятное.       С другой стороны, такое предвзятое отношение уберегало Клэр от случайных пересечений с владельцем мотеля, ведь каждый раз, стоило им лишь отдалённо приблизиться, девушка тут же меняла траекторию движения, убегая как можно дальше от насмешливого взгляда. Было ли то инстинктом самосохранения или личной неприязнью — неизвестно. На интуитивном уровне Клэр просто понимала, что доверять ему не стоит. Ей хотелось держать шкаф со скелетами вдали от неоднозначных вопросов и намёков Фостера, в конце концов, там были не только её секреты.       Сажа с обугленных костей не успела сойти, как вороны окружили останки. Клэр не могла позволить падальщикам исклевать то немногое, что осталось от изуродованного прошлого.       — Мне кажется, — Шерри увлеклась новым примером, едва слышно чиркая карандашом на бумаге, — он просто одинок здесь.       — Ну, не думаю, что в этом виноваты мы.       — А кто?       — Жизнь, — резюмировала Редфилд, подняв брови. Девушка скрестила руки на груди, вновь повернувшись к маленькой собеседнице. — Как думаешь, кто виноват в том, что мы сейчас одиноки?       — Я не одинока! — бодро отозвалась Шерри. — У меня есть ты и Леон.       — Точно, — девушка улыбнулась, — мы есть друг у друга.       Значит, они не были одни в этом безжалостном мире. Клэр не была одна. И, скорее всего, от осознания этого факта должно было стать легче. Но правда заставила чувствовать себя иначе.       Мысль извратила сознание, заставила бояться последствий, прятаться от истины. И всё дело в том, что вместе с тем, как они продолжали находиться вместе, втроём, проблемы каждого тянулись друг за другом, оставляя после себя кровавую дорожку. Легче тяготы переносить в компании, но так ли это было безопасно для каждого из них?       — Клэр?       — М-м? — тихий оклик Шерри заставил девушку вынырнуть из мыслей.       — Ты чувствуешь себя одиноко?       Хотелось соврать и сказать — нет. Но мысль извратила сознание, заставила бояться последствий и прятаться от истины…

***

      Она подошла тихо, боясь, что парень опередит её и вновь скроется где-нибудь до конца дня. Клэр даже предполагать не могла, где друг мог всё это время скитаться — неужели натянутая дружба с Фостером ей не привиделась?       — Эй, — осторожно позвала Редфилд.       Леон лениво повернул голову, после чего вновь отвернулся, упершись взглядом в пустынные окраины. Клэр вздохнула, принимая поражение. Кажется, закончились дни, когда в её праве было восхвалять гордыню. Пора было признать, что не одна Редфилд могла таить обиду и в то же время не признавать этого.       Девушка встала поодаль, тихо пристроилась, следуя примеру друга. Глаза направлены вдаль, руки скрещены на груди — должно быть, со стороны они походили на незаурядных манекенов с рекламой коллекции «Пост-апокалипсис». Клэр хмыкнула от абсурдности мыслей, представляя, как скоро весь мир окрасится в эти тусклые тона смеси зелёного, оранжевого и кроваво-красного.       Но пока они наблюдали серость текущего дня, его влажность, сопутствующую туману.       — Всё не так уж сильно поменялось, не правда ли?       В её вопросе проскочила толика сарказма, юмора, что был столь близок ей всегда. И вместе с тем была горечь осаждённой правдивостью жизни, которая заставляла жалостливо морщиться от гнетущих мыслей.       Леон проигнорировал Клэр точно так же, как и делал это все предыдущие дни. И, по правде говоря, справлялся он даже лучше любого капризного ребёнка.       — Слушай, — вздохнула девушка, — я знаю, что ты обижа…       — Я не обижаюсь…       — Нет, ты точно не хочешь со мной разговаривать.       — Это другое.       — Значит, — фыркнула Редфилд, — ты не обижаешься на меня, но не хочешь разговаривать? Мило.       Леон нахмурился, опустил взгляд. Теперь он изучал придорожные облысевшие кусты. Клэр мазнула беглыми глазами по стоянке у мотеля. Здешняя разруха и пустота так подходили под её мысли и настроение, что временами становилось тошно.       Это место приелось рассудку.       Теперь всё входило в повседневность. Обыденность. Словно каждый день как предыдущий, такой же серый, подлый и опасный.       После событий в супермаркете Клэр всё чаще стала придавать деталям, столь невзрачным и мелким, смысл, куда более глубокий, чем того требовало происходящее. Как будто за каждым углом могла прятаться подлянка, у поворота — подножка. Держи слух востро, а взгляд начеку, иначе вся жизнь, и без того немало потрёпанная, превратится в сплошные игры в «кошки-мышки».       Клэр давно выросла из возраста, когда догонялки вселяли детский азарт. Но, возможно, мало кого волновало то, что она думала.       А ей ведь всего лишь хотелось спокойствия, безопасности и… осведомлённости о местонахождении Криса.       — Я не обижаюсь на тебя, — внезапно хрипотца Леона переросла в уверенность, — я просто… — он невесело хмыкнул. — Я так надеялся, что, покинув Раккун-сити, у меня, тебя и Шерри получится зажить новой жизнью. С чистого листа. Но, — зажевал нижнюю губу, что чуть заметно дёрнулась в моменте, — с каждым Божьим днём мне верится в это всё меньше и меньше, Клэр.       Его светлые глаза заблестели в тени, отражая тучи и пасмурность. Редфилд почувствовала, как у неё сжалось горло.       — А так хотелось, — она откашлялась, внезапно поймав себя на слабости, — вернуться в родной дом, плюхнуться на диван и уснуть без задней мысли о вирусе, мертвецах.       Такая глупость. Но теперь казалась настоящей мечтой.       — Да, хотелось, — Кеннеди кивнул, пожал плечами. — Как думаешь, сколько дней в запасе есть, пока Амбрелла не найдёт нас?       Хороший вопрос, если учесть, что половина из баночки терпения зловещей корпорации уже использована понапрасну. Клэр осилила сомнения в голосе, что иначе бы заставили Леона волноваться не меньше:       — Не знаю. Нам стоит надеяться, что случится чудо.       Девушка сама себя не узнала в словах, могла только представить, как жалко это выглядело со стороны. Леон молча оглядел подругу, но ничего не сказал. Оно и понятно. Он думал, что теперь от Редфилд не осталось ничего, кроме изуродованной оболочки, жаждущей рыцарского спасения. Крису бы тоже не понравилась нынешняя Клэр — она была слишком слаба.       Клэр сама себе была противна. Но лгать о том, что в ней были силы после двух беспробудных долгих недель испорченной страхом рутины — было выше её достоинства. Оставалось надеяться. «На чудо» — мысленно повторила девушка и потерялась среди шума ветра.

***

      — Эй!       Клэр вздрогнула от внезапности.       Грёбаный автомат со снеками не желал работать, а её настроение и так было подпорчено голодом и больным животом из-за месячных. Если Уолтон готовился вновь начать приставать и издеваться — она не могла ручаться за себя.       — Что?       Администратор скрипнул стулом, но Клэр не наградила парня взглядом. Все её силы ушли на гипноз пачки с печеньем.       — Так, твой парень полицейский или всё-таки программист?       Клэр рыкнула и стукнула ладонью по автомату.       — Я же говорила, не мой парень, а…       — Он постоянно тусуется в кабинете дяди.       — Мне какое дело? — девушка выгнула бровь, всё же обернувшись к стойке регистрации. — Точней, тебе какое дело, чем они там занимаются. Ты не думал с таким вопросом подойти к дяде?       — Я знаю, чем твой дружок там занимается, — в обвинительном тоне кинулся защищаться Уолтон. — Просто решил, что ты окажешься более интересным собеседником.       — Ошибся, — Клэр снова тряхнула — по крайней мере, постаралась — автомат, но безуспешно. Печенье отказывалось выпадать. — Чёртова штуковина. Да ещё хоть раз я потрачу свои деньги…       Громкий удар по механической коробке, треск, слабый писк и напряжённые нервы девушки — так она поняла, что Уолтон подошёл и, как ни странно, помог несчастному автомату заработать. Клэр невольно сглотнула, словив на себе настороженный бдительный взгляд парня. Раньше ей не доводилось видеть его так близко, наверное поэтому первая реакция — смущение.       Уолтон сморщил нос, сделал шаг назад.       — Дядя не знает, что твой парень торчит в его кабинете. Но это пока.       Клэр молча достала пачку с печеньем и умчалась в комнату на поиски Леона. Хотя, конечно, там его не оказалось.

***

      Удар. Второй. Перед глазами темно, несмотря на обилие света в комнате, а в носу уже позабытый запах свинца. Вот таким представлялось мгновенье до встречи со страхом.       Но что поразило Клэр больше всего, так это озверевший взгляд голодных зелёных глаз, полностью потемневших и жутких, не похожих ни на что. И это ведь был не монстр, нет.       Это был Фостер. Он выбил дверь.       — Какого…       — Какого хера вы здесь шумите! — заорал владелец мотеля, и именно этот грубый наглый голос привёл Редфилд в чувства, заставив усмирить разбушевавшееся воображение.       Фостер нервно дышал, словно он преодолел несколько десятков футов, добираясь до их комнаты. Его волосы были взъерошены, лицо помято, козлиная бородка спутана. В повседневной одежде и с видом человека, пережившего настоящий ураган, Клэр он показался сумасшедшим.       — Время грёбаный час ночи, — он даже не пытался отдышаться, просто моментами прерывался для того, чтобы набрать побольше воздуха в лёгкие. — Вы только что подняли на уши весь мотель. Всю чёртову улицу!       — Это вы только что ворвались в наш номер, — Леон был не менее удивлён вторжением, его ходячие желваки на челюсти выдавали напряжение, — и подняли шум, сэр.       — О, хочешь поговорить, кто к кому ворвался? — Фостер сделал уверенный шаг вперёд.       Он нарывался.       Клэр заметила за спиной мужчины у дверного косяка трусливо жмущегося Уолтона.       — Что здесь происходит, Фостер? — вопрос казался вполне логичным, если учесть, что девушка ничего не понимала.       И тогда Леон, на удивление Редфилд, злобно усмехнулся, кинув взгляд на прячущегося администратора:       — Я, между прочим, заплатил вашему работнику за пользование компьютером. Можете деньги спросить у него, так, Уолтон?       Пол заскрипел, меж стен отразился звериный рык и в комнате запахло опасностью.       Клэр резко втянула в себя воздух и едва успела схватить Леона за предплечье, оттянув в сторону, чтобы в следующую секунду на него не набросился разъярённый хозяин мотеля. Кеннеди быстро развернулся, готовый принять удар, которого, Редфилд надеялась, не последует, потому что всё происходящее казалось ей настоящим безумием. Но неожиданно дверь ванной распахнулась — маленькая Шерри выбежала из комнаты, неся в руках дорожную аптечку.       Её округлившиеся детские глазки немо взирали на сложившуюся картину. Застывшие экспонаты глядели на неё в ответ.       — З-здравствуйте, — тихо поздоровалась девочка.       Фостер фыркнул, как бык, сделал три шага и, не успела Клэр и пискнуть, как мужчина грубо оттолкнул её в сторону. Он схватил Кеннеди за шиворот футболки, после чего рывком постарался притянуть к себе, но когда столкнулся с сопротивлением, то лишь немного сдвинул с места парня.       — Послушай, малыш…       — Что вы делаете! — Редфилд в один прыжок оказалась между двумя мужчинами, стараясь отцепить одного от другого. — Что за цирк устраиваете!       — …я копам такую легенду накатаю на тебя и твою подружку-наркоманку, что вы больше никогда и белого света не увидите. А малая по вашей вине будет торчать в каком-нибудь приюте. Ну, как тебе идея?       — И это ваша благодарность после того, что я ещё никому не рассказал о тех видео с рабочего стола?       Клэр задержала дыхание, отметив, как дёрнулся глаз Фостера.       — Ч-что? — мужчина натянуто усмехнулся. — Ты только что мне угрожал, сопляк, да?       — Нет, — мрачно выплюнул Леон. — Но если не отойдёте, то предупрежу, что у меня спрятано оружие в сумке и я сам — коп. Так что в ваших же интересах быстрее отпустить меня.       — Леон… — Клэр отчаянно затрясла ладонь парня, притягивая к себе. — Что ты творишь?       — Всё в порядке, — Кеннеди дерзко одёрнул руки обозлённого мужчины, сжал ладонь Редфилд в своей. — Уходим. Нас ждёт машина.       — Какая…       — Шерри, — резко перебил парень, — выбегай на улицу и жди у…       — Шерри, нет! — Клэр ясно дала понять, что не собиралась мириться с этим беспорядком. — Фостер, отойдите, пожалуйста, иначе, клянусь, я сама вам врежу…       — Ты, милочка…       — Просто отойдите, вашу мать!..       — Клэр…       — Клэр! — Шерри неожиданно прикрикнула, обращая внимание всех присутствовавших на себя.       Точнее, на дверь. На человека, что стоял у распахнутой двери, внимательно изучая взглядом пространство. Взгляд суровый, нахмуренный, кожа в тени грязного жёлтого света почти чёрная, как ночь.       Редфилд отвлечённо моргнула несколько раз, стараясь понять — сон то или действительность. Искажённая безумством, поразившим буквально каждого в окружении. Вот так теперь реальность мешалась с её изувеченным сознанием? Вот так видели жизнь больные люди — они её придумывали?       — Что здесь происходит? — вопрос стойкий, уверенный, способный разогнать каждого нашкодившего ребёнка в свой угол.       Клэр чувствовала себя именно так — повинной во всём.       Особенно когда узнала в лике внезапного незнакомца Кеннета Джарелла. Человека, некогда нашедшего их троих посреди дороги. Человека, привезшего их в этот мотель.       Когда это было? Давно? Казалось, целую вечность назад. Клэр ощутила тяжесть времени на себе и невольно её рука выскользнула из тёплой хватки Леона.       — Вам лучше отправиться дальше спать. Здесь не на что смотреть, — ответил Фостер, ядовито выдавливая шипящие.       — Я не жилец.       — Нет? — владелец мотеля оглянулся на Уолтона, который активно закачал головой. — Тогда кто?       — Я приехал за этими молодыми людьми, — Кеннет кивнул в сторону Леона и Клэр.       — Полиция?       — Нет.       — Зачем? — Клэр, казалось, потеряла всякую способность здраво оценивать ситуацию. Ни одна мысль не могла ровным слоем уложиться в голове.       Джарелл лишь лениво выгнул бровь, окинув девушку немым взглядом, прежде чем Кеннеди успел опередить его с ответом:       — Я попросил.       — Что? — Редфилд сбилась со счета от того количества вопросов, что крутились в её голове.       — Уходим, Клэр…       — Никуда вы не уйдёте, — Фостер смерил незнакомого чернокожего мужчину презрительным взглядом. — Все трое останутся, пока не приедет полиция.       — Разве они что-то натворили? — не понимал Кеннет.       — Да. Белобрысый наглец проник без разрешения на частную территорию.       — Я заплатил Уолтону.       — Ты просто всучил мне пару баксов! — пропищал администратор из-за спины Джарелла.       — Не имеет значения, — Леон пожал плечами, придерживая лямку дорожной сумки. — Разрешение у меня было.       — Значит, всё решили, — Кеннет хлопнул в ладоши, после чего поманил рукой Шерри к себе. — Идём…       — Нет! — воскликнул Фостер. — Все останутся здесь и дождутся полиции.       Джарелл сделал глубокий вдох и прикрыл глаза, что-то бормоча себе под нос. Клэр нашла такую реакцию несколько неестественной. Почему он выглядел таким уставшим, суровым, решительным? Почему вообще приехал за ними? Как Леон смог с ним связаться, неужели он для этого пробирался в кабинет Фостера? И откуда у них были контакты друг друга?       Из-за обилия недопонимания между всеми присутствовавшими, Клэр просто стояла посреди комнаты, лишь периодически меняя положение головы, поворачивая из одной стороны в другую, словно наблюдая за игрой в бейсбол. Интересно, насколько хорош Кеннет как игрок и как сильно ударит его бита?       Мужчина потёр переносицу, поднял голову и, прежде чем ответить, устало смерил разъярённого оппонента быстрым взглядом. Портрет на скорую руку. Так запоминают лишь преступников для составления фоторобота.       — Конечно, давайте дождёмся полиции. Но как только она приедет, уверен, ты сразу же пожалеешь об этом.       Вот как должны были звучать угрозы: холодно, беспристрастно. Чувствовалось, примерно как нож, медленно въедающийся меж лопаток, проходящий сквозь кожу, оставляющий влагу и постепенно-постепенно развивающуюся боль после себя. Сомнения. Посаженные посредством тонкой работы семена давали плоды, иначе зачем вообще существовали манипуляции?       Клэр снова не понимала, о чём шла речь — о личном или глобальном? Действительно ли дело было в их троице или Фостер сам прятал свои кошмарные секреты, которые, пожалуй, уже были не столь сокрыты.       Новые и новые вопросы, гудение в голове. Ей казалось, что что-то было не так. Что-то менялось кардинально, меняло траекторию движения, вектор направления, круто разворачиваясь на них. Невидимый прожектор светил с небес, насылая кару, с которой, она чувствовала, встреча была близка.       Они покинули мотель — Клэр уверена, навсегда, — под бдительным взглядом сторожа и его вечного помощника. Фостер злобно сопел, его борода была в слюне. Уолтон же прятался по углам, не желая прямо попадаться на глаза. Но Клэр видела их обоих, чувствовала их взгляды на себе, своей спине. Должно быть, Леон тоже, так как он не раз кротко оборачивался, чтобы, казалось, отпугнуть их.       Редфилд посмотрела на друга. На её лице всё то же, что и в голове. А ещё опасения и, конечно же, страх. Кеннеди научился понимать, отличать её вопросы по складу бровей, по прищуру глаз. Он в ответ чуть сжал губы, закидывая сумку в открытый багажник Шевроле.       — Я объясню.       Кажется, она где-то это уже слышала.