Черепашки-ниндзя на приёме у психолога

***

Кира и Дон сидели в уютной тишине. Юноша был объят теплыми мягкими руками женщины, успокоившись. Задумчиво смотря по углам своей комнаты, фиолетовая черепашка размышлял. Ему было обычно противно от прикосновений, но сейчас он ощущал комфорт. Возможно, это из-за того, что Кира была очень заботливой, подумал он. Но нет, это была прерогатива Майки, и Дон относился к прикосновениям младшего вполне сносно только из-за того, что… Ну, это Микеланджело. Ещё был вариант, что Кира имела этот взрослый успокаивающий взгляд и добрую улыбку, но Дон тоже отмёл его в сторону. Рафаэль был их старшим братом и поэтому, Донни знал, что он не причинит ему вреда прикосновениями. А если это из-за того, что… Кира была… Нет, она точно не имела этой слепой упрямости и этой странной… «близнец"-связи в её голове, как Леонардо, который постоянно твердил всем в Нью-Йорке, что он, Донателло, его близнец. Хоть Дон и старался отрицать эти частые слова красно-ухого, утверждая, что они были рождены из разных генов, так как они все разные виды, но… Ему было приятно, что хоть один из его братьев пытался стать с ним ещё ближе и роднее, чем есть. Может, она просто была комфортной из-за того, что была женщиной, как Эйприл? Ведь психика обычно всегда представляет женский пол, как безобидный… Но нет, это чувство было другим… Каким-то особенным…? Возможно, да. Это не ощущалось, как что-то родственное или дружеское. Донни сморгнув дремоту с замытых блюром, от недавних слёз, глаз, неощутимо вдохнул запах духов психолога, которая продолжала обнимать его. Пахло чем-то древесным… Словно ладан… И что-то пряное? Карица, кажется… И этот запах не звучал для обычно чувствительного носа Дона, как резкий терпкий аромат. Он даже подходил женщине. Дарил безопасность. Донни хмыкнул. Чтож, она всё-таки не шарлатан и дилетант. Его никогда так быстро не выводили на эмоции и правду в словах без сарказма. Но он должен признать, ему стало чуть легче. Её слова действительно помогли ему. Хоть и не сразу, но он отпустит всю ту ситуацию с детства. Он был ещё не слишком уверен в себе, но Кира была в нём уверена, он чувствует это. И её вера… Вселяла в его душу желание оправдать её ожидания. И её похвала… Ох, такая искренняя, такая чистая… Он так давно не слышал этого. Не будь он в своём образе, то он бы очень сильно поблагодарил её за эти теплые слова. Благодаря им он не чувствовал себя ничтожеством, не чувствовал себя неспособным сделать хоть какую-то технологию успешной, не чувствовал себя неуверенным в своём же интеллекте. Тихо выдохнув, юноша наконец ощутил, как мягкие руки разворачивают этот кокон вокруг него, освобождая. Лицо Шульцберг оказалось перед его лицом и Донни на мгновение замер всем естеством. Такие… Яркие глаза… И лицо было неописуемо лёгким, с искрами заботы и понимания, и ещё много всего можно было увидеть в блеске глаз Киры. И её улыбка делала с его дыханием какую-то волшебную штуку. Это ведь не нинпо, да? Она же не может владеть магией гипноза или типо того? Люди не имеют магии. Но у него было странное импульсивное желание погладить её лицо. — Думаю, пора прерваться на перерыв. Наш сеанс окончен, Телло. — улыбаясь произнесла женщина, вставая с кресла-мешка. Он последовал за ней. Они вышли из его лаборатории и направились в гостиную. Там смотрели фильм на телевизоре все остальные. Раф лежал на животе на полу, Майки лежал на его панцире, постелил на старшего брата одеяло и подушку. Леон развалился на диване, но не слишком эгоистично, чтобы у Эйприл было место лежать тоже. Заметив их приход, все тут же повернули головы к ним. Донни даже поежился от их пристальных взглядов наполненных ожиданием. Никто ничего не говорил, а потом… Лео первый поднялся и с улыбкой, достаточно не в его характере похлопал по месту рядом на диване, между ним и Эйприл, после чего произнёс: — Хэй, братец, присоединишься? Мы смотрим Юпитера Джима. Донни даже подзавис от этого приглашения. Леонардо… Действительно звал его смотреть фильм? Со всеми? Кира на это мягко улыбнувшись положила ладонь на его мягкий панцирь, отчего у него пробежала стая мурашек по чувствительной зелёной коже, осторожно пихая его в сторону дивана. — Не отказывайся… Тебе нужно сейчас побыть с ними. И ты им нужен тоже. Произнесла тихо женщина, снова даря ему спокойствие и уверенность в себе, после чего он кратко благодарно улыбнулся ей, шагая к дивану. Переступив Рафа, потрепав Микки по голове, Дон сел на диван, тут же оказываясь обнятым и увлеченным в объятия лежа на диване Леоном. Дон немного шокировано замер, лежа на пластроне близнеца, прижимаясь щекой к его груди. Руки Лео укрыли его панцирь, осторожно перебирая пальцами тонкий пушок на мягком панцире. И Дон сдался. Устроившись поудобнее, он начал наблюдать за происходящим на телевизоре сквозь полуприкрытые веки. Он был рядом с семьёй… И это главное. Через время он начал мурчать от поглаживания Леоном его панциря, почти спя на груди брата. Кира, которая наблюдала за этой милой сценой, уже со стороны, лишь облегченно выдохнула, понимая, что действительно смогла хоть немного, но помочь этим невероятным братьям мутантам. Кира сложила руки на груди улыбаясь, стоя в тени прохода. Она никогда не ощущала такое трепетное отношение к своим клиентам… Странно, но за один день эти подростки стали ей ближе, чем… Кто-либо. В этот момент Эйприл, повернула голову к ней и нежно улыбаясь протянула ей ладонь, молча зовя присоединиться. Женщина прикусила губу немного не уверенная в том, что она имеет право нарушать семейную идиллию этих черепашек и её младшей подруги. Но посмотревшие на неё три пары чёрных глаз черепах сказали всё за неё. И радосто выдохнув, женщина мягко прошагала к ним, осторожно устраиваясь под боком Рафаэля, получая в руки подушку от улыбающегося ей Микки. Кира тоже улыбнулась ему.

***

И лишь стоявший в тени Сплинтер наблюдал за его детьми и женщиной с нескрываемой завистью, обидой и… Печалью. Его семья была семьей и без Него… Как давно они стали отдельным звеном без него…? Как давно он… Перестал быть тем добрым и совестным человеком, когда он только недавно стал мутантом и выращивал этих малышей в одиночку? Как давно он перестал быть Отцом для них? Не произнеся ни слова, Сплинтер ушёл обратно в свою комнату. Его уход не заметил никто. Кроме Киры. И тогда она поняла… Ещё не все готовы.