Мой учитель русского

Проснувшись рано утром, а точнее его разбудили, Антон отправился по врачам. Одному анализы сдавал, другому хуй показывал, третьему вообще пытался доказать, что он не псих. В общем, утро у Антона началось веселое. Арсений же, ккоторый проснулся чуть ли не в обед, очень хорошо себя чувствовал, но все же где-то в глубине души, он вспоминал маленького Антона и очень жалел, что так с ним поступил. - Котенок, прости меня, я не хотел чтобы так получилось... — Арсений смотрел на фотографию Антона и чуть ли... Не плакал? Да. Это были слезы. - Расскажи, пожалуйста. Ты трубки всё это время не брал! Мы как узнали, что ты в больнице, то сразу приехали, - дополнил Позов. - Да там длинная история, может когда-нибудь расскажу... - Шаст немножко покраснел. Ему, почему-то, было стыдно. - Хорошо! - в один голос сказали двое братанов. «Как я их люблю....» Антон был единственным человеком, который смог вызвать у Арсения слезы. А Попов встретил впервые человека, которого ему правда жалко и он хочет сделать так, чтобы ему было хорошо... 16:30 Мужчина решил съездить к Антону. Во-первых, чтобы узнать, что у него со здоровьем и сколько денег нужно. Ну, а во-вторых чтобы извинится. Арсений приехал в больницу и еле как его допустили к парню. "Полтора часа страданий и я пришел, Антон" — голубоглазый уже давно навёл порчу на всех врачей, которые его не пускали. - Привет, солнце, — он зашёл в палату к Шастуну и посмотрел в его испуганные глаза. - Привет... - заикаясь, проговорил он. - Ты боишься меня? Ответа не последовало, осталась противная тишина. Вдруг открылась дверь. - Арсений Сергеевич, у вас есть ещё две минуты! - крикнула медсестра, заходя в палату. - Блять. - Попрошу вас не выражаться! - сказала молодая девушка, подходя к кровати Антона, что-бы проверить самочувствие. - Попрошу вас выйти, я хотел-бы поговорить с ним на едине. - Хорошо. Она закрыла за собой дверь. Снова наступила тишина. - Малейшие извинения принимаются? - он провёл пальчиком по вене младшего. - Я даже не знаю, что сказать... - начал он, - ты! Именно ты довёл меня до такого состояния! Ты во всём виноват! - Не кричи на меня! - мужчина снова сорвался. Снова. - Ну вот...Опять! Ты умеешь себя контролировать?... - Прости. Прости. Прости. Я очень виноват. Я хотел извиниться. - Это всё, что ты хотел сказать? - Я сделаю тебя счастливым... Мужчина попытался нежно поцеловать его в макушку. Но тот подставил руку, как бы показывая «неа». - А теперь уходи. Я не хочу сейчас видеть тебя. Арсений молча встал и подошёл к двери, сказав на последок «прости...». Антон в ответ ничего не сказал, лишь смотрел на дверь, из которой вышел Арсений и сразу же зашёл Олег - врач Шастуна. «Боже, оставьте меня в покое, заебали уже, один извиняется, другой хуйню спрашивает, да бля-я-я» - парень уже одним взглядом убил врача, который вопросительно на него посмотрел. - У тебя все нормально, что он тебе говорил? - мужчина решил побеспокоиться за здоровье мальчишки и как-то сухо стал с ним разговаривать. - Нормально, делай там свои ёбаные дела и вали от сюда! - Антон явно был не в настроении и просто послал его. - Прошу так не выражаться при мне! - сказал светловолосый мужчина, подходя к деревянному столу, что-бы взять анализы Антона, - Но я хочу вас обрадывать, - начал опять он, - у вас вполне хорошие анализы, всё восстанавливается, даже возможно, что скоро будет выписка. - Понятно, - скудно ответил юноша. Он понимает, что пидор-Арсений-Сергеевич снова заберёт его к себе, опять начнётся этот ад. - Вы не рады? Мужчина аккуратно проходил мимо множеством стульев, столов и кушеток, кривя лицо так, будто ему вообще не нравилась своя работа. - Рад. Ничего такого, задумался просто. - Хорошо, больше не буду вас тревожить! Олег ушёл, плотно закрывая за собой дверь. *** Шёл второй день в больнице, Антону стало скучно. Он даже думал об Попове. «Почему он больше не приходит?...» К нему заторможенно постучались, и, получив ответ, дверь отворилась. Это были Дима с Серёгой - старые друзья. - Как я рад вас видеть... - проговорил Шастун, расплываясь в радостной улыбке. - А мы то как рады, Тох! Они подошли к кушетке друга и весело заобнимались. На душе стало очень-очень тепло... - А что с тобой случилось то, дружище? - сказал Матвиенко, стиснув губы в трубочку.