И стали жить-поживать... (да не тут-то было)

      Аннушка отогнала машину на ближайший съезд, вытащила из багажника свой «набор антишоковый гиповолемический», то бишь для борьбы с кровопотерей (надо каждого вампира обязать обучиться и иметь такой при себе! никогда не знаешь, когда в один прекрасный день переборщишь! Выпьешь лишку, и что делать будешь?! Шею Хранителям подставлять?!) и вернулась ждать «Скорую». Заодно и подумать, а дальше-то что. Жан когда-то научил ее ставить подключичку, пару раз приходилось пользоваться его наукой, не сплоховала Аннушка и на этот раз. «Скорая» очень удивилась, обнаружив двоих своих клиентов с катетером в подключичке и пакетиками с физраствором, болтающимися на суку полудохлого придорожного деревца. И записка «Острая кровопотеря. Алкогольная интоксикация.» там же… А светловолосая девушка, что, стоя на обочине, махала машине, внезапно исчезла, как сквозь землю провалилась.       Ну, впрочем, работая на «Скорой», и не такое увидишь. Аннушка, убедившись, что оба пострадавших приняты «Скорой» живыми, вернулась к машине. Вытащила рюкзак. Сумку Васькину деду не оставили! Ох… Она переобулась, сменила берет на бейсболку и попрыгала. Вроде норм. Ничего не звенит. Заперла машину. Вздохнула и быстро пошла к автобусной остановке. По дороге подумаю… — Ты понимаешь, что я в таком виде не могу появиться на люди?! — прошипела Воронцова. Сёрега чувствовал себя… словно подхваченный вихрем шмоток мусора. Его куда-то тащит, волочёт, а воли в нем — как в использованном гондоне. Остро захотелось чем-нибудь закинуться, ну хоть алконавта какого прикусить, да куда там… — Ну и че? И че делать?! По-твоему, тут где-то гостиница есть?! — Барановский обвел рукой раскинувшиеся по обе стороны мертвые коттеджные поселки. — Ищи жилой дом! — Как, блять?! Палкой по забору стучать?! — Например… Чуйку упырью включи, идиот! Ты что, жрать не хочешь?!       Только сейчас Серёга осознал, что вообще-то уже прилично голоден. — Сергей! Я наелась и пьяна, так что давай, давай… — Песок! Навоз! — Серёга шел по пустому поселку и впрямь вел палкой по заборам из профнастила, — Песок! Навоз! Хозяйка, работник не нужен?       Наконец, хоть какие ворота отворились, и оттуда высунулся потный злой хозяин с матюками. Ольга будто из-под земли выросла перед растерявшимся мужиком. — Вы нас ждали, а вот и мы, — поймав его взгляд, сказала она. — Пригласите войти? — Да… заходите… — пробормотал тот, тяжело дыша.       По лестнице с крыльца быстро спускалась хозяйка. — Гоша, ты что?! — не успела она толком сформулировать, в чем неправ Гоша, как Ольга уже стояла перед ней и, глядя в глаза, отдавала приказ… — Размерчик не тот, конечно, — вздохнула Ольга, цыкнув зубом. Толстый мальчик, игравший в приставку в гостиной, даже не шелохнулся. — Станислав, у нас важные гости, — механическим голосом сказала его мать, — проходите, пожалуйста, наверх…       Барановский остался внизу, пошуршал на кухне. Плюхнулся рядом с парнишкой. — Че гоняешь? — ГТА, — отозвался тот, — а ты кто? — Твоей матери подруги муж, — выдохнул Серега и впился ему в шею. Блин, а вкусно по-живому-то пить! Он еле оторвался. Ухожу ведь пацана! Серёга вспомнил, как Жан нудел, предупреждая не трогать детей, стариков, малахольных девиц и дистрофанов. Да вообще никого лучше не трогать, потому как после сорока кровотечение может быть, геморрагический инсульт… Выходило, что прикусить можно только здорового крепкого мужика лет двадцати пяти. И то! А вдруг он больной?!       Однако жрать хотелось как не в себя, у пацана он явно отхлебнул маловато, и Серёга пошел искать хозяина дома. Тот растерянно стоял в гараже, перекладывая хлам со стеллажа на верстак и обратно — это Ольга велела ему заняться чем-нибудь в гараже и не соваться пока в дом. Барановский вздохнул, цыкнул зубом и впился в шею ему. Ну… курит. Бухал вчера, — это Барановский вдруг очень хорошо почувствовал, и чужое похмелье было ему совсем ни к чему, да и вообще мужик каким-то нездоровым был… А вот как именно нездоровым, Серега сказать бы не мог, но нутром чуял, что с почками у него что-то глобально не так, печенка какая-то жирная… Бля!       Сергей отпрянул. Он все ждал, когда у него вампирская способность появится, крутая какая-нибудь, типа чтения мыслей или телекинеза, или левитации, а это что?!       Бляха-муха! Диагноз по крови, как у Жана?! Да еб твою мать! Мне-то такая дрянь на кой?! Я нормальную способность хочу! Серега расстроился и злобно глянул на ни в чем не повинного мужика. Тот стоял, опустив руки, и медленно моргал, и ресницы у него были неожиданно длинными для такого полнокровного коренастого бугая.       Серега почему-то вдруг смутился. — Ну, ты это, почки проверь, — сказал он. — Типа, УЗИ сделай. Ясно? Мужик покорно кивнул.       Серега шмыгнул носом и пошел гонять с пацаном в ГТА.       Ольга приводила себя в порядок не меньше часа и наконец спустилась вниз чистой нимфой. — Поехали! — махнула она рукой. «Красивая все-таки», — залюбовался Серёга, распахивая перед ней дверь машины. Хозяин уже сидел за рулем. — Приезжайте еще, очень приятно было повидаться! — хозяйка машинально махала рукой, стоя на крыльце, и вид у нее был бледноватый.       «Ну хоть живая», — с облегчением подумал Серёга. — Куда едем? — спросил отрешенный Гоша. — В Москву! — велела благоухающая чужими духами Ольга. — Слушай, вообще Анька говорила в Москву не лезть, там камеры, она велела по области шариться, там, где людно, платить наличкой, менять хостелы почаще… — По-твоему, Воронцова будет жить, как крыса?! — осведомилась она. — Вперед!       Гоша нажал на газ, ворота за ними закрылись, и Ольга Анваровна отправилась покорять Столицу.