Show me the stars

Звук акустической гитары играет в комнате, пальцы перебирают струны, зажимая аккорды появляется удивительное чувство счастья. Немного хриплый голос Дазая исполняет его авторскую песню, Тачихара рядом добавляет ритма, от чего музыка чувствуется ещё больше. Не описать эти чувства, когда играешь на гитаре, это чересчур классное ощущение. Осаму взял гитару Чуи, так как свою он оставил дома, вместе с Мичидзу им хотелось провести вечер в этой комнате, полной музыки и умиротворения, они играют от души, поэтому они играют искренне, Чуя случайно проходил мимо комнаты, а затем обратил на их довольные улыбки во время игры, и кажется, они были далеко не в этой реальности. Накахара никогда не опаздывал на репетиции, но эти парни, видимо начинали играть ещё далеко до назначенного времени. Чуя не стал их перебивать, мешать играть и тому подобное. Он перевёл взгляд на свою электрогитару что лежала у стены, он молча взял гитару, нацепил на неё ремень, и подошёл к остальным, дабы подключить электрогитару к звуковой карте. Все обратили внимание на рыжего, но продолжили играть, так совпало что пока они играли свои партии, Чуя идеально вступает в их песню, электрогитара будто была создана для того чтобы вот так вступать в партию посреди песни. Они играли так, будто играют в последний раз. Звучит электрогитара Чуи Накахары, идеально закончив играть песню, до полной тишины. Все остальные слабо искренне улыбнулись, будто Чуя яркое солнце, Давай смотрит на него, и он поверить не может, что такой человек существует, он положил гитару в сторону, и подойдя к Чуе, снял с того его гитару, и крепко обнял, слегка приподнимая рыжего. На лице сияла яркая искренняя улыбка, а душа пела, это было то о чем можно мечтать. Эту близость между ними замечает Тачихара и Рампо. — Романтики, мы будем играть следующую песню? — У Тачихары была ехидная улыбка на лице, как и взгляд, он теперь до самой смерти будет их дразнить этим. Глаза Чуи сужаются в злом взгляде, а Дазай и не думает отпускать его, понимая, что если отпустит Накахару, то у Мичидзу проблемы будут. — Отпусти меня! — Возмущается Накахара, который чуть ли не ругается, после всей этой его злости Дазай отпускает рыжего, после чего Чуя тяжело вздыхает, продолжая говорить, — нам стоит ещё потренироваться перед предстоящим концертом. — Вообще не проблема, хоть целый день репетировать. — Говорит Тачихара, постукивая барабанными палочками. Все берутся за свои музыкальные инструменты, а после Мичидзу постукивает барабанными палочками сначала, вспоминая его ритм. А затем, звучит звук барабаннов, Чуя делает тихий вздох, он поглядывает на лады его гитары, и зажимает первые аккорды в его песне. По звуку гитары Дазая, он подключил звукосниматель к акустической гитаре Чуи, у рыжего на лице появляется хитрая улыбка, после чего он ловит этот ритм. Слышится звук его электрогитары, а затем слова текста что когда-то накинул Осаму в блокнот по приколу. Он поёт то что чувствует, репетиция это или нет, ему хочется петь во все горло, играть во весь звук. Выпадая из этой тяжёлой реальности, именно сейчас они могут чувствовать себя совсем иначе, это далеко не репетиция, это что-то гораздо большее, поэтому их фанаты обожают их песни. И обожают их, совсем скоро, их мечта сбудется. Сбудется мечта Накахары. Проводя медиатором по струнам, чувствуется как учащается сердцебиение, все прекрасно видели как Чуя старался петь красиво как только мог. Перехватывает дыхание даже обычная репетиция, и очень жаль что только они в этот момент слышали друг-друга. Они могут услышать звёзды в музыке.

* * *

До их концерта оставалось несколько часов. Чуя слегка переживал, он всё также проверял как будет работать звук, Осаму ему помогал, пока была пустая аудитория, он подключил электрогитару, и когда Чуя сделал немой жест, что нужно проверить звук, шатен слегка кивнул, и провёл медиатором по струнам, от услышанного звука электрогитары у Чуи буквально в голубых глазах сияет эта искра и яростное желание выступить на сцене. В этот раз, их сцена была побольше, и соответственно зал тоже. Проверив всё до последней детали, Накахара остался полностью уверен в концерте и в его группе. Перед концертом Дазай решил разбавить обстановку, и предложил Чуе пойти в их особенное место, они довольно быстро добрались до этого места, Осаму взял акустическую гитару Накахары в руки, и решил сыграть что-нибудь для него. Когда он сел на ближайшее удобное место, он начал перебирать пальцами струнами, в поисках красивой мелодии, Осаму слегка хриплым голосом сказал: — Спасибо тебе, Чу, — он приглушил струны проводя пальцами по ладам и переводя взгляд на Чую, — без тебя я бы вряд-ли перестал прятать свою гетерохромию. — Да ладно тебе, мне кажется это делает тебя особенным, — говорит Накахара, когда садится рядом с Дазаем. — Для меня это важно, только вот, — он делает небольшую паузу, — как думаешь, на концерте сильно будут зацикливаться на этом? Глаза Чуи слегка сужаются в размышлениях. — Я кое-что сделаю перед концертом, не беспокойся, — он слегка слабо искренне улыбнулся усмехнувшись, — а я смотрю, ты пользуешься моей гитарой? — Есть такое, — Дазай играет мелодию которую сочинил сам, — твоя гитара просто лучше звучит, мне слишком нравится. Чуя тихо усмехается. — Конечно, это ведь не твоя старая классическая гитара. Дазай продолжает играть, а когда он начинаеть петь, Чуя постепенно начинает подпевать, они ловят этот момент, нет они не выпали из реальности, но именно эта песня будто была создана только для них. Пальцы зажимают простые аккоды, баррэ давалось легче чем обычно спускаясь по ладам, их душа поёт вместе с ними. Пальцы перебирают струны, с такой лёгкостью, словно он всегда ждал именно этого момента. Они напевают мелодию, а их голоса пересекаются между друг-другом, они поют в очень похожий тон. Осаму заканчивает играть мелодию, его пальцы играют перебор, который Чуя хотел бы слушать вечно. Он наблюдает как пальцы Дазая перебирают аккорды, заканчивая играть перебор до самой последней ноты. Осаму приглушил струны и переводит взгляд на Накахару, на его лице появилась слабо искренняя улыбка. — Чу, смотри, а там звёзды, — он слегка кивает в сторону потолка, Чуя поднимает взгляд на потолок, а там сияют тусклым светом звёзды. В их глазах отражаются эти маленькие созвездия, туманность звезд, рыжий слышит как Дазай продолжает говорить, — если бы ты был звездой Накахара, ты бы был самой яркой в нашей галактике, — он слегка приблизился к Чуе, — в твоих глазах всегда были частицы космоса, ты знал? — Не-а, в моих глазах далеко не частица космоса, — он тихо усмехается, — в моих глазах, часть музыки. Как и в твоих Осаму, — он делает паузу, — я считаю, у тебя глаза на подобии туманности, не находишь? Они тихо усмехаются. «Давай Осаму, покажи всем что ты можешь…» — слышится знакомый голос где-то в двух метрах от Дазая, его глаза расширяются от надежды, он оборачивается туда откуда послышался голос. Никого. — Осаму, всё в порядке? — Чуя замечает что сделал неосознанно Дазай, и слегка волнуется за него. — …Да, в полном. — Его глаза наполняются тоской, он тяжело вздыхает, словно боль обжигает его легкие, будто он постепенно начинает задыхаться от этой боли. Он даже положил гитару в сторону. — Что-то не так. Что тебя беспокоит Осаму? — Впервые в жизни Чуя говорил настолько мягким тоном, неужели человек, который кажется таким непростым, грубым. Может быть с кем-то, таким ласковым? Прежде чем ответить, Дазай обдумывает, а после медленно кивает. — Я скучаю за Сакуноске. — Честно признается он, перебирая в руках медиатор. Глаза Чуи наполнены сочувствием, и сожалением о том, что случилось. Его глаза слегка бегают по пространству, в размышляя о своих словах. — Слушай сюда, — он приподнимает голову Дазая, чтобы посмотреть ему в глаза, он сделал паузу, а затем продолжил говорить спокойным тоном, — Ода Сакуноске, всегда будет верить в тебя, он всегда будет гордиться тобой за каждый твой порыв в жизни, — на его лице появляется слабая искренняя и уверенная улыбка, — он всегда будет рядом, где бы ты ни был. Покажи ему, что ты не разочаруешь его, покажи ему, что ты благодарен ему за всё, чтобы не произошло тогда. Боль внутри Дазая утихает со временем, он смотрит в эти голубые глаза полные жизни, полные уверенности в этом мире. Он тихо вздыхает не зная что сказать, ему становится спокойнее от мысли, что его близкий человек Ода Сакуноске, несмотря не на что рядом. Это греет душу, и лечит глубокую рану, в душе Осаму. А Накахара продолжает: — Я уверен, ты сильный. — Его искренность и уверенная улыбка на лице, будто даёт глоток воздуха, будто даёт ещё один шанс. Даёт возможность жить. Он слегка растрепал волосы шатена, как бы подтверждая свои слова. — Пожалуй. Ты прав, Чу, — с легкой горечью говорит Дазай, ком в горле до сих пор был. Но всё равно, стало гораздо легче, теперь, он не будет задыхаться в этой безграничной боли. Он прижимает к себе Чую, будто это самое дорогое что у него осталось, холодные бинтованные руки чувствуются поверх чёрной футболки Накахары, у Чуи создавалось ощущение, будто Дазай нуждается в помощи. Будто вот-вот, и он не справится. До их концерта есть ещё время, у них много времени, чтобы понять себя, и чтоб показать всему миру, эти яркие звёзды. — Рыжий Лис… — Тихо бормочет Осаму, будто он засыпал, но он просто наконец словил умиротворение и спокойствие. Им не нужно чего-то большего для счастья, такие разные, но так похожи. Ты — мой мир, моя галактика. — Осаму, сколько осталось часов до нашего концерта? — Прерывает тишину Чуя, до сих пор спрашивая осторожно, будто прикасаясь к чему-то что очень хрупкое. — Через час или два, — Дазай поднимает на Накахару спокойный взгляд. — Нам стоит уже начать готовиться к концерту, — размышляет он вслух, поднимая взгляд на нарисованные звёзды. Осаму отпускает Накахару. — Тогда пошли, — говорит он со слабой искренней улыбкой, снимая с акустической гитары ремень. Чуя кивает, и они направляются на концерт, благо идти им было не далеко, оставалось только подождать начала. Дазай заходит за кулисы а за ним хотел было уже пойти Чуя, но ему на встречу выбегает Рампо со словами: — Чуя! Ты видел сколько народу собралось? — Яркая улыбка сияла на его лице, он взял Накахара за руку, и показал как много людей в аудитории, от чего Чуя в буквальном смысле охуел. — Так много. — Ага! Представляешь какой классный концерт будет? Тут людей в три раза больше чем было раньше! — Рампо вновь забегает за кулисы с этими словами, Чуя вспоминает что он хотел сделать, до концерта ещё есть время, но всё же… Дазай смотрит как зал постепенно наполняется людьми, он осматривает участников группы, все были на месте, только вот на глаза не попался Чуя. Осаму остановился на мысли, что рыжий скоро вернётся. Проходило время, весь зал уже был полностью заполнен людьми, что с нетерпением ждали начала концерта, в руки берутся музыкальные инструменты, подключаются к звуковым усилителям. В глазах сияет лёгкое волнение, и вот уже называют их имена, вот-вот им выходить на сцену. Дазай оборачивается а Чуи до сих пор нет. это начинает напрягать. Тачихара, и Рампо уже пошли на сцену, при виде них зал наполняется легким шумом. Дазай переводит взгляд, за кулисы, видит, что Чуя идёт прямо на сцену, только вот его глаза… Он надел линзу? Осаму слегка удивился, а после направился выходить на сцену за Чуей. Вот оно. То чего они так желали, их фанаты замечают их и актовый зал наполняется шумом, визгами и так далее. Включается свет, падающий на Накахару, на его рыжие волосы что были собраны в хвостик, на его электрогитару. Чуя слегка оборачивается дабы дать немой знак Тачихаре, пора начинать. В ответ он слегка кивает, и слышится на весь зал барабанный ритм, Чуя поводит медиатором по струнам, занимая баррэ на первом ладу, и начинается их яркая музыка. Звучит их музыкальные инструменты во весь звук, Накахара поёт текст, будто наизусть. Во время перехода, Дазай замечает что глаза Чуи схожие на его, он видит что рыжий надел одну линзу, но для чего? Они продолжают играть, время незаметно проходит, а они явно не в этой реальности. Чувство гордости просыпается глядя на Накахару, Осаму проигрывает соло своими холодными бинтованными руками, и он подходит немного ближе к вокалисту, Чуя заканчивает партию несмотря на аккорды что он ставит, он переводит взгляд на Дазая, его глаза полны уверенности в своих действиях они начинают играть новую партию, это перехватывает дыхание, иногда Осаму подпевал Чуе, от чего зал шумел. Кажется, это их лучших дуэт, пальцы перебирают аккорды на разных ладах, довольная ухмылка сияет на лице Дазая, они смотрят друг на друга, и понимают без слов. Осаму подключается к тексту песни, от чего делает их выступление только круче, на переходе Чуя немного ходил по сцене а на ногах были всё те же старые чёрные конверсы, они поменялись местами. У Накахары даже лучше получилось соло, он ухмыляется, видя как всё проходит, как это приносит удовольствие. Освещение со временем угасло, а люди в зале включили фонарики, от чего создавалось ощущение звёзд. Даже здесь можно увидеть часть космоса. Они заканчивают играть очередную их авторскую песню, они поют так как чувствуют, плевать, фальшиво где-то или нет, это позволяет создать впечатление насколько сильно возможно чувствовать и создавать музыку, Тачихара дал порыв своим чувствам и ритм от его барабанной установки звучал громче, сильнее. Он буквально вкладывал душу в это, он позволил себе где-то немного импровизировать, также как и Накахара, последние аккорды звучат на его электрогитаре и он тихо вздыхает когда зал наполняется шумом и аплодисментами для них, он искренне улыбается, немного поправив рыжие пряди своих волос на ухо, он перевёл взгляд на Дазая на пару минут, а после он его крепко приобнял со словами: — У этого парня гетерохромия и я горжусь этим! — Глаза Дазая расширяются удивлении от сказанных его слов, всю жизнь его гетерохромия приносила ему неудобства и проблемы. А сейчас, весь актовый зал шумит для него, поддерживая, что его гетехромия по-своему прекрасна. Сердцебиение учащается от раднсти и гордости. Осаму решает, быть более увереннее в себе, и ему приходит идея в голову. — А это, мой рыжий Лис, мой парень, — он ухмыляется замечая сильное удивление Чуи, одно мгновение и Дазай поцеловал Чую, — завидуйте! Чуя не то что в удивлении. Он в ахуе. Он ожидал чего угодно блять но только не этого, на его лице появился едва заметный румянец, он отводит взгляд думая как продолжить концерт. — Ладно ладно, мы с этим позже разберёмся. Как насчёт узнать тайны этой галактики? — После этих слов весь зал шумит в знак согласия, одна из песен этих неудачников, про Млечный путь. Чуя слегка кивает, а после ухмыляется, начиная играть начало своей партии, затем в партию вступает Дазай, и только потом звучит ритм барабанной установки сзади. Они играют, а взгляд падает на счастливые лица людей в зале. Накахара замечает, что межу паузами Мичидзу крутит в руке барабанную палочку, рыжий саркастически закатывает глаза с ухмылкой на лице, но приходит момент, когда ему нужно начать петь текст, и он поёт, это завораживает. Казалось будто голос Накахары мог подойти к любому жанру музыки, но в этот раз он даже с импровизировал, у кого ещё может получится так хорошо чувствовать музыку, кроме как у Чуи. И это определённо гордость всей их группы, каждый в их группе особенный, они гордятся, что выступают прямо здесь и сейчас.

* * *

Зал шумит и наполняется аплодисментами, они ещё никогда не чувствовали эту благодарность от их слушателей, это было так приятно слышать, стоять здесь, на этой сцене… Голубые глаза Накахары просто не в силах поверить в это, настолько он мечтал об этом. Он никогда не думал, что его песни будут нравятся людям, и что у него будет не просто группа, а группа самых дорогих ему неудачников, как бы это странно не звучало. Но все они действительно становились для него очень ценными людьми. Чуя хотел было что-то сказать, но из-за шума зала не было слышно, он неловко промолчал, а Дазай подойдя ближе к месту Чуи дал немой знак людям в зале, чтобы они организовали тишину. — Вы знаете, за время этого концерта у меня появилась одна такая безумная но такая охуенная идея, — Дазай усмехается своим словам, — как насчёт того чтобы мы с Чуей, спустились к вам? — Он показывает рукой в аудиторию, а после добавляет, — только вот не получится взять барабанную установку… Но да ладно! Зал шумит в качестве согласия, и освобождает место чтобы пройти в самый центр зала, Чуя отводит от себя подальше микрофон и оборачивается к Дазаю со словами: — Ты совсем ебанулся? Как мы это щас устроим а? — Я здесь посижу, поиграю для тебя, а ты микрофон с собой возьми да и только, — отвечает спокойно Осаму размышляя, — ну если хочешь, могу притащить туда звуковую карту для твоей гитары. Чуя тяжело вздыхает. — Ты чёртов сумасшедший Осаму. — Ага, а ещё ты меня любишь, — с невинной улыбкой довольным тоном сказал Осаму спускаясь к аудитории, и протягивая руку Чуе. Накахара тихо вздыхает и идёт в самый центр аудитории, так необычно было, люди смотрят на него без осуждения, а с гордостью и счастьем. Он берёт в руки акустическую гитару с звукоснимателем, видя что Дазай уже принёс звуковую карту, он понимает что надо попробовать выступить в полной аудитории. — Да кстати, кому не сложно включите фонарики на своих телефонах, давайте сделаем своё звёздное небо, — говорит Осаму проводя взглядом по аудитории, и конечно многие включили фонарики. Осаму сел рядом с Чуей в самый центр, держа в руках микрофон, Накахара тихо вздыхает собираясь с мыслями. — Эта песня так сказать не авторская, но я бы хотел чтобы вы послушали. — Он усмехается, тише добавляя, — просто хочу чтоб вы знали. Он становит аккорды, а затем его пальцы перебирают струны, с его английским было все хорошо, поэтому проблем исполнить это не было. Его голос спокоен, а глаза закрыты, его пальцы буквально наизусть знают как и где играть. Оказалось, что многие знают эту песню, так что иногда зал подпевал, также, как и Осаму. Что касается Тачихары и Рампо на сцене, они смогли влиться в атмосферу, решая добавить импровизации. Мичидзу также умел играть на гитаре, так что он иногда со сцены играл какие-то ноты вместе с Чуей, сам Накахара и не был против. Когда он пел эту песню, создавалось ощущение, будто ему было невыносимо больно петь это. Дазай вслушивался в текст и понимал почему Чуе так больно петь. — I love you… and I don't want to. — Поёт Накахара, Осаму тихо подпевает ему на припеве, слегка приобнимая Чую. Зал тихо подпевает, пока Чуя продолжает играть, а затем в его голосе чувствуется искренность и легкая подавленность, — the smile that you gave me even when you felt like dying. Он продолжает играть, на пару секунд он перестаёт играть перебор, и касается лишь двух струн, зажимая всё такие же аккорды, он поёт немного тише, но это добавило лишь больше его эмоций что он когда-то чувствовал. — We fall apart as it gets dark, I'm in your arms in central park. There's nothing you could do or say, I can't escape the way I love you… — Продолжает петь Накахара, а затем он поёт последние слова в этой песне, — I don't want to, but I love you. Он замолкает, а зал тихо подпевает остаток песни под перебор Чуи, у Дазая много было вопросов, насчёт этой песни, и по какой причине, он сыграл именно эту, а не свою. Он слабо искренне улыбается глядя на Чую, Осаму также тихо подпевал, а когда Чуя закончил играть и приглушил струны. Зал наполнился аплодисментами и легким шумом, глядя на всё это Накахара чувствует себя дома, они аплодировали ему несмотря на то что он сыграл не авторскую песню, Чуе было немного не понять этого, ему казалось, нужно заслужить быть настолько любимым. На мгновение все выключают фонарики и включается более приятное освещение в зале. Накахара потерял дар речи на маленькое количество времени, он не знал что сказать, такое было впервые. Он перевёл взгляд на Дазая, а тот в свою очередь, смотрел на Чую с гордостью и счастьем что всё это происходит в самом деле, и что именно Чуя лидер в их группе. — Я как-нибудь, напишу тебе что-то подобное Чуя, — едва слышно говорит Осаму когда зал наполняется тишиной, — и однажды свою авторскую песню я спою на сцене для тебя. В голубых глазах было столько удивления что все так рады его видеть и вообще, он выглядел сейчас как ребёнок, которому когда-то не давали внимания. Конечно они не стали так выступать весь оставшееся концерт, и после этого они вернулись на сцену, продолжив играть их авторские песни, заканчивая концерт весь зал только и кричал им различные приятные слова, яркие искренние улыбки сияли на их лицах. Им не хотелось уходить со сцены, несмотря ни на что, именно в такие моменты их глаза сияли самой настоящей жизнью. Они попрощались со всеми слушателями в зале, а после ушли со сцены, уходя Чуя спросил у Осаму: — Ты мне объяснишь что это вообще было в начале концерта? С каких это пор я твой парень? — Чуя снимал ремень с гитары, а гитару позже сложил в чехол. — Маленькое проявление любви, а что? — Дазай усмехается подойдя к Чуе, — ты мой парень, что не понятного то? — Ни черта я не твой, и не буду твоим, это ясно? — Начинает немного злиться Чуя. — Оу, это вызов? В таком случае, я заставлю тебя изменить своё мнение, — ехидно усмехнулся Осаму, в его взгляде многое буквально говорило о его планах на рыжего. — Заставит он меня, ага, конечно, так я и поверил. — Усмехается саркастически Накахара, наблюдая как Тачихара и Рампо уже уходят, вслед он им только помахал рукой. — Вот увидишь Чу, — хитро говорит Осаму а после он хватает Накахару, и берёт его на руки, так чтобы Чуя не смог вырваться, — а пока, будем развлекаться мой собственный рыжий Лис. — Эй какого?! Ты что вообще творишь чёртов Осаму! — Возмущается Чуя, практически весь путь до их особенного места, — ты грёбанный вор, ты знал что людей воровать незаконно?! — А что такое? Сдашь меня в полицию? — Может и сдам! Бесишь ты меня! — Ругается Накахара, пытаясь вырваться но к сожалению у него не получалось. — Ой ой, как страшно то, — саркастически говорит Осаму, ехидно улыбаясь. Дойдя до их особенного места он прижал Накахару к стене, не давая куда-то уйти со словами: — Если я поцелую тебя, что ты сделаешь? — Он смотрит прямо в голубые глаза Накахары, в его суровый взгляд. — Вот что я тебе скажу, романтик ты ебаный, — Чуя делает небольшую паузу, и его злость вырывается наружу, — ещё раз ты вот так без спроса будешь хватать меня, я тебя убью! — Я то хоть романтик, а не злобный рыжий Лис, — тяжело вздыхает Осаму, скрещивая бинтованные холодные руки на груди. — Ты вообще бинтованная скумбрия! — А ты рыжий коротышка. — Вполне спокойно говорит Дазай, смотря на Чую словно на мелкого злобного ребёнка. — А ты мумия чёртова! Осаму тяжело вздыхает, и приближается к Накахаре почти впритык, он слегка приподнимает подбородок рыжего, смотря в его голубые глаза, словно в душу заглядывая. У Чуи перехватывает дыхание, а сердцебиение немного учащается. — Даже не смей. — Шепотом почти угрожающе звучит голос Чуи. — А если посмею? В ответ тишина, а на лице Осаму появляется ухмылка. — Как ожидаемо. Чуя не знает уже что говорить, а его тело просто его не слушается, да и деться ему некуда. Особенно, когда он наконец чувствует губы Дазая на своих. — Ты украл мой первый поцелуй. Ты это знал? — Едва слышно говорит Чуя, когда шатен наконец немного отстраняется. — Теперь знаю, — Дазай самодовольно усмехается, — а ещё я знаю, что украду все твои остальные поцелуи. — Ты слишком наглый, Дазай Осаму. — Я не виноват, что полюбил рыжего хитрого Лиса, — он сказал это слегка растрепывая рыжие волосы Чуи, ощущать на голове такую холодную руку было непривычно, особенно для Чуи, который всегда был тёплый. — Ты всегда такой тёплый, Чу? — Интересуется Осаму. — Ага, а чего спрашиваешь? Осаму тихо вздыхает. — Я просто замёрз, — тихо и с тонкой искренностью говорит Дазай. — Пф-ф, не мои проблемы. Дазай пожимает плечами, а после обнимает Чую, слегка приподнимая и забирая на ближайший мягкий диван, он лёг прямо на Накахару, в попытках согреться. — Нормально тебе лежать на мне? — Спрашивает его Накахара, каким бы злым Чуя не был, он всё равно укрыл пледом Дазая, чтоб шатен быстрее согрелся, также он ответно обнял Осаму. — Вообще прелесть, чудесно когда есть такой мягкий и тёплый рыжий Лис. — Осаму обнимает его чуть крепче, на душе появляется спокойствие, и у них обоих приходит осознание того, как сильно они устали. Он переизбытка эмоций на концерте, они совсем не чувствовали этой усталости. Вдобавок, кажется бессоница оставила Осаму в покое, из-за чего он начал постепенно засыпать. Чуя саркастически закатил глаза, а после ответно обнял Осаму, замечая что он постепенно пытается уснуть, рыжий не мешает, зная сколько бессонных ночей было у Дазая. Не сказать что было слишком поздно, но даже сейчас, им больше хотелось отдохнуть под собственными нарисованными звёздами. В скором времени у Осаму получилось уснуть, а следом за ним нечаянно уснул Накахара, будучи в своих мыслях и анализируя всё происходящее за сегодняшний день, он просто отключился от усталости. Они впервые за долгое время спали спокойно, и Накахару даже перестали беспокоить кошмары, а что больше всего радовало, всё обошлось без панических атак. Приходящие сообщения от остальных их знакомых он так и не прочитали за это время, они слишком устали, и в этот раз, в хорошем смысле. Они проспали довольно много времени, и никакой будильник не смог их разбудить. Лишь нарисованные звёзды тускло сияли на потолке, люминесцентная краска создавала прекрасный оттенок в комнате, книги по астрономии лежали на полках, а фотоаппарат рядом, хранил их воспоминания. Чуя уверен, что они создадут ещё больше самых любимых воспоминаний. Начиная от вкуса табака вишнёвых сигарет, звука первых аккордов акустической гитары, и заканчивая бессонными ночами, провожая звёзды в дальний путь. Рыжий Лис, и Маленький принц.