Ко мне пристал Бог

      Я вот сижу и думаю. О чём бы спросить такого Бога. Это такая возможность. Я мог задать все вопросы на которые люди гадают веками.       — Есть ли загробная жизнь? Что такое душа? Мир это матрица?       — Тебе самому-то интересно ответы на них? — спросила Бог.       — Ну… это вопросы, на которые человечество ищет… — отнекивался я, но меня прервали.       — Человечеству, но ТЕБЕ самому интересно? — указала Бог.       — Я… я не знаю, — признался я — Я думал, что раз у меня возможность, то должен спросить…       — Потому что общество так решило? — спросила Бог.       — … — я не знал как ответить.       — Адам, ты личность. Ты — часть общества, но общество это не ты. Не все мыслят, чувствуют и желают одно. Спрашивай то, что тебе искренне интересно, не ориентируясь на других. К тому же, я ещё не скоро исчезну, поэтому не нужно задавать все вопросы сейчас.       Всё что она говорила таким успокаивающий душу. С Богом я почувствовал себя собой. Однако, это вызывало во мне некую злобу, неприязнь, отторжение. Я вспомнил главный вопрос моей жизни в моей отношении к вере.       — Почему ты не помогаешь? — серьёзно я спросил Бога.       — В чём? — наклонила голову в бок Бог.       — Во всём. Почему люди умирают от болезней, почему умирают от катастроф, почему люди и дети голодают в странах третьего мира? Я с детства не понимал и не понимаю, почему «Всемогущий Бог» дозволяет происходить злу.       — Будь ты мной, чтобы ты сделал? — вместо ответа, задала вопрос Бог.       — Я тут спрашиваю, — злобно указал я, но сдержанно.       — Будь ты мной, чтобы ты сделал? — повторила Бог, ни капли эмоций.       — Я бы помог всем, кто нуждается…       — Адам, не ври мне, я Бог, я знаю всё. — указала она — Ты бы ничего не делал и лишь иногда поглядывал на людей. Ты не добрый самаритянин. Ты так говоришь, потому что так требует общество от тебя. Ты личность, не стесняйся своей сути, ты это ты.       — Ладно, я не идеален, я не самый добрый. — признал я — Но почему ты не помогаешь тем кто нуждается.       — Эх, — устало выдохнула она. Ощущение, как будто я надоедливый ребёнок — Смотри, есть две главные причины, — поднял один палец — Первое, подобно детям, что учатся сами за собой ухаживать, люди должны научиться сами справляться с трудностями, быть независимыми от меня — Бог поднял второй палец — Второе, я не могу исправлять последствия ваших ошибок. Я не виновата, что вы убиваете друг друга, это не я виновата, что вы забираете друг у друга всё, не я виновата, что вы портите природу, из-за чего голод, засухи и прочие последствия. Вы, люди, виноваты в своих бедах. Это не я убил твою маму, а пьяница, что не послушал своего друга.       Бог говорила монотонно и бесчувственно, но слышались нотки чего-то беспокоящего меня. Она была зла? По её лицу сложно сказать. Но усмирить меня она смогла. Я чувствовал себя подобно ребёнку, которого причитали и что самое ужасное, справедливо. Мне было стыдно за свою злость и за всех людей. Я понял, насколько я мелочен перед Богом.