ponderatio

⋆⋅☆⋅⋆ ──── ⋆⋅☆⋅⋆ ──── ⋆⋅☆⋅⋆

Появление мифологического существа.

      Тяжёлые шаги заставили землю содрогнуться. Шепфамалум, бог тьмы, впервые ступил на землю со времён Адама и Евы. Его взор упал на крошечное тело, распластавшееся на раскалённой, выжженной земле.       Бог увидел, как его чернота просочилась в тела невинных существ. Они вкусили грех, пульсировавший в его собственных жилах. Он лишь усмехнулся, осознав, что чаемого страха перед людьми всё ещё не было. Чувство было диким, чужим... но сейчас Шепфамалум ощущал нечто иное... Гнев?       Не отрывая взгляда от ребёнка, от беззащитного существа, порождённого его творением, бог тьмы приблизился. От его шагов, больше похожих на копыта, маленькое тело слегка подрагивало. Девочка была уже мертва. Всадник Смерти напился своего творения, явив жизнь и смерть. Так эта девочка стала первой смертной, павшей от руки собственной плоти и крови.       Бог издал тяжелый вздох и воздел руку над окровавленной головой девочки. Он жаждал заполучить силу духа, зверски оборванного. Он возжелал осквернить саму суть реинкарнации. Почувствовав, как тончайшая нить потянулась к его исполинской серой ладони, Шепфамалум узрел короткую жизнь этой юной смертной.

Адам и Ева дали жизнь новому поколению.

Браки между близнецами создавали всё новые и новые поколения.

Ева произвела на свет сто двадцать детей, и каждый раз рождались близнецы. Люди процветали, позабыв о своём месте во Вселенной.

      Каин, старший сын Адама и Евы, лишил жизни своего брата Сифа. Девочка по имени Табахера, оказавшаяся свидетельницей этой трагедии, стала первой, кто узрел смерть взрослого.       Каин, охваченный слепой яростью, ударил Табахеру чёрным камнем, прозванным впоследствии морионом. В очередном жестоком замахе на сестру он повторил убийство, привнеся насильственную смерть в смертный мир. Камень, забрызганный и пропитавшийся невинной кровью, вспыхнул и тут же угас, начав жечь руку убийцы.       Табахера, сражённая предательством Каина, рухнула на землю. Она чувствовала, как сама Смерть надвигается. Её детские глаза были прикованы к раскалённому песку. Каин же неотрывно следил за темноволосой девочкой, чьи силы покидали её.       Первым, что охватило Табахеру, было предательство. Предательство того, кому она доверяла. В виске закололо, кончики пальцев онемели. Слёзы струились по щекам, исчезая в песке. Зной прожигал её проломленный череп. Девочка сипло выдохнула, предчувствуя, что никто не придёт к ней в смертный час.       Затем накатил страх — никогда более не видеть братьев и сестёр. Вслед за ним вспыхнула ненависть — жажда отмстить Каину за отнятую жизнь. И, наконец, её охватила опустошённость — нежелание покидать этот мир при том, что душа уже рвалась прочь из тела.       Её душа увидела, как Каин швырнул камень, суждённый стать причиной многих бед. Он не сразу отвернулся от сестриного тела.       Табахера ощущала зов высших сил в безопасный лимб, но поплелась за Каином. Он шагал отрывисто, широко, пытаясь уйти подальше. Его глаза налились кровью, вены на лбу вздулись. Алые капли испещрили его белый хитон, запятнав белоснежные волосы. Он учащённо дышал — его переполняло то же, что и умирающую Табахеру: ярость.       Совершив грех дважды, человек стал тем, кем желал его видеть бог Тьмы. Табахера шла за Каином до песчаной горы, но что-то отозвало её. Она обернулась, а Каин между тем взошёл на вершину и замер. Он обвёл взглядом окрестности, но никого не увидел. А Табахера бросила последний взгляд в его глаза. Показалось, он осознал содеянное, но, тяжело вздохнув, направился вниз, к поселению.       Табахера уловила зов и кинулась на него. Но, узрев серокожего мужчину, пришла в ужас. Он принялся вытягивать из неё воспоминания, и она ощутила, как они тают. В панике она закричала:       — Нет!       Шепфамалум устремил взгляд вперёд и различил слабое скопление энергии — вот что представляла собой душа девочки. Улыбнувшись, бог Тьмы с издевкой поднял ногу и обрушил её на хрупкую спину ребёнка. Табахера вскрикнула. Её крик был столь ужасен, что услышать его мог лишь сам бог.       Шепфамалум вновь усмехнулся и повторил надругательство. Он с холодным интересом взирал, как девочка разрывается между желанием остановить его и порывом отправиться в лимбо. Её прозрачное тело корчилось, она голосила от отчаяния. А бог лишь наблюдал.       Он видел, как в сущности девочки ежеминутно боролись свет и тьма. Он видел, как её раздирала эта борьба. Шепфамалум издал вздох, и пышащий жаром воздух окутал его.       — Требуется больше скверны, — промелькнуло у него.       Шепфамалум осклабился, увидев, как Табахера бросилась к нему, дабы пресечь его. Но было поздно. Бог совершил осквернение, и его семя излилось на мёртвое тело, породив зародыш.       Ужас сковывал Табахеру. Будучи духом, она должна была бесстрастно взирать на свою прежнюю обитель, но существо, возникшее у её ног, заставило её поднять взор на Бога.       Шепфамалуму этого было мало. Он взмахнул когтем, и душа убитой была насильно ввергнута в зародыш. Плод начал стремительно развиваться, превращаясь из плоти и крови в обнажённую взрослую женщину с белыми глазами и чёрными волосами.       Бог грубо приложил свою исполинскую руку к бледной щеке новорождённой.       — Ведущая, проницательная, злобная, — нарек он черты, коих жаждал. — Осквернённая, преданная, хитрая, грех для мужчин, — он не удостоил смертный язык, изрекая всё на древнедьявольском. — Мрак твой друг, демон твой покровитель, ночь твоя услада.       Бог Тьмы неспешно изрёк последние слова и узрел, как женщина сомкнула веки и прижалась к его грубой холодной ладони.       — Ведущая, — принялось вторить новое создание. — Проницательная, злобная. — Женщина покорно распахнула глаза и уставилась на творца. — Осквернённая, преданная, хитрая. — Её губы чётко выводили слова. — Я грех для мужчин, мрак мой друг, демон мой покровитель, а ночь моя услада.       Женщина разразилась хохотом, узрев бога. Она возжелала любить и защищать его, подобно Церберу в Аду. Напутствием для первой ведьмы стало — размножаться и породить больше женщин, нежели Ева.       Шепфамалум растворился, а ведьма с тоской посмотрела на труп девочки. Казалось, её душа была связана с незнакомкой, но сердце, будто поражённое проказой, застыло в миг.       На этом Шепфамалум не остановился. Он принялся творить мифологических существ из убитых детей Адама и Евы. Каин, вскоре павший от руки первой ведьмы, сумел-таки оторвать ей голову, но и сам погиб в той схватке.       За ведьмами явились оборотни, а за ними сирены. Но, словно в насмешку над вселенной, возникли и противоположности: ведьма — фея, сирена — русалка, оборотень — перевёртыш.       Бог Тьмы пришёл в ярость, когда кровь смешалась со смертным мужчиной, породив магов-мужчин. Уступая в силе ведьмам и феям, они искусно оберегали потомство.       Численность монстров, чад бога Тьмы, множилась. Смутные времена питали его торжество. Он ликовал, ибо к нему примкнули не только смертные и немощные бессмертные, но и падшие ангелы, осквернённые и исполненные злобы. Так была сформирована целая армия грешников, восставших против Шепфы и высших ангелов.

⋆⋅☆⋅⋆ ──── ⋆⋅☆⋅⋆ ──── ⋆⋅☆⋅⋆

Четвертый мир.

Школа.

      На уроке Мими подчёркнуто отвернулась от Вики. Пусть ангел и сознавала, что ведьме не место среди них, она надеялась, что Геральд всё же сумел обучить её каким-никаким приёмам, скажем, правильной группировке или расчёту сил. Вздохнув, Уокер обвела взглядом своих напарников. Среди них был Дино — приятный учитель и искусный боец. Припомнив прошлое, девушка изобразила улыбку и подошла к нему. К её изумлению, он охотно согласился обучить её рукопашному бою.       Ловко увернувшись от кулака друга, Вики непроизвольно встала на мостик. Плавно выгнувшись и сделав кувырок через руки, она отряхнула ладони, с хитрой улыбкой глядя на изумлённого Дино. Непризнанные, присевшие после боя, не сводили глаз с бывшей советницы и воскресшего ангела. Поначалу простые движения вскоре усложнились, и Уокер, запыхавшись, подняла руку, прося передышки. Дино одобрительно улыбнулся и дал ей передохнуть. Этот миг стал для неё единственным светлым пятном с момента прибытия.       Вики, едва переведя дух, вновь приняла стойку, готовая к защите или атаке. Она взглянула на друга и прочла в его глазах уважение.       Уокер изворотливо увернулась от удара и, всё так же тяжело дыша, прислушалась к наставлениям ангела, не прекращавшего говорить и атаковать. Дино, ухватив её за запястья, опрокинул девушку на землю и зафиксировал, ухватившись за ремешок на талии. Вики чуть не врезалась лицом в землю. С облегчением выдохнув, она поблагодарила Дино и взглянула на Чуму, шедшую меж бессмертных. Непризнанные вскочили на ноги и принялись отрабатывать удары. Всадница же, с видом пресыщенной скукой, прошла мимо них.       — Мы любили раньше драться, — произнесла всадница, окинув всех учеников взглядом. — Тренируйтесь упорнее, чтобы моему братцу не пришлось скучать.       Вики устремила взгляд на Чуму и провожала её глазами до самого входа в школу. Слова садистки вызвали у неё напряжение, и она обратилась к Дино с просьбой продолжить обучение. Её нежность и настойчивость восхитили его. Он улыбнулся в ответ и отдал распоряжение о подготовке. Мими стояла рядом с Кристофером и наблюдала, как её подруга, предавшая и подставившая её отца, вновь шла ко дну, но всякий раз поднималась. Сама того не осознавая, она улыбнулась её упорству, но тут же отогнала мысль о прощении.       Вики ощутила на себе пристальный взгляд Мими и, пропустив удар, грохнулась на землю. Придержав рукой челюсть, она лукаво улыбнулась Дино и стремительно поднялась. Как и Фрай, Вики стремилась постичь что-то новое. Несколькими днями ранее она пробралась в оружейную и застала Эмилию за медитацией. Ангел решила не тревожить ведьму и просто села на кровать. Она следила за тем, как её подруга пыталась стать сильнее, даже лишившись возлюбленного.       Эмилия с жадностью и почти маниакальным рвением изучала каждый принесённый Безликим фолиант. Закончив чтение, она с жаром пересказывала содержание Уокер, то и дело вставляя странные заклинания или теории. Так Вики и узнала о существовании камня, ставшего «священным» из-за первой детской смерти.       Ангел, по происхождению смертная, знала, что Адам и Ева пришли на Землю и рожали близнецов. Однако Эмилия, словно её учительница из прошлой жизни, обстоятельно рассказала об этом камне.       — Зло и Добро, жадность и щедрость, — проговорила ведьма, вытянув ноги на полу. — Камень раскололся после смерти Каина, но пропитался скверной, когда тот убил Табахеру.       — Значит, с детской смерти люди начали убивать не только взрослых… — прошептала Вики, поразившись тому, как много связано с мирами. — Кто такая Табахера?       — Младшая сестра-близнец. Они оба были из пары близнецов. Табахера — первая женщина, одарённая способностью создавать атмосферную энергию наравне с ангелами и демонами. — Эмилия покрутила пальцем в воздухе. — Она — прародительница всех ведьм и последующих мифологических существ. Поэтому смертные не знают её, ведь она — потусторонняя гостья, ни ангел, ни демон. — медленно проговорила ведьма, облокотившись на руки. Вики посмотрела на подругу, удивляясь новой информации, а Фрай в ответ улыбнулась и вновь погрузилась в саморазвитие.       После того как Фенцио наконец сломил её сопротивление, Уокер стала получать странные письма, помеченные инициалами «О.С.». Именно из них она и узнала местонахождение Мамона. Уокер осознала, что не одинока в своей борьбе с Всадницей. Она знала, что её друзья тоже сражаются за жизнь своих близких, и почувствовала облегчение. С новым оптимизмом она смотрела в будущее, воображая, как проведёт ближайшие дни в школе ангелов и демонов. Её вера вселяла надежду не только в неё саму, но и в окружающих.       Чума не могла понять, почему Уокер не испытывала прежнего отчаяния, как после смерти отца. Фрай видела, что Уокер стала сильнее и целеустремлённее, но не стала выпытывать у неё подробностей. Она сама пыталась увеличить свои шансы на выживание и хоть как-то помирить двух подруг. Разумеется, у ведьмы ничего не вышло, и она оставила эти попытки, предложив друзьям собираться небольшими группами в оружейной.       Вернувшись с очередного задания, ведьма застала всех учеников собравшимися в зале. Фрай отчиталась перед Чумой и ощутила на себе тяжёлый взгляд дяди. Он резко прервал её, наклонился и что-то прошептал маньячке на ухо. Эмилия поняла, к чему всё клонится, и испугалась, увидев довольную улыбку Чумы. Всадница с издевкой захлопала в ладоши, приглашая всех поглазеть на поединок. Эмилия с трудом поднялась с колен и увидела, что вокруг столпились зеваки. К ней подошёл старший Фрай. Чума приказала начать.       Белобрысый ухмыльнулся, взмахнул руками — и в них материализовалось ледяное копьё. Дагон принялся атаковать Эмилию, заставляя её носиться по залу и уворачиваться от его ударов. Выстроив защитный купол, она наблюдала, как тот тут же разлетелся вдребезги, и неловко рухнула. Ведьме пришлось на ходу придумать, как обезвредить его.       Припомнив уроки старика, Эмилия швырнула в него горсть маленьких огненных шариков. Ей пришлось отвлекать Дагона этим нехитрым способом, не прекращая убегать. Заметив его приближение, Эмилия судорожно сунула руку в карман и ухватилась частичной телепортацией за что-то. Достав металлическую трубу, она замахнулась на черномага, намереваясь на мгновение обездвижить противника. Дагон, приблизившийся к ней, словно хищник, мгновенно возник позади и ударил ногой по спине.       Эмилия отлетела в сторону крылатых и увидела заплаканную Мими. Фрай зажмурилась. Мими попыталась помочь ей подняться, но Эмилия резко оттолкнула её и поднялась сама. Взглядом она попросила прощения за свою резкость. Ведьма заметила, что Дагон не может оторвать ногу от пола. Огонь отвлёк черномага, а она тем временем создала под его ногой липкую поверхность, которая мгновенно застыла, схватив его.       Усмехнувшись своим способностям, Эмилия начала подпрыгивать на месте, вспомнив, как Небирос поступал так же перед атакой. Она разогналась и сбила дядю с ног, позволив ему сломать ногу.       — Проклятье! — вскричал Гадриэль, хватаясь за свою ногу.       Услышав гортанный крик дяди, Эмилия с невозмутимым видом повернулась к окружающим, самодовольно похлопала себе и, отдав поклон Всаднице, покинула зал. Дрожь в ногах и покалывание в сердце от осознания содеянного заставили её ускорить шаг. Она подавила желание оглянуться, захлопнула за собой дверь и прошла в подсобное помещение.       Там Эмилия свернула в купальню и сбросила грязную одежду. В раздражении она умылась и впервые за долгое время взглянула на своё отражение в зеркале. Увидев синяки под глазами, Эмилия усмехнулась. Она посмотрела на свои дрожащие руки.       Ей удалось побороть страх, и она почувствовала облегчение. Нога тирана заживёт, но шрамы и утраченный палец останутся. Для Эмилии Фрай это была первая небольшая, но победа. Она смогла постоять за себя и свою честь. Глубоко вздохнув, она направилась к ванне. Опустившись в общую ванну и стараясь не мешать незнакомой женщине, Эмилия заметила Лилу: та лежала с закрытыми глазами и наслаждалась тёплой водой.       Эмилия улыбнулась и посмотрела на других бессмертных. Она облокотись на перегородку и наблюдала, как девушки прихорашиваются, нежно поглаживают свои перья. Позади послышался нервный шёпот, и ведьма обернулась. Незнакомки, смущённые, отвернулись, продолжив обсуждать следы пыток.       — Смело приходить в общую ванную с такой спиной, — спокойно сказала Лилу, приоткрыв один глаз. Встретившись с ней взглядом, девушка раздражённо вздохнула, дожидаясь, пока большинство бессмертных выйдут из воды. — Скоро всё закончится.       Не понимая, о чём говорит Лилу, Эмилия переспросила. В ответ та едко подметила уродский протез. Пряча палец в воде, Лилу расхохоталась со своего замечания.

«Она точно Ангел?!»

      Зеленоглазая девушка, словно соглашаясь с её мыслями, извинилась. Эмилия, вытираясь предоставленным полотенцем, наблюдала за крылатой. Лилу всё так же отстранённо лежала в ванне, лишь изредка открывая глаза. Заметив это, ведьма попрощалась с ангелом, услышав тихое «пока».       Эмилия направилась к своим покоям, но за поворотом столкнулась с противными близнецами. Вики рассказывала ей, что они вытворяли на балу. Пытаясь пройти мимо них, ведьма услышала похвалу в свой адрес от Кристофера. Фрай хорошо относилась к нему, но не к его брату, который прожигал её взглядом.       — Вот это ты его, — сказал Кристофер, обращаясь к ведьме. Она заметила кудрявого паренька, который изображал её удар. — Необычно, конечно. Мы таким не пользуемся, но это достойно похвалы, — с удивлением подтвердил Кристофер. Астарот прервал паренька:       — Ходят слухи, что пару недель назад Мальбонте что-то выпил из твоей сумки… — понимая, к чему он клонит, Астарот перешёл на шёпот. — Ты мне кое-что раздобудешь?       Не стесняясь брата, он задал вопрос. Кристофер закатил глаза, не удивляясь ему. Эмилия старалась сдержать смех, слушая речь Астарота.       — Вы знаете, приворотного зелья не существует, — развеяла мифы об «околдовывающих» зельях Эмилия. — Есть снадобья, которые помогают расположить к себе собеседника. А есть те, которые позволяют собеседнику прочувствовать то же, что и создатель зелья. Но они не способны вызвать влюблённость.       Метис как-то странно посмотрел в сторону другого крыла школы. Он явно хотел, чтобы Эмилия приготовила зелье для кого-то конкретного. Ведьма согласилась сделать зелье, чтобы расположить этого бессмертного к своей избраннице. Конечно, Эмилия понимала, что Люцифер тоже питал чувства к Вики, и даже дольше, нежели Астарот, но она прекрасно знала, что зелье, которое выпил Мальбонте, не вызовет даже симпатию к наивному метису. Посмотрев на Кристофера, ведьма приподняла бровь, намекнув про зелье. Однако Кристофер отказался от этой идеи.       Фрай в последний раз взглянула на братьев, пожала плечами и спустилась в свою комнатку. Она испугалась неожиданного гостя и упала на лестницу. Люцифер захлопнул обещанную книгу и, стараясь сдержать смех, указал наверх.       — Он всерьёз надеется получить что-то от Уокер, — с неприкрытой ревностью произнёс он, показав на книгу в своих руках. — Пора учиться, ведьма… — с улыбкой сказал Люцифер, собираясь бросить книгу в Эмилию, но, увидев её реакцию, остановился.       Люцифер с облегчением вздохнул и бережно положил книгу на кровать. Пройдя мимо девушки, он услышал слова благодарности от Эмилии. Девушка подбежала к книге и раскрыла её. Она попыталась забыть о дяде, но это было нелегко. Тогда она села на пол и погрузилась в чтение. Ведьма читала, не смыкая глаз, а по её щекам текли слёзы.       Перед смертью отец оставил ей подсказку, зашифрованную в тексте книги. На каждой странице он оставил свои заметки и исправления, а на страницах с заклинаниями были изображены феи. Отец рассказал, как развеять ту или иную магию, что могли делать феи, по его знаниям из личного опыта, и как принять тот факт, что у тебя должны быть крылья с рождения.       Фрай воскресила в памяти воспоминания и худые руки Чедвика, позволив слезе скатиться по щеке и упасть между книгой и рукой на ногу. Вчитываясь в проявляющийся текст, девушка представляла, как рядом сидел отец, рассказывая своим голосом написанное. Он слегка трепетно и слегка безумно повествовал всё, что успел описать в проклятой книге, предлагая дочери посмотреть на иллюстрации.       Слабо улыбнувшись своей фантазии, она продолжала вчитываться. Эмилия не знала, сколько прошло времени, но спать на полу было невозможно. От толчков земли у неё разболелась голова. Она понимала, что стихия бушует, срывая очередную печать, и даже с потолка посыпались камушки. Она поднялась с помощью кровати и услышала встревоженные сонные крики.       Встав на корточки и посмотрев в крошечное окошко, Эмилия увидела огромную тень. Это был всадник Войны, который направлялся в кабинет Чумы.       Вики, сама пришедшая в кабинет Чумы, увидела, как дребезжали окна от силы второго всадника. Она заметила, что Чума смотрела на дверь, и тоже повернулась к ней. В этот момент в комнату вошёл высокий мужчина, от которого исходила разрушительная энергия.       От его появления у Вики перехватило дыхание, и она не могла отвести от него взгляд. Девушка поняла, что это Война. Его появление означало, что вскоре придут и другие всадники, и наступит судный день. С большим трудом Вики смогла отвести взгляд от Войны и услышала, как Чума представила её своему брату.       — Самая сильная из моих зверушек, — сказала Чума.       Услышав такие слова, Вики внимательно посмотрела на всадника. Его пронзительный взгляд был направлен в одну точку, словно Война о чём-то задумался. Однако его низкий голос заставил ангела вздрогнуть.       — Нужно подготовиться к встрече с нашим третьим братом, — сказал воин. Только сейчас он заметил девушку с крыльями. — Ты чувствуешь ненависть?       Казалось, что его удивление было подобно удивлению ребёнка. Сдержанно кивнув, Уокер услышала радостное известие от Чумы. Бал. Снова лицемерный бал, пока её брат не внёс изменения.       — Сначала турнир, — сказал Война.       — Нет, сначала бал. — процедила Чума.       — Хм, — он тяжело вздохнул, не смея спорить со своей младшей сестрой.       Услышав это, Вики вздрогнула. Всадники отпустили её. Она быстро спустилась вниз, к ведьме, которая смотрела в окно.       — Не пугай так, — Эмилия, вздрогнув от неожиданности, кивнула в сторону выхода. — Третий всадник не за горами.       — К сожалению, — согласилась Вики, посмотрев на книгу, лежавшую посреди комнаты.       — Я предлагаю создать подпольный отряд, чтобы учиться и хотя бы знать, что мы сделали всё возможное для борьбы с ними, — сказала Эмилия. Её голос звучал уверенно.       Вики усмехнулась и согласилась.       — Как раз помиритесь с Мими, если это возможно.       Но это было невозможно. Через три дня был сформирован отряд наивных бессмертных. Мими же не вступила в их ряды.       Однако Люцифер позволил Вики появляться в комнате Фрай.       Девушки предались медитативным практикам, стремясь усовершенствовать свои способности. Эмилия сосредоточенно пыталась уловить ощущения, которые, как она полагала, должны были исходить изнутри — ощущение полёта.       Однако все её попытки были тщетны. Вики вновь рухнула на пол, тяжело дыша. Эмилия обратила взор на утомлённую крылатую и попыталась объединить магию огня и земли. Но все её усилия были тщетны. Отпрянув от магии, которая ей не нравилась, Фрай обратила свой взор на Уокер.       Обе понимали, что через несколько дней начнётся турнир, который станет для них ловушкой. Но они продолжали готовиться к нему. Эмилию не приняли как желающую покинуть школу, поскольку для Чумы она была бельмом на глазу.       Дагон лишь истерически расхохотался, услышав пожелание родственницы. Старший Фрай предложил использовать его племянницу в качестве организатора турнира. Эмилии это не пришлось по душе, но она согласилась.       И вот, когда Всадники улетели уничтожать живых существ, девушки собрались снова. На этот раз они были только вдвоём. Сэми и Ади сообщили, что за ними наблюдал Мальбонте, и они не стали рисковать своей подпольной деятельностью.       Вики пыталась ощутить свою энергию, которая была крайне слабой и почти незаметной. Эмилия экспериментировала с магией по книге отца. Конечно, в тёмное время суток произошло несколько забавных казусов.       Сосредоточившись, ведьма попыталась произнести заклинание перевоплощения наизусть, которое позволило бы ей превратиться в маленькое животное. Однако ей удалось лишь отрастить себе усики, как у таракана.       Вики старалась не рассмеяться, глядя на подругу, но ведьма, едва открыв рот, не смогла произнести ни слова. Испугавшись, Эмилия судорожно схватилась за книгу и перечитала глазами заклинания. Тяжело вздохнув, девушка ждала, пока магия перевоплощения иссякнет.       — Я ошиблась на одну букву, — проговорила Эмилия, наблюдая, как усики таракана растворились в воздухе. — Думаю, трансформация не понадобится в последующих противостояниях против всадников. — Девушка посмотрела на Уокер, которая лежала на её кровати и смотрела в потолок.       Сев на край кровати, Вики взглянула на Эмилию.       — Мы не имеем права на ошибку, — сухо произнесла Уокер, посмотрев на подругу с надеждой. — Иди сюда, — поманила она ведьму. Вики обняла её и позволила Фрай устроиться у себя на груди.       — Я знаю, — голос Эмилии дрогнул на секунду. — Я постараюсь дожить до Судного дня, и ты тоже.       Просьба была проста и понятна. Фрай уткнулась носом в тёплую кожу своей первой подруги. Вики улыбнулась дрожащими губами, стараясь не поддаться эмоциям. Ведьма чувствовала, как тяжело Уокер было слышать эти слова от неё. Приподняв голову и уперевшись в грудь, Эмилия улыбнулась Вики.       Ангел, взглянув на неё, вновь сдержала улыбку, скрывающую бурю эмоций. Они долго лежали в объятиях, ведьма согревалась в объятиях ангела, стараясь забыть об ужасе, творящемся за пределами её комнаты. Чувство защищённости заставило её прикрыть глаза и поспать хотя бы час. Вики поглаживала её руку, думая о своём и глядя в потолок.

⋆⋅☆⋅⋆ ──── ⋆⋅☆⋅⋆ ──── ⋆⋅☆⋅⋆

      Эмилии часто снился один и тот же сон: она, маленькая ведьма, смотрела в окно общей комнаты для девочек и надеялась, что отец придёт за ней. Он обнял бы её и забрал из этого ужасного, холодного места. Они отправились бы во второй мир и жили спокойно. С каждым днём Эмилия всё больше понимала, что этого никогда не произойдёт. Но каждый раз, как она забиралась на каменный эркер и всматривалась в сонные лица своих соседок, она продолжала ждать и рассматривать луну. Как будто отец спустится с неё и громко, ярко скажет:

«Эми, полетим по небу?!»

      Ведьма пробудилась от сна в холодном поту, ощущая пронизывающий холод, исходящий из четвёртого мира. Небесный мир был чужд ей, и здесь она чувствовала на себе высокомерные взгляды бывших святых. Холод был настолько пронизывающим, что не отрезвлял Эмилию. Тяжело вздохнув и протерев лицо холодными руками, ведьма была благодарна хотя бы за то, что ей не снились жёлтые розы — вестники скорой гибели, кто держал их в руках или находился рядом.       «Дожили», — прохрипела ведьма. «Твою русалочий хвост», — ругнувшись, девушка почувствовала слабую головную боль.       Цокнув, она услышала, как кто-то стал спускаться по лестнице к ней. Замерев, она увидела перед собой Дагона и, не скрывая своего презрения, цокнула.       — Что ещё? — чуть испуганно спросила она, взглянув на черномага.       — Через час собрание, — предупредил Дагон, не желая задерживаться в коморке племянницы.       Взглянув на её взъерошенные волосы и сонный взгляд, мужчина отвернулся, устремившись подняться по лестнице. Нервно улыбнувшись, маг поспешил отчитаться перед Чумой.       Эмилия проводила его взглядом, не понимая, зачем он самолично пришёл к ней. Бросив тоненькое одеяльце в ноги, ведьма встала с кровати, потянувшись до первого характерного звука в спине, и подошла к стулу, который заменил ей шкаф. Перебрав вещи, которые она отдавала у Вики, девушка остановилась на свободной майке и лосинах.       Фрай вытащили из её коморки, чтобы она взглянула на всадника. Дагон сжал её за холку и потащил на очередное собрание. Разозлившись, что ведьма не стала даже спешить, когда он сам лично предупредил её, маг протолкал её через толпу. Бросив её возле зевак, он подошёл к Чуме и поклонился им обоим.       Эмилия смотрела на Войну. Он не был настолько страшен, как мощь, исходящая от него. Вглядевшись в стоящую рядом Уокер, ведьма поняла, что подруга расположила их к себе. Эмилия устало улыбнулась, спрятала страх и настороженно посмотрела на всадницу. Наверное, Чума вспомнила недавний поединок между родственниками. Скрывшись за другими бессмертными, Эмилия случайно схватила чьи-то крылья. Вытащив из своего рта перья незнакомого мужчины, она прислушалась к словам новых правителей. Они с радостью сообщили, что полетят в цитадель, чтобы покончить с сопротивлением.       Эмилия выглянула из-за плеча бессмертного и увидела холоднокровную Вики. Она не шелохнулась, продолжая держаться как восковая статуя. Её не тронуло то, что её бывшие коллеги находились в опасности, хотя как ведьма Эмилия могла её судить? Она сама не лучше, раз позволила Луне призвать смертельную стихию и уничтожить своё государство. В этой реальности выживал тот, кто умел...       Продолжая слушать болтовню, мужчина обернулся. Фрай встретилась с ним взглядом, и он странно покосился на неё. Его левая бровь неестественно повисла над глазом. Подняв её пальцем, незнакомец тихо обошёл зевак и направился в конец зала. Не сводя с него глаз, Эмилия почувствовала сладкий, но отвратительный запах. Он был похож на запах мёртвого крылатого существа, и его не слышали другие. Шагнув от только что распущенной толпы, ведьма попыталась пробраться через медленно двигающихся демонов и увидела, как незнакомец уже скрылся за дверью. Раздражённо прикусив губу, девушка почувствовала, как кто-то коснулся её лопатки. Она обернулась и увидела задумчивую Вики, которая кивком указала на скучающую Чуму.       — Что она задумала на этот раз? — настороженно прошептала Эмилия, напрягаясь всем телом.       Уокер попросила Фрай подойти к ней. Ведьме пришлось переступить через маленький порог и сразу поклониться всадникам. Она опустила голову и увидела, как губы Чумы приоткрылись в безумной улыбке. Выполнив приказ и приподняв голову, Эмилия смогла вблизи рассмотреть её брата.       Война пустым взглядом уставился на неё, сомкнув руки на груди. Его жёлтые глаза прожигали насквозь, морально уничтожая. Пока Чума рассказывала, как Эмилии удалось выиграть бой, Война грубо захохотал.       — Значит, — уточнил всадник, повернувшись к черномагу, — она познакомила тебя с обычной металлической трубой, затем сломав ногу с разбегу? — простодушно засмеялась сама ненависть, открыто улыбнувшись и поменяв свой взгляд.       Прислушавшись к подавленному согласию, Дагон дёрнулся, когда Война предложил подраться. Эмилия тоже вздрогнула вслед за дядей, молясь о том, чтобы такая участь не досталась ей. Тяжело вздохнув, она привстала.       Извинившись за резкость перед ними, Эмилия услышала, как Война спросил букашек, почему у двоих нет крыльев.       — Значит, вы ничтожнее, чем крылатые, — разочарованно произнёс он. Громила подлетел к ведьме, сжав её кисть одной рукой.       — Так зачем их держать возле себя? — поинтересовался он, посмотрев на сестру.       Белобрысая раздражённо закатила глаза, цокая.       — Я хочу жить, — выпалила Эмилия. Мужчина удивлённо посмотрел на неё. — Мне удалось принести много ненависти и отчаяния, — сообщила она, стараясь ослабить хватку.       Пересекаясь взглядом с Вики, Эмилия немного напряглась. Отпустив ведьму полностью, Война приказал ей идти.       Эмилия, слушаясь его, торопливо ушла и скрылась в своей каморке. Погрузившись в изучение магии, она совсем забыла о еде. В пустой оружейной Эмилия, изнемогая от напряжения, пыталась постичь свою вторую природу. Она ведь фея, пусть и не совсем полноценная. Без крыльев, без идеального характера, но всё же фея!       Фрай схватилась за волосы и застонала, подумав о своей матери. Представив, как на ней снова появятся крылья, которые она забыла через столько лет, девушка улыбнулась. Узоры, сила, трепет — ведь крылья феи не только красота, но и сила. Сила, которая помогала им веками избегать охотников и других врагов. Сколько разных видов фей существует, и какие они все разные!       — Летать… Надо прочувствовать это… — прошептала Эмилия самой себе и устало упала на пол. Закрыв глаза, она представляла, как тонкое, прозрачное основание поднимает её в небо. Как она парит, словно ангел или демон, такие свободные при полёте.       С улыбкой на лице, но ощущая внутренний трепет, Эмилия попыталась продолжить чтение. Она быстро пробегала глазами по строчкам и повторяла их вслух. Наконец, она закончила и замерла в позе лотоса, оторвавшись от земли.       Эмилия знала, что ей предстоит освоить основы левитации для будущих коротких перелётов. Она понимала, что без этих навыков она будет лишь обузой для крылатых существ.       Она почувствовала лёгкость, оторвавшись от пола на пару сантиметров, и ей стало трудно представить, каково это — летать. Воспринимая это как страх не справиться, она упала на пол. Потирая ушибленное место, она продолжила экспериментировать со своими идеями.       Забравшись на кровать, она упала на пол, отшибив и без того больную спину. Но Фрай упорно поднималась и делала кувырок назад, стараясь удержать носок в воздухе и приземлиться на него. Однако при этом она услышала хруст в пальце и вскрикнула от боли.       Ведьма сняла ботинок и взглянула на свой палец, который деформировался под весом её тела. С интересом она наблюдала, как он медленно возвращается в нормальное положение.       Девушка осторожно встала на стул и спустилась на пол, держа одну ногу в воздухе. Однако, когда она попыталась поставить вторую ногу на неустойчивую левитацию, все её предыдущие усилия были напрасны. Раздражённая, ведьма поняла, что не может оторваться от пола даже на пару сантиметров.       Эмилия заставила себя поднять волосы. Она чувствовала, как воздух приподнял её локоны, щекоча шею.       Закрыв глаза и собравшись с духом, Эмилия представила, как прекрасно было бы лететь среди облаков, лавируя между островами. Она воображала, как можно лечь на спину и расслабиться, наслаждаясь полётом, и как крылья становятся частью себя.       Но её размышления были прерваны, и Эмилии пришлось покинуть свою коморку. Выйдя на улицу, она увидела, что бессмертные стараются жить так же, как и раньше.       Эмилия пришла на кладбище и села возле могилы Небироса. Она задумалась, и слёзы потекли по её щекам. Эмилия вытерла их и ласково пообещала другу, что будет полезна своим новым друзьям.       Она прикоснулась к жёлтым, крошечным цветочкам, которые не увяли даже в холодную погоду, и попросила покойного друга поддержать её.       С неохотой поднялась с земли и направилась к небольшому возвышению. Оказавшись на возвышенности, девушка посмотрела вниз на бессмертных. Она присела и взглянула на облака, которые плыли в небе, несмотря на конец света. Птицы, пролетавшие над ними, казались величественными и свободными, стремящимися к своей стае.       Ведьма усмехнулась, вспомнив о поверьях, связанных с крылатыми существами. Чайки считались вестниками несчастья, но, к счастью или к сожалению, в небе летали только обычные птицы.       Глубоко вздохнув, Эмилия обратила внимание на танцующих морских драконов. Вспомнив о Кассандре и её просьбе, она задумалась. Даже если ей удастся спасти животных, где они будут в безопасности?       Хмыкнув своим мыслям, она вспомнила о пространственном мешке, который принёс Безликий. В очередной раз хмыкнув, Фрай передёрнулась, вспомнив осознанный сон. Всё прошло, и теперь она могла справиться без фантома.       Улыбнувшись, Эмилия Фрай с удовлетворением подумала о том, как быстро она освоила свои новые навыки. Она заметила внизу лабиринт «Адам и Ева». Солнце светило ярко, и ведьме пришлось прикрыть глаза от его лучей. Собравшись с духом, она представила, насколько больно будет падать с такой высоты.       Эмилия глубоко вдохнула, отошла от края и разогналась. Она прыгнула в пропасть, зажмурившись от страха, и услышала, как бешено колотится её сердце. Она понимала, что может разбиться о землю. Так и произошло. Боль пронзила всё её тело. С трудом сдерживаясь, чтобы не закричать от боли, ведьма ждала, пока шейный позвонок срастётся.       Прошло, казалось, всего пять минут, и Эмилия смогла поднять голову, положив подбородок на землю. Встретив встревоженный взгляд Дино, она попыталась улыбнуться, но улыбка вышла глуповатой. Выплюнув выпавший зуб, ведьма ждала, пока её тело полностью восстановится.       Не успев проглотить второй отколовшийся зуб, ангел быстро подошёл к ведьме. Он осторожно поднял её с земли и стал вытирать грязь с её лица полотенцем. Эмилия отворачивалась от полотенца, но ангел продолжал аккуратно очищать её щёку.       Дино хотел узнать больше о склонности Эмилии к суициду, но она перебила его, прижав руку ко рту.       — Сейчас, а то все зубы растеряю, — проворчала Эмилия и пересчитала языком зубы. Почувствовав, что они восстановились, она пошатала несколько зубов кончиком языка.       Повернувшись к Дино, Эмилия объяснила:       — Практикую левитацию! — и посмотрела на отца Дино.       Проследив за его взглядом, ведьма только сейчас заметила пожилого ангела. Фенцио не спеша подошёл к ним.       Поприветствовав старшего, он окинул Эмилию странным взглядом.       Её укороченный топ из гардероба Вики и мешковатые штаны были грязными и местами порванными. Пожилой мужчина внимательно посмотрел на Эмилию и спросил, кто она такая.       Эмилия открыто ответила на его вопросы, и Фенцио тактично кивал в ответ на каждый её рассказ. Он переглянулся с сыном, а затем резко прервал Эмилию и ушёл.       — Зачем ему это? — спросила Эмилия у ангела. Он пожал плечами, а потом начал отчитывать её за её поступок.       — Прости, — сказала ведьма устало, — но крылья даны тебе от рождения. Если бы ты мог рассказать мне, как научиться управлять своим телом и отращивать крылья, как Дагон, я была бы тебе очень благодарна.       Эмилия шутливо сказала:       — Я бы тебя расцеловала прямо сейчас!       Дино посмотрел на Эмилию, приподнял бровь от такого заявления и улыбнулся. Он задумался и проговорил:       — Я, конечно, не знаю, как тебе приобрести то, чего нет с рождения, но… — Он снова отвернулся от ведьмы и продолжил: — Возле школы есть несколько летающих островов. Один из них имеет скалистую гору. — Дино опять задумался.       — Как горькая гора в третьем мире? — спросила девушка, заметив сомнения в движениях ангела. — А, забыла, вы же не знаете мой мир, как и я ваш. — И, шутливо бросив это, Фрай кивнула: — И как мне добраться до этого острова со скалистой горой?       Дино загадочно улыбнулся ведьме, и она кивнула, соглашаясь на эту авантюру. Он уже хотел встать позади неё, но Фрай остановила его.       — Наше отсутствие заметят, а тебе и так уже досталось из-за меня, — напомнила Эмилия о темнице и попросила Дино подождать. Она отошла от него и начала шептать заклинания.       Конечно, ночная иллюзия была нужна только для того, чтобы отвлечь любопытные взгляды. Именно это поможет обмануть зрение. Проговорив слова, которые она знала наизусть, ведьма заметила, как перед ней появляется прозрачная ночная тень.       Дино наблюдал за этим и заметил, как слева от него поворачивается бездушная копия его самого, такая прозрачная и просвечивающая. Идентичная ночная тень бездушно наблюдала за своим оригиналом, продолжая стоять рядом с Дино.       — Тени будут двигаться, но не станут говорить, — предупредила Эмилия. — Если бы не помощь Люцифера, я бы не узнала о такой магии. Есть ещё световые клоны — это те, что сделаны из теней и в темноте.       Ведьма отошла от фигуры, которая была её копией. Копия молча стояла и смотрела в одну точку, как будто пытаясь что-то объяснить копии Дино. Их беззвучный диалог казался реальным, но при более внимательном рассмотрении можно было заметить, насколько прозрачны были фигуры ночных теней.       Эмилия кивнула и подошла к Дино. Он подхватил её, и они взмыли в небо.       Фрай смотрела на школу сверху и нежно поймала рукой маленькое облачко. Облачко растаяло в её пальцах. Потом она заметила вдалеке гору, о которой говорил Дино.       Посмотрев на ангела, Эмилия увидела, что он осматривает окрестности и равномерно взмахивает своими огромными белоснежными крыльями.       Вскоре Дино без труда приземлился на краю горы.       Посмотрев вниз, ведьма не увидела землю из-за плотных облаков. Она сглотнула и взглянула на Дино. Сильный морозный ветер заставил её вздрогнуть.       — А… — Девушка приоткрыла рот, позволив только этому звуку вырваться наружу. Она снова посмотрела вниз с обрыва и высказала свою мысль: — Это чтобы окончательно… — Намекнув про самоубийство, она заметила, как Дино изменился в лице. Извинившись перед ним, она снова посмотрела вниз. — Так там есть земля? Или я буду падать до самого ада? — Задавшись этими глупыми вопросами, Дино устало помассировал висок. Отвернувшись от него, она вгляделась в открытое пространство и медленно подошла к краю обрыва.       — Там внизу озеро, — сообщил ангел, медленно шагнув к ней. В очередной раз наклонившись к краю, ведьма почувствовала, как её толкнули в ягодицу.       Сорвавшись с выступа, девушка заметила, как ангел контролировал ситуацию. Она крикнула его имя и упала сквозь туманные облака, которые обжигали нос. Сердце готово было выпрыгнуть из груди, но её резко перехватил Дино.       Отлетев от выступа, Дино посмотрел на испуганную ведьму.       — Что-то почувствовала? — спросил он. Получив отрицательный кивок, он снова полетел на гору.       — Ты хочешь, чтобы я падала каждый раз? — спросила Фрай, сомневаясь в его тактике. Испугавшись молчаливого согласия мужчины, она спросила: — И что я должна почувствовать?       — Желания прекратить это падение, — ответил Дино. Он сомневался в своих методах, но вспомнил, как его слабые крылья с рождения отказывались поднимать тело юного бессмертного.       Ангел смотрел, как в школе все могли свободно парить в небе в столь юном возрасте, а он не мог. Ему пришлось приложить множество усилий, чтобы оправдать желания отца и самому подняться к небу. Мальчик долго тренировался и укреплял основания крыльев, падая с небольших выступов. Поэтому проблема Фрай казалась ему знакомой.       Остановившись на вершине, Эмилия рассказала свои предположения:       — Феи, особенно человеческие, а есть ещё миниатюрные, очень часто рождаются с разными видами крыльев, как у демонов и ангелов. Но есть феи, которые характеризуют одну из стихий или времени года. — Она вспомнила книгу отца. — Но так как моя кровь смешалась, я стала больше ведьмой, нежели феей.       Наблюдая за тем, как внимательно Дино слушает её, Эмилия призналась:       — Я чувствую клубок энергии, такой чувствительный и маленький, который отвечает за моё происхождение. Когда я использую магию, он становится настолько ощутимым, что мне хочется использовать магию постоянно, кроме огненной. Но сейчас что-то здесь, — она прикоснулась к солнечному сплетению, — хочет почувствовать вторую сущность моего происхождения.       Признавшись в этом, Эмилия заметила, как ангел подошёл к ней. Он начал слегка подталкивать Фрай к краю, слабо толкая её вниз. Срываясь в очередной раз, она пыталась использовать воздушную магию, но Дино снова перехватывал её. Ещё раз… и ещё раз…       Этот вид экстремального спорта немного утомил ведьму, и она начала чувствовать тошноту. Ангел снова принялся скидывать её с высоты.       Возвращаясь на привычное место, Дино присел, разминая свои крылья. Его мокрые волосы прилипли к лицу. Расплетая их, он протянул свою резинку. Эмилия, трогая свои волосы, поняла, что на них можно разводить летучих мышей. Сделав небрежный высокий хвост, они продолжили.       Падая в очередной раз, тело Эмилии было не таким напряжённым, мышцы промёрзли от холодного воздуха. Голова покорно встречала встречный ветер, позволяя замедлить своё падение. Ведьма радостно распахнула глаза, заметив рядом ангела. Улыбнувшись ему, Дино перехватил Фрай со встречной водной гладью. Взмахнув наверх, ведьма приподняла голову, ударившись об его подбородок.       — Я что-то замедлила, — рассказала Эмилия, глядя на то, как ангел устало улыбнулся. — Получается, мне нужно прочувствовать, каково это — парить…       Встретившись с довольными глазами Дино, Фрай улыбнулась ему в ответ, и они вернулись. Эмилия добровольно прыгнула обратно вниз, а Дино устало расправил крылья.       Эмилия сосредоточилась и медленно вздохнула, позволяя стихии окружать её. Она остановилась посреди падения, но сразу же плюхнулась вниз, словно мешок с картошкой. Поблагодарив крылатого друга за помощь, они решили оставить это занятие на другие дни.       Искренне улыбаясь и махая ему на прощание, Эмилия распрощалась с ним. Оставшись одна в холле, она радовалась своей маленькой победе. Когда она повернулась к своему крылу, её встретил настойчивый Астарот. Эмилия заверила его, что зелье скоро будет готово, и побежала по лестнице.       Это продолжалось довольно долго — учёба. Эмилия старалась соединить нити атмосферы, добавив к ним стихию огня. Она сплела эту слабо ощутимую материю. Собрав остальные нити своей энергии и моргнув от неяркого свечения, Фрай взглянула на прибывшего Ади.       Парень присел на край кровати и с любопытством разглядывал, что там шьёт ведьма. Задаваясь естественным вопросом, ведьма бегло пробежалась взглядом по рыжему:       — Отец делал эти нити в качестве защиты. Если я смогу быстро сформировать эти узелки, то смогу выстроить купол за считанные секунды, — объяснила она.       Общаясь с ним, Ади наблюдал за стараниями Эмилии. Он засекал время, подначивал её или специально сбивал. Улыбаясь этому «чертёнку», он изящно закатывал глаза. Его общение помогало ведьме не отвлекаться на посторонние звуки. Улыбнувшись ему, Фрай проводила демона до своей спальни.       — Может, сыграем потом в «Солнце в зените»? — спросил Ади, остановившись возле двери. Повернувшись к удивлённой Фрай, он похлопал её по плечу.       Не понимая, что это за игра, ведьма неуверенно кивнула, провожая взглядом парня. Шагнув обратно к себе в оружейную, Фрай всё же изготовила зелье для Астарота. Только это было не то, что она обещала сделать.       На утро метиска передала зелье близнецу с приписанной инструкцией. Оставив её в покое, Астарот устремился в свои покои, оставив Кристофера наедине с ведьмой.       — Это не приворотное зелье… — заметив спокойствие на лице Эмилии, Кристофер посмотрел на ведьму, заметив, как она тихонько кивнула, подтвердив его слова.       Хмыкнув, метис посмотрел, как к ним шла Мими. Напряжённая дьяволица посмотрела на Фрай и сообщила, что они отправляются на задания.