ponderatio

⋆⋅☆⋅⋆ ──── ⋆⋅☆⋅⋆ ──── ⋆⋅☆⋅⋆

      Мими, которая собиралась в комнату Вики, убирала очередные слёзы и старалась приклеить себе отклеившиеся ресницы. Улыбнувшись своему отражению, дьяволица внезапно судорожно прикрыла рот ладонью.       Как только Вики закрывала глаза, перед ней возникала картина: Люцифер свернул шею, а отец последний раз смотрел на неё перед тем, как навсегда отправиться в забвение. Его взгляд на долю секунды был полон благодарности за то, что судьба позволила ему в последний раз увидеть свою дочь.       Когда Уокер перестала думать, первое, что она услышала, был истошный крик Эмилии. Поднявшись с кровати, ангел с поникшим видом посмотрела на открытый балкон. Прислушавшись, как у подруги осип голос, бывшая непризнанная, а точнее, нынешняя, безвольно упала на кровать.       Прижавшись коленями к груди, Уокер не знала, что делать дальше. Отец погиб, и теперь Чума добилась своей цели, убив последнюю надежду в её сердце.       Возможно, Вики и хотела бы впасть в спячку и ничего не чувствовать, но пронзительные гортанные мольбы, которые были слышны всем, заставили девушку закрыть глаза.       Слёзы скатились по щекам, впитываясь в ткань. Сощурившись, Уокер беспомощно перевернулась на бок, спрятав лицо в подушку.       Крики затихли через две минуты.       Мими задумчиво шла по коридору, отмечая, что крики Фрай стихли. Открыв дверь, дьяволица окликнула бессмертную.       — Ты как?       Закрыв дверь, Мими маленькими шагами подошла к кровати. Взглянув на спину подруги, девушка молча легла на свободную сторону и обняла её сзади. Сжав объятия крепче, Мими попыталась забрать боль подруги.       Почувствовав теплое прикосновение рук подруги, Вики сжалась в мягкую на ощупь наволочку. Желания закричать часто возникали у Вики, но она сдерживалась и проваливалась в пустой сон. Ей снилось всё, кроме родного отца.       Без причины девушка слепо бежала в поисках своего родного человека. Но все, а особенно Чума, попадались на её пути. Сдержав внутреннюю злость, Вики увидела, как Всадница держала оторванную голову пожилого мужчины.       Раскрыв рот от ужаса, Уокер издала крик, обрушив всю свою злобу и несправедливость на бледнокожую садистку. Словно загнанная банши, крылатая разрушала образ первой предшественницы.       Моргнув от испепеленной Всадницы, перед Уокер предстал образ Мальбонте. Его тяжелый взгляд упал на горстку пепла, и, опечаленно проводив, как ветер подхватывает прах, метис проговорил:       — Аннигиляция.       Уокер вспомнила слова Шепфы и наблюдала, как исчезает мужчина. Оставшись в светлом пространстве совсем одна, девушка шокированно проговорила слова покойного Бога:       — Кроме нас с Шепфамалумом, есть ещё один Создатель — Вселенная. Она порождает и разрушает. Аннигиляция — это процесс, над которым не властны даже создатели. А может быть, это не болезнь вовсе?       Тембр голоса девушки потонул в свете. Обернувшись, она увидела того, кого искала во сне. Ноги подкосились, и она слепо повернулась к отцу.       Сжав губы, Вики закрыла лицо руками и горько умоляла отца простить её за это. Мужчина удивленно смотрел на свою дочь, не понимал, за что её винить. Нежный голос родного человека попросил ангела приоткрыть глаза.       С трудом выполнив эту просьбу, Уокер оказалась на маковом поле. Осмотревшись по сторонам, обладательница небесных глаз остановилась на отце. Он легко коснулся цветка и проводил взглядом взлетающую бабочку.       — Умирать не больно. Больно оставлять тех, кто не ушёл раньше нас, — бархатная речь отца заставила девушку подскочить навстречу к нему. Вцепившись в его хрупкое тело, Уокер, как маленький ребёнок, уткнулась в его плечо и горько завыла. — Все боятся умереть, не зная, что это цикл жизни, такой же, как и рождение. Моё сердце сгнило, когда я потерял Ребекку, а затем и родную дочь. Но перед финишем она спустилась ко мне, как ангел. Такая же, как и была при жизни, — слабо погладив между крыльями, Вилли велел вспомнить, когда Уокер была маленькой.       Вики, как маленький капризный ребёнок, не хотела уходить от папы, потому что хотела как можно дольше остаться в объятиях своего отца. Но сон, как путеводная нить, заставил её открыть глаза.       Перед ней оказалась детская комната. Её комната. Расположившись на кровати в полной темноте, девочка снова заплакала, вспомнив о маме.       Боль, которую испытывало молодое сердце, была связана с потерей собственной матери. Потерев кулачками намокшие от слёз глаза, маленькая Вики заметила, как из-за уличного фонаря на стене её комнаты появилась тень крыла.       Взглянув в окно, которое было рядом с кроваткой девочки, она заметила, как едва освещенный силуэт внимательно смотрел на неё. Шевельнув крыльями, незнакомец исчез.       Сон прервался, дав Вики передышку. Сначала она подумала, что это Мальбонте, но таинственный силуэт явно принадлежал женщине.       Вскочив со стола, повзрослевшая Уокер взглянула в маленькое зеркальце. Заметив отсутствие крыльев, девушка была отозвана своей смертной соседкой по комнате. Обменявшись парой фраз, соседка заговорила об ангелах-хранителях.       Сдержав смешок от её слов, Уокер прислушалась к рассказу давно забытой ровесницы. Нахмурившись, в памяти бессмертной возник точный образ того незнакомца, точнее, незнакомки на улице. Поняв, что сон проектировал прошлую жизнь, Вики могла точно сказать, что эта женщина с крыльями не была её матерью.       Белые перья пушились, а серые глаза незнакомки изучали девочку. Присев перед ней, женщина по-матерински провела рукой по голове застывшей Вики. Дотронувшись до пухлых щёчек будущей советницы, незнакомка искренне улыбнулась и приказала проснуться.       Взмахнув ресницами, Уокер увидела тот же открытый балкон. Погода готовилась к сильному дождю, словно приглашала ангела отрезветь от прохладного дуновения. Проморгавшись, девушка поняла, что Мими давно уже нет рядом с ней.       Может быть, подруга оставила её под утро, потому что не хотела вызвать ещё более неприятных последствий. Приподнявшись и присев на край кровати, девушка словно избавилась от той горечи, которую она получила за вчерашний день.       Сонная память, как вода, исчезла из головы Вики. Убрав с лица мнимую усталость, Уокер подошла к шкафу. Выбирать наряд не имело смысла — день снова начинался с уничтожения.       Нахмурившись, девушка сжала ткань бархатной рубашки. Прихватив с вешалки эту вещь, девушка выбрала зауженные брюки с высокой талией белого цвета. Сняв вчерашнюю одежду, Уокер аккуратно просунула крылья в прорезь синей рубашки.       Спокойно застегнув рубашку, Вики собиралась надеть брюки, как дверь внезапно распахнулась. Перед её глазами появилась Эмилия в прожжённом платье. Подметив, что руки ведьмы забинтованы, Уокер призвала подругу зайти внутрь.       Взволнованно закрыв за собой, Эмилия сообщила, что с первыми лучами солнца отправилась в библиотеку. Спрятав за спину изуродованные руки, девушка смущенно попросила одолжить хотя бы одну вещь.       Вики пригласила Эмилию к шкафу, отметив охрипший голос подруги. Выглянув из дверцы огромного шкафа, Эмилия удивленно улыбнулась, увидев совсем другие вещи.       Присмотревшись к тому, как ведьма выбирала, что надеть, Уокер слегка подпрыгнула, застегнув брюки. Заправив рубашку в штаны, она поспешила к ведьме, испуганно вскрикнув.       Заметив в шкафу карликового старика, Эмилия приказала ему телепортироваться в другое место. Не позволив гному выйти из шкафа, преградив ему путь рукой, Вики отметила сходство с бессмертными на острове Амор.       — Если ему напялить макет с крыльями, он будет схож с бессмертными из четвертого мира, — сквозь смех произнесла Уокер, заметив, как житель третьего мира возмутился. Приподняв свою карликовую ручку, гном грозно пошевелил ею перед лицом ведьмы.       — Иди отсюда, — подогнав его телепортироваться в другой шкаф, девушка с перебинтованными руками схватила гнома за нос. Прислушавшись к надругательству в свою сторону, Эмилия пообещала оторвать его нос картошкой, если ещё раз явится в шкафу подруги.              Улыбнувшись, Вики заметила, что гном словно исчез, спрятавшись в шкафу. Эмилия посмотрела на хозяйку шкафа, приподняв плечи и в ту же секунду опустив их, она улыбнулась Вики. Уокер посмотрела на неё и посмеялась над этим.       Фрай долго не могла выбрать, что надеть, поэтому Вики пришлось помочь ей. Предложив очередной наряд, Уокер услышала, как Эмилия пересеклась с Люцифером в библиотеке. Вздрогнув от его имени, крылатая схватила вешалку, демонстрируя подруге яркий наряд, и услышала просьбу дать ей что-нибудь тёмное.       Подобрав ей легинсы с боковым карманом на бедре, черного цвета, и топик, ведьма с благодарностью кивнула. Сняв с себя испорченную вещь, Эмилия распустила свои завитые волосы. Запустив пальцы в волосы, Уокер поняла, что она успела принять ванную, но продолжала ходить в лохмотьях.

Тем временем, тремя часами ранее…

      Перебинтовав руки в общей ванной комнате, Фрай проводила взглядом зеленоглазую девушку. Неожиданно задав вопрос ведьме, Лилу с осуждением осмотрела руки Фрай, на которых были заметны лопнувшие волдыри. Когда Эмилия непринужденно познакомилась с подругой Дино, она рассказала ей о том, что произошло.       Вспомнив истошный крик, который доносился из другого крыла здания, Лилу аккуратно перебрала свои перья. Выразив удивление, что Фрай вообще выжила после этого, блондинка проводила её взглядом. Ехидно попрощавшись, ангел скрылась в ванной. Девушка быстро направилась в библиотеку.       Выбрав книгу на полке, чтобы скоротать время, она заметила обгоревший корешок. Осмотревшись вокруг, она аккуратно взяла книгу, заметив слой пыли. Направившись к столу, Эмилия заметила окровавленное перо и открыла книгу. Она почувствовала страх. Книга выглядела так, будто демон использовал огненную магию над ней.       Неясно, чем так ненавистна была эта книга для оппонента. Чтобы разобрать автора, Эмилии пришлось напрячь глаза, но это вызвало боль в виске. Будучи возмущенной небрежным обращением с книгой, она всё же смогла прочитать не подгоревшие отрывки. Текст был сумбурным и непонятным, будто его написал её земляк. Пролистав книгу до конца, Эмилия немного удивилась автору.       — Ч.Э. Фрай.       Инициалы и фамилия совпадали с именем отца. Но это не имело никакого отношения к тому, как книга об ущербном маге могла попасть в школу бессмертных. Пролистав дальше, взгляд зацепился за одну иллюстрацию.       На странице Эмилия увидела крылья, не похожие ни на ангельские, ни на демонические. Они были по своей природе непохожи ни на что иное, кроме крыльев фей.       Прикоснувшись пальцами к той красоте, которая не дана ведьме, она все же решила дочитать книгу до конца. Перелистав страницы в самое начало, она сощурилась и попыталась прочитать хотя бы одну строчку обгоревшего пергамента.       Но всё было бесполезно, словно эту книгу использовали для растопки камина, практики огня или же выражения злости. Узнав инициалы, нетрудно отгадать, почему на чужие труды так безнаказанно посягались.       Девушка подумала, что не было модно читать книги из низших слоев общества. Закрыв аккуратно книгу, которую написал пропавший отец, Эмилия с досадой поставила локти на стол и опустила голову. Обхватив лицо руками, она беспорядочно и грубо поглаживала себя.       Её локоть, вероятно, опустился на каплю крови бедного бессмертного, которого, возможно, ждали дома, любили и боялись потерять. Но всё изменилось, жизнь не стоила ни гроша в новом мире.       — Ни гроша, — она была в ужасе от осознания того, что после прихода последнего всадника всем придет конец. Ей хотелось просто закрыться в комнате с кем-то и прожить эту короткую и бессмысленную жизнь. Вспомнив о вчерашних событиях, Эмилия тихо спросила себя: «Жизнь?». Оторвав руку от лица, она задумчиво погладила поверхность стола.       Эмилия водила указательным пальцем по дереву и нащупала крохотное крыло давно убитого демона. Она снова задавалась глупыми вопросами, взглядом вцепившись в мимо проходящего демона.       Люцифер резко остановился и разговаривал сам с собой полушепотом. Когда он стоял возле стеллажа, он начал искать что-то. Было видно, что он волновался, а может, даже и злился.       Считав его настроение, продолжив размышлять о своем, демон резко повернулся к ней. Вздрогнув от его взгляда, красноглазый опустил взгляд на книгу, которая была рядом с девушкой. Приподняв брови, она тихо спросила:       — Это твоих рук дело? — Разозлившись из-за возможного хулиганства от крылатого, она повернула книгу обгорелой стороной.       Ответа долго ждать не пришлось, он с усмешкой подтвердил это.       — Зачем? — Эмилия задала вполне адекватный вопрос. Он снова улыбнулся, но уже не так ярко, как отвечал на её вопрос. — Для чего? — шёпотом спросив, он отрешенно стал приближаться к ведьме.       Попытавшись скрыть свой страх перед самим Сатаной, Люцифер резко отнял у неё книгу, удержав на уровне лица метиски.       — Это, — раздражённо процедил Люцифер, — жалкая поделка для сраных ангелочков.       Заявив, он посмотрел на непонимающее лицо Эмилии. Люцифер демонстративно воспламенил книгу перед ней. Увидев, как сгорала история про фей, она в гневе прыснула остатками крови на испорченную книгу. — Мерзость, ты, ведьма, вообще с головой не дружишь?!       Гневно задал вопрос Люцифер, бросив испорченную вещь на стол, позволив ей упасть. Он отряхнул свою руку, на которой была чья-то кровь.       — Не понимаю, зачем нам держать рядом с собой непризнанных и отбросов мира…       Сжав челюсть, он вытер кровь о её платье. Эмилия схватила его запястье, не понимая почему он относился к ней так жестоко. Почувствовав, что его рука не горела, как её после огня, ей пришлось приструнить демона.       — Это говорит тот, кто позволил Чуме забрать власть и волю у самого себя?! — Оскалившись, ведьма заметила, как глаза демона тяжело опустились на стол. — Ты даже не пытаешься, — напомнив ему, как легко он передал бразды правления Всаднице, Люцифер устало моргнул. Отпустив его запястья, он вспомнил, что вчера слышал, как кто-то кричал на всю школу. Когда Люцифер заметил перебинтованные руки, он понял, что сказал лишнее, и теперь девушка пытается его обойти.       Фрай устало обошла его и наклонилась к упавшей книге. Подняв её и осмотрев, ведьма поняла, что не сможет прочесть её от начала и до конца. Обида сковала её, сжав губы, Эмилия тяжело вздохнула и посмотрела на виновника.       — Возможно, это была единственная книга, которая связывала меня с отцом, — выдавив из себя слова, Фрай старалась не расплакаться от непонятной несправедливости. Она вспомнила ранее сказанные слова: — Ты сказал, что она для ангелов? Черномаг не мог писать для них, они убивали нас за такие же грехи, как и небесных метисов. Но те обладали большими привилегиями, — рассудив так, он устало сел на её место.       — Больше? — переспросив вопрос, он расслабил тело, неуклюже приняв позу спящего школьника. — Наивная, большая привилегия первому метису досталась лишением двоих родителей, отсылкой их на Землю, а мальчишку разделили. — Он приподнял подбородок и сообщил об этом. — Маль-тьма, Бонт-свет, две разные сущности жили в разных мирах. Один здесь.       Оглядев библиотеку, он левой рукой неохотно указал на сторону окна. Проследовав за его указанием, ведьма увидела отдельную башню. Она возвышалась и была неприметна.       — Он жил как зверь в клетке, но с опекой самого Шепфа. Другая же часть жила во тьме, и кто знает, что там делал братец нашего создателя… — коварно протянув последние слова, его голос на миг охрип. Продолжив лежать на столе, он продолжил: — Изгнание на Землю было тяжелым для нарушителей. Некоторые из них не смогли иметь потомство и умерли в одиночестве. Другие же плодились и размножались, как и Уокер. Их семейное родство дошло даже до небес. Ты же слышала о Ребекке Уокер?       Вздохнув, мужчина даже повеселел от возможности поболтать с кем-то, не затронув тему предстоящего ужаса. Он старался не затрагивать первую миссию, и Фрай была вполне рада этому.       Знакомство с Люцифером было немного сложным, но в то же время впечатляющим. Он рассказал о своем доме, жестоком отце и о том, как они поладили с новой подругой Фрай.       Конечно, он опустил момент, какой грех взял на себя, лишив Вики смертного родственника. Кто бы мог подумать, что он и Мими знакомы с самого детства и что все существа на планете так похожи друг на друга. Независимо от того, в каком мире они жили, они были одинаковыми.       — Значит, — комфортно поддев ногу под ягодицы, Фрай спешно перебила его, поправив испорченную одежду.       — Значит, ты говоришь о том, что данная испорченная книга есть в Аду? — удивлённо созерцая его ухмылку, демон кивнул. — Ты сможешь её достать? — попросив об одолжении, Люцифер неохотно согласился, но с одним условием.       Подозвав Эмилию поближе к себе, демон приказал ей посмотреть в его глаза. Когда она приподнялась и с трудом наклонилась, ведьма замерла.       Пламя в его радужках потускнело, позволив увидеть бархатную, песочную пустыню. Когда Эмилия любовалась им, она заметила, как перед её глазами проносились события предыдущего дня.       Приоткрыв губы, метиска с трудом справилась с увиденным. Села обратно и проглотила вставший ком.       — Она тебя возненавидела.       Демон признался, что не знал, как Эмилия отреагирует. Откровение повергло её в шок. Взволнованная, она молчала, не решившись упрекать его. Но внезапно Люцифер заговорил.       — Пускай ненавидит, но остается в безопасности, пока это возможно, — испепелив покрасневшие глаза Фрай, мужчина сомкнул руки на груди. — Моя единственная просьба заключается в том, чтобы вы с Мими были рядом с ней. Это простое условие, не так ли, ведьма? — улыбнувшись через силу, бывший Сатана кивнул сам себе.       — Ты её любишь? — Эмилия решила не ходить вокруг да около.       Увидев, что Фрай подняла брови в ответ на легкий кивок, она спросила о Мальбонте. Взбудоражив уже напряженного демона, Люцифер попросил не упоминать его имя. Сдержав желание задать еще пару вопросов, девушка попрощалась с ним и почти выбежала из библиотеки.

Сейчас.

      Удержавшись в водовороте, Эмилия мысленно решала, как ей проникнуть в Мёртвый лес. Она старалась преодолеть свой страх перед тем, что может сделать Чума с ней.       Но желание испытать удачу, чтобы ослабить Всадников, заставило Фрай в очередной раз пройти по тонкому лезвию ножа. Её мысли были заняты различными вариантами развития событий и тем, что можно сделать, чтобы телепортироваться в третий мир.       Она пыталась понять, как найти нужный шкаф, так как гном у Уокер больше не появится и не сможет ей помочь.       Она также думала о том, как избежать очередной пытки со стороны Чумы. Мысли полностью поглотили её, но Эмилия знала, что, если упустит шанс, то никогда себя не простит за это. От осознания, что придется пересилить свой страх, вспотели ладони.       Она старалась понять, как повлияет лес на второго Всадника.

Что будет дальше?

      Они перестанут трогать людей и начнут готовиться к приходу Голода? Мёртвый лес подпитывал многих живых существ, но Война сам как источник ненависти, что будет, если он войдёт туда?

Как далеко распространится ненависть, когда он разрушит сдерживающую границу?

Если сжечь сраный лес вместе с душами, что будет дальше?

      Поглощённая своими мыслями, Фрай отстранённо повернулась назад. Очередной раз пересёкшись с бывшим советником. Взгляд Торендо отслеживал происходящее. Подметив, что Эмилия слишком загружена своими мыслями, Вики услышала приказ от советника. Подчинившись его приказу, Вики шмыгнула в сторону и вылетела вместе с Фрай из воронки, осторожно спустилась в людскую толпу.       Было спокойно, возможно, смертные ещё не дошли до такого отчаяния, как этого хотела новая правительница. Оглядывая лица вокруг, Эмилия увидела огромный баннер.

Международный фестиваль всех стран!

      Всмотревшись в разнообразные традиционные костюмы, девушки переглянулись между собой. Прислушавшись, как некоторые компании молодых людей напевали свои песни, Эмилия заметила, как некоторые держали разноцветные флаги своих стран.       Она не могла назвать конкретные страны, но точно определяла этнические группы. Среди незнакомцев были люди с негроидной, монголоидной, европеоидной, американоидной и австралоидной кровью.       Фрай наблюдала за ними и поняла, что смертные смешались, создав красивых детей-метисов. Она улыбнулась темнокожей девочке, которая шла за ручку с мужчиной азиатской внешности. Девочка гордо напевала детским голоском песни, принадлежащие её родителям.       Проводив их взглядом, Фрай пересеклась с напряжённым лицом Уокер. Тяжело вздохнув, она косо посмотрела на Торендо. Поняв, что советник не позволит им действовать самостоятельно, Уокер начала робко прикасаться к плечам незнакомых людей. Повторяя за ней, снова пригревая крысу возле себя, Эмилия застыла от неприятной дрожи.       Остановившись рядом с мужчиной, Эмилия заметила, что незнакомец резко закашлялся и судорожно прикрыл рот рукой, позволив крови просочиться сквозь пальцы.       В страхе сжав крысу, Эмилия повернулась к надзорному. Ангел насмешливо улыбнулся и указал на баннер, намекнув использовать магию. Сжав крысу ещё сильнее, Вики вовремя остановила её. Напомнив слова Чумы о ее питомцах, Фрай отшвырнула зверька в ноги прохожих.       Подметив, как испуганное животное пинают подростки, Фрай пришлось выставить руку перед баннером. Под напором сильного ветра конструкция оторвалась от крепления и придавила стоявших сзади людей.       Заметив довольное выражение лица Торендо, Эмилия нанесла увечья примерно девяти людям, а один из них оказался под вывеской. Выловив крысу и заставив её извиваться под сильным потоком воздуха, она вернула её в руки ведьмы. Выполнив приказ, девушки цеплялись в плечи незнакомцев.       Для них это было в тягость, словно они решали, кто должен пострадать, а кто нет.       Шагнув в толпу мужчин, ведьма касалась их плеч. Она остановилась перед высоким мужчиной.       Адам поправил клетчатую рубашку и рассказывал своим побледневшим друзьям про свою дочь. Подметив, что они раскисли, мужчина спросил:       — На ярмарке пиво само себя не выпьет. Что с вами, ребята?       Его задорный голос колыхнулся, когда один из друзей проговорил:       — Адам, мне так стало плохо. Несколько секунд тому назад, — расслабив пуговицы на офисной рубашке, незнакомец проговорился, о чём-то резко вспоминая, — а от кого у тебя дочь?       Вопрос застал всех врасплох, и Адам, с трудом припомнив, старался вспомнить, кто именно подарил ему любимую дочь. Вслушавшись в расплывчатые очертания незнакомой женщины, Фрай пришлось протиснуться между двумя мужчинами.       Они не слышали, как баннер слетел, и каждый из них почувствовал хворь по-своему. Кто-то начал чесаться, у кого-то начали слезиться глаза. Эмилия некультурно ткнула в плечо Адама и увидела, как он с трудом начал дышать.       Мысленно извинившись перед ним, ведьма продолжила обходить людей.       Пытка длилась где-то час, вернувшись в четвертый мир, Эмилия снова предстала перед Чумой и Мальбонте.       Отчитавшись о зараженных, Фрай услышала приказ снова использовать огонь.       — Сними бинты, руки должны уже зажить. Мой питомец не может ходить, как мумия, перед завтрашним балом.       С улыбкой вспомнив про пир, Всадница с интересом наблюдала, как Фрай снимала бинты. Кожа немного восстановилась, но кое-где еще остались ожоги.       Громко цокнув, женщина велела убраться, пока не заживут руки. Шагнув из кабинета, ведьма почувствовала облегчение: её выбросили, как ненужную игрушку, но это был спасительный шанс избежать очередную пытку.       Встретив Кристофера, она сдержанно кивнула. Он ответил ей взаимностью, и метиска направилась в свою комнату.

⋆⋅☆⋅⋆ ──── ⋆⋅☆⋅⋆ ──── ⋆⋅☆⋅⋆

      За полночь Эмилия тихо поднялась с оружейной и шагала по коридору, прислушиваясь к каждому шороху. Она пыталась зайти в пустую комнату, чтобы призвать гнома.       Судорожно завернув за крыло, Эмилия приостановилась возле одной двери. Ни одного лишнего звука не было, поэтому она дёрнула за ручку двери. Подметив, что никто здесь не закрывался, ведьма прошла внутрь, тихонько прикрыв спиной дверь. Кромешная темнота и тусклый огарок царили внутри, ей пришлось прошептать световую магию, чтобы можно было хоть что-то разглядеть.       Когда девушка увидела старинный шкаф, она подошла к нему, попутно остановившись возле стола, который находился со стороны входа.       Эмилия примерно понимала строение комнаты, ведь перед дверью стоял шкаф, возможно, в противоположной стене была огромная кровать. Немного наклонившись к столу, она прошлась по обложке тоненькой книжонки, заметив под ней странный клочок бумаги. Прищурившись, ведьма поняла, что это чья-то записка. Вытащив из-под книги, она развернула. Личное. Пробежавшись бегло глазами, любопытная растерянно вздохнула. Любовное письмо.

От Люцифера к Вики…

      Любовное! Эмилия нечасто с этим сталкивалась, а тут прям написано, кому эта комната принадлежит. Успокоив себя и своё бешеное сердце, ведьма продолжила рассматривать. С мыслью, даже если Люцифер зайдет, он же не сдаст её Чуме. Дотронувшись до корешка книги, она выпрямилась и положила ладонь на деревянную поверхность, пока не заметила окровавленную тряпку. Всмотревшись в сторону прогоревшего огарка, девушка дёрнулась от внезапного шороха. Повернувшись в сторону кровати, заставив стул предательски задвинуться от её поясницы в стол.       Прозвучал неприятный скрип.       Прислушиваясь, она усилила свечение световой сферы. Встретив обнаженные мужские лодыжки, Фрай почувствовала неприятный нервоз. Как будто специально, чтобы приглушить свою мощь, первый метис следил за безрассудным интересом Эмилии.       Сердце ушло в пятки за долю секунды. Жадно вдохнув спертый воздух в комнате, в голове неприятно зазвенело. Опасность. Он опасен. Играть с ним в переглядки долго не получится, и Мальбонте точно не упустит шанс спровадить ведьму к Всаднице. Или нет? Прошла уже минута, а он только следил…       Он свободно лежал на одной стороне кровати, облокотившись спиной на перегородку. Не упустив из виду внезапную гостью, мужчина нахмурился. Мало кто мог догадаться зайти к нему в комнату, особенно ученики.       Заметив, что девушка затряслась, он обратил внимание на её косой взгляд в сторону шкафа. Не поняв её интереса к предмету мебели, он наблюдал, как она, крадучись, подходила к его собственному шкафу. Дрожащими ногами шаркнув по полу, Фрай дурковато улыбнулась ему.       Хмурясь от глупого поведения ведьмы, метис резко прервал её попытку приблизиться к ручке шкафа. Телепортировавшись возле неё, ударив девушку об шкаф, Мальбонте зажал своей рукой лицо Фрай, резко подняв её голову на себя.       Встретившись с ним взглядом, девушка попыталась что-то сказать ему, но её голос был едва слышен. Фрай испугалась и от этого потеряла равновесие и чуть не упала, мужчина удержал её за живот.       Испуганно вдохнув запах рук метиса, она подумала, что он просто убьёт её. Его плечи нависали над ней, заслонив световую магию.       — Пожал.…. — выдав из себя звук, Мальбонте наклонился. Переключив взгляд на его глаза, Фрай заметила, как он нахмурился. Его сжигающий, оголенный торс чувствовался через топик, а плечи закрывали Эмилию от лишних глаз.       Что нельзя не сказать про крылья сзади. Его таз упирался в неё, прижимая к шкафу. Жар его тела был неестественным, словно от внутренней злости он мог поджарить её заживо.       Хоть тело и дрожало, Эмилия смогла рассмотреть его лицо поближе, по очертаниям в тени, замечая нос, губы.       Мальбонте расслабил хватку. Жадно заглотнув свежий воздух, девушка оглядела его. Метис спокойно отошёл в сторону, обратно ложась в кровать.       Не желая испытывать его терпения снова, ведьма быстро открыла шкаф, последний раз проводив взглядом метиса.