ponderatio

⋆⋅☆⋅⋆ ──── ⋆⋅☆⋅⋆ ──── ⋆⋅☆⋅⋆

      На рассвете, когда раненые наконец начали отходить от истощения, вызванного Голодом, Эмилия судорожно пошевелила одеревеневшей шеей, упала на пол и тихо простонала. Открыв глаза, она прислушалась к приглушённому кряхтению раненых — их было гораздо больше, чем она думала.       Однако ангелы и демоны восстанавливаются гораздо быстрее, чем обитатели третьего мира. С трудом приоткрыв глаза, Фрай приподнялась на руках, разминая затекшую шею. Взглянув на дремлющую Луну, не последовавшую её примеру, ведьма с трудом поднялась на ноги, услышав просьбу о воде.       Подойдя к койке демона и взяв стакан, Эмилия на миг задумалась, вспомнив, как заставила Сатану ударить Астарота. Услышав повторную просьбу, она взглянула на незнакомца, вспомнив, как черномаг подчинял её тело посредством кровавой магии.       Отогнав эти мысли, Эмилия всё же помогла страждущему утолить жажду. Стараясь прийти в себя, она поставила стакан на тумбочку и вышла из лазарета, направляясь к надгробию Небироса.       Присев рядом с неказистой могилой, Эмилия погрузилась в задумчивость на целый час, пока её не отвлекла Вики, проснувшаяся раньше всех. Подняв голову, Эмилия смущённо ответила на её вопросы.       — С тобой точно всё в порядке? У тебя, вот... — Уокер смущённо указала на поседевшую прядь и посветлевшие брови подруги.       — Да, поседеть от Всадников — не грех, — стараясь сохранить нейтральный тон, Эмилия позволила Вики сесть рядом. — Вообще-то, это из-за Марианны, но суть та же.       Закатив глаза, ведьма выслушала соболезнования подруги.       — Да, жалко. Даже неприятно, что та, кто воскресила отца, отняла его жизнь во второй раз, — при воспоминании о том, как Кира умоляла не убивать Чуму, Эмилия вздрогнула. — Неужели Чума способна что-то чувствовать?       Вики, услышав предположение подруги, неуверенно кивнула, задумавшись.       Новый день бесцеремонно ворвался в жизнь, наполняя страхом каждое мгновение — и во сне, и наяву. На четвёртый день Марианна и Эмилия воздвигли два надгробия, проведя под дождём несколько часов в раздумьях о мести Всадникам за утрату близких.       На следующий день в школу прибыли Мальбонте и Голод, забрав Вики на тренировку. Ведьма билась в тревоге, надеясь, что Всадник не причинит Уокер вреда. Ожидая её возвращения, Эмилия внезапно ощутила прилив ненависти.       Оглядевшись, она повернулась и пошатнулась от испуга, узрев перед собой Войну. Два Всадника в один день в школе — это было нечто новое.       Война пристально уставился на поседевшую ведьму, а Фрай, не в силах отвести взгляд, почувствовала, как её глаз задёргался от его присутствия.       — Где эта полусмертная? — грубо спросил Война, наблюдая за реакцией бескрылой.       Подняв палец, он указал на свой правый глаз и без тени улыбки произнёс:       — У тебя дергается.       — Да, я чувствую, — прошептала Эмилия, удивляясь, почему рядом никого нет. — Ты о Марианне?       — О той, что была с Львицей, — уточнил Война.       — О Марианне.       — Мне не так важно, как её зовут, — отводя взгляд, Война вновь указал на свой глаз, заставив Фрай нервно вздохнуть.       — Я не позволю тебе забрать её, а тем более причинить ей вред, — набравшись смелости, ведьма приготовилась читать защитные заклинания, но Война её перебил.       — У неё огромный потенциал, ведьма, — даровав комплимент Бенсон, Всадник заметил, как верховная ведьма встретила его взгляд.       — У неё огромный потенциал, но она всё ещё может погибнуть от твоего меча, — Эмилия нахмурилась, невольно вспомнив, как лечила Марианну в Зодиакальном мире. — И какой прок тебе помогать нам?       Война, казалось, задумался, если вообще умел думать. Именно так думала Фрай ещё пару минут, пока не услышала ответ:       — Голод нейтрален и хочет умереть, я же, как брат, иду за ним, — произнёс всадник тихо, словно признаваясь в чём-то сокровенном.       — Но и Смерть твой брат, так же как и Чума была твоей сестрой, — Эмилия никак не могла понять, почему он решил следовать именно за Голодом.       — Но Смерть — это Смерть. Он казнил Чуму, которая пыталась убить меня при помощи Вики, — Война утвердительно кивнул. — Голод мне...       Задумавшись, Эмилия неуверенно договорила за него:       — Ближе?       — Да.       Ведьма слегка растерялась от такого признания со стороны всадника. Кивнув, девушка задумалась.       — Ты можешь убить её, даже на тренировках. Вряд ли Голод сейчас усердно тренирует Вики, — представив, как Уокер неловко падает от атак Голода, Эмилия тихо фыркнула, привлекая внимание Войны. — Я тебе не доверю, разве что со мной. И то... — верховная вновь замолчала, обдумывая возможности.       Два всадника на их стороне сулили преимущество в войне с Матерью, но они в любой момент могли изменить своё решение.       — Слушай, я всё же не до конца понимаю, какой тебе резон помогать нам, даже если ты это делаешь из-за Голода. Твоя ненависть, что витает в воздухе, сводит с ума всех, кто рядом.       Эмилия вскинула на него взгляд, увидев, как Война продолжает смотреть на неё.       — Нет, это явная ловушка. Ты не можешь быть за нас, вам же всё равно на наши жизни.       — Верно.       — Верно? — девушка со страхом переспросила, отшагнув назад. — Так что тогда?       — Матерь, — невозмутимо проговорил Война, начав подтягиваться и заметив, как ведьма вздрогнула. — Что-то уж очень многие не любят своих «мам», — фактически пробормотала Эмилия под нос, но Война услышал.       Изложив свою позицию, Всадник следил, как мнение ведьмы менялось с каждой секундой. Он вновь напомнил про Марианну, пока не услышал пронзительный вопль одного из крылатых, вышедшего подышать.       — Думаю, я предоставлю ей выбор.       Фрай посмотрела вслед убегавшему в школу непризнанному.       — В принципе, тебе тут не рады, как и Голоду, как и Мальбонте, — вспомнив испуганные глаза крылатых, Эмилия бросила взгляд на Войну за мгновение до его исчезновения. — Слушатель из тебя так себе.       Закатив глаза, ведьма опустилась на землю, слушая, как Эрагон идет по следу испуганного крылатого. Сообщив о местонахождении второго всадника, советник увидел только сидящую Эмилию, поглощённую размышлениями о словах Войны. Подлетев, Эрагон остановился перед ней. Подняв глаза, Фрай лишь кивнула в ответ на его вопрос.       — И ты позволила ему уйти? — спросил советник, заметив, как ведьма приподняла бровь.       — Конечно. Он же никого не убивал, а просто явился сюда. И как вы думаете, я смогла бы его задержать?       Эмилия устремила взгляд на бледное лицо Эрагона.       — Я же ведьма, а не одна из вас. Я слабее и ничтожнее, так что не смотрите на меня так, будто владение четырьмя стихиями позволит остановить Всадника.       — Ты единственная, кто ищет оправдания своей слабости, — резко заявил Эрагон, не тая правды. — Даже Чедвик продумывал множество вариантов развития событий, чтобы помочь нам одержать победу.       Ангел раздражённо взмахнул крыльями, намереваясь отдалиться от ведьмы. Увидев её разочарованный взгляд, он сделал шаг назад и, обернувшись, продолжил:       — Искать оправдания и действовать — вещи разные. Ты многое сделала, это факт, но с таким настроем тебе лучше оставаться в стороне.       Он заметил, как Эмилия, полная раздражения, встала и повернулась к нему.       — Тогда обучите меня, — нервно произнесла Фрай, позволяя огню, который она ненавидела, возгореться в одной руке. — Я чувствую, как он обжигает мою кожу, — добавила она, раскрывая вторую руку и призывая вторую стихию.       Воздух заискрился, и по ладони пробежала грубая электрическая дуга.       — Обучение на поражение, — произнесла Эмилия, заметив, как Эрагон полностью развернулся к ней, расправляя крылья.       Сглотнув ком в горле, девушка старалась не поддаваться безумию. Дыхание стало тяжёлым, а послевкусие от Войны ещё чувствовалось.       Ненависть по-прежнему ощущалась в пространстве, вызывая раздражение у обоих. Эрагон смотрел на неё спокойно и собранно, лишь брови выдавали осознание, что верховная хочет тренироваться именно сейчас.       — Достаточно, — голос Винчесто прозвучал резко, почти как рык. — Мальбонте просит тебя пройти в темницу, — обратился он к Эрагону, заметив, как огонь в ладони ведьмы погас, оставив ожоги.       Нахмурившись, крылатый слегка улыбнулся Эмилии, бросив взгляд на советника.       — Это касается предположения Ривелиуса и Чедвика, — произнёс он, вновь посмотрев на руку ведьмы.       Увидев, как электрический разряд сошёл на нет, демон добавил:       — Похоже, вспышка, подобная той, что была у Марианны в первом мире, могла произойти и с другими, рождёнными от смертного и бессмертного.       Эмилия, почувствовав покалывание на обеих ладонях, приподняла их, продолжая слушать Винчесто.       — Пока есть время, можно отправить отряд в первый мир и найти предполагаемого «метиса», — предложил демон, больше не поворачиваясь к ведьме, а глядя лишь на Эрагона, который задумался над его словами.       Неохотно кивнув, советник направился в темницу к Мальбонте. Резко остановившись, мужчина повернулся к Эмилии.       — Ты обязана присутствовать, иначе пропустишь половину важной информации, — сказал он строго, без эмоций. Увидев, как Фрай удивилась его приказу, Эрагон заметил, как ведьма поспешила за ними. Слабо усмехнувшись, советник обменялся взглядом с Винчесто.       Марианна не могла оторвать взгляда от Мальбонте, сидевшего в наручниках в сырой темнице. Не сводя с него глаз, она услышала, как Ривелиус обратился к ней:       — Ты боишься его? — полушёпотом спросил ангел, поправляя очки из-за решётки.       — Нет. Мне кажется, я начала ощущать ваши энергии, и у него она сильнее, чем у других. Она холодная и мощная.       Бенсон отвела взгляд от первого метиса и перевела его на учёного.       — Из-за моей силы Эмилия пострадала, когда пыталась выстроить купол, да и камень Близнецов пропитался мной, — она машинально схватилась за цепочку, разглядывая две разноцветные переливающиеся стороны.       — Он просто впитал ту энергию, которую ты не можешь контролировать, — резко вмешался Мальбонте, заставив Ривелиуса вздрогнуть. — Но то, что вы попытались отобрать камень из рук Чумы, похвально. Не каждый бессмертный бросится в пасть дракона, — усмехнувшись, он заметил, как Марианна вновь посмотрела на него.       — Но если бы не Эмилия, я бы взорвалась как бомба замедленного действия. И Вики не помогла бы, или...       Бенсон замолчала на полуслове, услышав, как кто-то поднимается по лестнице. Взглянув, она увидела Эрагона, Винчесто и Фрай. Правда, ведьма стояла позади крылатых, но её торчащая седая прядь сразу выдала её присутствие.       — Вики может поглотить мою неконтролируемую часть? — спросила она у всех собравшихся, но в ответ повисло напряжённое молчание.       — Но что случится с тобой, если Вики всё же это сделает?       Первой высказала предположение Эмилия, так и не выйдя из-за спин крылатых.       — Это может привести к смерти. Даже если Голод сейчас тренирует её, тебе тоже стоит потренироваться, — ведьма почувствовала, как её ненависть утихает, вспомнив слова Войны. — Ты должна научиться выпускать свою энергию, иначе она будет накапливаться, как гной.       Винчесто повернулся к Фрай, и она смущённо улыбнулась, пытаясь объяснить:       — В брачный период у оборотней бывает так, что те, кто не нашёл свою пару, начинают накапливать злобу. Да, именно злобу. Для них эта злоба — это все отрицательные чувства, и некоторые пускали себе кровь, чтобы та утихла.       Эмилия прикусила губу и услышала, как Ривелиус цокает языком.       — Да, даже у людей второго мира была болезнь, которая не давала им жить и была неизлечима. Даже если они обращались к ведьмам. Если я не ошибаюсь, одной знахарке пришла в голову мысль удалить эту болезнь. И после операции смертный прожил ещё одиннадцать лет, конечно, без одной груди, но выжил.       Винчесто отошёл к стене, открыв виду Марианны проход.       — Опухоль? — переспросила Бенсон. — Но опухоль с рождения — это моя энергия. Мама говорила, что одно может поглотить другое, и неизвестно, что будет.       — Даже если так.       Произнёс Ривелиус, тяжело дыша и вновь обращаясь к Бенсон.       — Как бы Чедвик ни хотел помочь тебе, сейчас важнее всего найти такого же, как ты. Возможно, тогда появятся и ответы. Но давайте не будем забывать, что ваша ударная волна с Вики действительно даёт нам преимущество в предстоящей битве.       Учёный кивнул Эрагону, который до сих пор не решался заговорить. Эмилия, нахмурившись, взглянула на советника.       — Ваши переглядывания меня беспокоят, — честно призналась она, увидев, как Мальбонте приближается к решётке. — Только не говорите, что вы хотите отправить нас на Землю на поиски?       — Это единственный выход, пока другие решают, как убедить Матерь не уничтожать всё живое. — Ривелиус отошёл от решётки, стараясь не смотреть на заключённого.       — Вы же понимаете, что она всё равно сделает это, даже если мы будем танцевать перед ней с бубном?       Марианна обвела взглядом присутствующих.       — Даже если мы покажем ей милых котят, она скажет, что они ничтожны для вселенной. Разве не так?       — А котята — милые существа, хоть я и не видел их в разрушенном мире, — пробормотал Винчесто, привлекая к себе внимание. — Что? Если я демон, то я воплощение зла? — спросил он, улыбнувшись изумлённой Бенсон.       — Котята — это такие пушистые комочки, — Эмилия пыталась изобразить жестом это животное. — Правда, я видела одного убитого котёнка на подоконнике в человеческой квартире.       — О Господи, — прошептала Бенсон, стараясь не представлять эту картину. — Нет, котята — это существа чуть меньше и слабее, они ещё слепые, могут шипеть на тебя, и коготки у них мягкие, и пахнут молочком.       Пытаясь объяснить, Марианна услышала карканье ворона Эрагона.       — У тебя разве нет фамильяра, как положено ведьмам?       — Что? — переспросила Эмилия, дёрнув головой от вопроса, ощутив, как птица села на плечо советника. — Да нет, вроде бы предлагали завести, но я отказалась, так как оборотень, живший в приюте, мог съесть животное.       Стараясь вспомнить, ведьма отрицательно покачала головой.       — Съесть фамильяра? — уточнила Бенсон, переглянувшись с Мальбонте. — Эмилия, я сочувствую тебе за твоё детство.       Девушка натянуто улыбнулась, понимая, что они ещё не говорили об этом.       — И тебе тоже.       — Чему соболезновать? Нормальное было детство, — ведьма недоумённо взглянула на Ривелиуса, который уставился в пол и слушал их разговор. — Шанс на выживание равнялся нулю, зато было много опыта.       Пытаясь не ностальгировать, Фрай услышала тяжёлый вздох Эрагона.       — У тебя так же было?       Спокойно обратившись к ангелу, Эмилия уставилась на него.       — Давайте приступим к делу. С вами отправятся два бессмертных, так как вы, — Эрагон с грустью посмотрел на Эмилию, — не умеете телепортироваться, а крыльев у вас нет, Марианна. Выступайте сегодня же. Ривелиус, где была зафиксирована последняя вспышка?       — На границе Китая и России, где-то между двумя странами, — ответил учёный, поправив очки. — Чедвик предполагал, что это мужчина, лет 30–40 по смертному возрасту. Возможно, с группой выживальщиков.       Ривелиус взглянул на Марианну:       — Ты ведь знаешь, где находится граница Китая и России?       — Конечно, но до китайцев было не добраться, когда случилась заваруха со Всадниками, да и в России мы потеряли связь. Остаётся только Сибирь, но...       — В Сибири сейчас находятся две моих ведьмы, — удивлённо перебила Эмилия. — Я, конечно, не очень хорошо разбираюсь в карте мира, но если мы будем телепортироваться с крылатыми, то сможем быстрее найти предполагаемого «везунчика».       Она взглянула на Эрагона.       — Мальбонте отправится с нами? — задав вопрос, Фрай замерла, почувствовав на себе взгляд заключённого.       Она даже не навещала его с тех пор, как он добровольно сдался. Заметив, как Эрагон нахмурился, Эмилия мельком взглянула на Мальбонте. — С ним дело пойдёт быстрее, и если что-то случится, он вернётся с задания без единой царапины.       — Я подумаю над этим, а пока идите. Через десять минут спуститесь во двор, — приказал советник, наблюдая, как Фрай кивает и стремительно покидает темницу.       Марианна ненадолго задержалась, надеясь получить хоть какую-то информацию, но мужчины хранили молчание, пока она не спустилась вслед за Эмилией. Стремясь догнать сестру, Бенсон видела лишь её спину. Окликнув, она поняла, что та либо оглохла, либо не хотела тратить время.       Остановившись на середине дороги, Бенсон ощутила, что школа как-то странно повлияла на них обеих. Они почти перестали общаться, а горечь от потери родителей уже не так сильно выражалась на фоне всеобщего безумия. Тяжело вздохнув, девушка вновь дотронулась до камня.       — Отлично, будто я снова одна против этого мира, — стараясь не раскисать, Марианна глубоко вздохнула, машинально помахав рукой спешащему Дино.       Ангел рассеянно помахал в ответ, взлетев в небо.       — Всё нормально, — пробормотала она себе под нос, направляясь во двор.       Комнату ей, конечно, выделили, но она была пустой, как и ощущения в этой школе. Увидев Мими, Марианна поспешила к ней, пока не поняла, что дьяволица ждёт возвращения Вики.       Не спеша отойдя, Бенсон пошла по каменным коридорам, наткнувшись на Люцифера, который сидел на разломанной лавке. Пройдя мимо, она почувствовала его энергию. Неловко повернувшись, она поздоровалась кивком.       Люцифер, тяжело дыша, посмотрел на Марианну. Не отдавая себе отчёта, он сладострастно прошептал:       — Наведайся к статуе Немезиды.       Замерев на мгновение, мужчина раздражённо взмахнул крыльями, перестав обращать на девушку внимание. Погружённый в мысли, он услышал, как Марианна переспросила, но она ушла, не дожидаясь ответа.       Свернув за угол и остановившись у своей комнаты, Бенсон нахмурилась и, отвернувшись от неё, поспешила к статуе. Выйдя на задний двор, она увидела спину рыжеволосой дьяволицы и услышала её спокойный, сладкий голос:       — Дочь моей подруги, Евы. — Повернувшись, Лилит улыбнулась, обнажив клыки. — Ты действительно похожа на Еву, только без крыльев.       Дьяволица уставилась на неё, давая памяти воскресить образ подруги с белоснежными крыльями.       — Люцифер сказал, что её убила Чума, — не без печали проговорила Лилит, печально взглянув на статую. — Я чувствую в тебе энергию, схожую с её, только в большем количестве, — женщина прищурилась, задумавшись. — Вики же, наоборот, была не чувствительна, а ты чувствительна, — отвернувшись от Марианны, Лилит начала бормотать что-то себе под нос, напрягая девушку.       — Только не касайся её, — резкий мужской голос прозвучал за спиной напряжённой Бенсон.       Нервно повернувшись, она увидела Астарота, наблюдавшего за Лилит.       — Если подпитаешь её, будет плохо и ей, и тебе, — перейдя на шёпот, он посмотрел на удивлённую Марианну. — Так ты собираешься на землю, или тебя ещё ждать полчаса? — язвительно спросил он, улыбаясь недоумевающей девушке. — Пошли.       Нагло толкнув её в плечо, Астарот продолжал подталкивать Марианну к месту встречи.       — Только не говори, что ты будешь с нами, — проворчала Бенсон, стараясь противиться толчкам метиса.       Психанув и резко остановившись, она толкнула его, вызвав смех лишь у Астарота.       — Отлично, — проворчала Марианна, продолжая идти без помощи крылатого, постоянно поглядывая на него из-за плеча.       Увидев, как Эмилия нарезает круги, а Мальбонте спокойно стоит, Бенсон нахмурилась, шагая к ним.       — Отряд не очень организован, — прошипев, она увидела, как Фрай затянула резинку на волосах, и почувствовала, как Астарот, нагло обхватив её за талию, вызвал воронку.       Прищурившись от яркого света, девушка не заметила, как оказалась на поваленном двадцатиэтажном доме, наполовину затопленном холодной водой.       Прохладный ветер, пронизывающий одежду, заставил Марианну оглядеться. Многоэтажки были полуразрушены, пробиты или полностью повалены в воду. Её взгляд остановился на полуразмытом русле реки, и она перевела его на Эмилию, изучавшую воду.       — Река была искусственно создана, — прошептала ведьма. — Вероятно, где-то поблизости прорвалась дамба, потому что глубина здесь значительная. — Прищурившись, Эмилия заметила под водой транспорт.       — Три ущелья, — удивлённо произнесла Марианна, привлекая внимание бессмертных. — Китайская дамба. Мы в Китае.       Уточнив, она вздрогнула от мысли, что под водой могут быть трупы.       — Скорее всего, она не выдержала начала войны, землетрясения или пришла в негодность из-за отсутствия людей.       Заметив, как Эмилия садится, свесив ноги к воде, Бенсон наблюдала, как та замораживает небольшой участок.       — Только не думай спрыгивать, лёд расколется, — взглянув на сестру и поняв, что она передумала, Марианна спокойно выдохнула. — Долетим до моста Благовещенск, это граница, если память не подводит.       Готовясь к полёту, Бенсон сама повернулась спиной к Астароту, позволив ему взять её за талию.       Мальбонте, провожая взглядом удаляющихся Марианну и Астарота, обратил внимание на Эмилию, которая не спешила вставать. Хмурясь, он заметил, как ветер играет её поседевшими волосами, собранными в тугой хвост.       Фрай, чувствуя его взгляд, продолжала наблюдать за исчезающими силуэтами. Оставшись наедине, она подняла голову и встретилась с ним взглядом.       — Ты всегда на шаг впереди. Так что, будь добр, поделись информацией: что случится с Марианной, если она продолжит подпитывать камень и себя?       Эмилия смотрела на него совершенно иначе: холодно, отчуждённо, требовательно.       — Ты же знаешь, что может произойти, — произнесла она, пытаясь разговорить его, и прищурилась.       — Это лишь гипотеза, а не окончательный ответ.       Мальбонте замер, понимая, что любой его ответ может стать острым, как лезвие.       — Смерть, как ты сама прекрасно понимаешь. Говоря об опухоли... это клубок энергии внутри неё. Даже если Вики сможет забрать её, неизвестно, не вспыхнет ли она вновь, — произнёс он, не отрывая взгляда.       — Как огонь? Как подпитка от Бога Тьмы? — Эмилия сжала губы. — Тогда проще позволить Матери убить всех нас.       Отведя взгляд, Фрай шмыгнула носом.       — Баб Нина говорила, что это лишь отсрочка. Верного варианта нет. Враг всегда будет желать уничтожить нас.       Слова давались нелегко, ведь на сердце остались глубокие раны от осознания, что даже если они победят Матерь, вопрос с Марианной останется.       — На передовую её нельзя, она просто подпитает всех. Но при этом её шаровая энергия может увеличить наши шансы на победу.       Эмилия тяжело вздохнула, сгорбившись.       — Ладно, надо найти этого «счастливчика».       Неохотно встав, ведьма повернулась к Мальбонте. Острое, пятисекундное желание поцеловать его прервалось воспоминанием о том, как он легко улетел с острова. Прикусив губу, она кивнула ему, отворачиваясь.       — Шерч мог бы быть более эгоистичным, но всё же помог нам, — с трудом проговорив, ведьма моргнула, ощутив горячие руки на животе. — Надо не повторять будущее, — прошептала она, услышав, как Мальбонте раскрыл крылья, взмахнул ими, подняв знойный ветер.       Они летели довольно долго, изредка перебрасываясь словами. Достигнув места, где находились Астарот и Марианна, Фрай погрузилась в размышления о возможных вариантах. Нахмурившись, она наблюдала за бескрайними затопленными улицами и услышала, как Бенсон просит спуститься на полузатонувший мост.       Астарот аккуратно опустил Марианну на бетонную возвышенность, не ушедшую под воду. Метис поддерживал её, чтобы та не упала.       — Как мы будем его искать, если он не использует сейчас вспышку? — нервно вздохнув, спросила Бенсон, повернувшись к Эмилии, парившей в воздухе с Мальбонте. Стараясь почувствовать что-то, она закрыла глаза. Ведьма наблюдала, как та стоит недвижимо, улавливая множество энергий.       — Здесь есть мифологические существа, — прошептала Эмилия, ощутив сжатие на животе.       Подняв голову, она встретилась с холодным, напряжённым взглядом метиса.       — Есть какие-то предложения? — нахмурившись, спросила ведьма, пока её не отвлекла Марианна, едва не сорвавшаяся вниз.       Астарот ловко взял её за локоть и взлетел, помогая встать.       — С-спасибо, — испуганно произнесла Марианна, следя за кристально прозрачной водой. — Сколько людей и животных убила эта вода? — отвлекаясь от цели, Бенсон проглотила ком.       — Я что-то почуяла. Нечётко, но похожее на энергию бессмертных, — неловко оторвав взгляд от воды, Бенсон указала в сторону. — Где-то там.       Эмилия посмотрела туда и, увидев золотистые купола церкви, кивнула.       — Церковь всегда будет убежищем для верующих и неверующих, — проговорив, Фрай кивнула Мальбонте, который полетел к зданию.       Марианна взглянула на парившего над ней Астарота и кивнула.

⋆⋅☆⋅⋆ ──── ⋆⋅☆⋅⋆ ──── ⋆⋅☆⋅⋆

      Оказавшись на мокрой земле, ведьма обратила взор на полуразрушенную церковь. Затем, оглядев крылатых спутников, она перевела взгляд на Марианну, изучавшую окрестности.       — Вот почему русские такие суровые: даже в постапокалиптическом мире церковь не вызывает желания искать там спасение, — тихо произнесла Бенсон, но её слова услышали, и в ответ раздался смешок Астарота, спугнувший пару ворон.       Взглянув на него, Эмилия с лёгкой неловкостью попросила спрятать крылья. В ответ он лишь иронично приподнял бровь, бросив взгляд на Мальбонте.       — Разве что вырвать их, — с сарказмом проговорил он.       — Какой смысл прятать, если рядом со мной они всё равно увидят истинный облик? — вмешалась Марианна, задумавшись. — Может, ты знаешь магию скрытия или невидимости? — с надеждой посмотрела она на верховную, та в свою очередь приподняла бровь.       — Я что, ходячая энциклопедия? Ведьма не может знать всё, — обидевшись, но осознав ограниченность знаний, Эмилия начала размышлять. — Есть одно заклинание для крыльев, но они останутся крыльями, и если вы ими пошевелите... — предупредила она, указывая на метисов. — Просто не шевелите ими, пока внутри.       Готовясь вспомнить заклинание, верховная вдруг почувствовала чужой взгляд. Повернувшись к церкви, она попыталась сосредоточиться.       Марианна с удивлением наблюдала, как основания крыльев Астарота исчезают. Посмотрев на Мальбонте, она увидела, что у него осталось одно крыло. Взглянув на Фрай, Бенсон отметила, как тяжело ей даётся эта задача. Желая помочь, она сделала шаг, но услышала голос Астарота:       — Не думаю, что стоит усиливать, — предупредил он, не видя своих крыльев. — Приемлемо.       Удивившись тому, что Мальбонте стоит без крыльев, Астарот кивнул Эмилии:       — Молодец, а говорила, что не знаешь. — с сарказмом произнёс он, заметив, как Фрай пытается отдышаться. — Как будто бежала, а не колдовала.       — Ты в курсе, что в этом заклинании смешаны три стихии: вода, воздух и свет? — нервно прошептала Эмилия, опершись на колени. — Свет с водой — сложное сочетание. Если одна переборет другую, вы либо ослепнете, либо будете с мокрыми крыльями.       Объясняя, верховная снова ощутила взгляд. Стараясь не поворачиваться, она увидела, как Астарот смотрит на неё.       — Не думал, что в ваших заклинаниях есть стихии, — удивлённо проговорил Астарот, увидев, как Фрай закатила глаза. — Ладно, пойдёмте, а то скоро дырку в нас просверлят взглядом, — коварно произнёс он, взглянув на колокольню. — А мальчонка-то любопытный, — улыбаясь смертному ребёнку, Астарот заметил удивлённый взгляд ведьмы. — Что, думаешь, ты одна почуяла, что за нами следят?       — Да, — прошептала Эмилия, заметив, как он прошёл мимо.       Посмотрев на Мальбонте, Фрай поняла, что тот намеренно не обращает на мальчишку внимания. Сглотнув ком, ведьма выпрямилась и повернулась к двери. Шагнув за Астаротом, она заметила, как Марианна идёт позади. Поднявшись по лестнице к главной двери, Бенсон всё же заговорила:       — Вошли как-то четыре неверующих в церковь, — увидев, как к ней повернулись, Марианна улыбнулась. — Ведьма, полукровка, осквернённая смертной кровью, и два метиса, олицетворявшие тьму и свет.       Перейдя на шёпот, Бенсон услышала, как изнутри пытаются открыть дверь.       — И не уверовали они в людскую веру, и пропали в пучине своих грехов, — замолчав, она увидела, как массивная дверь открывается.       Увидев старика в тёмной шубе и с самодельной тростью, Марианна замерла, ощутив странный ток по коже. Проморгавшись, она услышала, как его речь скрипит по ушам. Эмилия улыбнулась пожилому человеку, пытаясь понять странные ощущения. Взглянув на Мальбонте, ведьма заметила, как он нахмурился.       — К тебе приходил старик со стеклянным глазом? — резко спросил Мальбонте, ощутив на себе взгляды спутников.       — Ты думаешь, это тот молодой человек, из которого Аристарх высосал время? — переспросила Эмилия, внимательно рассмотрев смертного.       — Что? Аристарх — тот старик, что был со мной в темнице и исчез? — не понимая, Марианна взглянула на незнакомца.       — Да, — нервно прошептала Эмилия, вновь осмотрев старика. — Так к вам прикасался старик?       Мужчина, взглянув на всех, недовольно покрутил у виска.       — Даже при конце света молодёжь умудряется найти наркоту, — прошипев, он отступил от двери, позволяя войти.       Марианна, уловив суть, посмотрела на Эмилию и отрицательно покачала головой.       — Но от него исходит странная энергия, — произнесла ведьма, шагнув внутрь и увидев фреску. Она закатила глаза, услышав, как на скамьях сидят множество обездоленных — стариков и детей.       Проморгавшись, Эмилия уловила звук воды. Проследив за ним, она заметила пробоину в полу.       — Могли бы и досками прикрыть, — сказала она.       — Да, такой разлом не прикроешь, — ответила Марианна, глядя на воду под церковью. — Зато есть путь отступления, — пошутила она, но тут же почувствовала резкую боль.       Эмилия, заметив это, отвела сестру от разлома, продолжая наблюдать за смертными.       — Что-то здесь не так, — прохрипела Бенсон, опираясь на Фрай.       — Потому что, — ведьма указала на старика, — он мёртв, — поняв, что это за энергия, Эмилия посмотрела на удивлённое лицо Астарота.       — Мёртв? — переспросил метис, наблюдая, как старик взаимодействует с вещами. — Призрак или...       — Тут где-то некромант, — удивлённо произнесла Фрай, услышав, как со второго этажа, ведущего к колокольне, спускается мальчик, наблюдавший за ними всё это время.       — Ты! — воскликнула ведьма, указывая на мальчишку, и устремилась к нему.       Схватив за плечи и присев, она ущипнула его за щёку.       — Будь добр объяснить, на кой ты используешь тела умерших, — нервно прошептала верховная, заметив, как белокурый, легко одетый мальчишка скривился от щипка.       — Вы хотите сказать, все эти люди мертвы? — спросила Марианна, удивлённо глядя на толпу.       — Да, — спокойно ответила Эмилия, ожидая ответа от мальчика. — Кто их убил? Ведь не ты, верно? — обратилась она к ребёнку, и тот, указав худой рукой на мужчину в шубе, произнёс:       — Он. Он всех убил. В церкви все были мертвы, даже моя мама, — мальчик указал на женщину, молившуюся на скамье. — Он — вспышка. Вспышка всех умертвила, но он не специально. Он хороший, хороший смертный.       Жестом показав мощь вспышки, он взглянул на Мальбонте.       — Крылья... зачем убирать крылья? С ними же можно улететь на край света.       Честность ребёнка заставила Эмилию положить ладони на его хрупкие плечи.       — Папа показывал, как сохранить друзей, если смерть подкралась к ним. Он мог контролировать их и жить с ними, когда грустно, — взглянув на ведьму, мальчик сжал губы. — Я бы остался один, если бы не сделал, как папа. А я боюсь одиночества. Тут есть и злые смертные, что желали нам смерти. Мама, пересекая границу между вторым и первым миром, нашла своё предназначение — лечила обездоленных, слабых, уверовала в бога смертного и была счастлива, что мы пережили нашествие Всадников. Правда, папа не сумел перейти через барьер. Я боюсь одиночества, поэтому и воскресил их. Эмилия смотрела на юного некроманта, наделённого силой двух родителей, и, вновь взглянув на старика, спросила: — Он видел нас, наших истинных обликов, понял, что мы не люди, но был молод.       — Сколько времени прошло после вспышки? — Марианна нервно взглянула на оживлённые трупы.       — Около полугода. Но вы же не ощущаете это. Он стал сильно стареть. Мама пыталась помочь, но всё было бесполезно.       Взглянув на мальчика, Фрай нежно обняла его, заставив Астарота отвести взгляд.       — Полгода, — прошептала Марианна, осознав ненормальность. — Получается, он, как и вы в школе, стареет? — посмотрев на Мальбонте, Бенсон перевела взгляд на мальчика.       — Значит, тебе нельзя находиться на земле. Всё логично, — вновь повернулся к Марианне Астарот, пожав плечами. — А это значит, что ты становишься бессмертной, — предположил метис, услышав голос Мальбонте:       — Он был от ангела или от демона? — пристально уставившись на мальчика, скрывшего лицо на плече Фрай.       — Вроде мама говорила, что кто-то из тех, кто истреблял нас, — ответил он.       — Либо демон, либо ангел, — устало произнесла Марианна. — Но и демоны, и ангелы стареют рядом с землёй, так что без разницы.       — Разница в том, почему он вспышкой убил всех и себя, — спокойно заметил Мальбонте, наблюдая, как Эмилия неохотно освобождается от объятий.       — Могу спросить, — произнесла ведьма, вставая и взлохматив волосы мальчика. — Он не знает, что умер, да? — уточнила она у некроманта, получив кивок. — Тогда я обращусь к мёртвой воде. Единственная просьба — разбудить меня, если долго не буду приходить в себя.       — Мёртвая вода — это граница между живыми и мёртвыми? — паренёк удивлённо посмотрел на верховную. — Вы ведьма, но в вас есть и противоположная энергия, как у фей, — открыв рот, он перевёл взгляд на Марианну, Мальбонте и Астарота. — Двое крылатых — дети света и тьмы, что было запрещено законом Шепфы. А вы. Указав на Бенсон, мальчик улыбнулся.       — Такой же, как и мой друг, рождённые от бессмертного и смертного, — почуяв, как рука Эмилии вновь гладит его по волосам, он заметил, как она вытаскивает нож. — Кровавый дар, чтобы пообщаться с мёртвыми. Мама так делала.       — Твоя мама ведьма? — удивлённо переспросила Фрай, заметив кивок. — Понятно, — улыбнувшись ребёнку, Эмилия закатала рукав.              Полоснув ножом, позволив каплям крови упасть на пол, верховная отошла. Начав чертить символы и шепча заклинания, она заметила, как Марианна внимательно наблюдает.       Небрежно начертив символику, позволяющую связаться с мёртвыми, Эмилия легла на холодный грязный пол и закрыла глаза. Астарот, наблюдавший за ней, кивнул.       — Как хорошо, что существуют ведьмы. Сразу видно, кто из всех существ безумнее, — прошептал он, улыбнувшись укоризненному взгляду Марианны. — Ты бы видела, как она дамбу разрушила. Зрелище было не из приятных. Не ту, что в Китае, — уточнил он, увидев удивление на лице Бенсон.       — Второй вопрос поможет узнать, от кого он рождён, — мальчик не отрывал взгляда от Эмилии. — Так, кажется, говорила мама.       Взглянув на спину матери, ребёнок тяжело вздохнул.       — Мне придётся отпустить их, даже если будет одиноко. Это неправильно. Мама не сможет уйти в Забвение, — шмыгнув носом, он посмотрел на Марианну. — Вы тоже потеряли всех близких из-за Всадников?       — Да, — полушёпотом ответила Бенсон, взглянув на него. — Как тебя зовут? — искренне стараясь узнать имя, Марианна услышала:       — Маме понравилось имя Ванечка, что означает «свет в сердце». А своё настоящее имя она сказала забыть, потому что мы будем жить среди смертных, а никому не нравятся сложные имена, связанные со смертью.       Ваня скромно улыбнулся.       — Мама взяла имя Анастасия в честь маленькой императрицы Российской империи, которую застрелили вместе с семьёй, — мальчишка резко окликнул мать.       Женщина, всё время сидевшая неподвижно, повернулась. Её выжженные глаза пусто рассматривали звук.       — Она видит, даже если глаз нет. Просто он выжёг их всем, даже Надежде, — указав на маленькую девочку, которая младше его на три года, Ваня взглянул на Эмилию. — Мы такие беспомощные, когда остаёмся одни... — прошептал он, почувствовав взгляд Бенсон.       — Некоторые люди становятся сильнее, когда им приходится справляться с одиночеством, — прошептала Марианна, взглянув на Мальбонте. — Но всё же каждому нужен кто-то, кто его поймёт и примет.       С улыбкой обращаясь к Ванечке, Бенсон услышала, как Эмилия резко встала, кашляя от удушья.       — Чёрт, — выругавшись, ведьма посмотрела на ребёнка. — Он подпитывал твою мать, тебя и самого себя перед тем, как убить всех. И взорвался, как чёртова бомба замедленного действия. Но как ты выжил? — сделав акцент на этом, Фрай потрогала горло. — Упал в этот разлом?       — Не упал, а толкнула Надечка, — признался ребёнок, его глаза наполнились слезами. — Мы просто играли, пока вспышка не ослепила всех, кто стоял рядом. Надечка толкнула меня, возможно, случайно, и спасла мне жизнь.       Шмыгнув носом, Ваня потоптался босыми ногами по полу.       — Мама была рядом с ним тогда, поэтому и умерла вместе с ним и сразу.       Слёзы покатились по его бледным щекам, и он позволил Надечке упасть замертво. Эмилия, повернувшись к толпе, увидела, как уже мёртвые люди обрывают нити, связывающие их с некромантом. Марианна заметила, как мать Ванечки, обмякнув, упала с лавки.       — Что он делает? — напряжённо спросил Астарот, наблюдая за безумием.       — Разрывает нити, связывающие некромантию с загробной жизнью, позволяя душам уходить, — спокойно ответила Фрай, наблюдая, как старик, убивший всех, остался почти один. Повернувшись, незнакомец приподнял руку и помахал на прощание Ванечке.       В мгновение ока старик в тяжёлой шубе упал на пол, его тело обмякло, и Ванечка заплакал ещё сильнее. Эмилия, нахмурившись, повернулась к нему, не зная, как помочь. Астарот, наблюдавший из-за плеча, заметил, как его крылья снова стали видимыми. Марианна, вглядываясь в груду тел, с трудом сглотнула ком и, откашлявшись, обратилась к Фрай:       — Кто он — ангел или демон?       — Демон, — ответила Фрай, продолжая думать. — Он не рассказал, как это произошло. Ведь умершим проще поведать о прошлой жизни, чем о гибели. Мы найдём способ изменить это, Марианна.       — Да, — с грустью вздохнула Бенсон, отвернувшись. — Ванечка, ты не один. По крайней мере, сейчас, когда выжившие борются за существование.       Посмотрев на мальчика из-за плеча, она перевела взгляд на Астарота:       — Сможешь поднять нас двоих? — спросила она, словно бросая вызов. Мужчина усмехнулся.       — Смеёшься надо мной, полусмертная, — язвительно ответил он, раскрывая крылья. — Возвращаемся? — взглянув на Мальбонте, смотревшего на ребёнка, он увидел кивок.       — Пошли, — спокойно ответил Мальбонте, удивив Эмилию. — Ты слышал нас, Ванечка? — ласково обратившись к ребёнку, он посмотрел на Фрай, улыбнувшуюся в ответ.       Закатив глаза, метис направился к двери.       — А разве нормально оставить трупы здесь? — спросила Марианна, указывая на груду тел.       — Разрыть землю, омытую множеством вод, кажется, нормально. В любом случае, похороненные здесь смертные всплыли из-за прорыва дамбы, и не стоит забывать о тех, кто умер после, — Фрай встала. — Если только сжечь их...       — Вместе с церковью? — уточнил Астарот, увидев кивок.       — Да, — спокойно ответила она, взглянув на встревоженного Ванечку. — Не желаешь попрощаться с мамой, пока всё не будет объято огнём?       — Желаю, — дрожащим голосом ответил он, поспешив к телу матери.       Прощание не заняло много времени, хотя могло показаться бессмертным, что оно длится вечно. Эмилия шагнула через ряд лавок, позволяя огню охватить руки. Коснувшись холодной деревянной спинки, она жадно наблюдала, как стихия борется с промёрзшей древесиной.       Но огонь оказался коварнее. Захватив небольшой участок, он потух, и Эмилия нахмурилась, позволив ему вновь охватить лавочку. Свободной рукой она начала кидать огненные искры, поджигая сухие вещи на телах.       Марианна наблюдала из открытой двери. Ванечка, не желая видеть, как огонь охватывает всех, вышел на улицу, предварительно надев большие сапоги. Астарот с трудом поймал мальчика и надел обувь на его холодные ноги.       — Она там ещё долго будет? — устав ждать, спросил Астарот, взглянув на Марианну.       — В церкви почти всё сырое, поэтому займёт время, но одно тело уже горит, — ответила Бенсон, увидев, как Эмилия коснулась деревянной балки, заставив огонь заплясать на ней.       — Файер-шоу в сырой церкви? Может, ей найти бензин? — предложил Астарот, заметив, как Ванечка дёрнул его за рукав.       — Сейчас будет бум-бум, если огонь доберётся до подсобки с петардами, — прошептал мальчик, и Бенсон посмотрела на него.       — На хрена в церкви петарды? — не понимая, спросила Марианна, заглянув внутрь и почуяв запах гари.       — Использовались как световые вспышки при экстренных ситуациях, так говорил один мужчина, — объяснил Ванечка, стараясь не потерять обувь.       — Они совсем с ума посходили, — пробормотала Бенсон, услышав взрыв. — Эмилия? — едва вбежав внутрь, она была тут же вытолкнута Фрай.       — Что это? — испуганно прошептала ведьма, слушая, как несколько петард взорвались.— Смертные с ума сошли, — проворчала верховная, чувствуя, как волосы падают на плечи.       — Резинка порвалась, — уточнила Марианна, увидев порванную вещь. — Ну, всё так или иначе сгорит и без нас, — стараясь подбодрить сестру, Бенсон зажмурилась от очередного взрыва.       — Пора возвращаться. Нам ещё предстоит вернуть трон Люциферу и найти брата, — проворчал Астарот, с улыбкой глядя на Марианну. — Не хочешь навестить Ад?       Увидев, как Бенсон недоумённо пожала плечами, он заметил, что Эмилия, не раздумывая, кивнула.       — Ведьма, могла бы хотя бы спросить, о каком Аде речь, — усмехнулся он, обращаясь к Ванечке, с интересом смотревшему на огонь в окнах. — Пошли, Марианна.       Кивнув метису, девушка взяла Ванечку на руки, позволив ему обнять её. Астарот, обхватив её за талию, на мгновение задумался, а затем резко взлетел. Услышав крик мальчика, Фрай с улыбкой подошла к Мальбонте.       — Ты же сказал, что всех не спасти, — припомнив ему, Эмилия взглянула как обычно.       — Если есть шанс, почему бы и нет, — спокойно ответил Мальбонте, вставая позади.       Наклонившись, он прошептал:       — Я ведь не настолько монстр, как в будущем.       Моргнув, он посмотрел на лицо Фрай и, встретившись взглядом, увидел в её глазах мимолётный страх.       — Как хорошо себя чувствовать в старом теле, — улыбнулся он, внезапно перехватывая её попытку вырваться.       Схватив ведьму за руку и с силой заставив лечь на сырую землю, Мальбонте улыбнулся совсем иначе:       — Почуяла, да, что-то не так? Не зря же мы с тобой прожили столько лет, — умиляясь испуганному лицу Эмилии, он небрежно наступил ей на живот. — Сын, значит, мёртв, а Бог Тьмы ещё не освобождён, — задумавшись, мужчина начал давить на живот, заставив её пискнуть от боли.       — Как? — удивляясь тому, что будущий Мальбонте оказался в теле нынешнего, Фрай старалась сдержать крик. — Зачем тебе это? — пытаясь уловить его цель, она заметила, как он замер и взглянул на неё, как обычно, чуть удивлённо.       — Почему? — озадачившись, Мальбонте резко сжал глаза, борясь с неприятным ощущением.       Открыв их, он усмехнулся, глядя на испуганную Эмилию.       — По сути, мы с тобой просто два шута, которые влюбились и породили одно чудовище, а затем второе, — улыбнувшись, он увидел, как ведьма старается вспомнить заклинание. — Думай, Эмилия, думай. Я ведь убью тебя, а затем сделаю так, чтобы этот Мальбонте тоже умер, — зажмурив глаза и резко открыв, он убрал ногу и насильно поднял её за руку. — Почему ты лежала на земле?       Мальбонте пристально вглядывался в Эмилию, пытаясь уловить ответ. Внезапно он заметил, как она нервно потирает ладони, резко заставив его сделать то же.       — Что ты делаешь? — спокойно спросил он, ощутив, как его ноги движутся в унисон с её, словно в такт шагам назад. — Что ты...       Он почувствовал, как его ладонь непроизвольно касается его рта, и, взглянув на Эмилию, заметил страх в её глазах.       — Ты из будущего в этом теле, Мальбонте, — произнесла она с дрожью в голосе.