Останови меня

      — Ты слишком нервный.       — Отвали.       Кто-то мог сказать, что Гарри стоит чуть более… культурно общаться со своим настоящим отцом и крестным. Но он и этого человека пошлет куда подальше.       Гарри сидел за столом, как ему казалось, совершенно обычно. Но все вокруг видели его как затаившегося берсерка, который уже дрыгал ногой, пытаясь успокоиться. Но еще чуть-чуть, и его не остановить.       На самом деле Гарри просто с ума сходил. Целая неделя в Мэноре — казалось бы, обычное дело, в иное время даже спасение, но сейчас — ловушка. Были примерно такие же ощущения, как при вспышке драконьей оспы, когда из дома нельзя было выходить.       Но только теперь было можно, а Гарри не хотел.       — Я не понял, мы когда начали теории заговора раскрывать? — спросил Северус, когда Сириус затолкал почти силком в библиотеку.       Любой, кто видел эту сцену, из семьи был как минимум в шоке.       — Ну сядьте все уже! — закричал Гарри.       — Да успокойся, — Сириус и Джеймс схватили Северуса за плечи и усадили на диван.       — Так, господа Мародеры, — сложив руки за спиной, Гарри начал ходить перед ними. — Продолжаем пытаться понять, что к чему, — он развернулся и ткнул палочкой в доску. — В прошлый раз мы разобрали идеологию Тома Реддла в сороковых годах. А теперь давайте, что мы знаем о его идеологии после этого.       Ну… Крыша ехала.       Поначалу Гарри боялся Мародеров, первый день после семейного вечера думал скрываться и не общаться с ними, но потом, когда понял, что загонит себя на плаху быстрее, чем попадет в Хогвартс, филигранно забил.       И, черт, он впервые не хотел в Хогвартс. Третий год в одном и том же возрасте… Мерлин и Моргана, да закончится это уже или нет?!       — Я попросил Кикимера собрать мне все вырезки из газет о Сами… о Волдеморте, — Сириус за пять дней еще не привык.       Он вытащил из пространства небольшой блокнот с быстро пишущим пером — спасибо Рите Скитер за идею.       — Из сотни миллионов букв я узнал…       — Ты умеешь читать, Бродяга? — подколол Северус.       — Цыц, Клюв! — шикнул Сириус, ударив его в плечо, и продолжил с горящими глазами.       О да, Гарри уже привык к тому, что Северус был и Блэком, и Мародером, и вообще еще и прозвище имел. Ну и превращался он, конечно же, в черного ворона. Поттер был почти уверен, что и в том времени он был анимагом.       — К августу Альбус Дамблдор получил Орден Мерлина и стал высшим советником Визенгамота, — читал Сириус свои записи, вертя палочку между пальцев, пока перо качалось в воздухе. — Буквально к концу этой же недели появилась разгромная статья в «Пророке» о Пожирателях Смерти. Вот, — Сириус вытащил из блокнота вырванную страницу из газеты, протягивая Гарри.       Северус и Джеймс тут же вытянули шеи, читая вверх ногами.       «ТЕНИ ПРОШЛОГО: КАК МЫ САМИ ВОСПИТАЛИ СВОИХ ПАЛАЧЕЙ.       Специальное расследование «Ежедневного Пророка».       Они стояли на пороге нашего мира в мантиях лучших студентов Хогвартса. Они улыбались профессорам и говорили о «возрождении исконных традиций». Мы, глупцы, называли их будущим магической Британии. Мы не знали, что будущее окажется кровавым.       В конце прошлого года группа студентов Слизерина продвигала идеи, казавшиеся безобидными: дисциплина, глубокое изучение магических традиций, поддержание магии путем соединения чистокровных семей с полукровными — давайте признаемся, все мы были насторожены, когда услышали такое от детей Священных Двадцати Восьми.       Лидер данной группы молодых амбициозных людей, Том Реддл — обаятельный староста, любимец преподавателей — отрицал любые намёки на радикализм. «Мы просто хотим, чтобы магический мир не забывал свою историю, — заявил Реддл на допросе. — Мы не поддерживаем чистоту крови, поскольку из-за этого сила не увеличивается».       Эти слова стали ловушкой. И в неё попались лучшие из нас.       Чарльз Поттер, легендарный глава Аврората, лично заступался за Реддла. Герой войны считал обвинения «охотой на ведьм». Армандо Диппет, директор Хогвартса, закрывал глаза на ночные выходки «слизеринского кружка». Два человека, которых Реддл использовал как живой щит.       И только Альбус Дамблдор, победитель Грин-де-Вальда, высший советник Визенгамота, который тоже попался в эту ловушку очарования и красивых речей, смог распознать истину.       От комментариев Дамблдор отказался, но в ходе разговора я, ваш молодой пытливый корреспондент, смогла уловить его позицию: мы все были обмануты.       Том Марволо Реддл и Гарри Регулус Блэк говорили много красивых речей, которые привлекли многих Лордов и наследников. Но не думали, почему больше всего преимущественно «темных» семей является последователями?       Вероятно, и Гарри Блэк не думал.       Наши источники из Хогвартса сообщили, что наследник самого богатого и древнего рода публично назвал Реддла лжецом и расстался с ним — да, господа консерваторы, Реддл смог его охмурить, — хотя он, несомненно, красив.       Блэк уехал из Британии, разочарованный, но абсолютно правый. И именно так самый сильный — а он смог отразить смертельное проклятие Грин-де-Вальда, так что сомнений у нас на этот счет нет — Блэк шестого поколения сбежал. И видимо, Лорд Поллукс не перенес такого удара, испустив последний вздох в этот же день.       Уход Гарри Блэка стал поворотным моментом. Пока он был в Британии, он сдерживал Реддла. Политика семикурсника была мягкой и постепенной, но сразу же после расставания с Блэком участились случаи нападения на маглов и маглорожденных. Маска слетела.       Сейчас, когда Гарри Блэк находится за пределами страны, когда Лорд Слизерин больше не скрывает своё истинное лицо, а Пожиратели Смерти открыто выходят на улицы, мы задаём себе один вопрос: как мы это допустили?       Мы верили Диппету, когда он говорил, что «эти дети не опасны». Мы ошибались в ваших суждениях, директор. Теперь остаётся только надеяться, что голос разума вернётся в Британию.       Вернётся ли Гарри Блэк? Или мы останемся один на один с монстром, которого сами же и воспитали?       Элиза Скитер, специальный корреспондент «Ежедневного Пророка».       — Вот же!.. — вскочил Гарри, швыряя страницу на колени Джеймса. — Не так всё было! Не одна, так другая…       — А может, тебе отец приукрасил историю? — спросил Джеймс, передавая страницу Севу. — Ну типа… Он его любил.       — Нет, это точно не причем, — Гарри развернулся. — Я на сто процентов уверен, что это всё подстава. И это вся Британия теперь ошибается.       Мародеры переглянулись, но не с сомнением. Вообще-то их «домашнее задание» было достаточно информативным, чтобы уже сомневаться в общей правде.       — Ну я читаю, — Сириус продолжил. — К сентябрю Диппета уволили — хоть больно ему оно надо, — мимо строк прокомментировал он, — всех Пожирателей заставили пройти допрос, а Реддла больше никто не видел лет так пять.       — Да-да, вот, — Джеймс вытащил карту и развернул. — Дедушка сказал, что прекрасно помнит бал в Слизерин Мэноре, но напрочь забыл, где этот Мэнор находится.       — Скрывающее заклятие, — подсказал Северус. — Чары Фиделиуса, если быть проще.       «Придется найти того, кто знает секрет», — потому что что? Правильно, Гарри не знал, где Мэнор. Суперновость последних пяти дней. А еще с момента, как он таки начал думать головой, Поттер осознал, что метка Силум Этернум, которая, казалось бы, должна была связать их навсегда, просто не работала.       «Может, это из-за Фиделиуса как раз?»       — Дедуля же как раз сын Чарльза Поттера, и тоже работал в Аврорате…       — Ты карту у него стырил? — Сириус рассмеялся.       — Одолжил! — поправил Джеймс, поправляя очки. Гарри машинально поправил свои: «Ну хоть оправу сменил». — И вообще, раз такой правильный, сам бы и…       — Продолжаем, — одернул их Гарри.       Уж отца своего его он еще не призывал успокоиться.       — Так вот, — толкнув Сириуса в бок, продолжил Джеймс. — Пока проводили суды и допросы над Пожирателями, искали их главный штаб и, собственно, Мэнор Слизерина. На этой карте указаны все места, где Пожиратели совершали нападение и где их видели более… большим скоплением.       — А домики, — Сириус ткнул в карту, и тут же изображение приблизилось. — Ух!       — Технологии.       — Магия, идиоты, — Гарри провел пальцами по карте, возвращая изображение обратно.       — Надо было в нашу Карту также сделать, а мы вкладыши придумали, блин, как в родовой книге, — проворчал Джеймс. — Ну эти домики — это заброшенные Меноры разных семей, которые больше всего подходили под аномальные места, где как раз мог быть Фиделиус.       — И? — Гарри посмотрел на него. — Менор-то нашли?       — К сожалению, нет, — пожал плечами Поттер, а затем откинулся на спинку дивана и запустил ладонь в непослушные волосы. — Нашли парочку других скрытых домов, даже один блэковский случайно открыли, но не сунулись.       — Стой, у нас есть какой-то скрытый дом? — Сириус удивился, посмотрев на Гарри. — Знаешь что-то об этом.       — Нет, — Гарри тоже напрягся. — Мне говорили о резиденции в Италии, знание про которую передается старшей Леди Рода. Но чтобы здесь…       — Я тоже ничего об этом не слышал, — Северус подтянул к себе карту. — А где это место?       — Я ж досконально-то не изучал, — возмутился Джеймс. — Надо у дедушки спрашивать. Он разве что говорил, что это где-то в Шотландии.       — Так давайте просто спросим дядю Ориона, — предложил Северус.       Пока они обсуждали, не попадет ли им за то, что они ввязались в эту детективную линию, Гарри пытался вспомнить все Меноры из Шотландии, которые были хоть как-то связаны с Томом. Но, видать, дело это изначально было гиблым, потому как Гарри не знал полный или даже краткий список недвижимости Реддла.       — Ладно, — оборвал их разговор Гарри, возвращаясь к доске. — Бродяга, у тебя есть еще какая-то информация?       — Разве что большая часть бывшего Двора заявила на суде, что больше не поддерживает Реддла и его радикальные взгляды. Мол, тоже повелись на красивую историю о силе, — Сириус протянул еще пару вырезок, на этот раз с колдографиями.       В груди щемило от одного вида восемнадцатилетних ребят среди сотен журналистов. Они были разрознены. Мальсибер уводил Сирил из зала, ограждая расстроенную девушку от папарацци. Араминта и Розье уходили вслед, Нотт давал интервью. И только Долохова не было.       — А что известно про Тон… Антонина Долохова? — его лучший друг, похоже, даже на суд не пришел.       — Это мы тебе и так расскажем, — начал Северус. — Он один из самых известных и преданных Пожирателей.       — Глава, если быть точнее, кардинал, — Сириус свернул свой блокнот. — На суд не явился, вообще самый разыскиваемый преступник.       — А он… Что-то про его семью знаете?       В последнюю их встречу Тони сорвался на помощь Василисе, своей невесте из рода Кощеев. Гарри надеялся, что в итоге у них всё сложилось хорошо, даже несмотря на это всё…       Хотя, судя по истории со старшей дочерью, которую он успел услышать, хорошо не было.       — Жена его погибла при стычке со светлой стороной еще в пятидесятых, оставив Долохова с двумя дочерьми, — Гарри печально вздохнул. А ведь он хотел погулять на свадьбе Тони и Василисы. — Старшая, Дарья, отреклась от отца, только ей стукнуло семнадцать.       — Брехня, — Сириус покачал головой. — Просто решили сделать из нее агента.       — Могли и младшую послать, но не стали же, — Северус сложил руки на груди.       — Как ее зовут?       — По-моему, Елизавета, но ее никто не видел уже очень давно. Может, уж и в живых нет.       «М-да…»       — Что по светлой стороне? — Гарри начал палочкой на доске записывать всё, что им удалось узнать. Сердце начинало колоть, но сейчас было не время для этого.       — Есть группа, которую пару раз окрестили в новостях как Орден Феникса.       «Ничего нового».       — Знаем про них что-нибудь? — для приличия спросил Гарри, хотя сам уже начал выводить имена предполагаемых семей, которые там состояли. — Дамблдор, конечно, глава. Дальше, может быть, Уизли.       — Только некоторые, — Северус был ответственен за информацию об этом. — Половина мракоборцев в Ордене, в основном мы знаем только про них, потому что они сражаются с Пожирателями не в тени. Это Грюм, один из командиров. Боунс, Дирборн, Лонгботтом.       — Ну и все, кто под ними работают, заочно в Ордене, считай.       Это Гарри знал лучше других, конечно.       — А с вами Дамблдор не говорил? — настороженно поинтересовался он. Все-таки Мародеры были членами светлого сопротивления.       Но по реакции парней перед ним Гарри понял, что сморозил чуть ли не несусветную глупость.       — Да ты что, он же нас темными считает. Вся семья опекает нас так, что только заговори он с нами, уже все знать будут.       Что-то у Гарри в голове не складывалось. В прошлый раз Дамблдор спокойно их взял. Да, заявление про семью — довольно существенное. Но это звучало так, будто они с директором враждовали. Ну или директор с ними, а Блэки были…       — Еще чуть-чуть, и я сойду с ума, — Гарри развернулся и ударился головой о доску. А потом еще раз для надежности. — И как я пойму, кто подставляет Тома?       — А это разве не очевидно?       Северус одной фразой заставил всех повернуться к нему.       — Это Дамблдор.       — Ерунда, — отмахнулся Гарри, моментально теряя интерес. — Еще варианты?       — А почему нет? — спросил Сириус, выпрямляя спину. — Мы же прочитали в статье, что это он всем наплел, что молодой Волдеморт всем врал.       — Тут я с вами, братцы, не согласен, — Джеймс сложил руки на груди. — Убийства маглов говорят о многом, между прочим.       — Думаешь, на…       «А что если убийства совершает не та сторона, которую обвиняют?» — шальная мысль проскочила в мыслях Гарри, прежде чем он смог хотя бы осознать, о чем думает.       И в этот же момент весь диалог вокруг для него закончился.       Родные тараканы в голове ударили в гонг, оглушив его на добрую минуту. Гарри стоял, не в силах ни вдохнуть, ни выдохнуть. В груди кололо, легкие жгло.       «Я умираю…»       Гарри задохнулся, хватаясь за сердце, колени подогнулись, магия вспыхнула в воздухе вместе с чьим-то криком. Он больно ударился о пол, налетел на доску, заставив откатиться на несколько метров.       — Мерлин, Гарри! — Мародеры тут же подскочили, но он даже близко их не слышал.       «Нет. Невозможно. Не может этого быть…» — проносилось одно за другим. «Нет, Орден не может убивать маглов. Дамблдор не может подстраивать всё, чтобы Том казался плохим. Он не плохой. Они не плохие».       — Дыши, дыши, — пытался успокоить его Джеймс.       Но Гарри только закрыл глаза, качая головой, лишь бы не видеть своего настоящего отца.       «Если Дамблдор виноват в его смерти? Если он виноват в смерти всех?»       — Воды, скорее! — прокричал Джеймс парням, которые тут же наколдовали пиалу и наполнили ее.       Гарри вцепился в руку, подавшую его стакан.       «Зачем, зачем ему это всё? Он не оставил тех идей, которые они развивали с Грин-де-Вальдом в молодости? Что им нужно было? Почему?.. Что?..»

***

      Пришел он в себя не быстро. До ужаса напугал Мародеров, которые уже даже не знали, куда бежать и что делать.       Остаток вечера и весь следующий день Гарри провел в одиночестве.       «Дамблдор…»       Гарри ушел в натуральную депрессию. Если до этого он просто что-то тревожился или пребывал в шоке, то теперь у него было ощущение, что он умирает.       Его разъедало изнутри от знания общего кошмара, который настанет, стоит ему не справиться. И почему ему? Почему как всегда ему?! А если бы по пророчеству Волдеморт выбрал Невилла? Что бы было тогда?       «Ты бы не встретил нормального Тома и не влюбился».       «Ой, отвали!» — ну да, он кричал сам на себя.       Гарри старался не выходить из комнаты вообще. И в Хогвартс бы не поехал, если бы можно было.       — Ты меня пугаешь, — Регулус вошел в его комнату утром первого сентября. — Может всё-таки попробуешь не ехать в Хогвартс? Доберемся до Пожирателей по-другому.       — Еще чуть-чуть, пап, и я сойду с ума, — Гарри сидел на кровати, подергивая ногой и запустив ладони в волосы. — Это слишком. Я не могу больше…       С тяжелым вздохом Регулус опустился рядом с ним и слегка потрепал по голове. Гарри бы соврал, если бы сказал, что не хотел сейчас вернуться на те самые тридцать лет назад. Он бы смог стать Лордом, помириться с Томом, посетить все свадьбы родственников и друзей, увидеть рождение их детей и просто… Жил бы нормальную, человеческую жизнь.       Но нет, он был здесь, и ему приходилось заставлять себя подниматься и идти дальше.       — Рег, я опять избранный…       — Да, мой мальчик, тебе жутко не повезло в этой жизни, — вздохнул Регулус. — Может и всё твое пророчество было изначально именно про эту избранность?       — Но там в пророчестве говорилось про Тома. А он не главное зло.       Регулус не знал, что сказать. Да, Гарри жестко изменил его жизнь, и теперь даже всякие замыслы Смерти не казались ему чем-то из ряда вон.       — Я думаю, что Том был в тот вечер здесь, — неожиданно признался Гарри. Он думал о том непонятном чувстве, как будто что-то звало его, буквально притягивало. Запрещал себе об этом думать, но глубоко внутри… — Когда Ренфальд вернулся.       — Но я видел, как он потрепал Рега младшего по голове… — старший повернул голову в сторону окна.       — Может, он тоже Пожиратель?       Всё было странно, неправильно.       «Наменял будущее, теперь расхлебывай».       — Надеюсь, Том и правда не вернулся к культу крови, — Блэк на секунду сжал плечо теперь уже внука и поднялся. — Он не казался мне плохим тридцать лет назад.       Гарри истерично усмехнулся.       — Эй, — в дверь постучали и тут же открыли, показалась голова Теят. — Пора ехать в Хогвартс, мелкий.       — Нет, я старше тебя! — возмутился Гарри, тут же подскакивая. — Я жил еще в начале сороковых!       — Да хоть в нулевых, — Теят усмехнулась и прислонилась спиной к дверному косяку. — Ты младше меня по возрасту.       — Дети, — Регулус закатил глаза.       — Вот как вернемся, Гарри Блэк!.. — парень погрозил указательным пальцем.       — Тогда и поговорим!

***

      Хорошо, что народу вокруг было несравненно много, поэтому Гарри и подумать не было времени. Половину времени он пытался уловить, что они все говорят, а другую половину — отвечал. Иногда невпопад, конечно, но к этому уже привыкли.       Сириус вытащил откуда-то из закромов кожанку, появившись прямо в ней за завтраком. Гарри какое-то время водил взглядом между ним и Вальбургой, но, кажется, Леди не собиралась как-то возмущаться. Теперь у Гарри в голове существовало две матери Сириуса: любимая Валь и старая мегера Вальбурга с портрета.       — У тебя новая серёжка! — восхитилась Теят, садясь рядом с кузеном.       — Да, артефакт от дяди Рега, нравится? — Сириус наклонился к ней поближе, показывая блестящий черный камешек в платине.       — А мне подарки не дарил, — возмутилась девушка, тут же поворачивая лицо к отцу.       — Детка, у тебя полный обвес артефактов и все игрушки, которые ты хотела, — Регулус спокойно размазывал ножом масло по тосту, а Эрида наливала кофе ему и себе.       — Гарри, поешь побольше, — Эрида взмахнула палочкой, левитируя несколько ломтиков бекона ему на тарелку. — До Хогвартса долго ехать.       — Спасибо, бабуля.       Гарри нравилось видеть лицо Эриды, когда он так ее называл. Примерно так же, как когда он начал называть ее «мамулей», когда они с Регулусом снова начали быть вместе.       Дальше пошли сборы, поездка в «Мерседесе» с гудящими Джеймсом и Сириусом, спящим на его плече Северусом и младшим Регулусом с книгой в руках.       Провожать их поехали Вальбурга и Альфард с Эйлин, поскольку остальным пришлось заниматься своими делами и работой. Регулус дал пару наставлений, прежде чем уйти в Академию — 1 сентября всё же.       — Рег, ты не старый работать? — с дуру заявил Гарри, пока они шли по коридору.       — Цыц, — Регулус тут же совсем не аристократично отвесил ему легкий подзатыльник.       «Да чтобы и Рег сделал что-то не аристократично?!»       — Поговорим, когда наконец-то перешагнешь порог восемнадцатилетия.       — Туше.       Из-за огромной энергии Мародеров Гарри не успевал подумать о своем. А они, похоже, ему и не давали возможности. За несколько дней и Джеймс, и Северус прекрасно поняли, какого он типа человек — «долбо… холерик». А Сириус знал еще и кучу другой информации. Поэтому каким-то неведомым образом Гарри стал считаться Мародером…       — Давай научим тебя анимагии, — предложил Джеймс в который раз, пока они ехали на платформу 9¾. — Какой у тебя патронус?       «Так я тебе и сказал!»       — Змея, — совралось что-то быстро. «Ну я же влюблен в Тома». — Давно не вызывал, уже и не знаю.       — Надо будет попробовать, — покивал Джеймс сам себе. — Тебе понравится в Хогвартсе, уверен, хоть поспокойнее станешь.       — Дай Мерлин, — вздохнул Гарри, погладив спящего Северуса по коротким кудрявым волосам и поднял взгляд. Младший Регулус смотрел на него долю секунды, а затем вернулся к книге.       Мда, жизнь с каждым годом все менее предсказуема.       На платформу они прибыли уже когда весь перрон был заполнен. От поезда веяло приятной атмосферой путешествия, а собравшиеся ученики с радостью галдели, лавируя между своими родителями.       «Хотелось бы и мне таким быть хоть раз».       — Лунатик! — воскликнул Сириус, тут же срываясь с места и растворяясь в толпе.       — А вот и наш четвертый Мародер, — пояснил Северус, когда Джеймс умчался следом. — Где-то тут еще должен быть Хвост.       Про крысу Гарри пока говорить не стал, но зубы заскрежетали.       Молодой Ремус ничем не отличался от того, что он видел в Омуте Памяти у Снейпа: высокий, всклоченный и немножечко бледный.       «Когда там полнолуние?»       — Привет, — Гарри решил первым протянуть руку. — Гарольд Блэк.       — Боже, вас с каждым годом всё больше, — рассмеялся Рем в сторону Сириуса. — У вас цель заставить МакГонагалл сойти с ума?       — Да что ты, — Сириус тут же закинул локоть ему на плечо и подмигнул. — Маму Кошку мы уважаем.       — Но, может, чуть-чуть бесим, — Джеймс закинул локоть на второе плечо.       — Как лето, Рем? — спросил Северус, пока тот пожимал Гарри руку с двумя балбесами на плечах. — Теят была расстроена, что ты не приехал на каникулы.       — В следующем году могу хоть переехать к вам, — фыркнул он, пытаясь скинуть с себя друзей, но те только вцепились в его руки, и Ремусу пришлось сдаться. — Прилипалы.       — Блохи на собаке, я бы сказал, — усмехнулся Северус.       «Скучно мне с ними тооочно не будет».       — Эй, Лилс, привет! — Джеймс активно замахал рукой и даже привстал на цыпочки, чтобы его было видно над головами студентов.       Сердце Гарри остановилось. Он весь сжался, когда увидел её. Лили Эванс стояла в окружении подруг. Его мама.       «На отца ты так не реагировал…»       Судорожно вздохнув, ему удалось отвести взгляд от закатившей глаза зеленоглазой гриффиндорки. И тут же он наткнулся на Сириуса.       — Ну всё, давайте в поезд!

***

      В купе было шумно, как будто ничего не изменилось. Гарри ехал с любимым Двором. Джеймс и Сириус уже успели разложить вещи так, будто собирались жить здесь весь год, Северус молча листал «Продвинутое зельеварение» на пару с Ремом и его учебником по рунам, а Питер Петтигрю сидел в углу, подобрав колени, и смотрел на всех с привычным выражением восторженной преданности.       Гарри старался не смотреть на него.       Каждый раз, когда взгляд падал на круглое лицо, бледноватую кожу и блёклые волосы, в груди поднималась такая волна ненависти, что приходилось буквально вгрызаться в собственную губу. Сириус, сидевший напротив, тоже поглядывал на Питера как-то странно — не то с подозрением, не то с брезгливостью.       Джеймс этого не замечал. Он был занят важным делом — приглаживал свои вечно торчащие волосы перед карманным зеркальцем, готовясь к визиту.       — Ты уверен, что она зайдёт? — спросил он в десятый раз.       — Марлин поведет ее даже без ее согласия.       — Сознание не потеряй, когда она с тобой здоровается, — Северус даже не поднял головы. — И не строй иллюзий.       — А я и не строю, — фыркнул Джеймс. — Я просто… дружелюбный.       Сириус хмыкнул, переглянулся с Гарри, и в этом взгляде мелькнуло понимание абсурда происходящего. «Влюбился волк — страдает стая».       Дверь с грохотом отъехала в сторону.       — Ну наконец-то! Вы бы еще в самом последнем вагоне сели, — Мэри Макдональд просунула голову в купе, каштановые кудри рассыпались по плечам. — И новый Блэк, да? Привет!       — Привет, — кивнул Гарри, стараясь улыбнуться нормально.       За Мэри ввалились Марлин МакКинон — боевая, с короткой стрижкой и веснушками — и сама Лили Эванс. Рыжие волосы, зелёные глаза, лёгкое платье. Гарри вцепился в ткань своих брюк, стараясь не выдать никакой эмоции кроме дружелюбия.       «Мама», — пронеслось в голове. — «Это моя мама…»       — А ты новенький? — Марлин уставилась на Гарри с любопытством хищницы. — Похож на Джеймса. Только симпатичнее.       — Эй! — возмутился Джеймс. — Я тут вообще-то!       — Поэтому и сказала, — фыркнула Марлин, плюхаясь на место, тем самым оттесняя Ремуса к Сириусу. Тот тут же пододвинулся, положив руку на спинку сиденья.       Лили села напротив Гарри, рядом с Мэри, и окинула его быстрым изучающим взглядом.       — Гарольд Блэк, да? Сын того самого Гарри?       — Он самый, — Гарри сглотнул. — Только можно просто Гарри.       «Каким боком моя прошлая версия такая знаменитая вышла?»       Лили кивнула, и уголки её губ дрогнули в лёгкой улыбке. Точно такой же, как на старых фотографиях, которые он так боялся смотреть.       — Добро пожаловать в Хогвартс, Гарри, — сказала она, и это прозвучало как благословение.       Джеймс тут же подался вперёд, поправляя очки.       — Лилс, а ты видела расписание патрулей? Я слышал, в этом году его изменили, может, у нас больше смен вместе?       — Поттер, если даже так, я скорее гриндилоу съем, чем буду ходить с тобой по Хогвартсу ночью, — отрезала она со смешком.       — Очаровашка, — шепнул он быстро в сторону Гарри. — И гриндилоу уже не вкусные.       — Вот именно.       Мэри и Марлин рассмеялись. Северус едва заметно усмехнулся, перелистнув страницу. Питер хихикнул. Гарри поймал его взгляд и заставил себя улыбнуться. Питер ответил тем же — доверчиво, открыто, по-щенячьи.       «Ты предашь их, — подумал Гарри. — Ты приведешь Волдеморта к моим родителям. Ты убьешь их. И Сириус сядет в Азкабан из-за тебя».       Он отвёл взгляд и уставился в окно.       Разговор тем временем перекинулся на квиддич, потом на новую преподавательницу Защиты, потом на летние каникулы. Лили рассказывала про Петунию — с болью, но без той горечи, которую Гарри помнил по чужим воспоминаниям. Джеймс слушал, раскрыв рот, и Сириус даже не подкалывал его.       Марлин подбивала их на вечеринку в первой же неделе. Мэри переписывалась с кем-то в блокноте с протеевыми чарами.       А Гарри сидел и наконец-то — или, к сожалению — думал.       Он думал о том, что его время истекает. Что где-то там, в неизвестности, Том ждёт. Или не ждёт. Что метка Силум Этернум молчит, и это сводит с ума. Что Ренфальд Мальсибер сказал ему прийти на Астрономическую башню, но зачем? Чего он хочет? Проверить? Заманить в ловушку? Или правда помочь?       «Придется стать Пожирателем», — мелькнуло в голове. — «Принять метку. Довериться им».       Он почти усмехнулся. Ещё год назад — нет, тридцать лет назад — он ненавидел саму мысль о Тёмной Метке. А теперь она казалась единственным мостом к Тому.       А может, всё развалилось? Может, Двор больше не существует?       «В порядке ли Тони? Жив ли?»       Гарри стиснул зубы. Слишком много неизвестных. Слишком мало времени.       — Гарри? — Сириус тронул его за плечо. — Ты завис.       — А? Да. Задумался.       — О чём? — Джеймс подался вперёд. — Девушка? Парень? Что там у вас в Америке популярно?       — О, даже не начинай, — вздохнул страдальчески Гарри, скатываясь по сидушке.       Все только рассмеялись.

***

      «Это нормально, что формально это моё третье распределение?»       Гарри стоял рядом со слизеринским столом, оглядывая толпу детей. Все взгляды были прикованы к первокурсникам, но некоторые то и дело скользили по нему. Ну конечно, новый ученик на седьмой курс.       — …Гриффиндор! — Шляпа выкрикнула, и стол взорвался аплодисментами.       Гарри проводил очередного мелкого взглядом и опустил глаза.       «Ну давай, — подумал он. — Чего ждать».       — Гарольд Блэк!       Он вышел вперед. По залу прошелся шепоток. Слизеринцы смотрели с интересом, гриффиндорцы — с любопытством, преподаватели — с разной степенью настороженности. Дамблдор сидел в кресле, сложив пальцы домиком, и за его очками поблескивало что-то непроницаемое.       «Кусок…»       Гарри сел на табурет, и Шляпа накрыла его глаза.       — Опять ты, — пробрюзжала она в его голове. Голос был тот же — скрипучий, насмешливый, усталый.       — И я рад вас слышать, — ответил Гарри мысленно, и это было почти правдой.       — А ведь в прошлый раз я и не знала, что ты снова придешь, — Шляпа почти фыркнула. — Вот ведь эта Смерть.       — С чего вы взяли, что это она?       — А кто же ещё? — фыркнула Шляпа. — Ты что, думаешь, я каждый день не знаю, что со мной в будущем произойдет? И вижу одних и тех же магов через тридцать лет?       Гарри промолчал.       — Ну, очевидно, дела твои плохи, парень, — продолжила Шляпа, и в её голосе проскользнуло что-то похожее на сочувствие.       — С чего вы взяли?       — С того, что ты опять тут и шанса у тебя больше нет, — «все-таки мои мысли читает!» — Да, читаю, балбес. А лучше бы нет, только тоску на меня наводишь. Я много чего видела за тысячу лет, но такого отчаяния — редко.       — Ну и зачем врали? — буркнул Гарри.       — Это моё единственное развлечение, — Шляпа хмыкнула. — И я много чего могу тебе сказать. Сам подумай мозгами. Смерть не просто так даёт второй шанс. И не просто так — третий.       — И что мне делать? — спросил Гарри тихо.       — Для начала — не сдохнуть, — философски заметила Шляпа. — А там разберёшься. Ты всегда разбирался. Только через раз.       Гарри хотел спросить ещё что-то, но Шляпа зашевелилась, давая понять, что время идёт.       — Ну что, куда в этот раз? — спросила она, будто не знала.       — Зачем спрашивать, если знаете?       — По приколу, — выдала Шляпа. — И вообще, давай-ка, побеждай уже. Не хочу сгореть.       А затем выкрикнула на весь Большой Зал:       — Слизерин!       Стол зелёных взорвался аплодисментами. Северус хлопнул Гарри по плечу, Регулус кивнул с одобрением, а кто-то даже крикнул: «Блэк — наш!»       Гарри снял Шляпу, положил её на табурет и пошёл к столу, чувствуя спиной взгляд Дамблдора. Тяжёлый, изучающий, нечитаемый.       «Ты знаешь, — подумал Гарри. — Или догадываешься. И тебе это не нравится».       Он сел на свободное место между Северусом и незнакомым парнем, который тут же повернулся к нему.       — Барти Крауч, — жизнерадостно представился тот. — Ты, наверное, Гарольд? Мой отец много о тебе рассказывал.       — Обо мне? — Гарри удивился.       — О твоём отце, — поправился Крауч. — Говорил, что Гарри Блэк был лучшим старостой Слизерина за последние сто лет. И сильнейшим магом своего поколения.       «Что? Да я не был старостой», — подумал Гарри, но кивнул.       — Приятно познакомиться, Барти.       — Мы подружимся. Я чувствую, — парень улыбнулся, и в этой улыбке было что-то почти маниакальное.       Гарри внутренне напрягся.       «Он был довольно умным, — вспомнил он. — Все двенадцать СОВ получил. Но так же стал Пожирателем, причём немного безумным. Надо приглядеться к нему и не дать натворить дел».       — Конечно, — сказал он вслух. — Я только за.

***

      После пира Слизнорт собрал слизеринцев в гостиной. Профессор выглядел так же, как и тридцать лет назад, и как двадцать лет вперед — разве что количеством морщин отличался.       — Добро пожаловать, добро пожаловать! — он потирал руки, сияя. — Рад видеть и старые лица, и новые. Особенно, — его взгляд упал на Гарри, — особенно тебя, Гарольд. Твой отец был… выдающимся студентом.       Гарри кивнул, стараясь не показывать, как его передёргивает от этих сравнений.       После формальностей Слизнорт подозвал его к себе, когда остальные разошлись.       — Гарольд, мой мальчик, — начал он, положив руку ему на плечо. — Как поживает твой отец? Очень жаль, что ни разу не застал его в Британии.       — У него очень много дел, поэтому нечасто сюда приезжает, — «дай я уже спать пойду, а». — Он передавал вам привет.       Слизнорт тут же расправил плечи, гордо приподняв подбородок. А Гарри чуть мысленно не фыркнул.       — Да-да, не забыл еще своего любимого учителя, — «ага, как же». — Твой отец… он был Принцем Слизерина, ты знаешь?       Гарри сделал вид, что замер.       — Принцем?       — Да, — Слизнорт посмотрел на него с какой-то странной грустью. — Король и Принц. Они правили факультетом. Но после того, как он уехал… — профессор вздохнул. — С тех пор у нас не было ни Короля, ни Принца.       Он замолчал, будто что-то обдумывал.       — Я надеюсь, Гарольд, что ты продолжишь семейную традицию. В тебе есть что-то… особенное. Я вижу это. Факультету нужен лидер.       — Я подумаю, профессор, — выдавил Гарри.       «Лидер, — подумал он. — А можно хоть когда-то не быть им, а?»       Слизнорт похлопал его по плечу и отпустил.       Дурацкий круг диванов и кресел всё еще стоял у камина, но занимался не элитой, а простыми ребятами. Змея — он даже не помнил, как ее зовут, — водила головой, разглядывая новых студентов. На секунду она встретилась своими бусинами с ним.       — Вернулся…       «Супер, змеи меня еще и узнают…» — вздохнув, Гарри прошел мимо к себе в комнату. Всё было не так, как еще неделю назад для него. Ни Двора, ни своего кресла, ни даже комнаты.       «Если Дамблдор подставляет Тома, — размышлял он, — значит, светлая сторона не такая уж светлая. Если Орден убивает маглов и вешает это на Пожирателей… то кто тогда зло?»       Он закрыл глаза, касаясь стены.       «А если я ошибаюсь? Если Дамблдор не виноват? Если Том действительно стал тем, кого надо бояться?»       Мысли путались.       — Гарри? — лицо Северуса появилось из ближайшего дверного проема. — Всё нормально?       — Да, Клюв, всё хорошо, — ответил Гарри, отталкиваясь от стены. С таким прозвищем было легче принимать его за другого человека.       Двинув чемодан ногой, Гарри лег на кровать и уставился в потолок. Комната была большой — на троих, видать, обычно они на двоих, просто в прошлый раз место удачно освободилось. Тёмное дерево, серебряные канделябры, зелёный бархат на пологах. Классический Слизерин.       В голове всё ещё гудело. Распределение, взгляд Дамблдора, шёпот за спиной, Слизнорт с его «Принцем Слизерина»… Гарри прикрыл глаза, надеясь, что тишина поможет собрать мысли в кучу. Но тишина не помогала. В ней было слишком много всего — шаги в коридоре, голоса за стеной, далёкий смех из гостиной.       — Ну и денёк, — пробормотал он в потолок.       Потолок не ответил.       — И тебе привет, новый сосед, — незнакомый голос чуть ли не заставил его подскочить.       Гарри во все глаза посмотрел на слизеринца, третьего в этой комнате.       — Гарри, это Теобальд Нотт, — представил Северус, разбирая чемодан. — Будущая заноза в заднице половины аристократии Британии.       — Как много ошибок ты сделал в словах «лучший магический юрист», — фыркнул Нотт, упирая руки в бока.       Пока они препирались, Гарри тяжело вздохнул. Светловолосый, худощавый, с лицом, которое одновременно напоминало Гарри и старого Нотта, и кого-то ещё… Малфоя, что ли? На ком женился Харрисон?       — Слушай, — Тео повернул голову к нему, — а ты правда сын того самого Гарри Блэка? Который сбежал?       — Не сбежал, — машинально ответил Гарри.       — Уехал, — подал голос Северус, не оборачиваясь. — Разница есть.       — Какая? — удивился Тео.       — Сбегают от страха. Уезжают по собственному желанию.       Гарри посмотрел на спину Северуса и почувствовал что-то похожее на благодарность. Защищать того, кого нет в живых… или нет в этом времени? Сложно.       — Ладно, уехал, — согласился Тео. — И теперь ты здесь. Зачем?       — Учиться, — ответил Гарри.       Тео усмехнулся, но спорить не стал. Вместо этого он потянулся, зевнул и натянул одеяло до подбородка.       — Ну, добро пожаловать в Слизерин, сосед. Если выживешь — подружимся.       — Оптимистично, — буркнул Гарри.       — Я вообще позитивный.       Северус фыркнул.       Гарри не говорил Мародёрам о своих планах.       Не потому, что не доверял — просто зачем тащить их с собой в бездну? У всех четверых — Хвоста он не признавал — было обостренное чувство ответственности. Пусть уж лучше они остаются в тылу, расследуют по бумажкам и хлебным крошкам всё, а всей грязной работой займется Гарри.       Когда в спальне установилось тяжёлое слизеринское дыхание ночи, Гарри выбрался из-под одеяла. Северус сопел ровно. Тео вырубился, разметавшись по кровати так, будто его скинули с метлы.       Гарри бесшумно натянул мантию поверх рубашки и скользнул в коридор.       В гостиной было пусто. Огонь в камине почти погас. Красные угли слабо освещали кресла — те самые, в которых когда-то сидел Двор.       Гарри медленно подошёл к своему креслу.       Высокая спинка, тёмное дерево. Серебряная змея на каминной полке смотрела на него с интересом. Он провёл ладонью по прохладной обивке — и внутри что-то кольнуло. Не в первый раз.       — Почему ты скучаешь? — раздалось из темноты.       — Вам нравится меня пугать что ли? — Гарри резко обернулся. — Ты почему не спишь?       Из тени прохода к спальням выступил Регулус младший. Парень стоял, прислонившись к арке плечом, и смотрел на Гарри с холодным, изучающим любопытством.       — Прости, что напугал, — добавил Регулус без тени сожаления. — Хотел посмотреть, что ты будешь делать.       Гарри вздохнул, сжимая переносицу. Прямо сейчас было ощущение, что Регулуса воспитывал не Орион, а Том на пару с Тони. Какая-то отстраненная холодность, но с хитринкой в глазах.       — И что? — спросил Гарри. Ну конечно, он уже понял, что Регулус — Пожиратель. Какого черта только.       — Ты странно смотришь на эту гостиную. Будто вернулся домой, которого давно не видел.       Гарри промолчал. Рассказали ли ему про Гарри Блэка и догадки, что Гарольд на самом деле не существует? Хотя должны ли были? Его положение до Ближнего Круга даже близко дотягивать не должно, ему ж пятнадцать.       Парень лениво направился к нему, засунув руки в карманы брюк. В полумраке его лицо казалось выточенным из того же холодного камня, что и стены подземелья.       — Пошли.       Гарри прищурился.       — И как ты под носом у отца умудрился стать Пожирателем?       — А ты думаешь, он больно за мной следит? — фыркнул Блэк. — Да и что с тобой? Людей я не убиваю, черной магией не занимаюсь.       — А остальные?       Регулус дал ему возможность придумать свой собственный ответ.

***

      Ветер гулял между зубчатыми стенами Астрономической башни, трепал мантии. Звёзды над головой казались слишком яркими, слишком чужими. Без Тома всё было странно — неправильно, как если бы небо перевернули, а земля осталась на месте.       Гарри замер у входа, пропуская Регулуса вперёд.       — Можем начинать, — негромко сказал тот, и голос его вдруг стал другим — взрослым, уверенным.       Их было около дюжины. Никаких масок, никаких балахонов. Обычные ученики, которые разошлись по разным сторонам башни. Обычные лица, обычная одежда. Некоторые подозрительно поглядывали на других, но в большей части пришедших чувствовалась та же хищная, собранная готовность, которую Гарри помнил по Двору.       А в центре башни, важно сложив руки за спиной, стоял…       Гарри почти не удивился.       Барти Крауч.       Тот самый, который несколько часов назад пожимал ему руку и говорил: «Мы подружимся». Русые волосы трепал ветер, лицо было спокойным, почти скучающим. Но в глазах — сталь.       Рядом с ним, чуть сзади, остановился Регулус. Правая рука. Без сомнений.       «Ну и неделя», — подумал Гарри. — «Сначала я узнаю, что Дамблдор, возможно, главный злодей, а теперь Барти Крауч — новый глава Пожирателей. Что дальше? МакГонагалл окажется тайным агентом Волдеморта? Ладно, она была к нему плохо настроена».       Барти явно чувствовал себя здесь королем, Гарри даже почти фыркнул от такого. Годы идут, а самомнение слизеринцев от капельки власти тут же раздувается до размеров сверхновой.       — Гарольд Блэк, — Барти кивнул ему, как старому знакомому. — Рад, что ты пришёл. Регулус говорил, что ты будешь.       — Я посмотрю, — поправил Гарри, бросив взгляд на «правую руку». — Научный интерес.       — Ну посмотрим, сможешь ли ты остаться в стороне, — усмехнулся Барти.       Он повернулся вокруг своей оси, вглядываясь в лица всех, и его голос, негромкий, разнёсся над башней так же чётко, как у них с Томом когда-то.       — Во всяком случае, вы знаете, зачем вы здесь. Кто-то пришёл из любопытства. Кто-то — от отчаяния. Кто-то — потому что больше некуда идти. Но все вы пришли. И теперь вы должны понять одну вещь.       Ветер стих, будто сама башня затаила дыхание.       — Пожиратели Смерти — это не то, о чём пишут в «Пророке».       «Прошу, скажи, что Том не сошел с ума. Я готов поверить, что Дамблдор всё подстроил».       — Мы не убийцы маглов, — продолжил Барти, и в его голосе не было фанатизма — только спокойная, ледяная уверенность. — Не фанатики чистой крови. Не марионетки безумца, который хочет сжечь мир. Всё это — ложь. Грязь, которую льют на нас газеты и те, кто хочет удержать власть.       Он обвёл взглядом собравшихся.       — Если ты пришёл сюда, чтобы убивать маглов — убирайся. Сейчас же. И забудь дорогу сюда навсегда.       Никто не пошевелился.       — Хорошо, — Барти кивнул. — Значит, вы не идиоты.       Он сделал шаг в сторону, и Регулус плавно сместился, открывая обзор. Теперь Гарри видел всех — и каждого, кто стоял в тени у стен.       — Идеология Темного Лорда — это сила, — произнёс Барти, и в этом имени не было страха. Только вес. — Чистая, незамутнённая. Сила, которая не спрашивает, кто твои родители. Сила, которая не делит магов на «правильных» и «неправильных». Она просто есть. И каждый, кто способен её взять — достоин её.       В груди зародилось странное отеческое чувство, будто все вот эти Пожиратели… были его детьми. Они долго не разменивались на пояснение ситуации с клеветой, не убеждали. Молодые люди пришли сюда за чем-то новым, а значит, Пожиратели это что-то новое дадут.       — Эта сила будет получена всеми путями, которые только доступны в этом мире, — голос Барти набирал мощь, хотя он почти не повышал тона. — Законными или нет — неважно. Потому что законы пишут слабые, чтобы защитить себя от сильных. А мы не собираемся играть по чужим правилам.       — Темный Лорд обещает силу всем своим последователям, — подхватил Регулус, и в его молодом голосе вдруг прорезалась та же уверенность, что у Барти. — Не иллюзию, а живую магию. Потому что его власть уже почти безгранична.       Он сделал паузу, и Гарри заметил, как несколько человек в круге переглянулись.       — Верхушка магического мира уже работает на него, — закончил Регулус.       Гарри хмыкнул.       — Министерство? — вырвалось у кого-то.       Барти посмотрел на него — долго, изучающе. И усмехнулся.       — Частично, — ответил он. — Во всяком случае, все те, кто считает магию важнее всего остального.       Он поднял руку, и вокруг его пальцев заклубилась магия — тёмно-синяя, почти чёрная.       — Все, кто пришёл сегодня, уже под чарами мага четвёртого уровня, — сказал он, глядя на Гарри. — Если вы в курсе, что такое потоки, то знаете, что в башнях школы определенно больше магического потенциала, чем в среднем маге. Каждый, кто переступил порог, дал молчаливую клятву. Вы никому не сможете рассказать то, что узнали здесь. Ни слова. Ни намёка. Ни взгляда.       — И поскольку ни в ком из вас нет силы больше четвертого уровня — ни в ком, кроме повелителя нет, — усмехнулся Регулус, — никто не сможет снять запрет.       Гарри попытался не улыбнуться.       — Последний шанс сбежать? — Барти распростер свои руки, оглядываясь с такой хитрой ухмылкой, что некоторым могло стать страшно.       Студенты переглядывались, думали, взвешивали. Но никто ничего не мог сказать. Не собирался.       — Супер, — Барти опустил руку, и магия рассеялась. — Поздравляю, теперь вы — рекруты.       — Пока не Пожиратели, так что мы можем в любой момент вас выпнуть, — Рег сложил руки на груди.       — Не убить же? — посмеялся кто-то.       — Что в словах «мы не убиваем» вам не понятно?       Ему не ответили, поэтому Тони… Барти продолжил.       «Ладно, они, похоже, больше, чем я думал».       — В понятие «рекруты» входят тренировки, обучение, испытания. Вы будете учиться сражаться не на дуэлях, а в реальных условиях. Вы будете учиться скрывать свои мысли, поймете больше про традиции магов и родовую магию.       «А вот это уже интересно».       — Те, кто пройдёт отбор — получат метку, — продолжил Барти. — Те, кто не пройдёт — вернутся к своей жизни. Но забудут всё, что видели здесь. Навсегда.       — Но почему сбежал второй Лорд? — спросила одна из девушек. — Тот, что Блэк.       Почти все повернули голову к Гарри. Какая-то иррациональная мысль признаться в том, кто он, присутствовала в этот момент. Но конечно, он не идиот.       — Расстались, — пожал плечами.       Ребята начали шептаться, а Пожиратели переглянулись.       «Интересная реакция».       — Еще вопросы?       — Если вы не убиваете маглов, — спросил уже Гарри, — то кто их убивает?       Барти усмехнулся. Усмешка вышла горькой.       — Так и думал, что ты спросишь, — фыркнул он. — Это будет твоим первым заданием. Найди ответ. А мы поможем.       Он щёлкнул пальцами, и холодные огни, освещавшие башню, погасли.       — Встреча через две недели. В полночь. Здесь. Приходите с пустыми руками и ясной головой. И не опаздывайте.       Тени зашевелились, фигуры начали расходиться. Гарри же медленно подошел к перилам. Да, вид здесь всегда открывался потрясающий, вот только здесь был убит Дамблдор, главный кукловод последних ста лет — ведь так?       Гарри все еще сомневался.       — Ты в порядке? — раздалось сбоку.       Гарри повернул голову. Регулус младший, тот самый, который только что стоял справа от главы, теперь смотрел на него с лёгкой усмешкой.       — Нет, — честно ответил Гарри.       — Постараемся вернуть тебя в нормальное состояние.       Он похлопал Гарри по плечу.       — Пошли, братец, отведу тебя в комнату.       Гарри поднял голову. Где-то там, среди холодного света, была та самая звезда — та, которую он искал всю жизнь. Или та, которая искала его.       — Да, пошли. Завтра же уроки, — они оба засунули руки в карманы и побрели вниз по лестнице. — Ты получил расписание?       — Нет, старшие старосты сказали, что их раздают утром на собрании, — Рег пожал плечами.       Ступенька. Ещё ступенька.       — И ты правда будешь всем этим заниматься?       — Делами старосты? — он выгнул бровь, спрыгивая с последней ступеньки. — А почему нет?       — Ну дела… — Гарри запнулся. — О.       — Ага, — рассмеялся Регулус. — Сказать нельзя за пределами башни. Повелитель постарался.       — Кстати, а что ты знаешь про моего отца?       «Ну а что?»       — Да ничего особо, — Регулус придержал для него дверь, а затем указал вправо, будто Гарри не знал, куда идти.       «А… Точно».       — Почти всё то же самое, что и все остальные. Он крутой.       — Спасибо, — рассмеялся Гарри.       Хорошо, что Рег не понял истинную причину.       Ну что ж, новый этап начинается.